Текст книги "Антидемон. Книга 24 (СИ)"

Автор книги: Серж Винтеркей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 6

Белекос, Дромарское королевство

Белекос заподозрил, что его визит больше не является тайной для хозяина особняка, когда на его груди завибрировал один из его самых ценных артефактов. Эта вибрация означала, что он уловил какой-то сигнал от сработавшей сигнализации. Не все сигнализации он мог засечь, но в этот раз повезло…

Артефакт не указывал, какая именно сигнализация была не замечена грандмагом и послужила причиной обнаружения, но и этого предупреждения было вполне достаточно. Если Гредбенк на месте, то он уже знает, что Белекос находится у него в гостях.

Плохо, очень плохо, но, к сожалению, это именно то, чего он боялся. Следовало ожидать от столь искусного артефактора, каковым является Гредбенк, какого-то вот такого сюрприза в его собственном жилище…

Тем более что он, Белекос, вовсе не является самым что ни на есть искушенным взломщиком. Есть, конечно же, более умелые мастера, которые на этом особо специализируются.

Осторожность велела ему немедленно отступить и уйти тем же самым туннелем, которым он забрался в этот подвал.

Но осторожность отступила перед его яростью. Впервые с того злосчастного дня, когда его ограбили, нанеся ему невообразимый ущерб, он наконец-то вроде бы вышел на серьезный след.

Ну и что, что дряхлый старик теперь знает, что он в его здании? Главное, чтобы он не успел никуда отсюда скрыться.

И грандмаг, уже не таясь, помчался по подземным коридорам. Несмотря на серьезный возраст (ему было за восемьдесят), он был в прекрасной физической форме. Ну а как же, если он уже использовал две сферы молодости на себе, и помимо них задействовал и другие ритуалы из некромантии – послабее, но тоже эффективные. Так что ощущал он себя в итоге максимум на сорок пять лет, что вполне позволяло ему и бегать при необходимости.

Однако вскоре его постигло разочарование. Он обнаружил, что хитроумный Гредбенк не только использовал чуткую сигнализацию, которая его засекла, но еще и построил свой подвал в виде изощренного лабиринта.

Пробежав несколько минут в полной уверенности, что пол поднимается наверх и он скоро окажется на первом этаже огромного здания, Белекос с удивлением обнаружил, что оказался в том месте, с которого и стартовал.

Не заметить дыру в стене, из которой сам вылез несколько минут назад, было невозможно.

Был у него на этот случай и артефакт, четко определяющий направление, но когда он его задействовал, то впервые в жизни артефакт засбоил.

Белекос выругался. Похоже, что Гредбенк использовал какой-то мощный артефакт, который дурит голову любому, заставляя путаться в пространстве, и даже не позволяет работать его артефакту.

Некромант обругал себя за то, что с самого начала своего обнаружения не стал работать по-грубому, просто пробив себе дорогу наверх, чтобы оказаться внутри дома.

И чем он думал, совершая такую ошибку? Если уж ты знаешь, что тебя обнаружили, какой тебе смысл таиться? Да, он не мог использовать артефакт, при помощи которого он пробивал себе максимально тихо туннель, чтобы попасть в этот подвал, поскольку все его заряды уже были израсходованы. Остались только шумные заклинания. Но какой уже теперь смысл беспокоиться о том, чтобы не производить лишнего шума?

Он тут же скастовал «алмазный бур» на потолок коридора в семи метрах перед собой. На самом деле речь, конечно, об алмазах не шла – это была разновидность воздушного заклинания, представлявшего собой невероятно спрессованный смерч.

Первоначально он наносил небольшой ущерб, но чем больше песчинок, земли, песка и камешков попадало в него, тем больше увеличивалась его пробивная способность.

Взревев так, что у Гредбенка ноги задрожали, алмазный бур принялся за свою работу. Метров восемь за минуту – такова длительность действия этого заклинания – оно точно пробьет наверх. Ну и если вдруг этого не хватит, то кто мешает скастовать его повторно?

Но, по расчетам Белекоса, он сейчас был примерно на глубине семи-восьми метров под первым этажом здания. Так что, возможно, и этого вполне хватит.

Пришлось подождать, конечно, когда невероятно шумное заклинание закончит свою работу. Оно тоже имеет свои ограничения. Не в каждом подземелье его стоит использовать. Если оно сделано на скорую руку, то может и обрушиться прямо тебе на голову.

Но это подземелье оборудовал Гредбенк, когда еще был достаточно здоровым, хоть и пожилым человеком, так что Белекос был уверен, что тут все сделано на совесть.

Были у него, конечно, и более серьезные заклинания, которые бы разнесли часть этого подземелья, открыв ему проход наверх секунд за десять.

Но у всего есть риски – у слишком сильных заклинаний они заключались в том, что часть дома могла бы обрушиться, завалив проделанный ими проход. Никогда не знаешь, где именно расположен фундамент здания, если ты еще не добрался даже до его основания. И нужно учитывать риск его обрушить…

А так как где-то в этих подвалах Гредбенк вполне мог иметь тайники, в которых хранит те сокровища, что украл у Белекоса (если, конечно, именно он был тогда заказчиком этого преступления), то Белекосу и вовсе не стоило рисковать, используя чрезмерно мощные заклинания. Одно дело обыскать подвал неспешно, если Гредбенк успел убежать, и другое дело – рыться в развалинах, пытаясь найти хоть что-то уцелевшее после обрушения дома.

К огромному удивлению Белекоса, когда заклинание закончило работать и он подошел посмотреть, что же получилось, над ним сияло чистое небо. А ведь он был полностью уверен, что находится примерно по центру подвала.

Значит, и здесь сработал тот самый артефакт, установленный Гредбенком, который не позволял ему подняться повыше… И похоже, что подземелье под особняком специально прорыто далеко за пределы фундамента, чтобы вот так мешать тем, кто в него пробрался, проникнуть через него в дом.

Ладно, в принципе, Белекос и так знал, что Гредбенк превосходный артефактор, чему уж тут тогда удивляться…

Использовав заклинание «парашют», почти полностью убравшее тяжесть его тела, грандмаг, вонзая старческие пальцы в складки на стенах пробитого наверх туннеля, проворно, как обезьяна, вскарабкался наверх секунд за десять и оказался в пятнадцати метрах от парадного входа в огромный особняк.

Белекос прислушался пару секунд – тишь да гладь. Ни одной человеческой души на горизонте.

Скастовал то самое свое заклинание, которое помогло ему определить живых в здании того архимага, которого держал теперь в своей тюрьме, на весь особняк.

Заклинания, конечно, не хватило – особняк был огромным, но центральную его часть должно было просветить. Оно не показало внутри ни души.

Впрочем, что уже точно понял Белекос, в этом особняке на свои ранее не дававшие сбоя артефакты полностью рассчитывать не приходится. Неудивительно, поскольку большинство из них были известны и каталогизированы, хотя, конечно, и достаточно редки. И Гредбенк вполне мог иметь в виду такого рода артефакты, выстраивая охранную систему, способную их нейтрализовать.

Не желая ждать дальше, Белекос воздушным тараном вышиб входную дверь и вбежал в особняк вслед за влетевшими внутрь массивными дверями.

Конечно, он уже прекрасно понимал, что Гредбенка здесь не найдет. Даже очень дряхлый грандмаг уже раз пять мог неспешно убраться из этого особняка, пока некромант пробивал себе путь из подземелья. Слишком много времени прошло после того, как он был обнаружен его охранной системой.

Но Белекос не чувствовал в себе сил и отступить. А вдруг ему повезет, и дряхлый старик, просто перепугавшись, что к нему кто-то вторгся, упал без сознания и лежит теперь в полном его распоряжении?

А он, как дурак, сбежит, не узнав о такой возможности.

Главное, конечно, чтобы он не окочурился, унеся свои тайны с собой в могилу до того, как Белекос до него доберется…

Особняк был поистине огромным. Один только холл перед дверью был размером метров в четыреста.

Белекос тут же направился к лестнице на второй этаж. Как правило, именно там можно рассчитывать найти как спальню, так и лабораторию старика. Сам будучи артефактором, он прекрасно понимал, что Гредбенк, скорее всего, большую часть своего свободного времени проводит именно в лаборатории. А спальня тоже должна быть поблизости, так что если вдруг Гредбенк себя плохо почувствовал с утра и остался в ней, то, найдя лабораторию, Белекос найдет и спальню.

Он сделал буквально десяток шагов по лестнице, ведущей на второй этаж, как внезапно прогремел голос, явно усиленный при помощи магического заклинания:

– Грандмаг Белекос, немедленно прекрати разрушать мой дом! Гредбенка тут уже нет, он продал свой особняк мне, грандмагу Летусу. Поэтому любой ущерб, что ты нанесешь этому зданию, я потребую оплатить двукратно. И в случае неподчинения ты будешь иметь дело со всем кланом «Разрезающих пространство».

Что же, неожиданно, конечно. Белекос, естественно, знал, что это за клан. Он знал все серьезные кланы во всех королевствах на случай как раз вот такой неожиданной встречи. Клан из десятки, но не самый высокий – там у них максимум два грандмага и несколько десятков архимагов, даже если не все здесь собрались. А у него имеется с собой несколько проклятий, при помощи которых он все же может выиграть этот бой.

Главное – подобраться к врагам поближе, тогда брошенные артефакты с проклятиями быстро с ними покончат. И вместо гордых грандмагов и архимагов скоро тут будут бродить десятки полностью подчиняющихся ему зомби.

Есть только две проблемы.

Первая проблема в том, что эти артефакты с проклятиями стоили ему очень недешево, чтобы их сделать. К счастью, не все его самые дорогостоящие артефакты были утрачены во время недавнего ограбления. Один из тайников грабители не успели или не смогли найти.

Белекос потратил при их изготовлении компонентов и ингредиентов тысяч на сто золотых монет. Намного большую сумму он рассчитывал выручить после их продажи.

Так что вопрос прост – готов ли он потратить несколько артефактов, за которые можно, в случае если найдется покупатель, выручить больше 400000 золотых монет в совокупности?

В принципе, наверное, готов. Учитывая, что если ему удастся убить двух грандмагов и пару десятков архимагов, то на шее каждого из них могут оказаться настоящие сокровища.

Клан старый, известный и богатый, у них с собой должно быть полно разнообразных артефактов, часть из которых ему наверняка удастся опознать. И окупить если не всю стоимость потраченных артефактов, то по крайней мере свои затраты на них.

Но есть же еще и второй момент, гораздо более важный. И вот он менял все. Белекос немедленно бы пошел в атаку, если бы не это прискорбное обстоятельство. Летус знал его имя! Неужели Гредбенк создал такую совершенную систему охраны своего особняка, что она оказалась способна опознать его в этом глубоком подвале? Или уже когда он вошел в дом? Впрочем, это не важно… Главное, что анонимным остаться не удастся… Даже если он всех сейчас перебьет, то Гредбенк, перед тем как сбежать, узнал его имя. И когда он узнает, сколько высокопоставленных магов полегло в его бывшем особняке, то немедленно обнародует эту информацию…

Ясно, что Гредбенк был здесь. Но увидев, что по его душу явился целый грандмаг, немедленно сбежал, сообщив этому грандмагу Летусу о том, что именно Белекос вломился в его особняк. В этом случае Летус может на самом деле и не быть владельцем этого особняка. А просто по просьбе Гредбенка выдавать себя за него.

Правда, если хозяин особняка действительно сбежал, то дело может упроститься… Можно ли верить Летусу, что Гредбенка здесь нет? Потому как если он здесь, то одно из проклятий убьет его вместе с остальными магами… И тогда тайна, кто виновен в этом, будет сохранена…

Но ему приходится все же исходить из того, что старик сбежал. Это было бы весьма разумно с его стороны, учитывая, насколько он ветхий. Так что после того, как он перебьет Летуса и его подчиненных, останется все же живой свидетель, который будет знать, чьих рук это дело.

Можно, конечно, гордиться тем, что ты перебил верхушку клана из десятки в королевской иерархии серьезного государства в одиночку, но, к сожалению, такого рода слава имеет и свои оборотные стороны. У этого клана вполне могут найтись надежные союзники, которые пожелают отомстить дерзкому некроманту за то, что он вырезал цвет союзного клана. Или остатки клана могут предложить щедрую награду какому-нибудь мощному клану за то, чтобы он покончил с теми, кто нанес им такой огромный ущерб. Клан-то старый и наверняка богатый. У него могут быть миллионы золотых монет.

Много кто соблазнится на такое предложение…

Будучи сам очень мстительным человеком, Белекос ни на секунду не сомневался, что в клане, которому он нанесет такой серьезный ущерб, найдутся такие же мстительные люди, как и он сам, которые не пожалеют денег на то, чтобы с ним разобраться.

А у него все же сейчас вполне официальный образ жизни: особняк, который легко найти, лаборатория, которую он только недавно восстановил после прежнего погрома при ограблении.

Готов ли он уйти полностью в тень, учитывая, что товары, которые он изготавливает, и так достаточно тяжело продавать? Даже когда покупатели знают, как его найти?

Клиенты не зря к нему приходят, тщательно скрывая свою личность. Никто не любит тех, кто разбирается со своими врагами при помощи проклятий и другого арсенала некромантии. Таких особо ненавидят, и месть в их отношении гораздо более сильная и целенаправленная, чем при обычном убийстве.

Ну да, при обычном убийстве тело твоего родственника или друга просто изуродуют боевой магией, все же его можно оплакать и похоронить. А когда используют некромантию, то он вполне может потом бродить столетиями в виде зомби или лича, смертельно опасного для всего живого.

Конечно, такой расклад может кого угодно разозлить.

Так что единственный способ для артефактора-некроманта с репутацией хоть что-то серьезное продать – это иметь всем известный адрес, по которому могут явиться клиенты. А таясь от всего мира, прячась от возможных убийц, ты много не заработаешь.

Был бы он боевым магом, ему было бы вообще плевать. Ходил бы себе в порталы на охоту каждый день, а добычу продавали бы его помощники, о которых никто бы не знал, что они работают на него.

Был бы он обычным артефактором или алхимиком, не работая с некромантией, та же самая ситуация. Продать свои эксклюзивные изделия ему было бы достаточно легко через те же самые лавки для богатых или аукционы.

Но в его случае, к сожалению, нельзя обзаводиться вот такими смертельными врагами, которые могут заставить его начать прятаться.

Ведь кроме мести клана, обязательно будут еще и проблемы по линии монархов. Король Дромарского королевства, насколько ему известно, очень дружен с королем Эргении, его сюзереном… Значит, его собственный король, чтобы сохранить эту дружбу, может разорить его, наложив многомиллионный штраф за содеянное безобразие в королевстве его друга…

Но и сдаваться он не хотел так легко. Может быть, удастся навязать переговоры, посредством которых он сможет получить желаемое?

Глава 7

Белекос, Дромарское королевство

Усилив магией голос, Белекос прокричал:

– Уважаемый кланлидер Летус, конечно же, я понятия не имел, что ты приобрел этот особняк. Но дом мне и не нужен, я компенсирую тот небольшой ущерб, который уже нанес. Как ты и говоришь, ты в своем праве защищать свою недвижимость. Правда, у меня есть условие. Мне всего лишь нужно найти грандмага Гредбенка. Он нанес мне очень сильный ущерб, так что для меня это дело принципа. Выдайте мне его, если он здесь, или дайте адрес, по которому я его могу найти, поклявшись божественной клятвой, что он верен, и спокойно дальше владейте этим особняком. Он мне абсолютно не нужен.

Конечно, особо на успех он не рассчитывал, но вдруг все же получится?

Спустя пару секунд прогремел ответ:

– Грандмаг Белекос, естественно, что в моем доме нет уже никакого Гредбенка. Он умный старик, и испугался, когда его сигнализация выявила, что ты проник к нему в подземелье. Да и ты будь реалистом, он же грандмаг, он может находиться где угодно. Хоть трижды в минуту перепрыгивать с места на место.

И Гредбенк, может быть, и очень стар, но из ума он точно не выжил. Оставлять кому-либо свой адрес после того, как вынужден был бежать из дома из-за того, что ты его преследуешь, конечно же, он не стал бы.

Так что, грандмаг Белекос, предлагаю тебе просто покинуть мою территорию и дальше уже самостоятельно искать Гредбенка, если у тебя есть к нему вопросы.

Ну что же, как и следовало ожидать, ничего не вышло. Заскрежетав зубами от досады, Белекос крикнул:

– Хорошо, я так и сделаю. Дайте мне одну минуту, чтобы покинуть этот особняк.

– У тебя есть эта минута, грандмаг Белекос, – прогремел в ответ Летус.

Эйсон, окрестности портала с летящими в тени

– Мастер, у меня есть к вам еще один вопрос, – кое-что вспомнив, сказал я Гредбенку. – Насколько вам дорог тот человек, который помог вам получить информацию по летящим в тени? Осмелюсь предположить, что раз Белекос заявился к вам домой, то он схватил его и получил от него ваш адрес. Если вы ему чем-то обязаны, то, возможно, нам стоит попытаться его выручить из плена. Вряд ли Белекос его сразу убил. Скорее всего, просто пытками выбил ваш адрес и оставил в живых на случай, если он соврал…

– Нет, Эйсон, – покачал головой старик. – Тот человек вообще не является моим другом ни в коей степени. Как я и говорил, все мои друзья уже умерли. Боюсь, то же самое произошло и с теми, кому я был должен. С этим Воргеном на самом деле достаточно простая история. Лет пятнадцать назад ему очень понадобился артефакт, который мог сделать только я. Потому что он сильно проштрафился перед своим ректором и хотел умаслить его, сделав ему дорогой подарок. Что там за история у него была, он умолчал, но я так понял, что Ворген реально опасался того, что с треском вылетит из академии.

Но денег у него оказалось недостаточно, чтобы приобрести мое изделие. Я же его обычно только для принцесс делал. Там одних только комплектующих и ингредиентов тысяч на тридцать золотых монет, а продавал я его за сто тысяч. Ворген посчитал, что ректор, зная о том, что эта вещица только у принцесс и есть обычно, не устоит перед возможностью сделать такой подарок одной из своих дочерей и простит его.

Поэтому мы с ним договорились, что я предоставлю ему рассрочку на год, в течение которого он должен выплатить мне всю сумму за приобретенный артефакт. А он в ответ будет должен мне любую услугу в рамках разумного, которую я с него могу потребовать когда угодно.

Я тщательно веду учет такого рода сделкам. И поскольку этот Ворген выполнял в своей академии обязанности ответственного по скупке различных товаров по всему миру, добытых портальными охотниками на монстров, то он был первым, о ком я тут же вспомнил, когда решил поискать для тебя дополнительную информацию по летящим в тени.

Мы виделись-то с ним всего несколько раз – когда заключали эту сделку и когда он приносил мне остаток суммы за купленный у меня артефакт. И все. Так что моим другом он точно не является, разве что знакомым, которого я при случайной встрече и в лицо сразу узнать не смогу. Поэтому я точно не готов рисковать жизнью, забираясь в особняк грандмага-некроманта.

Как ты знаешь, я не работаю с некромантской артефакторикой, как и большинство артефакторов. Брезгую человеческими жертвоприношениями. Не для меня все это. Возможно, при помощи того трактата, что ты мне передал, я в течение нескольких месяцев смогу создать какие-то артефакты, оберегающие от самых серьезных атак со стороны некромантов. Но это лишь возможно. И опять же через несколько месяцев, если я буду заниматься именно этим.

Но сейчас я точно в особняк Белекоса ради случайного знакомого лезть не готов. Смысл был мне соглашаться на дополнительные восемь лет жизни, чтобы тут же и погибнуть в одной из его ловушек?

– Понимаю, мастер, просто должен был уточнить, – кивнул я.

Ну все, моя совесть теперь чиста. Я и сам бы очень не хотел без чрезвычайно веской причины лезть сейчас снова в особняк Белекоса. Он наверняка сильно разозлился после того ограбления и всерьез занялся новыми мерами против тех, кто к нему может вторгнуться. Как бы теперь его владения в результате не стали так же опасны, как один из могильников древних королей, в которые я и сейчас лезть опасаюсь. Мы, конечно, обросли в последнее время и мощными артефактами, и серьезными заклинаниями. Так что соблазн такой есть, но я все же не уверен, что мы действительно к этому готовы.

Гредбенк опасается лезть в обычный особняк грандмага-некроманта. А если бы он еще и знал, насколько сильно Белекос наверняка поработал над укреплением защиты после того моего ограбления…

Так что жаль, конечно, того бедолагу, что попал в руки Белекоса. Но спасти всех я, к сожалению, не в состоянии.

– Но мне нравится твой настрой, Эйсон, на то, чтобы спасти моего предполагаемого друга, – усмехнулся Гредбенк. – Я в тебе не ошибся, у тебя доброе сердце.

Есть шанс, что если люди Летуса, придя на спасение особняка, прибьют там Белекоса, то они сами освободят этого архимага, когда займутся захватом владений мертвого грандмага. Уж поверь мне, такой возможности они точно не упустят.

– Конечно, мастер, будем надеяться, что все так и произойдет, – вежливо ответил я. – Вам нужна моя помощь для того, чтобы обустроиться на новом месте? Напомню, как уже и говорил вашей внучке Донжетте, что если у вас будет такое желание, вы всегда можете поселиться в Академии Дерзких в Таргалдоре. Там полно свободного места, и, скажу вам по секрету, и кухня у нас тоже очень достойная. Когда мы навещаем Аргент, моя супруга всегда посещает кухню своего отца-герцога и запасает сотни блюд в пространственных хранилищах, которыми мы питаемся следующие несколько дней.

Гредбенк захохотал:

– А ты, Эйсон, знаешь, как подойти к человеку, чтобы заинтересовать его! Но нет, спасибо, все же я грандмаг и не могу жить у кого-то из милости. Не волнуйся, я достаточно быстро найду себе новый дом и оборудую лабораторию.

Учитывая твою помощь с этим омоложением и – что, возможно, не менее важно – с этим трактатом по артефакторике пера древних мудрецов, ты всегда сможешь обращаться ко мне за заказами. И я, работая над ними, никогда не буду заботиться о прибыли для себя.

Думаю, учитывая мою репутацию, для тебя это будет достойной наградой за сделанное.

Эх, расстроил меня, конечно, сейчас Гредбенк сильно. Но с другой стороны, такой ответ был вполне ожидаемым. Вон я архимага Номоса вообще из тюрьмы вытащил, где он сидел без малейшего шанса освободиться. Он же не знает, что потерпел бы еще одиннадцать лет и был бы освобожден в ходе сражений с высшими демонами. Так что, с его точки зрения, это было пожизненное заключение. Ну и что? И где он со своей благодарностью? А тут целый грандмаг, которого я, конечно, порадовал, и продлив ему жизнь, и вернув ему ее смысл…

К тому же Гредбенк – грандмаг еще и с кучей миллионов золотых монет в полном своем распоряжении. Очень емко он сказал, что не хочет быть приживальщиком.

Ладно, меня более чем устраивает предложенная им благодарность – возможность заказывать у него редчайшие артефакты по себестоимости. Это он зря такое обещание дал. Он же не знает, что я с него теперь не слезу, и работать ему над ними придется очень много.

Но сейчас да, надо с ним прощаться, чтобы не усугублять возникшую неловкую ситуацию, когда он вынужден мне отказать после всего того, что я для него сделал.

– Спасибо, мастер. Я очень ценю ваше предложение, хотя, конечно, все равно буду настаивать на том, чтобы хоть какая-то прибыль в этих заказах у вас была. Мне вполне хватит и той награды, что над моими заказами будет работать уже скоро самый искуснейший мастер современности.

Ваша репутация и так гремела на весь мир. А с учетом секретов древних, что вы сейчас запустите в дело… – я покачал головой.

Тут внезапно заговорил Илор. Так-то он помалкивает обычно, когда я веду свои дела, так что я удивился, услышав, что он обращается к Гредбенку:

– Мастер, я умру от любопытства, если не спрошу вас. А что именно за артефакт вы сделали по заказу этого Воргена для дочери ректора, что обычно делали только для принцесс?

Ну да, мне тоже было любопытно…

Рассмеявшись – уж больно хорошее настроение было у грандмага, – тот ответил:

– Этот артефакт позволяет понять, насколько искренен твой собеседник. Полезная вещица, на самом деле, учитывая, сколько всяких прохиндеев вертится вокруг молодых принцесс, и как им хочется знать, кто как на самом деле к ним относится. И мы тогда договорились, что все трое – и Ворген, и ректор, и его дочь – будут помалкивать о том, что заполучили от меня такую вещицу, чтобы не злить принцесс, которые уже ее приобрели. Ладно, пора нам расставаться. Есть ко мне еще вопросы?

– У меня будет к вам еще одна просьба. Не могли бы вы закинуть наш маленький отряд обратно в Таргалдор? – попросил я.

– Да, конечно, – с видимым облегчением сказал грандмаг. Он тоже явно чувствовал себя неловко. – Дай мне пару дней на обустройство. И как у тебя появятся мысли о новых заказах, тоже связывайся со мной.

– Всего доброго, мастер! – попрощался я.

Илор и Гравон хором попрощались с грандмагом тоже.

Тут же рядом открылся портал, и мы в него шагнули.

Донжетта, Академия Дерзких в Таргалдоре

Донжетта как раз двигалась со своей новой подругой Эрикой в зал для тренировок для того, чтобы продолжить свое обучение сражениям на дуэли, когда получила вызов от своего деда.

Каждый такой вызов ее очень радовал, потому что означал, что дедушка все еще жив. Ну а учитывая, как срочно его разыскивал недавно Эйсон, она, само собой, тоже немного по этому поводу волновалась, мало ли там что-то плохое произошло.

Еще немного, и она сама бы с ним попыталась связаться, вне себя от переживаний из-за того, что же там такое могло с дедом нехорошее случиться…

– Привет, внучка! – Голос деда был необычно силен. И он улыбался во все зубы. Таким она его давно уже не видела. Приятное зрелище. – Что же, у меня для тебя две новости: хорошая и плохая. С какой мне начать, внучка? – спросил он с хулиганским блеском в глазах.

И Донжетта поняла, что какой бы ни была плохая новость, она ничего по-настоящему плохого из себя представлять не может, иначе дедушка так задорно бы не скалился.

– Давай с хорошей, деда, – тоже невольно улыбаясь вслед за Гредбенком, сказала она.

– Ну что же, хорошая новость в том, что при помощи нашего общего друга и твоего кланлидера Эйсона я в ближайшие годы своей смертью больше не помру. Главное, не болтай об этом.

– Хорошо, конечно, не буду болтать. И здорово, что это так… – опешила Донжетта. – Но как это возможно, дедушка? Ты же всегда высказывался категорически против продления жизни при помощи некромантии. Неужели Эйсон нашел какой-то другой способ продления жизни?

– Нет, не нашел, но он дал мне очень мощный стимул для того, чтобы пересмотреть некоторые свои убеждения, внучка. Я многому тебя научил, но учитывая те тексты, что были переданы мне Эйсоном, о которых, кстати, тебе тоже нельзя никому рассказывать, я скоро смогу значительно улучшить свое прежнее мастерство, которое и так, без ложной скромности, считал очень значительным.

– Дедушка, ты же знаешь, что мне всегда было плевать на то, каким именно способом ты сможешь добиться долголетия, – махнула изящной ручкой Донжетта со слезами радости на глазах. – Главное, чтобы ты был жив и дальше. Ты мой последний родственник на этой земле. Так что если тебя смущает то, что ты воспользовался некромантией, чтобы продлить свои годы, то помни о том, что это никогда не будет смущать меня.

– Да уж, молодость часто бывает очень категорична, когда речь идет о жизни и смерти близких людей, – кивнул Гредбенк. – Но я не отказался от своих убеждений о продлении жизни при помощи некромантии. Просто некромантский артефакт, что попал мне в руки, не был приобретен за деньги, так что я не платил золотом за человеческие жизни, и моя совесть в этом отношении полностью чиста.

– Да, дедушка, так это выглядит еще лучше. А какая же тогда плохая новость? – вспомнила Донжетта начало разговора.

– Плохая новость в том, что огромное наследство, которое должно было вот-вот попасть тебе в руки, теперь достанется тебе при обычном течении событий не раньше, чем лет через восемь, – скорчив печальную физиономию, сказал дед.

– Дедушка, ну прекрати немедленно говорить глупости! – не на шутку разгневалась Донжетта. – Ты же знаешь, что я терпеть не могу такие вот дурацкие шутки, выставляющие меня какой-то меркантильной дурой.

– Ладно, ладно, внучка, но согласись все же, что шутка очень хорошая. Я никак не мог удержаться, чтобы не пошутить, – развел руками старик. – Да, кстати, есть еще одна очень хорошая новость, которая мне только сейчас пришла в голову, когда мы начали обсуждать твое упущенное наследство. Я могу себя искренне поздравить, что чрезвычайно удачно выдал тебя замуж. Я, в принципе, и так предполагал это, но теперь у меня уже есть стопроцентная уверенность в том, что в твоем новом клане тебя будут любить, лелеять и защищать. Если понадобится, то до последней капли крови.

– Приятно, конечно, слышать, – сказала Донжетта осторожно. – А почему ты вдруг настолько в этом уверен?

– Потому что Эйсон сделал многое, чтобы продлить мои годы жизни. А ведь он прекрасно знал, что ты моя единственная родственница и наследница. Если бы деньги для него хоть что-то значили, он бы не стал упускать огромное наследство, которое после моей скорой смерти пришло бы в его клан. Вряд ли ты бы возражала, если бы твой муж Тивадар, когда ему велел бы Эйсон как кланлидер, начал тратить мое наследство в интересах клана, согласись. Так что поэтому я тебя и поздравляю. Кажется, ты смогла найти и мужа, и его родственников, и друзей себе под стать. Ты теперь в окружении родственных душ, которым, как и тебе, плевать на деньги, главное, чтобы жизнь была интересной.

– Ах, дедушка, ты опять меня подкалываешь, – покачала головой Донжетта, при этом улыбаясь деду в ответ. – Я хотела бы с тобой увидеться, посмотреть на тебя вблизи, понять, насколько ты окреп.

– Знаю, внучка, я и сам бы хотел с тобой прогуляться где-нибудь на своих ногах, а не в инвалидном кресле. В ресторан какой-нибудь можем сходить, что ли, как раньше, когда я был покрепче. Но дай мне пару дней на то, чтобы найти себе новый дом.

– Адские демоны, дедушка, а что случилось с твоим старым? – воскликнула Донжетта.

– Ну, во-первых, я его продал, потому что ожидал, что вот-вот умру. Дело понятное. И деньги тоже перевел в тот фонд, который ты должна была унаследовать после моей смерти. Просто покупатель любезно согласился подождать немного до вступления в права, видя, как близка моя смерть. А во-вторых, я провел достаточно неудачные расспросы по одному щекотливому делу, в результате которых в подвале моего особняка появился очень злобно настроенный грандмаг-некромант по имени Белекос. Решив, что дом утратил прежний уют и тишину, что мне так нравились, я ускорил передачу особняка покупателю…