Текст книги "Границы реальности"

Автор книги: Роман Выговский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Глава 2
12.10.2012. США. Штат Калифорния. Сан-Педро

Нет греха тяжелее страсти. (Лао-Цзы)

На широком лице итальянца играла улыбка, палец на курке автомата.

«А докторша молодцом».

Кристин смотрела испуганно, в глазах слёзы, уголки губ подрагивали.

Несмотря на грубый нрав и жестокость, Бритва всегда полагался на принципы, коих у него имелось множество.

В отличие от сегодняшних беспринципных и наглых преступников, пришедших на смену старому поколению, Рино был принципиален во всем. Он из тех старых и надёжных парней, почитающих законы преступного мира, знающих цену как иерархии, так и уважению. Кроме того, Рино никогда не убивал женщин. Ещё один из принципов.

Гулко завывала сирена, карета скорой помощи летела по двести тринадцатому шоссе. До медицинского центра «Сан Пэдро Пенинсула Хоспитэл» оставалось меньше десяти миль. Но у громадного итальянца в полицейской форме оказались иные планы.

– Остановите машину, – басом рявкнул Бритва, дуло автомата уткнулось в затылок водителя скорой помощи, – и заглушите мотор.

– Что выделаете, сэр? – растерялся медицинский сотрудник. Испуганные глаза уставились на ствол оружия.

– Я отдаю приказы, парни, а вы – выполняете. Причем живо, или я размозжу вам головы, – ухмыльнулся Рино, рука указала на обочину, – вон там остановись.

Лоб водителя покрылся испариной, он съехал с дороги, послушно заглушил мотор. Он не знал, кто такой Рино Сколаза, какая у него репутация, но этого и не требовалось. Холодная сталь оружия оказалась более чем убедительна.

– Прошу вас, не убивайте никого, – прошептала Кристин, опустив взгляд, – эти люди ни в чем не виноваты. Они не сделали ничего плохого, – голос звучал тихо и сдавлено.

– Хорошего они не сделали тоже, – продолжал ухмыляться Рино, – но я не маньяк, док. Их смерть мне не нужна. Но и оставить этих пассажиров здесь я тоже не могу, сами понимаете. Вы двое! – скомандовал Бритва. – Сейчас же перелезайте сюда, ко мне и доку! Да поживее, пока я не угостил вас свинцом!

– Делайте, как он велит, – мягко, хотя и с нотками волнения прибавила Кристин. Заметила смятение во взгляде коллеги. – Этот человек – особо опасный преступник, вам лучше не злить его.

– Это точно, док, – засмеялся Рино, похлопал громадной ручищей Кристин по плечу, – так держать, я вижу, мы с вами сработаемся.

Приклад по очереди опустился на головы медиков. Рино решил развлечься. Шутки ради связал, уложил бесчувственные тела в пластиковые мешки для трупов. Занятие показалось забавным, громадный итальянец сотрясался от хохота.

Кристин стояла рядом, ветер развевал красивые длинные волосы, в серо-зелёных глазах стояли слёзы. Ещё не оправилась от произошедшего.

«Будь что будет, если б хотел убить меня, убил бы давно. Храбрый умирает единожды, трус – бесчисленное количество раз».

Мысль принесла доктору Банни облегчение, но не мотивацию. Желание действовать отсутствовало, потому Кристин просто стояла и ждала, что произойдет. Так часто бывает, когда человек разочаровывается в своих силах и отказывается действовать, выжидая знамений от некой высшей силы или просто надеясь на то, что судьба окажется благосклонной. Но она не оказывается таковой, потому что для того, чтобы получить, нужно сначала отдать. Необходимо приложить усилие для достижения цели. Но когда и цель не ясна, что делать?

Кристин не могла решить, как поступить. Попытка бегства казалась бесполезной затеей, Сколаза быстрый, словно змей, и очень наблюдательный. Стоит лишь подумать о побеге, как Бритва тотчас заметит. Да и бежать Кристин некуда, вокруг ревут автомобили, а за спиной – громадный итальянец с оружием в руках.

– Зачем я вам нужна? – Кристин развернулась к Рино. По выражению лица пыталась определить реакцию на слова. – От меня ведь мало толку, может быть, вы меня отпустите?

– У вас очень приятный голос, док, – Рино поджал губы, – вы знаете, я думаю, нас с вами что-то связывает. Поверьте, док, я знаю, что говорю. Люди втягиваются в одно дело потому, что между ними есть связь. Я это ощущаю, как собака, звериное чутье. Понимаете, док? – Бритва улыбнулся, взгляды пересеклись, в глазах доктора проблеснула догадка. – Понимаете, о чем я говорю?

В глубине души Кристин понимала, но сознание противилось.

«Как я могу принять это? Ведь тогда следует принять на себя и смерть начальника тюрьмы, охраны, медицинских сотрудников и бог знает кого ещё?».

Сколазу не терзали сомнения по поводу применения силы, и потому Кристин боялась, боялась стать частью кровавой бойни.

– Я… я не понимаю о чем вы, – сорвалось с губ у Кристин, глаза забегали по сторонам, в голосе звучало отчаянье, – почему бы вам меня не отпустить? Ведь я уже помогла вам, чем смогла.

– Да, док, вы помогли мне. Но вы должны понять, я убежал из этого ада не для того, чтобы меня поймали где-нибудь в Айове, когда я буду пить пиво или сидеть на толчке. – Рино рассмеялся. – Я не могу вас отпустить, даже если бы хотел. А я не хочу.

– Но почему? – изумилась Кристин. Готовилась даже к тому, что бессовестный преступник попросту пристрелит, но неожиданный ответ потряс. Мотивы преступника оставались для Кристин загадкой.

– Почему-почему… я не задаю себе таких вопросов, док. Я, как волк, доверяю чутью, оно меня не подводит. А над всякими «почему» пусть думают те, у кого мозгов побольше моего. Для этого есть такие, как вы, док, и прочие умники.

– Может быть, вы и правы, – согласилась Кристин. Солёные капли бежали из глаз. – По крайне мере, вы не собираетесь убить меня.

– Нет, конечно. Зачем же мне убивать вас, док? Вы замечательный человек, были добры ко мне. Кроме того, вы красивая женщина. Я буду с вами на «ты», – Сколаза ухмыльнулся, – вы не против?

– Нет, – кивнула Кристин, – не против. Но что вы намерены делать дальше? Ведь вас будут искать.

– Не будут. Все решили, что я мёртв, док. Конечно, вскоре медики пронюхают, что ДНК жертвы не совпадает с моим. Но на это потребуется немало времени. Я думаю, мы успеем убраться подальше. У меня есть одно местечко, где можно залечь на дно.

«Кто бы мог подумать, что такой громила окажется настолько сообразительным, – удивилась Кристин, отворачиваясь от дорожной пыли, – его побег может показаться сумасшествием, если бы не был правдой. Правдой, в которой я приняла участие».

– Как ваша рука? – поинтересовалась Кристин, опухшие пальцы Бритвы выглядели неважно. – Вам бы не помешала повязка, которую я прежде наложила.

– Всё в порядке, док. Могло быть хуже, – Рино поднес поврежденную кисть к лицу, тщательно осмотрел, – могло быть хуже.

Бритва стоял на обочине, взгляд ловил проносящиеся по шоссе автомобили. План удался, требовалось завладеть транспортом, чтоб убраться подальше от тюрьмы. «Время есть, но медлить нельзя».

Взгляд Бритвы остановился на массивных очертаниях белого «Хаммера Н6».

– Вот эта машина что надо, – он заговорщицки подмигнул Кристин, – на ней и поедем.

Оружие легло в руки, Рино уверенным шагом направился к разделительной полосе. Мимо пронёсся седан, ветер обжёг в лицо, итальянец стал посреди шоссе.

– Остановитесь, полиция Сан-Педро! – прорычал Рино басом. Машина замерла всего в нескольких футах от ног, ещё немного, и от громилы осталось бы мокрое место.

Пальцы ловко выудили жетон из-за пояса, Рино подошел к дверце автомобиля. Тонированное стекло бесшумно спустилось, из окошка наружу вынырнуло хорошенькое личико в гламурных солнцезащитных очках.

– Что-то не так, офицер? – промурлыкала блондинка, ресницы невинно захлопали. – Неужели я превысила скорость?

– Нет, мэм, но эта машина объявлена в розыск, и, похоже, мне придется вас задержать.

Взгляд девушки, секунду назад игривый и легкомысленный, в одно мгновение заострился. Из невинной глупышки она превратилась в фурию. Рука блондинки проворно скользнула вниз, к лежащей на сидении сумочке.

– Положите руки на руль, чтобы я мог их видеть, мэм, – едва не рассмеявшись, сказал Бритва, – иначе я буду вынужден в вас стрелять. Ни мне, ни вам этого не нужно, поэтому будьте лапочкой.

– Хорошо, офицер, – процедила блондинка сквозь зубы, изящные кисти послушно легли на рулевое колесо. – Что теперь, зачитаете мне права или сразу пристрелите, ведь это он вас послал, я права?

В ответ Рино расхохотался.

– Да нет, чёрт тебя дери, я просто надену на тебя наручники, крошка, а моя напарница сядет вместо тебя за руль. Вот и всё.

– Как-то не совсем по инструкции, – подметила блондинка. На лице заиграла улыбка, гнев в глазах притух.

– Но ведь жить по инструкциям скучно, – хитро подмигнул Рино, – выходите из машины, дамочка.

Блондинка открыла дверцу, выставила наружу стройные и необычайно соблазнительные ножки. Может, собиралась усыпить бдительность Рино, а может, просто привыкла выставлять себя напоказ во всей красе. Длинные шпильки алых туфелек негромко стукнули об асфальт, из авто наружу выскользнула привлекательная фигурка.

– Развернитесь лицом к машине, медленно заведите руки за голову, – скомандовал Рино, здоровый палец раненой руки достал наручники. Девушка окинула высоченного итальянца оценивающим взглядом, развернулась спиной. Рино перехватил взгляд, улыбнулся. Блондинка кокетливо изогнула стройное тело, руки послушно легли за голову.

Рино медлил, взгляд вонзился в аппетитный зад хозяйки «Хаммера».

«Вот это булки!»

Браслет защелкнулся. Блондинка не сопротивлялась, наоборот, почувствовав сильную руку на запястье, легонько подалась назад, упругие ягодицы уперлись прямиком в бедро Бритвы.

– Обожаю мужчин в форме, а таких высоких я вообще никогда не встречала, уверена, ты большой мальчик, – страстно прошептала она, принявшись покусывать нижнюю губу.

Рино ничего не ответил, здоровая рука скользнула под платье, сжала нежную грудь блондинки, пальцы коснулись затвердевшего вмиг соска, затем заскользили по бархатной коже живота вниз к трусикам.

Долгие десять лет Рино Сколаза провел в тюрьме, лишённый женского внимания. Сдерживался из последних сил, хотелось сорвать со стройной куколки одежду, овладеть ею прямо здесь, на шоссе. Устоял, ещё мгновение ладонь ласкала упругие ягодицы девушки, нехотя вернулась обратно на запястье.

– Оружия при вас нет, как показал обыск, – ухмыльнулся Бритва, – садитесь на заднее сиденье и не делайте глупостей. – Рино затолкал блондинку внутрь и помахал рукой Кристин.

Доктор Банни внимательно следила за происходящим.

Видела, как Рино остановил автомобиль. По голосу поняла: хозяин авто – женщина. Кристин не наблюдала за сценой обыска, массивный корпус «Хаммера» скрывал блондинку от взглядов.

«Что он собрался делать?»

Доктор отвернулась, но краем глаза заметила Сколазу.

– Садись за руль, Кристин, а я посторожу нашу попутчицу. – Рино ловко запрыгнул на комфортное заднее сидение к блондинке.

– Куда поедем? – спросила Кристин

– В Вегас, куда же ещё. – Бритва захлопнул дверцу. – Ты поезжай, а я немного вздремну. – Губы растянулись в ухмылке. – Я тебе доверяю, Кристин, не подведи меня. На всякий случай напомню, что у меня здесь оружие и заложница.

Напоминать Кристин не требовалось, успела понять, что с Бритвой шутить не стоит, но доверять ему можно. Если итальянец даёт слово, то не нарушает.

«Заключённых не убил. Меня тоже. Не буду искушать судьбу». Завела машину, направилась по сто десятому шоссе на север, затем свернула на северо-запад на пятнадцатое, ведущее в Неваду.

Рино пришлось перепробовать почти все кнопки в салоне, пока нашёл нужную. Разделительное стекло медленно поднялось. Итальянец откинулся на спинку сидения, самодовольно улыбнулся. Настроение улучшилось.

– Мог бы меня спросить, – тихо сказала блондинка, осторожный взгляд скользнул по мускулистой груди Рино.

– Это ведь не твоя машина, откуда тебе знать, – продолжал улыбаться Сколаза, – ты ведь и правда угнала её?

– Да, – как и прежде, осторожно прошептала красотка, стройная ножка как бы невзначай коснулась Рино, – но ведь и ты не коп, или я не права?

– Я мужчина в форме, – Бритва здоровой рукой ухватил девушку за бедро, смеясь, прибавил, – в хорошей форме.

Рино набросился на блондинку, словно изголодавшийся зверь. Она не сопротивлялась, напротив, ей нравилось, как сильные руки бесстыдно хватают за интимные места.

Одним сильным движением Рино опрокинул блондинку на спину, принялся языком ласкать её тело. Начал с шеи, затем задержался на сосках и лишь потом спустился вниз, к животу. Девушка ощутила, как огонь страсти разливается внутри, попросту сжигает дотла. Бедрами сжала голову итальянца, застонала от удовольствия, спина выгнулась назад.

Никогда прежде она не занималась сексом с таким удовольствием. Рино ревел, словно машина. Каждое движение обладало невероятной силой и страстью, а тело, казалось, сделано из стали. Страсть и ярость. В исступлении он схватил её за волосы, жгучая волна удовольствия захлестнула их обоих.

Бритва не стал отдыхать, грубо перевернул красотку на живот и взял её ещё раз, и затем ещё. Только тогда успокоился, откинулся на сидение. Блондинка лежала на широкой мускулистой груди, глаза закрыты от удовольствия.

– Меня зовут, Рино, детка, – пророкотал гигант, – приятно было с тобой познакомиться.

Луиза больше не боялась. Страх так долго владел ею, что теперь, когда иссяк, казалось, умерла часть души. Не знала, радоваться или, наоборот, горевать. Жизнь перевернулась вверх дном.

«Куда я попала?» В голове легко, ощущение тела пропадает, грудь опаляет жгучий огонь.

Пламя не иссушало, не терзало, как прежде. Языки теплые и ласковые.

«Но одновременно с тем не расслабляет, а напротив – придает сил».

Луиза наполнилась энергией, сила пропитала тело и разум новыми субстанциями. Мощь возбуждала, дразнила. Руки чесались от желания выместить это на ком-то или чём-то.

В жизни часто происходит именно так: Когда есть объект, субъект появляется незамедлительно. На зверя и ловец. С Луизой случилось подобным образом.

Блондинка спустилась на подземный этаж, к паркингу. Сумочка на плече, палец на курке «Беретты». Неподалеку под капотом авто рылся толстый водитель. Бедняга настолько увлекся, что попросту не заметил Луизу, хотя она не таилась. Оплошность дорого обошлась бедолаге.

Луиза лукаво улыбнулась, медленно извлекла пистолет из сумочки.

«Курок пистолета прохладный и приятный». Блондинка загадочно улыбнулась, веки смежились от удовольствия, дуло уставилось в жертву. Прогремел выстрел.

Пуля вошла водителю прямо в спину. Свинец пробил легкое, задел вену. Смертельная рана. Водитель издал сиплый визг, тёмная кровь пошла ртом, тело завалилось на бок.

Луизе происходящее показалось забавным. Сила текла по рукам, уходила в оружие.

«Какой триумф». Пальцы нажали на курок ещё раз. Выстрел эхом разнесся по стоянке. На этот раз пуля влетела в живот бедняги.

Полные боли и слез глаза смотрели на девушку. В них горел лишь один вопрос: за что?

– Просто так, – ответила шепотом Луиза и выстрелила водителю в голову.

Никогда прежде она не чувствовала себя так хорошо.

«Это сродни оргазму».

Приятная дрожь пробежала по спине, потянулась к ногам, легкость проникла в каждую клетку тела.

– Гавван, – прошептали еле слышимо губы.

– Гавван, – послушно повторила блондинка, слизнула кровь со ствола «Беретты».

Ключи от автомобиля торчали из заднего кармана джинсов. Водитель был ещё жив, конечности легко подрагивали, веки дергались, подобно замерзающему мотыльку. Луиза подошла ближе, присела на корточки. Застыла, слушая, как затихает жизнь.

Тихий шепот в голове всё нарастал. «Гавван, – говорил убаюкивающий голос, – Гавван». Луиза наклонилась ещё ниже и поцеловала умирающего в окровавленные губы. Это доставило блондинке уйму удовольствия.

«Какая жгучая сила».

Хищная улыбка блеснула на прекрасном лице, Луиза в исступлении прикусила нижнюю губу и глубоко вдохнула. А водитель тяжко выдохнул и затих.

– Теперь ты мой, – Луиза прикрыла глаза, – ты мой, сукин ты сын, и ты будешь слушаться меня, или я убью нас обоих.

Девушка медленно, словно сопротивляясь кому-то или чему-то, поднесла «Беретту» к лицу, ствол уперся в подбородок. Из глаз ручьем бежали слёзы, тушь потекла, оставляя на щеках чёрные следы.

– Ты будешь слушаться, или я убью нас, ублюдок, ты меня понял? – прокричала в отчаянье Луиза.

– Да, – ответил тихо голос, – я буду служить. Я нужен тебе, буду беречь тебя. А мне нужна ты, моя крошка.

Дрожащей рукой Луиза убрала пистолет в сумочку, водитель лежал на животе в луже крови, ключи торчали из кармана джинсов.

Убрать с дороги труп оказалось непросто, весил бедняга добрых три сотни фунтов, но Луиза справилась. Затем открыла багажник.

«Нужно смыть кровь с «Хаммера».

Алые струйки торопливо сбегали с белого капота на бампер. Ветровое стекло и левое крыло машины покрыты брызгами крови.

Управившись со всем за пару минут, Луиза вскочила за руль. Кресло водителя пришлось приспособить под себя.

«Всего лишь мелочь, главное уже сделано». Теперь следовало поехать в отель и забрать деньги, затем гнать прочь из штата, а может, и вовсе из страны. Луиза ещё не решила, собиралась подумать по дороге, так казалось проще.

Ключ вошел в замочную скважину, легко провернулся, мотор загудел.

– Кто я теперь? – спросила Луиза, дрожащие пальцы вытащили сигарету. Пачку прихватила из кармана джинсовой куртки, которой вытирала кровь.

– Ты хотела сказать, мы, – рассмеялся голос. Луиза содрогнулась, сигарета упала на пол.

Жуткий нечеловеческий хохот выворачивал наизнанку. Злоба и безумие.

Глава 3
12.10.2012. США. Штат Аляска. Анкоридж. «V-1351» – секретная биологическая лаборатория ЦРУ при Университете Аляски

Глупец тот, кого убивает избыток ума. (Бальтасар Грасиан-и-Моралес)

Доктор медицины, микробиолог Элен Бэнкс, внимательно рассматривала образцы штамма О157:Н12. Новое детище генной инженерии, созданное на основе О157:Н7, бактерии Escherichia coli, или кишечной палочки.

Ещё десять лет назад, в 2001-м, в Висконсинском Универститете учёные расшифровали геном смертельно опасного штамма E.coli, после чего создали антимикробную вакцину на основе выделенных генов. Также в ходе исследования установили: вирулентный штамм E.coli отличался по 3500 генам по сравнению со своим безопасным родственником.

Безопасная E.coli обитает в кишечнике человека и совершенно безвредна. В то время как О157:Н7 вызывает опасный недуг, симптоматически проявляющийся в редких формах диареи. В итоге, данный штамм E.coli несёт серьёзную, даже смертельную опасность для почек.

Элен Бэнкс состояла в исследовательской группе, которой ЦРУ поручило заняться исследованием E.coli ещё в 1982 году, после возникновения вспышки заболевания, вызванного пищевыми отравлениями по всей стране.

Источником отравления стала говядина, из которой готовились гамбургеры. Именно гамбургер выступил в роли разносчика № 1 этой опасной бактерии.

Ещё в 1982 удалось установить: причина возникшей эпидемии – недостаточная термальная обработка пищи, ведь бактерия устойчива к повышению температуры.

Доктор Элен Бэнкс стала работать на правительство сразу по окончании Висконсинского Университета в 1976-м. Элен необычайно талантлива, в ЦРУ её сразу заметили.

Сейчас доктору уже пятьдесят девять. Немолодая, но по прежнему энергичная, она руководила засекреченной лабораторией «V-1351», созданной ЦРУ в 1992 году для детального изучения вирусов и бактерий, потенциально способных стать биологическим оружием.

Собственно, в лаборатории «V-1351» биологическое оружие не разрабатывалось, его производили в иных местах, о которых Элен не знала. Основная задача доктора: выделение генов и создание вакцины на основе готовых образцов. Так было до этого случая. Теперь доктору Бэнкс и её научной группе поручили возобновить исследования E.coli, а именно штамма О157:Н7, с целью создать экспериментальный образец высокотоксичной бактерии.

Элен знала, что занимается отнюдь не научными изысканиями, больше других понимала, что продукты её труда могут быть использованы вовсе не для спасения жизни, а, скорее, наоборот. Но не остановилась, конечно, могла бы сказать: это приказ от вышестоящей инстанции. Да, так и есть, но ведь в душе доктор не противилась. Само осознание этого факта пугало Элен более всего.

Расшифровка генома показала, что вирулентный штамм E.coli часто обменивается генетическим материалом с другими бактериями и вирусами. Этим обстоятельством и объясняется, почему так трудно разработать способ лечения. Бактерия быстро мутирует. Именно предрасположенность к мутации при вмешательстве человека создавала из бактерии практически неистребимое биологическое оружие.

Работа доктора Бэнкс сосредоточилась на повышение способности бактерии к обмену генетическим материалом с целью создания высокотоксического штамма на основе вируса Эбола.

Сам по себе О157:Н7 не обладал высокой токсичностью, так как продуцировал токсин (веротоксин), приводящий к гибели эпителия толстой кишки и развитию гемолитического уремического синдрома и геморрагического колита, что по клиническими признакам сходно с дизентерией. Иными словами – сильнейшее расстройство пищеварительной системы, желудка кишечника. А Гемолитико-уремический синдром, в свою очередь, часто проявлялся на основе лихорадки.

Для усиления симптоматических проявлений и повышения токсичности был выбран вирус Эбола, вызывающий геморрагическую лихорадку. Смертельный союз.

Вирус Эбола малоизучен, но всё же выделение генома и антител ещё в 1976-79 годах дало возможность лечить лихорадку. Происхождение вируса же до сих пор для многих остается тайной. Но только не для ЦРУ.

А правда такова: вирус Эбола был создан искусственно на основе вируса Ласса, родственника, также выходца из Африки. Вирус Ласа в основном переносится грызунами и вызывает также геморрагическую лихорадку, симптоматически протекает схоже, но имеет иную структуру и устраняется при помощи рибавирина. Рибавирин же представляет собой синтетический аналог нуклеозидов, подавляющий репликацию многих РНК-содержащих и ДНК-содержащих вирусов. Иными словами, РНК вируса Ласса перестает удваиваться, вирус прекращает размножение, и болезнь постепенно проходит. В случае же с Эбола этого не происходит. Он стоек к рибавирину, сильнейшему из антибиотиков.

Сначала вирус протестировали на приматах и лишь затем были разработаны штаммы, которые могли поражать людей. Смертность при заболевании оказалась необычайно высокая – 70–80 %.

Позже учёные из Университета штата Айова практически полностью удалили из вирусных частиц геном, сохранив таким образом только внешнюю белковую оболочку вирионов. В итоге – получили идеальный генетический материал, с помощью которого можно транспортировать гены в клетки или к другим вирусам либо бактериям. Так и появился штамм О157:Н12.

Доктор Бэнкс ликовала, на напряженном лице играла улыбка.

Лаборатория «V-1351» имела высочайший, четвертый, уровень биологической защиты. Именно поэтому размещалась глубоко под землей.

Образчик вируса находился перед доктором, внутри бокса биологической безопасности, с установленным на нём ULPA-фильтром, предотвращающим проникновение любых частиц размером до 0,1–0,2 мкм.

Окончательный продукт разработок получили всего два часа назад. Элен никому не могла позволить первому взглянуть на своё детище. Хотела прежде других насладиться созерцанием нового творения.

Результат превзошел все ожидания. Работа подошла к концу, теперь следовало продезинфицировать оборудование, провести окончательную обработку всех внутренних поверхностей бокса и стекла фронтальной панели, чтобы избежать распространения вируса.

Все сотрудники «V-1351» обязывались носить герметические костюмы биологической защиты MHS-053 с автономной системой подачи кислорода и экзоскелетом. MHS-053 предоставлял необходимую защиту при работе со столь опасным бактериологическим оружием, а наличие вмонтированного экзоскелета позволяло двигаться даже в случае поражения нервной системы штаммом О157:Н12.

Доктор Бэнкс отошла от бокса, проследила за тем, чтобы образчики вируса были запечатаны в герметический вакуумный контейнер.

Работа подошла к завершению, Элен направилась из главного отсека лаборатории во вторичный, где проходил процесс очистки костюма. Воздуха здесь, как и в основном отсеке, не было.

Процесс очистки чем-то напоминал душ, но вместо воды из трубочек лилось дезинфицирующее средство. Сначала в отсек закачивался стерильный воздух, затем начиналась подача дезинфицирующего раствора. Он стекал по стеклу шлема.

Доктор невольно припомнила солнечное утро того понедельника, когда ушел муж. Элен редко думала о неудачном браке, но сегодня почему-то вспомнила. Затосковала: Дуглас очень любил её, но не мог примириться с работой, ревность не давала покоя. Потому и расстались, детей у Элен не было. Вся её жизнь прошла здесь и в полусотне других засекреченных мест. Лаборатория стала домом, детьми – вирусы и бактерии, штаммы и микроорганизмы.

Дуглас не знал, что жена работает на ЦРУ. А легенда, составленная агентами, служила лучшим поводом для ревности. Дуглас не мог смириться с тем, что жена месяцами не ночует дома, разъезжает по миру Господь знает с кем.

Элен не останавливала его, но в душе – жалела, что всё так сложилось. «Видимо, микробиолог и продавец подержанных машин не могут ужиться в одном доме, – подумала доктор Бэнкс, не спеша вышла из дезинфекционного помещения в раздевалку. Спецкостюм упал на пол, доктор зашла в душ, а после, переодевшись, направилась к лифту.

Элен всецело отдалась размышлениям о новом вирусе. Созданный на основе вируса Эбола и бактерии E.coli, её штамм соединял в себе смертоносность Эбола и изменчивость кишечной палочки. «Конечно, его ещё предстоит опробовать на людях, чтобы быть полностью уверенной», – подумала доктор Бэнкс, нажимая кнопку вызова лифта.

Может, по иронии судьбы, а возможно, нет, сказать сложно, но когда серебристые створки лифта раздвинулись в стороны – в кабине оказался высокий стройный мужчина лет пятидесяти в шикарном белом костюме. Во рту дымится ароматная сигара, а на правой руке величественно поблескивает вычурный золотой перстень с громадным рубином.

– Здесь нельзя курить, – возмутилась Элен, увидев незнакомца, – и что вы здесь вообще делаете? Посторонним сюда вход воспрещён. Я не припоминаю, чтобы вы получали допуск.

Мужчина ничего не ответил, лишь на мгновение окинул доктора Бэнкс стеклянным взглядом, струйка зеленоватого дыма ударила доктору в лицо. Элен зашлась сухим кашлем.

– Какая ч у дная музыка, вы не находите, – произнес месье де Анжу, тёмные глаза блеснули металлом. – Пойдемте же со мной, вы должны непременно увидеть своё детище в действии.

Сознание Элен затуманилось, внимание рассеялось, в голове то и дело возникала путаница. В уме заиграла странная мелодия. «Музыка? – подумала Элен. – Это и есть музыка?».

Генрих остался доволен: план гениален, хоть и непрост. «Зато витиеват и выспрен в высшей мере», – так полагал сам месье де Анжу, а с ним сложно спорить, ведь его гениальность могла бросить вызов лишь его бесстрастию и жестокости.

Впрочем, если Генрих и собирался бросить вызов, то лишь одному человеку – так называемому Джо Риду, профессору калифорнийского университета. Хотя сам де Анжу использовал для идентификации врага более привычное имя, сейчас называл его профессором Ридом.

«Имена не так уж важны, особенно когда затрагиваются столь весомые истины», – подумал Генрих, сигара коснулась губ, затянулся.

Доктор Бэнкс послушно шагала следом, как утенок за матушкой гусыней. Де Анжу поразмыслил над удачным сравнением и злобно рассмеялся в душе.

– Вы, наверное, страх как хотите знать, почему я здесь и кто я такой, верно? – привычный бесстрастный тон окрасился издевкой.

– Да, – Элен послушно кивнула, – скажите, кто вы и зачем вы здесь?

– О, я ваше, так сказать, непосредственное начальство, всю свою жизнь вы работаете на меня. Как и множество других. Но вы заслуживаете отдельного внимания. Вы – особенная, Элен.

– Я? – смутилась доктор Бэнкс.

– Да, Элен, вы. Именно потому я прибыл сюда. Мне нужны результаты вашего труда. Я не постесняюсь этого сказать, гениального труда.

– Но… – попыталась нерешительно возмутиться доктор. Ещё на какой-то миг замялась, а затем нахлынули образы, отвлекли, почему-то совершенно расхотелось спорить.

Элен послушно следовала за человеком в белом костюме, глаза не переставали моргать. Отчаянно пыталась отогнать необоримую сонливость. Ум доктора Бенкс, обычно острый и цепкий, стал подобен рисовому пудингу, едва различал границы реальности.

– Я таю, – прошептала почти беззвучно Элен, колени подкосились.

– Ещё не время, моя сладкая, – сказал бесстрастный голос, сильные руки подхватили ослабевшее тело, – ты должна увидеть это.

Но Элен уже ничего не хотела видеть, единственное, чего действительно жаждала, – погрузиться в сон, сладкий и приятный. Очертания предметов медленно испарялись, неподъёмные веки опускались вниз.

С полусознательной женщиной на руках Генрих шагнул сквозь открывшуюся дверь в главный отсек лаборатории. Вслед за ним в помещение со свистом ворвался воздух, моментально вспыхнули алые лампочки на стенах, громко завыла сирена. «Условия хранения вируса нарушены! Тревога!»

Месье де Анжу положил бесчувственное тело на пол, одежда отправилась следом. Аккуратная стопочка легла на пластиковое покрытие, обнаженный Генрих легко коснулся рукой лица Элен.

Женщина выглядела бледной, почти безжизненной, дыхание вырывалось со страшными хрипами.

– Кажется, это ваш последний аккорд, – сказал Генрих, последний отблеск жизни угасал в глазах Элен. Небрежно пнул труп. – Жаль, что вы так слабы.

Месье де Анжу окончательно потерял интерес к бездыханному телу. Развернулся к останкам спиной, извлек наружу герметический вакуумный контейнер с вирусом. Крепкие руки небрежно сорвали крышку.

«Долгожданный момент истины… Memento more».

Генрих сделал глубокий вдох, вирус тотчас проник в организм. Смертельно опасное оружие, способное погубить миллионы людей за короткий отрывок времени. Многие террористические организации отдали бы всё за одну лишь возможность заполучить столь смертоносное средство в арсенал. Одно только наличие подобного оружия могло служить источником безграничного влияния… Но планы Генриха были куда дальновиднее и коварней.

Вирус, убивший любого другого за считанные секунды, не причинил Генриху никакого вреда, напротив, казалось, месье де Анжу просто сияет от удовольствия.

– Ну, Элен, раз вам больше неинтересно ваше творение, я уделю ему всё то внимание, которые не смогли уделить вы. – Генрих развел руки в стороны и на мгновение замер. Со стороны могло показаться, что он просто стоит на месте. На самом же деле внутри тела месье де Анжу шла кровавая битва между ним самим и вирусом.