Текст книги "Душный наёмник. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Сергей Горбонос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25

Глава 25

– Капитана, как думаешь, наш главнюк злится?

Доминго заговорил. Ну, хоть кто-то заговорил. Его вопрос стал первым за долгое время их молчаливого полёта домой. Весь путь проходил в тишине. Даже от Тора, шедшего во главе группы, не было ни сообщения, ни запроса связи. Молох молчал. И все чувствовали напряжение. Точнее, все чувствовали не только напряжение, но и искреннее желание сломать ноги некоторым корпоративным уродам… Жаль, что наши желания не всегда совпадают с возможностями. Оставалось только молча двигаться к старому фронтиру.

– Я думаю, не все так просто, Доминго. Молох тоже это понимает, поэтому рассуждает здраво.

Из-за чего вообще начался этот разговор? Да всё просто, из-за скуки. Дело в том, что чем дальше от центральных систем они двигались, тем меньше встречалось крупных логистических хабов и разгонных врат. А поскольку «уважаемые» господа из ВантарисГрупп даже не думали в старых системах ставить новые логистические развилки и тратить деньги на профилактику старых врат, то на некоторых «развязках» образовывались самые настоящие «пробки». Корабли выстраивались в очередь для прыжка в следующую систему. В одной из таких очередей они и зависли. Правда ждать оставалось недолго, вот-вот должен был подойти их черёд прыжка. Делать нечего, почему не поболтать?

Разговор начался, но долго не продлился. Как на зло, проснулась внешняя связь.

– Капитана. Какой-то торговый лоханка нас вызывать. Дать разрешение на внебрачный связь через его лицо?

– Да, даю разрешение на внешнюю видеосвязь.

Еще после первой волны колонизации, когда появились и стали набирать популярность импланты, уже тогда был создан ряд базовых, можно сказать «бытовых» моделей. Это переводчики, гормональные корректировщики и банальные ограничители. Проще говоря, любой человек с излишками веса мог поставить такую пиндюрку и забыть о чувстве голода. Потом импланты ушли на второй план, их вытеснили биотехнологии. Правда они быстро ушли в военную сферу, мало чего привнеся в обычную жизнь. Но, даже так, базовые импланты продолжали выпускать, они были доступны, пусть и дороговаты. Так какого бигмака появившееся на экране связи лицо не помещалось в монитор?

– ЧТО ВЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ⁈ – Визгливый голос наносил настолько деструктивные морально-этические повреждения психике, что рука сама собой тянулась отключить связь.

– Капитана, если сейчас не отключить, я собственноручно вырву модуль связи. Нерва не выдержать мужской версия моя бывшая.

– Подожди, Доминго. Мне даже интересно стало. Потерпи пять минут, – Морган включила связь снова и натянув максимально приветливое лицо на лицо, спокойно уточнила. – Уважаемый, а можно уточнить, что случилось?

– Я ПАРНЕР КОГНГЛОМЕРАТА ВАНТАРИСГРУПП! ВЫ МЕШАЕТЕ ПРОХОДУ НАШЕГО ТОРГОВОГО ТРАНСПОРТНИКА! БЫСТРО ОСВОБОДИТЕ ВРАТА!

Доминго тихонько потянулся, снова заглушая связь:

– Капитана, ракеты или лазеры прогревать?

– Подожди. Я прямо растерялась. Столько вариантов, не знаю какой выбрать. О, придумала. Врубай связь.

– ВЫ МЕНЯ ИГНОРИРОВАТЬ ВЗДУМАЛИ⁈

– Извините, просто я нахожусь в малом звене следования. Для запрашиваемых вами маневров нужно разрешение капитана звена. Я перенаправлю вас на него.

– О, БОЖЕ! ДАВАЙ БЫСТРЕЕ!!!

Доминго кивнул и перекинул канал связи искину Тора. Покачал головой:

– Ох, капитана, лучше бы вы его разнесли ракетой. Не пожалели идиота. Ему же полная… конец.

– Не он первый, не он последний… Знаешь, в последнее время стала замечать странную тенденцию. Торговцы не просто почвы под ногами не чувствуют, а буквально себя сверхлюдьми ощущают из-за связей в Вантарис. Это уже не единичные случаи, а прямо закономерность какая-то. В своё время первые из новых аристократов себя очень похоже вели. Помнишь хроники, что эти уроды в первую волну творили? Как бы не дошло до чего-то подобного.

– Согласен. Там наш главнюк сообщения прислать.

– Ты ведь понимаешь, что Молох если узнает, что ты «главный капитан» до «главнюк» сокращаешь, он тебе речевой модуль руками проктально отрегулирует? Ладно, что говорит кэп?

– Сообщение совсем короткий прислал. Говорит «прыгайте первыми». И всё. Что делать?

– А что тут непонятного, Доминго? Прыгаем первыми.

После небольшого маневра рокировки, в результате которого Вялый занял место Тора, корабль вошёл во врата и прыгнул. На протяжении всего этого времени внешняя связь разрывалась от запросов, но Рида просто отмахнулась и скомандовала не принимать ни один.

Когда же судно остановилось за уловителями, Доминго неожиданно резко изменил курс, уходя в сторону.

– Что-то случилось? – Рида такого маневра не заметить не могла.

– Главню… главный капитана попросил отойти от уловителя, но не по курсу следования, а в любой сторону.

– Это еще зачем? А вруби-ка внешние камеры. Направь на врата.

– Сейчас.

Экран ожил, исправно показывая активированные врата. Судя по легкому голубоватому ореолу, они готовились принимать новое судно. Так и есть. Это был Тор. Но что-то… что-то было не так. Линкор вошёл в систему, увязая в поле принудительного торможения. Уловители работали на полную, но судно двигалось слишком быстро. Чрезмерно. Не отойди Вялый в сторону, и Тор уже торчал бы в его корме. Врата же сияли так ярко, как Морган еще никогда не видела. Тем не менее, уловители справились. Тор остановился. Но не прошло и минуты после его остановки, как врата потухли. Полностью отключились.

Связь ожила и радостный голос их капитана отрапортовал:

– Я перегрузил предохранители врат. Включил разгонный модуль внутри врат, в результате чего исходная скорость была такой, что уловители едва не выгорели, чтобы меня затормозить. Так что ждать им для запуска представителя колонии, за которой закреплены врата, и делать полную проверку и ревизию накопителей. Эх, такая беда, такое несчастье. Но, бывает всякое, перегрузки врат порой случаются. А уж тем более сейчас, во время наплыва торговцев, так и подавно техника работает на износ. Беда… Кому-то придется все это время ждать в соседней системе, пока разрешат прыгнуть.

– Отлично, я уже думала придется прятать тела. Кстати, он и тебе нёс эту чепуху своей исключительной исключительности из-за работы на конгломерат? Шеф, мне одной кажется, что это уже выходит за рамки обычного хамства и «звездной болезни»? Раз такое услышать, два еще ладно. Но это становится регулярным. Торговцы, особенно из центральных систем, свято верят, что они неприкасаемые, если работают на Вантарис. Словно это что-то прописанное на законодательном уровне. Как-то уж слишком странно, даже подозрительно.

– Да. Тоже заметил. Интеллектуально инверсивных торговцев становится все больше. Нужно будет поговорить с Алым Альянсом. Они частенько берут миссии сопровождения. Думаю, у Скарлет найдется хоть какая-то информация. Я с ней поговорю на эту тему, как только прибудем в ТэльМара.

А ТэльМара за время их отсутствия преобразилась. И дело даже не в отсутствии того столпотворения из транспортников, что было в первые дни колонизации. Рядом с территорией колонии теперь расположились обширные складские модули. Не безатмосферные склады Тай-Орин, конечно, но как для фронтира, весьма достойно. Теперь весь логистический поток разделился как минимум на два – одни шли в погрузку или выгрузку товара, другие заходили в расширившиеся наземные доки. В общем, Алый Альянс не стоял на месте, закрепляясь на старом фронтире. Бедный Макс, это стопроцентно его подрядили воплощать все эти строительные фантазии в реальность.

– Боже, сколько лет, сколько зим? Давно вас не видел, капитан Молох, – о, вот и первые знакомые. В диспетчерской сегодня дежурил Джон Харви. – Рад, что с вами все хорошо.

– А меня, значит ты видеть не рад⁈

– Тоже рад, госпожа Морган. Я просто не знал, что у вас общий канал включен. Сейчас найду места для ваших малюток. Подождите немножко.

Ага, как же, «местечко» он ищет. Джон Харви – диспетчер до мозга костей, а это значит, что уже через две минуты все причастные будут знать, что один наёмник вернулся со своим флотом. Впрочем, может это даже к лучшему…

… А может и нет.

Корабль не успел занять место в доках, как пришло сообщение от Скарлет:

«Капитан, нужно срочно поговорить»

Это было вполне ожидаемо. Но следом пришло еще одно сообщение:

«С чипами я закончила. Меняю отчет на бутылку хорошего вина. Нет. Две бутылки!»

Ну вот, доктор Штерн закончила свои изыскания. Значит, Копи не зря ей помогала. Хотя… две бутылки вина за такую работу? Подозрительно скромно. Слишком скромно.

Увы, но обдумать понижение цен на интеллектуальные услуги не дало третье сообщение:

«Брат, как освободишься, давай поговорим»

Вот и Трэм. И куда идти сразу, чтобы никого не обидеть? Правильный ответ один – нужно идти отдыхать:

– Ома, для всех причастных и просто любопытствующих, я ушёл в глубокую кому из-за мыслительного перенапряжения на почве раздумий о ценностях личности. Остальным просто говори, что твой капитан пошел кого-то убивать. Будут меньше искать. Вопросы есть?

– Да, капитан. Что делать с девушкой у трапа?

– Какой ещё…

Мог и не спрашивать. Есть одни люди, которые слишком хорошо знают других людей. И действуют на опережение. У трапа стояла замглавы Альянса и смотрела прямо в камеру внешнего обзора.

– Амо, у нас еще остались ракеты?

– Братик, для тебя ракетку-другую Амо всегда найдет.

– М… заманчиво, но нет. Ладно, пойду сдаваться.

Звучало так, словно его ждало что-то страшное. На самом же деле, у трапа корабля робко стояла милая, рыжеволосая девушка с горящими кроваво-красными глазами, задумчиво размахивающая энергетическим мечом, зажатым в бронированной перчатке руки. Почти идеалистическая картина встречи друзей.

– Леди Скарлет, я дико извиняюсь, но ваше сообщение только пришло. Я даже начистить свои любимые розовые ботинки не успел, а вы уже тута и ждете меня здеся.

– Ты не уточнил, где меня искать, Молох. Значит, не так уж и спешил. А ведь я четко написала, что нам нужно переговорить сро-Ч-но.

– Вы ведь всё равно не поверите ни одному моему честному объяснению, которое я предоставлю, покрепленному искренним раскаянием?

– Безусловно.

– Отлично! Тогда будем считать, что я назвал самую аргументированную и логичную причину своего молчания. А вы ей не поверили. Я обижен, но не сломлен. Так время и сэкономим. Теперь слушаю вас.

– Хорошо, – Даже глазом не повела. Девушка схватила наёмника за руку и дернула так, что модифицированное тело не успело отреагировать. – Считай, я выслушала и предоставила доказательство, что все твои аргументированные и логичные причины просто звиздеж чистой воды. Тоже время сэкономила, получается. На этом приветствие и расшаркивания можно считать оконченными. Пошли работать.

За термином «пошли работать», скрывалась долгосрочная буксировка одной бронированной тушки в подземный лифт. Сразу они опустились в нижние доки, а потом уже горизонтальным лифтом добрались до закрытого крыла колонии, рядом с учебкой. Охрана в униформе Алого Альянса как бы скромно намекала, что сюда пускают не каждого и не на экскурсии. Ну а дальше, миновав несколько набитых охраной переходов, эта парочка вошла в небольшой, одинокий кабинет, в самом тупике коридора. Точнее, кабинет был вполне себе вместительным, если бы не множество образцов брони и оружия, размещенных внутри на специальных стендах. Тут даже гадать не нужно, кто хозяин данного помещения.

– Леди Скарлет, мне помнится, вы располагались в другом месте.

– Да. Мой рабочий кабинет остался там, где был. Это же мой… другой рабочий кабинет, для самых душевных разговоров с самыми душевными друзьями. Особенно с теми, о которых конгломерат ВантарисГрупп отзывается как о крайне сомнительных личностях и ненавязчиво предлагает не вести с ними дел.

– О! Уже успели наныть?

– Ныли так, что на всём ТэльМара влажность на три процента поднялась. Впрочем, Алый Альянс попросил конгломерат выражать свое мнение тогда, когда его об этом спросят. А когда не просят, держать свой мнениеприёмник закрытым. Как-то так. Нам не привыкать обламывать рога крупным противникам. Но звала тебя я не из-за этого. Помнишь о «подарке», что ты оставил на одной из бывших баз Стального Кулака?

– Тот подарок, который просто бомба, как хорош? Я таких подарков оставил не один.

– Ага. Но один оказался не просто хорош, а капец, как хорош. Его так высоко оценили, что нам уже мало что оценивать осталось. Но, когда чрезмерно, порой бывает даже лучше. Сейчас объясню. Я попросила патруль периодически захаживать в дальний фронтир, проверять покинутые базы Стального Кулака. Не все, так, парочку ближайших. И вот там мы и нашли страдальца. Небольшой скоростной фрегат. Ну, или то, что от него осталось.

Шутки кончились. Вот это уже был серьезный разговор, и Молох обдумывал каждое слово. Как замглавы, так и свое:

– Я очень удивлюсь, если повезло считать данные искина.

– Искин был заминирован и полностью уничтожен. Но так уж получилось, что сдетонировал он не по команде, а из-за взрыва твоего дрона. В итоге, двойным взрывом не просто разнесло корабль на куски, а вырвало его хвостовую часть. И только поэтому мы получили не обугленные обломки, а относительно целый фрагмент для идентификации. Угадаешь кто это был?

– Пусть банально, но логично было бы предположить, что Кулак?

– Не-а.

– Почему-то я так и думал. Тогда Вантарис?

– Не-а.

Пальцы бронированной перчатки постучали по столу. Наемник задумался, но быстро хлопнул ладонью по тому же многострадальному столу и произнес:

– Ведь не наемники же гильдии, да?

– Не-а. Не они. Ладно, не мучайся. Уцелевший фрагмент, как я и сказала, подлежал идентификации. Он числится за торговой палатой центральных систем. Так что получается, что на бывшую базу пиратов, миновав патрули, прилетел торговец на заминированном фрегате. Вот такие дела.

Молох медленно поднял палец вверх, набрал воздуха побольше в легкие, но Скарлет неожиданно добавила:

– Ах да, если ты думаешь, что кораблём просто воспользовались пираты или другие «необычные» люди, то я тебя разочарую. Кое-какие кусочки от пилота остались. И это обычный человек. Торговец средней руки. Получается, он сам управлял зарегистрированным на него судном. Если опустить необъяснимые цели и причины такого действия, то это уже не технологии неизвестных корпораций. Это ниточка…

– Это не ниточка, замглавы. Это целый чопик. Потянем и с влажным хлопком появится след. Я хочу изучить всю имеющуюся у вас информацию.

– Хорошо, как только твоей жизни ничего не будет угрожать, – спокойно произнесла девушки, глядя на свой коммуникатор. – Извини, но она приближается.

Зашелестела дверь за спиной. Молох медленно повернулся. У входа стояла фигура. Очень знакомая фигура. Уважаемая доктор Вероника Штерн нетерпеливо постукивала по полу ногой:

– Значит, сообщения доктора Штерн мы игнорируем? Еще и без вина приходим⁈

– Извини, – тихо прошептала Скарлет. – Забыла сказать. Её кабинет тоже в этом секторе. Ты… главное выживи.

Глава 26

Глава 26

– Я, значит, не сплю дни и ночи в лаборатории. Корплю над телами, в попытке выжать хоть какую-то информацию. А уважаемый капитан приходит без антистресса. Ни одной бутылочки!

Доктор нависала над наёмником, как праведный меч правосудия. Последний, кстати, до сих пор не совсем понимал, отчего она так бурно реагирует. Но спрашивать не спешил, ведь даже штурмовая броня имеет свои ограничения. Лишний раз лучше не рисковать.

– Обещаю, доктор Штерн, я…

– Как ты меня назвал⁈

– Эм… обещаю, Вероника, я заглажу свои ошибки в ближайшее время и…

– Чего ждать, загладишь сейчас! Пошли в лабораторию!

– Э⁈

А дальше, один маленький, бронированный шарик по имени Молох, потащили в конец все того же многострадального коридора, где располагалась укрепленная дверь лаборатории. Впрочем, открылась она сразу же, впустив парочку в просторное, поделенное на множество секций, помещение. Дверь закрылась. Горевшие голубым светом глаза повернулись к наёмнику и… доктор Штерн отпустила руку и рассмеялась:

– Если ты ничего не понимаешь, то ничего страшного. Уж извини, Молох. Считай, буду должна.

– И всё же, что это было?

– М-м… Ладно, пойдем в первую лабораторию. Я тебе все расскажу, ты ведь все равно не отцепишься?

Первая лаборатория оказалась ближайшей от входа. И самой пустой. Тут героически возстоял заваленный всем, начиная от бумаг и заканчивая пробирками, стол. Несколько высоких, достававших до потолка, стальных шкафов с замками и пара стульев. Всё. Вероника села в один из них. Привычный ей, собственный стул. На спинке как раз висел её халат. Его девушка быстро накинула на плечи. Порылась в карманах и достала небольшой накопитель.

– Тут вся информация, что мне удалось собрать. Ты ведь точно подумал, что две бутылки вина как-то скромно за работу? – Оскалилась девушка.

– Я подумал, что это скорее поощрение за старания, чем награда за результат.

– Именно так оно и есть. Если ты надеялся, что я скажу: «Мы вскрыли чип, виноват Валера», то спешу огорчить. Мы вскрыли чип и не нашли ничего, что указывало бы на производителя. Но, это не значит, что работа была бесполезной. Наоборот. Мы теперь точно знаем, что это был Валера.

Молох оглянулся. Посмотрел на хлипенькие лабораторные стульчики и вышел в холл. Заглянул в парочку соседних лабораторий и ненадолго пропал из виду. Доктор все это время молча наблюдала за наёмником. А уже через пару минут по ушам ударил стальной скрежет. И сейф для хранения образцов из лаборатории №3 перекочевал в первую… в качестве стула.

– Ох, отлично. Смотрю, разговор будет небыстрым…

– Ничего, моя ошибка, – отмахнулась Вероника. – Сейчас будем разбираться, там ничего сложного.

– Хорошо. Так что с Валерой? Виноват Валера или не виноват?

– Вина Валеры не доказана, но я точно знаю, что это все сделал Валера.

– Так… – Молох поправил сейф, на котором сидел. – Разговор будет о-о-очень небыстрым. – Давай, наверное, без ассоциативных цепочек. Что получилось выяснить?

– Помнишь, я тебе говорила, что наблюдаю сходство в технологиях МитталТех и НоваГен. Будто один специалист работал сразу с первыми, а потом перешел ко вторым. А ты ответил, что это невозможно, потому что этот специалист мертв. Помнишь?

Молох посмотрел на свою правую руку. В памяти всплыли старые ощущения впивающихся в кожу шипов искина. Воспоминания пробивающего череп удара. После такого не выживают даже модифицированные люди.

– Я точно уверен, что тот ученый мертв.

– Ну, тогда у тебя прибавится работы, потому что придется искать того, кто разбирается в технологии не хуже мертвеца. Я сделала глубокий анализ примененных стабилизаторов, мутагенных возбудителей и подавителей. Как в случае с использованием активной мутагенной сыворотки, так и в случае подавления первичного отторжения биожидкостей кораллов, использовались одни и те же реагенты. В одной и той же последовательности, даже там, где это не критично. Один почерк, один стиль. И все это при условии, что процентов семьдесят пять из них имеют известные аналоги. – Доктор Штерн подняла указательный палец вверх, акцентируя на моменте. – Это могло быть объяснимо передачей технологии, но нет. Я всё проверила, когда ты прислал данные медсканеров последних образцов, что получил на Дайна. В жидкости, подпитывающей человеческие органы в машинах этого Кровавого Кулака и в крови помогавших вам бойцов конгломерата Вантарис, найдены остаточные следы идентичных стабилизаторов.

Молох думал. Думал молча, едва заметно постукивая пальцами по сейфу. Учитывая, что лицо был скрыто за кислородной маской, впечатление создавалось такое себе.

– Ты там уснул от чрезмерной мыслительной активности⁈

– Нет. Я просто думаю, что информация так себе… на одну бутылочку.

– Будешь умничать и на бутылочку пойдёт не только информация, Молох! Нихрена себе! Я, вообще-то, не закончила! Копи разобралась с чипами. Пойдем, покажу.

Толком не поговорили, а Вероника уже шла в соседнюю лабораторию. Вот она как раз выглядела посерьезней первой. Медицинские сканеры, небольшие баки с регенеративной жидкостью, отдельная криокамера. Алый Альянс постарался на славу. Теперь понятно, почему доктор Штерн переехала. В отличии от старого помещения, тут было самое передовое оборудование. Пока Молох раздумывал, девушка достала чип, закрытый в специальном прозрачном боксе. От него отходили контакты так, что, даже не вскрывая защиту, чип мог быть подключён для изучения.

– Изначально я думала, что чип служит для стабилизации состояния имплантированных органов. Нельзя просто подключить мозги к железке, залить их чудо-жижей и надеяться, что все будет работать как надо. Внешне, так и есть. Но, есть нюанс. Копи помогла мне разобраться с внутренними протоколами устройства. Этот чип универсальный. Он создан так, чтобы одинаково работать и в мутировавшем теле Трэма и находящимися на био-подпитке органами, как у Кровавого Кулака. Все те люди, которых подвергли влиянию вирусов и мутаций, пострадали не для того, чтобы узнать конечные ограничения работы чипа, а для того, чтобы расширить вариативность его работы. Мутировавшие организмы, как и перенесенные органы, разные, и условия, в которых они находятся, тоже разные. Он контролирует все это, не давая организму войти в критическое состояние. Прямо, как искин Трэма.

– Искин… Трэма?

– Да, стабилизации мутации можно добиться одним только чипом. Без внешнего воздействия контролирующего искина. Вставил и забыл. Точнее, когда-то так можно будет сделать. Сейчас всё плохо. Технология не завершена. Он, все ещё опытный образец, с абсолютно херовой стабильностью. Во-о-от… На этом мой заработок второй бутылки вина считаю оконченным. Как ты видишь, кто такой «Валера» и где его искать, я выяснить не смогла. Но то, что попахивает именно Валерой, тут я уверена на все сто. С тебя две бутылки отличнейшего винишка. Тёте надо отдохнуть достойно. И сейф с образцами на место верни.

Конечно. Хороший гость и за собой уберёт и стул на место поставит. Или сейф. Это не проблема. Молох уже потащил его назад, при этом доктор Штерн шла рядом, подсказывая как лучше поставить.

– Одного я не поднял, доктор. Что это было в кабинете Скарлет?

– Тц… Думала, ты забудешь. Тут такое дело… Алый Альянс, как ты видишь, очень сильно мне помог. Я перед ними в долгу. И числюсь напрямую в штате гильдии. Поэтому решила поддержать некоторое хобби главы Виктора.

– Это ты о каком хобби говоришь?

– Для нашего уважаемого друга, вся гильдия – это его большая семья. Семья, которую он пытается расширить всеми силами. Эта бородатая сваха уже всю плешь мне проела о том, как замечательно было бы найти себе пару. Например, присмотреться к одному душному, но одинокому наёмнику. В общем, не бери в голову, понянчила старика небольшой инициативой. Скарлет расскажет, ему приятно будет.

– Вот как. Виктор отличный мужик. Даже, если бы сразу сказала, что против, он бы не обиделся. Не заморач…

Сейф занял свое место. Все уцелело, будто и не таскали его по нескольким лабораториям и не давили сверху бронированным седалищем. Наёмник говорил, попутно разворачиваясь к собеседнице. И наткнулся на её лицо, в нескольких сантиметрах от своей маски. Голубые глаза горели огнём. А рука доктора тянулась к защелке кислородного фильтра.

– А кто тебе сказал, что я была против?

Шелест. Звук открывающейся двери лаборатории. Она отъехала в сторону и в помещении вошла доктор Дарквуд с абсолютно каменным лицом.

– Универсальные допуски – это так удобно, – покачала головой девушка и кивнула Молоху. – Капитан, вы срочно нужны на борту Тора. Срочно.

Голос, интонация. Все это говорило о том, что лучше согласиться без лишних вопросов. А Молох-то был и не против. Вон, взбодрился как:

– Хорошо! Уже иду!

Вероника Штерн молчала. Только провожала глазами выходившего из лаборатории мужчину.

– Доктор Штерн, рада была вас видеть. – когда Молох ушёл, Эвелин коротко кивнула и вышла следом.

– И я тоже, доктор Дарквуд. Была очень рада вас видеть…

Дорога к докам прошла в полном молчании. Но не поставили еще того забора, под которым найдут труп Молоха, поэтому наёмник заговорил первым.

– Так что за срочность, леди Эвелин?

– Медотсек Тора нуждается в инвентаризации. Это критически важно для жизни всего экипажа. Вы же беспокоитесь за жизнь… экипажа, капитан?

– Я… э… Да!

– Вот. Поэтому сейчас мы проведем инвентаризацию, чтобы вы в дальнейшем могли сделать заказ всего необходимого на ТэльМара, – доктор Дарквуд говорила спокойно, уверенно. Так судьи обычно зачитывают приговор.

– Леди Эвелин. Я же вам полностью доверяю. Давайте, вы дадите мне список, а я все потом закаж…

– Жить хотите… с чувством, что могли что-то упустить? Нет, мы всё проверим и перепроверим, только после этого я буду спокойна.

– Х-хорошо, доктор Дарквуд.

Ревизия заняла около пяти часов. Каждый медицинский препарат перепроверен, была уточнена его целесообразность, проанализированы аналоги, согласовано количество. Даже закаленное в самых душных кругах ада сознание Молоха испытывало усталость после такой «инвентаризации». Не хотелось уже ни с кем общаться и ничего выяснять. Но к одному человеку все же стоило заскочить. Хотя бы на пять минут. Иначе было нельзя.

Молох шёл по длинному коридору жилых помещений колонии. Только не обычных, обитаемых построек для жителей, а подземных отсеков для персонала. Да, для обычного обывателя ТэльМара была развивающейся колонией. Но её надземные постройки служили красивой оберткой продолжавшим расширяться подземным комплексам. Теперь она могла защитить не только стратегически важные точки, вроде доков или офисов глав гильдии. Теперь те же пилоты патрулей или работники доков были защищены, спокойно живя в подземной части колонии. И это не было чем-то отягощающим. Изолированные корпуса можно было адаптировать даже лучше и удобней своих надземных аналогов. Так что многие добровольно переехали сюда.

У Молоха был адрес. Он ожидал, что искать брата нужно будет на каком-то полигоне. Или специальной испытательной зоне. Но вместо этого Скарлет перекинула адрес жилого крыла, пусть и подземного.

Надо же. Бывает такое, что ожидания не просто не совпадают с реальностью, а разбиваются об неё мелкими осколками. Жилое крыло оказалось не продвинутым «общежитием» и целым биокомплексом, в котором умудрились высадить множественные кустарники, траву и даже небольшой ручей пустить. Это больше походило на парковую зону неплохой колонии. А тут она была еще и подземной.

Редкие жилые помещение располагались вокруг этой «парковой зоны». Одно из них принадлежало брату.

Молох остановился у нужного номера. Стоило подойти, как дверь сама отъехала, впуская его. Свободная комната внутри напоминала чем-то каюты Тора. Минимум обычной мебели и декора. Но максимум различных инженерных столов с манипуляторами. Тут уже брат постарался. Если это у Трэма домашняя обстановка, страшно представить какая рабочая.

Сам же брат сидел в странном, слишком массивном кресле. Оно чем-то напоминало специализированное инвалидное, с множеством подключаемых модулей и проводов. Рядом сидела Копи в еще одном таком же кресле. Теперь понятно, почему они не заметили прихода гостя и почему не закрывали дверь. На головах обоих были надеты специальные шлемы. Они чем-то напоминали те, что использовали Ома и Амо, с множеством проводов и массивными очками-визорами. Но эти шлемы были даже еще больше, закрывая уши и лицо. Угадывать, что это такое, не нужно. В таких шлемах занимаются тонкой настройкой внутренних компонентов искинов, настраивая кристаллы памяти и операционные блоки. Ни Трэм, ни Копи не могли слышать, как Молох вошел. А Молох не хотел отрывать их от работы.

Эта парочка была полностью погружена в любимое дело. Даже их рабочие разговоры были чем-то особенным.

– Думаешь третий…

– Да, уже обхожу блокировку.

– Неплохо, интересный способ.

Наёмник чувствовал, как этим двоим нравится делать то, что они делают. Нравится находиться в компании друг друга. Мутант и дроид… а не плевать ли? Кто должен решать, как верно и правильно, а как нельзя жить?

– Вот значит, какой путь ты выбрал, брат. Даже не представляешь, как я рад за тебя.

Молох говорил тихо. И так же тихо развернулся, направляясь к выходу. Но сделать успел лишь пару шагов.

– Зачем уходишь, ведь только пришел, брат? – Голос за спиной заставил резко остановиться. – Спасибо, что заскочил сам.

– Как мог я не ответить на просьбу брата. Но… я вам мешаю, наверно. Пойду, потом поговорим.

– Нет-нет, – Трэм быстро снял шлем. Копи молчала, но шлем тоже сняла. – Это я тебя задерживаю. Я быстро. Хотел попросить об одной услуге. Я всё обдумал, поговорил с Копи. И, в общем… не мог бы ты подыскать место на борту Тора и для неё?

Редкая картина – удивленный Молох. Еще более редкая – Молох, который растерялся и не знает, что сказать. В итоге, он только и смог, что прошипеть что-то невнятное своим кислородным фильтром и кивнуть. Но даже этого хватило, чтобы Трэм расплылся в улыбке. И… Копи тоже улыбнулась.

Да уж… Только Молох хоть немного пришел в себя, как ожил его коммуникатор. А там знакомое лицо:

– Да, Скарлет, слушаю.

– Можешь подойти?

– Что-то срочное?

– В док вошла Золотая Валькирия. Давай не по связи. Жду у себя.

– Хорошо. Сейчас буду.