Текст книги "Границы виртуальной любви (СИ)"
Автор книги: Сэм Андерсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 31 страниц)
Глава 26. Шаг в новую жизнь
Правило любовной новеллы № 26:
родители Шейлин одни из немногих героев,
с которыми нельзя испортить отношения
«Нужно было сказать об этом не так резко? Или дождаться утра, чтобы он не был таким уставшим? Может, я перегнула с интонацией?».
Навязчивые мысли продолжали крутиться в моей голове, пока Колинн, судя по всему, переваривал мое чистосердечное признание.
«Самое время превратить все это в шутку, Шейлин. Давай же. Иначе у него случится сердечный приступ».
– Знаешь, – начала я, медленно сдавая назад и разглядывая картины на стене за спиной Колинна. – Мне не следовало говорить это… Давай в другой раз я…
– Ты правда этого хочешь?
Я застыла посреди кабинета, мысленно уже убежав в свою комнату и спрятавшись под одеялом. Это мог бы быть самый неловкий момент за всю мою жизнь, если бы не надежда в голосе Колинна, вынужденная меня остановиться.
По пути домой я представляла разные сценарии нашего диалога. Ждала увидеть на лице Колинна сомнения и раздражение. Готовилась к снисходительной улыбке, успокаивающим словам и жестокой правде, подразумевающей, что я могу навсегда забыть о компании. Возможно, часть меня даже думала, что Колинн не станет воспринимать мои слова всерьез.
В конце-концов, это ведь я отказалась от статуса наследницы и собственными руками передала права Люку. Не представляю, что творилось в голове у Колинна в этот момент.
– Да, – уверенно заявила я.
Колинн еще какое-то время сидел неподвижно, а потом встал.
– Шейлин…
– Я понимаю, как выгляжу в твоих глазах! – перебила его я, решив пойти в наступление и чувствуя, как в уголках глаз скопились слезы. – Отказалась от компании, а теперь прошу снова вернуть мне права. Подвела тебя и так бессовестно хочу все исправить.
– Милая…
– Я не хотела отказываться… Не хотела, чтобы так получилось. Я не понимаю… Прости меня, папа.
В какой-то момент все мои эмоции прорвались наружу. Сначала я подумала, что это влияние Шейлин Фридман, но вскоре поняла, что вся боль, отчаяние и злость принадлежали лишь мне.
Я искренне желала получить поддержку от того, кому было не все равно. В этот список не входили мои реальные родители. Зато входил Колинн – выдуманный мужчина, который заботился обо мне сильнее, чем вся моя семья.
Подумав об этом, я почувствовала себя уязвимой и опустила глаза в пол. Испытывать стыд в такой ситуации было неуместно, потому что я делала игру слишком личной. Это не имело ничего общего с моими целями в начале.
Колинн медленно подошел ко мне, будто боялся спугнуть, и положил ладони на плечи. Мы стояли так какое-то время, пока я боялась поднять взгляд, а он, наоборот, не отводил его. Это продолжалось до тех пор, пока Колинн не выдохнул и не притянул меня к себе.
Слезы тут же хлынули из глаз. Отец никогда не обнимал меня. Не держал за руку и не гладил меня по голове. Он всегда находился рядом, но недостаточно для того, чтобы я почувствовала себя… вот так.
Любимой дочерью. В безопасности. В окружении людей, которые меня не оставят.
Испытывать такое к несуществующему человеку было глупо, но я просто позволила себе это. Мои руки потянулись вверх, обхватывая Колинна за талию. Я уткнулась носом ему в грудь, продолжая плакать и сожалеть, что подобное не было доступно мне раньше.
«Значит это чувствуют дети, которых любят?».
– Ну что ты, моя хорошая. – Колинн поцеловал меня в макушку, пока я едва заглушала рыдания.
Не представляю, насколько потерянной выглядела в его глазах.
– Прости меня, – повторила я.
– Ты не должна извиняться, Шейлин. Ты ни в чем не виновата.
– Я должна была быть лучшей дочерью для вас с самой.
Колинн немного отстранился, приподнял мой голову за подбородок и вытер пальцами слезы на щеках.
– Ты ничего не должна нам с мамой, – сказал он, качая головой. – Мы всегда уважали твой выбор. И этот тоже.
Мне нечего было ответить на это, поэтому я снова уткнулась ему в грудь, вдыхая слабый аромат яблок. Руки Колинна крепко удерживали меня в вертикальном положении, даря опору под ногами.
Из-за слез я практически ничего не видела, но чувствовала теплое дыхание на макушке и слышала тихий успокаивающий голос у уха.
– Моя девочка, все хорошо. Перестань плакать.
В голосе Колинна послышалась тревога. Я дернулась, ругая себя за эту слабость и мягко отстранилась, с тоской глядя на заботу в его глазах.
– Я не знаю, что на меня нашло, – сказала я, шмыгнув носом.
Колинн улыбнулся, подошел к столу и вытащил из верхнего ящика бумажные салфетки.
– Не представляю, сколько ты держала это в себе. Принести тебе воды? Или, может, круассанов с джемом? Они тебе всегда помогают.
Я покачала головой и села на кожаный диван возле камина. После признания мыслей в голове почти не осталось. Я не знала, как продолжить этот разговор и объяснить изменение своего решения. Колинн ведь захочет узнать, что послужило таким переменам.
Но он, в который раз, удивил меня.
Колинн присел рядом со мной, задумчиво глядя в одну точку и почесывая подбородок.
– Это создаст для тебя проблемы, да?
– Скорее всего, – честно ответил Колинн, не смотря на меня. – Но, признаться честно, я очень ждал эти проблемы.
Я не сразу вникла в смысл его слов. А когда поняла, что именно он имел в виду, по телу прошла дрожь, а сердце в груди загрохотало с новой силой.
– Что?
Колинн одарил меня смущенной улыбкой, словно сам удивлялся своему заявлению.
– Давай предположим, что в тайне я надеялся, что ты когда-нибудь передумаешь.
– Почему… ты никогда об этом не говорил?
Ответом мне послужил тяжелый вздох.
– Мы с Томасом с раннего детства были больше соперниками, чем братьями. Отец никогда не называл имя сына, который станет управлять компанией. Он обучал нас, проверял и даже иногда сталкивал лбами, чтобы посмотреть, кто выстоит дольше. У меня никогда не было выбор. Особенно после того, как отец разглядел во мне потенциал. И как только компания досталась мне, я пообещал, что никогда не заставлю своего ребенка проходить через подобное.
– Но ты расстроился, когда я отказалась от компании, – напомнила я.
– Я расстроился не из-за того, что ты отказалась от компании. – Колинн мягко провел ладонью по моим волосам. – Я расстроился из-за того, что ты испугалась ответственности, а я этого даже не заметил. Мне казалось, что тебе нравилось быть наследницей. Поэтому, когда ты пришла ко мне вся в слезах и сказала, что хочешь оставить все, я сильно испугался. Думал, что заставлял тебя и сам этого не заметил.
Я схватила руку Колинна и сжала ее в ладонях.
– Это не так! Я отказалась не потому, что ты на меня давил. Если честно… я сама до сих пор не понимаю, что тогда произошло. Но, папа… я не хочу, чтобы ты сомневался во мне сейчас.
– Этого никогда не произойдет, – успокоил меня Колинн и притянул к себе, откидываясь на спинку дивана.
Я заметила, что его улыбка стала более светлой и довольной. Пока он гладил меня по голове, в его глазах пронеслась сотня мыслей. Возможно, Колинн уже разрабатывал план действий.
– И что будет дальше? – спросила я, обнимая его за талию и впитывая его тепло.
– Хороший вопрос. Думаю, дальше мы наведем немного шума. Согласна?
Я не смогла сдержать широкой улыбки и кивнула. Предвкушение чего-то масштабного захлестнуло меня с ног до головы. Я испытывала счастье. И не только потому, что собиралась сделать что-то грандиозное. А потому, что рядом был человек, который меня поддержит.
Работая в «Норладсе», я усвоила много правил. Но одно отпечаталось в моем сознание сильнее остальных.
Если все идет хорошо, готовься к проблемам.
Не успели мы с Колинном продумать план действий, в дверь кабинета постучала Мэгги и предупредила, что Дженесса приехала домой вместе с сестрой.
Одновременный разочарованный стон сорвался с наших Колинном губ.
– Давай побыстрее с этим закончим.
Чуть позже, сидя за столом в гостинной, где удовольствие от разговора получали только два человека, я впервые серьезно задумалась о причинах, по которым Колинн недолюбливал Мариссу.
Он раздражался, когда она лезла в дела семьи, но тщательно скрывал свои эмоции. Бывало даже, что Колинн игнорировал ее шуточки или наставления, и хотя Джнессе это не всегда нравилось, он не мог на все сто процентов пересилить себя и быть дружелюбным с Мариссой.
Что касается меня, то я по-прежнему придерживалась позиции «Держись подальше от подозрительной тетки». Возможно, я пересмотрела некоторые пункты прохождения игры, Марисса все еще вызывала у меня беспокойство и желание контактировать с ней как можно меньше.
Тема за столом снова перешла к моим с Блейном отношениям. Я изредка кивала, отвечала Дженессе и обменивалась с Колинном понимающим взглядом. После нашего разговора в кабинете я чувствовала, как усилилась наша с ним связь. Это помогло мне стать увереннее.
– Армель сказала, что ты была совсем одна на примерке платья, – сказала Марисса. – Почему ты не позвонила своим друзьям, чтобы они поддержали тебя вместо Блейна?
Вилка с мясом замерла возле рта.
«Армель не сказала, что я была с Элданом?».
Эта новость показалась мне немного… интригующей. Видимо, Армель посчитала, что будет неправильно распространяться о моей примерке свадебного платья в компании другого парня. Хотя…
«Армель что-то поняла? Или что-то увидела? Почему она не сказала, что я примеряла платье в компании друга?».
Это уже не было настолько интригующим. Я знала, что находилась в игре, которая не влияла на мою реальную жизнь, но мне не хотелось разрушать свою репутацию. Тем более репутацию Дженессы и Колинна.
Но мы с Элданом не делали ничего провокационного. Так ведь?
«Успокаивай себя этим».
Я ненавидела собственные мысли. Они показывали правду даже в те моменты, когда я старательно притворялась слепой и глупой.
Нет, наше поведение с Элданом было далеко от правильного, и мне срочно нужно было что-то с этим делать.
– Леона была занята, – непринужденно ответила я, уделяя больше внимания еде, чем Мариссе. – А Эммет…
– Хорошо, что ты не додумалась взять его с собой, – перебила меня Марисса. – Репутация Эммета в наших кругах оставляет желать лучшего. Люди итак шепчуться о том, что самая богатая девушка Деонта общается с изгоем.
Сердце болезненно ударилось о ребра. Я уставилась немигающим взглядом перед собой, пока Марисса искала поддержку у Дженессы и Колинна и продолжала напоминать о прошлом Эммета.
– И что? – тихо спросила я, но потом повторила громче, когда Марисса посмотрела на меня. – Что с того, что я общаюсь с Эмметом?
– Шейлин, ты должна понять…
– За этим столом только ты считаешь, что дружба с Эмметом портит мою жизнь. Извини, тетя, – произнесла я характерным тоном, – но я сама решу, каких людей пускать в свою жизнь, а каких нет.
Мариссе нужно было отдать должное. Даже если мои слова и интонация как-то ее задели, она этого не показала. И это меня разозлило. Марисса никогда не была на сто процентов искренней, и мне всегда казалось, что она что-то скрывает. Отвратительное подозрение мешало ясно мыслить и возрождало в голове смутные флэшбеки, которые я не могла рассмотреть.
– Конечно-конечно, – отмахнулась Марисса. – Я просто шучу. Самое главное, что вы доверяете друг другу и ты знаешь, что этот человек никогда не воткнет тебе нож в спину. В наше время такие преданные люди редкость.
– Ты права, сестра, – улыбнулась Дженесса. – Эммет замечательный. Уверена, что Шейлин чувствует себя рядом с ним в безопасности.
– Я тоже ничего не имею против общения Шейлин и Эммета, – добавил Колинн. – Он чудесный парень.
Я была благодарная Дженессе и Колинну, что они продолжали оставаться на моей стороне.
Марисса быстро сменила тему, и я выдохнула, когда за столом начали обсуждать работу и следующее собрание Эльтерры.
Одновременно с этим зазвонил мой телефон в кармане. Я взглянула на экран, улыбнулась и, извинившись, вышла в коридор.
– Привет. Не занята? – спросил Блейн.
Услышав его голос я почему-то не смогла сдержать улыбки и остановить чувство благодарности, которое появлялось всегда, когда я думала про своего жениха. Он будто точно знал, когда следует напомнить о себе, чтобы снять с меня напряжение.
– Привет. У нас совместный ужин, но я могу говорить.
– С тетей?
– Ага.
Блейн точно расслышал недовольство в коротком слове и вздохнул.
– Тогда мой звонок должен стать для тебя спасательным кругом. – Я почувствовала его улыбку на расстоянии. – Хотел спросить по поводу твоего дня рождения. Не знаю, какие у тебя точно планы, но мог бы я сопроводить тебя на праздник?
– Конечно, – ответила я, прислонившись спиной к единственному месту у стены, где не висели картины.
– Правда?
– Ты ведь мой жених. Все ждут, что я появлюсь там с тобой.
На несколько секунд в телефоне повисла тишина. Я рассматривала декоративные деревья и ходящих вдоль ограждений охранников через окно напротив.
– Ну а ты? – наконец-то спросил Блейн. – Ты бы хотела, чтобы я пришел туда с тобой? Или твое согласие связано с обязательствами перед обществом?
На языке вертелся ответ, но тут сквозь стены до меня долетели звуки колокольчиков. Я заметно напряглась, сжимая пальцы на левой руке.
На вопрос Блейна можно было дать несколько десятков разных ответов, и часть из них улучшит либо дружеские отношения с ним, либо романтические. Еще я могла просто сказать «да» и убедить его, что я совсем не заинтересована выводить наше общение на какой-то другой уровень. Но к этому моменты мы уже много времени провели вместе, и мне не хотелось бы портить идиллию, возникшую между нами.
– Я хочу пойти на свой день рождения с тобой, – уверенно начала я. – И не только из-за того, что должна. Мне просто… этого хочется. Понимаешь? Я чувствую себя комфортно рядом с тобой, и мне было бы приятно появиться на празднике в твоем сопровождении.
– Хорошо. Я рад.
Блейн снова улыбнулся, а я прикрыла глаза, радуясь, что звон колокольчиков исчез.
– Можешь прислать мне фотографию своего платья?
– Зачем?
– Хочу подобрать галстук в цвет. Леона сказала, что мы должны сочетаться в одежде, чтобы выглядеть бомбезно.
Я не выдержала и засмеялась, представляя, как Леона наставляет Блейна.
– Ты ведь знаешь, что не обязан слушать ее?
– Конечно. Но мне все равно хочется выглядеть бомбезно вместе с тобой.
Мы попрощались после того, как еще немного обсудили мой день рождения, но уходить я не торопилась. В последние дни мысли буквально разрывали мою голову.
Я попыталась понять, какие чувства возникают у меня в такие моменты, когда Блейн мил, говорит приятные вещи и показывает, что ему не все равно на мое мнение.
Благодарность.
Безопасность.
Спокойствие.
Моя кузина, узнав об этом, громко рассмеялась бы. Полин считала, что чувства к парню должны напоминать смертоносный смерч. Никакой ванили. Только горящие глаза, бешено стучащее сердце и агрессивный секс.
Наши с ней взгляды на отношения сильно различались, но даже я понимала, что к Блейну меня тянет исключительно из-за чувства комфорта.
В отличие от…
Телефон издал сигнал о новом сообщении.
Элдан: «Бакс выл весь вечер после твоего отъезда. Не думала забрать его себе?».
Я попыталась убедить себя, что улыбка на губах появилась из-за упоминания Бакса, а не из-за того, что мне написал Элдан.
Шейлин: «Твое обаяние ведь действует и на животных. Неужели не смог его успокоить?».
Элдан: «Как бы трудно мне не было это признавать, но ты ему нравишься больше меня».
Я не сдержала смешок. Тут же пришло еще одно сообщение.
Элдан: «Но это не значит, что я уступлю тебе место самого обаятельного сотрудника приюта».
Шейлин: «Считай, что оно уже мое».
В ответ Элдан прислал три смайлика с прищуром.
Наступило молчание. Минуту я пыталась придумать причину продолжить общение, но в голову ничего не лезло. К счастью, не у меня одной было такое желание.
Элдан: «Есть ли шанс, что завтра ты приедешь в приют в хорошем расположении духа, а не с кислой миной?».
Я цокнула и тут же встрепенулась, боясь, что кто-то из сотрудников дома меня услышит.
Шейлин: «Есть».
Элдан: «Значит, все прошло удачно? Ты рискнула?».
Мои пальцы затряслись, пока я печатала ответ.
Шейлин: «Да».
Элдан: «Молодец, Персик».
Широкая улыбка растянулась на моих губах, и я даже не попыталась ее остановить. В этой игре я сталкивалась с чувствами и эмоциями, которые были недоступны в реальности.
Например, сильное ощущение поддержки от людей, которым было на меня не все равно. Проведя большую часть жизни под одной крышей с теми, кому было все равно на мое эмоциональное и психологическое состояние, я не ожидала, что когда-нибудь смогу пройти через это где-то еще.
Какая разница, если этим местом станет выдуманный город, а заботу мне подарят выдуманные люди? Неужели я не могу просто насладиться мгновениями?
– С Блейном общаешься?
Улыбка слетела с лица, будто ее там никогда не было. Марисса стояла в арочном проходе, прислонившись к косяку. И как давно она была там?
– Да, – соврала я, на всякий случай убирая телефон в карман.
Марисса смотрела на него немного странно, словно хотела наброситься и отобрать его.
– Тебе так повезло, племяшка. Помню, как тоже была влюблена в молодости. Но, к сожалению, так и не пошла под венец.
Я не стала поправлять Мариссу и говорить, что мы с Блейном не влюблены друг в друга.
– Почему?
Мне не особо была интересна история Мариссы, но если это поможет узнать о ее персонаже чуть больше, то я готова потерпеть.
– Он изменил мне за день до свадьбы.
Интересно, это оправдывает ее отвратительное поведение?
Марисса грустно улыбнулась.
– Уверена, что Блейн не такой. И ты будешь в безопасности рядом с ним.
И почему такое чувство, что она меня убеждает?
– Знаю.
Марисса кивнула, как будто мое согласие было только ее заслугой.
– Этот брак подарит тебе счастье, Шейлин. То, которое ты нигде не смогла бы найти.
– Уверена, что так и есть.
Заканчивая этот разговор напряженной улыбкой, я уже развернулась, чтобы уйти, как вдруг Марисса добавила напоследок:
– Ты же помнишь, Шейлин? Ты не должна подвести свою семью.
Эти слова отозвались внутри неприятными воспоминаниями. Показалось, что толстые путы охватывают мои ноги и руки, стягивают их и не дают мне сдвинуться с места. Боль из реального мира тесно сплелась с болью из этого. Я не знала, где заканчивается моя жизнь и начинается жизнь игровой Шейлин.
Но одно я знала точно…
Как и мной, Шейлин в этом мире тоже пытаются манипулировать. И человек, который частично ответственен за это, прямо сейчас стоял у меня за спиной.
Глава 27. День рождения Шейлин
Правило любовной новеллы № 27:
если вы приняли решение закончить
романтические отношения с фаворитом,
будьте осторожны. Неправильные
слова или действия могут испортить
ваши отношения.
Быть в центре внимания – сущий кошмар.
Быть в центре внимания стольких влиятельных людей – сущий кошмар в квадрате.
Цепкие внимательные взгляды не оставляли меня ни на минуту. Гости рассматривали мое черное платье в пол с вырезом до середины бедра. Решали, соответствуют ли дорогие золотые украшения с янтарем моему статусу. Следили за словами, поведением, поднимали в разговоре самые разные темы, ожидая, смогу ли я их поддержать.
В реальной жизни у меня был опыт посещения подобных мероприятий, но каждое из них заканчивалось мучительной головной болью, нотациями и желанием случайно поскользнуться в душе и отправиться в больницу на парочку месяцев, чтобы стать свободной хотя бы на какое-то время.
Но этот вечер все равно отличался от оживших кошмаров из прошлого. Сегодня я не чувствовала себя брошенной на произвол судьбы. Не замечала на себе недовольные взгляды родителей. Не слышала, как люди с ехидными улыбками сплетничают обо мне и говорят всякие гадости.
Сегодня я не была одна. Блейн держал меня за руку и успокаивающе поглаживал кожу большим пальцем, когда я напрягалась. Рядом стояли Колинн и Дженесса, которые помогали встречать гостей, а после – сопровождали меня по всему залу и были готовы воплотить в реальность любую мою просьбу.
Пару минут назад компанию мне составляла еще и Леона, но родители буквально утащили ее в дальнюю часть зала, где стояли влиятельные лица из музыкальной индустрии. Видимо, мистер Кид не оставлял попыток убедить бунтующую дочь продолжить его дело и занять руководящую должность в его компании.
– Ты хорошо справляешься. Уверена, что мне следует опасаться? – тихо спросил Блейн, когда мы впервые за двадцать минут остались одни.
Колинн и Дженесса начали разговор с компанией незнакомых мне женщин недалеко.
– Да.
– Все еще думаешь, что попытаешься кого-то убить?
Я осмотрела огромный зал с деревянными панелями и потолком, украшенным дорогими фресками.
Этот день рождения Дженесса организовала в крепости Алер, которая находилась в самом старинном районе Деонта. Строения здесь напоминали декорации из старых фильмов и были окружены парками, открытыми лужайками и извилистыми берегами вдоль неглубоких озер.
Территория носила исторический статус, поэтому смотрители постоянно следили за состоянием зданий и объектов природы. Идеальная эстетичная картинка, которая встретила гостей при въезде к крепости, продолжила удивлять и внутри.
Просторные холлы, высокие потолки, позолоченные карнизы, на которых висели тяжелые бархатные шторы. Через окна с одной стороны можно было увидеть очертания сада, с другой – соседнюю крепость, которая не уступала своей красотой Алеру.
Легкий запах древесины и орехов, проникающий с улицы, смешивался с тягучим ароматом вин и блюд, которые готовили лучшие повара Деонта.
Несмотря на то, что в «Норладсе» я занималась разработкой сценариев, Виктория частенько позволяла мне продумывать и локации, хотя этим должны заниматься другие люди. В одной из игр было создано похожее место. Но видеть его в голове и в реальности – разные вещи.
Я словно попала в сказку, если бы не одно «но»…
Правила не позволяли мне оставить без приглашения влиятельную верхушку Деонта. Именно поэтому в зале находилась Диана, которая с прищуром и поджатыми губами осматривала зал, словно присутствие здесь было ниже ее достоинства. А еще Эвита, к которой у меня в последние дни появилось отторжение. Она напоминала жвачку, которая намертво прилипла к парте и отказывалась сдираться.
– Смотрит внимательно, – сказала я Блейну. – Если хоть одна из них начнет действовать на нервы, я самолично столкну их в тот красивый пруд перед крепостью.
Блейн улыбнулся.
– А что на счет Леоны?
Я посмотрела на подругу, цепким взглядом следующую за Эвитой. Видимо, мистер Кид снова что-то сказал на счет нее.
– Леона достанет их и столкнет еще раз. А потом снова и снова, пока ее силой не оттащат оттуда.
Всю неделю, пока шла подготовка, мы с Леоной чуть ли не отбивались от Эвиты, которая жалобно умоляла брать ее собой и спасать от гнева Дианы.
У меня не было причин идти на уступки, но Леона не могла просто сказать ей нет из-за сотрудничества их родителей. Поэтому мы всю неделю ходили с балластом, который неустанно действовал нам на нервы. Еще больше на нервы Леоны, когда речь заходила про Эммета.
Узнав, что он не придет на праздник, Эвита заметно расстроилась. Я не стала говорить, что расстроилась не меньше.
– Ты же знаешь, что мое появление там создаст проблемы, – Эммет широко улыбнулся и потрепал меня по голове, когда мы сидели в кофейне два дня назад. – Давай лучше соберемся после. Ты, я и Леона. Как в старые добрые.
Я выдавила вымученную улыбку, пытаясь поддержать настроение Эммета. Вышло у меня не очень.
– Ну что ты, Шей…
– Мне не нравится, что тебя нет в моей жизни, – призналась я. – Во всей моей жизни, Эммет. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя ограниченным и думал, что тебя оставляют в стороне.
«А еще мне не нравится, что тебя нет в моей реальной жизни. Почему я не встретила такого друга, как ты?».
– Я никогда не думал, что меня оставляют в стороне. Знаешь, почему? – Эммет придвинулся ближе, и мне в нос ударил аромат корицы и кофе. – Потому что ты хороший друг, малышка Шей. И не было ни дня, чтобы я в этом усомнился.
В тот момент я убедилась, что игра сделала меня сентиментальной. Или просто напомнила, что подобные чувства были мне не чужды, несмотря на желание закрыться от всего мира прочной стеной.
От слов Эммета захотелось заплакать. И сейчас, вспоминая его улыбку и веру в меня, на глазах проступили слезы.
Я немного отвернулась от Блейна, делая вид, что рассматриваю гостей, а сама быстро моргнула, чтобы убрать намеки на грусть. Как специально именно в этот момент на меня смотрел Элдан.
Он приподнял бровь и отпил немного шампанского, не разрывая зрительного контакта. На праздник Элдан пришел вместе с мамой. Мистер Орест не смог прийти из-за работы.
Признаться честно, я была этому рада. Не потому, что мне действительно было дело до гостей. Элдан чувствовал себя гораздо свободнее, когда рядом не находился его отец.
«И с каких пор тебя это заботит?».
Довольный и открытый Элдан нравился мне гораздо больше той версии, которая просто делала вид, что все хорошо и показывала всем наигранные эмоции. Я не хотела видеть такого Элдана, потому что он очень напоминал мне меня саму в прошлом.
Притворяешься.
Улыбаешься.
Делаешь вид, что тебя ничего не задевает.
Я пришла в себя, когда поняла, что разглядывала лицо Элдана во время размышлений. И судя по его довольной ухмылке, ему это понравилось.
Я сощурилась и отвернулась, стараясь поддержать разговор Блейна и вернувшихся Дженессы и Колинна.
Весь вечер я, буквально цеплялась за них, наблюдая за гостями и как будто ожидая подвоха. Больше всего – от Мариссы, которая вела себя подозрительно тихо.
Ладно, подозрительно тихо по отношению ко мне. В остальном поведении тетки ничуть не отличалось от обычного. Она носилась по залу, словно выпила несколько литров энергетиков, и пыталась общаться со всеми сразу.
Кто-то мог сказать, что Марисса пытается перетянуть все внимание гостей на себя, и оказался бы прав. Но меня ее громкая манера речи и вычурный красный наряд с двумя большими разрезами по бокам, ничуть не трогали. В ее днк явно была заложена потребность всегда находиться в центре внимания, и пока Марисса тянулась к людям вокруг, я могла дышать спокойно.
– Потанцуем? – спросил Блейн, когда музыканты начали играть другую, более чувственную мелодию и несколько пар вышли в центр.
– Конечно.
Взгляды гостей снова метнулись в мою сторону, но в этот раз я была к ним готова. Да и Блейн не позволял отвлекаться, поддерживая со мной беседу. Я была благодарна ему за чуткость и понимание, а еще за комментарии в отношении некоторых бестактных гостей, которые неотрывно глазели на нас и о чем-то шептались.
– Жители Деонта никогда не поменяются.
– Чрезмерное внимание угнетает тебя?
– Оно является основной причиной, по которой я люблю уезжать в Европу по поручениям. – Блейн осмотрелся и задержал взгляд на взрослой паре недалеко от нас. Те, словно почувствовав легкое осуждение из-за внимания, развернулись и ушли в другую часть зала. – Я благодарен Деонту за многое, но верхушка города иногда бывает такой бестактной.
Пока Блейн рассуждал о том, когда его любимый город стал напоминать боевую арену, где каждый должен был доказать свою значимость, я задумалась. А ведь для него происходящее не являлось чем-то странным. Блейн не догадывался, что его мир, который он считал реальным, таковым не являлся.
От этого мне становилось не по себе. Я чувствовала себя лгуньей, которая что-то скрывает. Что будет, если прямо сейчас сказать Блейну, что он персонаж любовной новеллы, придуманный сумасшедшей дамой в шляпке?
Абсурд. Даже Блейну с его тактичностью будет сложно не посмотреть на меня как на идиотку.
Оставалось только подстраиваться под героев и делать вид, что я часть этой вселенной. Что я реальная Шейлин Фридман с планами и мечтами на всю жизнь.
После танца я решила немного прогуляться по коридорам крепости, вежливо отказалась от компании Блейна и вышла из зала. Сотрудники крепости сориентировали меня и подсказали, что в западном крыле обустроили несколько специальных комнат, где можно было перевести дыхание.
Я уверенным шагом направлялась туда, но остановилась недалеко от приоткрытой двери, услышав, что внутри кто-то есть. В любой другой ситуации я бы тут же развернулась и ушла, но тут раздался знакомый голос.
Тело натянулось подобно струне. Я осмотрела коридор и без зазрения совести сделала несколько шагов вперед, замирая на безопасном расстоянии.
– Я рассчитывала на более яркую программу сегодня вечером, – произнес женский голос. – Разве они не могли подготовить для единственного ребенка праздник получе?
– Шейлин сама попросила поскромнее, – ответила Марисса. Следом послышался звук вылетевшей из бутылки пробки. – Хочешь еще выпить? У меня голова идет кругом от любезностей.
Я еле удержалась от того, чтобы не фыркнуть. Устала от любезностей? Значит ли это, что Марисса, как я и предполагала, больше играла на публику, а не была искренней. Но для чего? Что давал ей этот образ постоянно веселой и активной женщины?
– Он уже прислал тебе платье? – вслушиваясь в голос, я все пыталась понять, с кем Марисса находилась в комнате. – Важное мероприятие, как никак.
– Прислал. И даже пообещал поехать в путешествие, чтобы отпраздновать.
«У Мариссы кто-то есть?».
Я попыталась вспомнить какую-нибудь информацию из своего прошлого, но в голове было пусто. Марисса никогда не появлялась в компании мужчин. Даже образ ее бывшего жениха, о котором она говорила тем вечером, отказывался появляться перед глазами.
Интересно, почему Марисса никому не рассказала об отношениях. Когда я спрашивала о ее личной жизни у Дженессы, та была уверена в том, что сестра одна.
«А если Дженесса просто не стала делиться со мной этой информацией?».
Подумав еще раз, я отбросила это предположение. Дженесса рассказала бы мне. Я уверена в этом.
Значит, Марисса состояла в отношениях с мужчиной, который прислал ей платье для важного мероприятия, а потом еще пообещал куда-то поехать.
Годовщина отношений? Свадьба? День рождения. Что могло подойти?
– Сначала Шейлин. Потом ты. – Женщина улыбнулась. – Этот год обещает быть веселым.
Значит, свадьба.
Марисса засмеялась.
– У нас все будет скромно. Не хочу, чтобы кто-то обвинил меня, что я пытаюсь затмить свою племяшку.
Ее слова прозвучали без иронии и сарказма, и я позволила себе чуть-ть расслабиться, пока не услышала следующее:
– Люблю Шейлин, но она такая слабачка.
Чувство было таким, словно меня сильно толкнули назад и позволили упасть. Воздух вышел из легких, оставляя после себя только боль и пустоту. Я посмотрела на дверь, представляя выражения лица Мариссы и пытаясь понять, какой смысл она вкладывала в эти слова.
Потому что проигнорировать легкую издевку, проскользнувшую в голосе, было трудно.




























