Текст книги "Мастер. Приветы из прошлого (СИ)"

Автор книги: Роман Терехов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 24 страниц)

Глава 23

Срочный вызов к Искандеру прервал занятия с крафтбуком, разлучил с Айной и Серафимой. Повелитель лениво оформил мне устный выговор за инцидент со Шрайбикусом. Ибо Твердыня наш стратегический союзник и надежный партнер, к которому, однако, лучше не поворачиваться спиной.

– Я тебе Мотю разрешил поучить жизни, если накосячит. Про лопоухого 3,14дора уговора не было! – сообщил мне Искандер.

От этого заявления хотелось смеяться и плакать сразу, но я всего лишь усомнился, что мне было позволено бить Матвея. Вот не помнил я такого разрешения и все тут! Не то, чтобы мне нравилось чесать кулаки, но долг платежом красен. Спровоцировал бы Мотю и оформил ему больничный. То-то он меня будто бы избегал в последнее время.

– Было-было! – настоял на своем Искандер, – Может, Маринка перестаралась? Ладно, помахали руками мало-мало, дурное дело нехитрое. Слушай сюда, Борис!

Я и приготовился слушать главного человека в нашем микромире.

– Девку из кремневских напомни, как зовут?

Ожидал подобного вопроса и даже не вздрогнул.

– Вероника.

– Вера и Ника. Веру сныкай. Подружка моего кровника ходит с тобой на войну, а я все жду, когда мне надежный человек Борис шепнет, так мол и так. Нехорошо-о и некрасиво, Боря. Мог бы и за руку ее привести для пообщаться. Вдруг мне интересно, как там сучий Кремень жив-здоров?

Промолчал, но взгляда не отвел. Пусть паясничает, осведомителем в службе безопасности главной не состою, у меня конфликта с кремневцами нет. Наоборот, Залина мне немного помогла с начальным освоением магии, а Кремень своей топорной вербовкой подтолкнул в сторону Оазиса. А здесь у меня все неплохо складывается.

– Знаешь, Борис. Наши прошлые решения всегда передают приветы. Последствия. У всякого выбора они есть. И вот тебе первое, больше нет тебе веры, Боря. Веры нет, а Ника есть. И с ней надо чет решать. Тебе решать.

Просто чудом не рассмеялся, получив «вотум недоверия» от Искандера. А следом простую задачку с заранее известным ответом.

– Отведу в поместье.

– А как же Эрик?

– А он тут… – понял намек, не закончив фразу.

– Чпокает он Вероничку! То в кустах, то в кукурузе. Эрик – полезный! Так как решишь с Эриком?

Повелитель поднял к потолку указательный палец, напоминая мне о последствиях. Эрик, простой и понятный боевик оказался подвержен чувствам. Но я по-прежнему не видел никаких сложностей:

– Проводит, чпокнет в приличном месте на ход ноги и домой. С глаз долой, из сердца – вон.

– Отвечаешь? А если с ней уйдет? Может, он хером застрял в медовой ловушке, хе-хе?

Вроде не пьяные, а такую херню обсуждаем! Хотя управление персоналом – важная дисциплина. И вот ведь сюрприз, коллектив в поле зрения нашего повелителя. Еще недавно казалось, ему глубоко насрать и на Эрика, и на меня, однако, сейчас хозяин башни в настроении продемонстрировать осведомленность? Заботу о людях?

– Да, куда он уйдет? В нищую общину, потерявшую половину личного состава за месяц? Которая нам людей за мешок гороха продает? Это надо сильно любить секс.

Он расплылся в улыбке.

– Смекаешь. Вот у нас тут рынок, шмотки, баня, танцы, бражка, короче, зрелища и хлеба от пуза, а эта овца к своим рвется? Вопрос, на кой? Понравилось змей жрать и жопу камнями подтирать?

– Так к своим же! И мести опасается.

– Ну, а мы, типа, не мстительные? – съязвил Искандер.

– Великодушные. С бабами не воюем.

– О как! Продолжай!

– Скажу Эрику, что мести не будет. Сводит ее на рынок, в ресторан и баню. Пусть почпокаются, как люди.

Повелитель подтвердил свое согласие кивком.

– Еще какие предложения?

– Выделить ей подход к алтарю…

– Блядь, ты серьезно⁈ – вдруг вспыхнул собеседник.

– Вполне.

Искандер красноречиво промычал, сражаясь с собой. Или призраками прошлого. Суть моего предложения он понял по-своему.

– Да ты вообще знаешь, что у меня украл Кремень? Что конкретно он украл?

– Нет. Хотел спросить у нее, да случай не подвернулся.

– Меченосца! – хозяин башни ударил кулаком в каменную столешницу, чудом не расколов ее, – Офигенная хреновина, три прокачки Мечника. В сутки, Боря! Под сотню прокачек он у всех нас украл, гнида тупорылая! А ты предлагаешь дар своего Тысячеликого этой ренегатке?

Информация любопытнейшая и по моей части. Это самый стык артефакторики и повелителя башни. Осмыслим позже, сейчас нужно довести до результата затею с даром для Вероники.

– Именно так. Это уязвит Кремня, обесценит вред, нанесенный кражей, чем он наверняка гордится! – предположил я, больше рассчитывая направить Веронику по истинному пути. Искандер легко просек мою нехитрую интригу.

– Знаешь, у нас с Тысячей свои отношения. Я пользуюсь его щедрыми дарами и живу в ожидании, когда он опять подставит меня под удар. Думаешь, кто меня научил плохому? – Повелитель тыкнул указательным пальцем в потолок и замолчал, потом кивнул головой, словно соглашаясь с хором голосов в своей голове, – Так вот, я совсем не против толкнуть эту Веронику в объятия Тысячи. Мне интересно, какие будут последствия. И даже хочу, чтобы ты все исполнил в лучшем виде.

– Исполню.

Внезапно он хрюкнул, пытаясь рассмеяться.

– Выходит, Серега не шутил? Сидит в тебе демон коварный искуситель.

– Местных послушать, все мы грязедемоны поголовно.

– Да в жопу местных! Нам бы год продержаться, хоть полгода!

Аудиенция затянулась, и начальник ускорился. В своей манере не упустил возможности обвинить меня, что не поторопился отчалить в поместье и выдал новый приказ.

– Сегодня прогуляйся к Каменному стражу. Проведи профилактику. Давно пора ставить там постоянный пост. Заодно присмотри место под сторожевую башню, ты ж теперь архитектор.

О, этот испытывающий и многозначительный взгляд! Искандер знал, что я скопировал механику перемещения плиты. Можешь, значит, должен? Иначе понять его реплику невозможно.

– Нам бы с этой башней разобраться… – начал давно назревший разговор.

– Так разбирайтесь с Ларсом, Петровича подключайте! – немного раздраженно бросил начальник, – Борис, мне нужны конкретные предложения, а не лозунги за все хорошее!

На столе возник и двинулся ко мне телекинезом мешочек. Сквозь потертую, но прочную ткань с помощью магического зрения разглядел пустышки, кристаллики и крупный песок. Взвесил в руке – примерно сто пятьдесят граммов. Хоть столько.

Искандер немедленно отреагировал на скепсис на моем лице:

– Покажи результат и отсыплю еще!

Повелитель притворился, что не в курсе, сколько я своего «сахара» вложил. Что до результата – Причуда не пошел вразнос, зато начал нереститься Искрами. Как по мне, отличный результат!

– Только не задерживайся в центральном укрепе допоздна. Лилия пророчит к вечеру бурю, а в этом она не ошибается. Считай, дня на два ты здесь застрял. Буря Борю мглою кроет и дает шанс исполнить дембельский аккорд!

Повелитель рассмеялся своей шутке. А шутке ли? Сдержано улыбнулся за компанию. Настраивался на долгую беседу про ремонт Причуды и ресурсы, необходимые для предстоящего расширения. В итоге: держи песок, иди – работай! Спрятал выданный материал в свой карман. Если это не прогресс в моем положении, то что тогда считать за таковой?

Встал на лестнице снаружи здания, опершись на копье Защитника веры в одной руке и алебарду в другой, прислушался к урчанию пустого желудка. Придется потерпеть, обед еще нескоро!

Как обычно, громадье планов перечеркнуло внезапное вмешательство, роль которого сегодня играли Свиток, боевой жезл и новая задача Искандера. Две задачи, считая Эрика с Вероникой. Оружие следует освоить и снять производственную схему, заодно проверю функционал обновленного инструмента. С Каменным Стражем ситуация сложнее. Самому интересно поработать с древним конструктом, обладая новыми знаниями и артефактами.

Походя Искандер упомянул исключительно важную информацию, которая подняла базы знаний и сфокусировала мое внимание на «офигенных хреновинах», как он выразился. Божественные алтари можно развивать не только подношениями ресурсов, но и подключая к ним артефакты высшего порядка.

Базы мастера башни и Артефактора дополнили сумбурное изложение Искандера: сопряженный с нашим алтарем Атрибут Меченосца прибавил бы к ежедневному списку даров по одному «Владению мечом» за каждую ступень возвышения триолита. На сегодняшний день – три прокачки одноименного навыка и неплохой шанс обрести талант фехтовальщика. Поскольку алтарь до третьей ступени возвысили недавно, то поверим главному на слово, где-то под сотню дополнительных контактов ушло мимо кассы. Против нежити мечи не лучшее средство, зато хороши против людей. Искандер ждет атаку наемников Золотого ручья и его негодование по упущенным возможностям для развития воинов мне понятно.

Атрибуты можно добыть, заслужить или создать. Пока башня в руках Искандера, сомневаюсь, что община сможет заслужить подобную награду от Тысячи. Создать – мне ближе по духу, но пока недостаточно квалификации. Путь к суперартефактам виделся так. С умением Скульптора и развитыми боевыми навыками можно будет подступиться к изготовлению Арматуры – барельефа с символами оружия и брони, способного улучшать ратные способности прихожан. Данный архитектурный элемент сложнее ранее созданных барельефов и требовательнее к мастерству артефактора. Нужно не просто подтянуть свои боевые навыки, а стать виртуозом копья, меча или щита. Создание арматуры для поселкового святилища приблизит меня к работе над сложными Атрибутами, способными расширить возможности алтаря.

На встрече гнал эту мысль, но теперь она настигла меня. Искандер – поехавший оригинал. Не гений, гениальность тут не ночевала, а такая вот специфическая личность. Перепады настроения, приказы, исполнение которых необязательно, а теперь вот странное разрешение ударить Матвея, которое я совершенно не помню. Какой-то бардак в башне во всех смыслах. Мне и раньше приходилось иметь дело с самодурами и наш повелитель еще не самый… колоритный. Некрасиво с его стороны винить мозголюбивую Марину, ведь она действует в его интересах. Но это стиль такой – виноваты все вокруг. По оговоркам Петровича и других башнежителей, Искандер исповедует спартанский метод воспитания. Никого за уши не тянет, подсказывает редко, задает направление, а после оценивает достижения. Что касается адекватности – на лицо последствия неосторожного употребления искр и осколков ради достижения сверх могущества. Да и хватит об этом.

Обозрел очереди к жертвеннику и водной беседке, толкучку на мини-рынке, поселок и примыкающие к нему лагеря Ордена и Зеленой долины. Приросли народом за последнюю декаду, несмотря на потери! Бригады Егорыча завершали особняк Лациса и крышу второго корпуса общежития. На плацу Петрович, однако, быстро он поработал с ядром! – бодро муштровал наше с Ларсом воинство, закрепляя на практике переданные сегодня боевые навыки. Командовал, попутно развивал свое лидерство. На плацу работали те, кто не валялся на больничных койках. Жрец дирижировал сам себе зачарованным годентагом, периодически накладывая на отряд благословения и ободрение. Все при деле.

Везде и всюду глаза фиксировали человеческую активность, кроме территории, обозначенной по периметру красным шнуром. Воины в красных бамбуковых шлемах стояли на солнцепеке рядами, сверкая отполированными до блеска бронзовыми нагрудниками, умбонами овальных щитов и лезвиями копий. А так быть не должно. Джиргас ежедневно подкреплял внешние дозоры двумя боевыми группами. Сейчас, когда половина дружины отправилась с караваном, военная помощь союзников особенно актуальна. Нечего им в лагере в полном составе изображать терракотовую армию.

Жрец успел привести себя в порядок и сообразно моменту облачился в защитную экипировку. Подошел к нему обсудить изменившиеся планы. Сегодня собирались провести шествие с хоруговью и серией ритуалов освящения земли. По-хорошему, мне следовало бы принять участие, чтобы лучше понимать, как работает наш мегаартефакт. Но повелитель поручил заняться другим, более важным артефактом – Стражем.

Похвастал полученным от Искандера для починки Причуды песочком. Ларс отозвался одобрительно, поскольку ему пока что не удалось выпросить даже такой малости. Ровно с тем же аргументом: сначала покажи результат, тогда и приходи с калькуляцией и железобетонным обоснованием расходов.

– Хорошо, что напомнил! – Ларс достал из своего «храна» бумагу и контейнер с созданными у энергоядра сферами.

Как и обещал, святой отец подготовил предложение по разделу магической добычи. Первым пунктом списка значился он сам, претендуя на конструкт из Искры, осколков Ловкости, Силы и основных боевых навыков. Обоснование проще некуда: старикан безоговорочно заслужил. Здесь командиры находятся в боевых порядках, лично вмешиваясь в критический момент сражения. К тому же набор продолжается, а люди охотнее подчиняются физически сильному лидеру. В «гостях» у Ордена Ларсу не перепадали магические трофеи и теперь ему необходимо быстро наверстать упущенное за долгие годы.

Напротив Бравого фигурировал конструкт из Хранителя маны, базовых магических умений и редких сфер с особенностями и сопротивлениями. Давать ему Искру преждевременно, тут я был со жрецом абсолютно согласен. В будущем Ларсен видел брата Константина своим заместителем по широкому кругу вопросов, боевым жрецом и отрядным наставником. Для чего собирался заранее и планомерно напихать в него массу всего полезного. Бравый с судьбой юнита поддержки согласился и сейчас активно тренировался, занимался с учебником и осваивал простейшие заклинания. Данный конструкт существенно ускорит его развитие.

Для Артема предполагалась Искра в наборе с аспектом мага, хранителем маны, жемчужинами мастера сфер, работы с потоками и свойством регенерации по случаю ранений… Тут бы я дополнил, надо порыться в трофеях и закромах родины.

Следующим в списке оказался Петрович, которому предлагалось выделить Искру, фрагмент души с Силой, три жемчужины с редкими навыками и Регенерацию. Управляющий арсеналом уже сделал для отряда немало, но еще больше работы ему предстоит. Это наша инвестиция в будущие победы умением, а не числом. Опять же Николая Петровича пора ставить на обе ноги, подготовив организм к сложной изнурительной процедуре восстановления.

По множеству причин мы не могли обойти при разделе Игнатьева – нашего союзника среди поселковых, чей вклад в создание святилища неоценим. Таким образом, одна Искра отойдет торговцу. Судя по пометкам, остальные компоненты для магического усиления предоставит он.

Пятую Искру Ларс отвел Серафиме, но с условием, что она в ближайшие дни сильно продвинется в боевых и защитных заклинаниях, подтянет навыки. Для адепта ее арсенал выглядел бедновато, а ситуация на поле боя может повернуться так, что ритуалистке придется защитить себя самостоятельно. Слишком рано принятая Искра может замедлить прогресс умений и заклинаний. Пожалуй, не помешает девушке увеличить запас магической энергии фрагментом Хранителя маны.

По остальным бойцам жрец сохранил свои прежние рекомендации – несколько дней усиленного развития и решение в зависимости от результатов.

С таким разделом добычи я согласился, пометив себе, что с баланса уйдет пять искр и семь осколков.

К идее добавить тренировкам личного состава соревновательности жрец отнесся скептически. Нам требовались не только бойцы первой линии, но и стрелки, маги поддержки, медики. Оценить каждого индивидуально, а потом сравнить прогресс – сложная задача. Лучше сконцентрироваться на добыче новых трофеев.

Четыре мощных накопителя с сырой маной он отдал мне для усиления добытых из Причуды Искр. После такой подготовки будет легче их объединять с почищенными фрагментами душ. Вместо того, чтобы углублять отношения с Серафимой, этим вечером мне придется много поработать руками.

– Боря, кольчужка и цацки с собой? Давай, напяливай все лучшее, идем в гости к туземцам! – огорошил меня Ларсен.

Пока наряжался, жрец как бы невзначай поинтересовался, смогу ли я подключиться к средоточию постороннего, если очень надо? Промычал что-то неопределенное. Вроде бы не шибко сложная операция, но какая-то неэтичная. Не нравилась мне идея залезть в душу соседу по куполу. Нехорошо это.

– Боря, надо припугнуть одну гниду!

Отбросив приличия, Ларс нацелился на недавно прибывшего советника, чтобы напомнить прежним хозяевам о себе. И о двух десятках лет, проведенных в полурабском состоянии с конфискацией честно нажитого имущества в финале отсидки. Пока мог работать – гоняли в хвост и в гриву, а на склоне лет выпнули, как собаку. Кто ж такое простит? Ларсен не простил, но признался мне, что лично причинить вред орденским служакам не способен. Перед освобождением архимаги его «закодировали» на сей предмет.

– Старый, они ведь союзники! – напомнил ему, понимая, что закручивается мутная история.

Отказать ему в помощи нельзя, но, если вдруг что-то пойдет не так, потом не расхлебаемся с последствиями.

– Поэтому действуй аккуратненько! Не поломай ему ничего ненароком, – напутствовал меня сообщник, – Я скажу, когда.

Почерпнутая вчера у Шрайбикуса механика подключения в моем сознании разложилась на ключевые этапы и усвоилась окончательно. Самое время закрепить жизненный урок практическим занятием.

В лагере Ордена Возрождения шумел новый начальник. Багровый от ярости советник перед строем распекал Джиргаса на все корки, то и дело «давая петуха». Не выработал командный голос пока. В его руке в опасной близости от подчиненного замерла странного вида дубинка.

Правильно Петрович счел данного кадра профнепригодным. Джиргас бывал со своими людьми в бою, превозмогал лишения опасного похода, а этот крикун, вряд ли умеющий держать копье, позорил его на глазах подчиненных. Это мы удачно зашли, чтобы спасти союзников от бунта. Если их так за внешний вид дрючат… Вот теперь я готов поверить, что потерявшим командира пограничникам надежнее сбежать в опасные мертвые земли. Остаться в строю, значит обречь себя на казнь.

Впавший в ступор молодой караульный пропустил нас в гущу событий. В воздухе витал страшный дух вчерашнего праздника. Проще говоря, крепкий перегар. Ларс на имперском поприветствовал «ратных мужей, идущих истинным путем», прерывая словесный понос главнюка и привлекая всеобщее внимание. Одновременно аккуратно приложил руку к виску придурошного начальника. Тот надул щеки и нелепо выпучил глаза. Охрана ничего не успела предпринять, да и не собиралась, а полминуты спустя подобревший советник сунул свою железную палку за пояс и махнул воинам рукой, что все в порядке.

Полноватый и непривыкший к тяжелому труду мужик, с виду вошел в возраст мудрости, но мудрецы себя так не ведут. Некрасивое лицо обрамляла жидкая борода, а волосы скрывала круглая черная шапочка с именем Тысячеликого на лбу и длинной красной кисточкой на макушке.

Одет вызывающе скромно – в куртку и штаны из грубой ткани. Широкий потертый кожаный пояс поддерживал необычное оружие – снабженную гардой железную дубинку в виде бамбуковой палки. Средний палец правой руки украшал массивный золотой перстень, на запястьях имелось по широкому медному браслету, да на груди лежала толстая цепь с овальной подвеской. Подвеска и перстень несли на себе герб. Вещицы явно статусные, возможно, играют роль служебного удостоверения. По общему впечатлению, абориген представлял другую народность, чем большинство его подчиненных. А как маг являл жалкое зрелище – меньше полутора единиц в резерве. Джиргас-то поспособнее к колдунству будет! В лагерь союзников недавно заселился еще один маг, но сейчас он отсутствовал.

Ларс извинился за вторжение и представился боевым братом Игорем Волковым. Меня представил моим настоящим именем и сообщил принимающей стороне, что владеет важной информацией насчет древней реликвии. Услышав явную ложь, невольно обернулся и не узнал жреца. Ларсен выглядел совсем другим человеком – молодым здоровяком. У меня хватило выдержки не выразить удивление переменам внешности. Избавленный от мук похмелья, советник скомандовал войску «Вольно!» и пригласил нас в палатку. А мне вспомнились бегущие к нам два беса-диверсанта с гривнами морока. С нами примитивная шутка не прошла, но ведь они ее наверняка проворачивали ранее? Дисциплина у союзников хромала на обе ноги, открывая бездну возможностей для диверсий.

– Джиргас, ты будто первый год на службе! – обронил Ларс по-русски, составляя наше древковое оружие в пирамиду, – В другой раз организуй командиру капустного рассола для поправки здоровья.

В палатке было немного прохладнее и пахло благовониями. Никто из охранников и не подумал составить нам компанию. Вдруг чужаки замыслили недоброе? Да ну бред какой-то!

Вскрытый транспортный ящик дразнил нас горлышками стеклянных бутылок, заботливо укутанных соломой. Раскладной столик занимали украшенная чеканкой медная ваза с фруктами, невзрачный подсвечник с потеками воска и керамические стаканы.

Абориген представился как Али-Феркан, с пафосом озвучил свой чин в переводе на русский прозвучавший как Старший брат-водонос. В местной иерархии – бригадир участка оросительной системы. Владения Ордена исторически расположены в засушливых регионах, где вся жизнь организована вокруг сложной системы оросительных сооружений. Отсюда происходит название его чина. Кроме шуток, большой человек в сельской местности! Тем более, маг, коих у местных наперечет. Но что этот слабосилок (привязалось же рушхарово словечко!) делает на передовой?

Абориген тут же ответил на этот вопрос, достав из кожаной сумки серебряные кубки. Освободил стол от грязной посуды, выудил из ящика крупнокалиберную бутыль с круглой ручкой у широкого горлышка. Головная боль ушла, так отчего бы не продолжить праздник?

Судя по запаху и вкусу, брат-водонос угостил нас подобием вермута – крепким белым вином с добавлением трав. Тосты здесь еще не вошли в моду и предполагалось выпить просто так. Ларс дождался, пока хозяин отхлебнет и по-русски скомандовал мне: «Пора!» Я выпустил энергетический щуп, мгновенно соединивший мое средоточие с источником аборигена. Упс! Тот скорчив страшную рожу, попытался вскочить и заорать. Но вдруг откинулся назад и обмяк, закатив глаза. Уроненный кубок я подхватил телекинезом, так что ни капли приятно пахнущего напитка не расплескалось.

– Бляха муха, я его выключил?

Состояние водоноса Феркана внушало опасения. Представилась немая сцена: сейчас ворвется охрана и придется их лупить гибридным оглушением, чтобы нас самих не порубили в капусту. Но что потом? Прочитал его источник: первая ступень, скудный набор навыков и заклинаний. Можно сказать, ничего интересного, кроме высокоразвитого умения Далекий голос. Мне уже доводилось работать с артефактами связи, но с живым впервые.

– Не сепети, Боря, щас дежурный ответит!

Видимо, чтобы улучшить прием человека-радио, жрец схватил пойманный мной кубок и принялся аккуратно вливать пойло в советника. Сработало.

Разорвал соединение за секунду до того, как Ларс приказал отключатся. Абориген сел прямо и произнес не своим голосом, словно чревовещатель:

– Говори!

– Нурик, ты что ли? – зло обрадовался Ларсен, – Еще коптишь небо, засохшего говна кусок?

С небольшим временным лагом разговор с помощью живого передатчика продолжился:

– Больше уважения, грязный чужеземец! Помни, что говоришь с достойнейшим из достойных!

Ларс громко рассмеялся, показывая свое отношение к достоинству собеседника.

– Ладно, к делу, пока твой неумеха не отключился. Будь добр, о достойнейший из достойных, пришли мне мое имущество! Как понял, прием?

Пауза длилась дольше обычного.

– Уже отдал распоряжение. Весь грязный хлам, что не сожгли, уедет в оазис с вашим караваном.

– Проследи, чтобы отправили всю мою библиотеку! На остальное плевать!

– Это собственность Ордена, которую ты присвоил, грязедемон.

– Мы оба знаем, что это звиздежь, Нурик! Я полжизни работал на вас за еду! Это копии свитков, снятые лично мной! И без них я не смогу послужить Тысячеликому как подобает! Ясно излагаю?

– Повторяю, твои вещи отправят, черноротый грязедемон! Не смей пачкать Орден своим поганым языком!

– Не вздумай меня обмануть, Нурик! Я могу осложнить вам работу здесь. Подумай, стоит ли оно того?

Абонент на том конце разорвал связь, закончив обмен любезностями. Феркан пришел в себя, ошалело посмотрел на нас и закашлял, словно у него першило в горле. Допил остатки из кубка и выдавил:

– Вам… лучше уйти… светлые господа!

– Не держи зла! – с этими словами жрец положил ему в ладонь мелкую бусину Собирателя маны. И, пользуясь тем, что она поглотила все внимание Феркана, прихватил початую бутылку вермута.

За пределами лагеря аборигенов спросил у подельника:

– Надеюсь, оно того стоило?

Жрец умудрился создать у меня ощущение вопроса жизни и смерти, а дело заключалось всего лишь в возвращении личных вещей. Что в тех свитках может быть такого важного или тут дело принципа?

– Знаешь, как они называют мертвые земли, чтобы не накликать беду? – спросил Ларс.

– И как же? – поддержал разговор, хотя давно знал ответ от Айны.

– Чужеземье! Чужеземье, мать его!

– Я слышал, эти земли – центральная провинция империи, наследниками которой они себя считают.

– Да, все так, но я не про это. Мы следуем за одним богом, но нас, землян, называют чужаками. По их понятиям клятва, данная чужаку, не считается, она недействительна. Значит, с нами можно делать все что угодно: порабощать, грабить, убивать.

Ларсен говорил искренне, пережив подобное отношение лично. Оправдал свой поступок тем, что аборигены еще хуже. Но разве мы не должны показать им пример?

– Так-то спасать людей от самих себя задача сильно на любителя. Надеюсь, позитивные сдвиги есть?

С горестным выдохом седая голова наклонилась.

– Как и полсотни лет назад, мы, последователи Тысячеликого бога, все еще пребываем в шатком положении, Борис. Меня обнадеживает одно: мы здесь не для того, чтобы спасать прогнившие порядки и жалких дикарей. Нашему богу нужен мир. Обновленный, сильный, жизнеспособный. Он возникает на наших глазах в крови и пепле старого, отжившего. Наша задача неустанно очищать и защищать его от грязных рук и умов. Мы и есть мир людей, а истинный бог – наша надежда.

То есть работорговцам, насильникам, грабителям, мучителям людей пощады не будет! Тысячеликий не про любовь к ближнему, он про справедливость и воздаяние. И мне это подходит.

Ларсен поднял лицо – его глаза светились изнутри яростью. Жутковатый, однако, видок.

– Чего вылупился, Борян? – вдруг усмехнулся собеседник, – Знаю, знаю, этот твой взгляд он ведь про ответную любезность. Вот!

В мыслях не было получить со старого за помощь, но отказываться было глупо. Из его пространственного кармана появилась круглая корзинка со стеклянной посудой. Три уже знакомых мензурки с зельем регенерации, горшочек заживляющей мази и две зеленых банки с широкими горлышками. Ларс скупо пояснил про «Благодатное масло», продукт на стыке алхимии и магии культа Тысячеликого. Чудо-жидкость применяется в ритуалах, но чаще всего ею смазывают наконечники копий и метательных снарядов. Состав действует аналогично рассолу на живой воде, в который поселковые макали стрелы и дротики во время битвы с крысиной ордой, но намного эффективнее разрывая связи зловредных сущностей и бренной плоти. Теперь наши арбалетчики и велиты не будут тратить на низшую нежить и одержимых зачарованные снаряды. Так что подгон мне сильно развяжет руки, поскольку отрядный боекомплект я еще не восполнил.

– С тебя полсотни башен. Если бы не тот красный чай, обошлось бы дороже.

– Бери сто и купи еще, – вытащил набитый серебром кошелек.

Ненамного дешевле выходит такая добавка, но пойди ее купи! В торговой системе алтаря лотов с Благомаслом пока не встречал. Да просто не знал, что оно существует. Несмотря на мой статус в культе, базы знаний и постоянное взаимодействие с алтарем. Такой вот я уникум, да.

– Теперь только со следующей поставкой, – принял деньги Ларсен и пояснил, – Я половину «регенов» оставил раненым. Капаем по паре капель между маголечением.

Собственно, только благодаря алхимии и Айне половина людей сегодня смогла встать на занятие с Петровичем. Нормально, вернем в строй опытных бойцов, потренируем, подучим, добавим брони и оружия. И снова в бой. За наше место в этом мире.