Текст книги "Искатель, 2006 №4"
Автор книги: Станислав Родионов
Соавторы: Борис Воробьев,Михаэль Бородкин,Кирилл Берендеев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)
И у этой пещеры был хозяин – покрытое чешуей существо не очень крупных размеров, ходившее на задних лапах и опиравшееся при передвижении на толстый хвост. Морда его напоминала физиономию Икки, однако глаза были маленькими и бесцветными. Крыльев у создания не было. При виде нежданных гостей житель отбежал к дальней стене, не выказывая особого страха – скорее, разумную осторожность.
Некоторое время все трое молча взирали друг на друга. Наконец хозяин пещеры несмело шагнул вперед и забавно склонил голову набок, желая получше рассмотреть пришельцев.
«Добро пожаловать! – в конце концов приветствовал он их. – Яргирух, к вашим услугам. Можно просто Ярри. Чувствуйте себя как дома».
«Спасибо, – осторожно ответил дракон, не слишком доверяя незнакомцу, несмотря на его чрезвычайно приветливый вид. – Простите за непрошеное вторжение. Мы не хотели вас беспокоить».
«Ну что вы, никакого беспокойства! Для меня это большая честь. Гости бывают у меня очень редко. Если честно, не бывают вовсе. Я и не знал, что в этих краях могут быть интересные жители. Сам-то я поселился здесь совсем недавно».
Хозяин пещеры прямо-таки излучал дружелюбие; казалось, ему очень хочется понравиться странным гостям, без приглашения забравшимся в его жилище.
Как дракон ни принюхивался, никаких подозрительных запахов не уловил. С тех пор как он стал владельцем сокровищ, самым страшным казалось столкнуться с ними, а потому, оказавшись в незнакомом месте, дракон первым делом пытался обнаружить их запах. Однако ничем похожим на них в пещере Ярри не пахло. И все-таки он ощущал некоторое беспокойство и счел нужным попрощаться побыстрее, но не успел.
«Может быть, вы испытываете жажду? Прошу вас, не стесняйтесь», – указал Ярри на озеро.
Прежде чем дракон успел ответить, Икка подошел к воде и начал пить.
«Спасибо», – поблагодарил он хозяина.
«Не стоит благодарности».
«Мы, пожалуй, пойдем», – все-таки заявил дракон, косясь на Икку.
«Так скоро? – Ярри страшно расстроился. – Прошу вас, останьтесь, мне здесь совсем одиноко».
«Нет, нам действительно пора».
«Жаль, очень жаль. Непременно приходите еще!»
«Спасибо. Но и вы могли бы приходить к нам», – предложил он и тут же пожалел об этом, но было уже поздно.
«О! Благодарю! Я непременно воспользуюсь вашим великодушным предложением! А где же вы изволите проживать?»
Дракон, не совсем хорошо понимая, зачем он это делает, подробно рассказал новому знакомому, как найти их пещеру, еще раз попрощался и вышел, подталкивая замешкавшегося Икку перед собой. На обратном пути малыш помалкивал и, только когда они уже подошли к сокровищнице, неожиданно поведал: «Ярри хороший. Он мне понравился. Давай с ним играть?»
«Хороший? Он и вправду тебе понравился?»
«Да. Он славный. Не такой, как ты, конечно, но тоже хороший. Мы будем с ним играть?»
7
Центром жизни дракона является его сокровищница. Драконы приходят в ярость, когда кто-то пытается посягнуть на их золото. Торфинн, сын Калликса. «Трактат о драконах»
Итак, отныне у них появился новый товарищ по играм. Ярри, воспользовавшись радушным приглашением, приходил в гости довольно часто. Видимо, ему и в самом деле было очень скучно в своей пещере. Ярри охотно бегал наперегонки с Иккой, пытался карабкаться по стенам (что у него получалось намного хуже, чем у малыша) и с удовольствием играл в прятки. Поначалу дракон не доверял ему и пристально следил за каждым шагом нового приятеля. Однако тот совершенно не выказывал интереса к сокровищам, а главное, не делал в отношении Ик-ки ничего предосудительного. Постепенно дракон успокоился, хотя оставаться в присутствии чужака полностью спокойным он так и не мог.
Ярри многое знал о жизни в пещерах и охотно делился своими знаниями. Он поведал им, как называются толстые (и вкусные) пожиратели грибов, что за пискуны живут под потолком большого зала и кем был тот здоровяк, которого дракон встретил на берегу озера. Ярри рассказал также, что предыдущий владелец сокровища прогнал из пещеры коротышек-цвергов, которые, по всей вероятности, что-то у него украли. Дракон одобрительно кивнул, так как сам ненавидел воров. Одно дело – честно, в открытом бою с сильным противником завоевать сокровища, и совсем другое – украсть их. Хуже воровства может быть только предательский обман, считал он.
Изредка драконы наносили Ярри ответные визиты. В этом случае он обычно предлагал пройтись по дальним залам и туннелям, поискать что-нибудь интересное. И нередко в таких прогулках им удавалось сделать какое-нибудь открытие. Однажды они забрели достаточно далеко и нашли несколько пещер, связанных между собой прямыми проходами. По мнению Ярри, эти пещеры кто-то создал и в течение долгого времени жил в них. Когда-то там был выход на поверхность, но сейчас он оказался прочно завален. Видимо, именно поэтому неведомые жители ушли оттуда. Может, это и были те самые цверги, но сейчас этого уже не узнаешь, сообщил он.
Зачастую подобные прогулки по подземельям длились весьма и весьма долго. Уйдя бродить по дальним пещерам, драконы возвращались в сокровищницу, только когда голод становился совсем уж невыносим, а никакой добычи не попадалось. Иногда, правда, Старшего охватывало беспокойство при мысли об оставленных без присмотра драгоценностях, доставшихся ему с таким трудом, и тогда он уговаривал Икку вернуться. Малыш, со своей стороны, никакого чрезмерного интереса к золоту не проявлял, хотя и любил поваляться на сокровищах после сытного обеда.
Однажды драконы отлучились особенно надолго. Втроем с Ярри драконы исследовали огромный зал, расположенный далеко от их пещеры, с необычно теплым озером посередине, многочисленными грибами и весьма странными обитателями. Старший неоднократно порывался вернуться, но друзья снова и снова уговаривали его задержаться еще немножко. В конце концов он не выдержал и попросту приказал Икке идти с ним домой.
«Я чувствую, что что-то случилось», – заявил он в ответ на недоуменные вопросы.
Обратный путь они проделали едва ли не на крыльях. Старший несся все быстрее и быстрее, изредка останавливаясь, чтобы дождаться малыша.
Дракон ворвался в сокровищницу и замер у входа, пристально осматриваясь. Нет, внутри никого не было, и он собрался уже испустить вздох облегчения, когда неожиданно ему в нос ударил неизвестный запах, тяжелый, на редкость неприятный.
Поначалу он с ужасом подумал, что сбылся его самый страшный кошмар – пещеру обнаружили они. С того самого момента, как Старшему удалось завалить вход в пещеру и поставить между собой и проклятыми охотниками за чужим добром непреодолимую (так ему тогда показалось) преграду, он побаивался, что они все-таки найдут другой путь в его пещеру. Дракон совершенно не стремился к новой встрече с ними, опасаясь, что не сможет одолеть этих многочисленных и коварных врагов. Поэтому любой запах, отдаленно напоминавший их зловоние, вызывал у него неподдельный страх.
Однако, принюхавшись как следует, дракон пришел к выводу, что они здесь ни при чем. Неизвестный посетитель, или посетители, не имел к этим кошмарным тварям никакого отношения. «Уже лучше», – подумал он, продолжая внимательно осматриваться.
Запах казался ему смутно знакомым. Дракон понял, что незваный гость вошел через восточный вход и долго крутился по пещере, время от времени подходя слишком близко… к сокровищам!
«Ты чуешь?» – спросил он Икку.
«Да, – отозвался дракончик, принюхиваясь. – Какой-то противный запах… здесь явно кто-то побывал».
«Похоже, у нас побывали воры!» – При одной мысли об этом Старший начал закипать.
«Воры? Что им было нужно?»
«Как это – что?! Сокровища! Мои сокровища!»
Дракон ринулся к драгоценностям. Так и есть – в груде сокровищ кто-то тщательно покопался, основательно переворошив ее. Старший издал трубный рев, Икка от неожиданности присел.
«Проклятые воры!!! Я доберусь до них!!!»
«Что-то пропало?»
«Не знаю точно… наверняка что-то украли!»
Дракончик подошел к выходу, смешно поводя головой.
«Я чувствую след, – сообщил он. – Идем, может, успеем их догнать?»
Старший не обратил на него внимания. Он переворачивал драгоценности, пытаясь сообразить, что именно унес подлый вор. Дракон рычал от еле сдерживаемой ярости, из ноздрей его начал клубиться дымок. Икка некоторое время молча наблюдал за ним, потом отвернулся, вышел из пещеры и отправился вслед за зловонием, оставленным незнакомцем. Противный запах оказался довольно стойким, и дракончик без труда определил путь предполагаемого вора.
Отсутствие малыша Старший заметил не сразу. Копаясь в сокровищах, он постепенно приходил к выводу, что ничего не пропало. Дракон понемногу успокаивался и наконец слез с горы драгоценностей. «Наверно, это был просто какой-то любопытный зверь», – решил он. Только тут Старший обратил внимание, что Икка куда-то исчез.
Впрочем, запах малыша, гораздо более приятный по сравнению с вонью, оставленной неизвестным гостем, указал ему направление поиска, и дракон поспешил в туннель. Едва прошла тревога за сокровища, как он начал беспокоиться за оставшегося без присмотра Икку. Старший бежал по туннелю, поругиваясь про себя. «Куда его понесло? Стоило мне отвлечься на мгновенье, как он уже куда-то пропал!» – с неудовольствием думал он.
Выскочив в пещеру с озером, он замер в ужасе. У самой воды обнаружился Икка, а на него наступал огромный зверь, которого – или подобного ему – он уже видел в этом месте. Покрытое серой шерстью чудовище во много раз превосходило маленького дракончика размерами, но Икка явно не собирался отступать. Он угрожающе рычал, припадал к земле, отскакивал, снова бросался вперед. Его могучий враг, тем не менее, медленно продвигался вперед, оттесняя дракончика поближе к воде.
Старший издал яростный рев, и неизвестный зверь сразу насторожился. Он оставил Икку, повернув безглазую голову в сторону новой опасности. В этот момент дракончик решил, что настало подходящее время для нападения, и ринулся в атаку. Прыгнув вперед и вверх, он взмахнул крыльями и обрушился сверху прямо на голову своего огромного противника.
Зверь издал непонятный звук и отчаянно завертел головой, пытаясь стряхнуть дракончика. Икка держался крепко, вцепившись когтями в большие уши слепого хищника, и пытался вонзить зубы ему в горло. Однако это оказалось нелегкой задачей, так как зверь весь был покрыт жесткой длинной шерстью, преодолеть которую маленькому дракончику было явно не под силу. Икка попытался ударить его жалом, но никакого видимого воздействия на противника его яд не оказал. Вероятно, доза оказалась слишком слаба, чтобы свалить гиганта, который лишь вдвое уступал размерами взрослому дракону.
Старший попытался вступить в бой. Сжечь проклятого зверя своим пламенем он не мог, опасаясь задеть Икку. По этой же причине дракон никак не мог выбрать удобный момент и ударить врага хвостом или вцепиться в него когтями.
«Уйди! Оставь его мне!» – велел он Икке, но дракончик, казалось, не слышал.
Неожиданно зверь рухнул навзничь, перевернулся на спину и что было силы приложился затылком к каменному полу. Точнее, вся тяжесть удара досталась Икке, утвердившемуся на голове чудовища.
Дракончик, не издав ни звука, распростерся на полу. Зверь проворно вскочил на все четыре лапы и уже собрался схватить маленького, но докучливого противника зубами, когда Старший, издав страшный рев, от которого затряслась вся пещера, набросился на него подобно урагану.
Зверь попытался отбиваться, но дракон, совершенно обезумевший от ярости, даже не старался избегнуть ударов его кривых когтей. Не обращая внимания на раны, которые лапы зверя оставили на его шкуре, он обхватил его, повалил наземь, а затем могучие челюсти дракона сомкнулись на шее серого чудовища.
Чудовище продолжало бороться. Его сильные лапы с мощными когтями терзали бока дракона, оно старалось вырваться из хватки Старшего, однако все усилия были тщетны – дракон лишь сильнее и сильнее сжимал пасть. Наконец, почувствовав приближение смерти, чудовище издало дикий вой, постепенно переходящий в хрип. Движения зверя становились все судорожнее; вскоре могучие лапы бессильно упали, все его тело содрогнулось в последний раз и зверь затих.
Дракон некоторое время продолжал держать врага за горло. Ярость по-прежнему застилала его взор, он не совсем ясно представлял, где находится и что происходит вокруг. Вот зверь, которого необходимо было сокрушить, и он сделал это. Поняв, что чудовище мертво, дракон медленно разжал челюсти и отошел от поверженного врага. В пасти стоял отвратительный привкус, и Старший понял, что именно этот зверь и оказался незваным гостем, перевернувшим его сокровища и оставившим свой противный запах по всей пещере.
Тут его взор остановился на Икке, лежавшем на том же месте, где враг ударил его о камень. Старший бросился к нему вне себя от страха.
Дракончик был еще жив, но оставался без сознания. Икка тяжело дышал, воздух с хрипением выходил из его груди. Сердце билось неровно. Старший с ужасом заметил тонкую струйку крови, вытекавшую из слегка приоткрытой пасти дракончика.
Дракон заметался по пещере. Он совершенно не представлял себе, что делать дальше. Старший попытался плеснуть на Икку водой, но никакого эффекта это не оказало: маленький дракончик все так же лежал, не шевелясь и не приходя в себя. Наконец Старший остановился над телом малыша и завыл от отчаяния.
8
Драконы не могут считаться разумными в той же степени, что люди, эльфы, цверги и даже орки. Тем не менее эти создания способны мыслить, чувствовать и переживать. Торфинн, сын Калликса. «Трактат о драконах»
Он долго сидел над Иккой, который так и не приходил в сознание, и качался из стороны в сторону, не помня себя от горя. Таким его и нашел Ярри, собравшийся в очередной раз навестить своих приятелей.
«Что случилось?!»
Дракон далеко не сразу заметил его присутствие. Ярри пришлось несколько раз повторить вопрос, прежде чем тот наконец обратил внимание на пришельца.
«А, это ты…»
«Что случилось?» – опять спросил Ярри.
Дракон медленно, с трудом подбирая слова, рассказал ему. С каждым словом Старший будто заново переживал этот кошмар и все яснее осознавал ужас происшедшего. К концу рассказа, не занявшего много времени, он уже трясся от горя и ярости, однако мстить было уже некому – мертвое чудовище валялось в двух шагах от него. Оставалось придумать, как помочь малышу.
«Ему… ему очень плохо?» – спросил Ярри.
Старший ответил не сразу.
«Думаю, он умирает, – наконец отозвался он и сам испугался этих страшных слов. – Что же мне делать?! Ты можешь помочь?!»
«Боюсь, что нет, – ответил Ярри. – Я не умею исцелять драконов».
«Но он… я не хочу, чтобы он умер вот так! Нужно что-то делать!!!»
Ярри покачал головой. Дракон зарычал от бессильной ярости, из пасти его полыхнул огонь, длинный хвост хлестнул по каменному полу, поднимая пыль. Гость на всякий случай попятился. Но вспышка ярости миновала, и Старшего вдруг охватила апатия. Он лег рядом с Иккой и прикрыл глаза.
«Послушай…» – вдруг сказал Ярри.
«Что?» – отозвался дракон, не открывая глаз.
«Ну… в общем… я, пожалуй, знаю кое-кого… он может спасти Икку…»
«Правда? – Старший моментально поднялся. – Ну так веди к нему скорее!»
«Для этого придется выйти на поверхность», – предупредил Ярри.
«Пусть так! Поспешим!»
Он осторожно поднял Икку и отправился вслед за Ярри. Тот привел дракона в свою любимую пещеру, а оттуда – в туннель, в который, насколько припомнил дракон, они еще никогда не заходили. По дну туннеля бежал небольшой ручеек, бравший начало в озере в пещере Ярри. Идти им пришлось довольно долго, дракон даже начал немного уставать. Туннель то сужался так, что он со своей драгоценной ношей едва мог протиснуться вперед, то становился шире, то поворачивал под самыми неожиданными углами, то поднимался, то спускался. Дракон давно потерял чувство направления и покорно следовал за проводником. Все его мысли были поглощены Иккой. Малыш по-прежнему не приходил в себя.
«Только бы успеть!» – стучало у него в голове.
Наконец шедший впереди Ярри остановился. Туннель привел их в небольшую пещеру, из которой шел только один выход. Но выход был слишком узок для дракона, Старший понял это с первого взгляда. Даже Ярри с трудом мог пролезть через него, а уж Старший едва бы просунул голову.
«Нам надо туда», – сказал Ярри, указывая на проход.
«Я же не пролезу!!!»
«Но нам надо туда! Тот, о ком я говорил тебе, может помочь только там!»
«Проклятье! А другой выход на поверхность есть?!»
«Может, и есть, – ответил Ярри. – Но мне ничего об этом не известно. Пока мы будем его искать, может случиться непоправимое».
Ярри указал на Икку. Малыш тяжело дышал, он так ни разу не пришел в себя. Дракон осторожно положил Икку на пол.
«Неужели это конец?» – Отчаяние охватило его.
«Я могу попробовать вынести его. А ты подождешь нас здесь…» – предложил Ярри.
«Нет! Никто не может прикасаться к нему, кроме меня!» – Дракон угрожающе вскинул голову, из ноздрей повалил дым.
«Тогда я не знаю, что делать». – Ярри уселся на свой хвост.
В голове дракона вихрем проносились самые разные мысли. Он проклинал себя за неосторожность, за то, что не успел, что не оказался рядом с малышом, когда это было нужно. Почему он не пришел на помощь вовремя? Сокровища., да… ему же показалось, будто пропали какие-то из его сокровищ, и он остался в пещере, чтобы все их пересчитать. Да будь они прокляты, эти сокровища, вдруг подумал он с дикой злобой на себя, это из-за них произошло несчастье!
«Я бы отдал все свое золото, лишь бы спасти Икку!» – неожиданно для себя произнес дракон.
«Что ты говоришь?» – спросил Ярри, поднимая голову.
«Все мои сокровища! Зачем они, если в самый нужный момент от них нет никакого толку? Я отдам их все, только бы спасти его!» – в отчаянии произнес дракон, не помнивший себя от горя.
Ярри грустно покачал головой.
«Твоим золотом никак не расширить этот проход!»
«Мне не нужно это проклятое золото! Мне нужно только, чтобы Икка жил! – в третий раз яростно повторил дракон. – Я ненавижу сокровища!»
Вдруг ему показалось, что у него темнеет в глазах. Он помотал головой, но досадное чувство не проходило. Дракон попытался шагнуть, но неожиданно ослабшие лапы отказывались служить, крылья распахнуть также не удалось.
«Что с тобой? Тебе плохо?» – спросил Ярри, заметивший его состояние.
Ответить на этот вопрос он не смог. Из пасти дракона вырвался лишь слабый стон. Ярри бросился к нему, но сделать ничего не сумел. Напрягая последние силы, дракон все-таки смог сделать один шаг вперед, но тут его лапы подкосились и он упал на каменный пол пещеры, подле Икки. «Нет… нет… я должен спасти Икку… нет…»
Маленький дракончик, бессильно распростершийся рядом, – последнее, что видел его гаснущий взор…
9
В заключение необходимо признать, что о драконах известно ничтожно мало. Мой труд стал первым в своем роде, но и он далек от совершенства. Торфинн, сын Калликса. «Трактат о драконах»
Он постепенно приходил в себя. Сначала вернулся слух, и какие-то непонятные звуки неожиданно ворвались в его сознание. Впрочем, они были достаточно тихими и не раздражали его. Затем появилось другое чувство. Он вдруг понял, что лежит на очень твердой и очень холодной поверхности, к тому же неровной. Он открыл глаза. Вокруг была кромешная тьма.
– Ригьяд! – послышался чей-то голос. – Ты слышишь меня?
«Ригьяд? Звучит знакомо… ах да, это же мое имя. Да, меня зовут Ригьяд, а мой отец – граф Торгад… Проклятье, ничего не понимаю. Где я? Что со мной?»
– Слышу, – ответил он уже вслух.
Вспыхнул свет. Неяркий, но его было достаточно, чтобы Ригьяд увидел стоявшего перед ним высокого чернобородого мужчину в традиционном наряде мага. Свет исходил от круглого навершия посоха, на который он опирался. А находились они в какой-то пещере, заметил юноша.
– Мое имя Торфинн, сын Калликса, я друг твоего отца, – представился маг. – Может, он рассказывал обо мне?
– Торфинн, сын Калликса? Нет, не помню… – Почему-то речь давалась Ригьяду с немалым трудом.
«Да что со мной такое? Похмелье? Вроде не очень похоже? Почему так темно?., и холодно… Где же это я?» – Мысли юноши разбегались.
– Но отца-то ты помнишь? Он послал меня за тобой… – продолжал тем временем Торфинн.
– Конечно, помню!
– А еще что помнишь?
– Ничего… Где мы?
– В подгорном царстве, – улыбнулся маг.
– Где?! Как я сюда попал?
– Пока это неважно. Ты можешь встать? Давай-ка я тебе помогу… – Торфинн приставил посох к стене пещеры и подошел к Ригьяду. Сильные руки подхватили юношу, и он кое-как сумел подняться и встать, цепляясь за мага. Лишаться этой опоры ему не хотелось.
– Что со мной? И где это я? Почему… почему я голый? – Только тут Ригьяд заметил, что на нем нет никакой одежды.
– Все вопросы потом, – отозвался маг, поддерживая его. – Идем, надо выбираться из этих подземелий.
Неуверенно перебирая ногами, Ригьяд с помощью Торфинна сумел подойти к выходу из пещеры. Светящийся посох мага указывал им путь. Идти пришлось не очень долго. Туннель постепенно поднимался, несколько раз пришлось поворачивать, но вскоре они оказались в просторной пещере, залитой солнечным светом. Здесь было еще холоднее, чем в подземельях, и Ригьяд застучал зубами. Торфинн снял свой плащ и набросил на него, затем подошел к сложенным под стеной вещам, достал сапоги, штаны, рубаху и толстый кафтан.
– Надень-ка вот это.
Ригьяд не заставил просить себя дважды. Одевшись в поднесенный магом костюм, он снова завернулся в плащ.
– Ты голоден?
– Думаю, да, – отозвался Ригьяд.
– К сожалению, могу предложить только вяленое мясо, – сказал маг, роясь в заплечном мешке, также лежавшем у стены. – Более вкусная еда ждет тебя дома, а путь до него не очень близкий. Перекуси, и отправимся.
– Ничего, я не привередлив, – пробормотал Ригьяд, вцепившись в предложенное угощение. Проглотил, почти не жуя, несколько кусков и только тогда смог уделять какое-то внимание окружающему миру. Ригьяд огляделся по сторонам. Его взору предстала огромная пещера с очень широким входом. Из нее начинался узкий туннель, точнее щель в скале, уводившая в глубь подгорного царства, из которого его вывел маг. Блуждающий взор Ригьяда остановился на чем-то, лежавшем у противоположной стены.
– Что это там?
– А ты не узнаешь? – Маг странно посмотрел на юношу.
– Нет, отсюда мне не очень хорошо видно.
Ригьяд смог разглядеть лишь какой-то продолговатый предмет, закутанный в одеяло.
– Подойди поближе, – предложил Торфинн.
Юноша поднялся и медленно приблизился к непонятному предмету, неожиданно вызвавшему его любопытство. Ригьяд наклонился и откинул одеяло. Его взору предстал… маленький дракон. Совсем небольшой, около полутора ярдов в длину. Покрытый красноватой чешуей дракончик, казалось, крепко спал. И тут словно распахнулись врата памяти, и образы из недавнего прошлого хлынули потоком.
Пир в отцовском замке… ссора с графом… спонтанное решение и ночное бегство в сопровождении верного Гикса… бой с драконом в долине… Гике мертв, но и дракон повержен… Ригьяд идет в пещеру… сокровище!
Как происходило превращение, Ригьяд не мог вспомнить точно. Просто он любовался золотом, перебирал сокровища дракона и вдруг понял, что стоит на четырех лапах, что у него есть хвост и крылья, а сам он стал гораздо крупнее. Но подобные пустяки не могли отвлечь его внимание от только что обретенных сокровищ…
Затем еще одно сражение… О ужас, он едва не убил отца!.. Правда, тогда Торгад представлялся ему не родителем, но вором… Обвал, заваливший вход в его сокровищницу… Рождение маленького Икки… Игры и прогулки в подземельях… Последняя схватка с неведомым зверем на берегу озера, ранение дракончика… Собственная ярость от бессилия… И вот, похоже, обратное превращение в человека.
Воспоминания вихрем пронеслись в голове юноши. На мгновение ему почудилось, что пещера начинает медленно кружиться, и он тяжело оперся о стену, чтобы не упасть. Торфинн вновь пришел ему на помощь.
– Что случилось? – спросил маг, поддерживая Ригьяда.
– Я вспомнил… неужели это было на самом деле?.. Я был… был драконом?!
Торфинн серьезно кивнул в ответ.
– Но как?!
– Давай-ка присядем, и я расскажу тебе, – предложил маг.
– Погоди… Икка… дракончик… он жив?
– Да, он просто крепко спит. Ему пришлось нелегко, но я успел исцелить его. С ним все будет в порядке.
После этого Ригьяд наконец позволил усадить себя на расстеленное одеяло. Маг расположился рядом, извлек из поясной сумочки трубку, набил ее табаком, раскурил и медленно заговорил:
– Видишь ли, Ригьяд, твое решение отравиться на бой с драконом в одиночку было более чем безумным. Тебе просто повезло, что ты сумел одолеть такого опасного противника и остался при этом в живых. Однако драконы опасны и после смерти и нередко очень коварно мстят победителю. Уж не знаю, придется ли тебе когда-нибудь в будущем сражаться с этими созданиями, но на всякий случай запомни – никогда не выходи на бой с драконом, если тебя не сопровождает сильный маг.
– Почему? Ведь на драконов невозможно наложить чары…
– Верно, невозможно, и в бою маг не будет тебе помощником. Однако затем его искусство окажется необходимым – для того, чтобы развеять проклятье дракона.
– Никогда о нем не слышал. Я прочел очень много книг о драконах…
– Настоящих, подробных исследований о драконах попросту нет, – пояснил Торфинн. – Все, что ты читал, – не более чем домыслы и догадки, иногда верные, иногда нет. Но неужели в этих книгах не писалось о том, как опасны сокровища дракона для простого воина?
– Да, но как-то туманно.
– Ну что ж, неудивительно. Насколько мы можем судить сегодня, – продолжал маг, – сокровище дракона всегда проклято. Проклятие проявляется по-разному в разных случаях. Например, если дракона одолели несколько воинов и потом они все вместе постарались завладеть кладом, то их охватывает безумие, и победители начинают убивать друг друга. Если же воин был один, то он…
– …сам становится драконом!
– Верно. Благодаря тебе теперь мы знаем это достоверно, – улыбнулся Торфинн. – В прошлом ходили слухи о подобных происшествиях, но ни разу не было случая, чтобы дракон снова стал человеком.
Ригьяд только потряс головой, осмысливая услышанное. Собственная затея с нападением на дракона в одиночку представилась ему несусветной глупостью.
– Твой отец, – сказал Торфинн, – несколько лучше понимал, как следует организовывать охоту на дракона, и пригласил меня, чтобы после того, как дракон будет повержен, я снял проклятие с клада. Я сразу согласился, но кое-какие дела не позволили мне прибыть вовремя. Собственно, это меня он и ждал, чем вызвал твой гнев.
Юноша тяжело вздохнул. События той ночи казались ему невероятно далекими.
– Когда я прибыл в замок, граф только что вернулся с охоты. Он был вне себя от горя и рассказал мне, что произошло. Тогда я предположил, что второй дракон, напавший на охотников, – это был ты. Торгад, отказывавшийся поверить в твою смерть, начал умолять меня помочь и расколдовать тебя. Я согласился после долгих колебаний, так как никто и никогда не делал подобного ранее. Я проник в подземелья и нашел тебя, только для этого мне пришлось принять облик змеечеловека. Этот народ живет далеко на юге и, насколько известно современным мудрецам, является единственным, кому удается ладить с драконами.
– Вы можете принять любой облик?
– Нет, не любой. Но кое-что могу. Все-таки я изучаю магию более двадцати пяти лет, – усмехнулся Торфинн, затягиваясь трубкой. – Я бы мог также создать иллюзию, но побоялся; мне казалось, что драконье зрение способно будет проникнуть сквозь любой фантом.
– То есть этот тип Ярри… это были вы?
– Ну да. Я подобрался к тебе максимально близко и лихорадочно искал способ сделать тебя человеком.
– И как же вам это удалось? – заинтересованно спросил Ригьяд.
Маг медленно покачал головой.
– Я тут ни при чем. Неприятно признавать свои ошибки и неудачи, но я так и не сумел ничего придумать.
– Но что же… как же…
– Есть у меня догадка. Как помнишь, твой маленький приятель пострадал в бою, и ты очень переживал. Тогда я рискнул помочь. Все мои магические инструменты находились здесь, и я решил принести сюда дракончика и вылечить его. Это было великолепно – вылечить дракона! Ну вот. Когда ты не смог протиснуться в очередной туннель, то начал говорить о своих сокровищах, о том, что они не нужны тебе…
– Да, я помню это.
– Мне кажется, – сказал Торфинн, – что именно сокровища и превращают человека в дракона. Власть золота над разумом становится безгранична, существо помышляет лишь об этих драгоценностях и о том, как уберечь их от воров. Тогда и происходит превращение. В таком случае понятно, что для обратного превращения необходимо сознательно отвергнуть эти сокровища, а сделать это ой как не просто. Думаю, если бы я начал тебя уговаривать, ты бы просто разорвал меня на куски. Так что если бы не твоя привязанность к этому малышу, не знаю, стал ли бы ты человеком.
Ригьяд вновь посмотрел в сторону спящего дракончика. «Спасибо тебе, Икка», – подумал он.
– Что же нам с ним делать? Я не могу оставить его здесь, он еще мал! А я слишком многим обязан ему… – сказал Ригяъд уже вслух.
– Придется взять его с собой и ухаживать за ним. Это посложнее, чем следить за лошадьми, но, думаю, ты справишься. А если он захочет уйти, когда подрастет, то отправим его к горцам. Эти племена поклоняются драконам, и он сможет жить там в полной безопасности, – предложил Торфинн.
– Так и поступим, – произнес Ригъяд. – А теперь можно отправляться домой, я уже достаточно окреп.
– Пойдем, – согласился Торфинн. – Кстати, Ригьяд, у меня будут к тебе вопросы. Много вопросов. Я хочу знать все о том, каково это – быть драконом.
Он встал, подождал, пока Торфинн соберет все свои вещи, забрал у него один из заплечных мешков, пристроил его за спину, затем подхватил спящего дракончика на руки и осторожно вышел из пещеры.
Пещера открывалась на пологий склон не слишком высокой горы. Ригьяд с удивлением обнаружил, что наступила зима. Ослепительно белый снег покрывал гору и сбросившие листву деревья ниже в долине. Заходящее солнце красило алым вершины холмов. Он с удовольствием вдохнул свежий холодный воздух, поудобнее перехватил свою драгоценную ношу и зашагал вслед за магом, спускавшимся в долину.
Кирилл БЕРЕНДЕЕВ
АЗАИЛ И ЭСМЕРАЛЬДА
рассказ
Девушку звали Зайчук, Эсмеральда Викторовна. Родилась и прожила первые восемнадцать лет она в государстве Украина, из них семнадцать – в городе Бахмач, ничем, кроме завода химического машиностроения и молококонсервного комбината, среди других городков востока страны не выделявшемся. Хотя заводской восток Украины мало этим смутишь. Вот, правда, Тэффи в дни революционной смуты начала двадцатых написала о нем несколько строк, да и то неоднозначных, в свойственной ей иронической манере:
