355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Синтия Шеффилд » Гадкий утенок » Текст книги (страница 6)
Гадкий утенок
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 18:07

Текст книги "Гадкий утенок"


Автор книги: Синтия Шеффилд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Значит, надо искать то, что работает на тебя... а не следовать советам других. Джоан улыбнулась. В теории Сид – именно то, что нужно, а Пол – бесперспективен. Очень жаль, что ее тело думает иначе.

Внезапно Джоан ошеломленно захлопала глазами. Вот оно! Вот, должно быть, в чем загвоздка с этими ее метаморфозами. Она всегда предоставляла другим проектировать для нее одежду, носила то, что ей советовали. Она никогда не доверяла собственным инстинктам... до вчерашнего вечера, когда надела это красное платье. И каков был результат!

Джоан поспешила в свой кабинет, достала с полки альбом для набросков и открыла огромную коробку с цветными карандашами. С мыслями о Поле, о Сиде, о «клобучниках», обо всех знакомых девушках она принялась быстро рисовать.

7

В воскресенье, в десять часов утра, Пол пылесосил ковры. Нельзя сказать, чтобы это было обычное для него занятие. Он всегда считал, что воскресенья предназначены для одного – для того чтобы как следует выспаться. Допускались перерывы на еду или футбольную игру по телевизору. Но сегодня глаза его сами открылись около шести часов утра, и заснуть он больше не смог.

Друг она или нет, но сегодня у него свидание с Джоан.

Конечно, это нельзя назвать настоящим свиданием. Я буду крайне осмотрительным, заверил он себя, собирая пыль вокруг кофейного столика. Это была только часть тщательно разработанного им плана. Джоан придет, они порадуют себя любимыми своими занятиями, и она окончательно поймет, что никакой другой жизни ей не нужно. Вспомнит, как счастлива была, пока не изменила свой внешний вид, пока не познакомилась с Сидом и пока Пол не открыл свой рот и едва не разрушил свою «безупречную» жизнь. Потом она как миленькая завяжет с этой охотой на мужчин, влезет в старую одежду, и они опять заживут как прежде.

Он выключил пылесос и, схватившись за тряпку, вздохнул. Если, конечно, смогут. Прошлый вечер до смерти его напугал. Он едва не проглотил собственный язык, когда увидел это видение в красном атласе. Джоан казалась соблазнительной и необычной, и Пол вдруг ощутил острый приступ влечения, но тут же напомнил себе, кто она такая. Весь вечер ему снова и снова приходилось повторять себе это. Когда он увидел, как она уходит с Сидом, ему вдруг захотелось кого-нибудь удушить. Он ушел сразу же после Джоан и ринулся к ее дому с безотчетным желанием «защитить» ее. Если у Сида хотя бы вполовину такая же горячая кровь, как у среднестатистического мужчины, он сделает все возможное, чтобы затащить Джоан в постель. Пол знал, что сам непременно сделал бы это.

Если бы был Сидом, быстро поправил он себя. Пол принялся нервно вытирать пыль с книжных полок.

Он с облегчением вздохнул, когда узнал, что Сид даже не зашел в дом Джоан. Но облегчение сменилось тревогой, когда она попросила расстегнуть ей молнию, которая многократно усилилась при виде открывшейся гладкой кремовой кожи и сексуального черного бюстгальтера. Ему даже пришлось налить себе воды, пока она отлучалась в спальню. Он едва не сбежал, но в этот момент ему и пришел в голову безумный план со свиданием. В нынешней ситуации он готов был даже переодеться в женское платье – лишь бы вернуть все на круги своя.

Пол убрал пылесос и достал бумажные полотенца и жидкость для мытья стекол. Проблема заключалась в том, что, как бы ни был хорош этот план, он боялся не справиться с его осуществлением. Тело вдруг принялось командовать его рассудком, а совесть... честно говоря, его совесть всегда подавала голос на пару минут позже, чем требовалось.

Он хотел Джоан. И откуда только взялся этот поцелуй – и именно в тот момент, когда он наконец достиг мира с самим собой! Он подкосил его и заставил пулей вылететь из ее дома. Кажется, Джоан была озадачена, но он не успел рассмотреть выражения ее лица.

Он... ну да, он никогда не рассматривал ее как возможную кандидатуру на роль возлюбленной. В детстве Джоан, этот сорванец, сопровождала его во всех приключениях. Когда он вернулся из колледжа, она все еще горевала по тому парню, и он взял на себя абсурдную роль утешителя. Заодно он продолжал еще куролесить вовсю и инстинктивно понимал, что она – женщина совсем другого склада. Джоан стала его лучшим другом, потому что он мог говорить с ней о вещах более глубоких, чем те, которые обсуждались с «клобучниками», и слишком болезненных, чтобы делиться ими с родными. Когда его романы оканчивались крахом, Джоан была первой, кому он звонил. Когда его назначили вице-президентом фирмы, она явилась с букетом разноцветных шариков. Она была самым близким ему человеком на этой планете.

Он ни за что не разрушит этих отношений только потому, что его тело временно отказалось подчиняться разуму. Проклятье, было бы намного легче, если бы Джоан по-прежнему оставалась надежно упрятанной в своих джинсах и свитерах!

Пол сложил и убрал все принадлежности для уборки и стал яростно взбивать диванные подушки, что позволило ему отчасти дать выход терзающему его недовольству. Затем он устало опустился на диван.

Хорошо. По-видимому, это странное влечение ощущали они оба. Пол слишком хорошо знал женщин, чтобы уловить зачарованное выражение, появившееся в ее глазах, почувствовать, как участился ее пульс. Но он также знал, что это только потому, что Джоан давно уже не целовалась. И вообще была практически новичком в этом чувственном мире. Последняя мысль еще больше воспламенила его, он представил, как обучает ее... Пол грубо одернул себя, заставив сосредоточиться.

Во-первых, подвел он итог, Джоан явно не испытывает ко мне этого странного чувства, иначе предложила бы остаться. Во-вторых, все эти чувственные штучки для нее внове, что делает ее похожей на детеныша гремучей змеи – вдвойне опасного, поскольку тот не умеет контролировать себя и не знает о своем могуществе. В-третьих, он знает, как контролировать себя, и знает, какую смертельную опасность она может собой представлять.

И что из этого следует?

Из этого следует, твердо сказал Пол себе, что нельзя ни прикасаться, ни приближаться к ней, ни делать того, что может быть превратно истолковано как нечто.

– Пол? – услышал он голос Джоан, эхом прокатившийся по дому.

– Поднимайся! – уверенно крикнул он. Все хорошо. Он справится. У него все под контролем.

Она вошла в гостиную, прижимая к груди пакеты и альбомы для эскизов.

– Пол, ты даже представить не можешь, что случилось!

Он уставился на нее.

– Не могу. И что же случилось?

– Меня ударило молнией. Прямо между глаз. – Джоан уронила альбомы на кофейный столик и открыла верхний.

Наброски, которые он увидел, были потрясающими, но это была... одежда.

– Ух ты! – Пол полистал страницы. – Это просто здорово, ангел. А что же именно случилось?

– Я... А, не будем вдаваться в причины, – махнув рукой, поспешно сказала она, – но я вдруг поняла, почему до сих пор терпели крах попытки изменить меня. Я всегда следовала советам Энтони, а потом советам Энн, советам Лизы. Но как только я осознала, чего хочу я, на меня словно низошло откровение! – Я не люблю рюшечек, оборочек и просто терпеть не могу пастель, – с энтузиазмом произнесла Джоан. – Если я от этого избавлюсь, то все равно буду выглядеть хорошо!

Он рассмеялся при виде ее горячности.

– Интересно было бы на это посмотреть.

– Подожди! Я покажу тебе!

Джоан порылась в одном из пакетов, которые втащила с собой наверх. Пол с изумлением смотрел, как по его безупречно убранной гостиной разлетается одежда, падая где попало.

– Я откопала старую швейную машинку мамы и сделала пару демонстрационных моделей.

Пол огляделся вокруг.

– Когда же ты легла спать? – спросил он, поднимая с пола то, что показалось ему юбкой.

– А?.. О, я еще не ложилась. Я только приняла душ, переоделась и сразу приехала к тебе, – весело сказала она, затем совершенно неожиданно сняла рубашку.

– Эй! – сказал он, но, прежде чем смог ее остановить, Джоан уже расстегнула джинсы. К тому моменту, когда Пол подошел к ней, они уже были на середине бедер. – Что ты делаешь? – завопил он.

Джоан испуганно заморгала.

– Я хотела показать тебе этот наряд. Ни за что бы не поверила, что когда-нибудь скажу такое об одежде, но он просто порочно сексуальный. Вот увидишь.

– Нет, – со всем мыслимым терпением произнес Пол, отчаянно стараясь унять взбурлившую вдруг кровь. Джоан в простеньком белом лифчике и в таких же трусиках и без того являла достаточно порочное зрелище! – То есть я хотел спросить: почему бы тебе не переодеться в ванной?

Она рассмеялась.

– Ты видел, сколько всего я с собой притащила? Это заняло бы слишком много времени. – Джоан оттолкнула ногой джинсы и схватила маленький ярко-синий предмет. – Так, а где же к нему блузка?

Она просто убивает меня, ужаснулся Пол, чувствуя, как протест так и рвется из его груди. Будь проклята та минута, когда мне в голову пришла идея с пари!

Джоан тем временем натянула на себя юбку и топик.

– Вот. Что ты об этом думаешь? – Она сделала медленный пируэт. – Конечно, высокие каблуки тебе придется домыслить, а эта ткань служила фоном для кукольной мультипликации, над которой я сейчас работаю. Но мысль, по-моему, ясна.

Яснее ясного, подумал он. Наряд нельзя было назвать слишком откровенным, но он подчеркивал длину красивых ног и неплохо демонстрировал грудь. Цвет ткани оттенял светящуюся, словно на полотнах Ренуара, кожу.

– Очень... очень мило, – запинаясь, произнес он.

– Постой-ка! У меня здесь есть кое-что получше. Куда я его задевала?

Она приняла рыться в пакетах, а Пол взмолился, чтобы Господь послал ему силы. Джоан начала стягивать с себя юбку и топик.

– Послушай, почему бы нам все-таки не отнести все это в ванную, Джоан? – спросил снова Пол, подбирая разбросанные предметы и старательно избегая смотреть на нее. Это было больше того, что способен вынести полнокровный мужчина!

– Пол, ты держишь в руках то платье, которое я хотела тебе показать...

– Знаешь, ты, наверное, сейчас не в том настроении, чтобы устраивать показ мод, – поспешно произнес он, по-прежнему не глядя на нее. – Судя по тому, что ты показала, думаю, ты на верном пути, но знаешь, я не такой уж знаток моды.

Пол наконец повернулся. И тут же пожалел об этом.

Она стояла, притопывая ногами от нетерпения. Хлопковые трусики были высоко вырезаны, подчеркивая изящество бедер. Джоан скрестила руки на груди, и одна бретелька лифчика сползла с плеча. Волосы были влажными и рассыпались в волнистом беспорядке.

Она казалась ужасно возбужденной. Пола, словно приливной волной, окатило желанием.

– Ты издеваешься надо мной, да? – прищурившись, спросила Джоан.

Только через несколько мгновений ему удалось сформулировать членораздельный ответ.

– Нет, не издеваюсь.

Ее лицо просветлело.

– Хорошо. Тогда отдай мне бордовое платье, которое ты держишь в левой руке.

– Джоан, я и впрямь думаю, что тебе следовало бы переодеваться в другой комнате.

– Почему? – спросила она. – Ты всего лишь мой друг, и у меня нет ничего такого, чего бы ты не видел раньше у других.

Пол опустился на диван. Итак, Джоан подвела итог: он всего лишь ее друг. Совершенно очевидно, что у нее нет проблем с проведением этой черты. Тогда почему же они должны быть у него? Он видел уйму красоток, одетых гораздо скуднее, чем Джоан.

Но ему никогда не приходилось накладывать на себя такие ограничения.

Боясь застонать, он старался даже не дышать, когда Джоан снимала и надевала один наряд за другим. У нее определенно есть чутье, о котором я раньше и не подозревал, отсутствующе заметил Пол. Одежда, которую она изобрела, казалась удобной, на удивление простой, и в то же время Джоан выглядела в ней в высшей степени соблазнительно. Цвета не имели ничего общего с теми, что она выбирала до того, как они заключили пари. Они были глубокими, насыщенными и служили прекрасным фоном для ее темных волос и светло-карих глаз.

Однако самой тяжелой для него частью спектакля были ее быстрые переодевания... приоткрывавшиеся на короткое мгновение участок загорелой кожи, выпуклость груди... скольжение материала по ее телу... Пол изо всех сил старался держать себя в руках, а Джоан даже не понимала, что творит с ним.

Наконец она сняла последний образец и снова натянула привычные джинсы и рубашку. Пол сидел весь покрытый испариной. Его сердце колотилось так, словно он только что пробежал марафонскую дистанцию.

– Ну? Что ты думаешь? – нетерпеливо спросила она.

Что он думает? Что она лишила его десяти лет жизни этой чувственной пыткой – вот что!

– Думаю, это... очень мило.

– Мило? – Джоан нахмурившись посмотрела на него. – «Мило» – это просто отговорка. Я хотела, чтобы это было сексуально. Сногсшибательно. Ну, давай, Пол, пошевели мозгами!

– Хорошо, – сказал он, глубоко вздохнув. – Ты была невероятной. Ты заставила бы и буддийского монаха дышать по-собачьи. Если Господь и создал что-нибудь лучшее, то он оставил это для себя. Теперь ты довольна? – Пол понимал, что говорит запальчиво, но ничего не мог с собой поделать. Она просто сыпала ему соль на раны!

Он встал и быстро направился в кухню. Налив себе ледяной воды, Пол секунду боролся с искушением вылить ее под молнию джинсов, но ограничился лишь тем, что сделал большой глоток. Когда он вернулся, Джоан встретила его улыбкой.

– Дышать по-собачьи, а?

Он вздохнул.

– Ты – больше, чем я способен вынести, ангел.

– Вот это-то я и хотела услышать. – Джоан широко зевнула, а затем устроилась на диване. – Во сколько начнется игра?

Пол включил телевизор и с предосторожностями уселся на другом конце, подальше от нее.

– Уже началась.

Она снова зевнула и посмотрела на него из-под отяжелевших век.

Пол нежно улыбнулся. Вот теперь, когда она полностью одета, он способен испытывать к ней большее сострадание. Сонная Джоан необычайно мила. Она кажется совсем неопасной.

– Ну что, ты уже готова поспать, ангел?

Подперев голову рукой, она кивнула.

– Наверное. Знаешь, меня охватил такой творческий зуд, что казалось, я могу провести на ногах вечность. И потом, я просто должна была прийти сюда и показать тебе, что сделала.

– И так спешила, что продемонстрировала мне это прямо в гостиной? – спросил он, стараясь относиться к этому легко, но и сам чувствуя, что голос звучит натянуто.

– Ну, мне казалось глупым бегать из комнаты в комнату. Ты ведь знаешь, какой я становлюсь в порыве вдохновения. – Джоан поерзала, удобнее устраиваясь на диване. – К тому же, Пол, первым, о ком я подумала, когда на меня это нашло, был ты. Я хотела, чтобы ты первым увидел результат.

Его до странности тронуло признание.

– Это... Спасибо, Джоан. Я польщен.

– Ты мой лучший друг, – пробормотала она. – Без тебя я на такое не решилась бы. Всем этим я обязана тебе.

– Ты ничем мне не обязана, – мягко произнес Пол, наблюдая, как она засыпает. – Ты всего добилась сама.

Слова, которые она промямлила, могли быть протестом, но через секунду Джоан уже погрузилась в глубокий сон.

Пол невидящим взглядом смотрел на телевизионный экран. «Ты мой лучший друг, Пол». Легко ей говорить, подумал он, глядя на спящую Джоан. Что ж, если он сможет держать руки подальше от нее, может быть, так и будет.

Несколько часов спустя Пол проснулся в полутемной комнате. По телевизору шла какая-то развлекательная программа, но звук был отключен. Очевидно, в какой-то момент он сам это сделал. Джоан просыпалась ненадолго, во время второй половины игры и первой половины фильма. На второй половине заснули оба. Пол взглянул на часы, стоящие рядом с телевизором. Семь. Он проспал около четырех часов!

Пол потянулся и начал поворачиваться, когда его рука наткнулась на мягкий изгиб тела. Освещенная призрачным голубоватым светом, падающим от экрана, рядом с ним на диване лежала Джоан. Он отдернул руку.

Пол улыбнулся. Он все-таки сделал это – провел с ней целый день, предаваясь любимым обоими занятиям! Несмотря на мучительное начало, он умудрился в течение всего дня держать свои руки подальше от нее.

Да, он поцеловал ее один раз, да, увидел полуобнаженной. Но все это в прошлом. Отныне они снова будут только друзьями. И это чудесно.

Пол испытывал необычайный душевный подъем. Теперь ему осталось только накормить ее пиццей и закрепить достигнутое. Их корабль наконец-то зашел в спокойные воды.

Джоан легко было напугать, поэтому он осторожно прошептал ей в затылок:

– Просыпайся, детка. Тебя ждет пицца с твоим именем сверху.

– Ммм... – Джоан повела плечами, но головы не повернула.

– Давай, давай. Если продолжишь в том же духе, то проснешься в три часа ночи и не будешь знать, куда себя деть. – Он начал легонько массировать ей плечи. – Ты почувствуешь себя лучше, когда немного поешь.

– О, – выдохнула Джоан.

Пальцы Пола тут же остановились.

– Тебе больно?

Она полусонно вздохнула.

– Нет.

– Ты глупая. Не следовало тебе шить всю ночь. – Пол усилил давление, улыбаясь ее стонам.

– О, – выдохнула она, на этот раз резче, и подалась навстречу прикосновениям его пальцев. – Да. Вот так.

Он посмотрел вниз, на ее тело, которое стало легонько извиваться на диване. Ее ноги вытянулись, а спина по-кошачьи изогнулась.

Меня это заводит, заметил Пол и неожиданно остановился. Все было так хорошо. Не смей портить этого сейчас! – приказал он себе.

– Хорошенького понемножку, – пробормотал Пол и развернул Джоан лицом к себе. – Джо, давай-ка просыпайся.

Несколько мгновений она, моргая, смотрела на него затуманенными глазами. Затем полные губы изогнулись в улыбке, и она вздохнула.

– Пол...

Прежде чем он успел двинуться, она протянула руки и обхватила его за шею. Прежде чем он успел о чем-нибудь подумать, притянула к себе его голову.

К тому моменту, когда Пол понял, что происходит, ему уже не хотелось ни двигаться, ни думать.

Поцелуй начинался нежно, почти робко, ее губы едва касались его. Он почувствовал, как она выдохнула его имя, и всю нижнюю половину тела Пола словно охватило пламя. Он попытался отпрянуть, но Джоан что-то сердито проворчала и крепче прижалась к его губам.

Остатки самообладания покинули его. Он впился в ее рот, прижав Джоан к подушкам. Она снова вздохнула, и он почувствовал, как по ее телу пробежала дрожь. Опираясь на руки, он наполовину накрывал ее тело своим. Пол чувствовал своей грудью ее соски под тонкой тканью рубашки. Застонав, он провел языком по ее атласным губам.

Он услышал, как она резко втянула в себя воздух, а затем изогнулась всем телом навстречу ему. Их языки сплелись. Перенеся вес на одну руку, другой Пол погладил ее шею, и Джоан затрепетала и вскрикнула, не отрывая от него своих губ. Когда он добрался до округлой крепкой груди, его поцелуй стал более настойчивым. Пол провел кончиками пальцев по напрягшемуся соску, и она подалась к нему с таким пылом, что у него перехватило дыхание.

Пол точно не знал, как оказался на ней, но в следующий момент просветления обнаружил, что их тела соприкасаются и Джоан извивается под ним. Она не пыталась столкнуть его. Напротив, ее бедра стремились еще теснее прижаться к его отвердевшей плоти.

Это было выше его сил. Пол окончательно утратил контроль над собой. Удары его сердца барабанным боем отдавались в ушах.

Тук! Тук! Тук!

Одну минутку! Это не его сердце!

– Пол, старина... где ты там?

Он с трудом поднял голову. И он, и Джоан замерли и уставились в глубь коридора, откуда доносился стук.

– Открывай! Мы знаем, что ты дома. – Похоже на голос Кевина. – Не заставляй нас ломать дверь!

Эти слова заставили Пола скатиться с Джоан и поспешно вскочить на ноги. Оба все еще тяжело дышали.

– Не двигайся, – сказал он и спустился вниз.

Он рывком распахнул дверь.

– Что?!

На пороге стояли Кевин, Рик и Боб.

– Полегче, приятель. Мы только хотели сказать тебе, что закончили ремонтировать яхту и решили опробовать ее, – сказал Кевин, показывая в сторону пляжа. – Ты идешь? И ветерок подходящий.

– Вы вламываетесь ко мне в дом только для того, чтобы сообщить мне, что дует ветер?

– Конечно, – закатив глаза, произнес Рик. – Да что с тобой такое?

Кевин несколько мгновений внимательно смотрел на Пола, а затем усмехнулся.

– Фу ты, я чувствую, мы не вовремя... если судить по твоим джинсам.

– Проваливайте! – прорычал Пол.

– Правда, нам очень жаль, – быстро отступая, сказал Рик. – Честное слово. Продолжай заниматься своим делом.

Кевин засмеялся. Но Боб посмотрел вниз, на подъездную дорожку, а затем снова перевел прищуренный взгляд на Пола.

– Ты уверен, что все в порядке, старина? – тихо спросил он.

– Будет, если вы, клоуны, уберетесь отсюда.

«Клобучники» ушли, и Пол, заперев дверь, снова поднялся наверх.

Джоан поспешно собирала разбросанную повсюду одежду, рассовывала ее по пакетам и складывала в стопку альбомы для набросков.

– Знаешь, – быстро произнесла она, не глядя на него, – я, пожалуй, воздержусь от пиццы.

– Джоан, по поводу того, что случилось...

– Это я во всем виновата, – быстро сказала она, пытаясь удержать в руках пакеты и альбомы. – Правда. Наверное, я была слишком усталой, или сонной, или еще что-нибудь.

– Обычный флоридский инцидент, в котором никто не виноват, ангел, – произнес он, беря ее за подбородок и заставляя посмотреть ему в глаза. – Никто не виноват.

Но Джоан по-прежнему избегала его взгляда.

– Мне нужно вернуться домой и доработать некоторые образцы, чтобы они больше походили на одежду. И еще я должна... сделать кое-что... ну, знаешь, по дому.

Минуту назад она горела с ним в одном пожаре, а теперь ей не терпится заняться домашней работой?

– Джоан, с тобой все в порядке?

Она наконец посмотрела ему в лицо, ее ореховые глаза казались ошеломленными.

– Я вовсе не думала... что случится то, что случилось. Поверь мне. – Она судорожно втянула в себя воздух. – Я знаю, это была невероятная глупость, но мы так давно дружим, что я надеюсь, ты сумеешь забыть о случившемся. Это ровным счетом ничего не значит.

«Это ровным счетом ничего не значит».

Ее щеки покрылись румянцем.

– У меня просто давно не было этих... физических контактов, – тоненьким голоском призналась она. – А теперь, со всей этой историей с пари, этими свиданиями, приходится сталкиваться со всякими неожиданностями.

Пол кивнул.

– Я готов даже пойти дальше. Мы просто притворимся, что ничего не случилось. Хорошо?

– Конечно. Хорошо.

Это ведь именно то, чего он хотел. Не так ли?

Джоан кривовато улыбнулась. Она встала на цыпочки, словно собираясь поцеловать его, но затем передумала и направилась к выходу. Пол, озадаченный, потащился следом.

– Пока, – просто сказала она, когда Пол открыл перед ней дверь.

– Я тебе позвоню.

Он смотрел, как Джоан садится в машину и уезжает. Затем, закрыв дверь, снова поднялся наверх и сел на диван. Она ушла. Он целовал ее до умопомрачения, а она просто взяла... и ушла.

Пол, конечно, понимал, что должен радоваться. Он все время повторял себе, что физическая близость с Джоан создала бы массу проблем. Более того, разрушила бы их дружбу. А это было бы настоящим несчастьем. Однако несмотря на это, он допустил эту страстную схватку прямо здесь, на своем диване.

А потом она встала, попросила забыть о том, что случилось... и ушла!

Подобного с ним еще не происходило. Не то чтобы он считал свои поцелуи неотразимыми. Просто... ну да его гордость была, естественно, уязвлена. Но тот факт, что она смогла перечеркнуть случившееся, отнеся это на счет разбушевавшихся гормонов, обиден, черт возьми!

Пол встал, подошел к холодильнику и достал банку пива. Открыв крышку, он сделал жадный глоток. Возможно, она и права. Отказаться от поцелуев, притвориться, что ничего не случилось, – и его желание наконец исполнится, верно? Все пойдет по-прежнему. Они останутся старыми добрыми друзьями. Весьма странным, извилистым путем его «свидание» прошло именно так, как он и планировал.

Пол вздохнул и допил пиво. Проклятье, почему же ему не становится легче от этой мысли?

8

Дура, дура, дура!

Джоан смотрела на телефон в своей спальне, придумывая, как бы получше объяснить подруге, почему не придет к ней на новоселье. «Привет, Лиза, я не могу прийти, поскольку знаю, что там будет Пол, а я прячусь от него уже добрую неделю». – «Почему?» – «Потому что у меня мозги съехали набекрень, я была полусонной, и я, как амазонка, атаковала Пола на его собственном диване», – мысленно попробовала Джоан и в конце концов зарылась головой в подушку.

– Какая же я дура!

Тем вечером на диване Пола она вообще не в состоянии была думать. Разумеется, она пришла вовсе не затем, чтобы соблазнять его. Соблазнить Пола, для которого женщины вроде той блондинки в ресторане готовы танцевать чечетку обнаженными лишь бы привлечь его внимание? В лучшем случае его бы только позабавила такая попытка.

Перед ней вдруг во всех красках вспыхнуло воспоминание о том поцелуе. Образы вроде этого преследовали ее всю неделю. Они настигали ее посреди делового разговора, или в продуктовом магазине, или когда она пыталась рисовать... Или ночью, перед погружением в хрупкий, беспокойный сон.

По ночам было хуже всего.

Джоан тяжело вздохнула. Она сбежала из его дома с извинениями, с просьбой забыть обо всем. Наверное, сейчас он уже ничего и не помнит. Но она не забыла – и не забудет. Она понимала, что Пол совсем не хотел этого. Возможно, ему это было приятно, но он вовсе не собирался заводить с ней роман. А я хочу большего, чем просто роман, вдруг с изумлением поняла Джоан.

Она влюблена в него.

Ей следовало уже давно признаться себе в этом. Она влюблена в своего лучшего друга. Когда у нее не было уверенности в себе, она считала, что дружбы с нее вполне достаточно. Бывали даже моменты, когда ей казалось, что и дружбы она не заслуживает. Но теперь, когда Джоан начинала понимать себе цену, до нее вдруг дошло, что замужество, семья, счастливая жизнь – вполне реальны.

Но ей был нужен именно Пол – в этом-то и заключалась проблема.

Джоан вздохнула и села на краешек кровати. По его собственному признанию, он считает свою жизнь «безупречной». Нет, он не захочет отказаться от нее. И он никогда не полюбит ее Джоан Росс.

В былые времена она смирилась бы с этим. Страдала бы молча, продолжая оставаться только другом Пола. Но теперь у нее появился шанс. Она чувствует себя красивой, черт возьми, и уверена в себе! С какой стати ей ныть и вздыхать? У нее есть выбор!

Джоан оживилась. Она схватила сумочку, достала клочок бумаги и потянулась к телефону.

– Привет, Сид. – Джоан улыбнулась, разглядывая висящий в шкафу наряд, который она только что закончила. – Это Джоан. Я вдруг подумала: не захотите ли вы пойти со мной на новоселье сегодня днем?

Пусть Пол хоть на стенку лезет от возмущения, подумала Джоан, когда Сид принял ее приглашение. У нее собственная жизнь, и она не собирается проводить ее в мечтах, которые, возможно, никогда не сбудутся.

Пол сидел на диване в гостиной у Лизы, изо всех сил стараясь найти в себе силы для светского общения. Он пребывал в слишком мрачном настроении после случая с Джоан и как собеседник был совершенно бесполезен.

Она опять избегала его, и это тревожило Пола. Пару раз они говорили по телефону, но голос Джоан звучал отчужденно, и он так и не смог добиться от нее, что происходит. Ее явно что-то тревожило, но делиться с ним она не собиралась.

Она должна бы уже прийти, раздраженно думал он. Пол хотел увильнуть от вечеринки у Лизы, но надежда поговорить наконец с Джоан с глазу на глаз перевесила нежелание появляться в обществе. Наверное, она ужасно чувствует себя после того, что произошло между ними в прошлое воскресенье. Она была смущена, возможно, даже стыдилась своего поведения. Она даже призналась в долгом отсутствии физических контактов – так, словно это было тяжкое преступление. А он оказался не способным ни на что другое, кроме как копаться в своих личных ощущениях!

Ну что ж, я расставлю все по своим местам, повеселев, решил Пол. Разумеется, больше они этого не повторят, но что может быть ужасного в паре дружеских поцелуев? Каким бы запутавшимся и измотанным он себя ни ощущал в результате истории с пари, это ни в какое сравнение не может идти с тем, что приходится переживать бедной девочке!

Нужно приободрить ее – и все у них пойдет как обычно. Если бы только она уделила ему больше пяти минут, если бы он только смог...

– Джоан! – Подбежав к парадной двери, Лиза распахнула ее и заключила подругу в крепкие объятия. – Прости, что я так и не смогла повидаться с тобой после свадебного путешествия, но переезд отнял у нас столько сил. Кроме того, я знала, что ты в надежных руках Энн...

– Привет, Лиза, – решительно прервала ее Джоан. – Мне бы хотелось познакомить тебя с моим другом, Сидом Нелсоном. Сид, это Лиза Флеминг... Ох, прости, теперь, после замужества, Лиза Тревис.

– Мои поздравления, – донесся у нее из-за спины глубокий голос Сида, и Пол широко распахнул глаза. – Я так много слышал о вас. Как поживает старушка Европа?

Сид Нелсон здесь? С Джоан? Что бы все это значило?

– О, прекрасно, – проворковала Лиза, протягивая ему руку. – Но мне жаль, что я так долго отсутствовала и пропустила уйму интересного. Джоан так толком и не успела рассказать мне... о вас. – Она с широкой ухмылкой посмотрела на подругу.

– Ну, – сказал Сид, усмехнувшись не менее широко, – мы здесь еще немного побудем, так что вы сможете исправить ситуацию.

Лиза рассмеялась и спросила:

– Хотите чего-нибудь выпить?

Великолепно, подумал Пол. По крайней мере один из них забыл о прошлом воскресенье – так, словно ничего и не было... И это был не он.

Пол встал, медленно подошел к двери, ведущей в холл, и остановился на пороге.

– Так это ваш новый дом? – услышал он голос Сида.

– Дом, милый дом, – пропела Лиза. – Люк, почему бы тебе не устроить для Сида экскурсию? Джоан уже видела дом, и нам с ней нужно поговорить о своем, о девичьем.

Пол укрылся за плащами в гардеробной, чтобы Люк и Сид, прошествовавшие по коридору, не заметили, что он подслушивает. Он понимал, что делать этого не следует, но Джоан, по-видимому, не собиралась посвящать его в свои дела, а он, как лучший друг, имел право о них знать. По крайней мере, так он собирался оправдываться, если его вдруг застукают.

– О Боже! Он великолепен! – воскликнула Лиза.

– Я же тебе говорила, – подала голос Энн.

– Да, но трудно понять, насколько он великолепен, пока не увидишь его в двух шагах от себя. Идеальный блондин, а улыбка! Под такой улыбкой можно загорать!

Пол закатил глаза. Столь восторженное одобрение со стороны его сестры означало, что парень попал в переплет.

– У него такие глаза! – мечтательно протянула Энн. – Темного, глубокого зеленого цвета. А что тебе больше всего нравится в Сиде, Джоан? – Ее голос зазвучал игриво. – Или ты не можешь нам этого сказать?

Не успел Пол вспылить по поводу этого замечания, как Джоан твердо ответила:

– Больше всего в Сиде мне нравится то, что он милый и не пристает ко мне. В отличие от вас двоих.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю