355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Светлана Григорьева » К.С.В... (СИ) » Текст книги (страница 8)
К.С.В... (СИ)
  • Текст добавлен: 30 апреля 2018, 07:30

Текст книги "К.С.В... (СИ)"


Автор книги: Светлана Григорьева



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 39 страниц)

   -Так ты знаешь его?

   -Конечно. На его счету довольно много жизней и я давно за ним гоняюсь, но пока безуспешно, – грустно закончил он. – У меня с Томасом личные счеты. Он убил моих родителей.

Глава 10

Архив

   Даже при сумрачном свете вечно сизого питерского неба, льющемся из окна, я заметила, как в его глазах полыхнуло пламя. На всякий случай, памятуя свои прошлые полуобмороки, я решила не встречаться с ним глазами и посмотрела в окно.

   -Рассказывать мне ты, конечно, сейчас ничего не будешь, – предположила я и он было открыл рот, но я прикоснулась пальцами к его губам. – Я не настаиваю. Я подожду.

   В ответ он легко поцеловал их и улыбнулся.

   -Ты на пару опаздываешь, – мягко проговорил он, и я тяжко вздохнула.

   -Иду, иду, – произнесла я и взяла свою сумку.

   -Спасибо, – внезапно сказал он и нежно поцеловал меня. – Я тебе позвоню.

   В ответ я улыбнулась и поплелась на очередную лекцию. Сидя там и медленно вливая в свой разум новые познания, оседающие где-то в пыльных развалах памяти, минуя основную операционную систему мозга, я думала о том, что день без сероглазого почему-то удлиняется, по меньшей мере, раза в два. В то время как, стоит ему оказаться рядом, оно начинает нестись галопом. Ломая голову над загадкой непостоянства времени, я внезапно заметила, что ребята с нашей группы стали с интересом поглядывать в мою сторону.

   "Видимо, оценили утреннее шоу", – злорадно подумала я.

   Заметив очередной, брошенный на меня украдкой, взгляд парня, который раньше со мной даже никогда не здоровался, я решила обсудить сей загадочный феномен с Машкой. Но, глянув на подругу, увидела, что пользуясь безразличием преподавателя, особо не следящего за дисциплиной, она увлеченно строчит что-то на своем сотовом. Выражение ее лица еще более раздуло мое, и без того по жизни обычно немаленькое, любопытство и я, напрочь забыв о лекции, наклонилась к ней и прошептала:

   -С кем трещим? – в ответ она вздрогнула и инстинктивно захлопнула телефон.

   -Ни с кем, – слишком поспешно отозвалась она. Это раззадорило меня еще больше. В ее глазах светились искорками смешинки и почему-то смущение.

   -Машунь, я же все равно узнаю, – прошептала я.

   -Я не сомневаюсь. Но сейчас я все равно тебе ничего не скажу, – и показала мне язык.

   "Да ну вас всех", – обиделась я и демонстративно отвернувшись, начала с усиленным рвением следить за мыслью профессора.

   Звонок прозвучал, как спасительный гонг, для моей отяжелевшей головы. Машка немедленно вскочила, побросала свои вещи в сумку и, кинув на прощание "Пока, увидимся дома", направилась к выходу. Мое любопытство грозило придавить силой своего авторитета мой, довольно слабенький в данный момент, здравый смысл и подначивало проследить за подругой. Взвесив все за и против, победило, как всегда, время. Пока я думала, ее и след простыл. Плюнув про себя, я поплелась в общагу.

   Машка появилась спустя пару часов, сияющая, как начищенный медный таз. Этого выражения лица я не видела у нее уже довольно давно, потому решила не портить ей хорошее настроение своими расспросами. Захочет – сама расскажет.

   Оставшиеся дни недели пролетели незаметно. Гоша со мной по-прежнему только здоровался и полностью игнорировал Влада, если тот оказывался рядом, несмотря на его безупречно вежливое обращение с моим лучшим другом. В такие моменты я чувствовала себя лучиной, зажатой в светец, казалось, еще мгновение – и я вспыхну от напряжения, проскальзывающего между этими двумя. Машка периодически куда-то пропадала после занятий, но я уже смирилась с этим фактом, радуясь, что наконец-то у нее появилась хоть какая-то причина избавиться от своей хандры и печали. Хотя я то и дело замечала, что она все еще бросает украдкой взгляды на светловолосого Гардинера. Кто бы ни был ее новый таинственный телефонный собеседник, он так и не смог до конца занять место голубоглазого хранителя в ее мыслях.

   Я сидела в кафетерии во время большого перерыва и тихо про себя радовалась наступлению пятницы, предвкушая, как я проваляюсь в постели все следующее утро. Мои взгляд перехватил вспышку серых глаз и я улыбнулась еще шире.

   -Привет, Солнышко, – произнес мой демон и, наклонившись, поцеловал. – Чему ты так загадочно улыбалась?

   -Пятнице, – мечтательно ответила я, и он рассмеялся, усаживаясь рядом.

   -Рассчитываешь завтра выспаться? – усмехался он.

   -Ага, – не меняя выражение лица, произнесла я.

   -А кто обещал помочь мне разобраться с коробками?

   -Понятия не имею! – воскликнула я.

   -Ну, насколько я помню, что это был некто с прекрасными карими глазами, длинными блестящими волосами, соблазнительной фигурой и непомерным аппетитом, – широко улыбаясь, проговорил сероглазый, и я порозовела.

   -Ну если ты так ставишь вопрос, то я, пожалуй, свободна сегодня после обеда. Хотя, какой это обед? – хитро улыбаясь, заметила я.

   -Намек понял, – произнес он. – Только надо будет по пути в магазин заехать, раз ко мне в гости собрался заглянуть один маленький, но очень прожорливый зверек.

   Я собралась, уже было, обидеться, но он притянул меня поближе и поцеловал.

   "Так нечестно!"

   -Что именно? – поинтересовался он, привычно выводя узоры на моей ладони своими пальцами.

   -Ты прекрасно знаешь – мое хрупкое девичье сознание против твоих чар, как ежик против танка, – он рассмеялся. – И постоянно этим пользуешься.

   -Ох, ребенок, ты себе даже не представляешь, что твой хрупкий девичий образ вытворяет с моим циничным мужеским сознанием, и это притом, что ты этим особо еще и не пользовалась, – и я покраснела еще больше.

   "Тебе нравится все время вгонять меня в краску?"

   Он широко улыбнулся и встал, подавая мне руку.

   -Идем, Тома, – и я приняла ее. – Пятница еще в самом разгаре.

   Остаток занятий пролетел незаметно, и спустя пару часов, одного магазина и визита в мое общежитие (раз все складывалось так удачно, я рассчитывала заодно пообщаться еще и с его ноутбуком) я сидела на кухне и, подперев руками голову, наблюдала, как он готовит кофе.

   -Если включить еще воду, – подала голос я, – будет идеальное сочетание элементов, смотреть на которое можно бесконечно.

   -Подхалимка,– ответил он и поставил на стол чашки.

   -С чего начнем? – поинтересовалась я, когда он разлив по ним кофе, присел рядом.

   -С кабинета. Там довольно много документов из моего архива, которые я возил с собой, мне их необходимо распаковать и разложить по полочкам. Справишься?

   -Секретные? – загорелись у меня глаза.

   -А то, – усмехнулся он. – Других не держим.

   -А полистать можно?

   -Ребенок, ты правда думаешь, что у меня там скрыты все тайны мироздания, и я по вредности характера ни с кем ими не делюсь?! – поинтересовался он.

   -Не разрушай мою иллюзию, – произнесла я. – У столь загадочной личности просто обязано где-то быть зарыто "яйцо кощеево". И потом, я видела твои книги в гостиной. В букинистическом магазине нет столько древностей.

   -Библиотеку еще родители собирать начали, – просто произнес он. – Папа очень любил книги.

   Прочитав по его глазам, что эта тема пока все еще закрыта для обсуждения, я предпочла допить кофе, в то время, как сероглазый, обняв меня, задумчиво поглаживал мою руку своими пальцами.

   -Давай начнем, а то мне у тебя ночевать придется, – улыбнулась я. – Мне бы еще твой ноут сегодня успеть помучить немного.

   -Кто б возражал, – ухмыльнувшись, отозвался он, явно отвечая на мое первое предположение, я в ответ закатила глаза.

   -И этой темы ты мне тоже обещал не касаться, – хмуро произнесла я. Он в ответ поцеловал меня в висок и произнес:

   -Когда нельзя, но уж больно хочется – то можно, – подмигнул он мне, вставая.

   Довольно просторный кабинет, с большим эркерным окном, являл собой филиал библиотеки имени Маяковского.

   -Теперь понятно, почему у тебя в гостиной столько книг, – произнесла я, оглядывая стеллажи, занимавшие все четыре стены комнаты от пола до потолка. Лишь некоторые из полок были свободными, большинство же из них было занято книгами, альбомами и папками всевозможных размеров и оттенков. У окна стоял большой письменный стол с удобным кожаным креслом, а посреди комнаты были сложены коробки с книгами и документами. – Такой объем ни одна комната вместить не в состоянии.

   Смахнув пыль, я взялась расставлять книги и папки по полкам. Часть из них была на иностранных языках.

   -Ты что, умеешь читать на итальянском? – удивилась я, выуживая очередной трактат из коробки и показывая его владельцу.

   -Весьма посредственно, – спокойно отозвался Влад. – Английский и немецкий мне ближе.

   В ответ я завистливо вздохнула. Мне один-единственный английский давался с огромным трудом. Глянув на меня, сероглазый беспечно заметил:

   -Тут все дело в практике. Покаталась бы с мое по миру и на суахили бы заговорила.

   -А ты что, и в Африке жил?

   -Нет, это я к примеру, – усмехался он.

   Затолкав свою зависть обратно в глубокую нору своего подсознания, я вернулась к своему занятию. И тут мне на глаза попалась необычная книга. Она была упакована тщательнее остальных и, судя по ее внешнему облику, была гораздо старше ее соседок по коробке. Ее обложка была из потемневшей и потертой от времени кожи с витиеватыми металлическими украшениями по углам. Автоматически открыв книгу, я наткнулась на первой же странице на замысловатый символ, нарисованный, судя по всему, чернилами от руки. Пролистав пару страниц, я поняла, что ни слова не понимаю. Символы не походили ни на один из известных мне языков. Хотя мои познания в этой сфере были весьма и весьма ограничены.

   -А это что за язык? – поинтересовалась я, демонстрируя ее Владу.

   -А вот это я сам уберу, – ответил он и взял у меня из рук книгу. – Я нашел ее, когда перебирал библиотеку после смерти родителей. И, скорее всего, это не какой-то язык, а шифр. Судя по всему, это чей-то дневник. Но вот чей, и что в нем написано, я пока могу только предполагать. Единственное, что я знаю наверняка, что это книга о хранителях. Видишь символ? – и он вновь, открыв книгу на первой странице, продемонстрировал мне замысловатый иероглиф... – Это знак хранителя.

   "Так вот, как выглядит этот пресловутый знак. Жаль, что это все же не татуировка.", – подумала я, и он усмехнулся. "Ничего сложного. Хотя красиво."

   -А я вот посмотрю на тебя, когда ты попробуешь его воспроизвести по памяти, – продолжал улыбаться он.

   -Поверю на слово, – отозвалась я и увидела, как сероглазый запер дневник в ящике стола.

   -А ты не думал, что там может быть что-то такое, о чем ты еще не знаешь? – не удержалась я.

   -А то! Я почти уверен, что там есть много чего такого, о чем я и понятия не имею. Но вот ключ я пока так и не нашел.

   -Ну а автор-то хоть тебе известен?

   -Как я уже сказал, мне остается только предполагать, – он подошел ближе и, заглянув в глаза, произнес, – насколько я помню историю, жил в средние века один человек, который попытался систематизировать знания о хранителях. До него, в большинстве своем, это просто передавалось от учителя к ученику, из уст в уста, так сказать. Он был одним из первых, кто начал излагать свои познания в этом вопросе на бумаге, систематизируя все легенды и учения о хранителях. Звали его Генри Ризли. Я склонен думать, что это его дневник. Либо, как минимум, одного из его учеников.

   -Судя по имени, он – англичанин, – предположила я. – И как его дневник попал к твоим родителям?

   -Это еще один вопрос, на который у меня нет ответа, – пожал он плечами и вернулся к своему прерванному занятию.

   Стараясь не подать виду, что я была чрезвычайно заинтересована этой находкой, я предпочла продолжить начатое. Мое любопытство все на нервы изошло, скребясь у меня внутри, подначивая продолжить исследование загадочной книги, но я, игнорируя его, попыталась сосредоточиться на следующей коробке. И как только я ее открыла, то практически сразу позабыла о дневнике.

   "О, фотоальбомы!"

   Влад немедленно поднял голову и посмотрел на меня.

   -А тут есть ты в детстве? – злорадно ухмыляясь, поинтересовалась я.

   -К моему несчастью, да, – ответил он, улыбаясь. – Хочешь посмотреть?

   -Ты еще спрашиваешь?! Конечно, хочу, – немедленно отозвалась я и схватила один, самый большой, лежащий сверху. – Этот?

   -Кажется, в этом тоже есть, – улыбаясь, заметил он и что-то промелькнуло в его взгляде.

   "Неужели смущение?! Отольются кошке мышкины слезы. Хоть так смогу оценить твои кудряшки."

   -У меня не было кудряшек, – ответил он, закатывая глаза.

   -А это мы сейчас проверим, – победоносно отозвалась я и уселась в мягкое кресло у стола. Сероглазый без особого усилия приподнял меня на руки и усадил себе на колени. Я даже пискнуть не успела. Он в ответ лишь невинно посмотрел мне в глаза и произнес:

   -Тебе же нужны будут пояснения.

   В ответ я покачала головой и открыла альбом. При взгляде на первую же фотографию у меня перехватило дыхание. На ней была та же молодая пара, что на фотографии, стоящей в гостиной, только выглядели они здесь немного моложе. Но что меня больше всего потрясло, так это само фото. Родители Влада были облачены в наряды начала двадцатого века, и если бы не качество самой фотографии и не подпись в углу, я бы решила что это просто костюмированная инсценировка.

   "1905 год?"

   Перевернув страницу, я обнаружила еще серию таких же фотографий. Сомнений в том, что это именно те же люди, что и на фото в гостиной, у меня не осталось. Влад был почти точной копией своего отца. Подняв глаза, я натолкнулась на сероглазый взгляд, судя по всему, внимательно наблюдавший за всей гаммой эмоций на моем, в данный момент перепуганном, лице.

   -Это все настоящее? – только и смогла спросить я.

   -Да, – просто ответил он, по-прежнему не спуская с меня взгляда.

   -И когда ты хотел мне об этом рассказать? – как бы невзначай, поинтересовалась я.

   -Видимо, прямо сейчас, – невинно отозвался он.

   -Так сколько тебе на самом деле лет?

   -Столько, сколько я и говорил ранее – двадцать девять.

   -А твоим родителям?

   -На этой фотографии им около двадцати пяти, – я, опустив взгляд, посмотрела на дату – 14 августа 1909 года.

   Если бы в этот момент его руки не обнимали меня, я бы уже давно потеряла равновесие и упала.

   -Ты у нас получается бессмертный, – как всегда не вовремя, проснулся мой сарказм.

   -О, нет. Мне до этого далеко, – как ни в чем не бывало, ухмылялся он. – Мы, конечно, живем гораздо дольше простых людей, но далеко не бессмертны.

   -И сколько же вы живете? – не удержалась и спросила я.

   -Если не вмешивается провидение, то, в среднем, лет триста.

   Я непроизвольно раскрыла рот, и Влад мягко взяв меня за подбородок, закрыл его.

   -Извини, – смутившись, произнесла я. – Наверное, это очень больно.

   -Больно? – изумился он.

   -Я не так выразилась, – пытаясь сформулировать свою мысль, я лихорадочно подыскивала нужные слова. – Просто для меня бессмертие, как и долгая жизнь, всегда представлялись в некотором роде проклятьем. Больно наблюдать, как уходят из жизни те, кого ты любишь, а ты продолжаешь жить.

   -Если смотреть с этой точки зрения, то ты, наверное, права, – согласился он. – Но ведь у нас у всех достаточно продолжительная жизнь. Потому мы редко намного переживаем своего родного человека.

   -Неужели у вас нет смешанных браков, – он нахмурился, а я продолжила. – Ну, между человеком и хранителем.

   -Нет, все браки одобряет совет.

   -Все? – шокировано спросила я. – У вас прямо тоталитарная система, как я погляжу.

   -Положение обязывает, – просто ответил он. – Это сложно. После их согласия, как правило, следует посвящение в хранители, и далее – "жили они долго и счастливо".

   -И что, простой смертный, становясь одним из вас, получает в виде бонуса дополнительную сотню-другую лет?

   -Да, – просто ответил он. У меня против моей воли загорелись глаза.

   – А все ваши способности тоже прилагаются к основному пакету?

   -Думаю, да, – вновь отозвался он.

   "Это меняет дело."

   -Тебе так хочется читать мысли других? – удивился он. – Поверь мне, это забавно только поначалу. Порой, это очень утомляет.

   "Что-то по отношению к себе я такого не заметила",– ухмыльнулась я.

   -Ну, тебя я могу слушать часами, – отозвался он. – И судя по блеску твоих глаз, могу предположить, что тебя это очень заинтересовало, – я смутилась. -Могу добавить, что, помимо основных, у каждого хранителя, как правило, есть еще своя индивидуальная способность. Как награда за все неудобства, связанные со своими обязанностями, – улыбнулся он. – Алек, к примеру, умеет глушить мысли и чувства других людей, а порой даже хранителей, и замещать их своими собственными. Не советую попадаться ему на глаза, когда он в плохом настроении, – улыбался он. Я похолодела и не ответила на его улыбку. – Все не так страшно, как кажется. Он не использует это направо и налево. Только при необходимости.

   -А у тебя какая? – поборов свой страх, поинтересовалась я.

   -О, это словами не описать, – улыбаясь до ушей, ответил он и чмокнул меня в нос. – Будет возможность, как-нибудь продемонстрирую. Правда, чтобы ими воспользоваться, есть одно не примерное условие – для их реализации необходима человеческая кровь, – он нахмурился. – Без нее эффективность наших способностей снижается, а порой и вовсе пропадает. Во всем есть свои минусы и плюсы.

   "Опять тайны. Ты мне никогда ничего не договариваешь до конца", – надулась я.

   -Я не договариваю?! Ты еще не общалась с этими двумя, – усмехнулся он, имея в виду своих брата и сестру. – Вот уж интриганы. Никогда ничего не говорят напрямую.

   -Владюш, а они, правда, твои брат и сестра, или у вас просто так принято называть друг друга?

   -Да нет, они действительно мои родственники. Мой отец был родным братом их отца.

   -А обо мне они что говорят? – смущенно проговорила я, автоматически начав перелистывать страницы альбома, который все еще держала в руках.

   -А что они должны о тебе говорить?

   -Ну, там "она тебе не пара" или "что ты в ней нашел".

   Сероглазый расхохотался.

   -Ребенок, мы уже достаточно взрослые люди, чтобы отвечать за последствия своих поступков и принимать выбор друг друга, – улыбнулся он и, стукнув меня пальцем по носу, продолжил, – и у тебя, по-моему, снова приступ неполноценности.

   Я, смутившись, стала с особым интересом разглядывать фотографии, почувствовав, как опять заалели мои щеки. Он нежно провел рукой по лицу и, отодвинув непослушную прядь волос, прижался губами к виску.

   -Ой, это ты? – воскликнула я, увидев, наконец, розовощекого темноволосого мальчугана лет двух с кристально чистыми серыми глазами. – А говорил – кудряшек нет.

   -Это просто ракурс такой, – глухо проговорил он и закусил губу.

   -Ракурс?! – поддразнила я и перевернула страницу. На последующих за ней листах я, как в ускоренном темпе, проследила его взросление. Краткое содержание, так сказать, его детства и отрочества. Видимо, я выбрала альбом, куда в его семье складывали самые-самые любимые фотографии. Глядя на его фото со школьного выпускного, я поймала себя на мысли, что он, в действительности, практически не изменился за прошедшие с того дня годы.

   "Это же целых двенадцать лет", – подумала я, высчитав разницу между датой на фото и сегодняшним моментом.

   -Мы растем и развиваемся, как обычные люди. Наше взросление приостанавливается с момента посвящения, – ответил Влад на мой невысказанный вопрос. Я уставилась на него широко распахнутыми глазами. – С нашей первой крови, – добавил он, и я непроизвольно вздрогнула.

   -А сколько лет Алеку с Аней? – поинтересовалась я, даже боясь сделать предположения.

   -Алек младше меня на три года, – улыбнувшись, ответил он. – А Анюта, и вовсе, твоя ровесница.

   Отчего-то мне это было приятно слышать.

   "Выходит ты над ними вроде старшего наставника?", улыбнулась я и, переложив альбом на стол, провела рукой по его волосам. В ответ он перехватил мою руку и поцеловал в ладонь. У меня по телу пробежала волна дрожи.

   -Скорее, у нас что-то вроде семейного подряда, – ответил он, ухмыляясь. – Анюта совсем еще новичок, мы ее особо и не дергаем пока, а Алек со своим даром бывает очень полезен. И потом, напару легче работать. Больше шансов на успешное окончание миссии.

   Упоминание об Алеке автоматически вызвало к жизни мой, давно высказанный, вопрос, на который я так и не получила ответа, лишь туманные намеки. Потому сейчас, я, немедленно воспользовавшись случаем, его повторила:

   -Так почему все же Алек избегает общения с Машей? Она ему настолько не понравилась?

   "Так сразу бы и сказал, чего глазами прожигать-то?"

   Он глянул на меня и, передвинувшись в кресле, ответил:

   -Тут несколько иного плана проблема, чем просто понравилась-не понравилась. Скажу тебе, по большущему секрету, она ему все же скорее понравилась, – улыбнувшись, сказал он. – В этом-то вся и трудность.

   Я нахмурилась, и он в ответ потерся носом о мою шею.

   -Не вижу логики.

   -У нас не принято знать собственную судьбу, – начал издалека Влад, пока я, не отрываясь, смотрела ему в глаза. Между его бровей залегла морщинка, и он автоматически запустив пальцы в свои волосы, провел по ним ладонью и продолжил, – так проще. Знание, что ты умрешь именно в тот или иной момент, очень усложняет нашу работу. Получается что-то вроде "сапожника без сапог", – грустно улыбнулся он и замолчал.

   -Я все еще не улавливаю связи, – медленно произнесла я. Сероглазый внимательно посмотрел мне в глаза и продолжил.

   -Дело в том что, когда Алек просканировал твою подругу, он увидел, что ее линия судьбы пересекается с его собственной, и они обе... пропадают.

   -И что это значит? – спросила я, хотя догадаться было несложно.

   -Ну, судьба не может существовать без человека, – нейтральным голосом произнес он.

   -И Машкина тоже? – тихо переспросила я.

   -Да.

   -Но ведь это ничего еще не значит. Может, еще все можно изменить. Может, он ошибся, – начала тараторить я, оборвав себя на полуслове в конце. – Он что, знает, как это произойдет? – глухо закончила я.

   -Нет, он не стал вдаваться в подробности. Но теперь он старается поменьше сталкиваться с ней взглядом. Пытается уйти от неизбежного, – хмыкнул он.

   -Тебе что-то известно, ведь так? – в моем голосе появилась надежда.

   -Ничего обнадеживающего, – предупредил он меня и, улыбнувшись, легко прикоснулся своими губами к моим. – Если тебе станет от этого хоть немного легче, никуда он от нее не денется. Примерно так же, как и я от тебя.

   Я порозовела.

   -Откуда такая уверенность. Ты же меня не видишь?

   -Зато отлично чувствую, – вновь улыбнулся он, и на этот раз его поцелуй был более настойчивым и глубоким.

   Уткнувшись лбом в изгиб его шеи, я спросила:

   -Что, совсем никакой надежды?

   -Надежда есть всегда, – просто ответил он. – Даже мы не можем с абсолютной точностью утверждать, что все будет именно так, а не иначе. Все поддается изменению, было бы желание.

   -А ты можешь это изменить?

   -Нет, – категорично произнес он. – Это недостаточная причина для вмешательства. На этот счет тоже существуют свои правила и ограничения. Я просто не имею права этого делать. Мне жаль.

   -Но .. но..

   -Тома, пойми, каждый имеет право на свою собственную судьбу. Человек в состоянии управлять ею самостоятельно, каждый получает именно то, что заслуживает он сам. Даже если отмести все наши правила и ограничения, это, по меньшей мере, нечестно по отношению к ней. Не факт, что после моего вмешательства, у нее жизнь сложится лучше, чем сейчас. Я не царь и не бог и не вправе лишать ее всего того, что она имеет на данный момент.

   Я нахмурилась.

   -А когда это произойдет, это-то ты хотя бы знаешь?

   -Знаю, – мягко произнес он. – Но тебе не скажу.

   -Почему? – удивилась я.

   -Чтоб лишить тебя еще одного повода для беспокойства. Неведение иногда бывает благом, – он мягко провел рукой по моим волосам. – И ты ни слова не скажешь Маше, ни одного намека. Обещай мне!

   -Почему?

   -Обещай, – с силой произнес он. – Я знаю твой упрямый характер, но нарушить данное слово ты не сможешь, в этом я тоже уверен.

   Я засомневалась. Мне ужасно захотелось поговорить с Машкой. Предупредить ее. Намекнуть. Но, в то же время, я понимала, что, возможно, лишу ее этим душевного покоя и, скорее всего, счастья.

   – Тамара, я не шучу! – голос сероглазого прервал мои размышления. Видимо, пауза затянулась. – Я ведь могу и передумать.

   – О чем передумать? – очнулась я от своих раздумий.

   -Сама знаешь, – произнес он, и в серых глазах сверкнуло пламя. Холод проник мне под кожу и сдавил стальными тисками сердце. Но просто так я сдаваться не собиралась.

   -Ты мне угрожаешь? – сдавленным голосом спросила я.

   -Нет, – более спокойно произнес он. – Всего лишь предупреждаю. Я не менее тебя упрям. И в данном случае, весь наш спор и выеденного яйца не стоит.

   Я была готова согласиться с его доводами, но его угроза вывела меня из равновесия, и я начала злиться. Соскочив с его коленей, я отошла к окну и скрестила на груди руки.

   -Сначала извинись, – упрямо произнесла я.

   -За что? – удивленно спросил он.

   -Я не признаю, когда на меня давят, и зачастую поступаю с точностью до наоборот, лишь только потому, что мне не предоставляют право выбора, навязывая свое мнение, – сердито глядя на него, произнесла я. – И ты обещал не пользоваться своим преимуществом передо мной.

   Я упрямо сжала губы и сердито уставилась на него. Он легко поднялся и подошел ко мне вплотную. Протянув руки, он взял меня за талию, но я даже не шелохнулась.

   -Упрямая, – широко улыбаясь, произнес он. Как же я любила эту его улыбку. – Извини, я не должен был давить на тебя. Я был не прав.

   Мое сердце освободилось от стального гнета страха и растаяло под теплом его взгляда.

   "Ну как после такого еще сопротивляться?!"

   -Обещаю, – просто произнесла я.

   -Спасибо, – улыбнулся он и, разжав мои руки, мягко завел их себе за спину и поцеловал, чем окончательно сломил мое сопротивление и растопил мою злость. Я отдалась на волю инстинктам и обвила руками его шею. В следующий момент я уже сидела на столе, обвив ногами его талию и запустив пальцы в его волосы. Его ладони жгли меня даже сквозь тонкий материал моего свитера. И в тот момент, когда я почувствовала их жар на своей обнаженной коже спины, я судорожно вздохнула и отстранилась. Сероглазый же, лукаво ухмыльнувшись, лишь еще крепче прижал меня к себе и втянул меня в очередной водоворот чувств, неизменно засасывающий меня на дно, стоило ему коснуться моих губ своими.

   Спустя пару минут, отдышавшись и все еще чувствуя эйфорию от количества поглощенного мною кислорода, я как бы невзначай поинтересовалась:

   -А в этом доме принято кормить волонтеров? Или это были только обещания, чтобы заманить меня сюда?

   Сероглазый рассмеялся и, помогая мне спрыгнуть со стола, произнес:

   -А волонтер согласен закончить начатую работу, пока я буду готовить для него что-нибудь съестное?

   -Есть, сэр, – отрапортовала я и отдала ему честь в стиле американского киношного вояки.

   -Тогда я ушел на кухню, – ответил он и мягко поцеловал меня в губы. – Будут трудности – зови.

   -Мне кричать или достаточно подумать, – поинтересовалась я. – Я так и не знаю, на каком расстоянии ты способен меня "услышать".

   -Подумать будет вполне достаточно, – ответил он. – Скажем так, как минимум в пределах института, я всегда могу тебя "услышать".

   Я вновь почувствовала, как мои щеки наливаются румянцем. Сколько всего интересного он уже узнал, пока я думала, что он меня не слышит?

   "Так, надо будет на лекциях поменьше распускать свои мысли".

   -Почему? – поддразнил меня он. – Так забавно, порой, узнавать о себе новое.

   Я застонала в ответ.

   "И с чего, спрашивается, я не узнала об этом раньше?! Я думала, это действует только в пределах видимости".

   -Жаль разочаровывать тебя, но нет, – ухмыляясь, заметил он и, проведя ладонью по моей щеке, добавил, – Я слышу тебя далеко за ее пределами.

   Развернувшись и, по-прежнему, улыбаясь, он ушел. На оставшиеся коробки у меня ушло порядка получаса. Мельком пролистав остальные альбомы, я сложила их на указанную хозяином полку. Смотреть их без пояснений сероглазого было неинтересно. Напоследок я огляделась и подумала:

   "Кажется, здесь все!"

   Спустя минуту я увидела улыбающееся во весь рот лицо Влада, вернувшегося в кабинет.

   -Ну что, на этом моя миссия может считаться законченной? – поинтересовалась я.

   -Да, спасибо за помощь, Солнышко, – проговорил он и, обняв, поцеловал в лоб.

   -А что, в остальных комнатах моя помощь уже не требуется? – ухмыляясь, проговорила я и положила ладони ему на грудь. – В гостиной, я смотрю, ты и без меня справился, но вот одну комнату я, определенно, пропустила.

   Влад изогнул в ответ бровь.

   -Не в твоих интересах ступать на этот скользкий путь, радость моя.

   -Уж и пошалить немножко нельзя, – стушевалась я.

   -Хочешь пошалить? – наклонился он к моему лицу.

   -Так все, пошутила я. Пошутила, – вывернулась я из его рук и начала свое бесславное отступление спиной к столу.

   -Точно? – не унимался мой демон, наступая на меня.

   Я покачнулась, наткнувшись, хм... спиной на твердую поверхность стола, и инстинктивно схватилась за его свитер.

   -У тебя там ничего не сгорит? – ухватилась я за последнюю соломинку, увидев его горящий взгляд.

   -У меня все под контролем, – проговорил он и прикоснулся ладонями к моему лицу.

   "Кто б сомневался", – подумала я и закрыла глаза. Я ощутила его дыхание на своих губах, но и только. Распахнув глаза, я недоуменно посмотрела на него.

   -Ты так сжалась вся, как будто я тебя сейчас пытать буду, – обиженно проговорил он.

   -Ты себе даже не представляешь насколько ты прав, – заявила я. – Ты все время испытываешь меня на прочность.

   -Кто бы говорил, – усмехнулся он, и, выпустив меня из своих объятий, нейтрально заметил, – я так понимаю, ты изнываешь от необходимости повидаться с моим ноутбуком.

   -Ну, не то чтобы совсем изнываю, – отозвалась я, – просто есть такое противное слово – "надо".

   Я, как и раньше, уселась на диване в гостиной, в то время как он вновь скрылся на кухне. Через какой-то промежуток времени я поняла, что пытаясь вникнуть в смысл того, что мне необходимо было сделать, я никак не могла настроиться на нужную волну. Мысли разбрелись по темным уголкам моего сознания и, похоже, совершенно не собирались выстраиваться в ровную линию рассуждений. Отложив компьютер, я прикрыла глаза и откинула голову на спинку дивана. Казалось, прошло всего мгновение, как я отгородилась от мира своими веками, как вдруг я почувствовала, что чьи-то руки расстегнули мою заколку, мои волосы рассыпались по плечам. Я открыла глаза и подняла голову.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю