Текст книги "Кондор принимает вызов"

Автор книги: Сергей Соболев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Глава 2

Демченко провел беспокойную ночь. На Некрасова он вернулся в третьем часу, постель стелить поленился, так и устроился коротать остаток ночи на диване в гостиной. Ближе к рассвету задремал, но уже в начале седьмого его поднял на ноги телефонный звонок: дребезжащий старческий голос требовал позвать к телефону какую-то Надежду Михайловну. Выяснилось, что дедуля элементарно ошибся номером.

Какое-то время он еще ворочался на диване, но после дурацкого звонка сон ушел напрочь, к тому же в глазах постоянно мельтешили кадры из просмотренного ими несколько часов назад ролика. Дабы отогнать наваждение, включил телевизор. Очень кстати попал на утренний выпуск местных теленовостей, впрочем, ничего любопытного для себя из прозвучавшей информации он не почерпнул. О недавнем нападении на автоплощадку у Росгартенских ворот не было сказано ни слова. Это показалось Ивану Демченко странным.

В половине девятого утра напомнил о себе старикашка: «Надежду Михайловну хочу...» Почти следом перезвонила какая-то дамочка: «Здрасте, а Свету можно к телефону?» – «Светлана в отъезде. А кто ее спрашивает?» В ответ послышались короткие гудки отбоя.

Голос показался ему незнакомым. Кто бы это мог быть? Светка работает технологом на кондитерской фабрике, может, ей по делу звонили? Но на ее предприятии знают, что Демченко взяла отпуск за свой счет, известно им также, когда она вернется на работу.

Очередной телефонный звонок застал Ивана на кухне, где он в гордом одиночестве расправлялся с приготовленным на скорую руку завтраком. Бросив на тарелку надкушенный бутерброд, он споро направился в гостиную – там стоял телефонный аппарат.

– Здорово, Иван! – прозвучал в трубке бодрый мужской голос. – Как жизнь ментовская? Небось уже всех преступников в каталажку пересажал?

– А, это ты, Юрок... Извини, брат, я сейчас маленько занят. – В голосе Демченко прозвучали нотки нетерпения. В любой момент может позвонить Саня Прохоров, так что не стоит надолго занимать линию. – Перезвоню тебе позже, договорились?

– Я тебя не задержу, Иван, – быстро сказал в трубку Калайда. – Ты не в курсе, где сейчас Бушмин обретается?

Демченко тут же насторожился. Юрка Калайда, конечно, мужик надежный и проверенный, но «триумвират» решил его пока в свои тайны не посвящать. К тому же Прохоров велел «тщательно фильтровать базар», мало ли в какую сторону дело повернется. Даже если кто-то из корешей звонить будет, о Бушмине никому ни полслова.

– Иван, ты куда пропал?

– Да здесь я, здесь... Юра, я понятия не имею, где его сейчас носит. – И на том бы ему распрощаться с приятелем, но природное любопытство взяло верх над разумной осторожностью. – А зачем он тебе понадобился?

– Только что мне звонил Караган, знаешь такого?

– Знаю... Они на пару с Андреем телохранителями работали. Караган на первых порах выступал в роли инструктора.

– Так вот... Он говорит, что второй день пытается отловить Бушмина, звонит ему постоянно и даже на Еловую ездил.

– Постой, Юра... Бушмина разыскивают мужики с «Балтии»? – удивился Демченко. – С какой стати они вдруг о нем вспомнили?

– Караган сказал, что Андрей ему нужен по какому-то важному делу. Он мне, говорит, позарез нужен, дело на «миллион долларов». На всякий пожарный оставил свой контактный телефон... Кстати, Иван, вы вчера собирались у Андрея? Я тебе поэтому и позвонил, подумал, может, ты в курсе?

Демченко выругался про себя: напрасно он поддержал этот скользкий разговор. Несколько дней назад он пытался сорганизовать старую компашку, посидеть «без пиджаков», расслабиться... «Сессию» намечено было провести у Бушмина. Затея с «мальчишником» по разным причинам провалилась, и вот сейчас Юрок очень некстати вспомнил об этой задумке. Предупреждал же Саня: «Иван, тщательно фильтруй базар!»

– Мероприятие накрылось медным тазом, – сказал он в трубку. – Юра, я жду межгород, так что давай закругляться. Ситуацию я усек, если он попадется мне на глаза, то просьбу Карагана я передам. Ну все, бывай...

Демченко отправился на кухню допивать остывший чай. Сполоснув после себя посуду, сунул ее в сушильный шкаф. После телефонного разговора с Калайдой на душе остался легкий осадок. Ясно, что Юрок позвонил ему из самых лучших побуждений. В общем-то, все они в курсе Андрюхиных проблем, и каждый в меру своих сил пытается чем-то подсобить. Наверняка Калайда даже не подозревает, насколько хреново сейчас обстоят у Андрюши дела, а посвящать его в курс событий без предварительного согласия остальных Демченко не имел права.

Что касается информации, которую невольно озвучил приятель, то она выглядит не только подозрительной, но и тревожной. Надо полагать, люди из «Балтии» не зря интересуются своим бывшим сотрудником. Возможно, «Балтия» каким-то боком тоже причастна к недавнему «шухеру». Да и Андрей предупреждал, что с этими ребятами лучше вовсе не связываться.

Ладно, пусть с этой закавыкой разбираются Бушмин и Прохоров, у них голова лучше варит. Саня маленько во флотской разведке послужил, он мужик смышленый и наблюдательный, Бушмин до начштаба батальона дослужил, тоже не хухры-мухры. Что касается Изана, то он в стратеги никогда не метил, ему сподручнее в боевиках ходить, там особо мудрить не приходится.

Облокотившись о подоконник, Демченко ушел бездумным взглядом в городские просторы. Прохоров наверняка уже начал действовать, прежде всего он собирался проконсультироваться с мужиками из флотской разведки. Андрюха тоже нервничает сейчас, сидит небось как на иголках.

Солнечные блики отразились в стеклах темно-синего микроавтобуса марки «Фольксваген», медленно вкатившегося во двор панельной девятиэтажки. Демченко наморщил лоб, какая-то важная мысль проскочила у него в мозгу, что-то такое, над чем ему следовало бы сейчас подумать хорошенько, но он так и не успел поймать ее за хвостик, отвлекли совсем другие мысли.

Чтобы хоть чем-то занять себя, он отправился в гостиную и включил «ящик». Сверху на «Самсунге» лежала видеокамера, не забыть до завтрашнего утра вернуть ее хозяину.

Правильно ли они поступили на пару с Прохоровым, уведя Бушмина из-под самого носа сыскарей? Ладно, как говорится, своим оперативникам дорожку перебежали, а если они серьезно нарушили планы местных «крутых» товарищей? Да и покойный «черный монах», надо полагать, не в одиночку в прошлую грозовую ночь орудовал, у него тоже дружки имеются. Опять же «секретный пакет» не достиг адресата, не исключено, что кое-кто озаботится по поводу пропажи.

Но если посмотреть с другого боку, то даже младенцу ясно, что Бушмин втюхался в эту историю чисто случайно, его можно назвать жертвой чудовищного стечения обстоятельств. Как можно оставить товарища в беде? Тот же Андрюха, к примеру, дважды выручал его из смертельных передряг, рискуя при этом сохранностью собственной черепушки. Теперь настал черед Вани Демченко отплатить другу той же монетой. Да и чем он, в конце концов, рискует? При самом-самом плохом раскладе его могут уволить из ментовки, да и то это еще бабка надвое сказала.

Но даже если выгонят из конторы взашей, то что он теряет, кроме собственных цепей? Это событие он как-нибудь переживет. Его уже давно и настойчиво сманивают к себе знакомые фирмачи, хлебное место для него всегда найдется. Да и не стоит раньше времени думать о неприятностях. Возможно, Саня Прохоров прав, в том смысле, что дельце может оказаться фартовым. На руках у них сейчас верные козыри, главное теперь – с умом распорядиться «архиценной» находкой.

Демченко потер ладонью наморщенный лоб. Какая-то мыслишка неотвязно крутилась в голове, не давала покоя, колола его острым шилом: думай, Иван, напряги извилины, ты упустил из виду нечто важное. Он уже был близок к тому, чтобы выдернуть болезненную занозу, но в этот момент в прихожей засвистел-затехкал соловей – звонили у входной двери.

Глава 3

В ранние рассветные часы, когда дождевые капли еще не успели просохнуть на трепетавших под свежим ветерком молоденьких листьях, когда зыбкий туман струился по Замковой горе к свинцовым водам Преголе, оставляя клочья на ощетинившихся телевизионными антеннами крышах домов и капли конденсата на лобовых стеклах и капотах редкого транспорта, – именно в эту раннюю пору на городских улицах появилась крупная стая «оборотней».

И если нечисть, согласно существующим преданиям и традициям, имеет свойство трусливо исчезать с первым криком петуха и первыми лучами солнца, то данный контингент с наступлением светового дня продолжал неуклонно наращивать свое присутствие на улицах и площадях. Мобильные группы имели в своем распоряжении разнообразный транспорт: микроавтобусы, технички, грузовые фургоны, спецтранспорт с символикой ГАИ и РОВД, разнокалиберные легковушки. Все до единой машины были радиофицированы, часть из них оборудована самой современной «спай-аппаратурой». Некоторые экипажи заняли наблюдательные посты возле зданий УВД, Ленинградского и Центрального РОВД, а также в непосредственной близости от казарм подразделений СОБРа и ОМОНа – они располагаются в крепости. Другие контролируют железнодорожный и автовокзал; остальные лишь дожидаются своего часа, рассредоточившись в сонных дворах и тихих переулках.

* * *

Людвиг Риттер, обосновавшийся в Янтарном крае под легальной крышей многопрофильной корпорации «Балтинвест» и осуществляющий соруководство данной акцией, получил из уст самого Доррста предельно лаконичные инструкции:

1. В условленный час вступить в непосредственный контакт с известным «Альберту» лицом. «Контактер» детально проинструктирован по линии своего руководства.

2. В максимально сжатые сроки найти «спецпакет» и передать его лично советнику Велпу.

3. В зародыше пресечь любые утечки сверхсекретной информации.

Нельзя заранее исключить, что старший группы «Доррст» избавился от «спецпакета» самостоятельно: либо уничтожил его, либо спрятал в тайнике. Но решено все же действовать по худшему варианту сценария.

«Беглец» будет выпотрошен немедленно и жестоко, по полной программе. Затем настанет черед тех персон, кто слишком близко контактировал с ним в течение последних суток либо оказывал помощь: все эти люди должны быть «зачищены». Одновременно с силовой акцией будут проведены параллельные мероприятия, и прежде всего в ход пойдет искусная «деза», призванная сбить с толку назойливых «наблюдателей».

Человек по фамилии Бушмин оставил достаточно большое количество отпечатков на поверхности городской жизни, в этом он мало чем особым отличался от любой другой личности. Спустя всего лишь несколько часов после начала инициированного сразу из двух центров поиска и преследования экс-морпеха Бушмина все его ближние связи были не только выявлены, но и взяты под жесткий электронный и визуальный контроль.

Вплоть до десяти часов утра местонахождение этого человека оставалось загадкой, ко с ходом времени губительная петля все туже затягивалась на его шее. И не имеет абсолютно никакого значения, догадывается ли сам Бушмин, что он является объектом крупномасштабной охоты, или все еще пребывает в счастливом неведении, – его участь предрешена. Даже если ему удалось выскочить из города, это обстоятельство лишь на короткий срок продлит часы его жизни. Но у временных партнеров, объединивших сбои усилия ради поимки носителя сверхсекретной и крайне взрывоопасной информации – вполне возможно, что он не видел «спецпакета» даже в глаза, но в любом случае с ним стоит «побеседовать» на эту тему, – не возникало и тени сомнений, что Бушмин находится где-то в пределах досягаемости, дичь еще не успела выскочить за пределы охотничьих кордонов. Слишком уж наивной, дилетантской выглядит попытка сбить преследователей с толку, направить на ложный след. Эта нехитрая в общем-то уловка была легко просчитана профессионалами из команды советника Велпа, состоящей преимущественно из сотрудников немецких спецслужб, а также из местных коллег.

Им предстоит иметь дело с дилетантом. Именно в таком ключе и представляли себе ситуацию начальник отдела слецопераций подполковник Долматов и уже знакомый ему по прежним делам «контактер» и «координатор», он же Людвиг Риттер, офицер Оперативного управления БНД, опытный организатор силовых акций, коллега Скорцени по ремеслу.

Бушмин, правда, имеет за плечами спецподготовку и кое-какой боевой опыт, но это обстоятельство можно даже не принимать в расчет, настолько неравны у них силы.

У специалистов по «экшн» конечный результат операции не вызывал каких-либо сомнений: задача по поимке беглеца должна быть решена уже к полудню текущих суток.

* * *

Как только прошел телефонный перехват, двое людей, расположившихся в просторном звукоизолированном салоне «Форда-Транзита» по обе стороны от техника-оператора, обменялись многозначительными взглядами. Водитель микроавтобуса, подчиняясь властному жесту одного из них, рослого светловолосого мужчины лет тридцати трех, завел двигатель и стал выбираться из внутреннего двора серого трехэтажного здания, в котором располагались офисы дочерних фирм компании «Балтинвест».

Вслед за штабной машиной на проезжую часть улицы Боткина вырулили два массивных джипа, один из них нес на себе проблесковые маячки. Описав широкий полукруг по брусчатой площади, кавалькада машин выбралась на Александра Невского, взяв курс к северо-востоку, именно там находилась улица Некрасова.

Блондин положил тяжелую ладонь на плечо оператора.

– Запросите доклады от всех наблюдателей.

Риттер говорил на русском языке с едва уловимым акцентом, в этом плане его выговор мало чем отличался от «русского» диалекта прибалтов.

Вскоре в прикрепленных к ушам наушниках зашелестели доклады от «наружки». Картинка примерно та же, что была четверть часа назад, до того момента, когда спровоцированный на активное действие сотрудник УФСБ Юрий Калайда позвонил по домашнему телефону омоновцу Ивану Демченко. Александр Прохоров, одним из первых угодивший в список подозреваемых, по-прежнему возился в своем дворе с личной автомашиной. Он вышел из дому примерно полчаса назад, сразу же открыл капот и багажник, извлек подручный инструмент и стал копаться во внутренностях своей железной лошадки. По данным наблюдателей, в квартире остались лишь жена и ребенок, никого из посторонних у них нет.

У Юрия Калайды дела обстоят несколько иначе – он проживает в одной квартире со своими родителями. Холостяк, как и Бушмин. В восемь утра Калайда-старший выводил на прогулку английского кокера, в настоящий момент вся семья в сборе. Проверяются еще несколько подозреваемых, но и там положительные результаты отсутствуют. Еще двое из числа тех, к кому мог обратиться за помощью беглец, находятся вне города, один служит в Балтийске, другой в поселке Морской на Куршской косе. Все эти варианты отрабатываются наравне с остальными.

В целом создавалось такое впечатление, что Прохоров и Калайда находятся в полном неведении относительно последних событий, напрямую связанных с их приятелем Бушминым. Во всяком случае, каждый из них сейчас занимался своими повседневными делами. Чего нельзя сказать еще об одном их общем знакомом, Иване Демченко, – этого следовало потрошить без промедления.

После короткой паузы в динамиках прозвучали доклады от старших двух киллер-команд смешанного состава. Одна из них нацелена на проведение силовой акции против местного авторитета Георгия Недзвецкого. Его особняк расположен в северной части города, в районе поселка Лермонтово. В эти самые минуты Недзвецкий и двое сопровождавших его лиц выехали за ворота особняка и отправились на свидание с собственной смертью. В трехстах метрах от окружной дороги, в полосах лесопосадки, сходящихся под прямым углом, затаились две легковушки с киллерами. По мнению Риттера, этот человек также должен понести суровое наказание, поскольку именно он является владельцем автотехцентра на Литовском валу, следовательно, он проходит главным ответчиком по «делу о гибели Рудольфа Велпа». Все будет обставлено таким образом, как будто Жорж Недзвецкий пал жертвой заурядной разборки, это обстоятельство придаст всему инциденту криминальную окраску.

Риттер передал по рации команду "исполнить «Кабана». Теперь намеченную расправу уже никто не в силах будет остановить.

Тем временем вторая киллер-команда заняла исходные позиции в одном из двух подъездов крупнопанельной девятиэтажки, расположенной по улице Некрасова.

Долматов бросил вопросительный взгляд на «координатора».

– Кажется, картинка ясна.

Риттер медленно кивнул белобрысой головой:

– Пора приступать.

Глава 4

Кого это еще черти принесли? Может, Саня Прохоров успел так резко прокрутиться?

Демченко прикипел к дверному «глазку». На лестничной площадке стояла незнакомая женщина лет тридцати, одетая в кофту домашней вязки. Она еще раз нажала кнопку звонка, над головой у Ивана залился электрический соловей.

– Вам кого? – спросил он через запертую дверь. Палец его в нерешительности замер на предохранительной защелке замка.

– Ой, а это я вам по телефону звонила, – заявила она грудным голосом. Женское лицо приблизилось, заняв почти всю сферу обзора панорамного «глазка». – Я ваша соседка снизу.

– И что дальше? – нетерпеливо спросил Иван. Соседей по подъезду он еще толком не знал, они лишь недавно вселились в этот дом.

– Я занимала у Светы двести рублей до конца месяца... Вас зовут Иван, верно? Света мне о вас рассказывала... Я денежку вам принесла, Иван, хотела еще вчера отдать, но никого не застала...

В «глазке» промелькнуло нечто радужное, напоминающее денежную банкноту. Когда это, интересно, Светка успела отстегнуть этой дамочке две сотняги? Вроде бы не было у них такого договора... Может, перед самым отъездом в Гомель ссудила соседке, а мужа забыла известить?

– Минутку, – сказал Иван, – сейчас открою...

«Соседка» повела себя очень странно. Стоило хозяину квартиры выйти на порог, как она тут же резко отшатнулась в сторону, а из-за ее спины неожиданно вынырнула мужская фигура в черной спецназовской маске. Захват происходил в классических традициях. Иван сам был опытным специалистом в подобных делах. Все произошло в считанные секунды. Помимо мужика в черном, вынырнувшего у него под самым носом, Демченко успел периферийным зрением засечь еще два силуэта: один прикипел к стене у самой двери и уже готов был действовать, другой находился чуть выше, на лестнице, он тоже начал движение.

Поскольку Демченко совершенно не готов был к подобному повороту событий, то все преимущества оказались на стороне нападавших, включая фактор внезапности и численное преимущество.

Он чисто рефлекторно уклонился от контакта с боевиком, напавшим на него сбоку, со стороны лестницы. Он резко отшатнулся назад, пытаясь скрыться за дверью: обычная спонтанная реакция попавшего в такой переплет человека. В сущности, он лишь сыграл на руку нападавшим: боевики тут же вдавили его всей своей массой в узкий пенал прихожей. Хотя они были в брониках и боевой амуниции, ствол никто из них так и не обнажил. Теряя равновесие, Иван судорожно ухватился одной рукой за ворох одежды на вешалке, другой пытался заблокировать действия ближнего к нему боевика.

Схватка была сколь ожесточенной, столь же быстротечной. В пылу борьбы Иван успел грызануть чье-то запястье, к этому времени его уже успели капитально прихватить. С грохотом сорвалось на пол бронзовое настенное бра, а вслед за этим что-то взорвалось у него под черепной коробкой.

* * *

Лупарев еще несколько секунд стоял на лестничной площадке, прислушиваясь, не хлопнет ли где-нибудь в подъезде дверь, не высунется ли на шум чья-нибудь любопытная голова. Из четырех квартир на площадке телефонизированы только две – Демченко и соседей за стенкой. Сделали контрольный звонок, телефон соседей не отвечает. Можно считать, что всем им крупно повезло.

Плотно прикрыв за собой входную дверь, он сразу прошел в гостиную. Как и все остальные участники событий, он предусмотрительно прятал обличье под спецназовской маской. Двое из пяти боевиков киллер-команды говорили на русском с заметным акцентом, но это обстоятельство Лупарева нисколько не смущало: во-первых, у него были на сей счет четкие инструкции, а во-вторых, скупость слов и жестов отличает настоящих профессионалов от дилетантов – первые способны понимать друг друга с полуслова.

Инициаторы акции надеялись обнаружить на квартире у Демченко самого беглеца, но в этом смысле их ожидания не оправдались. Впрочем, его шансы на спасение по-прежнему равнялись нулю.

Из распахнутых настежь филенчатых дверей смежной комнаты доносились хряскающие звуки ударов и приглушенные стоны – жертве заткнули кляпом рот. Демченко обрабатывали сразу трое: начался сеанс экстренного потрошения. Костоломы в эти минуты методично и со знанием дела превращали здорового цветущего мужика в жалкого калеку. Лупареву уже приходилось ранее наблюдать подобное зрелище, поэтому он не спешил присоединяться к «дознавателям», пусть «гориллы» хорошенько над ним поработают и доведут Демченко до нужной кондиции.

Еще один «коллега», пятый и последний член команды, успел выбраться на лоджию и принялся о чем-то негромко переговариваться при помощи своей портативной рации. Лупарев остановился возле телевизора «Самсунг», установленного на застекленной подставке, взял сверху видеокамеру, покрутил ее в руках, после чего слегка кивнул собственной догадке. Кажется, «партнеры» охотятся за некими видеоматериалами. Если такое предположение соответствует истине, то они вышли на верный след.

Вторая комната, в которой обычно размещается спальня, была практически свободна от мебели, здесь стояли лишь детская кровать, полированный шкаф и две коробки, набитые каким-то хламом. Лупарев в компании с «партнером» тщательно обыскали квартиру Демченко, благо занятие это оказалось несложным – омоновец еще не успел толком обставиться. Обнаружить искомый предмет им так и не удалось. Придется подробно расспросить на эту тему самого хозяина, тем более что он уже подготовлен к откровенному разговору.

* * *

Все это время Демченко балансировал между жизнью и смертью. Страх накатывал волнами, смешиваясь с дикой, нечеловеческой болью. С каждым разом волна захлестывала его с головой, мощный водоворот стремительно засасывал попавшего в его власть человека в свои мрачные бездны. Легкие разрывались от недостатка кислорода, в тело со всех сторон вгрызались челюсти хищных пираний.

Едва только он успевал вынырнуть на поверхность и вдохнуть толику воздуха, как его тут же затягивало обратно в бездонный омут. Пытка повторялась по нарастающей. За что ему уготовано такое испытание? За какие свои грехи попал он в этот кромешный ад?

Временами ему все же удавалось зацепиться за реальность, нащупать зыбкую почву под ногами. В эти короткие мгновения в его сознании теснились отрывочные мысли: «Сработала чья-то группа захвата... Кто такие? Боевиков четверо или пятеро... Эх, как же я глупо купился... Почему они не объявляют свой „интерес“? Должно быть, это как-то связано с „Х-файлами“... Не похоже на допрос, даже „крутые“ так себя не ведут... Если решили „мочить“, то зачем истязают?»

Самое ужасное, что никто ни о чем у него не спрашивает, бьют молча, остервенело, с небывалым зверством...

* * *

– Достаточно! – лязгнул металлическими нотками приказа «партнер». – Он уже в кондиции.

Лупарев в душе согласился с ним, сейчас самое время допросить Демченко, пока он находится в полусознательном «пограничном» состоянии. Его воля к сопротивлению, если таковая имелась в наличии, сломлена, парализована болью. Сейчас он способен соображать ровно в той степени, в какой это требуется для допроса.

Один из спецов, до этого сидевший на спине у жертвы и державший концы полузатянутой удавки, выпрямился во весь рост, вытер рукавом вспотевший лоб – здоровый им детина попался, умаялись, пока удалось утихомирить окончательно.

Лупарев с чисто профессиональным интересом принялся разглядывать работу костоломов. Демченко корчился от боли на голом полу, он даже не пытался приподняться. Рот заткнут кляпом, слышатся лишь судорожные всхлипы. Наручники ему еще раньше сняли, когда сломали кисть. Пальцы, кажется, ему все переломали, а вдобавок и половину ребер. Голень на правой ноге сломана в двух местах, бегать больше ему не придется. Лицо хоть и запито кровью, но в целом спецы потрудились над ним слабенько, он еще должен ответить на вопросы.

Безошибочно выделив из троицы головорезов пару «своих», Лупарев красноречивым жестом показал им на дверь. Сам он тоже вышел из комнаты. Знать чужие секреты им без надобности, остальное доделают достойные продолжатели славного гестапо Мюллера.

* * *

Вместе с болью вернулась способность слышать и соображать. В комнате прозвучало несколько отрывистых реплик. Такое впечатление, что говорят по-немецки. Или опять ему мерещится чертовщина?

Не сразу, но все же Иван Демченко догадался, что пытка на какое-то время приостановлена, а возможно, и вовсе прекращена. Теперь, кажется, он уже не валяется на полу, а пытается стоять на своих двоих. Его отчаянно бросало из стороны в сторону, так, словно он угодил в качку и беснующиеся штормовые волны норовят вырвать из-под его ног палубу. Наконец вытащили кляп, стало чуток легче дышать но вместе с тем каждый вдох-выдох отдавался в груди резкой болью. Сволочи, наверняка сломали несколько ребер. Такое впечатление, что сзади кто-то подпирает его, иначе бы он мог сверзиться на пол, вернее, в морскую пучину.

Ему стоило немалого труда разлепить веки. Сквозь хоровод цветовых пятен на светлом фоне незашторенного окна контрастно выделялся темный человеческий силуэт. Ни его лица, ни каких-либо иных деталей разглядеть не удалось. Еще один зловещий персонаж из театра теней «Кабуки»? От пришельцев, вероломно ворвавшихся в его квартиру, исходила та же дьявольская энергетика, что и от человекотеней из подземелья, запечатленных на пленку неизвестным оператором. Пощады от таких особей ждать не приходится, остается лишь надеяться, что пытки больше не повторятся – прикончат.

Откуда-то из других миров, возможно, из того самого таинственного подземелья, донесся голос со странными механическими интонациями:

– Демченко, ты хочешь жить?! Тогда тебе придется ответить на мои вопросы! Где твой приятель Бушмин?

Выплюнув на пол кровавый сгусток, Демченко натужно, прохрипел:

– А отсосать ты не хочешь?!

Голос тут же налился металлом:

– С кем ты смотрел видеозапись?! Кому еще известно о ее существовании?! Назови мне фамилии этих людей!

Иван попытался перенести вес на правую ногу. Дикая боль заставила его громко застонать и согнуться. Он тут же схлопотал чувствительный удар по почкам, заставивший его выгнуться в дугу. Чьи-то крепкие руки зафиксировали его в вертикальном положении. Кажется, он еще никогда не ощущал себя таким жалким и беспомощным, даже после ранения в Грозном и последующей хирургической операции.

– Где прячется Бушмин?! Где его «лежка»?! Отвечай!!

В стриженый затылок уперся металл, от него повеяло смертельным холодком. Демченко пришел к выводу, что сзади его придерживает один человек, теперь, когда он прислонил к затылку ствол, хватка заметно ослабела, фактически он удерживает допрашиваемого одной рукой, зафиксировав хват на шее.

«Ладно, гады, – в ярости подумал про себя Демченко, – мои кореша вас даже из-под земли достанут! А одного из вас я прихвачу с собой на тот свет прямо сейчас».

– Надо продолжить, – разочарованно сказал человекотень. – Он еще не готов к исповеди.

Иван, собрав всю волю в кулак, мобилизовал по крохам остатки физических сил. Утробно зарычав, он разомкнул клещи захвата. Костолом, приставивший к затылку жертвы пистолет с глушителем, явно не ожидал от нее такой прыти, во всяком случае, он не решился выстрелить. Уже в следующее мгновение Демченко всем своим стокилограммовым телом, несмотря на жестокие пытки, все еще подчинявшимся воле своего хозяина, почти не припадая на покалеченную ногу, как божественный ветер-камикадзе ринулся к черной человекотени, всей своей массой вбивая ее в светлый квадрат окна...

Последняя его мысль была короткой, как вспышка: "Они не люди – нелюди..."