Текст книги "Системная Перезагрузка: Том 3 (СИ)"

Автор книги: Серафим Леман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Значит, не так уж смертельно. Всё же какая-то логика с балансом у Системы и её навыков присутствует, пускай и извращённая.

Продолжил наблюдать за развитием битвы. Теневые пауки методично зачищали лес от живых собратьев. Они действовали группами по три-четыре особи, окружая противников и атакуя одновременно. Координация у них была поразительная – словно они были частями одного разума, явно не паучьего.

Но они не были ультимативным оружием, даже несмотря на бронзовый ранг навыка Пороха, их всё же победили.

Через несколько минут теневые пауки начали рассеиваться. Сначала их движения стали медленнее, затем они начали терять чёткость очертаний, становясь всё более прозрачными. Наконец, от них остались только слабые тени, которые тут же растворились в воздухе.

– Всё, кончилось, – прокомментировал Порох, осматривая поле боя. – Но мы прилично почистили.

Вокруг нас лежали сотни паучьих трупов. Земля была покрыта светло-синей жидкостью, осколками хитина и клочьями паутины. Воздух стал ещё более влажным и тяжёлым.

– Опыт неплохо пофармили, – добавил он, проверяя свои характеристики. – Мне до двадцатого уровня теперь рукой подать.

Я тоже получил приличную прибавку к опыту, хотя основную работу проделали его тени. Но радоваться было рано – лес всё ещё кишел жизнью. Я активировал Инстинкты Охотника и увидел, что множество силуэтов по-прежнему движется в глубине зарослей.

– Это была только разведка боем, – сказал я. – Их там ещё полно.

– Да ладно, – отмахнулся Порох, вылезая из своего кокона и начиная собирать трофеи с ближайших трупов. – Главное, что метод рабочий. Ещё разок такую мясорубку устроим, и дело в шляпе.

Но я чувствовал, что что-то не так. Слишком просто всё прошло. Да, теней было много, да, они дрались эффективно, но большинство убитых пауков были низкого уровня. А где были по-настоящему серьёзные противники? Те, что должны были охранять это место?

Как будто в ответ на мои мысли, земля под ногами начала вибрировать. Сначала еле заметно, потом всё сильнее. Деревья начали раскачиваться, а с веток посыпались остатки паутины.

– Землетрясение? – удивился Порох, прекращая собирать трофеи.

– Нет, – ответил я, всматриваясь в глубь леса. – Что-то идёт. Что-то злое и большое.

Вибрация усиливалась с каждой секундой. Где-то вдалеке начали трещать и падать деревья. Звук приближался к нам. Теперь он походил на едущий поезд.

– Лёха, – тихо сказал Порох, – а что…

Договорить он не успел. Я проследил за его взглядом и увидел то, что заставило меня непроизвольно сделать шаг назад. Между деревьями, снося их как спички, пробиралась к нам тварь размером с двухэтажный дом. Паук настолько огромный, что даже в голове не укладывался, как это может жить. Его лапы были толщиной с телеграфные столбы, а брюшко переливалось в полумраке болота неприятным зеленоватым отблеском.

– Мать-прядильщица, – сказал я, читая информацию, которую выдавала Система:

[Мать-Прядильщица (34)] [Бронзовый]

Главгадина пожаловала собственной персоной. Судя по размерам – просто так её не завалить. Но я постараюсь.

Мать-прядильщица остановилась метрах в тридцати от нас. Её множественные глаза, каждый размером с тарелку, уставились на нас с явно недружелюбными намерениями. Из её жвал капала зеленоватая жидкость, которая, попадая на землю, начинала дымиться.

– Планы? – спросил Порох, не отрывая взгляда от монстра.

– Не умереть, – ответил я, заполняя последние очки магии и активируя Древнюю Форму.

Глава 5

Энергия Древней Формы хлынула через меня, словно расплавленное золото по венам. Мир изменился – краски стали ярче, контуры чётче, а время будто замедлилось на долю секунды, пока проходила трансформация. Я чувствовал, как мышцы наливаются нечеловеческой силой, как обостряются все чувства до болезненной остроты. Воздух стал плотнее, каждое движение – точнее и одновременно плавнее. Всё вокруг вновь окрасилось в золотистую пыль. Очень красиво, если бы не огромная паучиха, готовая меня убить.

Мать-прядильщица почувствовала изменение. Её множественные глаза сфокусировались на мне с новым интересом, а из жвал потекло больше ядовитой слюны. Будто у голодного животного, увидевшего вкуснейшую добычу.

– Какого… – прошептал Порох, отступая на шаг.

Мне некогда было отвечать. Из моего серокожего тела исходило такое количество энергии, как от раскалённого металла. Сила пульсировала в каждой клетке, требуя выхода. Двадцать секунд. Всего двадцать секунд на то, чтобы разделаться с тварью размером с дом.

Мать-прядильщица не стала ждать. Она взвилась на задних лапах, готовясь обрушиться на нас всей своей массой. Я рванул вперёд, нанося свой удар.

Скорость была невероятной. Земля мелькнула под ногами дважды, а расстояние в тридцать метров я преодолел за пару секунд. Паучиха попыталась ударить меня передней лапой и наколоть на неё, но я увернулся, проскользнув под ударом, и тут же врезал снизу вверх рукой, целясь в сочленение.

Я не смог пробить хитин, но лапу всё же оторвало. Слишком сильным был мой удар. Кровь брызнула фонтаном, а Мать-прядильщица попыталась отпрыгнуть, но я уже был рядом с её следующей лапой.

Удар. Ещё удар. Третий. Хитин поддавался. Каждое движение было точным и смертоносным – Древняя Форма делала меня идеальным убийцей.

– Лёх, сзади! – заорал Порох.

Я кинул взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как к нам со всех сторон бегут десятки пауков поменьше – видимо, потомство Матери-прядильщицы. Она призвала подкрепление.

– Убей их! – крикнул я Пороху изменённым, глубоким голосом, уворачиваясь от очередного удара гигантской лапы. – Я разберусь!

Порох открыл огонь по приближающимся паукам, а я сосредоточился на главной цели. Пятнадцать секунд. Нужно было действовать быстрее.

Мать-прядильщица попыталась опутать меня паутиной, выстреливая толстыми нитями из брюшка. Но в Древней Форме я двигался слишком быстро – нити проносились мимо, а я уже атаковал с другой стороны.

Рубанул по этому самому брюшку, оставив глубокий порез. Паучиха взбесилась окончательно, начав крушить всё вокруг в попытке достать меня. Деревья падали, земля содрогалась, но я танцевал между её лапами, нанося удар за ударом.

Двенадцать секунд.

Я понял, что просто резать её по частям слишком долго. Нужно что-то более радикальное. Мой взгляд упал на её голову, усеянную глазами размером с тарелки. Слишком высоко и опасно, но если добраться до мозга…

Паучиха ударила лапой по земле рядом со мной, и я использовал этот момент. Использовал её лапу вместо шеста, оттолкнулся и прыгнул вверх, целясь в голову, призывая при этом Меч Охотника. Она попыталась укусить меня жвалами, но я проскользнул над ними и вонзил клинок прямо в один из самых больших глаз.

Мать-прядильщица завыла и забилась в конвульсиях, пытаясь сбросить меня с головы. Я вцепился в клинок и начал пилить, расширяя рану и утопая в синей крови.

Десять секунд.

– Лёха, их слишком много! – крикнул Порох, отстреливаясь от набегающих пауков. – Тут что-то не так!

Он был прав. Пауки прибывали и прибывали, словно их было неограниченное количество. И все они были гораздо крупнее и агрессивнее тех, с которыми мы сражались раньше.

Я вырвал клинок из головы Матери-прядильщицы и спрыгнул вниз. Она была серьёзно ранена, но всё ещё жива и опасна. А время поджимало.

Восемь секунд.

Нужно было закончить это прямо сейчас. Я сосредоточился, вспоминая, как квинтэссенция Зла обращалась со своей силой против костяных титанов. Та же невероятная скорость, те же точные удары, та же холодная ярость.

И тут у меня в голове что-то щёлкнуло. Древняя Форма – это не просто усиление. Это состояние, в котором я становлюсь тем, кем должен быть. Хищником. Убийцей. Совершенным орудием смерти. Не человеком. Охотником.

Я перестал думать и позволил инстинктам взять верх.

Следующие несколько секунд прошли как в тумане. Я помню только вспышки – как клинок входит в плоть, как брызжет кровь, как рушатся хитиновые доспехи под моими ударами. Мать-прядильщица пыталась защищаться, но её движения казались мне медленными, предсказуемыми.

Пять секунд.

Рубанул по основанию передней лапы – она отлетела в сторону. Удар в бок – клинок прошёл насквозь. Ещё один удар в голову – на этот раз точно в цель – достал до мозга.

Три секунды.

Мать-прядильщица рухнула, но я не остановился. Продолжал наносить удары, добивая её окончательно. Кровь заливала всё вокруг, но я не чувствовал усталости. Только холодную ярость и желание убивать. Добыча должна быть убита. Охота завершится лишь со смертью моего врага.

Одна секунда.

Золотистое свечение начало тускнеть. Время истекало, но я видел, что паучиха почти мертва. Ещё один удар… ещё один…

Ноль.

Древняя Форма должна была закончиться, но я не позволил ей. Точно так же, как это делала квинтэссенция Зла, я силой воли удержал её ещё на пару секунд. Боль пронзила всё тело – организм не был готов к такой нагрузке, но я стиснул зубы и продолжил.

Финальный удар пришёлся точно в центр головы Матери-прядильщицы. Клинок прошёл насквозь, разрубив череп пополам. Паучиха содрогнулась последний раз и затихла.

[Вы получили 15 750 единиц опыта]

[Получен 33 уровень!]

Я почувствовал, что теперь точно знаю какой-то новый навык. Хотя уведомления об этом не было. Мало боли – так ещё и голову прострелил инфо-пакет от Системы: прямиком к пользователю в мозги. Неприятно. Потом разберусь.

Золотистое свечение окончательно погасло, и я рухнул на колени рядом с трупом гигантской паучихи. Всё тело горело от боли – форсирование Древней Формы далось нелегко и отняло слишком много выносливости. С мастерством квинтэссенции Зла мне не сравниться. Но я был жив, и главное – победил.

– Лёха! – Порох подбежал ко мне, всё ещё отстреливаясь от мелких пауков. – Ты живой⁈

– Живой, – прохрипел я, с трудом поднимаясь на ноги. – Как дела с мелочью?

– А вот тут проблема, – ответил Порох, указывая куда-то в сторону. – Их дохрена, и они не собираются убегать.

И это было странно, не в духе Системы. Обычно, когда дохнет главгад – вся окружающая его мелочь тупеет или разбегается. Но смерть Матери-прядильщицы не напугала её потомство – наоборот, они стали ещё агрессивнее. Сотни пауков окружали нас группами, и их количество продолжало расти. Значит, припоминая случай в Лавре – третий вариант всё же есть – если слишком похожи по типу – могут всё же отомстить…

– Надо валить отсюда, – сказал я, доставая из инвентаря гранаты. – Прорываемся к БТР-у.

– Ты в порядке? – спросил Порох.

– Потом поплачу. Сначала нужно разобраться с этими.

Мы начали отход, прикрываясь взрывчаткой и автоматным огнём. Пауки наседали со всех сторон, но после боя с их маткой обычные противники казались мне почти безобидными. Даже без Древней Формы я легко разрубал их клинком, хотя усталость давала о себе знать – двигался я намного более медленно.

Порох, конечно же, нашёл минутку, чтобы спросить у меня по поводу Древней Формы. Реакция у него была куда спокойнее, чем у Морфея, вероятно, по своей новой специальности успел насмотреться на всякое системное. Но я промолчал. Объяснять, что это такое, почему навык изменился под воздействием квинтэссенции Зла, было слишком сложно. Да и сам я не до конца понимал природу происходящего. Ну и времени, собственно, не было. Уже виднелся БТР, одиноко стоящий между деревьев и так призывно ждущий нас. Особенно сильно манило крупнокалиберное оружие на его крыше.

Да, я, бесспорно, могу сражаться сколько захочу. Хоть до рассвета, если он вообще бывает на этом осколке. Но Порох так не может. Так что нужно его защитить. Будь я сам – остался бы прям у трупа огромной паучихи и принял бой. Но что ж поделать. Мы в ответе за своих друзей и близких.

Прямо перед тем, как забраться в транспорт, я получил ещё один уровень. Слишком уж много опыта дали за Мать-прядильщицу.

Мы забрались в БТР и захлопнули люк за собой. Звуки снаружи мгновенно стали приглушёнными, но от того не менее угрожающими.

– Ну и дичь, – выдохнул Порох, плюхаясь на водительское место. – Думал, всё, приехали.

Я устроился рядом с пулемётом, готовясь к длительной обороне, спокойно наблюдая за тем, как к БТР-у несутся десятки пауков самых разных размеров. От мелких, размером с кошку, до здоровенных экземпляров величиной с медведя. Мерзость.

– Заводи, – сказал я. – Попробуем пробиться к цели задания.

– Ага, щас, – Порох повозился с панелью управления.

Двигатель взревел, и БТР дёрнулся вперёд. Порох явно не был профессиональным водителем бронетехники, но хотя бы не заглох сразу. Мы медленно покатились по лесу, давя пауков и сбивая хрупкие деревья. Иногда мне приходилось выскакивать и срезать особенно плотно насаженные деревья. Расстояние между ними было в 3–4 метра, но росли они, естественно, не в идеально прямых рядах.

Я время от времени открывал огонь из пулемёта, строча очередями по наиболее крупным целям. Трассирующие пули прочерчивали яркие линии в полумраке болота, и каждая очередь срезала по несколько пауков.

Спрыгнув в очередной раз, чтобы расчистить нам путь, я поинтересовался у Пороха, пытаясь немного снять напряжение:

[Ной]: Слушай, а ты хоть раз что-то серьёзнее велосипеда водил?

[Порох]: А ты мне тут давай не умничай.

[Ной]: Главное, с деревом не поцелуйся.

[Порох]: Я не дендрофил.

[Ной]: Кто?

[Порох]: Дед Пихто. Тот, который деревьям пихает. Всё, не отвлекай чатом.

Забравшись обратно на транспорт, вернулся к спарке. БТР ехал дальше, оставляя за собой горы из паучьих тел и тысяч отстрелянных гильз.

Спустя минут двадцать БТР подпрыгнул на очередном корне, и я едва не слетел с места стрелка. Порох выматерился с водительского места, пытаясь сладить с управлением.

– Стой! – крикнул я, разглядев что-то впереди. – Тормози.

– Что?

– Что-то новое!

Впереди, метрах в пятидесяти, лес резко заканчивался вместе с болотом. Не было плавного перехода – деревья просто обрывались, как отрезанные ножом. За ними виднелась большая поляна, покрытая какой-то белёсой субстанцией.

– Это что, снег? – спросил Порох, заглушив двигатель.

– В болоте? Вряд ли, – я пригляделся. – Это паутина. Огромное количество паутины.

Мой мозг тоже сначала отказался принимать увиденное. Вся поляна была затянута толстым слоем белой паутины. Она лежала пластами, местами достигая высоты человеческого роста. Слишком много. В центре этого паутинного моря возвышалось нечто, напоминающее огромный кокон размером с небольшой дом. Но я невольно сравнил его с тем костяным мешком, из которого вылез Алаис.

Выбравшись из машины, я побегал параллельно нашей цели, следя при этом за картой. Отметка задания Системы шаталась явно сильнее, чем раньше. Мы приблизились к цели.

[Ной]: Кажется, оно. Логово.

[Порох]: А я-то думал, зачем мы ту здоровую самку мочили. Оказывается, она была не главная.

[Ной]: Не главная?

[Порох]: Ну дык, Мать-прядильщица же. А не Прядильщица. Мать – это которая детей рожает, а главная – это которая всем командует. И где же тогда главная?

[Ной]: А вот в том коконе, видимо, и сидит. Прядильщица. Без «мать».

В принципе, это логично. Слишком просто было бы, если главный босс локации оказался первым же серьёзным противником. Мать-прядильщица была, видимо, чем-то вроде охранника или командира войск. Минибоссом локации, если выражаться игровыми терминами, которыми только ленивый не пользуется.

Мы продолжили наблюдение. По краям поляны сновали пауки, но они вели себя странно – не атаковали, а будто патрулировали территорию. Их движения были слишком организованными для простых хищников.

– Смотри, – указал я Пороху. – Видишь, как они двигаются?

– Ага. Строем почти. Это нормально для системных мобов?

– Ну, – я хотел было сказать «нет», но вспомнил поведение скелетов в мёртвом городе. – Да… вполне.

Нужно было залезть повыше, чтобы осмотреться, чем я и занялся.

[Порох]: Кстати, а зачем нам туда лезть? Может, не будем спешить?

[Ной]: Задание же. Про Источник Зла забыл?

[Порох]: А может, достаточно мелочь перебить? Главное говно сидит в своём коконе и не высовывается.

[Ной]: Сомневаюсь. Обычно надо босса убить, чтобы портал закрылся.

[Порох]: Ну тогда у меня план есть.

[Ной]: Какой?

[Порох]: Въезжаем на этой консервной банке прямо в центр, ты используешь приказ свой, и я всю поляну в тени превращаю потом.

[Ной]: Что, понравилось?

[Порох]: Мы теперь с тобой всегда в паре работать будем.

Я лишь хмыкнул и посмотрел на поляну ещё раз. План Пороха был, откровенно говоря, так себе. Слишком рискованным, да и выбор у нас всё же был. Неизвестно, как поведёт себя в паутине техника. Кто знает, застрянем ещё. Слишком уж она плотной выглядит, тяжёлой, системной… Ну и, если мне не изменяет память, пауки в принципе не могут достигать таких больших размеров. Им не должна позволять физиология.

Но… Система имела в виду нашу физику. Она хочет больших пауков, и она их делает. Или не она, а что-то другое. Всё ещё не могу отделаться от ощущения, что монстры – это что-то внесистемное, а мы у неё вместо функции очистки работаем. Уборщики по найму, так сказать. И откуда такие мысли?..

[Ной]: Не спеши. Дай лучше постреляю.

Я дал очередь по краю поляны, целясь в ближайших пауков. Эффект меня малость удивил – пули не просто убивали монстров, они ещё и поджигали паутину. Огонь начал распространяться по белёсым пластам, создавая проплешины.

[Ной]: О, горит.

[Порох]: Красота. Ещё пострелять не надо?

[Ной]: Не, пока хватит. Посмотрим, как отреагируют. Но ты пересаживайся за пушку. Чувствую, сейчас тут будет весело.

Реакция на наше дерзкое «здравствуйте», сдобренное парой выстрелов из 30-мм, была пугающей. Из кокона в центре поляны послышался протяжный звук – низкий, вибрирующий звук, похожий на треск, от которого задрожало дерево, на котором я сидел. Пауки по краям поляны тут же сгруппировались и начали движение к нам.

Мы старались держать пауков на расстоянии. Меткость у нас была отличной, пристрелялись уже – не то что каждая очередь, почти каждый выстрел попадал в цель. Но их было слишком много, и они двигались слишком быстро для таких крупногабаритных тварей.

Особенно впечатляли экземпляры размером с молодую лошадь – они скакали между деревьями с невероятной ловкостью, используя паутину как батуты. Я едва успевал поворачивать автомат, отслеживая их траектории.

Я заметил, как один из таких прыгнул на БТР сверху, пытаясь добраться до люка. Порох вывернул пулемёт максимально вверх и дал длинную очередь практически в упор. Тварь разнесло на куски, забрызгав всю крышу синей кровью.

– План Б, – сказал я, спрыгивая на БТР. – Их становится больше. Атакуем.

– К кокону?

– Ага.

К сожалению, придётся выполнять план Пороха. Тем более мы уже проредили целую тропу в направлении огромного кокона.

Порох включил двигатель, и мы рванули вперёд. БТР с грохотом пробивался сквозь остатки паутинных зарослей, которые обгорали и плавились, но никак не хотели нормально загораться, будучи влажными. Я продолжал стрелять, скашивая преследователей.

Паутина была не такой безобидной, как казалось на первый взгляд. Местами она была настолько плотной, что БТР едва продирался сквозь неё. А в некоторых пластах попадались коконы поменьше, которые приходилось рубить мечом охотника – пули их практически не брали. Но она так же мешала проходимости пауков, что играло нам на руку.

Я заметил шевеление в одном из коконов, мимо которого мы проезжали.

В одном из коконов что-то двигалось – как будто кто-то пытался выбраться. Мне на секунду почудилось системное меню. Лишь на долю мгновения, но…

– Тормози! – приказал я.

– Ты с ума сошёл? Мы же почти добрались!

– Тормози, говорю!

БТР остановился в паре метрах от подозрительного кокона. Я спрыгнул с брони и в два удара разорвал его оболочку. Из кокона выпал человек – грязный, измождённый. Главное – живой.

– Оп-па, – сказал я. – Ты ещё кто такой?

Человек явно китайского происхождения поднял голову и увидел БТР. Начал махать руками, прося о помощи. За ним из разорванного кокона показались ещё двое.

– Так…

Глава 6

Понятия не имею, кто это такие и откуда они взялись, но помочь надо.

Плевать, что у нас тут паучья армия на хвосте – справимся.

Освобождённые люди, перемотанные в паутине, едва стояли на ногах, чуть ли не падая от слабости, так что я их скорее закидывал в бронетранспортёр, нежели приглашал.

– Быстрее! – крикнул я им. – Залезайте!

Первым полетел пожилой мужчина, одетый в остатки чего-то похожего на традиционный азиатский костюм. Кимоно, кажется, их обзывают. За ним – молодая женщина и совсем мелкий пацан. Все трое были худые, грязные, с выпученными от ужаса глазами. С какой-то ветошью на головах и с порванной, будто оплавившейся одеждой.

– Сколько вас там ещё? – спросил я, помогая мелкому.

Мне не ответили.

В этот момент я почувствовал странное покалывание в затылке – словно кто-то наблюдал за мной со стороны. Обернулся, но кроме пауков никого не увидел. Однако ощущение не проходило. Система молчала, никаких предупреждений не выдавала, но интуиция подсказывала: здесь есть что-то ещё. Что-то более опасное, чем простые арахниды. Ладно, не важно, проблемы будем решать по мере их поступления. Сейчас я был разозлён другим.

Да я хоть когда-то привыкну к этому или нет⁈ Долбанные языки! Зачем их нам так много⁈ Где он там…

Выбрал имя над головой женщины:

[Лау Таир]

Добавил её в контакты, а затем и в группу, пока закрывал люки и кричал Пороху, чтобы он двигал. Сам остался снаружи. Мне тут комфортнее. И пауки никуда не делись. Первые преследователи уже начали догонять. Нужно отбиваться. Между делом успел написать в чат:

[Ной]: Сколько вас здесь всего?

Ответа не было. Пришлось постучать ботинком по броне и покричать. Только затем мне ответили:

[Лау Таир]: Нас три пальца.

[Ной]: Что? Вас трое?

[Лау Таир]: Мы трое – один из пальцев.

Что за бред… Переводчик опять глючит?

[Порох]: Лёха!

[Ной]: Не сейчас, я пытаюсь поговорить.

[Порох]: Лёха, мля! Ты кого притащил⁈ У них рога! Я сейчас постреляю их всех, это монстры какие-то!

Стоп, подождите… кажется, я начинаю понимать, что происходит. Прежде всего – сообщение в группу для Пороха:

[Ной]: Не трогай их!

Затем для Лау:

[Ной]: Лау, вы не с Земли?

[Лау Таир]: Мы все дети земли.

Кажется, даже Система, похоже, не справляется с обозначением русского языка и переводит «Землю» не как планету, а как «землю» буквально. Ту, что под ногами. Отмечу это как первую победу над ней.

[Ной]: Как называется ваш родной мир? Планета, шар. Где вы живёте? Как Система называет ваш мир?

[Лау Таир]: Я поняла, странник. Имя ему Зоркинал. Мы из славного королевства Луго, живём при городе Милленис.

Девку прорвало. Начала рассказывать всё подряд – обо всём и сразу, но это уже не читал – был занят сражением, и мне как-то не до чужого нервного срыва. Самому бы мозги сохранить на месте… Пауки были очень слабыми, но компенсировали это своей мерзостью стократ.

Сражение проходило довольно спокойно. Ну, настолько спокойно, насколько можно сражаться с помощью меча и собственных рук и ног, отбиваясь от пауков размером с телёнка и весящих не меньше. Балансируя при этом на движущемся бронетранспортёре, который то подпрыгивал на ухабах, то тормозил, зацепившись за паутину, которую нужно было срезать в срочном темпе – что тоже было моей задачей.

Подобного рода мысли намекали на всяческие раздумья по поводу собственной мощи. Всё же увеличившаяся ловкость и скорость – это не пустой звук. Куда там цирковым актёрам, посмотрите, как я выступаю! Здесь и сейчас, бесплатно!

Смотрящих на меня глаз было огромное множество, но увы, принадлежали они монстрам Системы, желающим меня схарчить, нападающим одним за другим. Но я сейчас не смотрел в их сторону. Мы выехали на относительно ровную поляну, приближаясь к огромному кокону, замеченному ранее. Сейчас, вблизи, не увидеть под ним знакомый камень было невозможно. Даже без описания было понятно, что это Источник Зла. Ну и вздрагивающая при малейшем отклонении отметка на системной карте об этом прямо говорила.

БТР – машина быстрая. Судя по крикам Пороха и его сообщениям в чате – он уже озаботился тем, чтобы добавить друзей Лау Таир в группу и объяснить им, как пристегнуться. Так что мы смогли выжать из машины максимум, и пауки не смогли нас догнать.

Пока БТР набирал скорость, я успел рассмотреть спасённых получше. Старик сидел, вжавшись в кресло, и что-то бормотал себе под нос. Губы его двигались непрерывно – то ли молитва, то ли проклятья. Кимоно на нём когда-то было красивым, с вышитыми монстрами, но теперь превратилось в лохмотья. На руках – глубокие порезы, а рука явно сломана и неправильно срослась. Что было странным, ведь я так привык к лечебным эликсирам.

Пацан жался к женщине. Ему лет десять, не больше. Лицо худое, глаза огромные от постоянного страха. Но что меня поразило – он не плакал. Смотрел на меня с каким-то взрослым пониманием, будто уже привык к ужасам. Кажется, детство у него проходило и без Системы не очень хорошо.

С неприкрытым интересом разглядел торчащие вверх рога на голове женщины. Нарост не был костяным, как у какой-то козы или типа того. Скорее они выглядели так, будто были сделаны из натянутой кожи, заострённые на концах. Прям как штекер у розетки. Почему-то поймал себя на бесконечно повторяющейся мысли по поводу того, используют ли они их в бою. Такими ведь реально наколоть можно, как вилкой.

Это грубо, наверное, и я встретился с ней взглядом, который она тут же отвела. Возможно, смотреть на рога у них – это как у нас на женскую грудь, или что-то подобное.

Не важно. Мы уже подъезжаем к цели.

Кокон в центре поляны начал пульсировать всё сильнее. Каждое сокращение отдавалось в земле, заставляя мелко дрожать БТР. Не доезжая, мы остановились на более-менее свободном от паутины месте.

– Ладно, – сказал я, запрыгивая на крышу. – Порох! Вылезай!

– Наконец-то, – сказал Порох, выпрыгивая наружу.

– Будем делать по твоему плану. Но сначала расчистим поляну.

Решил не проверять крепость БТР-а и не скрываться внутри него от пауков, ожидая, пока их количество накопится. Просто попёр сам на них вперёд, в лобовую атаку. Взмах мечом, прикрыться рукой от крови, чтобы не попала в лицо – и перерубленная пополам тварь катится по обе стороны от меня. Пинок другому прямиком в жвала, ломая их с треском – и искалеченная туша летит в сторону своих товарок, кувыркаясь и сбивая их с ног. Добить её кинутым вдогонку Мечом Охотника.

Свист, громкий «чвяк», и мой опыт немного пополняется. Меч поднимать не нужно. Подсмотрел трюк у квинтэссенции Зла – нужно просто ещё раз достать его из инвентаря. Он там, получается, намертво приклеен к ячейке. Так что это теперь ещё и метательное оружие. Правда, как у моей злобной сущности метнуть не получается. Сильно, убойно, но вовсе не как у него. До сих пор не понимаю, как он это делал…

Выданный Максом меч уже отработал своё. Просто взял и сломался, когда я не уследил за запасом прочности. Слишком привык к мечу охотника. Особенно к тому, что он постоянно ломается. Надо бы взять у Макса железяк двадцать, что ли.

Но я и без оружия достаточно убойная тварь. Ударов кулаками и ногами тоже хватало, чтобы отправить пауков к их паучьему богу, если он у них есть.

[Порох]: Слышь, каратист, ты убежать решил?

Ой. И правда. Увлёкся я, в полное наступление пошёл, сокрушая семейство арахнидов. Это сказалось на БТР-е, из которого сейчас палило… двое. Вот прикол! Порох вручил Лау Таир автомат, и та поняла, что с ним делать! Когда успел? Ещё и объяснил ведь. Впрочем, не важно. Надо возвращаться.

[Ной]: Иду.

Сидя на броне и стреляя уже втроём по всем направлениям, включая непробиваемый кокон, отстранённо подумал о том, что я больше урона голыми руками наношу, чем три активных стрелка. У системных монстров выше 15-го будто ограничитель какой-то, когда против них обычная наша физика работать хуже начинает. Создаётся такое ощущение, что обязательно нужно применять что-то системное.

Выждав правильный момент, когда количество ползающих тварей станет критическим, активировал Королевский Приказ:

– Всем паукам – замереть.

Мой голос, тяжёлый и властный, разошёлся во все стороны от нас, задевая пауков. Все пауки в радиусе тридцати метров застыли как вкопанные, словно время для них остановилось. Продавил навык ещё, стараясь увеличить радиус действия, но это показалось невозможным. Слишком. Слишком тяжело! Но даже те, что прыгали между уцелевшей вдалеке паутиной, повисли в воздухе в нелепых позах и так и попадали.

Я побоялся давать поспешную команду: «убивать». Не было уверенности в том, что мой навык не сработает на новых союзников – я пока что им не доверял. Так же не было времени подавать какую-то витиеватую команду и сильно её продумывать. Море паучьих глаз – это страшно. Такое в кошмарах сниться будет, уверен. Не мне – так моим напарникам. Вижу, как Лау трясёт и как автомат у неё в руках ходуном ходит при стрельбе. Так что ляпнул первое попавшееся, особо не думая.

– Красота, – усмехнулся Порох. – Теперь моя очередь.

Он встал за пулемёт и начал расстреливать замороженных противников одного за другим. Автоматная очередь за очередью косила пауков, которые даже не могли попытаться укрыться. Синяя кровь разбрызгивалась по паутине, окрашивая белёсые пласты мерзкими разводами. Порох, подстёгнутый Системой, мог даже на ходу попадать в маленькие глаза. Сейчас же он был лучшим в мире стрелком в тире, скашивая противников одного за другим и вращая пулемёт так, словно тот был какой-то игрушкой в руках безумца.

Я тоже не отставал. Каждый выстрел находил свою цель, и если он не был летальным, то следующим за ним со стопроцентной вероятностью добивал одного из огромных пауков.

– Сколько времени у нас? – спросил Порох, закидывая новую ленту в Корд.

– Секунд тридцать ещё, – ответил я, наблюдая за побоищем. – Успеваешь?

– Более чем.

За двадцать секунд Порох и я выкосили всех пауков в зоне действия приказа. Когда последний монстр рухнул, тишина на поляне стала почти осязаемой. Только кокон в центре продолжал пульсировать, и звук этот теперь казался ещё более зловещим. Словно кто-то бил молотом по огромной наковальне. Что самое обидное – кокон ничего не брало: ни 30-мм снаряды, ни моя магия. Так что приходилось ждать.

– Этап первый пройден, – сказал я. – Призывай.

– Щас, – Порох закрыл глаза, сосредотачиваясь. – Их слишком много.

Системный навык был активирован. Мне показалось, что от Пороха во все стороны ударила силовая волна, едва заметная глазу. Просто показалось. Я начинаю уставать.

Пауки и без того были чёрными. Сейчас же из этой тьмы вылезали их теневые копии и тут же спешили навстречу другим паукам, продолжавшим стягиваться, казалось бы, со всей локации.