Текст книги "Дракон вернулся за тобой, или Папа, найди мою маму (СИ)"

Автор книги: Штир Антонина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

Глава 5

Свет... От него было больно глазам, даже через прикрытые веки. Сознание медленно возвращалось, я поняла, что лежу на постели, а рядом кто-то сидит. На лбу у меня что-то холодное и мокрое – мокрая тряпка?

Я с трудом разлепила ресницы, но перед глазами стояла мутная пелена, и пришлось моргнуть несколько раз, чтобы зрение обрело четкость.

– Что случилось? – непослушными губами еле выговорила я. – Почему я здесь?

– Лежи спокойно, Мэрит, ты еще слаба. Я ведь предупреждал, что тебе может стать плохо. С горной болезнью не шутят.

– Горной болезнью? – повторила я, ничего не понимая. – Что это такое?

– Нет, просто ты не привыкла к высоте. В Ахмадоре лишь низкие холмы да равнины, а настоящие горы ты видишь впервые в жизни. Несколько дней отдыха, и все пройдет.

Значит, я упала в обморок, а потом меня нашли и принесли сюда. Стойте, но я же устроила пожар, там, в коридоре.

– Джилд, я спалила твой замок, да?

– Не успела, пострадал только кусок гобелена. Он все равно мне не нравился. Я как раз возвращался от Амброса и увидел тебя на полу. К счастью, ты не обожглась и не ударилась.

Он смотрел на меня с выражением лёгкого беспокойства на лице, что меня изумило и порадовало. Значит, не такой уж он эгоист, каким казался.

Я убрала со лба тряпку и попыталась сесть, но голова все еще слегка кружилась, и я снова бессильно откинулась на подушки.

– Я же сказал, не вставай, Мэрит, – раздраженно произнёс дракон. – Лучше выпей воды и поспи, тебе надо восстанавливать силы.

Он наполнил водой стакан и заставил меня выпить.

– Я зря предложил тебе вино, Мэрит. Твой организм и так был измучен полетом и событиями дня, а вино все усугубило. Виноват, прости.

– Извинения принимаются. Значит, мне нужно отдыхать? И мы с Амбросом не сможем покинуть твой замок завтра?

Дракон нахмурился – я снова сказала что-то, идущее вразрез с его ожиданиями?

– Кажется, Мэрит, мы уже обсудили это, и я был против.

– Да, я помню. Но, Эрменеджилд, не думаешь же ты, что я останусь здесь на правах... А, кстати, на каких правах?

Эрменеджилд задумался и, отводя взгляд в сторону, наконец выдал:

– Ты можешь пожить тут в качестве гостьи. Скажем, до Нового года. А потом мы придумаем что-нибудь, что устроит нас обоих.

Я мысленно подсчитала: до Нового года осталось пять дней. Что ж, на такой короткий срок я могу задержаться в замке, спокойно все взвешу, составлю план, как мне жить дальше с сыном в Ахмадоре. Быть может, стоит сбежать в сельскую глушь или поселиться в лесу. Подобная перспектива пугала меня, но другого решения проблемы я пока не видела.

– Договорились, дракон. Я остаюсь.

– Вот и замечательно, Мэрит, – повеселел дракон. – А теперь спи и ни о чем не переживай. Я зайду к тебе утром. Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, Эрменеджилд, – эхом откликнулась я.

***

Утро встретило меня темнотой и тишиной. Открыв глаза и осмотревшись, я поняла, что занавески на окнах плотно задернуты, а на столе возле кровати поставлен поднос с чашкой теплого бульона и кусочком поджаренного черного хлеба. Рядом с чашкой лежала записка: "Буду после обеда, не скучай без меня. Эрменеджилд".

Я невольно улыбнулась, вспомнив, как когда-то мы оставляли друг другу записки в секретных местах, договариваясь о встречах. На миг мне почудилось, что это славное время вернулось, но, конечно, я обманывала себя. И все равно такая забота обо мне была приятна.

Я раздвинула занавески, впуская в комнату солнце, и принялась за еду. Сегодня я чувствовала себя лучше, и лежать я не собиралась. Нужно навестить Амброса, а потом мы могли бы осмотреть замок вместе с ним.

Только я подумала о сыне, как в коридоре раздался топот маленьких ног, дверь приоткрылась, и в образовавшейся щели появилась улыбающаяся физиономия мальчишки.

– Добр-р-рое утр-р-ро, мама! Папа сказал, до обеда я здесь главный.

– Доброе утро, Амброс! Я очень рада, что ты пришел. Заходи.

Сын резко распахнул дверь, она отскочила и ударилась о косяк.

– Осторожнее, сынок! – забеспокоилась я. – Папа не похвалит тебя за сломанную дверь.

– Ничего, она не сломается. А ты уже съела суп? Папа велел тебе хор-р-рошо кушать.

– Правда? – рассмеялась я. – А сам-то ты завтракал?

– Да, я ел кр-р-ролика и пил чай с вар-р-реньем.

– А где мисс Ферайя? Разве она не должна присматривать за тобой?

– Вот еще! Я сам за ней присматриваю! И за тобой – так папа велел.

– Так ты мой охранник, да? – улыбнулась я.

– Папа сказал, ты не умеешь отдыхать. А я должен тебе помочь.

– Но мне будет скучно лежать весь день и ничего не делать. Может быть, ты расскажешь мне о замке? Ты же все-все о нем знаешь?

– Конечно, мама. Я уже давно тут живу.

Амброс сел на мою постель и с важным видом начал рассказ.

– Мы живем в самой главной башне. Я сплю один, а няня в соседней комнате. Я иногда стучусь к ней, когда стр-р-рашно. Там навер-р-ху кто-то воет. Няня думает, там пр-р-ривидение.

– Привидение? – не поверила я. – Их же не бывает.

– Вот и я говор-р-рю, не бывает, а она...

В дверь постучали, прервав наш разговор.

– Это, наверное, мисс Ферайя тебя ищет, – сказала я сыну и добавила громче: – Войдите.

Я угадала, это действительно была она со своей фирменной улыбкой до ушей.

– Утречко доброе, леди Мэрит. А я Амброса ищу – убежал от меня, пострел. Ну я уж сразу поняла – к вам, леди Мэрит, куда ж еще. А если он Вам мешает, Вы только скажите – сразу и заберу, а Вам отдыхать надобно.

– Спасибо, мисс Ферайя, мне веселее, когда Амброс рядом. Он молодец, заботится обо мне.

Глаза сына так и загорелись от похвалы, и я увидела, как серая радужка стала желтой, а зрачок вытянулся в вертикальную щель.

– У тебя папины глаза, – сказала я Амбросу, – ты знаешь?

– Конечно, я же его сын. Папа сказал, что мой др-р-ракон тоже, навер-р-рное, зеленый, как у него. Но я еще не видел. Я ведь смогу превр-р-ратиться, пр-р-равда, мама?

– Разумеется, – подтвердила я, – папа ведь тоже когда-то не умел превращаться, а потом научился.

Я сказала это, а сама вдруг поняла: мне и самой интересно, как это было у Эрменеджилда. Неуместное и странное любопытство.

Мисс Ферайя взялась за ручку двери.

– Так я пойду, леди Мэрит? А то хозяин вернется, а дела не сделаны. Улетел чуть свет, поднос Вам самолично принес и улетел. К обеду, говорит, буду, а Вы леди Мэрит в постель уложИте, коли она вставать захочет. Заботливый он у Вас, хозяин-то.

Меня задело это "у Вас", но я ничего не сказала – рядом был Амброс. Когда я увезу его отсюда, он и так будет огорчён. Сейчас он, скорее всего, думает, что мы с Эрменеджилдом семья, но мы всего лишь его родители. Двое абсолютно чужих друг другу людей, которых объединяет лишь общий ребенок.

Я отпустила мисс Ферайю, и мы с сыном продолжили разговор. Вскоре я узнала, что замок большой и просторный и Амбросу это нравится, что он любит гулять на площадке у входа и хочет лошадку-качалку, но папа не разрешает, и что это он попросил папу найти маму.

А сам он искать меня не собирался, что ли? Вот же вероломный дракон!

– Слушай, Амброс, а что папа говорил обо мне?

– Что ты кр-р-расивая. И что злишься на него.

– Так и сказал?

– Ага. Мама, а ты пр-р-правда никуда не уедешь?

– Нет, сынок, никуда. Даже если уеду, то заберу тебя с собой.

– Но я не хочу уезжать. Я хочу жить здесь, с тобой и папой.

У меня сжалось сердце: похоже, сын сильно привязался к Эрменеджилду, будет трудно объяснить ему, почему мы должны жить вдвоем. Но ничего, он поймет.

– Понимаешь, Амброс, – осторожно начала я, – я ведь живу не здесь, а в соседнем королевстве Ахмадор, где ты родился. Там мое место, и твое тоже. Когда мы погостим у папы, уедем туда.

– Нет! – закричал сын. – Я не хочу! Почему мы не можем жить с папой?

Я вздохнула – может, он все-таки слишком мал для таких вещей.

– Понимаешь, Амброс, иногда мама и папа не могут жить вместе. Это не значит, что они тебя не любят, это значит....

– Я знаю – это значит, что вы поссор-р-рились. Вы пр-р-росто должны помир-р-риться, и всё.

– Это будет сложно, твой папа...

Я хотела сказать: "сильно меня обидел", но остановилась. Ни к чему чернить отца в глазах сына, Амброс ведь не виноват, что Эрменеджилд меня бросил.

– Помир-р-рись с ним, мама, он хор-р-роший. Пожалуйста.

– Я подумаю, Амброс, обязательно подумаю, – пообещала я и отвернулась, пряча слезы на глазах.

Разговор с сыном заставил меня заново переосмыслить события пяти... нет, шестилетней давности. Джилд намекнул, что была причина, по которой он так спешно уехал из Ахмадора, и, возможно, она уважительная. Верилось в это слабо, и все же, может быть, стоит его хотя бы выслушать?

Из размышлений меня вывела мисс Ферайя, которая принесла обед нам с Амбросом. Дракон все еще не возвращался, а погода за окном изменилась.

Поднялся сильный ветер, кучевые облака устремились к соседним вершинам, а с неба сплошной стеной повалил снег. Доберется ли Джилд в такую погоду, выдержат ли его крылья под натиском снежной бури?

Амброс взял меня за руку, успокаивая.

– Папа пр-р-рилетит – он сильный. Вот увидишь, мама.

– Ты прав, сынок. Он справится, это же твой папа.

Но уже закончился обед, а сын уснул, прижавшись ко мне под бочок, а дракон так и не появился. Я осторожно, чтобы он не проснулся, отодвинула сына, а сама подошла к окну.

Ветер кружил в воздухе крупные хлопья снега, швырял в стекла. Скоро стемнеет, и тогда Эрменеджилд может не найти свой замок, пролететь мимо.

Я вышла из башни к подъемному мосту. Там, ежась от холода и ветра, стояли Арахмат и Дилор.

– Добрый день! – приветствовала их я. – Хозяин не говорил, когда собирается вернуться?

Дилор улыбнулся мне и ответил:

– Добрый день, леди Мэрит! Должен был уже возвратиться. Такая скверная погода разыгралась, страсть! Но Вы не переживайте, хозяин Джилд всегда держит слово. Наверное, дела задержали.

– Вы бы шли в замок, леди Мэрит! – добавил Арахмат. – Здесь холодно, а Вы без пальто.

Я повернулась, чтобы уйти, но вдруг мое внимание привлекла черная точка вдали. Она могла быть чем угодно, даже обманом зрения, но я верила, что это дракон.

И точно, через несколько минут стало ясно – точка приближается, увеличиваясь в размерах.

– Это он, Эрменеджилд! – закричала я взволнованно.

Стражники синхронно приставили руки к глазам козырьком, и Дилор согласно кивнул.

– Да, леди Мэрит, хозяин летит!

Точка уже не казалась точкой, теперь можно было различить очертания драконьего тела и большой мешок в его передних лапах. Что в нем, в этом мешке, какая-то ценность?

Превозмогая ветер, жмурясь от бьющего в глаза снега, дракон приближался к цели – площадке перед замком. Стражники открыли ворота, опуская подъемный мост. Эрменеджилд опустился на площадку, завалившись набок. Мешок выпал из его когтей, а дракон обернулся человеком и остался лежать на снегу.

Я не выдержала и побежала ему навстречу, презрев ветер, снег и холод. Думала только об одном: почему он не встает. Добежав, протянула Джилду руку:

– Обопрись на меня и поднимайся.

Он усмехнулся, явно не веря, что я смогу его поднять, но руку взял и потянул на себя. Я упала на него сверху, оказавшись в его объятиях, а дракон перевернулся на спину, и теперь наши лица разделяло всего лишь несколько сантиметров.

Мне внезапно стало жарко, хотя ветер не утих и мороз щипал за щеки и нос. Если я чуть-чуть опущу голову или он поднимет подбородок повыше, наши губы встретятся.

О чем я думаю, я ведь только хотела узнать, все ли в порядке, и проводить его в замок.

Видимо, внутренняя борьба отразилась на моем лице, потому что дракон скинул меня в снег и встал. Потом легко подхватил меня на руки и понес к мосту.

– Что ты делаешь, Эрменеджилд? – опомнилась я. – Я могу идти сама, и вообще-то это тебе нужна помощь.

– Я так и понял, Мэрит, что ты переживала за меня. Но мы, драконы, сильные и выносливые.

А тебе еще нельзя ходить, тем более бегать.

Эрменеджилд так и нес меня на руках до лестницы в центральной башне, мимоходом бросив стражникам, чтобы они забрали мешок с площадки. Здесь он аккуратно поставил меня на нижнюю ступеньку, пригладил мои растрепавшиеся волосы.

– Я мог бы нести тебя и дальше, но не хочу торопить события. Ты ведь только вчера поселилась в замке.

– Что ты имеешь в виду, дракон? – возмутилась я. – Какие события ты не хочешь торопить? Если ты воображаешь, что...

Но Эрменеджилд приложил палец к моим губам, произнося "т-сс".

– Напоминаю, ты сама вышла меня встречать. Честное слово, Мэрит, ты меня удивляешь. Говоришь одно, делаешь другое. Но я подожду, пока ты сама догадаешься.

– Эрменеджилд Керимерийский, – рассердилась я, – будь любезен, не делай далеко идущих выводов из простого беспокойства за твою жизнь. На улице, если ты не заметил, плохая погода, а в горах может быть очень опасно, я читала. И точно так же, как за тебя, я беспокоилась бы за кого угодно.

– Не уверен в этом, Мэрит, – хмыкнул дракон, – но ты можешь так думать. Пока.

– Я не собираюсь с тобой спорить, Эрменеджилд. Пойду проверю Амброса, он уснул в моей постели.

– Я провожу тебя, – засуетился дракон.

– Нет, я сама. И я уже хорошо себя чувствую, благодарю за заботу.

Эффектно развернувшись, я медленно и с достоинством поднялась по лестнице, чувствуя затылком взгляд дракона. Что с ним происходит, почему он заигрывает со мной – неужели пытается соблазнить? Тогда ему следует знать, что я уже не та наивная дурочка и не поддамся на его уловки. Я здесь только ради сына, и ни любовник, ни муж мне не нужен. Теперь мне есть ради кого жить, и я никому не позволю диктовать мне свои условия.

Глава 6

Поднимаясь на второй этаж, я почувствовала, легкую слабость – горная болезнь еще давала о себе знать. Амброс спокойно спал, убаюканный метелью. Я легла рядом и смотрела на него спящего, веря и не веря, что вот оно, мое долгожданное счастье. Мой сын, моя кровь и плоть, моя надежда и награда. Если из нашего романа с драконом и вышло что-нибудь хорошее, то это он – Амброс.

Лежа рядом с сыном, я незаметно уснула и спала сном младенца, пока сын не разбудил меня.

– Мама, пр-р-роснись! Мама! Смотр-р-ри, что здесь!

Я с наслаждением потянулась, открыла глаза и ахнула от неожиданности – комната была уставлена десятками ваз с крокусами самых разных оттенков. Белые, как снег, нежно-розовые, сиреневые, темно-фиолетовые, синие и даже оранжевые. Откуда они взялись посреди зимы? Драконы не выращивают цветы, или я чего-то не знаю.

– Пр-р-равда, они чудесные? Это для тебя, мама!

– Ты видел, кто их принес, Амброс?

– Видел. Но это секр-р-рет! – хихикнул сын. – И еще вот что!

Он подошел к шкафу для одежды, раскрыл дверцы, и за ними обнаружился целый гардероб. Платья на все случаи жизни: для дома, для дневных визитов и для приемов и дорожные платья – для поездок. Несколько бальных платьев, еще более роскошных, чем те, какие мне покупал отец. Отдельно в коробке на дне шкафа были сложены нижние юбки, сорочки, корсеты и – о ужас! – панталоны, очень интимная деталь туалета. Не забыли ни про украшения, ни про обувь, и даже перчатки лежали в деревянном ящичке с красной подкладкой. Верхняя одежда тоже имелась: одну из вешалок занимала шуба из меха серебристо-черной лисицы, ничуть не хуже той, что я оставила в Свадебном доме.

"Да, Эрменеджилд, ты превзошел сам себя в стремлении соблазнить женщину. Раньше ты ограничивался увлекательными историями и комплиментами, если не считать кольца, а теперь решил потратить на меня свои сокровища. Неужели я так возросла в цене из-за того, что родила тебе сына? Только все это зря, дракон, очень зря".

Раздался стук в дверь, и Амброс весело крикнул:

– Заходи, папа!

Они сговорились, пока я спала, или что?

Эрменеджилд остановился у порога, оценивая обстановку. Я прикрыла шкаф и демонстративно отошла к окну, делая вид, что меня интересует погода. Краем глаза я наблюдала, как дракон что-то прошептал на ухо сыну, после чего Амброс вышел из комнаты.

– Ты что-то хотел, Эрменеджилд? – не оборачиваясь, спросила я. – Зачем ты выгнал моего сына из комнаты?

– Во-первых, не выгнал, а попросил выйти, – возразил дракон. – А, во-вторых, мне показалось, ты хочешь мне что-то сказать наедине.

Он подошел ко мне, встал рядом, упершись ладонями в подоконник.

– Твое настроение меняется слишком быстро, Мэрит, я никак не могу приспособиться.

– Настроение здесь ни при чем, Эрменеджилд. Все дело в твоей попытке купить мою благосклонность.

– Что ты имеешь в виду, Мэрит? – непонимающе уставился на меня дракон.

– А как иначе расценивать все эти красивые вещи в шкафу и цветы?

– Считай, что это просто знак внимания гостеприимного хозяина. Я хотел, чтобы ты чувствовала себя как дома.

– Как дома? – развернулась к нему я. – Ты уверен, что у меня дома в комнате стояло пятьдесят ваз с крокусами?

– Но ты же любишь цветы, и, между прочим, именно крокусы, насколько я помню.

Тут он был прав: крокусы и правда мои любимые цветы, нежные и одновременно стойкие.

– И все-таки гостье не дарят цветы, платья и тем более нижнее белье.

– Но ты не просто гостья, ты мать моего сына. И я хочу, чтобы женщина, которая мне его родила, имела все самое лучшее.

– И ты ничего не просишь взамен? Не преследуешь свои цели, осыпая меня подарками? – недоверчиво спросила я.

Дракон на мгновение сбросил маску притворного равнодушия, и его глаза хитро заблестели.

– Есть кое-что, что я бы хотел попросить. Но, боюсь, ты не согласишься.

– А что если соглашусь? – дерзко сказала я. – Что это за вещь?

– О, всего лишь маленький пустяк – один поцелуй. Как тогда, в королевской гостиной, помнишь?

Я помнила, и это был совсем не пустяковый поцелуй, а очень страстный и дерзкий. Как мы тогда не попались – не представляю.

– Я лучше буду носить платье служанки и выброшу все цветы, чем поцелую тебя, дракон. Тем более что после Нового года нас с Амбросом здесь уже не будет, так зачем мне лишние наряды? Благодарю за презенты, но ты совершенно напрасно тащил все это в мешке в горы. Я ведь угадала насчет мешка, да?

– Угадала, Мэрит, угадала. Но цветы ты все же не выбросишь, рука не поднимется. И ты, конечно, можешь все что угодно делать с подаренной одеждой, но я бы советовал ее тоже оставить. Хорошие вещи должны использоваться, а не валяться на помойке. Я не буду настаивать на поцелуе, я лишь хотел подразнить тебя, Мэрит.

Я внутренне ликовала и в то же время была разочарована его отступлением. Ему больше подходило усиливать натиск, не обращая внимания на сопротивление, как он делал раньше.

– Я думала, ты будешь настаивать, дракон. Неужели ты потерял свою хватку?

Не знаю, зачем я это сказала, но пожалеть о своих словах мне пришлось сразу же.

– Ты хочешь сразиться, Мэрит? Хорошо, я тебе устрою битву. Поцелуй в обмен на общение с сыном.

– Ты не можешь запретить мне с ним общаться, – испугалась я, – Амброс не будет тебя слушать.

– Ты не знаешь, что я могу, а что нет. Ты никогда не знала меня хорошо, Мэрит.

Вероятно, он хитрил, но выглядел вполне убедительно. Кто их, этих драконов, знает!

– Пообещай, что потребуешь лишь один поцелуй. И не такой, как в королевской гостиной.

– Нет. На кону общение с Амбросом, а он стоит не одного поцелуя, правда? Так что или целуемся по-настоящему, или сына ты больше не увидишь.

Вот ты и показал свое истинное лицо, Эрменеджилд. Но я поцелую тебя ради сына.

Шаг вперед, и я уже так близко к дракону, что чувствую его дыхание. Я закрываю глаза – не могу смотреть на него – и трогаю теплые твердые губы своими губами. Он сказал, я должна быть страстной, а я застываю в нерешительности. Сейчас я чувствую скорее злость и обиду, чем страсть. Провались ты пропадом, дракон!

Ради сына, да, ради него. Я высовываю кончик языка, провожу по его нижней губе, дракон стонет и перехватывает инициативу. Мы целуемся отчаянно, долго, дракон прижимает меня к себе, и я понимаю, что он хочет не только целоваться. Я уже успела забыть, каково это – испытывать желание близости. Но сейчас, несмотря на обиду, чувствую, как вожделение захлестывает меня и мне уже все равно, шантажировал меня дракон только что или нет.

Как ни странно, первым отстраняется он.

– Я всегда знал, Мэрит, что в тебе скрыта бездна порока. Маленькая хулиганка!

Что он говорит? И что я делаю сейчас?

– Эрменеджилд, ты самый отвратительный дракон на свете!

– Ты просто не знаешь других, – возражает он и идет к двери.

– Спускайся в столовую, нас ждет совместный ужин. Ты, я и Амброс.

Дверь открывается, но я останавливаю дракона:

– Джилд, а где ты все-таки достал цветы?

– Ограбил королевскую оранжерею, – шутит он и окончательно исчезает. А я падаю на пол, не в силах стоять, потому что ноги предательски дрожат.

***

Ужин прошел в приятной и дружелюбной атмосфере. Амброс шутил и смеялся, дракон подкладывал мне еду на тарелку и следил, чтобы я все съела. Просто идиллия, сразу и не подумаешь, что на самом деле это всего лишь иллюзия. Впрочем, сына Эрменеджилд любит, это читается в его восхищенном взгляде, ощущается в терпении, с каким дракон отвечает на вопросы Амброса, которые он задаёт беспрерывно.

Я все же переменила платье, решив, что могу поносить новую одежду временно, и потом, она действительно смотрелась на мне лучше, чем наряд Эммы. Джилд угадал и с размером, и с расцветками. Так что я сидела в светло-сером домашнем платье и старательно изображала, что все идет по плану. По моему собственному плану.

Больше в этот день ничего интересного не произошло. После ужина мы выпили чаю с меренгами, хрустящими сверху и мягкими внутри, обсудили погоду, и Эрменеджилд сказал, что завтра метель стихнет – облака над горами растаяли и небо после заката светилось серебристо-голубым светом. Значит, можно будет утром, после завтрака,погулять с сыном на площадке.

Я уложила Амброса спать в его кроватке и осталась там, ожидая, пока он крепко заснет.

Вспомнила, как сын говорил что-то о привидении, и мысленно посмеялась над его пустыми страхами. У моего ребенка богатое воображение, только и всего.

Когда сын сладко засопел и дыхание его стало ровным, я со свечой в руках направилась к выходу. Взялась за ручку двери, повернула...

И тут услышала вой откуда-то сверху – протяжный и тоскливый.

Сначала я подумала, что мне показалось, постояла минуту, но вой раздался снова. Затих, потом повторился и опять затих. И это точно было не привидение, вой скорее напоминал волчий.

Я оглянулась на сына – звуки его не потревожили – и, выйдя в коридор, поднялась по винтовой лестнице на четвертый, самый верхний этаж. Там должен был сидеть сторож, предупреждая о нашествии врагов, но дракон, видимо, в его услугах не нуждался.

Возле двери в сторожку вой стал громче и к нему добавились другие звуки – скрежет и лязг цепей. Что там происходит, спрашивала я себя? Что за существо сидит там и пугает моего сына?

Я торкнулась в дверь – заперто. Приложила ухо и ничего нового не услышала, наоборот, лязг и вой прекратились.

Я замерла, продолжая прислушиваться. Секунда, другая – дверь толкнули изнутри, и я услышала клацанье зубов.

Чудом удержав в руках свечу, я опрометью бросилась вниз, на второй этаж. Нужно найти спальню дракона, но я понятия не имела, где она. Но мне повезло: я так сильно топала, что Эрменеджилд сам вышел в коридор.

Мельком отметив, что его комната, оказывается, рядом с моей, я кинулась к нему, путая слова от испуга:

– Там, на чердаке, теноборот... то есть, нет, оборотень. Воет, скребется, на дверь кидается.

Почему я решила, что это оборотень, я и сама не знала. Но у страха глаза велики, и я представила именно это существо.

– Постой, Мэрит. Я ничего не понимаю, расскажи толком, – требовал дракон.

– Нет, Джилд, там... Амброс... чердак... вой...

Больше ничего я сказать не смогла, и дракон взял меня за руку, увлекая за собой.

– Пойдем посмотрим, что там за оборотень.

Дорогие читатели, если вам нравится книга, вы можете добавить ее в библиотеку и подписаться на автора. Новости об обновлениях получают только подписчики.