![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ee-chudovische-lp-366569.jpg)
Текст книги "Ее чудовище (ЛП)"
Автор книги: Сэм Кресент
Жанр:
Короткие любовные романы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
ГЛАВА 4
Хоуп снова вышла в прохладную ночь. Погода в этот момент была переменчива. В одно мгновение было невыносимо жарко, а в следующее ‒ так холодно, что даже куртка не могла ее согреть.
Когда она заметила Биста, прислонившегося к машине, как и накануне, она остановилась. Должна ли она подойти к нему? Он смущал ее, присутствие Биста заставляло нервничать, ведь она хотела того, чего никогда не хотела ни от одного другого мужчины, ни от кого. Просто находясь рядом с ним, она чувствовала изменения внутри себя: жажду, жгучую потребность, подобную огню.
‒ Привет, ‒ сказала она, не приближаясь ближе.
‒ У меня для тебя подарок.
‒ О, ‒ сказала она, наконец, подойдя ближе. Это было невежливо, не так ли?
Она крепко держала сумку, не желая ее отпускать.
Бист вытащил из кармана какие-то бумаги и протянул ей. Мужчина стоял под фонарем, так что, когда она взяла их, смогла прочесть, что там написано.
‒ Приказ о лишении прав на опеку. ‒ Хоуп покачала головой и пролистала весь документ. ‒ Нет, нет, я не хочу этого. Я говорила тебе, деньги, что у меня есть сейчас, они только для колледжа. Не могу позволить себе жить самостоятельно. Разве он не знал, что она изучила все, что значат эти приказы? Она сделала несколько расчетов, пытаясь понять, есть ли способ освободиться от женщины, которая любит напоминать ей прошлое. Каждый цент пропадет через пару лет, и ей придется обратиться к стипендиям. Она этого не хотела. Ее план помогал ей сосредоточиться на одном. Хоуп знала, чего хочет, и то, что происходило сейчас, ей не нравилось. Тетя Тэй подписала их.
Ее глаза наполнились слезами, но они были от счастья.
‒ Почему? Я не хочу этого. Я же говорила, что не хочу этого.
Он схватил ее за руки, но она была так рассеяна, что любое удовольствие, которое девушка получила бы от его прикосновения, прошло мимо нее. Она не хотела, чтобы он прикасался к ней.
‒ Ты в безопасности, Хоуп. Она отдала тебе твою свободу, но в моем доме я предоставлю тебе комнату.
Это заставило ее на мгновение застыть.
‒ Что?
‒ Я не хотел иметь дело с орущей тетей, рассказывающей всему миру, что украл ее племянницу.
Она сомневалась, что тетя Тэй когда-нибудь сделает нечто подобное.
‒ Это было единственным способом, по которому ты можешь быть свободна от нее, не то чтобы ты действительно нуждалась в документе. В восемнадцать ты можешь делать все, что захочешь, но я просто хотел взять этот клочок бумаги на всякий случай. Ты будешь жить в моем доме. Я плачу за еду, коммунальные услуги, полностью распоряжаясь всем в моем доме. Буду заниматься всеми финансовыми вопросами. Ты все еще можешь продолжать работать здесь, если хочешь, но я попрошу водителя сопровождать тебя повсюду. Ты же не задаешь никаких вопросов.
‒ Почему? ‒ спросила она. ‒ Почему ты так добр ко мне?
‒ Просто у меня такое чувство, что немногие люди были добры к тебе, Хоуп.
Она ничего не понимала. Этот человек ничего ей не должен. Она не могла дать ему ничего, чтобы отплатить за то, что он сделал для нее; и все же он стоял здесь, надеясь, что ее будущее будет намного лучше, чем оно было до этих пор.
Глядя на Биста, она поняла, что в глубине души уже немного влюбилась в него. Все боялись его, но он всегда проявлял к ней только доброту, и ей было все равно, что говорят другие. Хоуп беспокоилась только о том, как он заставлял ее чувствовать себя. Она отказывалась заботиться о чем-либо еще, особенно сейчас.
‒ Спасибо. Мне лучше пойти и забрать свои вещи.
‒ Они уже у меня, ‒ сказал он, открывая дверцу машины. ‒ Если ты заберешься внутрь, мы поедем домой, и я покажу тебе комнату, где ты будешь спать.
Она села в машину и не двигалась, пока он пристегивал ее ремень безопасности. Было что-то сексуальное в том, как он взял на себя ответственность, пристегнув ее ремень.
Давай посмотрим правде в глаза. Ты втюрилась в него так сильно, что эта зависимость может соперничать с любовью к любой кинозвезде.
Бист сел за руль, а она наблюдала, как он выезжает со стоянки, направляясь в противоположную сторону от ее старого дома, прямиком к новому.
Я смогу с этим справиться.
Краем глаза она все еще наблюдала за ним, не желая упустить ни минуты. Закусив губу, девушка невольно улыбнулась. Все казалось таким насыщенным, таким другим. Она глубоко вздохнула и подумала, что бы сказала ее мать о Бисте Карсоне.
На самом деле, это уже не имело значения. Она чувствовала себя потрясающе, когда находилась рядом с ним.
‒ Я бы хотела сохранить свою работу, если это возможно.
‒ Я уже сказал, это возможно. Попрошу водителя возить тебя туда и обратно в целости и сохранности. Не хочу, чтобы ты в одиночку ходила по улицам.
‒ Потому что это опасно?
‒ Ты не можешь знать, когда Бугимен может выйти и напугать тебя.
Она усмехнулась.
‒ Я так давно не слышала про Бугимена.
‒ Твои родители когда-нибудь рассказывали тебе о нем, чтобы заставить пойти спать? ‒ спросил он.
‒ Нет. Я была очень хорошим ребенком и всегда делала то, что мне говорили. Единственный раз, когда я услышала о Бугимене, было на Хэллоуин, и моя мама рассказала о нем, чтобы казаться страшнее. Было время, когда я любила Хэллоуин. Она наряжала нас в костюмы, и мы шли выпрашивать сладости, выкрикивая «сладость или гадость». Мне так это нравилось.
‒ Что же случилось?
‒ Я повзрослела, и вся магия вместе с папой-наркоманом просто вылетела из окна. Было легче оставаться дома. Мы смотрели несколько фильмов ужасов, и все.
Он въехал в открытые ворота.
‒ Я никогда не праздновал Хэллоуин. Наряжаться в костюмы казалось бессмысленным занятием. Нет никаких причин бояться демонов, которые появляются ночью, когда ты сам один из них.
‒ Даже не собираюсь думать сейчас о том, что ты имел в виду, сказав подобное.
Он припарковал машину, и она была рада, что ей не нужно больше ничего спрашивать. Крепко прижимая к себе рюкзак, Хоуп уставилась на дом и последовала за Бистом. Он положил руку ей на спину и повел внутрь.
Проходя мимо стоявших у двери охранников, он кивнул им. Только тогда она услышала, как еще одна машина въезжает на территорию дома.
‒ Меня всегда сопровождают люди, ‒ сказал он, когда Хоуп остановилась, чтобы оглянуться.
Бист не мешкал, и они уже поднимались по длинной лестнице. Вернее, он двинулся в конец коридора, где она увидела вторую лестницу.
‒ Комната Дуэйна там, внизу. Я поговорю с ним завтра. Он не будет тебя беспокоить. Собираюсь попросить его подвозить тебя до школы.
‒ Я не против прогуливаться пешком.
‒ И я не против, чтобы люди подвозили тебя туда, где ты должна быть.
Бист остановился у дальней комнаты, и она уставилась на дверь, у которой он стоял.
‒ Это моя комната?
‒ Да.
Она протянула руку, чтобы схватить ручку двери, провернув ее. Дверь открылась, и Бист зажег свет.
Комната была огромной. Она, должно быть, была размером с квартиру. Кровать была одной из самых огромных, которые она когда-либо видела.
Бист прошел мимо нее.
‒ Здесь есть смежная ванная, так что у тебя будет свое личное пространство. Встроенный шкаф, а здесь место для хранения вещей.
Она заметила, что ее одежда уже развешана, а немногочисленные вещи хранились в шкафу. Фотография, которая стояла у ее кровати, уже была здесь и ждала ее.
‒ Спасибо, ‒ сказала она, чувствуя себя невероятно тронутой подобной заботой.
‒ Надеюсь, ты будешь здесь счастлива, Хоуп.
Он вытащил из кармана мобильный телефон.
‒ Теперь он принадлежит тебе. Я уже вбил в него номера: мой, Дуэйна и некоторых из моих людей. Ты можешь позвонить им в любое время, и они приедут за тобой.
Хоуп кивнула и улыбнулась.
‒ Спасибо.
‒ Если тебе что-нибудь понадобится. Не стесняйся спросить.
Он подошел к двери, и она смотрела ему вслед.
‒ Подожди, а где спишь ты?
‒ Моя комната в конце коридора. Я чутко сплю, так что буду знать, если Дуэйн попытается проскользнуть сюда.
Он подмигнул ей, и Хоуп немного заволновалась от осознания, что она делила весь этаж с Бистом.
‒ Спасибо тебе за все.
Он кивнул, закрывая за собой дверь. Сидя на краю кровати, она не заботилась о бегущем времени. Не сейчас. Она была… в шоке.
Ее тетя, наконец, в прошлом, и ей не нужно было выслушивать дерьмо, исходящее из ее рта. Глядя на свой мобильный телефон, она провела большим пальцем по экрану и прокрутила контакты, а затем улыбнулась, когда увидела номер местного китайского ресторанчика.
Она должна была держать себя в руках. Ни в коем случае она не должна показать, насколько катастрофически влюблена. Ни за что.
* * *
Бист уставился на экран с камер безопасности в библиотеке. Дуэйн решал тест, с темами которого Хоуп помогала ему за несколько секунд до этого. Теперь она стояла у одной из книжных полок и смотрела на множество его книг.
Сегодня она надела шорты до колен и укороченный топ. На город снова обрушилась жаркая погода. Прошло несколько дней с тех пор, как он забрал ее. Она уже привыкла к рутине, и Дуэйн не возражал, чтобы она жила рядом. Они редко разговаривали друг с другом, если это не касалось вопроса учебы. Также ни один из них не вращался в одних и тех же кругах в школе.
Дуэйн сказал ему, что Хоуп одиночка, и многие считали ее чокнутой. Бист не считал ее таковой. Скорее непонятой, чем чокнутой.
‒ Ты рассказал ей, как замешан в дельце ее отца? ‒ спросил Калеб.
‒ Нет, и не собираюсь.
Он не отводил взгляда от экрана. Она поднялась на ступеньку повыше, чтобы добраться до второй полки, той самой, литература на которой была более интимной.
Он смотрел, как она достает книгу с верхней полки. Теперь, когда девушка открыла книгу, его заинтересовало, какую именно она выбрала. Угол камеры был как раз таким, чтобы можно было рассмотреть страницу, которую она перелистнула. Дуэйн подарил ему эту книгу три Рождества назад. Это была книга, описывающая сексуальные позиции с довольно подробными иллюстрациями. В ответ на эту дерзость, он устроил Дуэйну обследование в больнице и прикупил запас презервативов. Ему было насрать, если люди не соглашались с его методами воспитания. Это сработало на нем, и на Дуэйне сработает.
Щеки Хоуп горели, но она не закрыла книгу, как будто была слишком потрясена тем, что увидела в ней. Ее рука опустилась на книгу, и он наблюдал, как она медленно провела пальцами по картинке. Хоуп перевернула страницу, и ее снова встретила довольно откровенная фотография с парой, занимающейся сексом.
О чем она думала?
Он хотел бы оказаться рядом с ней прямо сейчас. Расспрашивал бы ее обо всем, что приходило в голову, чтобы узнать и понять ее.
‒ Ты немного… одержим этой девочкой.
‒ Хоуп не девочка. Она женщина, ‒ сказал он рассеянно, на самом деле не обращая особого внимания на Калеба.
То, как она смотрела на него, действовало, как чертов наркотик, и он становился все более зависимым с каждым днем.
Она была совершеннолетней.
Ни разу Хоуп не заставляла его думать, что она ребенок или даже подросток. Она была настоящей женщиной. Ее тело было создано для секса, и, видя, как она перелистывает очередную страницу, он понял, что ее разум тоже.
Он наблюдал, как она закрывает книгу и смотрит вниз. Дуэйн поднял листок бумаги с уже решенным тестом, и Хоуп кивнула.
Она положила книгу на место, но держала корешок немного дольше. Как будто не хотела оставлять ее в покое.
Под конец Бист стоял, наблюдая за ней, еще несколько минут, пока она проверяла тест Дуэйна, и у него не было другого выбора, кроме как оторваться от экрана. Он не мог продолжать смотреть на нее, наблюдая за ней, хотя в глубине души знал, что это единственное, что он хотел бы делать.
‒ Мы должны отправиться на склад, ‒ сказал Калеб. ‒ Бизнес требует внимания.
Выходя из дома, Бисту не нужно было отдавать приказ своим людям охранять Дуэйна и Хоуп. Он уведомил их об этом несколько дней назад.
Забравшись на заднее сиденье машины, он вытащил свой мобильный телефон, проверяя сообщения, прежде чем уделить Калебу все свое пристальное внимание.
‒ Что нам известно? ‒ спросил Бист.
‒ Фрэнк провел некоторое время с местными копами.
Стиснув зубы, Бист кивнул. Фрэнк был одним из тех, кто помогал с кредитованием бизнеса. Он был хорош в этом, но у Фрэнка также имелись проблемы с азартными играми.
Только казино, которым Бист владел, приносило ему почти миллион долларов, и это только за последние несколько месяцев.
Если Фрэнк хоть на секунду думал, что ему сойдет с рук попытка донести копам, то его ожидал сюрприз, мягко говоря.
‒ Я уже заплатил Уильяму. Дал ему десять штук, ‒ сказал Калеб.
Уильям был их информатором в полиции, который помогал закрывать глаза на некоторые действия. Он долгое время работал на Карсонов, и они помогли ему заработать хорошее, большое пенсионное пособие, которое тот заслужил, помогая друзьям.
‒ Что у тебя за дела с Хоуп Миллер? ‒ спросил Калеб.
‒ Просто помогаю девушке.
‒ Мы оба знаем, что это неправда.
‒ Это мы продали пистолет ее отцу.
‒ Ну и что? Мы продали много оружия мошенникам, и с помощью них они убили много людей. Что же такого именно в этой девушке?
Он взглянул на брата, но не сказал ни слова. Калеб поднял руки вверх.
‒ Послушай, я никогда не видел, чтобы ты смотрел на женщину так, как смотришь на нее, и, заметь, я говорю «женщина», а не «старшеклассница», потому что знаю тебя. Я ее видел. Она взрослее своих лет. Также знаю, что ты пользовался услугами Сары намного чаще за последние несколько дней с тех пор, как встретил Хоуп. Она тебе нравится, не так ли?
Бист не собирался рассказывать своему младшему брату, что чувствует к восемнадцатилетней девочке. Просто наблюдая за тем, как она просматривала ту книгу о сексе, он получил гребанный стояк, с которым ничего не мог сделать, что адски его злило.
Когда Бист посмотрел Хоуп в глаза, то увидел, как она тоскует по мужчине, особенно по тому, как она смотрела на ту чертову книгу. Она смотрела на нее так, словно хотела быть на месте тех женщин, принимающих в себя хороший, большой и толстый член.
‒ Она хорошенькая, ‒ сказал Калеб. ‒ Я видел ее, и она не похожа на твоих обычных женщин. Она невинна.
‒ Как насчет того, чтобы перестать думать о женщине, живущей в нашем доме, и больше сосредотачиваться на своей работе?
Он не хотел больше слышать чушь о ее невинности. Несмотря на то, что это не было ерундой, он очень хорошо понимал, насколько наивна она была в своей нынешней ситуации.
Теперь же она жила в доме, полном монстров, за исключением Дуэйна, но однажды придет и его время, когда он станет старше. Его собственный отец к пятнадцати годам уничтожил всю ту маленькую наивность, которая у него была.
Возможно, ему следовало поступить так же с Дуэйном, но он не смог.
Его племянник не узнает, какое детство было у Биста, он забрал его из жизни насилия, так что Дуэйну не нужно было проходить через тот ад, который он сам пережил.
Время его обучения придет, но до тех пор Бист, Калеб и его люди были способны управлять семейным бизнесом.
Выехав за пределы склада, Бист вылез, застегнув пиджак, оттеснив мысли о Хоуп и Дуэйне на задний план. Ему не нужно было сейчас думать о невинных людях в своей жизни.
Войдя на склад, он увидел, что его люди сдерживаются, в то время как Фрэнк был привязан к стулу. Это было не ново для Биста. Все, кто хотя бы попытался на него настучать, оказывались на этом стуле.
‒ Мистер Карсон, клянусь, я ничего не знаю. Моя жена!
‒ Твоя жена в больнице со сломанной челюстью, Фрэнк.
Он схватил стул, развернул его и оседлал.
‒ Вот как обстоят дела: она добралась туда задолго до того, как мы поймали тебя, поэтому я должен задаться вопросом, была ли она той, кто предостерегал тебя о том, что не нужно переходить мне дорогу.
Он взглянул на костяшки его пальцев, привязанных к подлокотникам стула. Явные признаки драки, такие как содранная кожа, были заметны на них.
‒ Ты избил свою жену, Фрэнк?
Он встречался с Делией несколько раз. Красивая женщина, временами немного… заторможенная, но он предполагал, что это от слишком многочисленных ударов по голове.
Его собственная мать стала такой же, на протяжении многих лет домашнего насилия, и, естественно, когда ноги не получали должного медицинского ухода и это затрудняло ее ходьбу. Он сидел за столом, пока отец насмехался над неспособностью матери ходить. Тот даже не позволил ей приобрести костыли, которые помогли бы ей передвигаться, и он видел, как она плакала.
Конечно, его отец избивал ее слишком часто, и однажды придя домой, Бист увидел кровавое месиво, которое было его матерью на ковре, в тот момент он решил дать отцу испробовать его собственное лекарство.
Он не остановился и провел целую неделю, издеваясь над отцом, заставляя его пройти через муки, которые тот заставил пройти мать, прежде чем ему, наконец, стало скучно, и он просто убил его.
Его мать покоилась в прекрасном месте, которое он поддерживал в чистоте каждое воскресенье. Его отца кремировали, а пепел высыпали в саду за домом. Что касается Биста, то ему казалось это оправданным.
Протянув руку к ассортименту оружия на столе, он взял стальной молоток и проверил его вес в своих руках.
‒ Пожалуйста, Бист, я клянусь. Я не…
‒ А что говорила твоя жена? ‒ спросил Бист. ‒ Видишь ли, у меня серьезные проблемы с мужчинами, которые бьют своих жен, особенно, когда те пытаются помочь своим мужьям. Женщины так делают, Фрэнк. Редкие единицы, которые существуют только для того, чтобы помогать мужчинам. Чтобы направлять их, согревать их постель и дарить им детей.
Он с силой опустил молоток, раздробив кости руки Фрэнка.
‒ И эти женщины не заслуживают того, чтобы их избивали.
ГЛАВА 5
Спускаясь по лестнице, Хоуп напевала себе под нос, она чувствовала себя счастливой, впервые с тех пор, как отец отнял у нее все. Войдя в столовую, она остановилась, увидев Дуэйна, Калеба и Биста.
– Мне очень жаль. Я не заметила, что опаздываю. – Она быстро взглянула на часы на своем запястье, чтобы убедиться, что пришла вовремя.
– Я голоден, – сказал Бист.
– Пожалуйста, присаживайся.
Калеб сел на противоположном конце стола от Биста. С Дуэйном по одну сторону, а она прошла к единственному месту, где было свободно, усаживаясь.
Прошло огромное количество времени, с тех пор как она последний раз делила ужин с кем-нибудь. Мама всегда следила за тем, чтобы на столе была еда, и при мысли об этом она улыбнулась.
– На следующей неделе у тебя контрольная по математике. Как твои результаты? – спросил Бист, пристально глядя на Дуэйна.
– Если бы я помнил все, чему меня научила Хоуп, я бы с успехом все сдал. – Она улыбнулась.
– Не нервничай и остерегайся вопросов с подвохом. Те, которые заставляют тебя хорошенько подумать, и ты такой «да, это правильный ответ», но когда ты смотришь на них снова, то просто знаешь, что это что-то другое. – Она нахмурилась. – Я только что все усложнила еще больше.
– Все в порядке. Я наверняка провалюсь, – сказал Дуэйн. – Бесполезный репетитор. – Говоря это, он ухмылялся.
– Эй, это несправедливо. Ты же знаешь, у меня один из самых высоких показателей в качестве репетитора.
– Посмотрим, хвастунишка.
Она хихикнула. Еду подали, и краем глаза она заметила, что Бист за ней наблюдал. Хоуп нравилось, что он смотрит на нее, и это, конечно, заставляло ее думать о той проклятой книге. Зачем ему вообще нужна подобная книга?
– Как прошел твой день? – спросила она, наконец-то взглянув на него.
– Это был хороший день. Кажется, я, наконец-то, научил кое-кого признавать свои ошибки.
Она услышала, как Калеб фыркнул, и посмотрела на него через стол, наблюдая, как он пытается сдержать смех. Дуэйн, конечно же, невинно жевал свой ужин и смотрел на дядю. Что-то здесь происходило, и она ни на секунду не усомнилась, что ей не понравятся секреты, которые они скрывали.
Остаток ужина она молчала, не желая задавать вопросов. Слухи о семье Карсонов продолжали крутиться у нее в голове. У него так много охраны, и каждый раз, когда она входила в комнату, разговор между мужчинами прерывался.
После ужина Хоуп отправилась в свою комнату, быстро приняла душ и переоделась в пижаму. Сидя на кровати, она смотрела на свои книги, но не могла найти в себе сил для занятий, хотя обычно это было все, что она делала.
Ее интересовала та чертова книга.
Выпрыгнув из постели, она спустилась по лестнице и вошла в библиотеку. Щелкнула выключателем на втором этаже, осветив его, поднялась по лестнице, что была приставлена к стеллажам, и снова нашла книгу.
Она уставилась на корешок и стиснула зубы.
Это просто книга о позах и сексе. Все об этом знают из уроков по половому воспитанию.
И все же, она протянула руку, взяла книгу и перевернула ее. Открыв страницу, девушка посмотрела на мужчину, держащегося за член. Это не был хорошо прорисованный рисунок, а всего лишь эскиз.
– А тебе действительно понравилась эта книга.
Ахнув, она развернулась и оказалась лицом к лицу с Бистом.
Он все еще был в своем костюме.
– Ты напугал меня.
– Ты боялась, что тебя поймают в библиотеке с «грязной» книгой?
Он сделал шаг вперед, и ее тело мгновенно отреагировало. Ее соски напряглись, а киска стала влажной.
Хоуп была девственницей, но это нисколько не означало, что она не знала, что происходит с ее телом.
Бист был очень привлекательным мужчиной, ее влекло к нему. Ее увлеченность им была не такой уж и невинной, не сейчас.
Они были одни в его библиотеке, и она держала в руках книгу, которая внезапно показалась ей обжигающей.
– Я…
– Любопытство – это нормально. Что тебе нравится? – спросил он.
Она уставилась в книгу, и он повернул ее спиной к себе. Девушка не могла видеть его лица, и это немного нервировало ее.
– Тебе нравится смотреть, как мужчина берет в руку свой член.
– Это красивый рисунок, – сказала она.
– Это больше, чем рисунок, Хоуп. Это искушение. Разве ты не видишь этого? – Пока она держала книгу за обложку, он протянул руку, и перевернул страницу. Ей было трудно не ахнуть. Тут был изображен тот же самый член, скользящий через губы женской киски. – Наши тела созданы для секса. Это всего лишь страницы, дающие представление о реальности.
Она закрыла книгу, даже не желая бороться с искушением, и положила ее на место. Эмоции бурлили, потому что все, о чем она могла думать, это член, скользящий в женскую киску так же идеально, как эта книга, находясь в этом месте.
Когда она снова развернулась, Бист стоял очень близко. Он положил одну руку на книги рядом с ее головой, вторую разместил рядом по другую сторону, глядя на нее сверху вниз, ловя в ловушку между своим твердым телом и книжными полками. Она совершенно не возражала.
По правде говоря, ей больше всего хотелось быть именно здесь.
– Ты любопытная малышка.
– Разве мне не может быть любопытно? – спросила она, запрокинув голову и глядя на него. Она не могла отвести взгляд, да и не хотела. Он был так близко, что девушка подумала, не собирается ли он поцеловать ее. Его тело было так близко, и она не хотела, чтобы мужчина ушел. Она жаждала его прикосновений.
Все что имело для нее значение в данный момент, это они двое стоящие так близко друг к другу. И ее не волновало, что может случиться в будущем.
Ее взгляд упал на его губы, и она прикусила собственные. Каково это, чувствовать его губы на своих губах, брать то, что он готов дать, не требуя ничего взамен?
Никто никогда не целовал ее прежде, и она никогда не хотела, чтобы это произошло. Хоуп медленно положила руки ему на грудь.
Он был тверд как скала, и она видела спортзал, который он оборудовал возле домика у бассейна, в конце сада. Ей хотелось увидеть, как он тренируется, но это не имело значения.
– Ты играешь с огнем, Хоуп.
– Мне все равно.
Она не имела ни малейшего понятия, что делает, только то, что не могла остановиться, когда подошла ближе, прижимаясь к нему всем телом, наконец, почувствовав его рядом с собой.
Одна из его рук запуталась в ее волосах, дергая и заставляя ее задохнуться, когда он запрокинул назад ее голову. Она не отвела взгляда и не испугалась. Что-то подсказывало ей, что Бист не сможет причинить ей вреда.
Другая рука все еще лежала на книжных полках позади нее. Угол, под которым он держал ее, означал, что ее тело было в полном контакте с его, и она почувствовала твердую выпуклость его члена, прижимающегося к ее животу.
– Ты понятия не имеешь, что делаешь.
– Тогда научи меня, Бист. Покажи, что делать.
Она медленно опустила руку, обхватив его член. Это было самым откровенным, что Хоуп когда-либо делала в своей жизни. Она понятия не имела, что делать, но, похоже, действовала инстинктивно, и только это заставляло ее не думать о том, что будет дальше.
Она задохнулась, когда его губы впились в нее, прижимая к книжному шкафу, заставляя застонать от страсти и силы его поцелуя. Обхватив его руками, она не хотела отпускать его и отказывалась сдаваться. Его член настойчиво прижался к ее киске, и она вскрикнула, нуждаясь во всем, что он мог ей дать, и даже больше. Не проходило и секунды, чтобы она не хотела большего.
Она не чувствовала страха, только потребность.
Ее киска была в огне, соски затвердели, умоляя о его прикосновении, о большем.
Бист толкнул ее к книжным полкам, схватил обе ее руки и поднял над головой, удерживая в ловушке, пока целовал.
Его язык скользнул по ее губам, и она закрыла глаза. Приоткрыв рот, он нырнул внутрь, и она почувствовала привкус кофе в его дыхании.
– Ты чертовски хороша. Держу пари, каждая частичка тебя столь же совершенна на вкус. – Одна его рука отпустила ее запястье, и палец скользнул вниз по ее руке и груди, к киске. – Хочешь, чтобы я научил тебя? – спросил он.
– Да. – Она понятия не имела, что происходит сейчас, но не хотела останавливаться.
– Вечер пятницы, приходи ко мне в комнату. Дуэйн уедет на выходные. Весь дом будет в нашем распоряжении, и отмени свою смену в закусочной. Ты будешь принадлежать мне.
Прежде чем она успела задать хоть один вопрос, он ушел.
****
Остаток недели прошел без каких-либо событий. Бист часто задумывался, какого хрена он делает. Он наблюдал за Хоуп издалека, видел, как она повернулась к нему. Ее любопытные глаза всегда сводили его с ума, от чего хотелось узнать ее больше. О чем она думала большую половину времени, глядя на него? Он действительно не знал. Временами мужчина подлавливал ее в библиотеке, пока она смотрела на ту самую книгу, которая привлекала ее внимание. Каждый раз его чертов член твердел, когда он представлял, как она лежит на его кровати, умоляя овладеть ею.
– Знаешь, она странная, – сказал Дуэйн, запихивая в машину несколько сумок. Калеб взял его в поход на выходные, что было как нельзя лучше для Биста. – Никто ее не понимает.
Из них двоих – Калеб любил возвращаться к самой сути. Казалось, он старался держать противовес чудовищу, которым стал для внешнего мира.
– Ни один мужчина не в силах понять женщину, Дуэйн. В том-то и дело, что они совершенно другие. – Дуэйн рассмеялся.
– Да, но она нечто большее, и это пугает многих в школе. – Он пожал плечами. – Ты уверен, что не хочешь, чтобы она поехала с нами?
Бист оглянулся на дом и увидел, что она стоит в библиотеке. Поймав на себе их взгляды, она подняла руку и помахала им.
– Уверен.
Взяв в узды свой пыл, он подождал, пока Дуэйн и Калеб уедут, и только потом вернулся в дом.
Охранников не было видно, так как он попросил их контролировать периметр снаружи. Бист не хотел, чтобы какая-либо мелочь отвлекала его этим вечером.
Она стояла на верхней ступеньке лестницы, и мужчина бросил взгляд на ее юбку до лодыжек. На ней также была рубашка. Даже когда она закрывала одеждой каждый дюйм своей кожи, он знал изгибы ее тела, какой налитой становилась грудь, когда она напрягала ее, что пуговицы рубашки с трудом могли удержать ее.
Юбка облегала ее талию, подчеркивая бедра.
Еще немного, и эти бедра будут обвиты вокруг его туловища.
Ни один из них не произнес ни слова, в то время как он схватился за перила и начал приближаться к ней. С каждым шагом он представлял, как она отступает, говоря, что передумала.
Она не сказала ни слова, даже когда он поднялся на последнюю ступеньку, сокращая расстояние между ними. Он не разговаривал с ней с того самого момента в библиотеке и не разделял с ней трапезу. На самом деле, он намеренно оставил ее одну, чтобы посмотреть, как она сможет справиться с тем, что происходит между ними, и отступит ли она.
Молча, Бист взял ее за руку и направился к их комнатам. Оказавшись за дверью его апартаментов, он прижал к ней Хоуп, обхватил щеку и провел большим пальцем по ее губам.
– Я никогда раньше не приводил сюда женщин, – сказал он, наконец, нарушив тишину. – Никогда не привожу. – Она кивнула. – Хочешь пройти в мою комнату? – спросил он. – Прежде чем ты ответишь, хочу предупредить тебя. Я не всегда нежен. Я плохиш, Хоуп. Не думай, что это больше, чем просто секс. Это не так.
– Я не прошу о большем, Бист. Не скрываю своих чувств. Я вскоре уеду отсюда, помнишь? И все это ничего не изменит.
– Хорошая девочка.
Он открыл дверь. Протянув руку в темноте, он включил свет и закрыл за собой дверь.
Его комната была обычной. Планировка была точно такой же, как и у нее, только кровать была немного больше и более округлой, так как он любил много места, когда спал. Его простыни были из черного шелка, а стены выкрашены в чистый белый.
Ему не нужно было ничего, кроме кровати и дверей, которые выходили на веранду, откуда открывался вид на сад.
Она осмотрелась вокруг себя, впитывая каждую деталь.
Наконец, ее взгляд вернулся к нему. Сняв пиджак, он повесил его на один из стульев.
– Раздевайся.
– А ты не большой любитель романтики.
– Я не собираюсь заставлять тебя верить в дерьмо, которого не существует.
– Думаешь, романтики не существует?
– Уверен, что это так.
– Значит, ты был не с теми людьми. Ты любишь Дуэйна. – Он уставился на нее.
– Я никогда не говорил, что люблю его.
– Но ты заботишься о нем. Всегда следишь за тем, чтобы с ним все было в порядке.
– Это не любовь, а обязанность. – Она улыбнулась.
– Окей.
Он был уверен, что это не совсем то, что она хотела сказать. Не сводя с него глаз, она начала расстегивать пуговицы на рубашке.
– Ты пытаешься отпугнуть меня?
– Нет.
Нет, он не хотел этого. Стянув с себя рубашку, он двинулся к ней, останавливая ее, понимая, что хочет сам раздеть Хоуп.
Он взял инициативу в свои руки, расстегнул пуговицы ее рубашки и спустил ткань вниз по ее рукам. Простое белое кружево лифчика на ее коже напомнило ему, что она была новичком во всем этом, что она могла верить в сердечки, цветочки и все то дерьмо, в которое хотел верить остальной мир.
– Я не убегаю, – сказала она.
– В этом твоя ошибка, но теперь я тебя уже не отпущу.
Обхватив ладонями ее лицо, он прижался губами к ее устам, снова будто пробуя ее на вкус. Она коснулась его бедер, и он притянул девушку к себе, нуждаясь в ее близости.