Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 8 (СИ)"

Автор книги: Сергей Евтушенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Моей отрубленной голове не хватает авторитета, – с изрядной неохотой признал Мерлин. – Вербальный аспект безошибочен, но слова силы не действуют, даже столь простые. Если бы ты проявил долю компетенции и нашёл хотя бы одну мою руку…

– Я пытался найти руку! – рявкнул я. – А вместо неё почему-то попалась безмозглая башка!!

Соседняя гаргулья вдруг дёрнулась так резко, что Мордред чуть не сорвался в пропасть, но Анна была наготове. Усталость сказывалась на всех нас – даже технически мёртвых.

– Нет смысла обвинять друг друга, – неожиданно примиряюще сказал Мерлин. – Попробуй ту же формулу, постарайся повторить интонации.

Первым моим порывом было заорать, что я даже слова не запомнил, но тут же стало ясно – это неправда. Запомнил, с нужной интонацией, и даже переводить было не обязательно. Буг’аз то мийнум виллан, т.е. «Преклонитесь пред моей волей», в самом деле очень просто. Только вот авторитет фигуры, произносящей слова силы, куда важнее заложенного смысла. Они правильно прозвучат в устах императора, верховного мага, либо одного из членов совета… или же хозяина вечного замка.

– BUGAÐ TŌ MĪNUM WILLAN!!

Бесконечно долгий миг всё оставалось по-прежнему – напряжение, раскалённый воздух, каменные чудовища, отчаянно пытающиеся вырваться и растерзать нас на куски. Но эхо слов силы прокатилось по округе, в итоге вернувшись назад – и вдруг воцарилась тишина. Прекрасная, непередаваемая тишина, нарушаемая лишь моим тяжёлым дыханием, да далёким завыванием ветра. Гаргульи утихли, но не заснули.

Я выждал ещё пару секунд, отпустил уродливую башку и отступил на шаг. Четыре пары выпученных каменных глаз пристально следили за мной, более не предпринимая ни малейших попыток вырваться. Благодаря Мерлину у нас в самом деле появился подходящий транспорт, чтобы добраться до замка Морганы – но на этот раз я не торопился высказывать даже формальное «спасибо». Столь паршивый расчёт мог запросто привести к катастрофе. Вместо этого я спросил:

– Как приказать им отвести нас в Карн Морриан?

– Для этого не нужны слова силы. Они знают свою функцию и знают дорогу.

Если прикинуть по размерам, на Мордреда понадобится ровно одна гаргулья. Остальному же отряду… предстоит исключительно весёлое путешествие.

Глава третья

Если кому-нибудь однажды придёт в голову, что полёт вчетвером на одну гаргулью – это отличная идея, я буду вынужден его разочаровать. Кас какое-то время летела рядом в форме баньши, но спустя пятнадцать минут сдалась и устало повисла на изгибе одной из каменных рук, рядом с Анной. На другой мешком висел я, Бенедикт болтался снизу, ухваченный когтями нижних конечностей. Вторая гаргулья тащила Мордреда, а тот в свою очередь нёс ларец с головой и пальцем Мерлина. Похоже, что этот метод транспортировки когда-то был создан исключительно как запасной, и в первую очередь предназначался для переноса рыцарей.

Каменные исполины махали крыльями весьма лениво, явно полагаясь на магию, а не законы физики, но благодаря этому же эффекту держались в воздухе достаточно ровно.

Карн Морриан приближался, и вскоре стало ясно, что неизвестный архитектор прошлого вовсе не пытался скопировать контур Полуночи. Судя по всему, над замком висело наложенное изображение, масштабная иллюзия, сквозь которую там и тут просвечивали оригинальные стены и башни. Если судить по ним, обитель Морриган давно нуждалась в капитальном ремонте. Даже в худшем своём состоянии Полночь выглядела более цельно и опрятно – возможно, отсюда и родилась идея этой загадочной мимикрии.

Мы не слишком долго обсуждали план проникновения – поскольку нам критически недоставало информации. Для стелс-миссии наша группа была чересчур заметна, для атаки напролом могло не хватить сил. Никто, включая Мерлина, не знал, можно ли договориться с Морганой, но одно можно утверждать наверняка – на время дипломатии голову верховного мага стоило оставить в ларце. По его словам, никто из авалонских чародеев, включая Моргану, не мог обнаружить содержимое, пока тот не будет открыт. Это отчасти объясняло, почему даже поисковый амулет Зун’Кай сбоил при поиске «запчастей», но не отвечало на другие вопросы – например, кто засунул голову Мерлина в ларец и поместил в древний банк на нижних уровнях. Некоторым тайнам суждено остаться за семью печатями.

Карн Морриан приближался – тёмная крепость на высокой скале, укутанная покровом иллюзии. Но вблизи вскрылось одно из ключевых различий обители Морриган и настоящей Полуночи. Здесь на стенах стояла бдительная охрана. Со здоровенными луками наготове.

Гаргульи в самом деле знали свою функцию – и резко пошли на снижение, как только засвистели первые стрелы. Но лучники тоже оказались не промах – буквально. Вскоре одно из каменных крыльев летуна, что нёс Мордреда, оказалось пробито насквозь, а стрела по размеру больше напоминала копьё с четырёхгранным наконечником. Не столь важно, что позволяло гаргульям держаться в воздухе – физика или магия, но снаряд в крыле точно мешал. Полёт стал неровным, рваным, и вряд ли бы продлился дольше пары минут. Впрочем, Мордред хладнокровно дождался, пока под ним окажется крепостная стена, высвободился и эффектно приземлился с высоты не менее пяти метров. За ним последовали Бенедикт и Кас, оставив на второй гаргулье лишь нас с Анной. Анна обхватила меня за шею, и я спланировал вместе к отряду, который уже деловито обступали с двух сторон.

Вот тебе и дипломатический подход.

Мордред к этому моменту уже успел скинуть вниз ближайших лучников, и теперь выразительно обнажил свой огромный меч, нацелившись на следующих по стене. Те в свою очередь не торопились стрелять снова, вместо этого отступив за спины прибывшего подкрепления. Все бойцы Карн Морриана выглядели одинаково – кольчужные доспехи, закрытые шлемы, плотная тёмная ткань, скрывающая кожу. Проклятье нежити настигло всех обитателей Авалона, но местная охрана словно стеснялась демонстрировать следы смерти и разложения. Кроме длинных луков, напоминающих классические английские образцы времён Столетней войны, они носили короткие мечи и щиты-баклеры, а подтянувшееся подкрепление ощерилось в нашу сторону длинными копьями.

Ширина крепостной стены не шла ни в какое сравнение со стенами Полуночи, и уж тем более Камелота, но позволяла вполне уверенно сражаться и маневрировать – не меньше пяти-шести метров в длину. Копьеносцы наступали с двух сторон, с явным намерением превратить нас в шашлык на шампуре.

Всего около пятидесяти человек. Неплохо вооружённых, но всё равно – крохи по сравнению с бесконечной ордой нижних уровней. А вот как у них с мозгами – вопрос открытый.

– Кас, представишь меня?

Её не нужно было просить дважды.

– Знайте, что пред вами – лорд Виктор фон Харген! – прогремела баньши, взлетая над крепостной стеной. – Носитель Райнигуна, очищающий и милосердный, властитель бесчисленных земель. Сжигающий древнее зло, владыка драконов, рыцарь вечности! Мы здесь, дабы встретиться с леди Морганой – её желает видеть сам хозяин Полуночи!

Увы, похоже, что мозгов у местной охраны всё-таки не хватало – они восприняли великолепное выступление Кас, как сигнал к атаке. Копейщики синхронно ломанулись вперёд – лишь чтобы оказаться сброшенными вниз потусторонним воплем, а затем их как щепки раскидал идущий на таран Мордред. С противоположной стороны ухмыляющийся Бенедикт играючи отразил прямую атаку, перехватил копьё, и нанизал на него сразу двоих нападающих. Их соседей парализовали чары Анны, заставив стройный натиск обратиться в кучу-малу. Удивительное дело – для меня почти не осталось работы, кроме небольшого прикрытия спин товарищей.

– Прорываемся вперёд, – крикнул я. – К спуску!

Лестница в крепостной двор находилась дальше по стене, и, несмотря на постоянно прибывающие подкрепления, мы продвигались со вполне приличной скоростью. Сопротивление подобного уровня не могло нас толком задержать – разве что число нападающих не возросло бы до тысячи. Если с нами не собираются говорить, надо добраться до подходящего прохода, забаррикадироваться, а затем прикинуть, где искать тело и руку Мерлина. Непрекращающиеся бои за последние сутки изрядно выматывали, но хотя бы они оставались нам по силам.

Стоило признать, что мысли могут сглазить ничуть не хуже, чем слова.

В крепостном дворе нас уже поджидала небольшая армия защитников – порядка ста человек, в довесок к тем, кто всё ещё остался на стене. По нам снова начали стрелять, но без большого энтузиазма – копейщики падали под дружественным огнём, а особо метких лучников прицельно выцепляли Анна и Кас. С другой стороны – среди молчаливых фигур во дворе высились два великана в потрёпанных латных доспехах, вооружённые огромными двуручными мечами. Заметив их, Мордред на секунду застыл на месте.

– Моргана уговорила императора выделить ей охрану из рыцарей? – мрачно предположил я.

– Это невозможно, – неуверенно отозвался он. – Невозможно, даже в столь тёмные времена. Но я узнаю доспехи своих братьев – Ивейна и Клаудина. Братья! ANDSWARIGAÐ, GEBROÐRA!

Но даже в ответ на слова силы братья Мордреда остались столь же немы, сколь и остальные защитники замка. Похоже, мне всё-таки придётся поучаствовать в драке всерьёз, невзирая на изрядную усталость. А кому сейчас легко? Подпитки от лунного света здесь не предвидится, единственными способами восстановления остаётся пища и сон – а до них ещё дожить надо. Хорошо хоть полэкс с собой захватил – лучший средневековый инструмент для вскрытия латных консервных банок!

Сила «Зверя в лунном свете» наполнила меня до краёв, и я встал плечом к плечу с Мордредом, когда мы спустились до уровня внутреннего двора. Авалон постепенно погружался во тьму, что означало новое наступление тварей кошмара, но не похоже, чтобы это волновало гвардию Карн Морриана. Ни фонарей, ни факелов – лишь безмолвная тёмная масса, готовая хлынуть на нас в любой момент. До сих пор мы отбивались на отлично, но при поддержке рыцарей ситуация быстро может стать критической. И это пока в ход не пошла магия хозяйки замка – основная проблема, которой опасался Мерлин. Есть, конечно, шанс, что леди Морганы попросту нет дома…

– Это ещё что такое⁈

Однажды я не буду размышлять в бою о том, что нам ещё повезло – и тем самым не призову очередную угрозу. Однажды – но не сегодня.

– Что здесь происходит⁈ – повторила леди Моргана на повышенных тонах, и её чистый высокий голос резко контрастировал со внешним образом.

Госпожа Карн Морриана появилась между нами и защитниками замка из всполоха теней, меньше всего напоминающего обычный портал. Высокая, невероятно стройная женщина в тёмно-сиреневом платье из тяжёлого бархата и роскошной копной волос цвета воронового крыла. Сперва она показалась мне невероятно, запредельно красивой, но тут же стало ясно, что лицо у неё скрывала реалистичная маска из материала, напоминающего белый фарфор. Губы маски двигались в такт с голосом Морганы, глаза гневно сверкали, но остальное лицо оставалось недвижимым. Застывшим, как и положено фарфору.

– Кто посмел вторгнуться в мои владения⁈ Напасть на моих людей! Поднять страшный шум!! Кому хватило наглости… Погодите… Мордред?..

– Здравствуйте, тётя, – голос Мордреда из-под шлема звучал всё так же глухо, но безупречно вежливо. – Простите, что явился без приглашения.

Кажется, этот его поклон был не таким глубоким, как перед Гвендид и Мерлином. С другой стороны, вопрос будут нас бить или нет, всё ещё оставался на повестке ночи.

– Приглашение? Мой дорогой, о чём ты говоришь⁈ Ты жив, ты вернулся – когда я успела трижды тебя оплакать и четырежды поклясться отомстить! Я думала, ты сгинул в застенках этого ужасного, ужасного места, но сколько ни искала, не могла отыскать твоё тело…

Леди Моргана подошла – или подплыла – поближе, протягивая руки к Мордреду, но словно не решаясь коснуться. Тот нехотя вернул цвайхендер в ножны и стянул шлем, открывая уставшее лицо. Леди в сиреневом ахнула.

– Мой милый, это действительно ты. Но какой же ты… бледный!

– Проклятье не пощадило меня, тётя, – сдержанно сказал рыцарь. – Как не пощадило никого из нас. Скажите спасибо лорду Виктору, что я не выгляжу, как полусгнивший труп, коим пришёл в Полночь просить о союзе.

– Проклятье? – недоумённо переспросила Моргана. – Какое проклятье? Только не говори, что ты поддался этой отвратительной, мерзкой имперской пропаганде – это разобьёт мне сердце!.. Постой, ты сказал «Полночь»⁈

Глаза из-под фарфоровой маски жадно обратились на меня, и я вдруг почувствовал себя не в своей тарелке. Гораздо сильнее не в своей тарелке, чем минут десять назад, когда мы прорубались сквозь вражеский строй.

Из плюсов – «теорема Мордреда» продолжала работать. Одно лишь его наличие в отряде смягчало всех встреченных магов настолько, что они были готовы идти на сотрудничество. Да, с рыцарями вышло строго наоборот, но кто знает, какая чаша весов тяжелее? Любопытно, что все трое встреченных нами волшебников и волшебниц терпеть друг друга не могли, зато смотрели на Мордреда, как на дорогого младшего родственника. В случае Морганы это было полностью обосновано, а остальные не отставали просто за компанию.

Из минусов – Гвендид предупреждала, что Моргана «окончательно рехнулась», но даже с такой формулировкой степень помешательства могла варьироваться. Её неожиданное фанбойство по отношению к Полуночи выглядело терпимо, и в какой-то степени мило. Но отрицание проклятья нежити⁈ Если это не был какой-то особо хитрый ход, чтобы заставить меня сомневаться в собственном рассудке…

Воевать с нами больше никто не собирался – хоть на том спасибо. Моргана отправила своих воинов подальше небрежным взмахом руки, и те исчезли ещё быстрее, чем появились. Мордред проводил мрачным взглядом две высокие фигуры в латах, но ничего не сказал. Я заметил, что он в целом старался меньше говорить и больше слушать.

Зато его тётя болтала за троих, погружая нас всё глубже в дебри своего затуманенного разума.

Сперва Моргана пожаловалась на то, как ужасно правит император Артур, и никогда ещё Камелот не выглядел «так неопрятно». Затем переключилась на тему кошмара, доставляющего «значительные неудобства», и обвинила Мерлина в возмутительном бездействии. Я прямо-таки чувствовал, как ворочается в тяжёлом ларце голова верховного мага, разрываясь от невозможности ядовито ответить своей бывшей коллеге. Наконец, Моргана «по большому секрету» поделилась слухом, что Мерлин, который только что возмутительно бездействовал, пал от руки императора! И не просто пал, был разрублен на множество частей, из которых его родная сестра Гвендид затем сварила суп в огромном котле…

У меня не имелось ни малейшего понятия, во что из сказанного Моргана искренне верила, чем пыталась нас запутать и что просто придумывала на ходу. Тем более, что поток невообразимой чуши периодически прерывался густыми комплиментами в мой адрес и заверениями в вечной дружбе между Авалоном и Полуночью. Здесь в искренности Морганы можно было не сомневаться – она пребывала в абсолютном восторге от того, что её племянник прошёл сквозь кошмар, заключил союз с её любимым вечным замком, да ещё и привёл назад меня! Она несколько раз повторила, что видит в этом знак свыше, но не торопилась объяснять, для чего этот знак нужен.

– Я так привыкла спать днём и бодрствовать ночью, – с лёгким придыханием сказала Моргана, пока мы шли за ней по коридорам Карн Морриана. – Сами понимаете, владыка ночи, от такого режима непросто отказаться.

– В Полуночи это вынужденная мера, – сказал я.

– В Авалоне тоже – в какой-то мере. Моя обитель стоит крепко, но если вы были в Камелоте, то наверняка видели, как страдают его несчастные жители!

Жители Камелота в самом деле страдали от множества бед на протяжении невообразимо долгого времени. Но в данном случае Моргана могла говорить лишь об одном.

– У нас есть… план, – медленно сказал я. – Как избавить Авалон от хватки кошмара.

– В самом деле⁈ – просияла Моргана. – Это просто потрясающе! Изумительно! Полуночи можно доверять! Я всегда говорила, что Артур не умеет выбирать надёжных союзников. Он так цеплялся за Зарю и Рассвет, и где они теперь?

Я переглянулся с Мордредом – его взгляд выражал предостережение. Но мы отчаянно нуждались в информации, а решить, насколько она была достоверна, можно было и потом.

– И где же они? – осторожно спросил я.

– Заря и Рассвет? – рассеянно повторила Моргана. – Там же, где их и оставили. Один взял и лопнул как мыльный пузырь, переполненный чуждой силой. Другая свернулась сама в себя в вечном ожидании того, что не сбудется… О, а вот и ваши спальни!

Интерьер Карн Морриана – по крайней мере, той его части, куда нас провела Моргана, не слишком напоминал Полночь. Это вызывало некоторое облегчение, поскольку оставаться на отдых в фальшивой копии собственного замка было бы несколько неловко. Коридоры были обшиты деревом, под потолком горели светильники, дающие мягкий оранжевый свет. Уютно, если забыть о контексте, только слегка пустовато. За всю дорогу нам не встретилось ни одного человека, будь то прислуга или гости. Все, кто работал на Моргану, вербовались в охрану? Она убиралась в своём замке исключительно с помощью магии? Она вербовала невидимых уборщиц?

Ни один из этих вариантов не приходился мне по душе.

Спальни представляли из себя целые залы, в каждом из которых могло бы разместиться два отряда нашего размера. Нам любезно выделили три комнаты, но мы собрались в одной – решив, что лучше выдержать досаду хозяйки, чем разделяться в незнакомом месте. Впрочем, Моргана не обратила на это ни малейшего внимания, сразу переключившись на описание чудесного обеда, что ожидал нас в ближайшем будущем. Если точнее, через три часа, вместе с настоятельной просьбой не опаздывать.

Признаюсь, на первые десять минут мы просто растянулись на постелях – и живые, и мёртвые, и порождения кошмара – к которым относился только Бенедикт. Свинцовая усталость добралась до всех, пропитала каждую клетку тела, и даже обсуждение важнейших вопросов казалось вторичным по сравнению с коротким отдыхом.

– Тут есть душ? – вяло спросила Анна, всё ещё не делая попыток подняться. – Убила бы за горячий душ.

– Любой способ омовения сгодится, – сдержанно поддержала её Кас.

За одной из закрытых дверей нашлось нечто подобное – большой резервуар с чистой тёплой водой, нечто среднее между бадьёй и бассейном, наполняющимся изнутри. После мытья мои девушки взбодрились и провели тщательную проверку на предмет магических систем прослушки. На удивление – ни одной, что подтвердила перепроверка поисковым амулетом. Я всё ещё сомневался, но тут из ларца, где хранилась голова Мерлина, раздался тихий ритмичный стук. По нашей договорённости он означал «временно безопасно, можно открыть».

– Всё гораздо хуже, чем казалось, – начал Мерлин без предисловия, когда его голова была помещена на ближайшую табуретку. – Моргана всегда была великим мастером иллюзий, но понимала, как важно осознавать себя. Сегодня она уже за гранью делирия, и я не возьмусь предсказать, к чему это приведёт в ближайшем будущем.

– Она… что-то сделала c двумя моими братьями, – подал голос Мордред. – Они не отозвались. Но никто другой не мог бы носить их доспехи. Не имел права.

– То, что она сказала про вечные замки… – начал я, но Мерлин не дал договорить.

– Все рассуждения, все размышления – потом. Закройте меня назад через минуту, или она заподозрит неладное. Те из вас, кто ест и пьёт – не смейте принимать от Морганы пищу и воду. Поддакивайте, усыпляйте её внимание, но не идите ни на какие сделки, не давайте клятв. Как только представится возможность – сразу начинайте искать моё туловище и руку. Найдёте – бегите! И ни при каких, слышите, ни при каких обстоятельствах не соглашайтесь на убийство императора!

Глава четвертая

– Император должен умереть, – сказала Моргана так просто и мило, словно речь шла о походе в магазин. – Мой брат один виновен во всём происходящем. Он отравляет Авалон уже лишь тем, что бездействует на троне, но есть и более глубокие причины.

– Какие же?

– Вам пока не нужно о них знать.

Кукольный фарфоровый рот её маски двигался почти идеально в такт со словами, но даже мельчайший рассинхрон вызывал неуловимо-неприятное ощущение. Госпожа Карн Морриана сидела во главе огромного трапезного стола, посадив меня на почётное место по правую руку. Весь мой отряд, включая Мордреда, остался в спальне, сославшись на усталость. В этом они даже не соврали, только вот настоящей причиной были поиски кусков Мерлина, с помощью указаний от пальца. Я же нехотя вызвался на роль обезьянки с тарелками, запущенной для отвлечения внимания безумной волшебницы. У того, увы, имелись причины. Мало того, что Моргана фанатела от Полуночи, я оставался единственным, кто равнялся, а то и превышал её по формальному статусу власти.

И теперь был вынужден выслушивать беззаботные предложения регицида.

– Сэр Мордред, – сказал я настолько вежливым тоном, насколько был способен. – Пришёл в Полночь много месяцев назад, желая заключить союз. Он вручил мне этот кулон, и тогда я знал только то, что это универсальный символ дружбы равных. Лишь недавно мне рассказали об его изначальном символическом значении. Серебро и крылья, чистота и свобода, инсигния Камелота и самого императора Артура.

– Вы видели, во что превратился Камелот, лорд Виктор. Во что превратился весь Авалон. Где та чистота и свобода, что когда-то царили в его небесах?

– Я не знаю. Зато знаю другое – ваш племянник боготворит своего сюзерена и никогда не пойдёт на его убийство.

– Именно потому, и только потому я простила ему невообразимую грубость – пропустить первый наш совместный обед за три тысячелетия. Таким образом мне удастся убедить вас, а вы в свою очередь достучитесь до Мордреда.

Любопытно. Значит, она всё-таки знает, сколько именно прошло времени с величайшей катастрофы в истории Авалона. Просто в её глазах император ни с того ни с сего отдал приказ отрезать родной мир от великой паутины, и тем самым отдал его в объятия кошмара. Видимо. Кто знает, что на самом деле происходит в её голове?

Мерлин советовал поддакивать волшебнице, но мне претил подобный подход. Отвлекать внимание можно и говоря чистейшую правду.

– Простите за прямоту, леди Моргана, но я не вижу ни одного сценария, при котором я соглашусь с вашими доводами.

Какое-то время она молчала, разрезая мясо на тарелке на мельчайшие кусочки и отправляя их в фарфоровый ротик, один за другим. Я уже с полчаса старательно изображал, как клюю свою порцию, на деле по-тихому скидывая еду в специально заготовленный горшок под столом. Возможно, «Печать Пожирателя» смогла бы переварить любую дрянь, но следовало быть осторожнее там, где вступала в права чужая магия. Кажется, Моргана не обращала внимания на мой низкий аппетит, в основном сосредоточившись на своём блюде.

А затем вдруг резко встала из-за стола – так, что тарелки недоумённо зазвенели.

– Вы насытились, лорд Виктор?

– Вполне, – осторожно соврал я.

– В таком случае, следуйте за мной. Вы должны увидеть это своими глазами.

На сей раз проходы Карн Морриана гораздо больше напоминали мне о Полуночи – дерево уступило место грубому камню, да и света стало заметно меньше. Из-за длинного платья всё ещё невозможно было сказать, двигала ли Моргана ногами или плыла по воздуху, но я едва за ней поспевал. Мы миновали несколько коридоров и две винтовых лестницы, ведущих вниз, пока не добрались до массивных чёрных дверей, моментально напомнивших мне ворота, ведущие в темницу Полуночи. Масштаб меньше, но вполне впечатляет – если полностью проигнорировать недобрые предчувствия.

Моргана застыла возле чёрных ворот, нежно поглаживая створки. Я молча расположился рядом.

– Через двое суток, – сказала она. – Моего драгоценного племянника ожидают у подножия Серебряного Трона. Вас тоже там ждут, лорд Виктор, вас и ваших слуг. Там будет весь рыцарский свет за большим круглым столом. Там будет мой брат, спящий до тех пор, пока не придётся выносить вердикт.

– Священный суд, – пробормотал я. – Значит, вы уже слышали.

– Не суд, – поправила меня Моргана. – Судилище. Скорое, беспощадное и несправедливое. Мордред будет приговорён к смерти, а вместе с ним – и вы. Ланселот никогда не прислушается к гласу рассудка. Рыцари не станут возражать.

– У нас есть план, – сказал я без уточнений.

– В самом деле? И какой же? Поразить несуществующими доказательствами тех, кто не станет их слушать? Воспротивиться приговору и дать бой всем рыцарям сразу? Я не сомневаюсь в вашем могуществе, владыка ночи, но сейчас вы далеко от своего вечного замка. Даже если вы расправитесь с Ланселотом и его шайкой, с Экскалибуром в руках мой брат непобедим. Он проснётся и убьёт вас всех, пока Авалон продолжит погружаться в пучину кошмара.

Я промолчал – не говорить же, что её оценка моих сил была капитально завышена. Даже если перед потенциальной битвой мне удастся как следует отдохнуть, простой она не будет – рыцари Авалона это тебе не безголовые латники. Мордред проиграл Ланселоту дуэль один на один, а сколько против нас будет на суде? Десять? Сто?

Моргана с любопытством рассматривала меня из-под фарфоровой маски.

– А может, вы надеетесь на то, что успеете собрать по кускам старого дурака Мерлина? – мягко спросила она.

Внутри я заледенел, но внешне не подал виду. Стоило догадаться, что волшебницу уровня Морганы, безумную или нет, будет не так легко обвести вокруг пальца.

– Вы следили за нами.

– Я? Ни в коем случае, – хихикнула Моргана, тонко, по-девичьи. – А вот те, кого я поставила следить за нижними уровнями, шепнули о принятых мерах. Они не опознали моего дорогого Мордреда, иначе бы наша встреча произошла куда как раньше… Впрочем, неважно. Даже если верховный осёл воссоединится в девяти частях и снова сможет колдовать, он не сможет вас спасти. В отличие от меня.

Она небрежно махнула рукой, и чёрные створки распахнулись, пропуская госпожу внутрь. Мне не оставалось ничего, как пойти следом.

Мы стояли на открытом балконе, внизу которого расположился необъятный тёмный зал. Теперь Карн Морриан напоминал Полночь даже масштабами – это помещение не уступало по размерам полигону для экспериментов в моём родном замке. Только в отличие от него оно не пустовало.

В руке Морганы вспыхнуло сиреневое пламя, и она одним движением сдула его с балкона, вперёд и вниз.

По всему залу под нами в воздухе медленно разгорались сиреневые огни, выхватывающие из темноты людские фигуры. Сотни людей, уже хорошо знакомых воинов в кольчужных доспехах, закутанных в тёмную ткань. Нет… не сотни. Скорее, тысячи, застывших плечом к плечу, как скульптуры терракотовой армии, заполняющих всё свободное пространство внизу. Сиреневые огоньки кружились в воздухе, вспыхивали и гасли, преследовали друг друга в хаотичном танце, но молчаливая армия не обращала на них никакого внимания. Среди тысяч не-живых истуканов там и тут высились великаны в латных доспехах – бывшие братья Мордреда. Я насчитал пять рыцарей, но их с лёгкостью могло быть вдвое больше.

Спустя минуту иллюзорное пламя погасло, и зал под нами вновь погрузился во тьму.

– Не смотрите на меня так, лорд Виктор, – проворковала Моргана, явно наслаждаясь моей реакцией. – Они все пришли ко мне по своей воле. Я дала им только то, что они просили – и получила взамен безраздельную преданность.

– Превратив их в армию безмозглых зомби? – мрачно сказал я.

– Безмозглых⁈ Вы оскорбляете мои чувства! Их мозги в полном порядке, даже более того – они абсолютно счастливы. Всё время, когда они не выполняют приказы, в своих головах они проживают счастливую жизнь. Жизнь со своими любимыми и близкими – задолго до постигшей Авалон катастрофы.

– Иллюзии, – сказал я. – Они продали душу за набор иллюзий, чтобы хоть как-то облегчить ношу проклятья нежити.

– Не смейте упоминать эту мерзкую ложь о проклятье в моём замке!

Больше всего мне хотелось напрямую спросить, как по мнению Морганы люди внизу выживали тысячелетиями и сохранили воспоминания о былых днях? Как они могли стоять столбами, не нуждаясь в еде и отдыхе, не будучи живыми мертвецами? Но я сдержался – поскольку ситуация и так раскалилась до предела, а где-то в этом же замке мои друзья продолжали поиски туловища и правой руки «верховного осла» Мерлина.

– Я приношу извинения за резкие слова, – сказал я заметно мягче. – Но от меня всё ещё ускользает суть вашего предложения.

– Я прощаю вас, лорд Виктор, – ответила Моргана в тон мне. – И вручаю вам ключ от всех грядущих проблем.

Небольшой фиал с прозрачной жидкостью возник у неё в руке словно из ниоткуда, но чего ещё было ожидать от владычицы иллюзий? Она протянула его мне, и я не стал отказываться – есть же я его не собирался. Неожиданно тяжёлая, очень холодная на ощупь штука. Базовая проверка «Взглядом библиотекаря» не показала немедленной опасности. Сам фиал не был проклят – в отличие от содержимого.

– Разбейте это подле моего брата – неважно, каким способом. Ударьте об пол, наступите, раздавите в кулаке – главное, чтобы хоть одна капля, но попала на его тело. Для всех остальных жидкость безвредна, но сон Артура под её воздействием станет беспробудным.

– И все рыцари тут же накинутся на нас, – негромко сказал я.

– О, разумеется, но совсем ненадолго! Как раз к этому моменту подоспеет моя армия – и совместно с ней вы легко справитесь с останками защитников круглого стола. Артур отправится в пучину кошмара, куда ему и дорога, а Мордред станет новым законным императором. Не знаю, как мой племянник смог сохранить юношескую наивность спустя все эти годы, но она ему к лицу. Он станет прекрасным, просто прекрасным правителем…

Моргана всё продолжала говорить, а я молча слушал. О том, что после катастрофы её волшебство, как и у всех других выживших магов Авалона, завязаны на месте силы – в данном случае, Карн Морриане. О том, что вход во дворец Камелота преграждает древняя магия, но нас пропустят на суд, а после устранения Артура заклинание развеется, дав дорогу её воинам. О том, что после воцарения Мордреда земля Авалона начнёт очищаться, а кошмар немедленно отступит.

Как и раньше, я не мог различить, где волшебница говорила правду, а где плавала в собственных иллюзиях. Её план выглядел пугающе действенно – и даже имел под собой разумную основу. Только вот что-то мне подсказывало, последствия убийства императора в столь нестабильном мире могли немедленно приобрести катастрофический характер. Не говоря уже о том, что Мордред, которого я знал, скорее сам бы пропал в кошмаре, чем пошёл против своего государя.

В какой-то момент госпожа Карн Морриана всё же затихла – и теперь мы оба стояли молча в густом полумраке, где единственным светлым пятном была фарфоровая маска.