Текст книги "Дракон вернулся за тобой, или Папа, найди мою маму (СИ)"

Автор книги: Штир Антонина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

Глава 9

Он ликовал, словно нашел ценное сокровище, которое стоит полкоролевства. Неужели я действительно что-то значу для него, или он просто хочет, чтобы у Амброса была мама?

– Знаешь, Эрменеджилд, я все еще не понимаю, чего ты хочешь. Но, так и быть, останусь у тебя, пока не придумаю, где мне разместить троих детей.

– Тебе не нужно об этом думать. В моем замке много места, хватит для всех. Да, и для оборотня тоже. Тогда и ты будешь рядом.

– Но зачем я тебе, Джилд? – спросила я, но ответить он не успел.

На горизонте появились три черных точки, увеличивающиеся в размерах.

– Это мои друзья, – обрадовался дракон. – Я не видел их с того дня, когда забрал Амброса из приюта. Распорядись насчет обеда, пока я встречаю их, пусть накроют на пятерых.

– Подожди, Джилд, но я ведь не хозяйка здесь.

– Ты мать нашего сына, этого достаточно.

Можно было, конечно, поспорить, но смысла не имело препираться – дракон все равно настоял бы на своем.

Я проводила детей в комнату сына, велела им поиграть с няней, а потом выполнила поручение Джилда. Переодевшись в платье для гостей, вышла в холл, где Джилд приветствовал друзей. .

Они были как тюбики с краской разных цветов: черный, белый, рыжий. А вот рост и крепкое телосложение совпадали, впрочем, это, наверное, всех драконов касалось.

Я медленно спустилась по лестнице, чуть улыбаясь и высоко подняв голову. Раз уж Эрменеджилд разрешил мне тут хозяйничать, я должна произвести впечатление на гостей. Леди Мэрит, ты справишься, как всегда.

– Доброго дня, джентльмены. Эрменеджилд, ты не представишь нас?

– Разумеется, Мэрит. Альдарон, Сиркар, Раэмон. У них нет титулов, но они, безусловно, богаты. И, Мэрит, в отличие от Ахмадора, тут все по-простому, поэтому можешь оставить свои манеры и общаться свободно, – пояснил Эрменеджилд.

– Я подумаю над этим, – пообещала я. – Быть может, мы пройдем в гостиную?

– Конечно, но, думаю, Мэрит присоединится к нам позже. Ты же не против, дорогая?

Я промолчала, но, надеюсь, он сумел прочесть в моих глазах все, что я думаю по этому поводу.

И вновь я послушно вышла, гадая, почему дракон выгнал меня и о чем таком он будет говорить с друзьями. Разумеется, это не мое дело, и разумеется, я не опущусь до подслушивания.

Далеко я, впрочем, не ушла, проскользнула в смежную с гостиной маленькую комнату для отдыха. Интересно, как Эрменеджилд представил им меня, как мать Амброса?

Дверь в комнату распахнулась, и вошла Каталина.

– Что ты здесь делаешь? Ты должна быть с Амбросом и Ферраном.

– Они и без меня неплохо играют. А если встать на во-о-он ту скамеечку, то можно подсмотреть и немного подслушать за хозяином и гостями. Видите прорези в стене?

– Каталина! – ахнула я. – Ты разве не знаешь, что подслушивать нехорошо? А уж подсматривать...

– Но если Вы не подслушаете, – коварно улыбнулась девчонка, – леди Мэрит, Вы никогда не узнаете, чего хочет хозяин Джилд и о чем они там беседуют.

Ох, Мэрит, ты, кажется, становишься отъявленной нарушительницей правил, подумала я, влезая на скамеечку и приникая глазами к отверстиям в стене.

Мне открылась гостиная с мягкими диванами и креслами и ломберным столом. Драконы в карты не играли, а, развалившись на мебели, пили вино и беседовали. Эрменеджилд, видимо, рассказывал про сына.

– ...а потом он сказал мне, что скучает по маме. А я даже не знал, замужем Мэрит или нет. Пришлось выяснить, прежде чем вмешиваться в ее жизнь. Если бы я знал о сыне пять лет назад...

– Подожди, Джилд, – прервал его рыжий, – ты что, хочешь жениться на Мэрит?

– Да, хочу, – заявил дракон, и я чуть не упала со скамейки. – Для этого я и привез ее сюда.

– А она об этом знает? – поинтересовался брюнет.

– Нет, но я намекнул, что она мне нравится. Мэрит все порывается уехать с Амбросом, но я знаю, ей некуда ехать. Скоро она это поймет.

– Допустим, – не унимался брюнет. – А когда ты собираешься делать ей предложение?

– Есть у меня одна задумка, – сказал Джилд, и вдруг взглянул прямо на меня.

Нет, конечно, не на меня, а на картину, глаза которой временно были моими. Он меня заметил!

– Так вот, – продолжал Джилд, подмигивая, – я уже выбрал день и время, и она непременно согласится – Мэрит никогда не могла устоять передо мной.

Внутри меня все так и кипело от злости – он считает себя настолько неотразимым, что ли? Самовлюбленный болван он, а не дракон!

– Амброс будет рад – он мечтает, чтобы мы поженились. Ему нужны и папа, и мама.

С этим не поспоришь, так и есть.

– Кстати, Сиркар, – обратился Эрменеджилд к блондину, – ты ничего необычного не заметил, когда нес мешок с продуктами из приюта?

– Если подумать, да, – отозвался тот. – Я отметил, что мешок какой-то тяжелый, а овощей в нем было килограммов 6-7, не больше.

– А когда мы долетели, – продолжил Джилд, – мешок вообще был пустой.

– То есть как? – удивился Сиркар. – Я точно помню, как мешок тяжело стукнулся о площадку.

– Так мы не сразу его забрали: пока отвели сына и компанию в замок, пока вернулись. Смотрим – а в мешке ничего нет. И знаете, что там было на самом деле, как я понял, вернее, кто?

– Нет, не знаем. Ты нам скажи, – это уже рыжий говорил.

– Ты, Сиркар, привез в Кеример оборотня, того самого пропавшего друга Амброса.

– Вот дела! И ты его не прогнал?

– Хотел, но он нравится сыну. И Мэрит.

– Похоже, леди прочно засела у тебя в голове, Джилд. Я вот вовсе не собираюсь жениться ни на человеческой женщине, ни на драконице.

Это снова сказал рыжий – видимо, убежденный холостяк.

– Смотрите не говорите никому, особенно Мэрит. Я хочу сделать ей сюрприз.

Извини, дракон, сюрприз уже не получится. Я спустилась со скамейки и села на диван. Каталина старательно делала вид, что ее здесь нет, но любопытство так и сквозило в ее глазах.

– Каталина, а откуда ты знаешь про картину с секретом?

– Хозяин Джилд и не скрывал особенно, но я и сама обычно все знаю. Везде хожу, за всем наблюдаю. Такая уж у меня суть.

– Тогда, наверное, ты знаешь и про сюрприз для меня? – поинтересовалась я.

– Это Вы про то, что хозяин Джилд хочет сделать Вам предложение? Да, знаю, и Вы теперь знаете, леди Мэрит, правда? – хитро прищурилась девочка.

– Услышала только что, – не стала отпираться я. – Только не знаю, что с этим знанием делать. Но ты все равно не можешь мне подсказать.

– Подсказать не могу, леди Мэрит. Но могу войти в сон хозяина и рассказать Вам, о чем он думает, когда спит.

– Что ты говоришь, Каталина? Разве может кто-нибудь проникнуть в чужой сон?

О разных странных вещах я слышала, но чтобы кто-то умел такое – никогда.

– Я могу входить в сны тех, кто мне нравится: друзей или знакомых. Это мой дар, леди Мэрит.

– Он от отца или от матери? Кто твои родители, Каталина?

– Моя мама ундина – существо, живущее под водой, не имеющее души. У вас их называют морские девы. Она хотела обрести бессмертную душу и с этой целью выбрала моего отца – человека, а вышло так, что влюбилась в него. Она не смогла сказать ему, кем является на самом деле, побоявшись, что он отвергнет ее. Вначале все было хорошо, родилась я. Но, когда мне исполнилось 7, мой дар начал проявляться, и маме пришлось признаться отцу. Узнав правду, отец был в шоке, он, как выяснилось, женился вовсе не по любви. Она красивая, моя мама, красивая и очень добрая – за это и взял. И она вернулась в родную стихию – море. Иногда я вижу ее во сне.

Она помолчала и добавила:

– Вскоре отец отказался и от меня, сдав в приют.

– Но почему мама не забрала тебя с собой? – спросила я.

– Она не могла, – нахмурилась Каталина. – Другие ундины не позволили бы мне жить в море, я ведь наполовину человек. И хвост у меня не вырастает, хотя дышать под водой я могу.

– Значит, тебя не приняли ни в море, ни на берегу, – задумчиво протянула я. – А Эрменеджилд знает, кто ты?

– Конечно, леди Мэрит, я ему сразу все рассказала. Знаете, он очень добрый. Так мне войти в его сны или сами разберетесь?

Конечно, я была не вправе заставлять девочку делать это, но так велико искушение выяснить раз и навсегда, чего по-настоящему хочет дракон, ведь даже друзьям он не сказал, что любит меня.

– Хорошо, Каталина, попробуй.

– Тогда приходите ночью в мою комнату и узнаете правду.

Только мы обо всем договорились, как дверь гостиной скрипнула, и послышались шаги и голоса драконов, постепенно удаляющиеся в сторону столовой.

За обедом я была молчалива и тиха, все думала о словах Эрменеджилда и вспоминала все его поступки за последние несколько дней. Какие у него плюсы? Он щедрый и, очевидно, богатый, но не кичится этим. Он внимательный, до сих пор помнит, что мои любимые цветы – крокусы. Добрый – приютил друзей Амброса в своем замке, даже мальчика-оборотня, хотя и был против него сначала. Красивый... впрочем, нет, это уже не плюс, а скорее минус. Будут еще на него всякие драконицы заглядываться.

Что же еще? Чувство юмора, хорошее отношение к сыну – последнее было особенно важно для меня.

Странно, какой-то он слишком положительный получается. Так, теперь минусы. Властный, не терпит неподчинения. Наглый – считает, что я по умолчанию должна выйти за него замуж, только потому, что у нас есть сын. Хитрый – обманом задерживает нас с Амбросом в замке. Впрочем, я все равно пока не знаю, куда идти, так что его хитрость скорее игра кота с мышью.

Из задумчивости меня вывел голос брюнета, который что-то спрашивал у Эрменеджилда. Я услышала лишь кусок фразы.

– ....надеюсь, ты не успел пересечься с Его Величеством, иначе...

– Тише! – шикнул на него Джилд. – Мэрит ничего не знает.

– И чего же я не знаю, Эрменеджилд? – преувеличенно вежливо осведомилась я. – Илит мне обратиться к твоему другу, Альдарону, кажется? Вы ведь не сможете отказать леди в просьбе, Альдарон?

Он смутился и уставился в свою тарелку, красный как рак. Кажется, он сболтнул лишнего, но хорошо, что так вышло.

– Понимаете, леди Мэрит, – начал брюнет, не поднимая глаз от тарелки, – Его Величество...

– Я сам, – прервал его Джилд. – Прошу, не пугайся, Мэрит, и не удивляйся слишком сильно. Эдвард I хотел.... ты должна была... стать его... любовницей.

Выговаривая последнее слово, он скривился от отвращения.

– Тот родственник короля, за которого тебя хотели выдать, он... ну... несостоятелен в мужском плане, если ты понимаешь, о чем я.

– Вполне, Эрменеджилд. В целом я не удивлена. Подобные слухи о короле ходили всегда, только я не думала, что он выберет меня.

– Прости, – дракон смотрел на меня с жалостью и болью, – ты не должна была знать.

– Ничего страшного, просто еще один грустный факт в мою копилку. Извините, джентльмены, – обратилась я к гостям, – я, пожалуй, покину вас. Если ты не против, Эрменеджилд.

Я больше не могла оставаться в столовой – требовалось обдумать сказанное.

Джилд нагнал меня на лестнице, схватил за локоть и развернул к себе.

– Все в порядке, Мэрит? Ты побледнела.

– Не беспокойся за меня, дракон. Я всего лишь хочу побыть одна.

– Хорошо, Мэрит. Загляну к тебе позже, когда провожу друзей.

– Не нужно, лучше посиди с Амбросом. Я пойду, Джилд.

Он отпустил мою руку и следил, как я поднимаюсь на второй этаж. Неужели он действительно за меня переживает?

В комнате я легла на постель, еще раз перебрала в памяти все, что знаю о событиях пятилетней давности. Выходило, что я избежала печальной участи фаворитки только потому, что забеременела? И король об этом знал? От кого? От моего отца, конечно, от кого же еще? Я вспомнила, как отец показал мне приглашение на Весенний бал в загородной королевской резиденции, а я с сожалением сообщила, что не могу пойти из-за беременности. Да, Эрменеджилд, похоже, прав.

Но все равно оставались вопросы. Почему эти пять лет дракон никак не давал знать о себе? Почему не предпринял никаких усилий, чтобы вырвать меня из лап короля?

Я задам их Джилду сегодня же, пока он там не уверился окончательно, что я уже сдалась. Пусть все объяснит, и, может быть, я его прощу.

До ночи я так и просидела в комнате, даже не проверила, как там Амброс. От ужина отказалась – аппетит совсем пропал. В девять вечера постучался дракон – я оповестила его, что хочу спать, и не открыла дверь. Сначала схожу к Каталине, узнаю, какие сны снятся дракону.

Мне пришлось ждать до полуночи – в комнате Джилда долго горел свет. Когда я наконец добралась до ее комнаты, девочка почти засыпала, но все равно ждала меня.

– Прости, Каталина, Эрменеджилд долго не ложился.

– Ничего, леди Мэрит. Садитесь вот тут, на кровати. Мне нужно сосредоточиться, но не уснуть. Если что-то пойдет не так, дотроньтесь до меня, и я очнусь.

– Это же не опасно? – разволновалась я. – Может, лучше не стоит?

– Ну что Вы, леди Мэрит, совершенно безопасно. Но Вы же понимаете, осторожность в любом деле важна.

Она легла на спину, вытянула руки и ноги и глубоко задышала. Несколько вдохов-выдохов, и глаза ее остекленели, невидяще уставившись в потолок. Наблюдать за этим было жутко и неприятно.

Не знаю, сколько времени прошло, но Каталина вдруг резко вдохнула и села на постели. По лицу ее стекали капли пота, она выглядела усталой.

– Ну что, Каталина? Что ты видела?

Девочка улыбнулась светлой, яркой улыбкой.

– Леди Мэрит, я же говорила, ему снитесь Вы. Хозяин Джилд признавался Вам в любви. Это самый прекрасный сон за последнее время. Обычно нам снится то, о чем мы думаем днем, или чего очень сильно хотим, так что у Вас нет причин не верить хозяину.

– Спасибо, Каталина! Но, пожалуйста, путешествуй по снам пореже – страшно смотреть, как ты цепенеешь. Я пойду, поздно уже. Спокойной ночи, Каталина.

– Спокойной ночи, леди Мэрит.

Значит, ему снилась я, интересно. Но если он так меня любит, что же он прямо мне об этом не скажет? Может, сейчас и спросить? Или подождать до утра?

Поколебавшись, я все же решила разбудить дракона. Тихонько постучала три раза в его дверь, постояла в коридоре. Не отвечает – наверное, крепко спит. Что ж, я и не рассчитывала на...

Дверь внезапно открылась, и на пороге появился заспанный Эрменеджилд, только не в ночной сорочке, как я ожидала, а в одних подштанниках до колен.

Я даже забыла, зачем пришла, разглядывая обнаженный торс дракона и ноги в нижнем белье, которое обтягивало... да все, что можно, обтягивало.

– Я... хотела... хотела...

Я остановилась, не договорив. Быть может, ничего страшного не произойдет, если я еще разочек его поцелую.

Я потянулась к его манящим губам, прикоснулась к ним, и дракон тут же отреагировал, целуя в ответ. Мои руки сами собой заскользили по спине и плечам Джилда, вспоминая, наслаждаясь, требуя. Дракон застонал, сгреб меня в охапку и втянул в комнату, закрывая дверь ногой.

– Джилд, – прошептала я, на мгновение оторвавшись от его губ.

– Только не говори, что уходишь, Мэрит, – прохрипел он, продолжая обнимать меня за талию.

– Не скажу, – ответила ему, расстегивая пуговицы на платье.

Глава 10

Рассвет застал нас в постели под одним одеялом. Мы почти не спали ночью, успели и насытиться друг другом, и поговорить. Прозвучали и признания с обеих сторон, хотя я вовсе не планировала произносить их.

Спросила я и о том, почему Джилд не искал меня.

– Я хотел, Мэрит, правда хотел. И должен был найти выход из положения, вырваться к тебе любой ценой. Должен был, но не смог. Прости, что ты натерпелась из-за меня. А вообще, знаешь, я ведь виделся с графом сразу после освобождения из-под домашнего ареста.

– Правда? И что мой отец сказал тебе? – спросила я, водя пальцем по его груди.

– Сказал, что ты замужем, и просил не беспокоить. И ни слова о нашем сыне.

– Ты поверил ему?

– Нет, но не стал проверять. Решил, что тебе будет лучше без меня.

– Эрменеджилд Керимерийский, обещай мне, что больше никогда не станешь решать за меня. Или я за себя не отвечаю, – пригрозила я дракону.

– Договорились, моя принцесса. Все для тебя.

Мы прервались на поцелуй, а потом я сказала:

– Послушай, Джилд, я случайно услышала твой разговор с друзьями. Ну, о том, что ты готовишь мне сюрприз.

– Не случайно, – возразил он, – и я даже знаю, как ты подслушала.

– Я не подслушивала, – возмущенно воскликнула я, но, рассмеявшись, сдалась – было ведь. – К сожалению, сюрприз уже не получится. Прости.

– Еще как получится, Мэрит! Ты ведь знаешь только одну часть сюрприза.

– А есть еще и вторая – как интересно! То есть ты со мной не поделишься?

– Нет, Мэрит, извини. Подожди до бала, осталось совсем чуть-чуть.

– А ты не забыл, Джилд, что скоро Новый год? В прошедшие пять лет мне было не до праздников, но сейчас все изменилось. Амброс рядом, и ты.

– Да, Новый год через два дня. Для меня он тоже будет другим в этот раз. Что ты думаешь насчет украшения зала? Еловые лапы, как в Ахмадоре, или елка из золота, как в Керимере?

– Думаю, и то и другое. Но... елка из золота?

– Да, а еще из драгоценных камней и жемчуга. Драконы любят пускать пыль в глаза.

– Вообще-то, Джилд, самое главное – это Вы с Амбросом, а все остальное неважно.Богатство не дает счастья, впрочем, как и бедность. Счастье исходит изнутри.

Неужели это я, дочь графа, говорю столь странные вещи? Как бы там ни было, сейчас я, наверное, счастлива.

– Мама, мама! – раздалось в коридоре. – Ты еще спишь? А где ты?

– Уведи сына отсюда, – попросила я. – Не нужно, чтобы он видел нас вместе.

– Но мы же его родители, Мэрит. Он будет только рад.

– Мы ведь еще не женаты. То есть вообще не женаты, – поправилась я.

– Формальность, – отмахнулся дракон, – но могу понять твое смущение. Ладно, посиди тут, а я уведу его завтракать.

Он оделся и ушел, было слышно, как он здоровается с сыном и зовет его в столовую. Через полчаса спустилась вниз и я и застала всю нашу пеструю компанию в сборе. Джилд, Амброс, Каталина, Ферран и мисс Ферайя. Два дракона, ундина, оборотень и человек. Как мы будем уживаться в замке все вместе, такие разные?

– Доброе утро всем! – поздоровалась я и прошествовала на свое место рядом с Джилдом.

Он заранее отодвинул мне стул, словно вспомнил учтивые манеры.

– Спасибо, – поблагодарила я и еле удержалась от восклицания, когда дракон поцеловал меня в щеку.

– Мама! Вы помир-р-рились с папой? Да? – немедленно отреагировал Амброс. – Сегодня самый счастливый день в моей жизни!

– Да, сынок, помирились, – подтвердила я.

Я отметила, что Каталина улыбается, Ферран настороженно смотрит на Эрменеджилда – видно, еще не решил, как к нему относиться, а мисс Ферайя тайком утирает слезы. А еще несколько дней назад я думала, что моя жизнь кончена и ничего хорошего меня уже не ждет.

После еды Амброс вытащил детей на прогулку. Мы снова играли в снежки и в догонялки, хохоча как сумасшедшие. Потом Джилд показал нашему сыну, как менять облик, и у Амброса получилось, правда, летать он все еще не мог.

– Ничего, – утешила я его, – еще немного потренируешься и точно полетишь.

– Как папа?

– Ну конечно, сынок!

– А ты не хочешь полетать со мной, Мэрит? – вдруг спросил Джилд. – До границы и назад.

Зачем ему понадобился этот полет, сказать было трудно, но мне нравилось парить над землей, обнимая Эрменеджилда за шею.

– До границы, говоришь? Согласна, дракон.

Мы летели в морозном воздухе над долиной и крохотными домиками на ней. Когда я летала в горы в день своей несостоявшейся свадьбы, я их не заметила. Наверное, оттуда Джилд набрал слуг и стражников.

Долина кончилась, но дракон полетел дальше, к станции, где останавливались поезда из Ахмадора. Зачем мы туда направляемся, думала я по пути?

Лишь когда дракон приземлился в сотне метров от здания вокзала и я увидела знакомую фигуру на перроне, все стало понятно. Там, опираясь на трость, стоял мой отец.

– Зачем ты привез меня сюда, Эрменеджилд? Я не хочу его видеть после всего, что он натворил.

Дракон мягко опустил меня на землю, обвив длинным и совершенно не колючим хвостом, и сразу же изменил облик.

– Я знаю, Мэрит, – мягко сказал он, – но я подумал, что ты захочешь высказать ему все напоследок. К сожалению, жить в Ахмадоре ты уже не сможешь.

– Ты знал. Забирая меня со свадьбы, ты все это знал. Ты понимал, что я не смогу вернуться.

– Но ты же не против, Мэрит. И, как я понял, никогда не была против, – возразил Джилд.

– Сейчас я промолчу, но, когда мы прилетим обратно, я все тебе припомню.

– Припоминай, Мэрит, желательно в спальне и в положении сверху, – страстно шепнул он мне на ухо.

И вот как, скажите, можно сердиться на такого?

Разговор с отцом вышел короткий, как выстрел, и мерзкий, как помои.

– Явилась, распутница? Драконье отродье выжило, а если б не это, не видать бы тебе Керимера как своих ушей, – прошипел отец, даже не поприветствовав меня.

Я, конечно, не ждала жарких объятий, но и не думала, что услышу такое.

– Здравствуй, отец. Никогда ты не говорил мне таких слов, даже в тот день, когда ты узнал о ребенке. Что же изменилось теперь?

– Ты, Мэрит, – он говорил жестко и зло, будто я была его врагом номер один. – Виконт Бран был идеальным кандидатом в мужья, но ты предпочла дракона. Ты навлекла на меня позор, от которого не отмыться до конца моих дней. И лишила твоего приданого, которое виконт так и не вернул.

Я смотрела на отца и не понимала, когда он превратился в чудовище, гораздо более опасное и страшное, чем оборотень или дракон. Как я не заметила, какой он на самом деле?

– Ты так любишь деньги, отец? Готов ради них продать собственную дочь, да? А может, и этот брак с виконтом – лишь ступенька к королевскому двору и положению фаворитки? Однажды ты уже заключил сделку с королем, ведь так? Но я разрушила твои планы, забеременев от дракона.

Отец покраснел от гнева, и я поняла, что попала в точку. Эрменеджилд не ошибся – я действительно стала бы любовницей поневоле, если бы не встретила его. И хотя наша встреча была случайной, теперь я была благодарна за избавление от унижения, которое меня неминуемо ждало бы.

– Что ж, кажется, нам больше не о чем говорить. Хочу только одно сказать напоследок. Я прощаю, что ты отказал Эрменеджилду, прощаю договорённость с королем. Но Амброса я тебе не прощу никогда. Не прощу его загубленное детство, его боль и его слезы. Прощай!

Я развернулась, уходя, а в спину мне полетело:

– Нечестивая девка! Тебя все равно не примут, ты будешь чужой в Керимере. Никогда ты...

Договорить он не успел – Джилд промчался мимо меня и с наслаждением врезал ему в лицо. Отец пошатнулся, упал на перрон и затих.

Дракон склонился над ним, разъяренный, как дикий кабан. За его спиной шевелились крылья, на которые с ужасом взирал отец.

– Никогда, слышишь, никогда не смей оскорблять мою невесту! Или ты хочешь еще и жизни лишиться? Еще раз увижу – кости переломаю!

Последнее предупреждение было, пожалуй, излишне, но я не остановила Джилда – слишком много боли мне причинил этот человек, по недоразумению называвшегося моим отцом.

Полет обратно в замок вышел еще более захватывающим. Эрменеджилд несся как ветер, делая крутые виражи, от которых у меня дух захватывало. Но в глубине души я знала – он всегда подхватит меня и спасет, если что-то пойдет не так. Теперь и навсегда.

Уже дома, после сытного ужина, я спросила Джилда, значит ли слово «невеста», что он собрался делать мне предложение и знакомить с драконами?

Он таинственно пожал плечами, в глубине его глаз цвета крепкого чая притаилась смешинка.

– Узнаешь в свое время. Потерпи до бала, любопытная ты моя.

И я потерпела, сначала до Нового года, который мы встретили в узком семейном кругу, с елкой из золота и жемчужин и хвойными веточками по всем углам. Ровно в полночь мы выбежали на улицу и, глядя на звезды, поздравили друг друга с Новым годом, а я загадала желание. Пусть уйдет все плохое, а хорошее приумножится и разделится на все наше маленькое общество.

После Нового года до бала оставалось совсем чуть-чуть. Привезли одежду для Каталины и Феррана, и я с удовольствием нарядила их первую в красивые платья с кружевами и оборками, второго – в брючки и рубашки, сразу сделавшие из него маленького денди. Приехали и портнихи, сняли с меня мерки для бального платья, хотя я отказывалась как могла, ведь у меня уже было столько великолепных нарядов.

Но Эрменеджилд сказал, что я должна быть самой прекрасной на балу и затмить всех. Спорить с драконом не представлялось возможным, и я уступила.

Наконец, неделю спустя, настал день бала. Эрменеджилд созвал, кажется, половину Керимера, и для их приема пришлось нанять целый штат слуг. Прибыл правитель Элхан, снисходительно поцеловал мне руку, чуть улыбнулся Амбросу.

– Он похож на Вас, леди Мэрит, – произнёс предводитель драконов.

Как раз в этот момент Амброс изменил вид своих глаз, и они стали желтыми, как у Джилда, что удивило и обрадовало Элхана.

– Надеюсь, Вы не будете против, если я поселюсь в Керимере, – улыбаясь, сказала я.

– Конечно, нет, леди Мэрит. Вы же его мать.

Смотри-ка, работает, подумала я про себя, а Джилд увел меня танцевать. Он танцевал со мной почти все танцы, и лишь три отдал своим друзьям – блондину, брюнету и рыжему (я все никак не могла запомнить их имена).

В самый разгар веселья Джилд поднял руку, и музыка стихла.

– Я хотел бы задать прекрасной леди Мэрит и матери моего сына один вопрос, – начал дракон и достал из кармана... мое, то есть, конечно, свое кольцо. То самое, которое я отдала старику нищему в ночь перед свадьбой.

– Откуда оно у тебя? Я же подарила его... Ой, прости, не надо было, наверное, говорить, – спохватилась я.

– Ничего, не в обиде, – тихо сказал Джилд. – Так ты выслушаешь меня?

Я кивнула, и дракон продолжил.

– Мэрит Нуар, ты станешь моей женой? Даже если не согласишься, я все равно на тебе женюсь, имей в виду.

– Да, Эрменеджилд, я выйду за тебя, – просто сказала я. – И совсем не обязательно было так шутить.

Дракон снова взмахнул рукой, но музыка не молилась снова. Мы удивленно озирались по сторонам – все гости замерли в разных позах, словно застывшие статуи, и только мы могли двигаться и говорить.

– Что происходит? Кто это сделал? – спрашивала я.

Из-за спины Элхана вылез старик в брючках и пиджаке и подошел к нам. Он подмигнул мне, и я вдруг вспомнила.

– Это же Вы! Вам я подарила кольцо и загадала желание!

– Ну, что скажете? Я помог Вам, добрая леди? – снова подмигнул старик.

– И не только мне, а еще и Амбросу, и Феррану, и Каталине. Это же Вы написали то письмо о приюте?

– Да, это был я, добрая леди. И кольцо подбросил тоже я.

– Я нашел его на столике у кровати в своей спальне в день твоей свадьбы, Мэрит, – вмешался Эрменеджилд. – Удивился, конечно, но решил, что это какое-то волшебство.

– Разумеется, волшебство. Я ведь дух Нового года, и сегодня мне пора уходить. И так уже задержался из-за вас.

Старик вдруг сделался прозрачным, как стекло, и начал медленно таять в воздухе.

– У вас впереди много счастливых дней. Если вы сами этого захотите. До следующего Нового года, голубки!

– Спасибо! – крикнула я, пока он совсем не растаял. – Спасибо за все!

Но его уже не было видно, а гости отмерли и захлопали в ладоши – кто-то радостно, кто-то сдержанно.

А за окном промелькнула зеленая тень – маленький дракончик набирал высоту.

Я обвела глазами зал и не увидела сына.

– Это что, Амброс? – толкнула я Джилда в бок. – Когда он успел выйти?

Мы с драконом выбежали на площадку перед замком и увидели, как высоко-высоко в небе летит наш сын, рассекая воздух.

– Я говорила, что у него получится!

– Он же мой сын, – обнимая меня за талию, гордо сказал Джилд.

Конец