Текст книги "Щит (СИ)"

Автор книги: Рони Ротэр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

Железо лязгало, воинские ряды ревели, как стадо быков. Люди лезли на плечи друг другу, чтобы лучше видеть, выкрикивали что-то в поддержку обеим сторонам.

– О-о-о! – потрясая стиснутыми кулаками, стонал Агнар. – Мне бы взвод таких! Или хотя бы половину!

Первого из противников Астид уложил, выбив из рук меч и саданув ногой в грудь. Эльф лязгнул зубами, и рухнул навзничь, раскидав руки. Второго брата полукровка заставил сдаться, заломив руку с мечом ему за спину и приставив к горлу свой клинок.

Взглянув с победоносной улыбкой на удивленно-растерянное лицо Агнара и довольный прищур Гилэстэла, Астид перехватил досадливый взгляд Лейнолла.

– Окажешь мне честь? – полукровка отпустил побежденного эльфа и приглашающе повел мечом в сторону бородача.

– Но ты уже устал, – ответил тот.

– Ничуть! Для меня это лишь небольшая разминка.

Лейнолл вопросительно глянул на Агнара, и, получив в ответ утвердительный кивок, обнажил клинок и вразвалку направился к Астиду.

Вся беспечность слетела с Астида, словно пыль с дорожного плаща, как только Лейнолл вступил с ним в поединок. Он тряс и молотил полукровку, как медведь корягу. Астид едва поспевал за скоростью его движений, парируя мощные удары с уменьшающимся успехом. Пару раз полукровке показалось, что меч достиг цели, но неуловимая тень с пятном алого герба на накидке каждый раз оказывалась вне досягаемости клинка. Астид, обескураженный и изумленный, приложил всё своё воинское умение, чтобы на рукаве над локтем Лейнолла появился короткий порез, заалевший просочившейся кровью. Краткое ликование от маленькой победы сменилось резкой болью в правой руке, которую Лейнолл стиснул железной хваткой и вывернул, вырвав меч и отбросив его в сторону. Разъяренный поражением и болью, Астид чудом удержался, чтобы не пустить в ход магию. Короткий вскрик окончился руганью, а не смертоносным заклинанием. Гилэстэл, не на шутку напуганный итогом поединка, облегченно перевел дух.

Ликование захлестнуло воинские ряды.

– Лейнолл! – скандировали солдаты.

Бородач выпустил Астида, и тот, скривившись и придерживая правую руку, отступил на несколько шагов. К Лейноллу подбежал Агнар.

– Я попрошу отца пожаловать тебе титул барона! – восторженно потрясая Лейнолла за плечи, воскликнул Агнар. – Все слышали? Это будущий барон Танейонд! Лучший воин Таэрофарна!

Лейнолл опустился на одно колено перед Агнаром, с раскрасневшимся от поединка и похвалы лицом.

– Благодарю за оказанную честь, ваша милость!

– Ты её заслужил.

Астид, чуть морщась, с усмешкой наблюдал за всеобщим восторгом. Подошел Гилэстэл, подобрал его меч.

– Благодарю за сдержанность, Астид. Я оценил твое самообладание. Что с рукой?

– Вывихнул.

– Поправимо. Твой победитель идет.

Полукровка взглянул на приблизившегося Лейнолла.

– Извини за руку, – примиряющее улыбнулся он Астиду. – Ты славно дерешься, прямо дикий зверь. Если бы ты сдался чуть раньше, не пришлось бы тебя так жёстко утихомиривать.

– Еще не было случая, чтобы в бою я кому-то сдался, – вздернул подбородок Астид.

– Верю. Идем, я отведу тебя к лекарю.

– Не беспокойся, – сказал Гилэстэл, кивнув Лейноллу. – С его рукой всё будет в порядке.

Лейнолл отступил, почтительно поклонившись.

Погребальный костер догорел. Солдаты расходились, увлеченно обсуждая увиденное. Над лагерем сгущались сумерки.

Глава 7

Потирая вправленную князем руку, Астид валялся на козьей шкуре и задумчиво рассматривал дырку в крыше палатки. Слабый свет, исходивший от масляной лампы, не мешал видеть сквозь отверстие яркую звездочку. Полог шевельнулся, и вошёл Гилэстэл с бутылкой в одной руке и двумя кружками в другой. Следом за ним слуга занес блюдо с хлебом, сыром, кусками вареного мяса и репы. Астид оторвался от созерцания дыры и сел.

– Как прошел ужин?

– Лорд Агнар справляется о твоем здоровье и передает вино из собственных запасов, – ответил князь.

– Какая честь, – буркнул полукровка.

Слуга бросил на него короткий неодобрительный взгляд и вышел.

– Неплохое, кстати, – Гилэстэл откупорил бутыль и плеснул светлой жидкости в обе кружки.

Астид отпил глоток, пожал здоровым плечом.

– Сойдет. Лучше, чем пиво, которым поят здешнее воинство.

– Ешь, – Гилэстэл придвинул другу блюдо.

– Что, кроме заботы о моем здоровье и поговорить не о чем было? – спросил Астид.

– Тем для разговоров было достаточно. Меня же заинтересовала только одна – Долинный Альянс обращался к королю Мэнелгилу с просьбой прислать маверранумские войска для помощи в усмирении орды. Ему передавали послание с принцем, когда он был здесь осенью. Второй раз просьбу отправили весной с казначеем, сопровождавшим собранные налоги в столицу. Но король им отказал. Армия Мэнелгила отправлена в Вейерхольд, охранять южные рубежи. Север мало волнует короля, он считает, что у Альянса сплоченная, хорошо обученная и вполне боеспособная армия. Генералы Альянса просят меня быть ходатаем перед королем, надеются, что я смогу убедить его оказать поддержку.

– И? – Астид замер, перестав жевать.

– Я не могу отказать моим спасителям, и согласился передать королю петицию. Но я, как и Мэнелгил, считаю, что у Альянса отличная армия. И я бы не хотел, чтобы эта армия откликнулась на призыв Мэнелгила, когда придет время.

– Ясно, – невнятно проговорил Астид. – Зря только бумагу изведут.

Гилэстэл пожал плечами и взял с тарелки кусочек сыра.

– А что там с победителем состязания? – сменил тему Атсид. – Кто получил приз?

– Тот молодой здоровяк.

Астид фыркнул с набитым ртом.

– Этот увалень? Я бы выбрал того, что старше и опытней.

– А я согласен с выбором Агнара. Проще обучить молодого бойца, чем переломить старые привычки ветерана.

Астид отправил в рот кусок мяса, медленно прожевал, запил вином и, понизив голос, осторожно спросил:

– А что скажете насчет того, кто вывернул мне руку? Нам бы мог пригодиться такой союзник.

Гилэстэл задумался на несколько минут, покачивая кружку и глядя, как вино омывает её стенки.

– Не подходит.

– Почему?! – опешил Астид. – Как боец он выше всяких похвал. Его магические способности и того лучше!

– Смиренный мул, уже вышколенный хозяином. Такого ничем не проймешь, не сдвинешь в сторону, не заставишь думать иначе. Его не перевоспитать.

– Неужели уж совсем безнадежно? – усмехнулся Астид. – И я зря пострадал?

– Не зря. Ты заметил, что прежде, чем принять твой вызов, Лейнолл спросил разрешения у Агнара? – Гилэстэл поморщился с легким пренебрежением. – Ему на все требуется одобрение. Как по мне, это утомительно – быть господином нерешительного, инертного человека. Мне больше по душе твоя, порой внезапная и опасная инициатива, чем надоедливое согласование и подтверждение действий. Кроме того, у него нет причин ненавидеть эльфов. Невзирая на происхождение, он на равных с ними, и даже превзошел. Побратим и правая рука лорда. Своя земля, дворянство в ближайшей перспективе. Всем, чем он владеет, он обязан эльфам. Не подходит.

– Жаль, – сказал Астид без особого сожаления.

– Жаль. Но мне не нужны такие противники в будущем. Он один способен противостоять нескольким сотням воинов.

– Мне им заняться?

– С ним не так просто справиться. Он не даст себя в обиду, ты только что в этом убедился. Да и воинский лагерь – не то место, где такое возможно. А нам не нужны неприятности. Если бы им занялся сам Агнар… Или Виго. Вот уж кому он точно не откажет в собственной смерти.

– И что вы собираетесь делать?

Гилэстэл пожал плечами.

– Ждать подходящего шанса.

– Ждать? – нахмурился Астид. – Я рассчитывал, что мы отправимся домой в ближайшее время. Попросим или купим у Агнара лошадей и провиант. Что вас тут держит? Я просто незаметно придушу эту бородатую занозу ночью в его палатке. Спит же он по ночам?

– А утром найдут его бездыханное тело и первым, на кого падет подозрение, будешь ты, – усмехнулся Гилэстэл, кивнув на подвешенную на перевязь руку полукровки. – Повод у тебя есть.

– Можно подумать, у меня одного, – проворчал Астид. – Чтобы у любимчика князя – и не было врагов?

– Я прислушивался к разговорам солдат, Астид. И к беседам свиты. И не услышал ни одного худого, пренебрежительного или враждебного высказывания о Лейнолле. Его все любят, как бы высокопарно это ни звучало.

– Все? – прищурился Астид. – И пленные урукхи, сидящие в клетке под открытым небом, тоже? Я слышал, сегодня им на допросе крепко досталось. Вряд ли пытки пробуждают любовь к истязателям.

Гилэстэл одарил Астида долгим взглядом.

– Вряд ли… – выговорил медленно.

Полукровка выжидательно смотрел на затуманившееся лицо князя, машинально поглаживающего пальцами ободок кружки и уставившегося в пространство.

– Ваша светлость?

Гилэстэл перевел на него взгляд.

– Сегодня Агнар отправил в Таэрофарн почтового голубя. В письме, по его словам, он извещает отца о нашем спасении и просит принять нас в качестве гостей. Через два дня должен прибыть обоз – доставит провиант и снаряжение, заберет раненых и трофеи. В Таэрофарн мы отправимся с этим обозом. Будем надеяться, что пленные – крепкие ребята, и не протянут ноги раньше времени.

Астид ухмыльнулся и налил себе еще вина.

– Тогда за их здоровье!

В том, что пленным действительно здорово досталось, Гилэстэл убедился на следующий день. Собранная из бревен средней толщины, клетка могла бы удержать и разъяренного медведя. Судя по въевшимся в дерево пятнам крови и выцарапанным отметинам, в ней побывал не один десяток урукхайских пленных. Гилэстэл, остановился в нескольких шагах и стал рассматривать сидящих на земле мужчин, с лилово-синими, заплывшими от побоев лицами. Те, в свою очередь, угрюмо посмотрели на него. Один отвернулся после минутного созерцания, второй же, пристально вглядевшись в лицо полуэльфа, зло дернул щекой.

– Интересуетесь? – послышалось сбоку.

Гилэстэл оглянулся и увидел приближающегося эльфа из княжьей свиты. За ним двое солдат несли предметы, не оставляющие сомнения в их назначении – клещи, веревки, заостренные штыри, дубинки, длинные жерди с петлями на конце. Еще двое тащили за ручки жаровню с горящими углями.

– Любуюсь, – ответил князь.

– Нравится?

– Весьма приятная картина. Учитывая, что они сделали с моими людьми и кораблем.

Эльф с прищуром усмехнулся, и, взяв у солдата цеп с увесистой шипастой гирей на конце, протянул Гилэстэлу.

– Хотите отвести душу?

– Оставлю это профессионалам, – отклонил Гилэстэл предложение. – Боюсь – не сдержусь, и лишу вас источника информации.

Эльф мелодично рассмеялся, бросил оружие на землю, снял накидку и куртку, оставшись в рубашке. Солдаты поставили жаровню у клетки, сунули в угли железные прутья. Гилэстэл перевел взгляд на пленных и увидел, как в их глазах разрастаются ненависть и страх.

– О чем вы их спрашиваете?

– Пока ни о чем, – ответил эльф, засучивая рукава.

– А чего хотите добиться?

– Посмотрите на их морды, лорд Гилэстэл. Что вы видите?

– За этой палитрой красок трудно что-либо разглядеть, – пожал плечами князь.

– Вглядитесь внимательнее. На них ясно видны ненависть и злость, непокорность и сопротивление. Моя задача – внушить им ужас. Чтобы при моем приближении они непроизвольно мочились в штаны, а при виде любой железки в моих руках теряли сознание. Чтобы, когда с ними начнут говорить, начнут их спрашивать – они были словоохотливы и речисты, как рыночные сплетницы.

– И сколько времени это занимает? – вяло поинтересовался Гилэстэл.

– Дня четыре я с ними еще позанимаюсь. Урок должен быть усвоен прочно.

– Не буду мешать вашим…занятиям, – Гилэстэл коротко кивнул эльфу, и, заложив руки за спину, неторопливо двинулся прочь.

Обоз из Таэрофарна прибыл в лагерь в полдень третьего дня. В лагере поднялась суета, обозных сопровождающих осадили солдаты, ждущие вестей из дома. Счастливчики, получившие долгожданные письма и знавшие грамоту, уединялись, раз за разом перечитывая короткие послания. Те, кто не умел читать, выстроились в очереди к грамотеям. С волнением выслушав новости, бережно сворачивали и прятали дорогие сердцу листки.

Гилэстэл и Астид явились на обед в палатку Агнара в урочное время. В шатре было шумно и весело, лица находящихся там эльфов светились улыбками.

Увидев вошедших, Лейнолл бросился к ним с радостным восклицанием.

– У меня сын родился!

Не сдержавшись, оруженосец схватил Астида за плечи, затряс, восторженно смеясь.

– Сын!

– Поздравляю, – выдохнул полукровка, ошеломленный таким бурным проявлением чувств.

– Мои поздравления! – расплылся в улыбке Гилэстэл. – Какая чудесная новость!

За столом говорили о доме, о планах после войны.

– Вам надо жениться! – горячо убеждал Лейнолл господина. – Я не о долге наследника сейчас говорю. О любви, о единении двух душ!

Большая часть свиты дружно поддержала Лейнолла, остальные горячо уговаривали Агнара не торопиться.

– Лорд Гилэстэл! А вы что скажете? – отмахиваясь и от тех, и от других, вопросил Агнар.

– Я не женат, – ответил Гилэстэл. – И могу оценить жизнь лишь с одной её стороны. В этом деле из меня плохой советчик.

– Илан Астид? – Агнар обратил взор к полукровке.

Тот пожал плечами.

– Брак при моем образе жизни – преступление.

– А как же любовь?

– А причем тут женитьба? – ухмыльнулся полукровка.

Агнар рассмеялся. Лейнолл же взглянул на Астида с легким осуждением.

По окончании трапезы, когда все покидали шатер, Агнар остановил Гилэстэла.

– Лорд Гилэстэл. Завтра вы покидаете наш лагерь. Ваше недолгое пребывание скрасило наши серые солдатские будни. Отец примет вас в Таэрофарне с должным почетом и уважением. Там вы сможете отдохнуть по-настоящему и набраться сил перед дорогой в Маверранум.

– Благодарю вас, лорд Агнар, – Гилэстэ поклонился, приложив руку к груди. – Вы спасли нам жизнь, были добры и щедры. Я не знаю, чем мы можем отблагодарить вас. Разве что охранять в пути обоз. Но это такая мелочь.

– Вам не стоит об этом беспокоиться. Я отправляю с вами Лейнолла для безопасности.

– С нами? -Гилэстэл в замешательстве переглянулся с Астидом. – Но вы рискуете, лорд Агнар! Мы в состоянии постоять и за себя. Лейнолл – ваш лучший воин, ваш щит, ваш телохранитель! Вы сами говорили, что он ваш защитник, и в ответе за вас перед лордом Виго! И вы его отсылаете?

– Ненадолго. Мне ничего не грозит. Сейчас не стоит опасаться нападения – орда остановилась в двух днях пути, – Агнар успокаивающе махнул рукой. – Разведчики сообщили, что они не проявляют намерений двигаться дальше. Видимо, наша вылазка и разгром авангарда охладили их пыл. Они напуганы и еще долго не решатся на какие-либо действия. К тому же, лорд Миддэй собирается начать переговоры. Думаю, пара недель у нас в запасе есть. Да и отец не одобрит, если столь высокого гостя я оставлю без должного сопровождения.

– Отправьте кого-то другого! Любого из вашей свиты. Почему именно Лейнолл?

Агнар добродушно улыбнулся.

– Мне хочется как-то поощрить Лейнолла, вдохновить его – пусть увидит сына. Он так радовался, получив весть о его рождении, и сожалел, что не сможет сам назвать его имя священнику в день Поименования.

– Но разумно ли... – начал, было, Гилэстэл, но Агнар, стерев улыбку с лица, остановил его взглядом.

– А чем, по-вашему, я руководствуюсь? Разве воин не станет сражаться с большей самоотверженностью и отвагой за тех, кто ждет его дома?

– Простите. Конечно, – полуэльф слегка склонил голову, уступая.

Гилэстэл вышел из шатра, и, кусая губы, быстрым шагом направился к реке. Астид молча шел за ним. Остановившись на берегу, князь застыл в раздумье, не обращая внимания ни на купающихся невдалеке солдат, ни на стирающих белье слуг, громко делящихся новостями из дома. Астид ждал, зашвыривая носком сапога в воду мелкие камушки. Мимо в потоке проплыли упущенные кем-то портки. Упустивший их разиня с руганью промчался по кромке воды, норовя палкой для отбивания белья подхватить штаны. Поймал, с торжествующим восклицанием выжал и потрусил к своей корзине. Гилэстэл шевельнулся, протяжно вздохнул.

– И как теперь быть? – подал голос Астид.

– Следовать нашему плану, – полуэльф хрустнул пальцами, выгнул губы. – Но указать иную цель.

– Какую?

– Ту, которая спит в соседнем шатре.

Полукровка с недоумением взглянул на князя. Постепенно недоумение сменилось пониманием, и Астид мрачно покачал головой.

– Напрасно он не внял вашему совету.

Ночь была темна и тепла. Медленно идущий мимо шатра командующего дозорный улыбался, вспоминая содержание полученного письма. Полог палатки, стоящей рядом с шатром, шевельнулся, приоткрылся и опустился вновь. Погруженный в свои мысли солдат прошел мимо, не придав этому значения.

Немногочисленные костры ночной стражи не беспокоили князя – для всех он был невидим. Проходя мимо одного из постов с подремывающими солдатами, Гилэстэл повел ладонями и кинжал ближайшего ратника, выскользнув из ножен, перелетел к нему в правую руку. В другую порхнула фляжка с водой. Сунув кинжал за пояс, Гилэстэл извлек из-за пазухи маленький сверток и, открыв фляжку, высыпал в неё содержимое – щепотку серого порошка.

Полуэльф подошел к клетке с пленными. Из троих стражей, охранявших урукхов, не спал только один. Сидя на чурбаке и обняв копье, он мурлыкал под нос какую-то песенку. Тихим заклинанием погрузив его в сон, Гилэстэл приблизился к клетке. На ней висел замок. Три коротких слова – дужка выползла из паза, и полуэльф вошел внутрь. Пленники тоже спали, скорчившись в углах клетки, временами постанывая и вздрагивая. Гилэстэл обрел видимую форму и легонько пнул одного по ноге.

Измученный несколькими днями истязаний, пугающийся малейшего прикосновения к израненному телу, урукх проснулся мгновенно, распахнул полные страха глаза. Боясь шевельнуться, он глядел на стоящего над ним врага. Взгляд переместился к кинжалу за поясом беловолосого, и пленный судорожно вздохнул.

– Ты меня понимаешь? – спросил Гилэстэл

Никакой ответной реакции. Полуэльф бросил флягу пленнику. Тот помедлил, нерешительно взял её, откупорил и жадно стал пить. Слова разбудили его товарища, уставившегося на визитера с таким же выражением страха.

– Вы оба скоро умрёте.

Урукх оторвался от фляжки и молча глянул на Гилэстэла. В его темных глазах мелькнуло облегчение. Вернув пробку на место, он перекинул флягу другому пленнику.

– Хотите отомстить за свои муки, смерть соплеменников и погибнуть достойно?

Пленный сглотнул, настороженно рассматривая полуэльфа.

– Видимо, нет, – Гилэстэл сделал движение к выходу, но его остановил хриплый голос.

– Если я сказать – да? Что ты делать тогда?

Полуэльф усмехнулся краешком губ, вытащил из-за пояса кинжал и показал его урукху.

– Тогда я дам вам этот нож. И укажу того, для кого он предназначен. Потом можете делать, что хотите – умереть с честью или пытаться бежать к своим.

Урукх сплюнул розовой слюной.

– Ты альв. Хочешь нашей рукой убить другой альв?

– Именно так.

– За что?

– Это не твое дело. Я сделал вам предложение.

Из другого угла донесся тихий голос второго урукха. Первый выслушал его, усмехнулся.

– Гарт говорить, что видеть тебя раньше. Ты быть у холма Одона Свирепого, и еще один альв с тобой. Вождь сказать – мы поймать Щит Таэрона. Вы бежать оттуда, вы хитрые. Вождь думал – вас жрать волки. Он отправил нас в бой. И все наши умирать там, на озерах. Я тебе не верить. И Гарт тоже. Ты снова хитрить, а наши умирать еще больше.

– Я не Щит Таэрона, – сказал Гилэстэл. – Но этот кинжал предназначен для того, кто действительно им является.

Урукхи изумленно переглянулись. После продолжительного молчания Гарт кивнул товарищу.

– Что нам надо делать? – спросил урукх, неприязненно глядя на Гилэстэла.

– Его шатер в той стороне, – Гилэстэл указал туда, откуда пришел. – Шатер командующего, со знаменем Таэрофарна. Завтра ночью вы проберетесь туда. Замок на вашей клетке будет открыт. Охрана в лагере беспечна и неосмотрительна. Надеюсь, двум опытным воинам не составит труда преодолеть незаметно сотню шагов в темноте?

– Днем нас будут пытать. Это больно, – скривился урукх. – У Гарта одна нога уже не ходить. Мои пальцы на одной рука сломаны. Мы можем не дожить до ночи завтра.

– Доживете. В воде, которую вы пили, снадобье, заживляющее раны и снимающее боль. Действовать начнет утром, эффект продлится сутки. Щит Таэрона будет в палатке один. Убейте стражу у входа и его самого. До тех пор спрячь это подальше.

Гилэстэл кинул к ногам урукха кинжал. Пленник посмотрел на оружие, как на змею. Но всё же взял и подсунул под себя. Взглянул с презрением на Гилэстэла.

– Мы делать это. Не для тебя – для наш народ. Это честь для нас. А ты… Ты не знать, что такое честь воина. Ты плохой, альв. Гадкий, как ядовитая белая жаба.

– Вы мне тоже не нравитесь.

– Когда мы убить Щит, я говорить другим альвам про тебя, – прищурился урукх. – Про твоя измена. И ты тоже умрешь.

Полуэльф нехорошо усмехнулся.

– Я это предусмотрел.

Он повел рукой в сторону урукхов и произнес несколько слов. Оба пленника схватились за горло, беззвучно раскрывая рты и пытаясь выдавить хоть какой-то звук. Тщетно. Ухмылка Гилэстэла стала шире. Силуэт, отодвигающийся за пределы клетки, становился все прозрачнее, пока не пропал совсем. В звяканье запирающегося замка вплелись слова:

– Голосов у вас больше нет. Осталась только честь воинов. Не лишитесь и её.