Текст книги "Альфа из ниоткуда (СИ)"
Автор книги: Снежана Альшанская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)
– У вас с ней что-то было?
Алекс рассмеялся.
– Шутишь?
– Нет, не шучу, – серьезно говорила я.
– Ты её видела? Строит из себя непонятно что в попытке преодолеть собственных тараканов в башке. Людям, может, это и не видно, но по запаху отлично чувствуется, что она похожа на озлобленную на весь мир маленькую девочку, ненавидящую все и всех, начиная с себя. От таких всегда смердит так, что ни один оборотень и близко не подойдет.
– Любовников у неё хватало…
– Людям здесь проще, а у нас физиологическое отвращение. Как от выгребной ямы.
Алекс взял пакет с продуктами, вышел из машины.
– Сейчас чего-то приготовим.
Есть не хотелось.
Я верила ему, но если бы Танька отправила фото раньше? Он бы выбрал меня в том клубе совсем с другими целями. Что тогда? Как относился бы ко мне? Была бы та ночь, когда я забеременела, или нет? Наверняка он сразу же предложил бы поехать ко мне, где спустя какое-то время исчез, перебравшись на балкон выше…
Но сейчас он говорил правду. Он мог вообще не рассказывать этого, но рассказал, черт возьми, в надежде, что я пойму. Вот только сомнения все равно одолевали. Что случилось бы, пойди все другим путем?
Это вело в никуда, вызывало подозрения. Этого не случилось, а все размышления – не больше чем предположения, точно такие же, как «а что было бы, приземлись здесь и сейчас инопланетный звездолет». В конце концов он мог не оказаться на той стройке, не встретиться со мной в преддверии Нового Года, и я бы до сих пор сидела одна дома, только предполагая о том, кем он мог бы быть…
– Этот гормональный конфликт или как там, он из-за твоей природы и этих экспериментов? – спросила я. Входя за ним в дом.
– Может, и так. Не знаю…
– Тогда, может, те же люди знают, как от него избавится.
– Тебе опять плохо? – Алекс посмотрел на меня.
– Как-то в животе покалывает, – призналась я. Чувствовала это уже какое-то время, но не обращала внимания. Откуда мне знать, что нормально при беременности, а что нет? Первый раз все-таки.
– Поехали в больницу.
– Хватит с меня больницы, – отрезала я. – Не собираюсь кучу времени проводить в больничной палате.
Я закрыла за собой дверь, и поняла, что может, и правда стоит отправиться к врачу. Покалывание понемногу нарастало, а ноги предательски становились ватными.
***
Я улеглась в кровать, накрылась одеялом с головой. В таком положении покалывание, переходящее в боль, почти не чувствовалось. Выпила таблетку, что дал врач. Ну вот, надеюсь, пройдет.
Алекс вышел из душа, зашел ко мне.
– Тебе плохо, – он не спросил, а констатировал.
– Немного в животе покалывает.
– Значит, едем в больницу.
– Собираешься возить меня по врачам каждый раз, когда у меня нос зачешется? – фыркнула я. – Может, это нормально при беременности. Уж извини, все не получается посидеть на форумах для молодых мамочек и посетить какие-то там курсы.
– Я вызову «скорую». Пусть лучше посмотрят, – Алекс достал телефон.
– Да постой ты!
Но он уже звонил.
– Сейчас приедут.
– Вот же блин! И полежать не дашь…
– Вообще-то я за тебя переживаю, – оборотень буквально сверлил меня взглядом.
Посмотрела в его глаза.
Это, конечно, хорошо, когда заботятся, но не стоит играть роль моей мамочки и при первом чихе бить тревогу, будто наступил апокалипсис. Тем более меня клонило в сон, и все, чего хотелось – чтобы меня оставили в покое.
«Скорая», конечно же, была таковой только на словах. На деле её пришлось ждать минут сорок, если не больше. С детства ненавидела такие моменты. С тех самых пор, когда врачей вызывала мне мама. Гнетущая тишина, звук чужих шагов, запах медикаментов. Даже мамин голос тогда казался другим – низким, тревожным.
Приехавшим на вызов доктором была худощавая женщина за пятьдесят, а может, и за шестьдесят, с полностью седыми волосами. Вид у неё был такой, будто её отвлекли от просмотра очередной серии любимого сериала, и от злости за это она возжелала убить всех вокруг. Фельдшер оказался её полной противоположностью – молодой, слегка полноватый, с кудрявыми волосами и приятной улыбкой.
Пока мне мерили давление и температуру, Алекс в подробностях рассказывал им о поставленном мне диагнозе, а врач молчаливо кивала.
– Сыпь была? – коротко спросила она.
– Нет, – покачала головой я.
– А внезапные потемнения в глазах?
– Тоже нет.
– И температура не повышалась?
– Если да, то не сильно, – фыркнула я, желая, чтобы они поскорее убрались.
– И что это значит? – спросил Алекс.
– Токсикоз есть, но при поставленном диагнозе сыпь бывает у девяноста девяти процентов пациентов, – с интонацией бездушного робота говорила врач. – И в глазах темнеет часто. Температура раз в неделю скачет до тридцати восьми.
– То есть, они ошиблись? – с надеждой спросила я.
– Советую пройти обследование еще раз. Может, перепутали анализы, или прибор сломан. Бывает такое. Но симптомы странные.
– Галина Васильевна, помните ту женщину, которую чуть на стол к хирургу не отправили, а оказалось, побочка от таблеток, что ей психиатр от депрессии выписал? – вмешался фельдшер.
– Год назад где-то. Помню. Да, картина схожая. Лекарств никаких постоянно не принимаете?
– Нет, – покачала головой я, понимая, что никаких покалываний больше нет, а все, чего хочется – поспать.
– Всяко придите лучше к нам на обследование. Что-то подсказывает, что ошиблись ваши доктора, – врач встала. – Обезболивающее колоть?
– Нет. Уже все в порядке.
– Тогда до свидания. Придите обязательно.
– Обязательно, – сквозь зубы процедила я.
Когда послышался звук закрывающейся двери, наступило облегчение. Будто придя домой после тяжелого дня сняла неудобную обувь, только вместо ног была психика.
– Ты слышала? – спросил Алекс.
– Это еще ничего не значит.
– Они могут ошибаться. Да и эта старая кляча, – я сморщилась. Неприятная бабка, как не крути. Увидев такую. Скорее примешь за дознавателя спецслужб, чем за врача. – К ней обследоваться я точно не пойду.
– Тогда найдем другое место. Они и правда могли ошибиться.
– И что же это было по-твоему?
– Не знаю. Я не медик, – оборотень сел рядом, взял меня за руку. В тот же миг я успокоилась, сомкнула веки. Не знаю, по каким законам это работало, но одно его прикосновение насмерть убивало мою тревогу.
– К тому же ты не самый обычный оборотень, потому и симптомы могут быть необычными, – сказала я так, будто говорила о погоде, а не о своей жизни и жизни моего ребенка.
– Потому нужно обследоваться еще раз. Может, не все так серьезно.
– Да брось. Меня там и на рентгене проверяли, и УЗИ делали, и кучу анализов…
– Ты будто сама хочешь…
– Не хочу обретать ложную надежду, – перебила я.
– Я тут вспомнил еще кое-что…
– И что же? Как ты свергал диктаторов банановых республик или соблазнял фотомоделей? – собственный сонливый голос почему-то казался мне чужим и далеким.
– Всего лишь то, что мне много раз говорили, будто я бесплоден. С десяток всевозможных врачей из разных стран раз за разом твердили одно и то же. Приговаривали, что это не худшее, что возможно в жизни, а мне очень хотелось стать отцом. Сам я тоже поверил и ни на что не надеялся. А получилось совсем не так.
– Боишься, что это не твой ребенок? Да брось. У меня годами до тебя никого не было.
– Я о том, что они ошибаются.
– Раз в год и палка стреляет, – пошутила я.
Он засмеялся.
– Спи, – он погладил меня по волосам, но сонливость почему-то отступила. Только что была готова отдать все, лишь бы провалиться в объятья Морфея, секунда – и как будто только что проснулась переполненная бодростью и силами.
Потянулась к Алексу, поцеловала его.
Он тоже понял, что мне уже не до сна.
Глава 23
Рука Алекса юркнула под одеяло, быстро отыскала мое бедро, пальцы пробежались по коже, отправляя во все стороны легкий возбуждающий холодок. Словно умелый пианист, он пробежал подушечками пальцев по моему животу, перешел на грудь. А я лишь смотрела в его глаза не в состоянии пошевелиться. Эти глаза гипнотизировали, не давая оторвать от себя взгляд ни на миг. Тело медленно наполняло возбуждение. Оно появлялось из ниоткуда и будто обволакивало мою кожу, проникало через поры внутрь и сгущалось там, образовывая плотный комок внизу живота.
Алекс снял свой свитер, усмехнулся.
– Ты и правда думаешь, что все будет хорошо? – прошептала я.
– Знаю это.
– Откуда?
– Столько совпадений должно было случиться, чтобы настал этот момент. Если там, – он указал пальцем вверх, – кто-нибудь есть, вряд ли позволит одной случайности все уничтожить.
Я хотела ему ответить, но Алекс поцеловал меня в губы, проник языком в мой рот, и все в тот же миг выветрилось из головы. Было не до разговора и даже не до мыслей. Я пробовала на вкус лучшего мужчину во вселенной, и наслаждалась им. Самый приятный вкус на свете…
Одеяло больше не требовалось – стало жарко. Алекс облизал мою грудь, расстегнул ширинку и я приготовилась к путешествию в нирвану. Сомкнула веки, расслабилась, но спустя миг, когда член оборотня оказался во мне, глаза открылись сами.
Он чего-то коснулся внутри меня и словно освободил что-то давно запертое там. Оно блуждало по моему телу, проникая в каждую клеточку, каждую молекулу, наполняя их эйфорией. Каменный торс Алекса покрылся едва заметными капельками пота. На лице царило блаженство. Я обхватила руками его шею и громко застонала, затем еще и еще…
Казалось, что внутри меня было так много какой-то дикой, первобытной энергии, что она вываливалась при каждом стоне.
Незаметно стон перешел в крик. Казалось, что вот-вот сорву горло и смогу говорить лишь шепотом, но оно того стоило.
Алекс развернул меня, пристроился сзади. Поначалу мне такая поза не понравилась, лицезреть его торс было куда приятнее, чем подушку. Но так он смог войти в меня еще глубже, вызвать внутри взрыв, разлетающийся по мышцам жар…
Он что-то говорил, но за собственными криками я не слышала.
А еще именно в этот момент понимала, что все будет хорошо. Никакая мафия, никакие Таньки и врачебные ошибки нам не помеха. Нас вообще ничего не могло остановить.
Мое лицо снова оказалось рядом с его торсом. Я лизнула его, опустилась к лобку, поцеловала…
Раньше мне казалось это странным. Чем-то из области извращений. Ртом? Туда? Как?
Но сейчас я получала от этого истинный кайф.
Плавно спустилась языком к твердому, как сталь, члену. Облизала его, и в какой-то момент даже ощутила весь прилив эндорфинов оборотня. Обхватила головку ртом, принялась сосать, слушая тяжелое дыхание партнера.
Иногда казалось, что мое тело все делает само по себе. Контроль окончательно потерян. Будто им управлял кто-то извне.
Алекс резко подался назад, я даже успела подумать, что сделала что-то не то. Но он тут же набросился на меня с новой силой, словно ураган. Расцеловал меня всю, с головы до пят.
Широко раздвинул мои ноги, уткнулся туда лицом, и я потонула в удовольствии.
Не знаю, с чем это сравнить. С ручьем, найденным помирающим от жажды в пустыне? С получением огромного наследства от неизвестного родственника? С внезапной прохладой дождя посреди знойного лета?
Ни с чем.
Все словно бы смешалось, расплылось. Внутри меня что-то росло, доставляя все больше и больше эйфории. Кожа пылала жаром. Дыхание Алекса казалось музыкой. Дышать становилось все тяжелее.
Оборотень поднял голову, бросил на меня взгляд, улыбнулся. Я усмехнулась в ответ. Хотела что-то сказать, но не знала, как выразить это словами, будто вмиг разучилась говорить.
Он продолжил. А я откинулась на подушку и лишь стонала от ощущений внутри.
А затем все вспыхнуло. Я потеряла ориентацию в пространстве. Упала или взлетела, а может, и то и другое вместе? Перешла незримую черту между миром людей и раем. Нужно лишь остаться здесь подольше, впитывать каждую частичку кайфа…
Будто сама вселенная заключила меня в свои объятья, демонстрируя свои чудеса. Переливы пульсаров, вращение планет, мерцание сверхновых.
Мир кружился вокруг, но мне было совершенно плевать на него, будто никогда и не жила в нем.
Затем из пустоты вынырнула кровать, я осознала свое положение. Стало спокойно, тепло и приятно. Рука Алекса мягко гладила мои волосы, лицо усмехалось. Как тут не ощутить себя в самом теплом и приятном уголке на свете, когда рядом лежит мужчина мечты?
Спи, – сказал он.
А я не понимала, реальность это, или я все же сплю. Не бывает в реальности такого удовольствия. Реальность – череда проблем, одна увесистее другой. Или нет? Или такой она выглядела для меня лишь до встречи с ним?
Тихий шорох ветки об оконную раму понемногу утихал. Сон понемногу брал свое.
Когда проснулась, Алекс лежал рядом и смотрел в потолок, будто разглядывая там что-то.
– Доброе утро, – шепнул он, повернулся. Поцеловал меня в щеку, и снова уставился в потолок.
– Ты какой-то напряженный…
– Думаю…
– О чем?
– О нас. И о ребенке.
– Нервничаешь?
– Я не совсем обычный оборотень, у нас не совсем обычная проблема, лучшие врачи мира могут заблуждаться десятки раз, так и не поняв, в чем проблема.
– И что ты предлагаешь?
– Хочу найти тех, кто сделал это со мной. И узнать у них.
***
То есть ты опять станешь их преследовать? – вздохнула я, по взгляду понимая, что будет, и или добьется своего, или умрет.
– А ты в это время проведешь в безопасности, – сказал он.
– Я буду с тобой…
– Ну уж нет, – оборотень просверлил меня взглядом. – я не буду подвергать опасности тебя и ребенка.
– Думаешь, прятаться одной лучше? А если меня найдут?
– Поедешь за границу. Там будешь под охраной какой-нибудь частной охранной фирмы с хорошей репутацией. Наши враги головорезы, но не дураки, чтобы устраивать бойню посреди Парижа, Рима или Нью-Йорка. Заодно найдем тебе там хорошего врача.
– И я буду сидеть в одиночестве, в другой стране, взаперти, ожидая, что ты когда-нибудь, возможно, вернешься…
– Взаперти сидеть не обязательно. Считай это отдыхом. Говорю же, никто не станет на тебя покушаться, если вокруг – куча народу.
– А если я не хочу? Хочу остаться…
– Ты не останешься. И на это есть причины, – Алекс посмотрел в мои глаза, и я поняла, что не останусь. Как бы мне не хотелось, он мне не позволит. Не даст рисковать не только собой, но и ребенком.
– И куда ты хочешь меня отправить?
– Сама выбери. Самолет будет ждать тебя вечером в частном аэропорту рядом с городом.
– У меня и загранпаспорта нет, – сказала я, понимая, что это Алекса не остановит.
– Официально самолет принадлежит польскому министерству обороны, все засекречено, и любая дружественная Польше страна тебя примет. Я тоже не любил регистрироваться.
Блин!
Да не хочу я убегать!
С удовольствием поехала бы куда-то в прошлом, а может, и в будущем, но не сейчас! Смотреть в окно и думать вернется ли он и жив ли еще. Но Алекс считал иначе и, наверное, был прав. Приятно, что обо мне беспокоятся, но неприятно, что когда ему может понадобиться помощь, я буду где-то далеко.
– Не бойся. Я скоро к тебе приеду, – он прикоснулся к моей щеке, затем мягко поцеловал в губы.
– Как скоро-то?
– Со всем разберусь и приеду. Время не ждет, постараюсь управиться быстро. Может, неделю. Две максимум. А потом долго и на шаг от тебя не отойду, – он засмеялся, а вот мне было не до смеха.
Но надо видеть во всем достоинства. В этой стране не лучшая медицина, а еще озлобленная мафия похитит меня или прикончит, как только узнает, где я нахожусь. Тут только и остается, что сидеть в четырех стенах, и ждать, что что-то изменится само собой.
– А может, поехали вместе?
– Я так и хотел поступить. Но надо знать, что делать если тебе станет хуже. А знают это только типы, проводившие на мне свои эксперименты.
– Откуда ты знаешь, что ты там что-то найдешь? Может, они уже давно не делают ничего подобного?
– Если и не делают, то это ценные сведения, которые можно кому-то дорого продать. Вряд ли такие люди возьмут и все уничтожат.
– Но там может и ничего про это не быть…
– Может. Но стоит попытаться.
– А по-моему, ты просто хочешь продолжить свою месть, – фыркнула я. – И не успокоишься, пока не отомстишь.
– Отомстить всем невозможно. Кто-то обязательно скроется, есть куча замешанных в этом людей, о которых я не знаю и не узнаю, есть и те, кто на верхах в их организации, но ни сном ни духом про эксперименты с оборотнями. Раньше я хотел отомстить. Потом понял, что это не помогает, но делал это скорее по инерции. С мыслями, что спасу кого-то от них. А сейчас знаю, что не будет этих – появятся другие. А еще у меня есть зачем жить.
Он наклонился, снова поцеловал меня, но поцелуй показался горьким. Дальше – разлука. Может, необходимая, но все же разлука.
Если бы мне не так давно кто-то спросил, хочу ли я отправиться в любую страну мира, я бы подумала, что тот кто откажется – дурак…
Алекс встал, отправился на кухню и принялся заваривать кофе. Я посетила туалет, расчесалась, почистила зубы. Такие привычные, повседневные действия казались ценностью.
Ладно, хватит мне грустить. Он не умирает. И мы с ним точно встретимся. Кто-кто, а Алекс уж точно в состоянии справиться с абсолютно любой проблемой. Так что могу воспринять это как отпуск.
Я прошла на кухню, где Алекс уже сделал кофе. Между чашками на тарелке стоял аппетитно выглядящий небольшой тортик.
– Что празднуем?
– Разве нужен повод? – ответил Алекс. – Ну вот, ты улыбаешься. А то вечно грустная, как на похоронах.
Я и правда сама не заметила, что улыбаюсь.
Села напротив оборотня, отпила горячего кофе, опробовала торт. Вкусно, только как-то необычно. Вкусовые рецепторы явно шалили.
– Я вспомнил, кто подсыпал мне медикаменты, – сказал он. Точнее, вспомнил, как все было, как подсыпали, я все равно не видел.
– И кто же это? Впрочем, вряд ли я его знаю.
– Знаешь. И не его, а её. Твоя подруга.
– Танька? – я поморщилась. – Зачем ей это?
– Может, кто заплатил. Или сама не ведала что делает. Или имела свои цели. Не знаю. Но я оформлял сделку с её боссом, переговоры шли несколько недель, все никак не могли прийти к взаимовыгодным условиям. И кофе мне приносила почему-то она, а не секретарша. Думал, подлизывается, но никто другой не мог сыпать мне эту дрянь.
– Теперь её не найти…
– Найду, если понадобится. Кто-то на её бывшей работе должен знать где она. У неё точно есть ноутбук или компьютер, откуда она что-то кому-то писала.
– Только ничего плохого ей не делай…
Не знаю почему, я все еще нормально к ней относилась…
– Это посмотрим…
Глава 24
К вечеру потеплело. Снег таял на глазах, превращаясь в серую жижу и лужи, с крыш домов свисали огромные сосульки, серые облака разошлись, открывая взгляду девственно-чистое небо.
Всю дорогу в аэропорт будто сама вселенная противилась моему отъезду. То пробка, то спустившее колесо, то дотошный гаишник…
Но я радовалась этим мелочам. Возможность дольше побыть вместе была как нельзя кстати.
Пока доехали, стало темно. Небо озаряла полная луна и россыпь миллиардов звезд. А еще похолодало и снова начался мороз. Кутаясь в пальто, я вышла из машины, поскользнулась, чуть не упала, но Алекс был рядом и тут же подхватил меня.
Аэропорт был небольшим и безлюдным. Небольшое здание всего с парой горящих окон, пара маленьких спортивных самолетов рядом с ним. Еще один, побольше, выглядывал из-за здания. Наверное, на нем я и полечу.
– Решила, куда направишься? – спросил оборотень.
– Ты-то куда посоветуешь?
– Не знаю. Сейчас вроде бы хорошо в Испании. Но решай сама.
Внутри здание тоже пустовало. Никаких толп, магазинчиков с сувенирами, кучи охраны, как в главном аэропорту. Лишь семейство из отца, матери и ребенка семи-восьми лет на стульях в углу, маленькое кафе быстрого питания, пара охранников. Тишина да покой.
– Почему так мало людей? – поинтересовалась я.
– Это частный аэропорт. Им пользуются только те, кто может за это заплатить, – ответил Алекс. – Желающие скрыться от телекамер политики, конкретно насолившие конкурентам бизнесмены, контрабандисты, мафия. Большинство людей даже не знают, что он существует.
От упоминания про контрабандистов и мафию стало не по себе. Так и представила, что в одном из ангаров за зданием могут разгружать наркотики или оружие.
– И твои враги тоже?
– Других клиентов не знаю. В этом весь смысл. Если кто-то попадется на чем-то незаконном – пострадает лишь он один.
– А если они смогут меня отследить?
– Тут нет никаких записей. Ни кто летит, ни куда. Владелец этого места платит большие деньги, чтобы так и оставалось, а власти не задавали лишних вопросов. Куда ты отправилась, будешь знать только ты и экипаж самолета.
– Здравствуй! – громко воскликнул мужчина средних лет с с пышными усами, одетый в кожаную куртку. – Давно тебя не было!
Алекс пожал ему руку, похлопал по спине.
– Это… Напомни, как тебя зовут?
– Что с тобой? Имена забываешь? Майкл.
Как для человека с именем Майкл знакомый Алекса уж очень хорошо говорил по-русски.
– Память потерял.
– Из-за неё, что ли?
Оборотень усмехнулся, повернулся ко мне.
– Это пилот. Скажешь ему куда хочешь. И Майкл, не появляйся тут с месяц. Возьми отпуск.
Он кивнул.
– Самолет готов, баки заправлены. Можем вылетать хоть сейчас.
– Сейчас. Мы только попрощаемся.
– Ладно. Жду в самолете. Вещи только давайте.
Оборотень передал пилоту мою сумку, тот ушел. Мы с Алексом встретились взглядами, долго смотрели друг в друга, будто хотели что-то сказать, но не могли подобрать слов. Его глаза гипнотизировали, я не могла оторвать от них взгляд, как бы не старалась. Наверное, он чувствовал то же самое.
– Я скоро приеду к тебе. И тогда сможем жить как захотим.
– Верю, – кивнула я. Очень хотелось верить, что расставание ненадолго. Я изо всех сил старалась верить, хоть тревога говорила свое слово и всеми возможными способами пыталась втиснуться между мной и надеждой на лучший исход.
Оборотень склонился ко мне, поцеловал в губы. Как же хотелось, чтобы этьот момент застыл и никогда не заканчивался. Ощущать его вкус, запах, пребывать в самых надежных в мире объятьях. К сожалению, никто не имеет власти над временем…
– Иди, – сказал он. – Отдохни, развлекись. Кстати, чуть не забыл, – он вынул бумажник, достал оттуда карту, протянул её мне. – На какое-то время хватит.
– Спасибо, – кивнула я, взяла карту, набросилась на него с поцелуями.
– Ты будто на войну меня провожаешь, – усмехнулся он.
– В моих глазах это она и есть.
– Нет. Просто разберусь со всем и вернусь. Со мной ничего не случится. Обещаю. Ну все, иди.
Он поцеловал меня в щеку, я направилась к ведущей к самолету двери. Постоянно оглядывалась, смотрела на улыбающегося Алекса. Так и хотелось развернуться, побежать к нему, не смотря ни на что, остаться. Но он был против, и я это понимала.
Дверь закрылась за мной. Я прошла через небольшой коридорчик, вышла прямиком к трапу самолета. Его белый фюзеляж блестел в свете звезд и луны. Выглядел как белое пятно посреди бесконечной ночи, как свет в конце туннеля.
Я взошла по трапу, оглянулась, в надежде, что оборотень передумал, плюнул на все, решил улететь со мной. Но его не было. Не может он передумать, отступить, сдаться. Не тот человек. Может, именно поэтому я с ним чувствовала себя в безопасности.
Прошла в салон, где меня ждал Майкл.
Внутри все было чисто, аккуратно, изыскано. Большие кресла, столик, даже диванчик, на котором можно вздремнуть. Если позабыть про иллюминаторы – похоже на комнату в отеле.
– Располагайся, – сказал пилот. – Стюардессы нет, Алекс хотел, чтобы поменьше народу знало где ты, но как взлетим, поставлю на автопилот, дам поесть.
Я кивнула.
– Так куда летим?
– В Испанию, – ответила я, вспомнив совет Алекса.
– Испания так Испания. Там сейчас тепло. Настоящее лето. Компания «Майковские авиалинии» желает вам приятного полета.
Пилот исчез в кабине, двигатели загудели, мы пошли на взлет. Я долго смотрела вниз, пока аэропорт не исчез с виду.
– Он прилетит ко мне, обязательно, – твердила сама себе.
Тогда я еще не знала, что больше никогда не увижу Алекса.
***
Алекс
Кто именно проводил надо мной эксперименты? Ведутся ли они сейчас? Где хранят документы? Понятия не имею, а единственный человек, насчет причастности которого я был уверен – Ревуцкий – покончил с собой. Можно, конечно, пробраться в компанию своего двойника, попытаться найти что-то там, нанять хакеров, чтобы взломали их компьютеры, но толк от этого вряд ли будет. Корпорация, даже если это мафиозная ширма, не будет держать в подвале лабораторию для экспериментов над людьми. Кто-то рано или поздно что-то узнает. Там все-таки сотни сотрудников, обычных людей, которые не знают и не должны узнать о подобном.
Если такая лаборатория есть – то она вдали от лишних глаз. Где-то в частном доме или в сером, неприметном здании посреди промзоны.
Вспомнил, как сбегал из такой.
Напал на двух человек, которые ежедневно приходили ко мне с какими-то тестами. Полез по лестнице куда-то наверх, хоть понятия не имел, куда она ведет и куда мне нужно. Выбрался посреди давно заброшенного завода. Здание было огромным, даже охрана толком его не знала. Благодаря этому и нюху оборотня и удалось выбраться.
Долго блуждал по окружающему здание лесу, не понимая, кому понадобилось возводить завод в таком месте. Оказалось, при СССР он делал что-то для армии и был засекречен, а после распада закрыт.
В каком-то таком месте они и засели.
Кажется, я знаю, кто может на них вывести.
Дровосек. Тот самый, к которому чуть было не отправили Оксану в клубе.
Понятия не имею, как его зовут, никогда с ним не встречался. Говорят, то ли депутат, то ли министр, который поможет сделать так, чтобы власти закрыли глаза на что угодно. Хоть людьми торгуй, хоть вози через границу наркотики тоннами, хоть вооружай частную армию – дай долю Дровосеку – и ни полиция, ни кто-либо еще никогда тобой не заинтересуются.
Потому ему и позволяют что угодно.
И, кажется, понятно, где его искать. В том самом клубе. Может, он даже его владелец и все то место существует для воплощения его извращенных фантазий.
Его и проведаем.
Я посмотрел вслед улетающему самолету.
Было тяжело от расставания, но радостно от того, что Оксана в безопасности. Даже если чертовы выродки узнают, куда она направилась, точно не нападут на чужой земле, где их никто не прикрывает.
Я сел в машину и направился в город, вспоминая, где находится клуб.
Бывал я там нечасто. Всего-то пару-тройку раз по делам.
Мерзкое местечко, облюбованное в основном оборотнями из элиты, предлагало все необходимое для их гнилых душ – выпивка, наркотики, секс. Надеюсь, это место все еще существует.
Центр города несмотря на холод был переполнен людьми и машинами. Одни работали, другие развлекались, третьи спешили домой. Вон там, кажется. То здание. Приглашения у меня не было, но постараемся обойтись без него.
Я быстро нашел нужный вход. Увидел, как охрана пропускает кого-то внутрь. Значит, чертова дыра работает.
Вышел из машины, осмотрелся, нашел место, где можно перелезть через забор. Подошел поближе, прислушался. Уже отсюда слышались звуки музыки и запах спиртного. Оглянулся не смотрит ли кто, прыгнул, подтянулся, оказался внутри.
Несколько десятков дорогих машин, среди которых «Мерседес» Дровосека с правительственными номерами. Вонь этой шавки так просто не смыть.
Прошел внутрь. Охранник присматриваться ко мне не стал. Может, вспомнил, что видел меня раньше, или ему просто плевать. Громкая музыка до боли резанула по ушам. Вот он, чертов ад. Выбирают себе женщин, которые обычно понятия не имеют куда идут, и относятся к ним как к вещам.
– Ты куда? – один из охранников все же определил мне внимание.
– Мне нужен Дровосек, – холодно ответил я.
– Дровосек ему нужен, – охранник ухмыльнулся. – Он никого не принимает. Кроме пары-тройки цыпочек. Завтра их найдут где-то на мусорке, в лесу или вообще не найдут. Впрочем, то же может быть и с тобой, если будешь совать нос куда не нужно.
Я отошел в сторону.
Дровосек где-то вон там, за той дверью в углу. Сколько там охраны неясно – запахов столько, что ничего не учуять.
Нашел на стене план эвакуации. Туда вела еще одна дверь, только она оказалась закрытой. Подошел к бармену, заказал выпить. Тот почти мгновенно принес мне заказ.
– Мне нужен Дровосек, – сказал ему, сунув ему в руку куда больше. Чем стоила выпивка.
Тот усмехнулся.
– Жить надоело?
– Так как к нему попасть?
– Попасть – через вон ту дверь. Только выйти никак.
– Почему?
– Потому что его охраняют круче, чем президента.
– А есть другой вход, – достал еще купюру, положил на стойку.
– Сверху у стоянки есть неприметная такая дверца. Прямо к нему. Он не хочет, чтобы его лишний раз тут видели, входит и выходит напрямую. Но если что – я тебе не говорил. Впрочем, не думаю, что ты им ответишь, потому что умрешь раньше, чем что-то сказать.
Я поднялся, нашел нужную дверь. Та была едва заметной. Только приглянувшись понял, что это она. Закрыто изнутри, но не беда. Ударил пару раз ногой и замок треснул. Вниз вела длинная едва освещенная лестница. Хм. Странно. Думал, придется сразу же драться.
Спустился вниз, обнаружил подобие небольшого бара. Несколько человек за стойкой, еще двое за столиком. Никакой охраны. Странно…
Ожидал увидеть оргию.
– Ну, чего тебе? – один из тех, кто сидел за стойкой, посмотрел на меня, встал, подошел. Среднего роста мужчина, явно человек в темно-сером костюме без галстука.
– Ты-то кто?
– Дровосек.
– Врешь.
– Думал, я оборотень-извращенец? – он усмехнулся. – Это байка, чтобы боялись больше. Никого я не насилую и не убиваю. Садись раз уж пришел.
Глава 25
Я спустилась с трапа самолета прямиком в жару.
Вообще термометр показывал плюс пятнадцать, но мне после морозов и снега это показалось настоящим летом. Вокруг зелень, пение птиц, чистое небо над головой.
Аэропорт здесь тоже был небольшим, хоть и побольше, чем дома. Двухэтажное аккуратное голубое здание с большой спутниковой антенной на крыше. Рядом с ним стояли несколько машин, возле одной из них шумно разговаривала компания из троих крепких мужчин. Совершенно незнакомый язык, в котором я не могла понять ни одного слова, показался мне приятным. Певучим, что ли?
– Здравствуйте, – подошедший ко мне молодой мужчина в светлом пиджаке явно был местным, хоть хорошо говорил по-русски. – Я помогу вам подобрать отель, приобрести что нужно, проведу экскурсию по городу. А вон те парни, – он кивнул в сторону троих, – будут вас охранять.
– Они будут ходить за мной по пятам…
От одной мысли о слежке стало не по себе.
– Они будут держаться на расстоянии и подойдут только в случае опасности. Кстати, меня зовут Диего. А вам понадобится новая одежда.
И правда. То, что было на мне надето, ну никак не вписывалось в здешний климат.
– Прошу вас! – Диего с излишней театральностью открыл передо мной дверь белого внедорожника и жестом пригласил внутрь.
Я села, мой компаньон направился за руль и через минуту мы уже мчались по оживленным улицам Мадрида. Я смотрела в окно, пытаясь разглядеть город – узкие улочки. Плотная застройка, дома в основном небольшие, пять этажей максимум. Не могла понять нравится мне тут или нет. Зато понимала другое – мне ужасно хочется спать. Настолько, что веки кажутся тяжелыми, будто сделаны из металла.
