Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Евтушенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

– Если вы начнёте что?..

Но она не ответила, вместо этого закрыв глаза и протянув ладони по направлению к солнцу. Первые несколько секунд ничего не происходило, затем вокруг вдруг стало немного светлее, хотя казалось – куда уж больше в безоблачный день? Леди Мелинда фон Аурингер словно впитывала в себя солнце, сама становясь источником сияния – а вдобавок и ощутимого жара! Спустя минуту на неё было больно смотреть, хотя Илюха справлялся – и в его взгляде читался неприкрытый восторг.

– Вы готовы? – спросила наконец хозяйка Полудня, обернувшись на нас.

Её глаза ослепляли, волосы будто были сотканы из жидкого пламени! Мы с Илюхой лишь молча кивнули. Мелинда радостно улыбнулась – впервые за всё время нашего знакомства, и шагнула во мрак коридора, обращая его в светлый день.

Спуск к сердцу нашёлся спустя четыре поворота, а не два – даже прочищенная память не давала стопроцентного результата. Сияние Мелинды не только освещало путь, но и выжигало всю скверну на стенах, заставляло единичные экземпляры нежити затормозить, пока Штернклин быстро заканчивал работу. Проблема заключалась лишь в боковых коридорах и ответвлениях, которых на этом участке оказалось многовато. Многие были завалены, но из других отчётливо тянуло смрадом разложения. Мы с Илюхой оставались начеку, и Райнигун испепелял самых наглых мертвяков на подходе.

Спуск к сердцу в самом деле был открыт – в том смысле, что на нём не стояла непреодолимая магическая печать. Зато потолок тут благополучно обрушился, сделав немедленный спуск невозможной задачей. Мы застыли посреди небольшого круглого зала, на котором сходилось три разных прохода. Масштаб катастрофы… терпимый, но явно требует не меньше часа тяжёлого физического труда.

– Илюх, я вынимаю обломки, ты закладываешь ими коридор по левую руку, – скомандовал я, спрыгивая на заваленную винтовую лестницу. – Мелинда, на вас охрана двух других.

Первые полчаса всё шло по плану. Зомби шли косяком, но сияние и рапира Мелинды обрывали их не-жизнь настолько быстро, что мы едва успевали обратить на это внимание. Но затем, видимо, орда включила то, что заменяло ей рассудок и сообразила – живые находятся на её территории, и остаются живыми чересчур долго. А значит, пора это исправить.

Новый натиск мертвецов предварял низкий нарастающий гул – и волна нестерпимой вони.

Илюха хорошо постарался над левым коридором, так что баррикада из обломков кое-как выдержала первый удар. Второй, увы, разметал обломки плит как песчинки, а в открывшийся пролом потянулись изуродованные руки модифицированной нежити. Я вылетел из наполовину расчищенной лестницы, встречая чудовищ шквальным огнём из револьвера, но те уже успели рассредоточиться по залу. Мой друг встал спиной к спине с Мелиндой, которая яростно шинковала напирающих тварей из других двух проходов. Её свет постепенно угасал, то ли от времени, то ли от количества нежити – и я не мог уточнить, насколько ещё хватит «заряда».

Серебряные пули испепеляли тварей пачками, но глаз на затылке у меня всё же не было. Замешался на миг – и вот уже мощный удар в спину заставил меня пролететь метр вперёд, прервать огонь. Я кувыркнулся, поднимаясь и разворачиваясь – только для того, чтобы увидеть, как толкнувший меня кадавр оседает на пол с огромной расползающейся дырой в груди.

БАБАХ!!

Грохот выстрела, громче Райнигуна, за ним – характерный звук перезарядки боевого дробовика. Из мрака коридора послышались знакомые тяжёлые шаги, а в следующий миг на свет вышла сама Адель. Её артефактная «трёхлинейка» висела за спиной, а в руках она сжимала дробовик Илюхи, с патронами, зачарованными на широкий спектр поражения нечисти.

– Я вовре-мя?

Глава третья

Громадная дверь, окованная сталью, совершенно не хотела никуда двигаться. Её логика была вполне понятна – три тысячи лет она простояла открытой и фактически вросла в пол. Справедливости ради, за столь долгий срок без надёжного ухода что дерево, что металл давно должны были развалиться в труху, но вечные замки, даже мёртвые, не торопились сливаться с землёй. А может, это Заря всё никак не хотела отпускать погибшего брата, и отдавала часть своих сил на поддержание уцелевших коридоров, лестниц и дверей? Барьер Покрова вокруг руин Рассвета точно возводила она.

Поморщившись, я приложил чуть больше сил – и древние петли натужно заскрипели, стряхивая густой налёт ржавчины. Впервые за тридцать веков дверь встала на место, бесконечно удивлённая этим фактом. Возможно, она утешала себя мыслью, что даже с могуществом Авалона я не смогу просунуть ключ в давно заросшую замочную скважину, чтобы закрыть замок. Но следом на стальную обшивку опустилась узкая женская рука, и в воздухе прогремели слова:

– Печать. Именем Полудня!

Теперь дверь заперта так, что её не выломают все мертвецы Рассвета, хоть взятые по отдельности, хоть сплавленные воедино. Обходной дороги им тоже не найти – спуск к сердцу в каждом вечном замке был лишь один, открывался раз в неопределённое время и требовал нечеловеческих усилий для преодоления.

В каждом живом замке, понятное дело. Наш расчёт был на то, что отряд Артура тщательно расчистил дорогу, а проклятые мертвецы не успели массово забраться следом. Можно было выдохнуть, устроить небольшой привал и поговорить о насущных вопросах.

– Ты опять попытал-ся. Сбежать.

В мелодичном голосе Адель прозвучали суровые нотки, и я еле сдержал улыбку.

– Я не специально. Честно.

– Про-пал. Искала вез-де, обошла дом. Ули-цу. Вернулась ту-да, откуда нача-ли.

– В мою квартиру?

– Да.

Земля оказалась для Адель куда меньшим испытанием, чем я боялся. Никто и не подумал, что беловолосая девушка со слегка странной походкой и речью – автоматон из другого мира, поскольку по уровню интеллекта и самосознанию она далеко опережала даже самых современных роботов. По словам Адель, только раз её чересчур настойчиво куда-то приглашала подвыпившая компания, но для отказа хватило одной вывернутой руки и двух сломанных пальцев. В остальном леди-автоматон курсировала между двумя квартирами, моей и Ильи, без малейших проблем, как на ногах, так и на общественном транспорте.

Заряда самозаводящегося ключа без возвращения в Полночь спокойно хватало на пару месяцев – так что за неожиданное выключение можно было не беспокоиться.

– Изуча-ла вопрос. Иска-ла ответы.

– В книгах?

– В книгах. Вырезках. Компьюте-рах.

– Ты залезла в мой комп? – спросил Илюха, скорее удивлённо, чем возмущённо. – Там же пароль!

– Один. Ноль. Один. Один. Это не па-роль. – прохладно отозвалась Адель.

Мелинда не зря упоминала, что Адель была «легендарного качества». Она схватывала не то что на лету, со скоростью мысли! Я один-единственный раз включал при ней свой комп, в двух словах объяснил, что и как, но эта технология должна была выглядеть как чистейшая магия. И всё же, этого хватило, чтобы моя механическая спутница нашла и внимательно изучила все открытые файлы Илюхи, в том числе все отсканированные и перепечатанные материалы о Заре, сохранённые в цифровом виде.

Проанализировав информацию, Адель быстро выдвинула несколько рабочих теорий, почему я мог исчезнуть среди бела дня, не предупредив её и не оставив следов. Часть проверила на месте, часть безжалостно отмела – и тут же выдвинула новые. И так до тех пор, пока через четверо суток ловушка Зари не стриггерилась на неё, без переходных форм выкинув в уже привычные нам руины. Чтобы найти расчищенный участок на развалинах Рассвета с вершины башни и добраться до нас Адель потребовалось не больше пары часов.

– Так как ты заставила ловушку сработать?

– Я наде-ла одежду леди Мелин-ды. Сработала проверка. На остаточ-ную ауру.

– Илья, напомни, чтобы я больше не держала у тебя своих вещей, – вздохнула Мелинда. – И неужели мне нужно предупреждать тебя о цифровой безопасности?

– От удалённого доступа у меня защита непробиваемая, – проворчал Илюха. – Да и на компе я обычно всё закрываю, если меня не выдёргивают в другой мир посреди работы.

– Я принес-ла ружьё. – скромно напомнила Адель.

– Вот за это – огромное спасибо!

Патроны к дробовику, равно как и ту самую запасную одежду Мелинды, Адель притащила в туго набитом рюкзаке. Там же нашлись наборы ИРП, вода, медикаменты – она позаботилась практически обо всём, не делая скидок на сверхъестественные силы хозяев. Мы тут в самом деле могли умирать от голода и жажды, если бы всё сложилось немного менее удачно. Часть припасов уже хранилась в квартире Илюхи, часть Адель спокойно купила самостоятельно. Меньше года назад весь её мир состоял из мастерской Полуночи и окрестностей, а сегодня она без больших проблем оперировала в незнакомом городе, который работал по совершенно иным правилам.

Единственное, что меня беспокоило – почему она оперировала в гордом одиночестве.

– Сколько прошло времени с моего исчезновения? Четыре дня?

– Да. С неболь-шим.

– И Кас не пришла нас искать?

– Нет.

– Лита не выходила на связь? Может, Зури?

– Нет. Я жда-ла у тебя, но. Ник-то не связался.

Несмотря на то, что в подземельях Рассвета было весьма тепло, я почувствовал, как холодею. Перед визитом на Землю я сообщил Лите через астральную проекцию о ближайших планах, и та, естественно, должна была передать информацию Кас. Первые сутки в Полуночи могли не волноваться, но на вторые уже должны были возникнуть подозрения. Кас бы сразу отправилась на Землю, чтобы проверить, не нужна ли помощь – и скооперировалась бы с Адель. Раз этого не произошло, следовало взвесить варианты объяснения – один хуже другого.

– Что-то случилось с Кас, – пробормотал я. – Или же что-то случилось с Полуночью. Они только и ждали, пока я в очередной раз уйду, чтобы нанести удар. Или подослать двойника. Или…

– Виктор, – сказала Мелинда, прерывая мою нарастающую панику. – Сигнал через дальний зов. Если сосредоточитесь, сможете достучаться до души своего замка.

– Да… да, я знаю.

Спустя пару минут молчаливой концентрации пришёл ответ – Полночь была жива, хотя чем-то встревожена. Может, моим исчезновением, а может и чем похуже – на данный момент оставалось лишь гадать. Худшего пока не случилось, хотя неизвестно, сколько времени оставалось в запасе.

– Чем быстрее мы отсюда свалим, тем быстрее узнаем, – сказал Илюха. – Нам, по сути, только спуститься.

В голове промелькнули картины моего собственного похода к сердцу – и я внутренне содрогнулся. Но Рассвет был мёртв, а значит, не мог доставить проблем, верно?

Несмотря на прочищающее память заклятье, этот кусок пути из воспоминаний Мордреда я не мог бы объяснить словами. Тут уже проблема была не с моей стороны, а дальше, глубже, в голове моего авалонского союзника. Он спускался к сердцу Рассвета, отчаянно сопротивляясь давлению могучей иллюзорной магии, а это не способствует чёткости мыслей, скорее совсем наоборот!

Оставалось обращаться к собственному опыту.

Первым испытанием по дороге к сердцу Полуночи был бесконечный спуск с нарастающим сопротивлением от бесконечно же возрождающихся каменных големов разных видов и форм. В Рассвете мы тоже спускались, но лестница расположилась не на стенах огромного каменного колодца, а просто висела посреди пустого пространства. Вокруг – не темнота, а та самая необъяснимая дымка, изрядно мешающая ориентироваться. Лестница длилась и длилась, пока не уткнулась в небольшую каменную площадку. Дальше потребовалось пересечь узкий – двум не разминуться – мост без перил, и снова спускаться в неизвестность. Благо хоть на нас никто не нападал.

Теоретически, рыцари-великаны с Артуром во главе когда-то прошли этой же дорогой. Как им это удалось на практике – понятия не имею, хоть убей.

– Вы добирались до сердца Полуночи полным путём? – вдруг спросила Мелинда, когда мы пересекли очередной мост-нить.

– А что, есть обходной? – нахмурился я. – Могли бы и рассказать о нём раньше.

– Нет, лишь отдельные срезы по дороге. Можно пропустить часть испытаний. Можно воспользоваться картой в лабиринте.

– Вы же мне половину и подкинули – за что, кстати, большое спасибо.

– Не за что. Один из моих давних предшественников, одержимый идеей поставить Полночь на службу Полудню, добыл её и хранил как великое сокровище. Стоит ли говорить, что за пятьсот лет она ни разу не пригодилась?

– В таком случае, можно сказать, что я немного срезал.

– Я помога-ла.

Умница моя. Итого Адель участвовала уже в двух походах к сердцам вечных замков – пусть этот нельзя считать за полноценный.

– Удалось устранить причину болезни?

– К счастью, да.

Я замешкался, размышляя, стоит ли сообщать подробности. Мелинда дала клятву о союзе, и явно планировала её держать, но история с Затмением относилась к разряду наиболее личных для моего замка. Неразгаданная тайна возрастом почти в тысячу лет, удар чёрным клинком, почти перерубившим связь Полуночи с изначальным источником энергии… Здесь могло быть замешано предательство, интриги, подковёрные игры хозяев многовековой давности. И в том числе – участие Полудня.

Это сегодня мы с леди Мелиндой плыли в одной лодке, а тогда она отдала мне карту с ультиматумом уничтожить Полночь. В случае отказа – война, и, если бы Закат не начал свой геноцид миров, не исключено, что Полдень и Полночь вновь бы столкнулись лбами. С непредсказуемым результатом.

– Испытания вечных замков всегда строятся по одним и тем же принципам, – сказала Мелинда, как будто не обратив внимания на моё замешательство. – Сражения, проверка разума и воли, жертва. Я лично проверяла эту теорию, когда шла к сердцу Полудня и читала множество отчётов об аналогичных походах в других замках. Сумрак, Закат, Полночь – везде одно и то же. Различается исполнение, но принципы едины.

– Вы спускались к сердцу Полудня?

– Вопреки расхожим убеждениям, такая опция доступна не только «законным» хозяевам. Важно быть со своим замком на одной волне, либо обладать непоколебимой волей. Третий вариант – навязать свою волю бездной магической силы… что и произошло когда-то в этих стенах. Вы провели блестящее расследование, Виктор.

– Жаль, что толку от него пока чуть, – мрачно сказал я. – Мы застряли, а Конрад продолжает действовать.

– Предупреждены, а значит – вооружены, – подал из-за спины голос Илюха. – И вообще, не парься, если мы отсюда выберемся, то только благодаря твоей наводке.

Ключевое слово, разумеется, «если».

Лестницы и мосты вдруг оборвались, кончились посередине пустоты, и моя первая мысль была – ну всё, приехали. Но Мелинда прислушалась к чему-то, сделала пару пассов левой рукой и быстро шагнула с последней каменной площадки в сторону. Я прямо-таки почувствовал, как вздрогнул за спиной Илюха, но хозяйка Полудня не отправилась лететь камнем вниз, а растворилась в окружающей нас дымке. Через секунду раздался её уверенный голос:

– Здесь дверь. Видите?

Мы с Илюхой почти хором ответили, что не видим решительно нихрена, но Мелинду вдруг поддержала Адель.

– Я ви-жу. За мной.

Крепко ухваченный её стальной рукой, я не менее крепко схватил за руку Илюху, и вскоре мы втроём вывалились в… огромную груду опавших листьев. Мы всё ещё находились внутри Рассвета, но в этом зале место пола занимала земля, а к потолку тянулись мёртвые стволы деревьев. Ладно дерево и сталь – листья уж точно должны были рассыпаться в труху за считанные месяцы!

Зато о дальнейшей дороге не приходилось беспокоиться – отряд Артура прошёлся здесь подобно группе бульдозеров, ломая и выкорчёвывая всю растительность по дороге. Нам оставалось только следовать по просеке.

– И что здесь было? – хмуро спросил Илюха. – Сражение? Деревья превращались в энтов и нападали со всех сторон?

– В Полуночи сражение шло первым. Я думал, здесь тоже, просто стражи все остались на дне пропасти.

– В Полудне порядок был такой, – сказала Мелинда. – Испытание разумом, испытание битвой, испытание жертвой. Но в Сумраке они идут иначе, равно как и в Закате. Об испытаниях Рассвета мы можем лишь гадать.

Чем дальше мы заходили, тем выше становились деревья, стволы почти смыкались друг с другом, угрожающе нависали над головой. Но просека, оставленная авалонцами, не заросла. Возможно, благодаря подпитке Зари, в этом месте сохранялась толика магической силы, но её явно не хватало, чтобы восстановить разрушенное. Странный подземный лес длился и длился, но наконец кончился – дырой в полу со рваными краями, куда спускались засохшие корни деревьев. Илюха взвесил на ладони камень средних размеров и бросил его в темноту.

ПЛЕСК.

– Ну как, – со вздохом спросил мой друг. – Все готовы искупаться?

– Я не умею пла-вать.

– Посидишь пока в кармане?

– Да.

– Остальным такой опции не предлагаю, – сказал я, опуская руку. – А заодно и не расскажу, как здесь проплыл Артур сотоварищи в полных доспехах. Спросите чего полегче.

– Может, там мелко. По колено.

– Возможно, там не вода вовсе, – спокойно сказала Мелинда. – Я проверю.

– В вашем арсенале способностей есть смена облика?

– Подобно вашему «Метаморфу»? Пожалуй, нет.

– Тогда в этот раз проверяю я.

Мелинда оказалась права – эта вода была не совсем водой, не-водой и не-воздухом, чем-то вроде очень плотной невесомости, но увы, совершенно не позволяющей дышать. Я удлинил конечности и отрастил перепонки, что немного помогло передвигаться в этой странной среде. В отличие от предыдущих пространств, здесь не было чёткого направления, лишь неприятное чувство погружения в бескрайний мёртвый океан. Какое испытание требовалось преодолеть тысячелетия назад? Принести жертву? Напрячь волю, чтобы вырваться из объятий призрачной воды? Сразиться с неведомыми обитателями глубин?

Запаса воздуха, набранного в лёгкие перед прыжком, хватит надолго – от семи до десяти минут. Я нырнул глубже, ещё глубже, как вдруг понял, что не погружаюсь, а приближаюсь к поверхности. Точнее, к каменному потолку без каких-либо следов той дыры, через которую я сюда попал. Воздуха мне ещё хватало, но на задворках сознания родилась тень страха, ещё от Вика годичной давности. Я с детства боялся утонуть.

Значит, всё-таки воля и разум, да? Даже в погибшем замке третье испытание пыталось навязать свои законы непрошенным посетителям. Но этот страх не шёл ни в какое сравнение с ужасом потерять мой родной замок. Полуночи грозила опасность, а единственный путь домой лежал через эту несчастную мёртвую воду. И ни она, ни Заря, ни кто-либо другой меня не остановят.

Словно отзываясь на мои мысли, из ниоткуда возникло лёгкое течение, мешающее оставаться на месте. Было лишь два варианта – бороться с ним, либо поддаться, и оба могли оказаться верны. Воздуха осталось минуты на три, так что пока что я решил не сопротивляться – резко всплыть и расколотить потолок я успею и за минуту. Течение усилилось, и вот уже бескрайний океан сузился до размера подземной реки, подобной той, что протекала и сквозь Полночь. Не прошло и двух минут, как поток выбросил меня куда-то на берег, на привычный каменный пол, а затем растворился без остатка.

Не успел я подумать, что надо как-то подать знак Илюхе и Мелинде, как они буквально выпали из ниоткуда рядом со мной, тяжело и шумно дыша.

– Я… просветила пространство… чтобы мы могли за вами наблюдать, – пояснила Мелинда, восстанавливая дыхание.

– Со стороны это выглядело, что ты плавал туда-сюда, – добавил Илюха. – А потом вдруг застыл с таким лицом, будто собрался лично навешать люлей и воде, и камням, и всему, что под руку попадётся. Даже мне не по себе стало. Как тебя потащило – мы следом прыгнули.

Наверное, надо добавить в своё резюме пункт «напугал воду». Или даже в титулы, красивее будет.

Бесконечный лабиринт со стражами-конструктами обещал стать главным приключением дня, тем более что карты у нас с собой не было. Но всё оказалось чуть ли не проще, чем в мёртвом лесу двумя «этажами» выше – рыцари Авалона оставили за собой слишком заметный след. Стражи не просто были повержены, их разбили на тысячи обломков, которые густо усеивали путь вперёд. Этот участок в памяти Мордреда характеризовался нарастающими аномалиями пространства, галлюцинациями, искажением реальности. Если в Полуночи нужно было следовать за замедлением времени, вплоть до его полной остановки, то здесь основным ориентиром были могучие иллюзии.

Были когда-то. Сейчас мы просто шли сквозь руины вереницы комнат по следам разрушения.

– Это мес-то, – тихонько сказала Адель. – Оно не хочет быть. Мер-тво.

Я всю дорогу чувствовал примерно то же. Только вот до сих пор никто не придумал способа возвращения уничтоженных вечных замков к жизни.

Вход в сердце Полуночи предваряло долгое падение, а само оно существовало на грани реальности и вымысла. Возможно, когда-то это было верно и для Рассвета, но сейчас мы просто шагнули в зал средних размеров, где одну из стен полностью занимала мёртвая силовая жила. Когда-то здесь произошёл локальный конец света, произошёл дважды – после гибели вечного замка и смерти одного из двойников. Кажется, что после такого как минимум должен был рухнуть потолок, но нет – место выглядело практически неповреждённым. Не считая, конечно, доказательства смерти Рассвета на стене.

Я обернулся в поисках дальнейшего прохода, который бы позволил нам попасть к сердцу Зари – ничего. Коридор, откуда мы пришли, печальные стены из белого камня да гнетущая тишина.

– Потайной ход? – предположил Илюха, и тут же вынужден был понизить голос, раскатившийся эхом по залу.

– Я могу поис-кать.

– Или же нам вообще надо вернуться в лабиринт и свернуть на другом повороте, – предположил я.

– Нет. – медленно сказала Мелинда, и мы дружно повернулись к ней.

Хозяйка Полудня и наследница Зари застыла перед перерубленной силовой жилой, закрыв глаза. Её грудь размеренно вздымалась и опускалась в такт глубокому дыханию.

– Мы уже на месте. Чувствуете… запах?

Если бы она не сказала – не почувствовал бы. Но действительно, в застоявшемся воздухе глубокого подземелья трепетал едва уловимый цветочный аромат, одновременно знакомый и неизвестный. Как только он стал заметен, зал вокруг начал меняться – из пола вырастали и тянулись ввысь полупрозрачные колонны, на полу и стенах расцвели узоры, картины, гобелены. Призрачные канделябры с десятками свечей каждый ярко вспыхнули под потолком.

А на стене с уничтоженной жилой Рассвета медленно проявилась другая жила, тонкая и почти незаметная, но всё ещё живая. Перед ней, спиной к нам, в паре шагов от Мелинды, стояла девушка лет двадцати, с длинными русыми волосами, одетая в простое льняное платье. Её голова и руки были украшены венками и браслетами из полевых цветов, источающих тот самый аромат.

Вечный замок Заря наконец-то дождалась своих пойманных гостей.