![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ee-chudovische-lp-366569.jpg)
Текст книги "Ее чудовище (ЛП)"
Автор книги: Сэм Кресент
Жанр:
Короткие любовные романы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)
Она не устраивала сцен и не показывала никаких внешних признаков необходимости в них, но он видел это.
То, как она тянулась к нему, взглядом умоляя его прикоснуться. В то же время она отстранилась, не желая того, что он мог бы ей дать.
Она отталкивала и притягивала с одинаковой силой.
Восемнадцать лет.
Она старшеклассница.
И с ней, в ее жизни, произошло уже слишком много дерьма.
Даже когда он попытался перечислить все причины, по которым должен был держаться от нее подальше, Биста снова привлек ее взгляд. Она не боялась его. Он также считал, что она понятия не имеет, на что он способен. Что мог сделать.
Он не был хорошим человеком.
Причинял людям боль.
Каждый, кто предал его, был убит страшной смертью.
Бист никогда не терпел любого рода дерьма от кого-либо.
‒ Ключ, сынок, в страхе. Заставь всех бояться тебя, и это будет держать их в узде. Любой, кто попытается отнять у тебя эту силу, покажи миру, почему они должны страшиться тебя.
Он наблюдал, как его отец мучил мужчин и женщин, всех, кто думал, что может прожить без него. Каждый усвоенный урок создавал мужчину, которым он стал сегодня. Его собственная мать сказала отцу, что дала своему сыну подходящее имя, потому что именно то, во что он превратился, в зверя (уточнение от перев. имя главного Героя ‒ Бист, Best с англ. Зверь), отображает его сущность.
Припарковавшись у дома Сары, он прошел внутрь, кивнув человеку у стойки. Это был не первый раз, когда Бист был здесь, и, он знал, что не будет последним.
Сара была первоклассной шлюхой. Она брала деньги у кого угодно, и пока они платили ей высокую цену, воплощала в жизнь мечты каждого мужчины.
Он видел ее в действии. Трахать толпу из пятнадцати мужчин и наслаждаться каждой секундой.
Как только он постучал в ее дверь, Сара открыла ее с улыбкой на губах.
‒ Привет, Бист, ‒ сказала она.
Мужчина покачал головой, распахивая дверь до конца. Ей нравилось, когда он командовал. Закрыв за собой дверь, он обхватил пальцами ее шею и прижал к стене.
‒ Ты не произносишь моего имени. Ты ничего не говоришь, мать твою. Я даже не хочу, чтобы ты смотрела на меня сейчас.
Она мгновенно закрыла глаза. Ее соски были твердыми, как камень, бусинками, умоляя его о внимании, тело уже было облачено в прозрачное платье, которое она носила. Сара любила внимание и эпатаж, который она создавала. Он видел, когда та прогуливалась по улице, как мужчины и женщины оборачивались, чтобы посмотреть на нее.
Стягивая платье с ее тела, он обхватил рукой одну из грудей. Они были немного малы для него, но для теперешней потребности вполне сгодятся.
Оттянув ее от стены, мужчина толкнул ее вниз так, чтобы задница торчала вверх. Он не хотел видеть ее. Выхватив из кармана презерватив, разорвал обертку, раскатывая его по члену. Он всегда был защищен, он не касался ее грязной киски. Никогда. Сара была всего лишь инструментом, который можно использовать, и если бы он не нуждался в ней прямо сейчас, его бы здесь не было.
Загнав свой член глубоко внутрь нее, он закрыл глаза, презирая то, другое лицо, которое он видел. Бист Карсон по-королевски облажался.
ГЛАВА 3
Жуя жвачку, Хоуп взяла три солонки с солью и направилась в зал закусочной, чтобы поставить их на стол. Было уже поздно, время перевалило за одиннадцать, а ей все еще нужно было закончить два школьных задания до понедельника.
Самой большой проблемой было то, что по выходным в закусочную всегда приходило много народу, но лишние деньги пригодились бы. Она работала так, чтобы ее трастовый фонд не закончился раньше времени. Если она не будет снимать слишком большие суммы, то сможет оплатить колледж, остаться без долгов и с хорошей работой. Это был ее план, и она намерена придерживаться его.
Остановившись, она увидела Биста Карсона с парой мужчин, сгрудившихся вокруг стола. Они выглядели так неуместно в закусочной подобно этой. Их костюмы выдавали их дороговизну. Каждый из них, должно быть, стоил больше, чем она зарабатывала за год. И не только это, с помощью только одного костюма, вероятно, можно было оплатить все ее обучение в колледже за год.
– Я не буду их обслуживать. Не хочу попадать в поле зрения Карсона, – сказала Хлоя, мать-одиночка, приближаясь к ней. – У меня есть дети, которых надо защищать.
Прежде чем Хоуп сообразила, что происходит, ее подтолкнули к столу. Достав блокнот, девушка уставилась на стол с мужчинами, которые замолчали, как только она подошла. Когда Хоуп была рядом с Бистом, то никогда не чувствовала себя неловко в его присутствии, но сейчас она точно не была окружена приятной атмосферой. Ее желудок свело, и она почувствовала страх.
– Могу я вам что-нибудь предложить? – спросила она.
– Здесь недостаточно меню. Принеси нам еще несколько.
– Для начала, принеси кофе для каждого из нас, Хоуп, – сказал Бист.
А вот и он, его голос успокаивал ее. Девушка быстро кивнула, оставив их. Войдя на кухню, начала готовить два кофейника свежего кофе.
Хлоя подошла к ней.
– Ты знакома с ним?
– Я помогаю с учебой его племяннику.
Она ждала, пока чашки наполнятся кофе, и повернулась, чтобы уделить Хлое свое пристальное внимание.
– А в чем собственно дело?
– В чем дело? Ты ведь знаешь, кто такой Карсон? Знаешь, чем он занимается?
– До меня доходили слухи.
– На твоем месте я бы нашла нового наставника для его племянника. Ничего хорошего не будет от того, что ты ошиваешься вокруг Карсона. Они опасные люди.
Хоуп наблюдала, как Хлоя ушла, закусив губу, и ненавидя то ужасное чувство, зарождающееся в животе.
Как только кофе был готов, она взяла в охапку меню и пошла, чтобы обслужить их. И снова за столом воцарилась тишина, Хоуп ненавидела то, как это заставляло ее нервничать. Молчание означало, что они говорили о том, что было совершенно секретно.
Или опасно.
Она закончила подавать им кофе и оставила мужчин в покое, собираясь разобраться с другими клиентами. Закусочная практически опустела в тот самый момент, как сюда вошел Бист Карсон.
Остаток смены прошел без особых происшествий. Мужчины ели. Ее босс выглядел чертовски напуганным, и она была вынуждена обслуживать их, так как никто другой не хотел.
Не переодев униформу, она взяла куртку и направилась к выходу, остановившись, когда увидела Биста одного. Он прислонился к машине и курил сигарету.
– Не знала, что вы курите.
– Теперь редко это делаю. Просто это идеальная ночь для того, чтобы покурить. Он предложил ей сигарету, и она отрицательно покачала головой.
– Не курю.
– Вижу, ты не на вечеринке.
Она уставилась на него. Дуэйн приглашал ее на свою вечеринку, что-то вроде тусовки в домике у бассейна, и для него было редкостью позволять людям приходить к нему. Хоуп отказалась, потому что это было не то место, где она бы чувствовала себя комфортно.
– Пока могу, собираюсь сохранить свои мозговые клетки активными. Последнее, что слышала, так это то, что они мне понадобятся, чтобы свалить из этого города.
Сложив руки под грудью, Хоуп уставилась на него. За столом, окруженным мужчинами, она боялась его. Теперь же нет. Ее тянуло к Бисту.
– А вы почему не на вечеринке? – спросила она.
– Меня не привлекают дети.
Если слова могли ранить, то сейчас произошло именно это, и она не знала почему.
– Я лучше пойду.
Только она повернулась, чтобы уйти, как следующий вопрос заставил ее остановиться.
– Почему ты хочешь уехать из города? – спросил Бист.
Глянув на него через плечо, она увидела, что мужчина развернулся, чтобы смотреть на нее.
– Вы разве еще не поняли? Я ненормальная.
– Я знаю о твоем прошлом, Хоуп. Просто ты не производишь на меня впечатления женщины, которая сбегает.
Она сделала глубокий вдох.
– Здесь меня ничего не держит, мистер Карсон. Ни в школе, ни дома. У меня… ничего нет. Я просто жду окончания школы, чтобы уехать из города, подальше от воспоминаний. Слухов.
– Слухов?
– Люди знают, что произошло, и, хоть и могу притворяться, будто меня это не беспокоит, я устаю от этого. Мой отец убил мою маму, а я то, что осталось. – Она опустила руки. – На самом деле мне здесь не очень-то везет.
Он двинулся к ней, глядя прямо в глаза.
– Тебе всего восемнадцать.
– Знаю.
– Я должен помнить об этом.
Она наклонила голову на бок, наблюдая за ним. Бист не отводил от нее взгляда. Тепло, казалось, исходило от него, и если бы она могла, все, что ей хотелось, это положить руку ему на грудь.
Он старше.
Намного старше.
Ей было все равно.
Было что-то в Бисте Карсоне, что заставляло ее думать о нем в самые неподходящие моменты. Один из них был, когда она стояла в душе, вода стекала по ее телу, и она представляла его там с собой, он владел ею, прикасался к ней.
Она глубоко вздохнула, понимая, что должна отбросить эти мысли. Никто из парней в школе никогда не заставлял ее чувствовать себя таким образом. Бист смотрел на нее так, словно на самом деле видел.
Он взрослый мужчина.
Тем не менее, когда она попыталась поразмыслить обо всех причинах, по которым должна испытывать отвращение, на ум ничего не пришло. Он был старше, но ей было все равно.
Она не хотела думать о том, что означали его слова.
– Дуэйн очень хорошо учится. Думаю, еще несколько уроков, и он освоит алгебру на отлично. Ура! ‒ Она вскинула кулак в победном жесте и увидела, как его губы слегка дернулись, будто он подавил улыбку. – Вы умеете улыбаться. Это классно. Ваш племянник молодец.
– Приятно это слышать. Почему бы тебе не создать новые воспоминания?
Хоуп замолчала, она надеялась, что он забыл об их разговоре.
– Это не так легко сделать и я скучаю по маме.
– Найди кого-нибудь, с кем можно создать новые воспоминания.
Она усмехнулась.
– В ваших устах это звучит так просто. Как будто легко найти кого-то, с кем можно разделить свою жизнь.
– У каждого есть своя цена.
– Я не собираюсь использовать кого-то, чтобы создать новые воспоминания.
Порыв ветра обрушился на Хоуп, от чего ее волосы упали на лицо. Она хотела убрать их, но прикосновение Биста остановило ее. Он откинул прядь с ее лица, от чего она не могла пошевелиться, не то чтобы и хотела. Глядя в его глаза, она поразилась еще раз.
Она обожала этот оттенок голубого больше всего на свете.
Хоуп, ты втюрилась.
Да уж, просто чтобы добавить галочку к ее сумасшествию, она влюбилась в дядю парня, которому помогала с учебой.
– Почему ты ходишь домой пешком? – спросил он, убирая волосы с ее лица.
Его прикосновение было таким приятным, а руки ощущались такими теплыми на коже.
Облизнув губы еще раз, что, казалось, она не могла перестать делать, пожала плечами.
– Я… эм… я всегда хожу до дома пешком.
– Я уже говорил тебе – эти улицы небезопасны.
– Уже поздно, Бист. Мне нужно возвращаться домой.
Его челюсть дернулась. Она его разозлила? У нее и в мыслях не было. Он беспокоился о ней? Он был бы первым человеком, который беспокоился о ней за долгое время.
– Ты не пойдешь домой пешком. Залезай.
Он отпустил ее волосы, и она ощутила потерю, желая, чтобы он снова обнял ее или, по крайней мере, прикоснулся.
Возьми себя в руки, Хоуп. Не придумывай большего, чем есть на самом деле.
Это все в твоем жалком воображении.
Мужчина открыл дверь, и она забралась внутрь.
Бист наклонился, пристегнул ремень безопасности и отпрянул назад.
– Тебе пора начинать учиться заботиться о себе.
Он был так близко, что у нее перехватило дыхание.
Откинувшись на спинку кресла, она закрыла глаза, ожидая, когда Бист сядет в машину. Она должна была взять себя в руки. Это было совсем не хорошо.
Открыв глаза, она уставилась на него, когда Бист забрался внутрь.
– Знаете, все вас боятся.
Он завел машину, и она бросила взгляд на него, увидев улыбку на его лице.
– Страх может быть отличным методом управления.
– Это также может причинить большинству людей много боли.
– Я здесь не для того, чтобы водить кого-либо за ручку, – сказал он.
– Все те слухи о вас правдивы? – спросила она.
– Не задавай вопросов, на которые готова получить ответы.
Хотела ли она знать правду? Готова ли ступить на эту дорожку?
Нет, она не хотела знать. На этот раз она хотела, чтобы ее маленький мыльный пузырь остался нетронутым, и именно так она собиралась все это оставить.
****
Бист должен был уйти. Он не должен был идти в ту закусочную или оставаться на парковке и ждать, зная, что ее не подвезут.
Поскольку у Дуэйна была его маленькая вечеринка у бассейна, вход в дом был воспрещен, все двери и окна заперты. Бист не возражал против того, чтобы его племянник пользовался домиком у бассейна, но он не позволит ни одному из тех маленьких говнюков входить в его дом. Они не были приглашены.
Краем глаза он увидел, как Хоуп соединила руки вместе, и ему стало интересно, о чем она думает. Ему нравилось, как девушка смотрела на него. Печальный взгляд, и то, как она держала себя, разумом и телом, казалась намного старше своих восемнадцати лет.
– Ты когда-нибудь возвращалась в свой старый дом? – спросил он.
Она напряглась и просунула руки между бедер, прижимая их друг к другу. Он включил обогрев, не желая, чтобы девушка замерзла.
– Нет. Мои вещи были упакованы, а дом – продан. Я не знаю, что с ним случилось. Тетя позаботилась об этом.
– Она ведь не печется о тебе, правда? – спросил он.
– Заботиться обо мне – не ее работа. Я достаточно взрослая, чтобы делать это самой.
– Но ты к этому не привыкла, не так ли? Быть одной. Я слышал, она твоя тетя со стороны отца?
– Она его сестра.
Ему стало интересно, как они ладили.
– Мы… терпим друг друга.
Он подъехал к дому ее тети и увидел, что она не испытывала особого желания войти внутрь. Не хотела идти домой. Бист смотрел на нее, ожидая.
– Ты ненавидишь ее?
– Она ненавидит мою маму. Говорит, что все случившееся – ее вина. Ее там не было, – фыркнула Хоуп. – Я даже не знаю, зачем вам все это рассказываю. Не хочу об этом говорить.
– Иногда незнакомцы – лучшие люди, которым можно рассказать наши секреты. Вот почему некоторые ходят на исповедь.
– Я не собираюсь рассказывать о своих страхах или воспоминаниях священнику. Тетя Тэй… ненавидит меня, потому что я напоминаю ей маму. Я была там, и независимо от того, как часто она пытается переложить вину на все подряд – ее брат был тем, кто нажал на курок.
Бист заметил, что она положила руку на живот.
– В тебя тоже стреляли.
Она кивнула.
– Да, я истекала кровью. Кажется, доктор сказал, что когда я была на операционном столе, то несколько секунд провела в клинической смерти. Я ничего не помню.
Бист крепче сжал руль, не в силах смириться с мыслью о мире, в котором не было бы ее.
– Все происходит не просто так, верно? – спросила она. Ее взгляд переместился с дома на него. – Как вы думаете, почему я потеряла родителей? Почему он убил ее?
– Ты его ненавидишь?
– Он убил мою маму. Забрал единственного человека в мире, с которым я могла говорить. С ней не нужно было прятаться под маской счастливого человека. Я скучаю по ней больше всего на свете. – Хоуп вытерла слезы и рассмеялась. – Простите меня. У вас есть более важные дела, чем разговор со мной.
– Если бы у тебя была такая возможность, ты бы съехала? – спросил Бист, останавливая ее, когда та потянулась к дверной ручке.
– Что вы имеете в виду?
– Если бы у тебя было куда идти, и тебе не приходилось бы возвращаться в этот дом.
Она смотрела на то здание, в котором вынуждена жить, и мужчина видел каким заманчивым было его предложение.
Планы начали вырисовываться в его голове.
– Съехала бы в ту же секунду. Я правда хочу. Я… я думала об этом. У меня есть трастовый фонд, но чем больше смогу сэкономить, тем больше шансов, что смогу поступить в колледж. Не хочу тратить слишком много. Ну, знаете, осталось немного времени. Всего несколько месяцев. – Она улыбнулась ему. – Спасибо, что подвезли.
Он подождал, пока девушка выйдет.
Хоуп помахала ему рукой, он ответил ей тем же, прежде чем отправиться домой. Машины были припаркованы на его подъездной дорожке, что только разозлило его.
Да, вечеринки для подростков наводили на него скуку. Вылезая из машины, он прошел внутрь собственного дома и увидел Калеба, стоящего у окна его кабинета и смотрящего в сад.
– Думаю, мы должны проверить Дуэйна на какое-то ЗППП или даже на ИППП. Я видел как те шлюшки, что сидели у него на коленях, сосутся с тремя другими парнями.
Подойдя к окну, Бист увидел своего племянника. Дуэйн проживал свою жизнь так, как проживали ее все старшеклассники. Он занимался сексом, проваливал экзамены, ну а потом наверстывал упущенное.
Бист видел трансформацию, произошедшую всего за несколько недель, в течение которых его обучала Хоуп. Она была хороша в том, что делала. Терпелива, талантлива и… красива.
Она видела себя чудачкой, но он видел ее красавицей.
Ей восемнадцать.
Это было единственным препятствием для него, в свои тридцать семь лет он был слишком стар для нее. Почти на двадцать лет старше.
Тем не менее, Бист не мог перестать думать о ней. Даже когда был вдали, то думал о ней. Сегодня вечером он пошел в закусочную, потому что знал, что Хоуп будет там. Он также знал, что она пойдет домой пешком по темным улицам в одиночку, потому что у нее не было машины, и ему это жутко не нравилось. Она не должна ходить одна, ни сейчас, ни когда бы то ни было.
Улицы были опасны, а она совершенно не заботилась о собственной безопасности.
– Есть кое-что, что я хотел бы сделать, – сказал он.
– Ты начал этот разговор, чтобы спросить моего совета или просто хочешь, чтобы я это выслушал?
– Я хочу, чтобы Хоуп Миллер жила здесь, пока не закончит школу.
– Это из-за пистолета?
– Это потому, что она не заслуживает жить с высокомерной сукой. – Он повернулся, чтобы посмотреть на Калеба. – Ты можешь это устроить?
– Я позвоню завтра нашему адвокату. Уверен, он подготовит все бумаги.
– Когда она пойдет в закусочную на работу, я хочу, чтобы ты присмотрел за ней.
– Зачем?
– Я собираюсь навестить ее тетю. Думаю, нам с ней нужно многое обсудить.
Он наблюдал, как Дуэйн поднял обеих девочек и бросил их в бассейн. Повернувшись спиной к вечеринке, Бист пошел к своему столу, задаваясь вопросом, что в ней было такого, что не позволяло, бл*дь, просто игнорировать ее.
****
Имея при себе необходимые бумагами, Бист припарковал машину у дома Тэй Миллер. Она никогда не была замужем, и была известна в городе как сестра убийцы. Также у нее была репутация шлюхи.
– Хотите, чтобы я пошел с вами, босс? – спросил Донни.
– Нет. Останься здесь.
Вылезая из машины, он увидел, что большинство домов по соседству нуждаются в кое-каком уходе. Застегивая пиджак, он направился к дому, подняв руку, чтобы постучать.
– Да иду я. Иду, мать твою, иду.
Тэй открыла дверь. Ее волосы были накручены на бигуди, запах сигарет витал в воздухе.
В тот момент, как Тэй увидела его, она побледнела. Ему это понравилось.
Страх.
Он мог сделать все, что захочет. Люди так легко поддавались страху, неизвестности, и он любил заставлять их чувствовать подобное.
Когда Бист переступил через порог, она попятилась, и он вытащил бумаги из кармана.
– Я ничего не сделала, – сказала она. – Я не имею ничего общего с такими, как ты.
Он протянул ей ручку, чтобы та взяла ее.
– Прочти это.
Она взяла ручку и посмотрела вниз. Она начала читать составленный им приказ о лишении прав на опеку.
– Что Хоуп натворила? У нас ведь была договоренность!
– Ты должна быть благодарна, что у тебя есть другой человек, с которым ты можешь разделить свою жизнь. Твой брат отнял у нее так много. Ты заставила ее смириться с тем, что маленький городок делает с аутсайдерами. Ты презренный человек. Откажись от нее, и ты получишь это, – он поднял несколько свернутых банкнот, увидев жадность в ее глазах.
Хоуп не жила здесь счастливо. Она заслуживала лучшего, и он собирался убедиться, что девушка это получит.
– Где ее комната?
– Первая спальня дальше по коридору.
Он пошел в комнату, видя, что у нее не так уж много вещей. Взяв в руки рамку, стоящую возле кровати, он увидел ее мать на фотографии. Единственный человек, который действительно имел значение для Хоуп. Единственный человек, которого он не мог вернуть.
Собрав ее вещи, он спустился вниз и проверил подписанные документы. Увидев подпись Тэй, он передал ей деньги. Она жадно взяла их, а Бист улыбнулся. Направляясь к выходу, он услышал ее крик.
– Ты ублюдок. – Повернувшись, он метнул взгляд на нее. – Ты… это однодолларовые банкноты.
– Я знаю. В следующий раз, возможно, твоя жадность не ослепит тебя.
Он обернул крупную купюру вокруг однодолларовых, чтобы выглядело так, будто у него в руках крупный куш.