Текст книги "Душный наёмник. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Сергей Горбонос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 23

Глава 23

– Ребята, вам говорили, что вы в своих подштанниках стрёмно выглядите?

Тот редкий случай, когда наёмник был не просто прав, даже ляпнув белиберду. Но, что поделать, нестабильные гормоны они такие. Что же до появившейся троицы, то парни действительно выглядели… стрёмно. Закрытые шлемы, гладкие до блеска. В них не было видно ни визоров, ни дыхательных фильтров, просто однотонная, почти зеркальная поверхность. Защита на груди не легкая, а минимальная. Несколько подвижных пластин и множество мелких боксов разгрузок, в том числе и на поясе. Небольшие защитные пластины на ногах и руках. Хотя нет, с руками отдельная история. Перчатки имели странные боковые держатели, но для чего они предназначались, неясно. Остальные – защитная ткань, напоминавшая кожу или скорее латекс. И все, даже лазерных пистолетов нет. Только те короткие энергетические мечи.

Их противник мертв. Ган держал оружие наготове, но не провоцировал. Даже без команды Молоха. Его можно понять. Людей, так плотно затянутых в латекс, лучше не провоцировать вообще.

– Нет, конечно, вжух-вжух вы сделали красиво, но слабо такое повторить, когда противник будет вооружен чем-то, опасней кулаков и пипидастра?

А в ответ тишина. Никакой коммуникабельности среди союзников. Эта троица не просто молчала, еще и не двигалась. Стояли на месте, осматривая собравшихся. Сканируют? Или чего-то ждут?

От мыслей о смысле жизни и замерших латексных ниндзя-извращенцах, отвлек писк доспеха. Сканер подсветил три вражеских маркера, приближающихся к отсеку. Получается, эти ребята знали о враге заранее? Как бы то ни было, но парни заметно оживились. Снова активировали мечи.

– Только посмотрите, как взбодрились. – Молох обошел троицу, подойдя к выходу из отсека. Подождал, пока дверь отъедет в сторону. Посмотрел. И спокойно сделал шаг назад. Дверь стала медленно закрываться. Только закрылась, а гулкие удары зазвенели с противоположной стороны. Укрепленное полотно двери пошло трещинами. Судя по всему, ребята из Кровавого Кулака, которых нанюхал сканер, их тоже заметили. И решили поздороваться во всю длину своих пулеметов. Ага, снова пулеметы. Они превращали дверь между ними в труху. Медленно, но уверенно. Хотя, не так уж и медленно.

А вот троица союзничков в этот раз решили действовать первыми. Даже дверь открывать не стали, в несколько взмахов меча срезав уцелевшие остатки. И три тени ускорились так, что пропали из виду.

Пулемет снова ожил. Бежать на противника в таких условиях – верная смерть. Но ведь эти трое все равно попытались. Или в детстве мыло не кусали, или слова Молоха так задели? Сомнительно, мыло кусают все. Стоит отдать должное, двигались они, как человек, съевший в доках несвежей шаурмы. Не просто быстро, а катастрофически, обреченно быстро. Причем, даже не по полу. В какой-то момент, троица рассредоточилась, двое побежали по стенам, третий же легко и непринужденно двигался по потолку. Что тут скажешь, их обувь не выглядела особенной, но одной скоростью такого не достичь. Вопросов становилось больше.

Тем временем, в штурмовиков Кровавого Кулака полетели небольшие шарики, похожие на гранаты. Только похожие. Ударившись о доспехи здоровяков, «шарики» не взорвались, а растеклись вязкими кляксами по защите.

Скрежет, чем-то напоминавший закоротившую линию электропередач, появился и затих. От «клякс» на броне штурмовиков расходились едва заметные проблески голубоватых разрядов. Пулеметы замолчали. Но дело было не в самом оружии. Все трое противников пытались пошевелить руками, но у них не получалось. Короткие, дерганые движения, когда конечность сдвигается едва ли на сантиметр и возвращается назад – это типичные «синдром заклинившего доспеха». Но любой доспех, а уж тем более штурмовой, имеет защиту. Внешним воздействием заклинивание спровоцировать крайне сложно. Тем не менее, факты говорили иначе. Как минимум верхняя часть брони десанта была неуправляема.

Латексная троица больше не пыталась уворачиваться. Бежали напрямую. И снова эти показные прыжки. Ну да, есть чему позавидовать тяжелобронированной завистью. Мечи вспыхнули и ударили в сочленения пластин и поразили… двоих противников. А один из прыгунов полетел назад, в соседний отсек, впечатавшись в стену. Как говорится: «касса, отмена». Его противник не стал пытаться вернуть контроль над руками. Вместо этого штурмовик использовал ноги и «боднул» плечом прыгнувшего на него врага. Тот был уже в воздухе, так что даже увернуться не мог. Даже обычное столкновение с такой тушкой имеет тяжелые последствия. Получилось, как на выпускном. В смысле, без защиты совсем.

Влетев в стену, этот воин так там и остался лежать. Проблема, а проблема, как известно, не приходит одна. Удар сбил блокирующее устройство с доспеха штурмовика. Пулемет снова попытался сделать тра-та-та, но сразу замолк. Как оказалось, пулеметы плохо работают, когда в них втыкают энергетические мечи. Второй меч пробил живот штурмовика, но удар смертельным не стал. У кого мозги в баночке плавают, стоит бояться попаданий исключительно в жизненно важные точки.

Битва двух акробатов в латексных подштанниках и бронированного шкафа была почти легендарной, но исход предсказуемым. В сухом остатке и припоминая былые заслуги, получается всё трио раскидал один десантировавшийся штурмовик Кровавого Кулака.

«Пуф-ф»

«Пуф-ф-ф»

Сложно винить этого пирата за невнимательность. Подштанники привлекают любого уважающего себя мужчину. Отвлечься на такое не зазорно. Но, не стоит забывать и о других врагах. Особенно, когда у них имеются кинетические дробовики.

Все эти танцы с раскидыванием сильных, но легких тяжелыми, но медленными, дали возможность Молоху приблизиться. И в этот раз наёмник размениваться на конечности и щелочки брони не стал. Несколько прямых выстрелов в лицо, а следом удар кулака в висок создали необходимую, романтическую атмосферу. Даже самое неприступное сердце и бронированная голова не выдержит такой концентрированной порции внимания. Следом удар коленом, загнавший энергетический меч в животе максимально глубоко. Все так же не убьет, но бабочек в животе обеспечит. Преодолеть защиту этой недотроги таким образом не получится, но вот до мобильных сочленений добраться удастся.

«Пуф-ф»

Последний выстрел смог раскурочить горло штурмовика. Это уже результат. А как известно, любой хороший результат требует закрепления. Наёмник вогнал в образовавшуюся брешь дуло дробовика и выстрелил снова. Шлем выдержал, но его внутреннее содержимое превратилось в кашу. Вопрос чрезмерной жестокости, в данном случае, сомнителен. Пока до баночки с мозгами не достучишься, противник не остановится, сколько лучей добра не испускай.

– Я же говорил, без оружия с ними любой справится. А вы так пафосно латексом блестеть и дядю Молоха не слушать.

Еще бы Молох промолчал. Тем не менее, вся троица этих доморощенных «ниндзей» осталась жива. Потерявшая свое оружие парочка уже доставала мечи из живота и пулемета мертвого штурмовика. Даже пострадавший сильнее остальных первый страдалец, был на ногах. Его грудные пластины треснули, частично отвалились. Слева броня лопнула. В трещине можно было разглядеть абсолютно белую, как мел, кожу. Именно на неё так внимательно смотрел Молох. Очень внимательно… но молчал.

Троица союзничков снова не удостоила никого и словом. Молча собрали свои вещи и так же молча побежала дальше, кажется, даже быстрее, чем раньше.

– Боже, какие ранимые. Уже и пошутить нельзя, сразу обиделись.

– Капитан, что вы думаете на счёт этого?

– Думаю, что любовь к ношению латексных подштанников ослабляет социальную коммуникабельность. Эх, мужчинки, штош вы так…

Всегда приятно видеть, как твои подчиненные становятся лучше. Психологически выносливей. Вот и Ши Ган и глазом не повел. Кивнул и уточнил:

– Понимаю вас, капитан, но не уточните другое. Дальнейший план, например.

– Уточню. Движемся к графу, испуская лучи добра и дроби в любого, кто бронированнее нас. Я так погляжу, наши латексные фанаты подштанников сами справятся отлично. Так кто мы такие, чтобы им мешать?

– Будем помогать?

– Я же сказал, Ган… не будем мешать. Они сами справятся.

После этих слов дальнейшее продвижение группы радикально изменилось. Молох не спешил вперед, не ввязывался первым в бой. Кто угодно мог подумать, что это страх, но не Ган. Лейтенанту хватало опыта, чтобы понимать, что тут что-то другое. Его капитан останавливался у каждого места стычки с Кровавым Кулаком. Кроме этого, Молох набрал еще немного черной жидкости, найденной рядом с трупом штурмовика. Если бы не цвет и слишком густая консистенция, Ган подумал бы, что тут кого-то неслабо ранили. Кстати, что примечательно, кроме трупов бойцов Кровавого Кулака и солдат графа, других тел не было. Ни одного любителя латекса найдено не было. Учитывая, что не такие эти парни уже и бессмертные, сам этот факт был показательным. Они забирали тела.

– Ган, – выйдя из очередного отсека, Молох неожиданно остановился. Как говорится, ничто не предвещало беды. – Тебе не кажется ЭТО странным?

– Капитан, я не первый день работаю с вами. Мне уже много чего не кажется странным.

– Резонно, но я о другом. У нас тут вообще-то последний рывок умирающего топинамбура, если кто-то не заметил. Они побросали свои корабли, отчаянно кинулись десантироваться на главную станцию системы. И всё выглядит до этого момента логично, даже вполне могло сработать. Особенно в переговорах с официальными представителями власти, вроде Совета внешнего регулирования. Но! Во имя всех стадий прогрессирующего географического кретинизма, почему они перемещаются по станции, как тяжелобронированный близорукий крот? Эта атака должна быть молниеносной, как выстрел после горохового супа. А вместо этого у нас тут выгул глиста Пафнутия… никогда не знаешь, с какого отверстия вылезет.

– Эта станция достаточно старая. Получение внутреннего плана отсеков не проблема. Согласен, странно.

– Именно. Но эти ребята бегут куда угодно, только не в диспетчерскую или напрямую к графу. Слишком уж эта суета глубоко суёт, тебе не кажется?

– Хм… в этом что-то есть, капитан.

– Давай-ка, Ган, еще разок подкорректируем маршрут. Пошли напрямую в диспетчерскую. Только ты никому не сообщай. Сделаем… веселый сюрприз.

Не сказать, что сюрприз получился таким уж веселым, но граф приходу группы Молоха точно удивился.

– Капитан, силы Кровавого Кулака все еще не подавлены. Могу я попросить вас оказать содействие? – Ох, опять эта звенящая строгость. Бывшая в этот момент на связи с отцом Эльза Дайнир, тут же затихла.

– Содействие в подавлении Кровавого Кулака и всех его шпионов? – Наёмник уточнил то, что и так было ясно… вроде бы.

– Да, капитан. Помогите разобраться со штурмовиками. Внутренние предатели и шпионы уже были найдены и помещены под заключение.

– Хорошо, но мне не дает покоя ваша безопасность, граф. В примыкающих к диспетчерской отсеках не так уж много солдат. А у вас один только пистолет на поясе и всё. Прежде, чем уйду, могу вас попросить взять мой дробовик? Мне так будет намного спокойней.

– Возьму. Спасибо, кап…

Молох даже договорить ему не дал. Снял дробовик и бросил его графу. На удивление немолодой мужчина достаточно лихо перехватил оружие в воздухе. Перезарядил дробовик и взял поудобнее:

– Отличное оружие.

– Ага.

Граф только и успел, что поднять взгляд с дробовика на Молоха. Тот стоял на месте, держа в руках карабин Ши Гана. Карабин, который был направлен на графа.

– Что вы себе позволяете, наёмник?

Все такой же строгий голос.

– Позволяю себе удивиться, как такой хлипкий мужчина перехватил на лету усиленный кинетический дробовик, с утяжеленными патронами, набитыми дополнительно в боковой держатель и приклад. Но, я вас понимаю… Наверно неудобно, когда привычки человеческие, а ощущение веса у роботизированной платформы отсутствует.

Мгновенно дуло дробовика оказалось направлено на Молоха. Щелчок. Выстрел и… Нет. Его-то как раз и не было. А вот удар розовым ботинком в живот был.

– Ой. Так вот где моя холостая пулька. А я думал потерял.

Молох действовал быстро. Сбил с ног графа, зафиксировал на полу. И провернул голову, что называется, до щелчка. А потом еще чуть-чуть и еще чуть. Телу дроида плевать на побои, нужно физическое заклинивание суставов или их… демонтаж.

Врубилась сирена тревоги. Так громко, что понижение чувствительности шлема не помогало.

– Ган, нас атакуют?

Молох посмотрел на своего лейтенанта, а тот только кивнул в сторону монитора связи.

– А, так это не сирена…

Уважаемая дочь семьи Дайнир изволила перенервничать. Девушка выла так громко, что коротило связь. Одно радует, капитан Морган еще со службы умела подобрать правильные слова, чтобы успокоить подчиненного. Ну, как слова…

– Рида, ты её вырубила?

– Глаза закрыла, значит спит. А раз спит, значит успокоилась. Всё под контролем, Молох. Лучше скажи, что это вообще было? Нам тут всем интересно.

– Да вроде бы всё просто. Нужно быть наивной папиной златовласой бубочкой, чтобы считать, что такая организация, как Кровавый Кулак, поставит на кон контроль над системой против жизни одного заложника. Хотя, не исключено, что и живой граф где-то имеется. Нужно проверить тюремные отсеки. Или хотя бы узнать, где они.

Шуршание одежды прервало их разговор. Лежавший на полу граф Дайнир пытался встать. У него плохо получалось, потому как сложно ориентироваться, когда твоя голова смотрит тебе за спину. Но это проблема оказалась решена, когда кто-то резко обхватил её и поднял вверх. Синтетические глаза графа встретились с визорами шлема.

– Вот, кажется, я знаю, кто у нас побудет проводником.

* * *

Двери просторного кабинета открылись и внутрь вошли два человека в тяжелой броне. Осмотрели помещение и следом закатили инвалидное кресло с сидевшим в нем стариком.

– Да хватит вам ребята. Какой дурак проберется к старому наёмнику?

– Извините, господин Фокс, но после инцидента с директорами гильдии, это стандартная процедура.

– Ох, Джон, столько лет друг друга знаем. Хватит звать меня по фамилии. Просто Реджи. Ладно, парни, дальше я сам. Спасибо за работу.

– Если что-то понадобится, господин директор, мы будем в соседнем помещении.

Вместо ответа, старик только улыбнулся и махнул рукой. Охрана вышла, закрыв за собой дверь. А этот пожилой человек и по совместительству основатель крупнейшей гильдии наемников, остался один.

Он подъехал к своему рабочему столу. Пробежался пальцами по специальной панели безопасности. Потом включил небольшой монитор связи. На той стороне никто не спешил отвечать.

Пока старик ждал ответа, он встал. Легко поднялся с инвалидного кресла и подошел к бару. Налил стаканчик коньяка и вернулся.

– Как показали себя тестовые образцы? – Неожиданно прозвучал искаженный голос. Вместо изображения собеседника на экране была лишь рябь и помехи.

– Я бы сказал средненько. Пробелов хватает. Как дополнительная единица поддержки или в качестве исполнителя разведывательно-диверсионных миссий, вполне пойдут.

– Ну вот видите, господин Фокс, а вы сомневались. А так мы и новый продукт протестировали и подняли рейтинг ВантарисГрупп в глазах аристократии. И ваш, как наших главных партнеров. Кстати. Я слышал, там какой-то инцидент с графом случился? Все хорошо?

– Да. Вопрос решён. Я поговорил с Катариной. Освобождение системы Дайна – это целиком и полностью заслуга ВантарисГрупп, как надежного союзника Совета внешнего регулирования и Свободной гильдии наемников.

В этот раз собеседник не спешил отвечать. И молчание постепенно затягивалось. Даже слишком затягивалось.

– Из-за вашей ошибки, Реджи, Новара убежал. Всего один клон обвел вокруг пальца такого опытного человека, как вы. Поэтому, я спрошу еще раз, Реджи. Вы уверены, что отпускать госпожу Лонг было правильным решением?

Взгляд. Глаза старика изменились. Из спокойных и расслабленных они стали напоминать ледяные осколки.

– А мне перед тобой отчитаться? – Тон был настолько мягок и дружелюбен, что не вязался с произнесенными словами. – Или извиниться?

– Господин Фокс, вы не так меня поняли. Партнеры должны…

– Знаешь, что такое партнерство? – И снова этот мягкий тон. – Это когда целятся в меня, а голову разрывает тебе. Подумай на досуге.

И палец старика опустился на панель, обрывая связь.

Глава 24

Глава 24

– Слышишь?

– Не слышу.

– Вот именно.

Рида посмотрела на довольную кислородную маску своего шефа и промолчала. Молох наслаждался тишиной. Ну как, тишиной… они вообще-то в доке базы Эхенлихт стояли, так что «тишина» тут была относительная. Особенно после начатой ревизии судов. Конфликт завершился, террористы уничтожены и пришло время возвращаться к обычной жизни фронтира. С чистой совестью, холодным носом и наградой от благодарной аристократии. Кстати, о ней:

– Молох, нас обоих позвал граф?

– Да. Там ещё Катарина с сестрой будут. Я так понимаю, пришло время получать плюшки за прекрасно выполненную работу. Еще никогда тень праведного запоя не была настолько близка.

– Согласна. Может тогда пойдем уже, тут осталось полчаса всего?

– Пошли.

Встреча должна была пройти в личном крыле графа. Только не в рабочем кабинете, а в зале совещаний.

– Как-то слишком людно, чтобы поблагодарить парочку наёмников и выдать им честно заработанную денюшку.

Молоха можно понять. Привычная охрана из солдат графа, была лишь малой частью приглашенных, находившихся сейчас в отсеке. И если кроме них присутствовали знакомые люди, вроде генерала Грифина, то некоторых личностей в дорогих пиджаках приходилось видеть впервые.

– А это еще кто? – Рида тоже заметила этих ребят. Они выделялись, как безалкогольное пиво на дне рождения автомеханика. Такие же несуразные внутри, но красивые снаружи.

– Судя по «униформе», – Молох не то, что шептать, даже прятаться не стал. Просто ткнул пальцем в их сторону. – Это корпоративники. Я так понимаю, представители конгломерата заскочили на огонек.

Эти двое упорно делали вид, что не замечают мимики наемника, разговаривая о чем-то своем. Так продолжалось ровно до момента, пока в помещение не вошел граф. Граф Рейн Эхенлихт. Рядом шли обе сестры Лонг с каменными лицами. Хотя их показательное спокойствие казалось таковым для непричастных. А вот знавшие обеих сестер люди, прекрасно понимали, что Катарина и Карина Лонг сейчас просто пиздец какие злые.

Стоило графу сесть за стол совещаний, как остальные приглашенные так же заняли свои места. Молох с Ридой тоже хотели, но их остановил голос Рейна:

– Наёмники Молох и Морган. Постойте пока. Давайте тогда с них и начнем? – Вопрос предназначался директору Лонг и девушка просто молча кивнула. – Хорошо.

Граф ненадолго отвлекся, внося команды на небольшой панели управления, вмонтированной прямо в стол. Широкий монитор за его спиной включился, пестрея фотографиями недавнего сражения. Фотографиями, на которых фигурировали оба корабля наёмников. Закончив с предварительными настройками, Рейн продолжил:

– По запросу Совета внешнего регулирования, спасательная операция проводилась силами конгломерата Вантарис и курировалась непосредственно управляющими Свободной гильдией наёмников. Гильдия обеспечивала внешний контроль и разработку наиболее безопасного плана по уничтожению террористической ячейки в системах Эйхе, Дайна и Валория. По всеобщему согласованию, исполнителями выступили силы конгломерата Вантарис. Вы, капитан Молох, самовольно вмешались в спасательную операцию, подвергнув риску жизни аристократии и простых жителей этих систем.

– М… – Молох постучал по кислородному фильтру. – Кажется, сломался. Как-то пованивать начинает.

– Я не закончил, наёмник. Вы использовали методы настолько рискованные, что стоило бы судить вас вместе с этими террористами!

Долгая пауза долженствовала придать словам веса. Но в разговоре с Молохом нельзя давать ему возможность вставить свои «пять копеек».

– В целом, атмосферку я уловил. Но чисто хохмы ради, а давайте я скажу в свое оправдание, что мои действия согласовывались с Советом внешнего регулирования и Свободной гильдией. Мне просто интересно, под каким предлогом это будет проигнорировано.

– Наёмник! – Ого, граф даже встал со своего места. – Вы не в том положении, чтобы язвить. Управление Совета не имеет ни одного протокола согласований. Вы действовали поспешно, не получив их одобрения. Касательно же Свободной гильдии, то нарушения еще более очевидны. Согласно регламента, вы должны были действовать в пределах полученного задания. Выданная братом, без моего разрешения, миссия не включает в себя боевые действия на территории соседних систем. Это напрямую противоречит кодексу новой аристократии, уважающему мирные и добрососедские отношения среди руководителей смежных систем. Прямой факт нарушения.

Когда Рейн закончил говорить, по залу поползли шепотки. Очень недовольные шепотки. Многим не понравилось, что они услышали и обвиняли люди далеко не Молоха. Последний оставался спокоен, более того, Рида была уверена, что он сейчас улыбался. И девушка молила всех богов, чтобы её шеф не сделал так, что им придется прорываться к докам, возможно с боем.

– Вот как… Если опустить этот словесно-бюрократический энурез, интересно, что скажут представители Совета и гильдии? Мне бы очень хотелось услышать.

Тут и дураку было ясно, кому адресован этот вопрос. Первой заговорила Карина Лонг. Девушка смотрела не моргая, куда-то в лоб Молоху. Он даже покачался на месте, но взгляд исполнителя Совета остался направлен в ту же точку. Так нервничает?

– Я получила предписание от своего непосредственного начальника. Слова графа полностью отражают точку зрения Совета, относительно этого вопроса. Вы действовали поспешно, не утвердив план полностью, из-за чего он имел слишком много рискованных элементов, с которыми Совет абсолютно не согласен. Признавая все вышесказанное, Совет требует от Свободной гильдии провести внутреннее расследование.

Карина замолчала. Без паузы и времени на «фирменные» комментарии от Молоха, вслед за сестрой сразу же высказалась директор Лонг:

– Директорат гильдии, опираясь на предоставленные конгломератом Вантарис записи проведенной операции, счел действия наёмника Молоха превышающими рамки выполняемой миссии. В связи с этим, директорат Свободной гильдии определил необходимую меру наказания.

– ПОДОЖДИТЕ! КАК ЭТО ПОНИМАТЬ⁈ ОПРЕДЕЛИЛ⁈

Оп-па… А кто это такой недовольный? Надо же, один из «корпоративных пиджаков» подал голос. Да еще и громко так. Бедный, кажется, не привык, когда что-то идёт не по его плану.

– Этот наёмник помешал работе оперативной группы конгломерата Вантарис. На нас была вся ответственность за проведение операции, значит мы должны провести расследование, изъять все записи его корабельного искина, записи доспехов. Проверить всё и вынести вердикт.

– Не должны. – Вот оно. То, чего так ждал Молох. Катарина Лонг всего на мгновенье расслабилась, и он увидел, с какой радостью она отвечает корпоративнику. Всего на миг и снова на лицо девушки вернулась маска безразличия. Но, этого было достаточно для… определенных выводов. – Нерушимое право Свободной гильдии наёмников – лично проводить расследования нарушений ее членов. Тем более, мы получили резолюцию от Совета о проведении внутреннего расследования. Нарушения были выявлены, вся отчетность находится в открытом доступе. Поскольку всё было проведено согласно букве закона, конгломерат Вантарис не имеет права вмешиваться в решение гильдии.

– Но мы не согласны!

– Тогда воды попейте, может легче станет. У вас нет полномочий быть несогласными. Вопрос закрыт. Что же относительно вас, наёмник золотого ранга Молох, то гильдия удержит выплату за эту миссию в качестве штрафа и запрещает брать задания в центральных системах. Если не умеете вести дела с приличными людьми, то отправляйтесь на фронтир, где вам и место.

– Мы закончили? – Вот же. Рида уже и позабыла… Позабыла, как может пугать немногословный Молох. Человек, перебивший целый лагерь пиратов при их первой встрече.

– Да.

– Понятно.

Молох развернулся и пошел к выходу. Больше ни слова не сказал. Морган хотела было поговорить с Катариной, но сама того не понимая, так же повернулась и не сказав ни слова, вышла следом за своим шефом. В последний момент ей так захотелось и это выглядело правильным. Оба капитана наёмников покинули зал совещаний.

– Что ж, раз с «текучкой» закончили, то можем обсудить действительно важные вещи, – Рейн Эхенлихт беззаботно улыбнулся. – Генерал, я уже распорядился о закупке партии вина и деликатесов. Всё же окончание такого приключения стоит отметить. Проверьте, чтобы транспортник с продуктами дошел без проблем и осмотрите ваших ребят. Будет присутствовать аристократия соседних систем, поэтому моя охрана должна выглядеть достойно.

– Я… Понял вас, граф.

– Хорошо, вечером зайдете, отчитаетесь лично. А теперь к другим вопросам…

* * *

Бутылка коньяка разлетелась мелкими осколками. Вполне предсказуемый результат, когда ты кидаешь её в стену. Недопитое содержимое медленно стекало вниз, а небольшой дрон-уборщик уже начал собирать осколки. Еще бы ему не начать, ведь дрон отсюда не успел уехать еще с предыдущей бутылки. Правда в тот раз, было недопитое вино. Ну, раз идем на повышение градуса, значит все нормально.

Уважаемый граф, Рейн Эхенлихт, задумчиво переводил взгляд с бара на мокрую стену и обратно, на ряд еще нетронутых бутылок. В голове была простая мысль – дорогой алкоголь должен приносить удовольствие. Но запущенный в стену, он приносит ещё больше удовольствия, чем выпитый. Так плохо ли это, если ему становится легче?

– Даже и не знаю, хвалить тебя или отругать, – голос, прозвучавший за спиной, был настоящей неожиданностью. Рейн настолько погрузился в свои мысли, что не услышал, как дверь открылась. Закрытая ранее и единственным человеком, который имел к ней ключ, кроме него был:

– Здравствуй, брат. Можешь меня поздравить, я сегодня был редкостным мудаком. Просто отменным моральным уродом. Колированным кретином.

– Так и есть. Ты был всем этим, – Вульф Эхенлихт подошел к младшему брату и обнял его. – И я невероятно горжусь тобой. Ты пожертвовал гордостью ради кое-чего куда более важного. Ради Эйхе, ради семьи и ради близких друзей – плевать на лицо, плевать на положение и чужое мнение. Ты все сделал правильно.

– Мне так хреново. И еще хреновей от мысли, что тебе приходилось так поступать постоянно. А ведь я ещё и презирал тебя за это. Я… я виноват перед тобой, брат.

Их разговор прервал генерал Грифин. Он тихонько вошел и произнес всего два слова:

– Всё готово.

Вульф ничего не ответил, только ещё раз обнял брата.

– Я пришёл попрощаться. Когда вернусь не знаю. Так что, ты уж постарайся тут. Если нужна будет помощь, обращайся к Карине Лонг. Надеюсь, граф Эхенлихт будет управлять системой так, чтобы мне не пришлось кидать бутылки в стену своей каюты.

– Не придётся.

– Вот и отлично. Тогда мне пора, – выходя, Вульф похлопал по плечу генерала Грифина. – Кажется, наш паренёк стал чуточку взрослей, Норс. Вы уж присмотрите за ним.

– Обязательно, граф Эхенлихт. Обещаю.

Вот же. Всего пара слов. Да и не в словах дело. Взгляд, интонация. Рейн никогда не видел, чтобы старый генерал проявлял к нему настолько явное уважение.

Пока младший Эхенлихт остался размышлять в своей каюте, старший уже двигался к докам в сопровождении генерала Грифина. Расположение патрулей и камер было таким, что весь их маршрут «неожиданно» оказался в серой, непросматриваемой зоне. И даже внутри доков было непривычно тихо. Никого. Только ожидавший их человек на трапе неприметного крейсера, весьма «удачно» закрытого торговым транспортником.

– Последняя возможность передумать, Морис.

– Нет, граф, точнее капитан Эхенлихт. Я своего решения не меняю.

Здоровяк отошёл, пропуская графа на борт.

– Я проверю, чтобы диспетчер ничего не… не забыл забыть, – махнул им на прощание генерал и пошел к выходу. – Удачи.

На долгие прощания времени не было. Вульф поднялся на борт. Рядом остановился Морис. Люк корабля закрывался, попутно складывая трап.

– Я буду готовить корабль к вылету. Жду вас на мостике… и вас тоже.

Последние слова Мориса были адресованы стоявшей в стороне фигуре. Человек, в полной форме охранника станции, в закрытом шлеме и лазерной винтовкой на плече.

– А вам идет форма, директор Лонг.

Визор щелкнул, отъезжая вверх. Даже не снимая шлем полностью, можно было легко узнать госпожу Катарину.

– Получилось?

– Да. Никто и никогда не узнает, когда и как директор Лонг покинула систему. Дальше мы с Морисом разделимся. Пересядем на Золотую Валькирию и пройдем оставшийся пусть в маскировке. Движемся, как договаривались?

– Ага. Летим сосать прощения.

– Катарина, вы же понимаете, что он чисто из эстетического удовольствия все равно поглумится над нашими трупами? Даже после нашего предложения.

– Без этого никак. Но Молох поймёт. Всё равно других вариантов ни у нас, ни у него не будет.