Текст книги "Лилия для герцога (СИ)"

Автор книги: Светлана Казакова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 19

Подходила к концу первая неделя, проведённая в герцогском замке. Вестей от Себастьяна не было. Ортензия де Россо продолжала держать меня на расстоянии, строго и язвительно обрывая при каждой попытке выказать ей своё сочувствие и подружиться. Зато баронесса внезапно пожелала свести со мной более близкое знакомство. Она начала вставать, опираясь на трость, но упорно заявляла, что слишком слаба для того, чтобы отправиться в столицу.

Сидя в малой столовой – имелась в замке и такая – я уныло смотрела в свою чашку с горячим молочным напитком и слушала трескотню Виенны, которая вознамерилась как можно больше поведать мне о столичных нравах, модах и традициях, а заодно и пересказать все сплетни о людях, которых я знать не знала.

– Илария… Я говорила, что она фаворитка короля Арнальдо? Так вот, Илария скоро останется на бобах. Вы ведь знаете, что его величество женится? Но ещё раньше, чем стало известно о невесте из Хальфдана, я замечала его охлаждение к фаворитке, ведь я как никто разбираюсь в человеческих взаимоотношениях. Вот взглянуть хотя бы на вас с Себастьяном… Не обижайтесь, но кто, кроме меня, скажет правду? Он вас не любит. И никогда не полюбит. Вы слишком разные – как вода и масло, достаточно взглянуть на этот замок, где всё буквально кричит о богатстве и древности герцогского рода. А вы, уж простите, никак сюда не вписываетесь. Может, вас и обучали хорошим манерам, но истинного аристократизма простокровке не привить, увы.

Я стиснула зубы и поставила чашку на стол с такой силой, что жидкость выплеснулась на льняную скатерть.

– Простите, вынуждена вас оставить. Дела, знаете ли. Всего доброго, госпожа баронесса.

Выйдя из комнаты, я покосилась на дверь и представила себе огромный кованый замок на ней. Вот бы накрепко запереть где-нибудь эту женщину! А ключ потерять…

Устыдившись собственных мыслей, которые оказались весьма навязчивы, я постаралась успокоиться и поспешила в библиотеку. Близилось время занятий с Луиджи. Сегодня я хотела немного расширить программу и заранее припасла найденный на одной из полок учебник истории.

Мой ученик радовал меня всё больше, наполняя душу гордостью за его успехи. Он схватывал на лету и уже мог написать своё имя такими аккуратными буквами, что любо-дорого посмотреть. Я не скупилась на похвалы и представляла себе, что со временем смышлёный мальчуган обретёт возможность получить достойную профессию, а не быть всю жизнь чьим-то слугой. В нашем обществе на первое место ставилось происхождение человека, но ведь наступят когда-нибудь и другие времена. А пока есть такие люди, как Себастьян де Россо, который может дать Луиджи шанс на лучшее будущее.

Мальчик явился вовремя. С чистыми руками – я сразу же, как мы начали заниматься, настояла на том, чтобы он хорошенько мыл их перед уроками. Уселся за стол и выжидающе уставился на меня блестящими тёмными глазами.

– Что мы будем делать сегодня? – поинтересовался он. В голосе звенело любопытство. До чего же приятно наблюдать такую страсть к учёбе!

– Кое-что новенькое, – отозвалась я с улыбкой. – Видишь эту книгу? В ней рассказывается об истории нашей страны. Сегодня я почитаю тебе. Но позже ты и самостоятельно сможешь её прочесть.

– Всю-всю? – удивился Луиджи.

– Всю-всю, – заверила его я. – Итак, приступим. Знаешь, как зовут короля?

– Его величество Арнальдо!

– Верно. Но он не первый король на троне. До него, например, был его отец – король Сильвано. Совсем недавно он правил нашей страной. Но, к сожалению, захворал и умер, так что на престол взошёл его сын.

– Отправился на небеса?

– Да, – вздохнула я. Прежний король даже не дожил до свадьбы сына, к которой во дворце наверняка уже вовсю готовились. – А его жена по имени королева Доротея, я слышала, в молодости слыла настоящей красавицей.

– Как вы? – простодушно спросил ученик.

– Ещё красивее, – смутилась я. – После смерти короля она отдалилась от всех и уехала из столицы. Говорят, поселилась в уединённой обители, чтобы денно и нощно молиться о здоровье сына и благополучии страны…

«…с которым не всё так гладко, как хотелось бы», – мысленно закончила я, вспомнив нападение на дороге. Я оказалась не первой, кто столкнулся с разбойниками. Если бы не Янис и его колдовской артефакт, кто знает, что бы со мной приключилось?

Однако это не являлось подходящей темой для обсуждения с ребёнком, так что я постаралась говорить о хорошем. Про то, как в недавние времена отправляли на костёр женщин, тоже смолчала. Луиджи слишком мал для того, чтобы знать такие вещи. Если боги смилостивятся к нам, у него впереди будет лучшая жизнь. Я очень надеялась, что так оно и случится.

– Могу я сам поставить книгу на полку? – спросил мальчик, когда урок закончился.

– Тебе ведь нельзя их трогать, – нахмурилась я.

– Но у меня чистые руки! И как я буду их читать, не трогая? Сами посудите! – хмыкнул он.

– Хорошо, только будь осторожен. Она стояла вон там, – указала я. – Не упади с лестницы!

– Что я, по лестницам, что ли, не лазал? Это вам тяжело в вашем длинном платье! А у меня штаны!

Луиджи ловко вскарабкался на самую верхушку, вернул книгу в нужный ряд и уже приготовился спускаться, когда лестница, предназначенная для того, чтобы добираться до книг на верхних полках, покачнулась. Я находилась слишком далеко, чтобы успеть подбежать. Оставалось лишь в ужасе наблюдать за падением мальчишки, отчаянно желая, чтобы он не слишком сильно пострадал.

Мгновения, казалось, растянулись в часы. От неожиданности ребёнок даже не закричал. У меня же во рту всё пересохло, а крик застрял в горле, но, даже если бы я позвала на помощь, никто не добежал бы сюда так быстро.

Будто пытаясь удержать его на расстоянии, я вытянула к нему руки и изумлённо ахнула, обнаружив что-то необычное. Падение замедлилось. Теперь Луиджи опускался с высоты медленно, точно висел в гамаке.

Когда он мягко опустился на пол, я наконец-то подбежала к нему и, усевшись рядом, тронула за худенькое плечо, в испуге глядя на сомкнутые веки мальчика и его побледневшее лицо.

– Ничего страшного, – раздался за моей спиной мужской голос. – Он всего лишь потерял сознание от страха. Не волнуйтесь – скоро придёт в себя и станет таким же резвым, как и всегда.

Обернувшись, я увидела Яниса, который неслышно вошёл в библиотеку и присел возле меня на корточки.

– Вы! – с облегчением воскликнула я, ощущая, что готова смеяться и плакать от радости одновременно. Должно быть, северянин как раз вовремя появился и, чтобы помочь Луиджи, впервые явил передо мной своё колдовство, которое я и страшилась, и жаждала увидеть. – Вы спасли его?..

– Нет, Лилиан, – он покачал головой, со странным выражением глядя на меня. Его голос, в котором сейчас был заметен лёгкий акцент, звучал задумчиво и серьёзно. – Не я. Это сделали вы. Вы не дали совершиться трагедии.

– Что вы такое говорите?! – потрясённо отозвалась я. Тут же вспомнилось случившееся в обители. Выжженный на двери отпечаток, о котором сестра Николина велела никому ничего не рассказывать.

– Вы позволите? – Янис взял меня за руку, выпрямил сжатые пальцы и поднёс свою ладонь к моей так, чтобы линии на них почти соприкоснулись. Мне померещилось или я действительно увидела, как от его руки к моей коже протянулись серебристые нити, похожие на иней на деревьях, который я видела на картинках в книгах, да ещё во сне? – Занятно… Вы уверены, что в вас нет хальфданской крови?

– Но… – совершенно растерялась я. – Как такое может быть? Ведь я же совсем не похожа…

– Внешне да, – согласился со мной северянин. – Но некоторые ваши слова, рассуждения… А ещё вот это. Я словно чувствую в вас кого-то близкого. По происхождению и… по колдовству.

– Ничего не желаю слышать! – отдёрнув руку, заявила я. – Вам всего лишь показалось! Я – не колдунья!

– Я могу догадаться, что именно вас пугает, но убегать от себя – не выход, – заметил он всё так же серьёзно.

– Пожалуйста! – глядя ему прямо в глаза, взмолилась я, уже понимая, что он едва ли остановится. Уж слишком его заинтересовало внезапное проявление моих скрытых от окружающих способностей. Теперь колдун не успокоится до тех пор, пока не выяснит больше.

В это время Луиджи зашевелился, словно просыпаясь от долгого сна.

– Что ж, поговорим позже, – произнёс, выпрямляясь, собеседник.

Я проводила взглядом выходящего из библиотеки Яниса и помогла мальчику встать на ноги.

– Всё хорошо? Где-нибудь болит? – спросила я с тревогой. Луиджи покачал головой.

– Даже не помню, что произошло. Я упал, да? С самого верха? – затараторил он. – Бывает же такое! Но вы меня поймали, да?

– Не с самого. Послушай, не рассказывай ничего бабушке, хорошо? Ей ни к чему лишние переживания, – добавила я.

– Не скажу. Урок ведь закончен? Я могу идти? – откликнулся мальчуган и, дождавшись моего одобрительного кивка, беззаботно поскакал к двери.

Я в изнеможении привалилась к стене. Руки дрожали – совсем как тогда, в обители. Будь здесь добрая сестра Николина, я бы могла пойти к ней, всё рассказать, попросить совета. Но она далеко, а в замке я должна утаивать собственные странности от всех. Кроме Яниса, который уже о них узнал…

Всё получилось спонтанно, будто само собой, как и в прошлый раз. Тогда, после беседы с настоятельницей, я не на шутку рассердилась и огорчилась, сейчас – перепугалась за мальчика. Луиджи спасён, и это настоящее чудо, но раскрытие моей тайны может стоить мне жизни.

Даже сейчас, когда на площадях городов уже не горели огромные костры. Король Сильвано прославился тем, что во времена его правления закончилось преследование колдуний, потому что всех их переловили и сожгли. Но что, если его сыну захочется повторить отцовские подвиги?..

Оправив платье, я решительно зашагала к выходу. Встретив в коридоре горничную, спросила её, где найти северянина. Та указала в сторону, в которой находилась его комната.

Янис открыл сразу – ещё до того, как я постучала. В его глазах я прочла понимание. Он посторонился, пропуская меня, и я вошла, стараясь не думать о том, что мой визит в спальню одинокого мужчины могут счесть верхом неприличия.

– Я хочу обсудить случившееся, – сказала я, сделав глубокий вдох. – Хочу, чтобы вы… чтобы вы, если не возражаете, стали моим наставником. Хочу научиться управлять своим даром.

Глава 20

Я рассказала Янису всё, не умолчав и про отпечаток на двери в обители. Он слушал внимательно, заинтересованно и, как мне показалось, с сочувствием. Промелькнула мысль, расскажет ли северянин об услышанном от меня герцогу, и сердце тоскливо сжалось при мысли о том, как мой супруг может отреагировать, если узнает обо мне такие подробности.

– Значит, вы ничего намеренно не делали? – уточнил Янис, выслушав. – Только испытывали в те мгновения сильные эмоции… И началось всё недавно?

– Да, – подтвердила я, опуская глаза. Никогда не думала, что поведаю кому-то о том, что так сильно меня пугало. Но я не могла рисковать и дальше, каждую минуту с трепетом ожидая того, что буду разоблачена.

– Пробуждение колдовского дара у женщин чаще всего связано с возрастом. Он редко проявляется до совершеннолетия. Видимо, так же случилось и с вами, потому прежде вы и не замечали за собой никаких его проявлений.

– А нельзя сделать так, чтобы мой дар заснул снова? – с надеждой осведомилась я.

– Увы, нет, – покачал головой хальфданец, пригладив перехваченные тесёмкой светлые волосы. – Он будет лишь расти со временем и в полную силу войдёт тогда, когда на свет появится ваше дитя. Но, если не научиться справляться с даром, тот может принести немало неприятностей.

– Согласна. Хорошо, что Луиджи ничего не успел понять, – вздохнула я, представив, какие разговоры пошли бы среди прислуги. А баронесса? Лучшего способа избавиться от соперницы она бы и представить себе не могла! Достаточно лишь сказать несколько слов королю Арнальдо.

От этих мыслей я будто похолодела изнутри, а руки снова задрожали. Это не осталось незамеченным. Янис мягко накрыл мою ладонь своей. Его пальцы были длинными, точно у музыканта. Мне показалось, что от них исходило тепло, от которого сковывающий меня лёд страха и смятения постепенно таял, уступая место жгучему любопытству и желанию поскорее стать хозяйкой, а не жертвой своего таинственного дара.

– Вы должны смириться с тем, что родились не такой, как все, – произнёс Янис, не убирая руки. – С тем, что вы особенная. Я и сам проходил через подобное.

– Разве вам не пришлось легче, чем мне? – отозвалась я. – Ведь вы мужчина. И… родом не отсюда.

– С одной стороны, да. В Хальфдане таких, как мы, никогда не преследовали и не сживали со свету. Однако в обществе каждому отведено своё место, а я родился в крестьянской семье, но с детства не походил на своих братьев и сестёр. Вместо того чтобы возделывать землю, я, едва мне минуло двенадцать, оставил родное село и отправился в город. Для того, чтобы постигать знания и встретиться с теми, кто похож на меня, кто смог бы меня понять.

– Вам удалось?

– Как видите. Мне даже довелось провести несколько лет в окружении князя. Но мой путь не был усыпан розами.

Я вздохнула, вспоминая найденную в библиотеке книгу о Хальфдане. Истории из неё запали мне в душу. А сон… тот удивительный сон, в котором я точно наяву ощущала запах терпкой древесной смолы и белого снега.

Воспоминание застало меня вздрогнуть, и я с надеждой повернулась к собеседнику, решившись задать ему беспокоивший меня вопрос.

– Мне нужно расшифровать одну надпись! Северные руны. Вы мне поможете?

Как и следовало ожидать, Янис не на шутку заинтересовался. Он пообещал, что посмотрит, и я заторопилась в свою комнату, где лежал листок бумаги с записанными на нём рунами из сна. Рассчитывала вернуться тут же, но в коридоре меня перехватил Аларик.

– Кажется, вы совсем запамятовали про наше с вами соглашение, – хмуро вымолвил он, смерив меня взглядом.

– В самом деле, – ответила я. За прошедшие с того разговора дни мы время от времени пересекались и обменивались несколькими словами. Однажды даже на виду у баронессы. Но я сомневалась, что из этого плана что-нибудь получится. Обвести вокруг пальца Виенну было непросто.

– Я уже говорил, что вы должны быть осторожны, – заметил он строго. – Хоть госпожа баронесса и делает вид, будто вы её лучшая подруга, всё совсем не так. Злейшего врага вам за всю жизнь не найти.

«Ошибаетесь», – подумала я, представив горящие яростью лица тех, кто вёл гонения на колдуний, но промолчала.

– Герцог разрешил ей остаться в замке только до выздоровления, – напомнила я.

– Однако она не намерена уезжать до его возвращения и всё ещё грезит о том, чтобы зацепиться за него подобно болотной пиявке. Поймите, ваша прямота и бесхитростность – весьма редкие качества, но для борьбы с Виенной де Кастеллано они не годятся. С ней нужно сражаться её же оружием, то есть хитростью, – заключил он.

– И наглостью, – добавила я, пробурчав под нос. Но собеседник услышал. Усмехнулся и вдруг провёл рукой по моей щеке, заправляя выбившуюся из причёски прядь за ухо. Я вздрогнула и отшатнулась. А мгновением позже, скосив глаза, увидела застывшую на лестнице баронессу, которая, не отрываясь, смотрела на нас.

– Доброго дня, ваша милость! – Аларик, поклонившись мне, направился к ней. – Я помогу вам подняться.

На губах Виенны появилась довольная улыбка. Похоже, она решила, что всё идёт по её плану. Коротко кивнув ей, я развернулась и зашагала в свою спальню.

Нужный мне листок с рунами нашёлся на прежнем месте. Обождав некоторое время, чтобы не столкнуться с баронессой ещё раз, я вернулась в комнату Яниса. Тот уже ждал меня.

Переступая порог, я снова ощутила неясную тревогу, от которой что-то сжималось в груди. Казалось, будто сегодня я сделала шаг, окончательно отделяющий меня нынешнюю от меня прежней – истосковавшейся по неведомому, потерянной, одинокой девочки, воспитанной в обители. Словно открылась какая-то особенная дверь, за которой меня ожидала встреча с тем, о чём раньше я и помыслить не могла. Ведь все знали, что от колдовства и колдунов надо держаться подальше. Однако хальфданец вовсе не казался мне страшным, и я чувствовала, что могу доверять ему, потому что, как он сам недавно говорил, Янис являлся тем человеком, который сумел меня понять.

Таким же, как я сама.

Я молча протянула ему листок и приумолкла, ожидая, пока он прочтёт рунные письмена на нём.

Когда Янис поднял на меня глаза, в его взгляде светилось удивление.

– Откуда вы их взяли?

– Увидела во сне, – призналась я и кратко рассказала о сновидении, которое пришло ко мне в мою первую ночь в замке. – Эти знаки с вышивки на варежке на моей руке. А снег! Я ведь никогда не видела его наяву, но сразу поняла, что это он… Как вы думаете, что тот сон может значить?

– Я не толкователь снов, – пожав плечами, отозвался собеседник. – Но эти руны… Я знаю, что они обозначают.

– Расскажите же! Пожалуйста! – терзаемая любопытством, нетерпеливо взмолилась я. Янис в ответ улыбнулся и кивнул на стул у окна, приглашая меня сесть.

Его комната напоминала мою собственную, так что, если бы не некоторые различия, мне бы казалось, словно я нахожусь у себя. Но, когда северянин расположился напротив, пытливо глядя на меня, я снова ощутила неловкость от нашей невольной близости. Может быть, следовало бы побеседовать в библиотеке? Но там нас могли подслушать… Баронесса не проявляла тяги к литературе, однако, успев немного узнать Виенну де Кастеллано, я не сомневалась, что она не отказалась бы от такой возможности, если бы заметила, что мы с Янисом там уединились.

Ведь больше всего на свете ей хотелось опорочить меня в глазах герцога, а тут представился бы подходящий случай!

Отбросив эти мысли, я тронула хальфданца за рукав, безмолвно упрашивая его не томить дальше и рассказать мне всё поскорее.

– Это обращение к покровительнице удачи, – произнёс он наконец. – К той, которая помогает обойти предначертанную человеку судьбу даже в миг смертельной опасности. Обычно покровительницу удачи представляют в образе женщины, ноне к каждому она приходит на помощь. Да и руны эти знают не все. Едва ли их стала бы вышивать на своих вещах обычная девушка.

– То есть… – запнулась я.

– А вот колдунья – вполне могла бы, – невозмутимо продолжил Янис.

– Я видела во сне северную колдунью! – всё ещё до конца не веря, воскликнула я. – Нет! Я сама чувствовала себя ею!

– И вы продолжаете утверждать, будто в вашем роду не было уроженцев Хальфдана, – заметил он.

– Откуда мне знать?! – выпалила я. – Разве ваш друг вам не рассказывал? Я не помню свою семью и не могу сказать, встречались среди моих предков северяне или нет!

– Я не хотел вас обидеть. Просто всё это… Странно, не правда ли?

– Ещё как, – согласилась я. – Так вы поможете мне? Герцог де Россо… мой супруг сказал, что я всегда могу на вас рассчитывать, а в таком деле мне больше не к кому обратиться.

– Хорошо, – ответил Янис. – Но вы должны слушаться меня во всём. Делать то, что скажу вам я, и ни одной живой душе не рассказывать о наших уроках.

– Даже…

– Себастьяну я сам расскажу. Когда наступит время. Договорились?

– Да, – выдохнула я, ощущая тёплое чувство благодарности и не зная, как её выразить. Теперь у меня появился наставник. Если он научит меня сдерживать спонтанные проявления моего дара, риск случайно выдать себя станет куда меньше.

– Вас беспокоит что-нибудь ещё? – осведомился хальфданец.

Сперва я отрицательно покачала головой, но затем кое-что вспомнила.

– Должно быть, это не имеет никакого отношения, и всё же… Картина в библиотеке. Я почти уверена в том, что видела её раньше.

– Та, на которой маяк?

– Да!

– А вы уверены, что видели именно картину? Может быть, то место, которое на ней изображено? Подумайте хорошенько!

Я наморщила лоб. А если он прав, и я когда-то в детстве, до того, как меня нашли и забрали в обитель, жила там, у моря? Но моя память не сохранила ни плеска волн, ни вкуса морской воды, ни прохлады бьющего в лицо солёного ветра.

– Мне всё же кажется, что я видела именно картину, но я не уверена, – вздохнула я, понимая, что напряжённые размышления ни к чему не приведут. Ощущение при виде картины было как озарение. Как яркий луч света, на мгновение прорезавший темноту в моих воспоминаниях.

– Что ж, тогда не мучайте себя. Если на то будет воля богов, вы непременно отыщете ответы на все свои вопросы, – заверил меня Янис. – А пока вам лучше отдохнуть.

– Но когда же мы приступим к занятиям?

– Думаю, с завтрашнего дня. Однако для этого придётся выйти из замка и подыскать место, где нам никто не будет мешать. Вы ведь не пленница здесь, и вам только на пользу пойдёт свежий воздух.