Текст книги "Лорды Сэйрана. Пустышка с Арригосы (СИ)"
Автор книги: Соня Мишина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
– Да, разумеется. Надо освободить для них душ, ― я позволила Вейсарну помочь мне выпрямиться и закончить омовение.
Завернувшись в просторный пушистый халат, я вышла из душевой следом за ним, держась за его руку. Мои щеки горели от смущения. Я не смела поднять взгляд, ведь Кай и Гройс наверняка догадаются, увидев нас с Вейсом вместе, что мы не просто так провели в душе немало времени.
И они, конечно, догадались.
– Кай, Гройс. Душевые свободны, ― оповестил Вейсарн.
– Поздравляю, Вейс, ― игнорируя слова Вейса, произнес Кай. В его голосе мне послышалась тоска, смешанная с облегчением. ― Рад, что… вы с Пери поладили. Хотя мне всегда казалось, что я сумею сделать это первым.
– Притяжение Пери перенесло меня к Вейсу, ― заступилась я за мужчину, который подарил мне первое в моей жизни удовольствие от близости. ― Надеюсь, это не станет поводом для раздоров между вами троими?
– Ни в коем случае, Лера, ― заверил меня Гройс, вставая и приближаясь к нам с Вейсом. ― Мы счастливы, что ты сделала еще шаг нам навстречу.
Я тут же вспомнила, как плакала у Гройса на груди. Как тепло и надежно мне было сидеть в его объятиях. И первая протянула ему руку.
– Хочешь, я побуду рядом с тобой в душевой, пока ты будешь мыться? ― предложила я этому обычно молчаливому гиганту, который оказался неожиданно заботливым и понимающим.
– Очень хочу, ― признал Гройс.
– Тогда идем? ― я потянула его за собой.
Кай тихонько засмеялся и застонал одновременно:
– Ну вот. Оказывается, наша Пери любит смелость в мужчинах. Учту на будущее.
Похоже, ему тоже не терпелось остаться наедине со мной, и то, что Вейс, а потом и Гройс опередили его, слегка задевало мужское самолюбие Кая.
– Если дождешься, пока Гройс закончит мыться, я и с тобой побуду рядом, Кай, ― пообещала я, понимая, что не стоит лишать одного из побратимов того, что досталось двум другим.
– Просто постоишь за стеклом, глядя в сторону? ― продолжая посмеиваться сквозь непонятное отчаяние, уточнил Кай. ― Или… подаришь мне то, что подарила Вейсу? Знаешь, я тут чуть с ума не сошел, ощущая его эмоции!
– Посмотрим! ― я вдруг решила, что обязательно подарю немного ласки Гройсу, а потом посмотрю, как будет чувствовать себя Кай после двойной атаки по его воображению. Особенно с учетом того, что ему-то я ничего не обещала!
Кай, не скрываясь, застонал еще громче и закрыл лицо руками. Но я только хихикнула, схватила Гройса за руку и утащила его за собой в душевую.
На меня вдруг снизошла небывалая легкость и непривычная эйфория. Сближение с лордами, которое казалось мне труднопроходимым лабиринтом, вдруг превратилось в приятную прогулку в солнечный теплый день.
И, стоило двери душевой закрыться за нашими спинами, как я повисла у гиганта на шее:
– Поцелуй меня, Гройс!
К счастью, Гройсарн не стал анализировать, обдумывать, просчитывать варианты. Получил приглашение ― и тут же воспользовался им. Обхватил мою голову огромными ладонями. Склонился. Бережно, но более смело, чем Вейсарн, прижался к моим губам. И я охотно ― и уже намного более уверенно, чем раньше, ответила на этот поцелуй.
А потом отправила заведенного до предела Гройса под душ, а сама стала любоваться им со стороны. Было трогательно и забавно наблюдать, как подрагивают мощные руки этого огромного, мощного мужчины, когда он намыливал голову или проводил по телу ладонями. Как трепещет его данж, требуя прикосновений. Как перекатываются под кожей мышцы и проступают на напряженном животе кубики пресса.
Когда Гройс смыл с себя всю пену и сделал шаг к выходу, я сбросила с себя халат и толкнула его обратно под струи воды.
– Лера? ― удивился он.
– Хочу… познакомиться с твоим телом, Гройс. Ты позволишь? ― Для меня это была не просто игра. Не только флирт и кокетство. Мне было важно убедиться, что Гройсарн готов мне довериться так же безгранично, как Вейс.
Гройс тут же согласился:
– Я весь твой, Пери. Готов принять все, что ты пожелаешь мне дать.
– Тогда прислонись к стене и не мешай, ― я вдруг поняла, что мне пока не нужно, чтобы меня снова ласкали. Я хотела вести в этой партии. Быть главной. Так, как было принято у нас, женщин Арригосы.
Гройсарн послушно прислонился к стене спиной, расставил ноги чуть шире плеч. Завел руки за голову, показывая, что не будет мне ни в чем препятствовать.
И я, осмелев, взялась исследовать его тело. Потрогала губы. Провела по шее и плечам. Сообразила, что мыльные ладони будут скользить по коже Гройса легче, и капнула себе на ладони немного геля для душа. А потом вернулась к телу Гройса. Ощупала рельефную грудь. Заметила, как охнул Гройс, когда я задела его темные крохотные соски ― и поиграла с ними, заодно наслаждаясь непередаваемой игрой эмоций на лице гиганта.
Изучила каждый кубик пресса. А потом мои руки легли на данж Гройса, и он, не выдержав, прогнулся всем телом, запрокинул голову, застонал сквозь оскаленные зубы. Но это меня не испугало. Теперь я знала, что это не от боли ― от удовольствия. А потому продолжала изучать, поглаживать и все более интенсивно ласкать данж Гройсарна.
– Пери… милая… так хорошо… ― сквозь громкие стоны и почти всхлипы твердил Гройс, подаваясь вслед за моими руками, толкаясь в мой кулак, слегка сжатый вокруг мощного ствола.
Он вел себя куда свободнее, чем Вейс. Не пытался, а может, и не мог сдержать дрожь своих мышц, хрип в горле и сладкие спазмы, которые то и дело сковывали его пресс.
– Только не останавливайся, Лера, ― в какой-то момент вдруг попросил он. ― Только не теперь… прошу!
И я поняла, что Гройс на грани. Что еще пара движений ― и он выплеснется, исторгнет влагу прямо в моих руках!
Препятствовать ему в этом я не собиралась.
Но в этот момент прямо у меня за спиной возник Кай.
– Не хотел вам мешать. Простите… ― прошептал он. ― Просто эмоции Гройса такие сильные, что я не смог от них отвлечься и…
– Сработало Притяжение, ― прохрипел Гройс.
– Да, ― признал Кай.
Он выглядел измученным. По его вискам стекали капли пота. Губы были искусаны почти до крови. Дыхание, сбитое, хриплое, со свистом проходило сквозь сжатые зубы.
А когда Кай сбросил с себя одежду ― я увидела, что он возбужден точно так же сильно, как Гройс. Настолько, что купол его данжа увлажнился сам по себе.
– Вы можете выгнать меня из кабинки, ― покачиваясь на нетвердых ногах, просипел Кай. ― Но отсылать из душевой бесполезно.
– Понимаю, ― кивнул Гройс. Я видела, что терпение, которое он проявляет, дается ему непросто. ― Если Лера не против ― оставайся.
– Оставайся, Кай, ― я кивнула ему на стену, предлагая встать рядом с Гройсом. ― Впрочем, мы уже почти закончили. Правда, Гройс?
– О, да, ― жесткие губы Гройсарна растянулись в счастливой улыбке. ― Мы ведь продолжим, Пери?
– Разумеется, ― я сделала вид, что мне больше нет дела до Кайсарна, и вернулась к прерванному занятию.
Только теперь сосредоточиться на одном лишь Гройсе оказалось невозможно. Каждое мое движение вызывало стон не только у Гройса. Кай тоже вздрагивал, выгибался и стучал по стене сжатыми кулаками, не в силах закрыться от эмоций побратима. Даже зажмуренные с силой веки и стиснутые зубы не могли защитить его от того, что передавал ему его эмпатический дар.
Я ласкала Гройса, а казалось, что одновременно трогаю и Кая. Это очень напоминало слияние, но было стократ сильнее. Чувственнее. Острее! Волны возбуждения одна за другой проходили через них обоих, заставляя два тела двигаться в унисон. Одинаково содрогаться и выгибаться.
И когда Гройс, и без того уже находившийся на пределе, наконец перешагнул его и затрепетал, изливаясь в моих руках ― Кай задрожал, затрясся всем телом, готовый излиться, зависший на пределе, стонущий от мучительной потребности в моем прикосновении.
Я не стала мучить Кая еще сильнее. Прикоснулась кончиком пальца к куполу его данжа, легонечко поглаживая и щекоча его. Этого оказалось достаточно. Кай взорвался. Запульсировал, освобождаясь от напряжения. А потом сполз по стене на пол. Запрокинул голову, подставляя лицо струйкам воды.
– И все же… ― тихо прошептали его губы, ― ты меня обманула, Лера. Подарила освобождение ― но не ласку. Облегчение ― но не нежность. Скажи, я…
– Я просто хотела понять. Увидеть, как это работает. Твоя эмпатия. Твое желание, усиленное желанием Вейса и Гройса, ― остановила я Кая, склонилась и прижалась к его губам раньше, чем он успеет придумать и озвучить что-то еще. ― В следующий раз, обещаю, я начну с тебя. Просто чтобы увидеть только твою страсть. Твое собственное желание. Хорошо?
Кай покачал головой:
– Почти хорошо. Теперь, когда ты целуешь меня. Когда я понимаю, что я для тебя тоже что-то значу.
– Ты значишь для меня ничуть не меньше, чем твои побратимы, Кай! ― эти слова шли от самого сердца, и дар Кайсарна помог ему определить это.
– Ты не пытаешься утешить меня. Ты правда так чувствуешь, Пери, ― на его губах проступила слабая, но все же улыбка. ― Я… буду ждать следующего раза ― и того, что ты обещала.
– А теперь заканчивайте мыться и перейдем к слиянию, ― ощутив себя хозяйкой положения, постановила я. ― Думаю, Притяжение Пери немного утихло, так что вы сумеете закончить раньше, чем оно сработает снова.
Оставив Кая и Гройса в душевой, я выбралась из-под воды, снова завернулась в халат и пошла к Вейсу. Нам нужно было выбрать место, приготовиться к слиянию. Что-то мне подсказывало, что в этот раз оно пройдет совсем иначе, чем раньше.
Глава 25
Сияние вселенных, слияние вселенных
Вейсарн перехватил меня на полпути.
– Не спеши, Пери, ― призывая меня к себе жестом, попросил он тихо.
Он стоял у панорамного окна, глядя в ночь. Его плечи впервые за все время нашего знакомства были расслаблены.
– Мы… ― попыталась я рассказать о том, что произошло между мной, Гройсом и Каем.
– Я знаю, ― мягко улыбнулся Вейс, чуть посторонившись, чтобы я встала рядом. ― Мы с побратимами как единый организм. Пусть без подробностей, но я уловил общий фон. И счастлив, что ты приняла сердцем и Гройса, и Кая.
– Но слияние все равно необходимо, так ведь? ― Я указала на струящиеся по его коже потоки алых огоньков.
– Да. Без него ― никак, ― подтвердил Вейс. ― Но гостиная или спальня… кажется слишком тесной для того, что нам предстоит. Там, под небом… ― он указал за окно, – это будет правильнее. Если ты согласна.
– Но как? ― Мне вдруг и правда захотелось выбраться из плена стекла, металла и бетона.
– Летний сад на крыше, ― просто ответил Вейсарн. ― Окна нашего с побратимами номера выходят прямо в него. И часть сада принадлежит только нам. Никто не помешает.
– Ни разу не была в летнем саду отеля, ― я прижалась к плечу Вейсарна щекой. Никогда так не делала, но все получилось само собой и ощущалось так естественно!
– Значит, мы тебя приглашаем, ― Вейсарн так же просто и естественно приобнял меня за талию. ― Я передал Каю мысленное послание, где нас искать. Пойдем?
К счастью, номера, мой и лордов, были рядом, так что мне даже не пришлось переодеваться: я отправилась в гости к лордам все в том же банном халате, в котором вышла из душа. Вейс тоже не стал переодеваться. Мы прошли в большую гостиную, где я еще ни разу не бывала, и через стеклянную дверь попали в летний сад под открытым небом.
Воздух на частной террасе ВИП-апартаментов был густым и сладким, словно сотканным из ароматов ночи. Тропические лианы, оплетающие ажурные перголы, роняли в темноту тяжелые кисти соцветий, бархатные лепестки отливали синим и фиолетовым в призрачном свете звезд. Где-то в глубине сада тихо плескалась вода в черном бассейне, чья гладь отражала созвездия, превращая их в россыпи дрожащих алмазов на бархате.
Рядом с бассейном я увидела нечто вроде большой лежанки, на которой легко уместились бы все трое лордов и я. Лежанка была застелена не матрасом даже, а, скорее, довольно твердым матом с ворсистой, как замша, поверхностью. Поверх мата были разбросаны атласные подушки разных размеров и толщины.
– Как думаешь, ― улыбнулся мне Вейсарн, ― тут будет удобно?
– Уверена, что да! ― Я сбросила мягкие матерчатые тапочки и влезла на лежанку, прошлась по ней взад-вперед, любуясь таинственным мерцанием точечных фонариков, скрытых среди зарослей и создававших ощущение уюта и уединения.
– Тогда ― располагайся. А я, пожалуй, закажу напитки, а потом присоединюсь к тебе.
Вейсарн окликнул ИСИН, сделал заказ. Дроид-официант прибыл одновременно с появлением Гройса и Кая ― свежих, с влажными волосами, с банными полотенцами на мощных торсах: халаты ни тот, ни другой надевать не стали.
– Прошу к нашему шалашу, ― пошутила я, стараясь избавиться от легкого чувства неловкости: все же мне предстояло впервые оказаться в окружении трех почти обнаженных мужчин и провести с ними довольно много времени в очень интимной обстановке.
Лорды расселись на лежанке так, что я оказалась в центре. Вейс прикрывал мою спину, Кай и Гройс сидели по бокам. Некоторое время мы молча попивали кто ягодный морс, кто фруктовый сок, и наслаждались тишиной и покоем этого места. Но вот я поставила свой стакан на поднос замершего рядом дроида.
Это стало чем-то вроде сигнала. Кай, Гройс и Вейс тоже избавились от своих стаканов, а когда дроид исчез, Вейсарн произнес негромко:
– Ты готова, Лера? Если да ― откинься мне на грудь.
Я молча улеглась спиной на грудь Вейсарна. Увидела над собой бездонное и близкое, черное бархатное небо Арригосы, усыпанное мириадами звезд, ― таких ярких и четких, что рука сама тянулась к ним, чтобы сорвать с темноты хоть одну сверкающую точку.
Захотелось обнять это небо. Заключить в объятия всю видимую вселенную. И я раскинула руки в стороны. Мои ладони сами собой легли поверх уже соединенных ладоней лордов. Их кожа показалась мне особенно горячей по сравнению с ночной прохладой, и этот жар был мне приятен, как и тепло, идущее от сильного тела Вейсарна подо мной.
Поэтому я осталась лежать так ― с раскинутыми и подхваченными лордами руками. Не закрывая глаз, а словно проваливаясь взглядом в иные миры и пространства. Слияние наступило как-то тихо и незаметно, само собой, как прилив. Наши дыхания слились воедино. Сердца забились в унисон. Тела лордов в этот раз почти не двигались. Проходящие сквозь них волны были мягкими, как прибой во время штиля.
Я плавно покачивалась на этих волнах, а звезды в моих глазах постепенно складывались в величественные спирали алых огоньков. Эти спирали медленно сближались, словно их притягивало друг к другу необъяснимой и неодолимой силой. На краю сознания мелькнула мысль, что я теперь вижу не спиральные галактики, а пси-потоки своих лордов, и эти потоки постепенно проникали друг в друга, становились единым целым, удивительным живым организмом, в котором каждая искра-звезда имела свое место и значение.
А я… Я не знала, где заканчивается мое тело и начинается ночь. Где пульсация крови в висках переходит в мерцание далеких солнц. Мы с лордами были центром галактики, тихой точкой покоя в кружащейся вселенной. Так что я ничуть не удивилась, когда в этой галактике вдруг родилась и начала расти еще одна звезда. Она постепенно приближалась, становилась крупнее, пока не превратилась в сияющий гранями, совершенный по форме ромбовидный тетраэдр.
«Кристалл Силы», ― все так же немного отстраненно и с оттенком восхищения подумала я, любуясь его идеальной формой и неярким, пульсирующим, будто сердце триады, свечением. Теперь, когда между мной и лордами больше не было препятствий из страхов, предрассудков и непонимания, кристалл вырос до невиданных размеров ― величиной в два моих кулака, и казался вечным и несокрушимым.
И как только он перестал расти и утвердился на своем месте, спирали вдруг растворились, и я снова увидела небо Арригосы. Ощутила легкое щекочущее дыхание ветерка на своей коже. Услышала плеск струй в фонтане и ровное, глубокое дыхание лордов.
– Не думала, что это может быть так прекрасно, ― прошептала я.
– Может, ― тихо ответил Кай. ― Тогда, когда между Пери и ее лордами возникает глубокая гармония. Когда сердца и мысли устремляются и открываются навстречу друг другу.
– Я до сих пор вижу наш кристалл, ― прошептал Гройс. ― Он похож на самую яркую звезду на небосводе Сэйрана.
– Расскажешь мне о созвездиях Сэйрана, Гройс? ― Я перебралась с груди Вейсарна в объятия Гройса.
Гигант охотно принял меня, окутал своим теплом.
– Конечно, Лера. Небо нашего родного мира очень прозрачное. В нем почти не бывает облаков, а звезды даже с высоты уровня океана видны так, будто ты оказался высоко в горах. И, разумеется, наши далекие предки объединили все видимые звезды в созвездия, чтобы было проще определять по ним стороны света и дорогу в ночи…
Гройс рассказывал о созвездиях, время от времени ему помогали и подсказывали Кай и Вейс. А потом… я задремала. Последним, что мне запомнилось, был плед, которым укрыли меня мои заботливые мужчины.
Глава 26
Лорд Вейсарн. Тренгорн. Арригоса. Утро. План «Двенадцать часов»
Сознание вернулось ко Вейсарну не рывком, а плавным приливом, как вода, заполняющая тихую бухту. Первым ощущением стала тишина. Не та зловещая, что предвещает бурю, а глубокая и спокойная, идущая изнутри. Алые трещины не разрывали кожу, пси-потоки не пробивались наружу, а текли единой и послушной рекой.
Стабильность.
Словно выдох, которого он ждал всю жизнь.
Вейс лежал на спине, чувствуя коленом тепло бедра Гройса, а на своем плече – голову Леры. Ее дыхание было ровным, губы чуть приоткрыты. Кай спал, свернувшись калачиком у ее ног, как страж у подножия трона.
Эти трое были миром Вейсарна. Его домом. И именно поэтому он не мог позволить себе обманываться.
Он прикрыл глаза, погрузившись внутрь. Да, кристалл был крепок. Крепче, чем мог предположить Вейс. Но одновременно невидимый тетраэдр был подобен мощному кораблю в открытом космосе: запас прочности велик, но и бездна безгранична. В самой сердцевине новой стабильности Вейс ощущал тихий, неумолимый отсчет. Шестьдесят стандартных часов. Два с половиной дня. Может, чуть больше. А потом ― все. Предел.
Отчаяние, знакомое и липкое, попыталось поднять голову. Вейсарн отшвырнул его прочь. Оно больше не имело власти над лордами, ведь они встретили свою пери, и она приняла их.
Оставалось все успеть. Выиграть гонку со временем.
Аккуратно, чтобы не разбудить Леру, Вейс приподнялся на локте. Его движение тут же вызвало ответную волну. Гройс напрягся, его боевые инстинкты сработали быстрее сознания. Кай тоже приоткрыл глаза, и в его усталом взгляде тут же вспыхнула искра понимания.
Вейс обменялся с побратимами взглядами ― и мыслями. Это был краткий и емкий диалог стратегов, которым не нужны слова.
– Время? – спросил Кай, не открывая рта.
– Да. Пора, – ответил Вейс.
Лера шевельнулась у него под боком, ее пальцы скользнули по его обнаженной груди, посылая по телу волну тепла и трепета. И в этот момент план, четкий и выверенный, сложился в голове Вейсарна целиком: они выделят еще двенадцать часов, чтобы закончить дела на Арригосе. Так будет правильно. Так Лера убедится, что ее проблемы для него, Вейса, и его побратимов, не менее значимы, чем их собственные.
– Пери, – тихо позвал Вейс, касаясь ее щеки. – Нужно вставать.
Она открыла глаза. Не испуганные, как тогда в подвале, и не смущенные, как после душа. Вейс назвал бы ее взгляд осознанным. Слишком осознанным для того, кто едва разлепил веки. И в нем была тревога.
– Сколько? – спросила Лера.
Всего одно слово, но в нем был весь ее страх за Вейса и его побратимов, вся горечь прошлых дней.
Вейс взял ее руку в свою, ощущая под пальцами тонкие кости запястья. Прижал ее ладонь к своей щеке и так, не отпуская, ответил:
– От шестидесяти часов до семидесяти двух часов. ― Лера заслуживала правды. – Путь до Сэйрана немного дольше, даже с мерц-двигателем. Если мы и успеем, то буквально в последний момент.
Пальцы похолодели в его руке мгновенно похолодели.
– Мы должны лететь сейчас же!
– Нет, – мягко, но уверенно возразил возразил Кай. – Не «лететь». Мы уйдем с Арригосы, но не сбежим. Не оставим за собой хвост из нерешенных дел и невысказанных обид.
Он посмотрел прямо на их Пери, вкладывая в свой взгляд всю уверенность, на которую был способен.
– У нас есть двенадцать часов, Леранда Клэр. Ровно. За это время мы закроем все долги перед этой планетой. Обеспечим твоему проекту будущее. Убедимся, что та сиала, которая причинила тебе боль, получит по заслугам. И мы уйдем отсюда не беглецами, а партнерами, выполнившими свои обязательства. ― Добавил Вейсарн.
Лера смотрела на него, и Вейс видел, как в ее глазах борются эмоции: облегчение – что у нее есть хотя бы пара часов, чтобы сказать Арригосе последнее «прости», страх – за них, лордов, и та самая, знакомая по первой их встрече, несгибаемая воля.
– Половина суток? – медленно проговорила она, и ее голос окреп. – Этого даже много. Мы все успеем.
– Обязаны успеть, – подтвердил Вейс, отпуская ее руку и вставая. – Потому что иного выбора у нас нет. Мы начинаем сейчас.
Встав, он почувствовал себя уже не просто Вейсарном, лордом Сэйрана. Он был генералом, готовящим свою семью к последнему, решающему переходу. И первый шаг к спасению лежал не в бегстве к звездам, а здесь, в этом городе, в необходимости закончить старую войну, прежде чем начать новую.
На то, чтобы собраться и выдвинуться в путь, им понадобилось всего двадцать минут. За это время Вейсарн успел связаться с помощницей старшей советницы Велемины и назначить встречу в Совете. Кай и Гройс ― заказали завтрак на вынос.
Лера, оставшаяся без вифона и собственных средств, без споров и излишней стеснительности воспользовалась предложением Кая и заказала для себя новое нижнее белье и деловой костюм прямо в бутике женской одежды при отеле и получила свой заказа.
Спускаясь вместе с побратимами и пери на стоянку флаев, Вейсарн залюбовался Лерой и восхитился ее выбором. Новый костюм глубокого аметистового цвета с металлическим отливом сидел на ней идеально, словно его шили по мерке.
Ткань мягко облегала плечи, подчеркивая прямую спину. Теперь это была уже не беглая пленница в лохмотьях и не смущенная женщина в халате. Теперь их женщина была Лерандой Клэр, Пери лордов Сэйрана, и шла на равных говорить с правительством планеты.
– Отличный выбор, – коротко сказал Вейс. – Теперь ты выглядишь как посол.
Лера улыбнулась ― не смущенно, а уверенно:
– Как раз то, что нужно, чтобы встретиться лицом к лицу с сиалами и комитетом по реставрации ЦКИ.
Она первая взошла в салон флаера, устроилась на просторном сиденье. Гройс присел рядом, Кай и Вейсарн ― напротив.
Вейс задал маршрут. Гройс с проворством, неожиданным для его исполинской фигуры, заботливо передал каждому его порцию завтрака и принялся разливать по термокружкам кофе из термоса. Салон наполнился ароматом свежей выпечки и терпкого кофе.
– Ешь, Пери, – пророкотал Гройс своим низким чуть рычащим голосом и протянул Лере теплую булку с ягодами и творогом. – На пустой желудок дипломатией заниматься бесполезно. От этого только кислотность повышается.
– Как тебе удалось выбрать выпечку с моими любимыми ягодами, Гройс? ― улыбнулась в ответ Лера.
Она откусила кусок булки, глядя в иллюминатор на приближающееся здание Совета.
Вейсарн видел, как тяжесть предстоящего разговора, вначале смущавшая их Пери, отступает, уступая место спокойной решимости. Она явно была готова закрыть эту главу и начать новую ― с ним и его побратимами.
