Текст книги "Хищные гены (СИ)"

Автор книги: Сергей Елисеенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

И основной причиной всего спора был я. Вернее моя жизнь.

– То есть ваше аристократическое величество предлагает пожертвовать безопасностью моего сына, чтобы спасти всю эту гнилую систему? – стараясь сдерживать эмоции, в очередной раз подытожил мой отец.

– Если подойти с этой стороны, то да. Один человек или вся планета. Логика проста, – не понимая, в чём проблема, отвечает ему архимандритисса.

– Нет, нет. Не стоит тут приплетать всё человечество. Я уже наслушался подобной демагогии по самое не хочу. Вы беспокоитесь только о собственной шкуре. Что эта цифровая тварь поглотит ваши жалкие мозги и займёт место там наверху, – он ткнул пальцем в потолок.

– Думаю, Ан выразил наше общее мнение. Ваши разборки особо нас не касаются. Мы, в любом случае, лучше жить не станем. Будет ли на троне один тиран или тринадцать, – поддержал отца Найт.

– Но все ваши связи, наработанные годами, полезные знакомства, всё это исчезнет и разрушится, – пытаясь оперировать к материалистичным ценностями, продолжила Эль Ен.

– Ничего страшного. Чаще всего мы и без них обходились. Да и наладить новые не проблема. Не всех же этот ваш Альфа своими ментальными рабами сделает. Останутся обычные люди на местах, бюрократы, чиновники, а уж с ними мы как-нибудь найдём общий язык, – холодно оборвал её Ан.

И вот так продолжалось уже который час. Я вначале пытался принимать участие в дискуссии, но через какое-то время понял, что сам окончательно запутался.

Слишком уж сильны доводы отца и деда. Рисковать своей шкурой ради кучки днк-знати я особо не хотел. Хотя помочь Хрустальному Лотусу был не против. Вот такая дилемма получалась.

Спор продолжался до глубокой ночи, пока все дружно не решили сделать перерыв и немного передохнуть.

Для этих целей мы вытащили столик на открытый воздух и, рассевшись с бокалами блендамеда и нехитрыми закусками, предались сибаритству. Конечно, это сильно было сказано. Мы просто пили, ели и по большей части молчали. Никто не хотел излишне накалять обстановку.

Откуда-то издалека послышался низкий протяжный гул, а вслед за ним более нарастающий заунывный вой.

Мы недоумённо переглянулись. И тут Найт, сказал, что этот звук очень уж напоминает сирену воздушной тревоги.

Вскинув глаза в небо, мы увидели, как сразу несколько секций метаграфитового покрытия отключились, открыв нам ночное небо. Обычно оно скрывалось за массивным облаками, что на самом деле было смогом от, до сих пор действующего неподалёку, завода по производству тяжёлых металлов. Но в этот раз я увидел огромные прорехи в клубящемся покрове, через которые проникал медленно разгорающийся багровый свет.

Неожиданно колыхнулся удивительно тёплый ветер и тут же нас прижало воздушной волной.

Что происходит? У каждого из нас вертелся на языке этот вопрос. И каждый уже знал на него ответ. Но признаваться не хотел. Слишком ужасное и невыносимое осознание давило и сводило с ума.

И только Хрустальный Лотус смогла перевести наш общий страх в слова, произнеся чудовищную правду.

– Похоже, один тиран всё-таки пострашнее нескольких. Если это то, о чём я думаю, то нам лучше убраться отсюда подальше.

Молчание было ей ответом.

С небес прямо на нас падал орбитальный замок. И бежать было уже поздно.

Глава 30
КАЖДОЙ ТВАРИ ПО ПАРЕ

Конечно, обиталище Апостолов падало не прямо на нас. Но из-за своих циклопических размеров и окружавшего его ореола пламени создавалось именно такое ощущение.

В любом случае, эта громадина должна была вот-вот врезаться в планету, а где находится ближайшее бомбоубежище я просто не знал. Да и не уверен, что оно спасло бы. Всё-таки невероятная масса, помноженная на немаленькую скорость даст просто чудовищный эффект. И взрыв будет равен по мощности…вот честно, даже не знаю сколько ядерных бомб понадобится, чтобы сравняться с грядущим апокалипсисом.

Мои приготовления к приближающейся смерти прервала Эль Ен, которая, быстро наговаривая в свой комм, одновременно чуть ли не силком куда-то всех потащила.

– Быстрее, быстрее! У нас ещё есть несколько минут до столкновения. Точка касания примерно в двадцати километрах от нас. Световая волна будет первой, так что до ударной мы можем и успеть, – кричала она, переходя на бег и увлекая нас за собой.

Всё ещё не понимая, чего она хочет, мы бросились за ней. И уже через минуту услышали гул двигателей космоджета.

Обдав нас потоком раскалённых газов из сопел, он на форсаже описал плавную дугу и приземлился в полусотне метров от дома Найта.

Все сразу же поняли задумку Хрустального Лотуса. Это единственный шанс на спасение.

Перебирая ногами изо всех сил, мы промчались остаток пути на одном дыхании.

Запрыгнули внутрь и сразу же упали на пол. Пилот не пожалел нас и стартанул на максимальном ускорении. Меня буквально вдавило в прорезиненное покрытие пола. Дышать стало трудно, а в глазах потемнело. Я не мог пошевелиться и только слышал, как натужно ревут двигатели корабля.

Внезапно этот звук перекрыл низкий рокот, что заставлял вибрировать каждую клеточку моего тела.

Инстинктивно пытаясь свернуться в клубок, я почувствовал, как мелко затрясся космоджет.

А потом пришёл удар.

Словно тряпичных кукол, нас стало бросать от потолка к полу, нещадно вбивая друг в друга.

После очередного такого столкновения у меня в голове что-то лопнуло, и перед глазами растеклась красная пелена. Потоки крови заливали лицо, но сил вытереться у меня просто не было. Я кое-как пытался сгруппироваться, но беспощадные хаотичные рывки разбивали мою «защиту» вновь и вновь.

В какой-то момент, я хорошенько приложился о стальной угол кормовой переборки, и милосердная тьма накрыла меня.

…

Возвращаться в реальность было больно. Я вдруг разом почувствовал все отбитые, вывихнутые и треснувшие части своего тела. Наверное, где-то были и переломы, но пока я просто радовался, что остался жив.

Рядом застонал отец. Я узнал его по голосу. Чуть дальше бесформенной грудой лежал дед.

Кое-как поднявшись на четвереньки, я, всё ещё пытаясь перебороть адскую боль, огляделся.

В конце коридора уже пришла в себя Эль Ен. Опираясь о стену, она пыталась подняться и так же оглядывала нашу порядком побитую компанию.

Мама и жена Найта, как и он сам, всё ещё лежали без сознания.

Неприятный холодок засвербил внутри. Я боялся признаться себе, что они могли не перенести такой смертельной карусели.

– Помоги…сын, – сплёвывая кровью, протянул мне руку папа.

Через минуту мы, опираясь друг на друга, с трудом приняли вертикальное положение.

Ан сразу шагнул к маме, а я направился к деду.

Осторожно перевернув его на спину, я увидел, как медленно вздымается его грудь.

Жив!

С облегчением выдохнув, я перевёл внимание на Рысь. Жена деда была в более плачевном состоянии. Изогнутые под чудовищными углами конечности прямо говорили, что она пострадала больше всех.

Решив её не трогать, я сосредоточился на Найте.

По внешнему виду особых повреждений не было, но я знал (как минимум, по себе), что, скорее всего, основные травмы внутри.

Мне на плечо опустилась рука, подошла Эль Ен.

– Корабль идёт на автопилоте. Похоже, пилоту тоже не поздоровилось. В моей каюте есть универсальный медбот. Найди его и включи, а я в рубку управления, – с трудом шевеля разбитыми губами, произнесла она.

Кивнув и почувствовав, как у меня хрустнули шейные позвонки, я отправился в её покои.

И хотя каюта была совсем рядом, но когда я вошёл внутрь перед глазами снова плавали красные круги, а по коже стекали ручьи пота. Переведя дыхание и поморщившись от боли в рёбрах, я ещё минут пять искал этого проклятого медбота.

Проклиная себя за медлительность и нерасторопность, я всё-таки нашёл «кибер-врача». Активировав аппарат и дождавшись пока он примет человекообразную форму, дал ему указания и, прихрамывая, отправился вслед за ним.

По дороге меня перехватил голос архимандритиссы, что раздался по корабельной связи. Она просила меня срочно явиться в пилотскую кабину.

Взглянув по пути, как медбот принялся за дело, и моя помощь здесь не нужна, я поковылял к носу корабля.

– Всё плохо. Очень плохо, – с порога «обрадовала» меня Эль Ен.

– А поконкретней? – спросил я, подходя ближе.

Она молча показала на обзорный экран космоджета. Там в режиме «картинка в картинке» показывался общий вид Земли, крупный план с пролетающих мимо спутников и несколько окон поменьше, где мелькали какие-то цифры и графики.

Я долго смотрел и пытался понять, что всё это значит. То ли головой ударился сильнее, чем думал, то ли не хотел признаваться самому себе в ужасе, что предстал передо мной.

Клубящееся облако раскалённого газа, что когда-то было Великим Екатеринбургом и его окрестностями, вот, что я увидел сначала. Потом в этот образ вклинился вид сверху и только тогда ко мне пришло осознание всего масштаба трагедии.

Чуть ли не треть Евразийского материка просто перестала существовать. Гигантские высокотемпературные смерчи свободно гуляли по кратеру невероятных размеров, в центре которого всё ещё шла какая-то безумная цепная реакция. Багровые трещины продолжали расползаться во все стороны, отрывая куски литосферной плиты и выпуская наружу кипящую магму.

Это конец, это конец…билось в моей голове пульсирующей болью.

Все мои друзья, Светик, Бронзовый, Дэй, уже мертвы. Рассыпались пеплом, так не успев ничего понять.

Я не смог их спасти. Даже не попытался. Мне оказалась дорога только моя шкура.

Где-то внутри треснуло и рассыпалось то, что я не знал, как назвать. И тянущее чувство вины навечно поселилось в моей душе.

Наверное, нужно было бы заплакать, закричать, хоть как-то проявить свои эмоции. Но я не мог. Просто стоял и ощущал, как мертвею внутри.

– Кай…Кай, послушай меня. Я не могу понять, как тебе больно. Но если ты сейчас сдашься, то будет только хуже. Соберись! Нам нужно помочь остальным, – постаралась вытащить меня из бездны подступающего безумия Эль Ен.

Глубокий вдох, медленный выдох. Закрыть глаза и повторить. Снова и снова. Пока мысли не придут в порядок.

Она права. Если я сейчас сдамся, начну мстить или просто дам волю чувствам, то всё пропало. Больше никто и никогда не сможет остановить этого монстра.

– Я готов. Что нужно делать? – оседлав бурю эмоций, произнёс я.

Хрустальный Лотус посмотрела на меня и удовлетворённо кивнула.

– Раздвоиться я не могу, а управлять космоджетом кто-то должен. Вон, видишь, что стало с пилотом, – она ткнула рукой куда-то в угол, где неопрятной грудой лежало человеческое тело, – так что тебе нужно будет идти в двигательный отсек и там, следуя моим инструкциям, попытаться отрегулировать энергоядро.

– Насчёт своих родственников не беспокойся. За них уже взялся медбот, все показания приходят на мой комм. Хоть у многих существенные повреждения, но ничего критического. Пока машина справляется, – опередив мой вопрос, продолжила она.

В очередной раз выдохнув, я получил от неё внутрикорабельный коммуникатор и, нацепив его на руку, отправился к корме космоджета.

Остановившись перед дверной мембраной, я с опаской посмотрел на знак радиационной опасности. Что ж, сейчас об этом уже поздно беспокоиться. Если я не починю движок, то погибнут все. Так что пара сотен лишних микрорентген, это не то, о чём стоит беспокоиться.

Смело открываю освинцованную дверь и вхожу внутрь. По словам Эль Ен, мне нужно идти сразу к центральной части отсека. Там за несколькими слоями магнитных полей и сверхпрочных метаполимеров будет находиться энергоядро. Его разбалансировка может привести к мгновенной аннигиляции всего корабля. А работать с ним приходится сейчас вручную.

Я, конечно, не спец, но нажать пару кнопок и проконтролировать несколько шкал смогу. Главное, чтобы информация от архимандритиссы поступала вовремя. Ну, и желательно в понятном формате.

Хотя всё равно, коленки немного подрагивали. Всё-таки в одну секунду на меня свалилась немалая ответственность. Причём, я о ней совершенно не просил.

– Перед тобой должно быть табло импульсной диагностики. Запусти проверку. И, пока она идёт, поставь режим минимальной затратности. Мы всё равно сейчас идём по инерции. Так что пусть плазма продолжает гонять по кольцу на статике, – раздался голос Хрустального Лотуса из коммуникатора.

Ага, всё сразу понятно.

Вытерев подступивший холодный пот, я решил начать с малого. А потом уже задать возникшие вопросы.

Так, вот вроде это самое табло. Графики, куча непонятных символов, и где тут кнопка (на сенсорном экране!) запуска диагностики?

Боюсь тыкнуть куда-то не туда и ещё раз внимательно оглядываю табло. Наверное, вот эта…самая большая со значком луча в треугольнике.

– Ты что там заснул? Энергоядро уже начинает сбоить. Давай быстрее! – заставив меня вздрогнуть, недовольным тоном спросила Эль Ен.

Да уж, похоже самое время объяснить, что я немного не понимаю, как тут всё устроено.

– Включи видеотрансляцию. Мне итак постоянно приходится на тебя отвлекаться. Но, похоже, другого варианта нет.

Выполнив её указания, я стал следовать уже более детальным инструкциям. И сразу дело пошло быстрее.

Уже через полчаса задача была выполнена и двигатель космоджета пришёл в норму. Теперь можно немного расслабиться. Во всяком случае, до того, как мы прилетим на орбитальный монастырь.

Вернувшись обратно к своим, я обнаружил, что медбот хорошенько постарался. Дед пришёл в себя и тихо разговаривал с Рысью, которая просто молчала, постанывая от боли. Всё её тело покрывали тонкие пластиковые перевязки, а на груди покоилась полусфера автоматического инъектора.

Мама с отцом уже стояли на ногах, хотя и у них хватало ран, которые так же обработал «кибер-врач».

Коротко обрисовав им ситуацию, я присел рядом и устало выдохнул.

Ко мне тут же ринулся медбот, выполняя заложенную в нём программу. Перечить аппарату я не стал и с благодарностью принял помощь.

Минут через пятнадцать мне действительно полегчало. Сдерживающий обруч на рёбрах немного давил, но в целом боль отступила. Сказывалась внушительная доза лекарств, что ввёл мне авто-инъектор.

– Что теперь? – присаживаясь рядом, спросил отец.

Никогда бы не подумал, что папа задаст такой вопрос мне. Уверенный в себе, всегда всё знающий и понимающий…теперь он будто стал другим.

– Не знаю. Но, думаю, что-нибудь придумаем.

Он промолчал. Сейчас все слова действительно были лишними. Слишком велики страдания, как физические, так и душевные. В одночасье огромное количество людей просто перестало существовать. И всё по прихоти одного безумного существа.

И несмотря на то, что мои близкие остались в живых, но вот своих друзей я больше не увижу.

Сглотнув, я вдруг почувствовал влагу на щеках. Наверное, побочный эффект от обезболивающих.

Ведь мужчины не должны плакать.

…

– Я хочу уничтожить этого ублюдка!

Отец ударил кулаком по столу и тяжёлым взором обвёл всех присутствующих.

В комнате для совещаний орбитального монастыря Науки и Истины собрались дед, мой папа и настоятельница храма.

Теперь настроения моих предков изменились, и они жаждали смерти для Альфы.

И в этом я их полностью поддерживал. Вот только некоторые особенности будущего плана мне совершенно не нравились. Например, то, что для полной стопроцентной уверенности в его финальной части мне предстоит «принять» в себя ИскИна, находясь в спасательной капсуле посреди космоса.

– Пойми, это единственный выход не допустить его высвобождения. Тем более, мы будем полностью контролировать процесс. Как только он окажется в твоём разуме, мы начнём его «переработку». Квантиты в течении нескольких секунд очистят синапсы твоего мозга от дополнительной энергетической матрицы, – объясняла мне Эль Ен ещё до начала нашей встречи.

Да уж, успокоила. Опять на мне будут проверять всякие новые технологии. Были же нормальные наниты, но их размер слишком велик, а уровень воздействия, видите ли, груб. Это значит обо мне заботятся.

Вот только квантиты ещё ни разу не были опробованы в такой стезе. Шутка ли, удалить чужой разум из своего собственного, прежде чем он успеет хоть что-то сделать.

А в том, что Альфа попытается выкрутиться и спастись я нисколько не сомневался. Его стремление выжить и забраться на вершину любой иерархии, иногда просто поражало рассудок.

Да, это естественное желания для почти любого существа. Но здесь явная одержимость, граничащая с сумасшествием.

– Если ты так уверена, что всё получится, то зачем меня запихивать в эту капсулу? – не удержался я и задал волнующий меня вопрос.

Хрустальный Лотус отвела взгляд.

– Абсолютной уверенности быть не может. У нас не научная формула, а реальная жизнь. И всегда может произойти что-то из ряда вон выходящее. Для этого мы и дистанцируем тебя на время проведения обмена разумами. В непредвиденной ситуации сработает автоматическое погружение в гибернацию. Но это запасной вариант на самый критический момент, – наконец, тихо произнесла она.

– Да уж…спасибо, конечно, за заботу. Заморозить меня, если что-то пойдёт не так, это, разумеется, придаёт уверенности в нашем плане, – саркастически ответил я.

Архимандритисса лишь пожала плечами.

– Особого выбора у нас нет. После случившегося Альфа продолжает набирать силу. И я не удивлюсь, узнав, что он уже готовит план атаки и захвата моего монастыря. Всё-таки, это средоточие знаний и всех новейших технологий планеты. Даже Апостолы это понимали и оставляли нам своеобразный нейтралитет, – устало потерев виски руками, она продолжила, – вот только их теперь нет. А те, кто остались, превратились в марионетки ИскИна. Его ментальное подавление, невероятная вещь. Может, я бы и смогла с ним справиться, но мне нужны образцы и время. Но ни того, ни другого у нас нет. Так что, единственный вариант спасти человечество от такой дикой деспотии, это уничтожить основу паразита. Его центральную часть.

– Звучит пафосно. Спасаем мир от ужасного монстра. Вот только я не уверен, что следом за ним не придёт кое-что похуже, – скептически ответил я, – да и генетическая аристократия, не образец справедливого общества. И ты не хуже меня это знаешь.

– Иногда за высокими речами грядут сильные поступки, – цитатой из какой-то древней книги задумчиво сказала Эль Ен, – знаю…но и ты, уверена, помнишь, что мы всё это хотели изменить.

– Но не успели.

– Да…не успели, – повторила за мной настоятельница.

И вот мы сидим за столом и решаем достоин ли этот мир ещё одного шанса. Хотя каждый из нас уже знает ответ на этот вопрос.

Я поднимаюсь и беру слово. Говорю коротко и прямо.

– Боюсь. До смерти боюсь, опять впустить этого паразита внутрь себя. Но, как бы мне не было страшно, есть ещё одна вещь, которая пугает ещё сильнее. Потерять совесть. Вот что для меня невыносимо. И спасибо тебе отец, – я посмотрел на папу, – и тебе дед, что научили меня быть человеком. Ведь родиться – это одно, а стать совершенно другое. Для этого нужно стараться, идти вперёд, несмотря ни на что, и, самое главное, быть уверенным в своей правоте. И сейчас я знаю, что так будет правильно. С меня это началось, на мне и закончится. Давайте отправим этого цифрового дьявола обратно в ад. На этот раз в настоящий!

Глава 31
КЕСАРЮ КЕСАРЕВО

Шёл второй день переговоров с ИскИном.

За это время, он успел обрушить на планету ещё несколько «ненужных» космических станций и полностью подчинить себе всю генетическую аристократию. Вернее, то что от неё осталось.

Находящаяся на Земле днк-знать попыталась дать отпор и задействовала законсервированные ракетные шахты и то, что с большой натяжкой можно было назвать военно-космическими силами.

Правда, самым сложным оказалось вначале отыскать место обитания Альфы. Который, кстати успешно короновал себя и назначил единственным Императором всего человечества. Обосновавшись на Луне, он занял одно из тайных убежищ почти столетней давности, которые на всякий случай приготовили себе Апостолы.

Об этом «поселении» знали только несколько высших чинов. Который предусмотрительный ИскИн, конечно же «подчистил». Собственно, как и любую информацию о местонахождении лунного комплекса.

Так что, поиск немного затянулся, пока кое-кто умный и дальновидный не скинул точные координаты «вниз».

– Это немного отвлечёт его внимание и заставит ускорить принятие решения. Пусть знает, что он ещё не единоличный правитель. Есть недовольные. Так что пусть соглашается на наши условия, как можно быстрее, – говорила Эль Ен мне, отправляя пакет данных выжившим генетическим аристократам.

Спустя пару часов с поверхности планеты взмыло около трёхсот ракет, половина которых сразу же оказалась сбита боевыми спутниками Апостолов.

Взятые под контроль «Императором всего человечества» они перешли в активный режим и создали вокруг Земли практически непроходимую оборонную сеть. Вот только задача у неё оказалась прямо противоположная. Вместо охраны и защиты, никто и ничто не должно было покинуть планету.

Тем временем оставшиеся ракеты большей частью просто не смогли долететь до спутника. Закончилось топливо, разнообразные поломки после ускоренной расконсервации, да и не были они приспособлены для атаки столь удалённого объекта.

Так что до Луны добралось всего около десяти-двадцати штук. Да и те на подлёте сбили защитные лазеры комплекса.

Разумеется, днк-знать понимала, что ракетный рой не сможет причинить особого вреда убежищу Альфы. Всё это было всего лишь отвлекающим манёвром.

В это же время с другой стороны планеты стартовали «военно-космические силы Сопротивления». Во всяком случае, так они себя называли. То же мне повстанцы выискались. У самих рыло в пушку.

Стартовать-то стартовали, но долетели тоже не все. Пусть боевые спутники и сосредоточились в основном на ракетной угрозе, но несколько единиц оказалось прямо на пути разномастного сборища космоджетов, наспех оборудованных оружием транспортников и другой хоть как-то летающей рухляди.

Краткий бой, показал несобранность, полное отсутствие координации и неготовность к полноценным военным действиям этого недо-флота.

Всё же более полусотни кораблей прорвало блокаду и по широкой дуге устремилось к убежищу Альфы.

Но и тут их ожидала ещё одна проблема. Подконтрольные противнику Апостолы ввели в схватку свои космоджеты. И пусть их было почти в два раза меньше, но вот по боевой мощи и манёвренности они значительно превосходили «военно-космические силы Сопротивления».

Так что через час от кораблей земной днк-знати остались только обломки и сожжённые дотла остовы.

Воцарилось хрупкое «перемирие». Хотя скорее просто передышка, перед следующим раундом битвы.

Никто просто так не захочет отдавать свою власть. Тем более те, кто правил человечеством последние двести лет.

Мы же продолжали вести переговоры, предлагая на наш взгляд беспроигрышную сделку.

Жизни моих близких и неприкосновенность орбитального храма в обмен на моё тело. Разумеется, я играл роль непокорного сына, который не готов пожертвовать самим собой ради какого-то там папашки и всяких родственников.

Мне приходилось изображать ярость и ненависть к собственным родным и Хрустальному Лотусу, когда мы общались с ИскИном по видеосвязи. Для пущего драматизма, как сказал дед.

И кажется, Альфа начинал верить.

Он и сам понимал, что этот вариант для него единственно возможный. Ну куда ещё он сможет переселиться из умирающей плоти Вал Рийя?

Так что, сопротивлялся «Император» скорее для вида. Ну или из-за врождённой (или запрограммированной) паранойи вперемешку с капелькой шизофрении.

В общем, после неудачной попытки нападения земной аристократии, он наконец-то решился, и мы перешли к финальной точке нашего соглашения.

– Что мне мешает после того, как я займу тело Кая просто вас всех уничтожить? Так сказать, на всякий случай, – задумчиво протянул он, внимательно смотря на нашу реакцию.

В комнате, кроме меня, находился отец, дед и Хрустальный Лотус. Говорила в основном настоятельница. Но такие вот провокационные вопросы, чаще отвечал Найт.

– Только то, что ты хочешь жить вечно, – серьёзно ответил он.

Альфа сразу понял куда клонит мой родственник.

– Согласен. Ваш договор с этими слюнтяями Апостолами работал довольно хорошо. Вы им одного своего отпрыска для опытов – они вам безопасность для всего рода. Думаю, этот вариант выгоден для нас обоих, – подтвердил он.

Отец уже хотел взвиться и высказать этому ублюдку всё что думает, но вовремя остановился и закаменев лицом продолжил слушать.

– Значит, пока Риллы выделяют тебе в каждом поколении своего ребёнка, ты их не трогаешь. Я же буду в строгом нейтралитете, чтобы поддерживать это соглашение, – вставила Эль Ен.

ИскИн кивнул.

– Ну и разумеется, мне понадобятся все ваши технологические разработки и научные достижения. Думаю, в скором времени, эта планета станет мне мала, – дополнил он.

Ага, колонизировать он что-то там собрался. Пусть кому-нибудь другому эти сказки рассказывает. Уверен, вся научная мощь монастыря ему нужна, чтобы избавиться от своей слабости в виде постоянного переселения разумов.

В любом случае, говорить он может всё что угодно, но в итоге мой мозг станет для него последним пристанищем.

Обговорив детали нашего «контракта» ещё около часа, все наконец-то пришли к взаимопониманию. В итоге назначив процедуру перемещения на завтрашнее утро (по средне Евразийскому времени).

Закончив этот утомительный для меня спектакль, я отправился спать. Всё равно делать особо было нечего, а мучить себя лишними нервотрёпками мне не очень хотелось. Перед глазами всё ещё стояли лица друзей, а иногда я будто даже слышал их голоса. Вот Светик как всегда отпустила в мою сторону какую-то шутку. А сейчас Бронзовый снова заводит свою шарманку занудности. Ему отвечает Дэй, который одновременно обращается и ко мне. От таких мыслей в пору и с ума сойти. Так что, выпросив у Эль Ен снотворных и успокоительных таблеток, я закинув весь этот микс в себя улёгся на койку и закрыл глаза.

Не сказать, чтобы сон пришёл быстро. Но всё-таки, я погрузился в нечто похожее на него, только дополненное суматошными образами и какими-то хаотичными всплесками.

Тяжёлое и сумрачное состояние продлилось почти десять часов, пока меня не поднял сигнал будильника на комме, а вслед за этим сообщение от архимандритиссы. Настоятельница приглашала меня на завтрак в её покоях.

Неужели хочет сказать мне что-то важное перед стартом?

Но, как оказалось, она всего лишь напутствовала мне строго выполнять все её команды и просто пожелала удачи.

Огорчённый таким механическим отношением, я коротко попрощался и отправился к своим предкам.

И вот там уже на меня хлынул весь поток эмоций, который накопился у деда и отца. К ним присоединились мама и Рысь, которые уже немного оклемавшись, всё ещё находились под медицинским присмотром, но общаться вполне могли.

Так что, хорошенько искупавшись в женских слезах (да и мужских тоже. Отец не выдержал и наконец-то проявил свои чувства), я кое-как отойдя от этого шквала объятий направился к стартовому шлюзу, где меня уже ждала Хрустальный Лотус.

Мы здраво решили, что в таком тонком деле, как подключение меня ко всей этой аппаратуре, вводе квантитов и прочих технологических тонкостях родственники будут неуместным.

Так что, прислужники монастыря загрузили меня в капсулу и стали заниматься делом.

Их постоянно контролировала архимандритисса, иногда как-то странно на меня посматривая.

И вот, когда процесс был закончен, она знаком отослала прочь всех учёных монахов, и мы остались наедине.

– Знаю о чём ты думаешь. Почему, я холодна с тобой…Почему не показываю своих чувств, – она вдруг всхлипнула и протянув руку нежно коснулась моей щеки, – пойми, такие как я не могут дать слабину и отдаться воле эмоций. На мне лежит слишком большая ответственность. И тот момент в моих покоях, когда я рисовала тебя, до сих пор болью отдаётся внутри меня. А, если я сейчас хоть немного покажу своё истинное отношение к тебе, то больно станет нам обоим.

Так вот оно что! Значит холодная и неприступная Эль Ен тоже имеет сердце, и оно ещё оказывается тянется ко мне.

Как жаль, что у нас так мало времени, чтобы понять и узнать насколько мы близки друг к другу.

Мгновение перед прыжком в бездну. Вот всё что у нас есть.

…

Я плыл в пустоте. Наверное, вокруг меня мерцали звёзды, светилась отражённым светом Луна и Земля, а где вдали пламенело Солнце. Но всего этого, я не видел. Иллюминаторы, это излишняя роскошь в спасательной капсуле.

Моё кресло-кокон со всех сторон зажатое дополнительным оборудованием для гибернации мягко изгибалось под контурами тела. Удерживаемый на месте только ремнями безопасности я вот-вот могу взлететь на целых десять сантиметров и сразу же удариться об угол какого-нибудь прибора.

Тем не менее ощущения клаустрофобии у меня не возникало. Я знал, что всё это продлиться не больше получаса.

В договоре было чётко указано, что перенос начнётся сразу, как только я окажусь в зоне видимости космоджета заранее высланного Альфой.

Он подберёт меня (вернее уже ИскИна поселившегося в моей голове) и, как только будет проверено физическое состояние моего тела, наш «пакт о ненападении» официально начнёт действовать.

– Готовность тридцать секунд, – раздался голос Эль Ен в наушниках.

На губах всё ещё горел её поцелуй, но теперь это казалось какой-то выдумкой, фантазией. Тон голоса архимандритиссы был сух и спокоен. Это обычный «эксперимент», которых она провела уже тысячи тысяч.

Всё пройдёт, как нужно. Как задумано.

Так во всяком случае, я надеялся.

И даже мой запасной план, заранее обговорённый с отцом, скорее всего не понадобится. Тумблер с допотопным переключателем под пластиковым колпаком покоился на коленях моего папы. Я не видел этого, но знал, что так и есть. Дед был тому гарантом. Пусть Хрустальный Лотус целиком и полностью отказывалась вносить такие дополнения в конструкцию капсулы.

Но я был настойчив. Если не сказать категоричен. Нужно предусмотреть все возможности. Второго шанс у нас не будет.

– Десять, – начался финальный отсчёт.

Числа медленно плыли одно за другим, пока не прозвучал контрольное «ноль» и ворота в мой разум распахнулись…

Необычное чувство. Я вроде бы уже испытывал его, но тогда чужой интеллект был просто «программой», чем-то неживым. Теперь ж, я в полной мере ощутил настоящий, полноценный иной рассудок.

Он не стал говорить со мной или даже как-то наладить общение. А сразу преступил к делу. Стал деловито сжимать меня, готовя к полному уничтожению. Конкуренты в новообретённом теле Альфе были не нужны.

Как только, я ощутил это, сразу же дал команду своему «секретному оружию» начать ответную атаку. Квантиты активизировались и приступили к стиранию чуждого разума.

И почти сразу же, я понял, что-то идёт не так. Вместо почти мгновенной победы, где-то внутри меня раздался презрительный смешок.