Текст книги "Он изменил мою жизнь (СИ)"

Автор книги: Ронни Траумер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 33

Глава 33

Вика

За неделю я прошла четыре собеседования в разных сферах и везде получила отказ. Уже отчаялась и начала задумываться, что я чем-то отталкиваю. Еве, конечно, не сказала, чтобы не расстраивать её, но сама задавалась десятками вопросов. А позавчера утром на моё отправленное резюме ответили из одной гостиницы. Нет, не так – меня пригласили на собеседование в отель «Розалия», который входит в пятёрку лучших в этом городе.

Я подготовилась, но шла туда с уверенностью, что, раз меня не приняли в магазин бытовых продуктов, то в такой роскошной гостинице точно не возьмут. А вчера смотрела в экран телефона, читала письмо в пятый раз и не могла поверить, что меня приняли на работу. Не на должность менеджера, а на ресепшен, но зарплата была в два раза выше, чем в том же магазине на должности руководителя. Почуяла подвох какой-то, но всё равно приехала подписывать договор, решив, что это просто мои тараканы.

Нет, никаких тараканов нет, совпадений тоже. Жаль, поняла я это после подписания.

– Я могу отказаться? – спрашиваю дрожащим голосом мужчину за массивным столом.

– Можете, но в таком случае придётся заплатить неустойку, – ровным тоном отвечает.

– Что? – нервно хмыкаю. – Какую ещё неустойку? – непонимающе смотрю на него.

– Вот эту, – указывает пальцем на пункт 13.2 третьего листа, где написано настолько мелким шрифтом, что и под лупой с трудом рассмотришь. – Если у вас есть такая сумма, пожалуйста.

– Это шутка такая? – неверяще пялюсь на мужчину лет сорока. – По каким законам составлен этот договор…

– Советую не нервничать и приступить к работе, нам нужен человек прямо сейчас, – перебивает, поправляя какие-то бумаги на столе, всем своим видом показывая, что ему некогда со мной возиться.

– Ясно, – киваю, не имея что сказать, и, схватив договор, иду на выход из кабинета.

Смотря себе под ноги, отрешённая от всего, и думая, как я, тридцатидвухлетняя женщина, могла так облажаться. Погружённая в свои мысли, врезаюсь головой во что-то твёрдое, и до того, как поднимаю глаза, в нос проникает до боли знакомый запах.

– Привет, – голос, который преследовал меня четыре года, бьёт по всем нервным окончаниям, заставляя всё тело затрястись.

– Что это такое? – вместо приветствия нахожу силы открыть рот и помахать договором перед его лицом.

– Я знал, что ты откажешься, подстраховался, – сразу понял, о чём речь.

– Зачем? – голос предательски дрожит, выдавая меня с головой.

– Не знаю, – отвечает, и вижу по глазам, что это честно.

– Это подло, – в уголках глаз собралась влага, и я часто моргаю, но это не помогает, по щекам всё же текут влажные дорожки.

– Знаю, – кивает с каменным выражением лица.

– Я не буду работать…

– Я тебя засужу, – произносит, едва я договариваю.

– Не посмеешь, – на грани слышимости говорю и подаюсь назад.

– Посмею, ты обо мне ничего не знаешь, лучше работай и не порти жизнь себе и, самое главное, сестре, – выговаривает тоном, который не позволяет сомневаться в его словах, после чего разворачивается и уходит, оставляя меня в полном шоке.

Глава 34

Глава 34

Вика

– У тебя всё в порядке? – шёпотом спрашиваю свою коллегу Юлю.

Я, женщина, которая прошла все круги ада со дня смерти родителей, знаю, на что способны люди для достижения своих целей, и рисковать сестрой не стала – вышла на работу. Убедила себя, что чувства исчезли и это моё испытание. Проверка самой себя, или… не знаю что. Не знаю! Испугалась суда или расправы, потому что осознала, что я и в самом деле ничего не знаю о Леониде Агафонове. В конце концов, это работа, за которую платят зарплату и хорошую такую. Личное пусть останется личным. Не понимаю одного – зачем это ему. Если он уехал, бросил меня, хотя обещал вернуться, выставил меня посмешищем, плевал на моё желание скрывать наши отношения, и каждый встречный не упускал возможности посмеяться надо мной, то зачем ему сейчас я и моё присутствие в этой гостинице.

– Да, всё в порядке, – кивает девушка, выдавив из себя улыбку.

– Врёшь ты, – мотаю головой, не веря, но не лезу больше.

– Относительно в порядке, так лучше? – усмехается уже искренне.

– Лучше, – отвечаю с улыбкой, но она спадает с лица, когда в холле появляется Леонид Алексеевич.

Суетливо начинаю перебирать какие-то бумаги на рабочем месте, смотрю куда угодно, только не на него. Не могу и не хочу его видеть, однако это невозможно, ведь он опять мой босс. Какое-то издевательство, честное слово.

– Прости, вы были знакомы раньше? – врезается в мои мысли голос коллеги.

– Что? С кем? – делаю вид, что не понимаю, но щёки пылают, выдавая меня с головой. – Нет… да… не важно, – невнятно отвечаю и, развернувшись, быстро покидаю рабочее место, скрывшись за дверью нашей маленькой комнаты отдыха.

– Юля, как у нас дела? – слышу его голос по ту сторону двери, к которой я прислонилась спиной, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце.

– Всё в порядке, отель почти заполнен, гости довольны, – проговаривает Юля.

– Угу, – всё, что выдавливает из себя.

– Вам нужна Виктория? – спрашивает девушка после небольшой паузы, а я зажмуриваюсь, мысленно ругая её.

– Нет! – резко и громко отвечает.

– Ты что на сотрудников орёшь? – раздаётся незнакомый голос.

– А ты почему опаздываешь? – спрашивает Лёня, судя по всему, подошедшего мужчину.

– Дела, мой дорогой, – отвечает тот.

– Пошли, у меня тоже времени мало, – бросает недовольно Агафонов, и голоса отдаляются.

Выхожу из своего укрытия и встаю на своё рабочее место, смотря в спины удаляющихся мужчин.

– Козёл! – шипит под нос Юля.

– Согласна, – на автомате говорю и тут же прикусываю себе язык.

– Кузнецова тоже знаешь? – хмурит брови непонимающе.

– Кого? – удивлённо смотрю на неё.

– Ясно, у каждой из нас свой козёл, – усмехается коллега.

Я ничего не ответила, потому что нечего говорить, да и раскрываться первому встречному не собираюсь. Да, Юля вроде хорошая девочка, но мы едва знакомы.

Еве я ничего не рассказала, кроме того, что нашла работу с хорошей зарплатой. Она через пару дней вернётся, и мне станет легче рядом с ней. Тогда, четыре года назад, как бы я ни старалась скрывать свои эмоции, не получалось. Конечно, сестра видела мои опухшие глаза, мои слёзы и попытки выглядеть нормальной, а не подавленной дурочкой.

Не знаю, как я выдержу рабочие будни, если мне в начале так сложно. Скрываться от него каждый раз – такое себе. Нужно уверенно стоять и смотреть ему в глаза, а не убегать как трусиха. Да, решено, так и буду делать.

––

Дорогие мои, не пропустите чёрную пятницу и огромные скидки на все мои книги.

Переходите на мою старницу и выбирайте на любой вкус ;)

https:// /ronni-traumer-p1075

Глава 35

Глава 35

Вика

За эти четыре года я выработала в себе немного характера. Если в браке была вечно уставшей и выглядела болезненно, то после развода и предательства Лёни я стала более стойкой. Раньше мало того, что выходила с работы как после каторги, мысль, что дома меня ждёт уже до жути надоевшая картина, где муж сидит перед телевизором с бутылкой пива в руках, а вокруг него срач, добивала меня. Да, кроме него дома меня ждала Ева, но всё равно, прийти с работы и ещё и дома часа два убираться и готовить было тяжело. Депрессивное состояние – так бы я назвала тот период.

После развода я жила как в сказке, совершенно другой жизнью, полной приятных моментов и понимания, что мужчины разные. Потом очередной удар судьбы, и я почти сломалась снова. Ева – моё всё, и только благодаря ей я не загнулась за все эти годы после смерти родителей. Благодаря ей я выдержала все проблемы, трудности и болезненные удары.

Когда Леонид уехал, и мне пришлось уволиться с любимой работы из-за травли и насмешек коллег, когда наплакалась на годы вперёд из-за его ложного обещания, я решила, что никаких мужчин в моей жизни не будет. И вообще, пора быть сильной, следить за собой, стараться выглядеть лучше и не позволять кому-либо обижать или больно бить словами. А начала с простого – послала на три буквы свою тётю, наплевав на её угрозы забрать у меня на тот момент ещё несовершеннолетнюю сестру.

После смерти родителей, после обхода всех нужных организаций мне сестру так и не отдавали. Тогда «на помощь» пришла тётя Валя, обещала, что возьмёт опекунство над Евой, будет заботиться о нас и… бизнесе родителей. А мне было всё равно… ну, как… конечно, не хотелось отдавать базу, на которой мама и папа столько трудились, но сестра была важнее. Я была готова и себя продать, лишь бы забрать её из детского дома, где она провела всё-таки какое-то время, о котором она благополучно забыла.

База отдыха, дом за городом и машина – были условия родной тёти в обмен на сестру. Помощи от неё мы так и не дождались, ни копейки не принесла за эти годы, а я и не просила. Её закрутили деньги, и она стала жадной до невозможного. На себя только ничего не жалела, а если кто-то и спрашивал о её племянницах, то она рассыпалась в жалобах. Как ей тяжело ставить на ноги двух чужих детей, и какие эти дети непослушные, как она с младшей занимается каждый вечер, чтобы она хорошо училась. В общем, противно вспоминать, как меня перекосило, когда до меня дошли эти слухи. Как я молчала, опустив глаза, каждый раз, когда она меня отчитывала за то, что я плохая жена. Ведь моя бывшая свекровь была её подругой, и женить Пашу на мне было их целью.

К чему я… а… к тому, что от прежней Вики мало что осталось. Она построила вокруг себя железную стену, чтобы бараны, которые будут бить, сломали головы. Но что-то пошло не так, когда я встретила мужчину, который вознёс меня на небеса, а потом бросил вниз, поломав меня об острые скалы.

Несмотря на собственное напутствие стоять уверено перед ним и не показывать, как сильно колотится сердце, как подгибаются колени и сбивается дыхание, я убегаю. Не в буквальном смысле, но каждый раз делаю вид, что занята, или мне срочно надо куда-то идти, лишь бы рядом с ним не стоять.

А он… он даже не попробовал поговорить со мной, объясниться, зачем заставляет работать здесь. Почему уехал и не вернулся, хотя обещал. Всё, что делает – бросает на меня тяжёлые взгляды. Иногда даже смотрит так, будто я в чём-то перед ним провинилась.

Ева вернулась из поездки, задаёт вопросы, а я глаза прячу и отвечаю коротко или меняю тему, расспрашивая о её блоге, учёбе, парнях. А у неё точно есть парень, потому что вижу, как она сияет. Как улыбается, когда телефон пиликает, оповещая о новом сообщении, и как убегает в свою комнату, когда ей звонят. Не понимаю, и даже обидно, что она не делится со мной своей жизнью, но давить не буду. Если пока что она считает, что надо скрывать, значит, пусть так.

– М-да уж, – раздаётся рядом голос Юли.

– Что, прости? – переспрашиваю, потому что не расслышала, погружённая в свои мысли.

– Да ничего, – отвечает, вздыхая.

– Этот «ничего» обедает в ресторане нашей гостиницы, – усмехаюсь, вспомнив её ухажёра, который не так давно зашёл к нам.

Нахмурившись, она переводит взгляд на стеклянные матовые двери ресторанного зала.

– Он здесь? – задаёт вопрос, скорее, в пустоту.

– Зашёл, когда ты поднималась в триста пятый, – поясняю и морщу нос, вспомнив о проблемном госте, которому всё не так в пятизвёздочном отеле.

– С кем? – спрашивает коллега.

– С мужчиной, с которым они часто здесь бывают, – отвечаю, и она выдыхает с облегчением.

– Они друзья детства, да? – срывается с моего языка.

За всё время, что я здесь работаю, часто вижу Лёню в компании двух мужчин, один из которых и является ухажёром Юли. Ещё не могла не заметить, какие они все серьёзные, одеты с иголочки, всегда в костюмах. Морды угрюмые и какие-то… опасные что ли, будто из какого-нибудь фильма про мафиози.

– Да, – кивает, посмотрев на меня. – Самойлов, Сеня и наш босс неразлучны, – добавляет, а у меня щёки румянцем покрываются, при упоминании Лёни. – Я уже знаю, что ты знакома с Леонидом Алексеевичем давно, но при каких обстоятельствах вы познакомились…

– Как-нибудь расскажу, – перебиваю, улыбнувшись через силу.

– Обычно я не лезу никому в душу, но взгляды, которые вы бросаете друг на друга…

Подавившись воздухом, прокашливаюсь, чувствуя, что краснею пуще прежнего, и падаю на стул, скрыв лицо в ладонях.

– Это так заметно? – со вздохом спрашиваю.

– К сожалению, – отвечает, поджав губы.

– Не думала, что чувства не остывают даже спустя столько лет, – отчаянно мотаю головой и, собственно, признаюсь и ей, и самой себе.

– Я тоже много во что не верила, но в жизни всё даже хуже, чем в книгах, – вздыхает коллега.

– В каких книгах? – раздаётся мужской голос.

– Про несуществующие миры, – произносит Юля и расплывается в улыбке, смотря в его глаза.

– Фантастику читаешь? – если не ошибаюсь, Сеня наклоняет голову набок и смотрит таким взглядом, что Юля едва заметно отшатывается. – Хочешь, побуду ушастым эльфом? – тихо спрашивает, подавшись вперёд, но я всё слышу и отворачиваюсь от неловкости.

– Тебе больше подойдёт быть викингом, – отвечает она.

– Как дела с триста пятым? – голос Лёни раздаётся как гром среди ясного неба.

– Нормально, справимся, – сухо отвечаю, поняв, что спросил он именно меня, и быстро делаю вид, что очень занята бумагами.

– Это работа администратора, – с раздражением проговаривает «босс». – Не надо играть в бравого солдата, Виктория.

– Хорошо, Леонид Алексеевич, – киваю, наконец подняв взгляд на него. – В следующий раз, когда гость позвонит нам с несуществующей проблемой типа «не могу найти пульт от кондиционера», я скажу, чтобы он искал администратора, а не беспокоил нас по пустякам, – не сдерживаю язвительный тон.

– Не паясничай! – бросает недовольно, глазами прожигая во мне дыру.

– Как скажете, – цежу сквозь зубы, и выдавливаю из себя притворную улыбку.

Он стоит и смотрит на меня настолько пронзительно, что мне хочется спрятаться, но не двигаюсь с места, ведь дала себе такое задание – уверенно стоять перед ним. Вдруг Лёня резко разворачивается и быстрым шагом удаляется, а я слишком шумно выдыхаю, понимая, что до этого вообще не дышала.

– Я… воды… на пять минут… – выдаю что-то невнятное и скрываюсь в комнате отдыха, которая находится за нашими спинами, замаскированная под шкаф.

–

Так, не знаю, что произошло, но проды и в самом деле не выходили несколько дней, хотя мне в редакторе показывали что есть. Прошу прощения, не понимаю что случилось с редактором.

Глава 36

Глава 36

Вика

Со временем я начала приходить на работу с лёгкостью, перестала трястись, когда переступаю порог гостиницы, в страхе, что встречу его. Потому что злюсь. Злюсь на Лёню за его холод и отсутствие попыток объясниться. По факту, я ему никто, и он не обязан давать мне каких-либо объяснений, но ведь он зачем-то устроил эти махинации с договором. Зачем?

На кой чёрт ему понадобилось, чтобы я работала здесь?

Не буду врать, где-то глубоко в сердце теплится надежда, что я ему небезразлична, но скорее это мои фантазии и желания. Как ни прискорбно, но непослушное сердце радостно прыгает, когда он поблизости. Я думала, это сказки всё, когда говорят, что ещё не видишь его, а сердечко уже начинает стучать быстрее. Не знаю, каким чувством, но я ощущаю его присутствие ещё до того, как поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом.

Сегодня что-то пошло не так, какого-то фига он на меня взъелся из-за этого гостя из триста пятого номера. Прекрасно понимаю, что не моя задача общаться с буйными клиентами, но не дёргать же администратора каждый раз, когда этот мужичок звонит на стойку регистрации. Вообще, какое ему дело? Проблема решена, и хорошо, а каким способом и кто её решил уже не важно. Как неважно и то, что меня облили помоями за то, что кондиционер не там висит, а ему надо чтобы он дул прямо на него. Это ведь я эти кондиционеры ставила, почему бы не на меня орать.

За несколько часов я уже успокоилась, и даже стыд перед коллегой исчез за нашу перепалку с боссом на её глазах и мой трусливый побег в комнату отдыха. Подруга – хотя рано её так называть, мы не настолько подружились – стоит и задумчиво смотрит в пустоту. Поняла, что у неё отношения с другом Лёни давно, а то, что не очень удачные – недавно.

– Ты в порядке? – спрашиваю её, коснувшись плеча, от чего она вздрагивает.

– Да, – сдавленно отвечает и губы поджимает.

– В облаках витаешь, – констатирую с улыбкой. – Приятные ощущения, – срывается с губ со вздохом, и на автомате отворачиваюсь в сторону нашего «босса», который общается с каким-то мужчиной.

– Что-то Леонид Алексеевич зачастил к нам, – проговаривает Юля, а я глаза прячу, пойманная с поличным.

– В каком смысле? – интересуюсь, прокашлявшись.

– Ну, у него несколько гостиниц, ресторанов, мелких кафешек, для бюджетников, как он их называет, – поясняет, переводя взгляд на мужчину. – Он редко бывал у нас, мог зайти раз в несколько дней, чаще, если только встречался с друзьями, а сейчас он здесь проводит каждый день, причём с утра и до вечера, – добавляет.

– Мало ли что ему в голову взбрело, – пожимаю плечами, делая вид, что не понимаю, к чему она клонит.

– Не «что», а «кто», – бросает, сдерживая улыбку. – Он в этом здании, когда у тебя смены, – говорит, а меня словно битой по голове огрели.

– Придумаешь тоже, – отмахиваюсь и начинаю перебирать бумаги на столе – дурацкая привычка. – Ему плевать на меня с высокой колокольни, – какого-то чёрта добавляю с обидой в голосе.

– Он с тобой переспал и бросил? – вдруг прямо спрашивает. – Прости, просто, зная этих мужчин, подозреваю, что так и было.

– Что он снял меня в клубе, отвёл к себе, поимел и на утро вызвал такси? – задаю вопрос с усмешкой, а сама трясусь как лист на ветру от одного только «бросил».

– Ну да, – кивает неуверенно.

– Нет, – мотаю головой. – Эта история долгая и длиною в несколько лет, – вздыхаю, и, как на зло, глаза снова находят Лёню.

– Ого! – не скрывает своего удивления. – Неожиданно.

– Неожиданно то, что после стольких лет в большом городе я попала на работу именно в его гостиницу, – проговариваю и думаю, что это не случайность. – Закон подлости какой-то, – отчаянно произношу.

– А может, судьба, – говорит Юля с улыбкой.

Хотела бы фыркнуть на её слова, но меня отвлекает едва слышная мелодия – мой телефон. Залезаю под стойку и достаю его из сумки.

– Прости, – бросаю коллеге и отвечаю на звонок. – Евочка, – расплываюсь в улыбке.

– Мама, когда приедешь? – спрашивает сестра.

Ей уже столько лет, а она не перестаёт мамой меня называть.

– Просила ведь не называть меня так, – говорю, но осознаю, что, если не будет, мне будет этого не хватать.

– Ты меня вырастила, что ты как маленькая, – протягивает, явно злясь.

– Неважно, что я тебя вырастила, я не мама, а всего лишь твоя сестра.

– Опять это твоё занудство, – бурчит и, судя по всему, что-то жуёт.

– Надеюсь, ты нормально ешь? – спрашиваю, прищуриваясь.

– Когда будешь? Хочу ужин приготовить, – уходит от ответа.

– Юля, – раздаётся низкий голос Лёни. – На сегодня ты можешь быть свободна, – произносит, отвлекая меня от разговора.

– Хорошо, Леонид Алексеевич, – отвечает ему коллега и начинает собираться.

– Виктория, вы не забыли где находитесь? – обращается ко мне, сидящей на стуле спиной к нему.

– Никого нет, – сухо произношу, бросив короткий взгляд на него.

– Это не значит, что вы можете…

– Я с сестрой разговариваю, – перебиваю его наглым тоном, зная наверняка, что это сработает. Он всегда тепло к Еве относился.

– Это что, дядя Лёня? – не скрывает своего удивления сестра.

– Да, Ева, это он, – вздыхаю, прикрыв глаза.

– И почему я ничего не знаю? А ну быстро всё мне рассказала! – требует моя девочка.

– Нет, мы не будем это обсуждать, всё, позвоню вечером, – отключаю звонок и бросаю телефон на стол, потирая виски.

– Вик, если что, ты всегда можешь ко мне обратиться, – тихо проговаривает коллега.

– Спасибо, Юля, – вымученно улыбаюсь.

– Ведьма, костёр уже горит, – раздаётся за спиной. – Поехали, – Арсений, как его там, смотрит на мою коллегу пожирающим взглядом.

Вскоре они уходят, а я остаюсь работать ещё час до прихода сменщиков. Дома придётся объясниться с сестрой и расспросить о её этом загадочном парне. Я, конечно, доверяю сестре, но мне тоже было девятнадцать, и я думала, что люблю, не хочу, чтобы она наделала ошибок.

Хотя, о чём это я, у меня и взрослых ошибок достаточно.

– Добрый вечер, – здоровается со мной Андрей. – Пост принял, – помигивает мне парень.

– Пост сдал, – улыбаюсь ему и вкратце рассказываю, как обстоят дела. – Удачной смены, – прощаюсь и, схватив свои вещи, иду в нашу комнату, чтобы забрать пальто.

Пока одеваюсь, слышу, как открывается и закрывается дверь, ничего необычного, если бы не звук поворачивающегося ключа. Оборачиваюсь и застываю – на меня в буквальном смысле надвигается Лёня.

– Что ты делаешь? – спрашиваю и пячусь назад.

– Надо поговорить, – бросает и нависает надо мной как скала.