444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Сэм Андерсон » Границы виртуальной любви (СИ) » Текст книги (страница 25)
Границы виртуальной любви (СИ)
  • Текст добавлен: 17 июля 2025, 23:31

Текст книги "Границы виртуальной любви (СИ)"


Автор книги: Сэм Андерсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 31 страниц)

Глава 32. Начало проблем

Правило любовной новеллы № 32:

скрытые мотивы некоторых героев

могут как помочь вам, так и создать

трудности

Следующие дни проходили на удивление спокойно.

Каждое утро я завтракала с Колинном и Дженессой, рассказывала им о своих впечатлениях в роли наследницы и обсуждала дальнейшие планы, иногда забывая о том, что находилась внутри новеллы. Потом отправлялась в компанию до того, как порог нашего дома преступит Марисса и наслаждалась отсутствием влияния с ее стороны.

Она несколько раз напрашивалась на ужин, но из-за большого количества работы мы все возвращались домой поздно. Приглашала нас с Дженессой на шоппинг или в кино, но я находила отговорки и избегала встреч. Возможно, мои подозрения оказались беспочвенными, но уверенность, что Марисса желает увидеть именно меня, никак не выходили из головы. Как и женский голос из прошлого, который убедил меня в собственной никчемности.

Если это была Марисса, то каковы ее мотивы? Она не имела никакого отношения к компании. Даже не пыталась вставлять мне палки в колеса, когда часть наследства ее отца перешла ко мне. Казалось, что Марисса спокойно относилась ко всему, что происходило в наших семьях, и тратила больше времени на саму себя, встречи подругами и флирт с богатыми мужчинами Деонта.

Она не выглядела заинтересованной. Но только на первый взгляд…

Настойчивые попытки прекратились через неделю. К сожалению, это не успокаивало. Пришлось заставить себя убрать переживания на счет Мариссы на второй план.

Потому что на горизонте маячила другая проблема. И ей был Люк. Несколько дней подряд кузен открыто игнорировал меня, не беспокоясь о разговорах сотрудников. Я приняла его правила игры, потому что не собиралась тратить силы на попытки что-то ему объяснить.

Очевидно, у Люка были другие планы.

В среду, после очередного мозгового штурма, я сидела в зале для конференции и пила кофе, когда дверь тихо открылась. Я ожидая увидеть Нэша, который обещал сократить время перерыва за допущенные ошибки во время опроса. Но это был Люк.

Он бросил встревоженный взгляд в коридор и быстро закрыл дверь, поворачиваясь.

– Что тебе нужно? – спокойно спросила я, игнорируя волнение.

Которое, кстати, усугубилось, когда раздался звон колокольчиков.

– Нам нужно поговорить.

После его слов и осознания, что этот диалог может повлиять на сюжет, держать эмоции под контролем стало практически невозможно. Вчера перед сном я теребила кулон в руках и пыталась прикинуть, сколько еще времени мне предстоит провести в новелле. Серединный рубеж был пройден. Может, даже больше.

Я чувствовала, что конец игры не за горами, поэтому хотела избежать проблем. Учитывая, что мне не были известны варианты концовок, к которым привели мои действия.

– Не хочу, – ответила я и вернулась к созерцанию Деонта за окном.

– Шейлин…

– Тебе прекрасно удается делать вид, что меня не существует. Пожалуйста, продолжай в том же духе.

Сзади послышались неуверенные шаги. Я все еще смотрела на соседний небоскреб и вывеску рекламы ювелирных украшений, когда Люк остановился рядом с креслом и присел на корточки.

– Шейлин, – повторил кузен и тяжело вздохнул. – Послушай меня. Это очень… очень важно.

– Мне не интересно…

– Ты должна отказаться от компании.

Изо рта вырвался нервный смешок. Я все-таки оторвал взгляд от здания и опустила его на Люка.

– Хорошая попытка, но я откажусь.

– Ты ничего не понимаешь! – не выдержав, крикнул Люк.

– Трудно быть заботливым братом, когда я перестала быть удобной для тебя и твоего отца?

В его глазах застыла боль. Мои слова задели Люка, но я отбросила вину и резко встала. Не было ни единой причины, по которой я должна была испытывать это гадкое, пробирающее в самое нутро чувство.

– Не хочу говорить с тобой, поэтому просто уходи. Нам нельзя пересекаться, чтобы не создавать лишних проблем. Я не пытаюсь занять твое место нечестным путем. Так что перестань вести себя подобным образом.

Люк встал следом. Черты его лица исказились, но он продолжал держать себя в руках и говорить спокойно:

– Неужели твое желание вернуть себе компанию стоят разлада в семье? Неужели ты просто не могла остаться в стороне, выйти замуж и унаследовать компанию мамы?

Оставив его слова без ответа, я повернулась к нему спиной и встала у окна. Как назло перед глазами замелькали общие воспоминания, которые должны были либо смягчить мои чувства, либо убедить меня изменить свое решение. Но они только разозлили.

– Ты ведь знал, что компания много значит для меня, – тихо произнесла я. – Ты видел исписанные тетради, горы учебников. Ты провожал меня на курсы и помогал с домашним заданием. Ты улыбался, когда я описывала тебе планы на будущее в роли генерального директора. Ты разделял со мной этот этап жизни. – Я медленно повернулась. – И ты даже не спросил, почему я отказалась от компании.

Люк вздрогнул.

Я ожидала от него чего-то подобного из-за сна, который увидела сегодня ночью.

Темная гардеробная. Раскиданные повсюду листы и учебники. Вывернутая на пол одежда. Я сидела у крайнего шкафа с поджатыми к груди коленями. Горячие слезы стекали по моим щекам. Я проглатывала всхлипы, боясь потерять контроль и оказаться заложницей невыносимой боли и вины. Люк нашел меня в таком состоянии, молча сел рядом обнял и начал убаюкивать, шепча слова, которые тогда казались мне спасательными кругом, но сейчас вызывали лишь подозрения:

– Все будет хорошо. Я рядом. Не волнуйся. Возможно, так было нужно. Пожалуйста, не плачь. Я всегда буду здесь, с тобой.

Ни тогда, ни спустя несколько лет он не задавал вопросов. Для кого-то это могло выглядеть нормальным. Но не для меня. Я хорошо знала, когда за чрезмерной заботой люди скрывают чувство вины и ложь.

Молчание Люка подтверждало мои слова.

– Уходи.

Я видела в глазах кузена желание остаться. Возможно, он хотел наконец-то понять, как много я знаю. Но решимость и холод в моем голосе не оставили ему выбора.

Люк сделал именно то, что я ему сказала. Он ушел. Вместе с его уходом затихли колокольчики.

Теплый карамельный кофе во время вечерней прогулки с Леоной был как никогда кстати. Яркий аромат дополняет уютную атмосферу, которая уже стала неотъемлемой частью наших с ней встреч.

Мы шли по парку недалеко от моего дома. Наши охранники следовали за нами на комфортном расстоянии.

К счастью для Леоны, которая пыталась доказать мне, что поцелуй с Эмметом не был отражением ее настоящих чувства. По ее покрасневшим щекам и постоянному фырканью на мои слова, становилось понятно, что подруга лжет.

– Я всегда считала, что вы хорошо смотритесь вместе.

Леона замерла на месте.

– В этом нет никакого смысла, – буркнула она недовольно и выкинула в мусорку бумажку, в которую был завернут пончик.

– Почему?

– Потому что я все равно не могу быть с ним.

– А ты хочешь?

Простой вопрос застал Леону врасплох. Она сильно сжала кожаную куртку левой рукой и посмотрела на озеро.

– Когда дело касается твоей собственной жизни, ты бываешь на удивление глупа.

– И это говорит мне девушка, которая до сих пор не может признаться…

– Мне нравится Элдан, – выпалила я до того, как Леона закончит.

Мои слова возымели именно тот эффект, на который я надеялась. Леона приоткрыла рот от удивления и быстро заморгала.

– Что ты сказала?

– Повторять не буду.

Я развернулась и медленно направилась дальше, слыша, как Леона позади издает приглушенный визг. Ее реакция вызвала у меня улыбку.

– Постой. – Подруга нагнала меня. – Вот так просто?

Это было совсем не просто. Мне понадобилось несколько мучительных часов, чтобы перестать бегать от собственных чувств и принять одну простую истину.

Элдан Орест мне нравился. Очень нравился.

И принятие этих чувств сулило мне одни проблемы.

– Я не хочу врать себе. Никому не хочу. А еще я не знаю, что мне делать дальше. Как поступить с…

– Блейном?

Вместо ответа я кивнула.

– Это создаст трудности, но я не собираюсь просто игнорировать свои чувства.

Леона нахмурилась, понимая, что мои слова адресованы ей.

– Когда-то ты сказала, что я должна бороться за свои чувства. Что я не могу останавливать себя, когда дело касается моих желаний.

– Ситуации некоторых могут отличаться.

– И в чем же отличие твоей?

Леоне было все равно на статус и богатство своей семьи. Она не стремилась ни занимать должность в компании, ни притворяться послушной дочерью. Но этого бунтарства не хватало, чтобы преодолеть одно единственное препятствие.

Гнев ее отца.

– Я не смогу защитить его. – Увидев замешательство на моем лице, Леона объяснила. – Я легко могу заткнуть тех, кто оскорбляет Эммета и его решение уйти из семьи. Могу не волноваться, что кто-то посмеет сказать что-то против из-за влияния моей семьи. Отец дал мне власть, которую я использую, чтобы защитить Эммета. Как я смогу делать это и дальше, если пойду на поводу у своих чувств?

Я понимала ее чувства, ведь защита Эммета в обществе стала для нас привычном делом. Мы были на его стороне, поддерживали и не позволяли никому упрекать его за собственный выбор.

Но для меня Эммет был другом. А вот для Леоны…

– Значит, защитить его важнее, чем быть с ним?

Наверное, мой вопрос прозвучал слишком резко, но я не стала себя винить, ведь в глазах Леоны пробежало понимание. Она стала более сосредоточенной и явно не могла перестать размышлять над словами, которые боялась произнести вслух.

Из нас двоих Леона всегда была самой смелой. Но не в моменты, когда дело касалось чувств. Сейчас она напоминала маленького щенка, который вот-вот забьется под лавку. Но я-то знала, что скоро этот образ исчезнет, и на место тревожности придет сила и уверенность.

Телефон издал звук о входящем сообщении. Пока Леона размышляла над моими словами, я достала его и открыла чат с Эмметом, возле которого мигала точка. Сначала на экране появилась ссылка, а потом само сообщение.

Эммет: «Ты должна это увидеть…»

Знаете этот момент, когда все нутро кричит от надвигающейся опасности? Когда тело покрывается мурашками. Становится тяжело дышать. Хочется поскорее вернуться домой, залезть под одеяло и притвориться, что ничего не происходит.

Я испытывала все это, неуверенно нажимая на ссылку. Часть меня догадывалась, что увиденное значительно усложнит мою дальнейшую жизнь в новелле. Так оно и получилось.

Как только сайт открылся, я прочитала заголовок.

'Тайные отношения раскрыты. Девушка, обрученная с одним, встречается с другим?

В сеть попали фотографии самой богатой девушки Деонта Шейлин Фридман в объятиях незнакомца. Знает ли Блейн Мэнсфид, чем занимается его невеста? Повлияет ли тайный роман на свадьбу, которая должна стать самым значимым событием этого года? И самое главное – кто же этот таинственный незнакомец, так страстно сжимающий мисс Фридман в объятиях? Не терпится узнать, к чему приведет этот роман'.

Леона выхватила у меня телефон, заметив резкую смену настроения. Я не стала ждать ее реакции и отвернулась, с трудом вдыхая воздух.

Паника накатывала медленно, словно дразнила и не позволяла быстро оценить ситуацию. Но даже без этого мне в голову пришли две мысли.

Во-первых, они не поняли, что на фотографии был Элдан.

Во-вторых, мне срочно нужно было позвонить.

Глава 33. Мы все исправим

Правило любовной новеллы № 33:

если у вас хорошие отношения с

героями новеллы, то они обязательно

помогут вам

Внутренний голос кричал мне о том, чтобы я немедленно позвонила Колинну или Нэшу. Последний точно был бы рад, узнав, что его ценные указания не прошли даром, и часть меня действительно хотела поступить по правилам. Но другая часть, которой было стыдно, которая хотела сначала поговорить с одним единственным человеком, не собиралась сдаваться.

Поэтому, как только мой мозг снова начал функционировать нормально, я попросила водителя отвезти меня на другой конец Деонта.

Следовало признаться, что я допустила ошибку, позволила своим сомнениям растянуться на несколько дней и самолично создала проблемы.

Для себя. Для компании. Для… Блейна.

Когда мы остановились возле парка «Ордлен», я вылетела из машины, убедив охранников оставаться на приличном расстоянии, и понеслась по пустой тропинке прямо к озеру. Слева текла река, и на противоположной от нее стороне гуляли люди, но я не замечала ничего вокруг, сокращая расстояние между собой и реальностью, которую уже давно должна была принять.

Блейн стоял под большим дубом, прямо у края озера. Теплый свет фонаря почти не проникал через пышную листву и оставлял на лице его блики. Солнце уже давно село за горизонт, поэтому на небе уже виднелись проблески звезд.

Я замедлила шаг, разглядывая умиротворенное лицо Блейна. Он выглядел немного подавленным, но не раздраженным, каким я предполагала его увидеть.

«А был ли Блейн таким хотя бы раз?».

Он всегда заботился обо мне, интересовался моими делами, беспокоился и излучал поддержку, благодаря которой мир вокруг не казался таким уж ужасным.

Блейн был одним из самых потрясающих парней в моей жизни, что делало данную ситуацию ещё более отвратительной. Он увидел меня раньше, чем я успела подойти, и улыбнулся. Снова эта улыбка. И снова это чувство вины.

Я убрала руки за спину и медленно подошла, стараясь не смотреть Блейну в глазах.

Как мне начать этот разговор? Как объяснить, что произошло?

Я сжала пальцы в кулаки и тихо произнесла:

– Прости.

– В чувствах нет ничего постыдного, Шейлин. Тебе не за что извиняться.

– Нет, я… Всего этого… не было сначала. – Я взяла себя в руки и все-таки подняла глаза. Блейн продолжал неотрывно смотреть на меня. – Мне жаль, что это повлияло на тебя. Я не хотела, чтобы так получилось.

Я всего лишь хотела добраться до конца новеллы без трудностей и вернуться домой. Я заставляла себя не задумываться ни над событиями, которые здесь происходили, ни над мимолетными желаниями привязаться к несуществующим людям.

А потом… Новелла превратилась в несбыточную мечту. Это было место, в котором я хотела находиться, рядом с людьми, которые мне нравились.

– Ты что-нибудь испытывала ко мне? – неожиданно спросил Блейн. – Что-то большее, чем обязательства из-за женитьбы или дружба?

Я покачала головой. Блейн облегченно выдохнул.

– В таком случае, нам повезло.

– Что?

Он ответил не сразу, смотря куда-то поверх моего плеча.

– Помнишь нашу договоренность? Пожениться, чтобы быть партнерами, а не возлюбленными? Думаю, я бы стал первым, кто нарушил слово.

Мое сердце дрогнуло и забилось с новой силой от его слов. С самого начала я боялась стать предметом воздыхания фаворита, который не являлся моей целью. Дастин был исключением.

На его влюбленность я все равно не могла повлиять, поэтому предпочитала игнорировать. Но Блейн… Признания от него я боялась больше всего. Потому что часть меня знала, что в реальности… Я тоже могла бы влюбиться в него.

– Могу я поинтересоваться? Если это не секрет. Элдан разорвал помолвку с Дианой из-за тебя?

– Думаю… да.

– Ты не уверена? – спросил Блейн, не в силах сдержать легкое веселье в голосе.

Кажется, и для него поступок Элдана был очевидным.

– Просто… Я не ожидала, что ради меня кто-то способен… На такое.

Собственный голос показался мне незнакомым. Я будто посмотрела на себя со стороны и увидела девушку, которой была когда-то. Неуверенную. Зажатую. Слабую. Девушку, которую я старательно прятала от окружающих.

Но если раньше меня это испугало бы, то сейчас я чувствовала странную примесь предвкушения и радости. Потому что отсутствие привычной маски не вызывало ощущение слабости. Потому что маску сорвал человек, который не собирался использовать это против меня.

Правда, не только Элдан был причиной моего нежелания продолжать притворяться. Дженесса и Колинн стали первыми, кто нарушил мои планы.

Кажется, в моих глазах что-то промелькнуло, от чего Блейн вмиг растерял все веселье.

– Что будем делать дальше? – спросил он, разгоняя неловкую атмосферу между нами. – У тебя есть план?

– Ты поможешь?

– А ты думала, что я потребую от тебя извинения и уйду?

– Нет. Конечно, нет… Но репутация твоей семьи…

– История нашей семьи может похвастаться более ужасными событиями. Не волнуйся об этом. – Услышав голос позади, Блейн шагнул ближе и скрыл меня от посторонних. – Даже ради выгоды женятся в итоге не все. Обычно это не является проблемой. Но у нас все равно могут возникнуть трудности.

– Потому что в глазах общества я распутница, которая обманывает жениха?

Шутка была неудачной, но Блейн все равно улыбнулся. Скорее всего, чтобы не ставить меня в еще более неловкое положение.

– Отец сказал, что завтра организуют встречу Эльтерры, чтобы разобраться в этой ситуации. Будет здорово, если мы проясним происходящее. – Блейн многозначительно посмотрел на меня. – Самое время поделиться своим планом.

По моей просьбе машина остановилась прямо за воротами. Охрана с сомнением отнеслась к этому решению, но территория дома хорошо охранялась, поэтому у них не было причин тревожиться за мою безопасность.

Я знала, что Колинна предупредили о возвращении дочери. Мне лишь оставалось надеяться, что он не помчится за объяснениями, а даст мне немного времени.

Обычно я не оттягивала неизбежное, но сегодняшний день стал настоящей катастрофой для чрезмерно самоуверенной меня. Подумать только. Неужели я действительно надеялась пройти новеллу по четкому плану и избежать проблем?

Жаклин, наверное, злорадно смеялась, создавая этот сюжет и направляя в него такую дурочку, как я.

На заднем дворе расположился небольшой пруд, скрытый за высокими кустарниками и каменной оградой, на которой висели светильники в виде бабочек. Я прошла по тропинке и спряталась в не очень надежном укрытии, не забывая следить за окнами в доме. Пару раз в кабинете Колинна мелькал силуэт. Из открытого окна слышались голоса. Я подавила желание подобраться поближе, чтобы подслушать, и уселась на бортик в виде декоративных камней. Избавившись от обуви, я засунула ноги в теплую воду и впервые за последние два часа смогла выдохнуть.

Напряжение никуда не делось, но мне удалось хоть чуть-чуть почувствовать себя в безопасности.

По дороге домой я думала о стольких вещах сразу, что теперь моя голова разрывалась от боли, а сердце от сожалений. Попытки вновь найти оптимальное решение ни к чему не привели. Я словно оказалась заперта в душной комнате без света и звуков, наедине с собой, наедине с совершенными ошибками и упущенным временем.

Мне понадобилось время, чтобы осознать новую реальность. Но его было не так много, как я предполагала в начале. Оглядываясь назад, становилось понятно, что я просто отрицала очевидное и использовала отрицание, чтобы хоть что-то проконтролировать.

Итог был неутешительным.

Экран телефона замигал. На нем появилось имя Элдана и оповещение о входящем звонке. Я задержала дыхание, но не сдвинулась с места. Элдан позвонил еще два раза. Когда я подумала, что на этом его попытки прекратятся, пришло сообщение.

Элдан: «Что мне нужно сделать, чтобы помочь тебе?».

Потом следующее:

Элдан: «Ты в порядке, Персик?».

И снова:

Элдан: «Глупый вопрос, знаю».

Элдан: «Пожалуйста, ответь мне, Персик. Ты не виновата в том, что произошло».

Я не смогла сдержать улыбки и уткнулась лбом в телефон. Всего несколько сообщений разогнали невидимую тучу, висевшую надо мной почти весь вечер. Хотелось не просто ответить Элдану. Хотелось ему позвонить. Но до того, как дрожащий палец нажал на его имя, за спиной раздались тихие шаги. Я обернулась и расслабилась, увидев Барта. Единственного человека, который связывал меня с настоящим миром. Он подбадривающе улыбнулся мне и сел спиной к пруду. Какое-то время единственными звуками вокруг были журчание воды и шелест листвы.

Я неотрывно смотрела на летающих недалеко светлячков, сжимая края кофты, и гадала, был ли у меня шанс на желанную концовку с самого начала?

– Могу ли я притвориться, что все это реальность?

Барт резко посмотрел на меня. Я продолжила, не поворачиваясь:

– Если я это сделаю, мне будет больно, да?

– Скорее всего.

С губ сорвался нервный смешок.

– Я устала, Барт. Пытаться все контролировать. Постоянно напоминать себе о реальности и убеждать, что мир игры мне ничуть не нравится. Притворяться, что я не мечтаю о чем-то похожем там, за пределами новеллы. Я знаю, что все это неправда. Всего лишь игра, в которую меня затянуло. Но я ведь могу притвориться, что все это… моя настоящая жизнь?

– Конечно можете, госпожа.

Его ответ меня успокоил. Я широко улыбнулась.

– Ты ведь останешься со мной до самого конца? До последней главы этой истории?

Рука Барта легла мне на плечо и легко сжала.

– Я буду с вами до тех пор, пока не закроется дверь в этот мир.

Я постаралась скрыть боль от его слов. Дверь обязательно появится. А я обязательно вернусь обратно. И все это останется позади. Мир, который я сначала отвергала, а теперь неосознанно цеплялась за него. Мир, который нравился мне гораздо больше моего собственного.

Что ж. Если мне все равно придется его оставить, почему я не могу попробовать наконец-то стать Шейлин Фридман и дойти до конца. И не думать, что этот конец уже скоро.

Я медленно поднялась на ноги и уверенно посмотрела на дом.

– Мне нужно поговорить с родителями.

– Они в кабинете господина. – Барт поднялся следом. – Я вас проведу.

Марта, стоящая у главного входа, глянула на меня с жалостью в глазах, хотя ее губы растянулись в подбадривающей улыбке. Я кивнула ей и прошла вглубь дома, ловя свое отражение в зеркалах и стеклянных дверях.

Барт остановился в начале коридора и указал рукой на открытую дверь посередине. На полу двигались тени от двух фигур. Тихие голоса, раздающиеся сквозь проем, тянули меня к себе.

Я глубоко вздохнула, дотронулась рукой до плеча Барта, словно он мог поделиться со мной силой, и направилась по мягкому ковру в кабинету.

Колинн и Дженесса одновременно обернулись, услышав шаги. Судя по телефонам в руках, напряженным лицам и вопросительным взглядам, в которых, как я предполагала, не было осуждения, они провели сегодняшний вечер за разгребанием проблем, созданных мной.

Я хорошо знала, как выглядят разочарованные родители, и по пути сюда очень боялась увидеть картину, с которой сталкивалась всю свою подростковую жизнь.

Презрение. Недовольство. Искривленные губы и злые усмешки. Жестокие слова, опускающие мою самооценку и ценность ниже некуда. Любая ошибка наказывалась унижением, а потом игнорированием. Словно меня не существовало. Словно своим поведением я была виновата в бедах всего мира.

Страх затмил все вокруг. Из-за него я забыла, какими были люди, которые в игровой реальности стали моими родителями.

Заметив мое смятение, Дженесса и Колинн оба поднялись с волнением в глазах. И как я вообще могла подумать, что они поведут себя как мои настоящие родители?

Мои действия плохо повлияли на компанию, на семью, на всех нас. И даже после этого, Колинн все равно продолжал смотреть на меня так, будто я подверглась тяжелым испытаниям, а он искал способы, чтобы помочь.

– Шейлин, – тихо позвала Дженесса.

Струна, которая натянулась из-за моих эмоций до предела, лопнула. Я ощутила резкую боль в груди. Глаза заволокло пеленой. Я сглотнула ком в горле, попыталась что-то сказать, но изо рта послышался хрип.

Мне следовало оправдаться. Я не должна была выглядеть избалованной дочерью, которая допустила ошибку и теперь не могла ее исправить. Я должна была взять все под свой контроль. Как и всегда. Притвориться, что все в порядке. Заставить себя стать сильнее и не упасть в грязь лицом.

Я жила с этой маской со второго курса, уверенная, что она стала частью меня. Что она никогда не спадет.

Кто же мог подумать, что забота со стороны других людей, разрушит выстроенную стену. Что мне будет достаточно почувствовать родительскую любовь, чтобы позволить себе быть слабой.

– Шейлин, – повторил Колинн, явно обеспокоенный затянувшимся молчанием.

– Папа, – выдохнула сквозь боль.

Это слово, так просто сорвавшееся с моих губ, стало последним рычагом. Я больше не могла держаться, поэтому позволила слезам вырваться наружу. Они текли, пока тихий не плач не превратился в громкие рыдания. Они усилились, когда руки папы обхватили меня за плечи и притянули к себе. Да, папы. Я хотела, чтобы он был им. Чтобы он продолжал оставаться рядом со мной и поддерживать. Прямо как сейчас.

Мне было стыдно от того, какой жалкой я могла быть в их глазах.

– Чего ты рыдаешь? – слышался в голосе голос матери. – Сама допустила ошибку, а теперь давишь на жалость? Отвратительно!

– Почему ты не можешь сделать все идеально? – добавлял отец. – Неужели так сложно быть идеальной дочерью?

Они продолжали обвинять меня, когда я не смогла заинтересовать сына какого-то влиятельного человека, и он назвал меня скучной. Обвиняли, когда я не сыграла трудную композицию на скрипке, хотя я говорила, что не смогу. Но родители уже пообещали шикарное выступление единственной дочери. Они обвинили меня в сильной простуде, из-за которой я упала в обморок во время званого ужина.

Им никогда ничего не нравилось.

И они всегда винили в этом меня.

Уехав от них, я возвела вокруг себя прочный барьер. Который, в итоге, пробила родительская любовь, которой я была лишена.

– Милая. – Дженесса ласково погладила меня по голове. – Все хорошо родная.

Но хорошо не было. Я знала, что фотографии приведут скандалу. Я знала, как это исправить. Но я все равно продолжала плакать, мысленно давая себе обещание.

«Еще немного. Я побуду слабой еще немного, а потом обязательно все исправлю».


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю