Текст книги "Адский косильщик. Пулемет на полях сражений XX века"

Автор книги: Роджер Форд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)

Простые физические усилия, затрачиваемые во время боя на переноску необходимого количества боеприпасов, очевидны.

«Появился полковой сержант-майор. „Загрузитесь патронами, возьмите столько, сколько сможете нести, им нужна каждая пуля!“ Мы двигались вперед, к роте А. До них было примерно 1500 м, как раз по тропинке. Некоторые универсальные пулеметы находились рядом с кипами боеприпасов. Я взял один пулемет и около 1000 патронов в лентах, уложив их в рюкзак. Каждый медик нес теперь в общей сложности приблизительно 200 фунтов. Расстояние было небольшое, но мы перестарались с боеприпасами. Понемногу, поскольку они замедляли наше движение, мы оставляли их. Мы прошли почти половину пути, когда легкий штурмовой самолет „Пукара“ пролетел низко над хребтом по направлению к нам. Я ударил с бедра из пулемета. Подача питания была плохая, и мне пришлось еще раз взводить курок. Я закричал Гибо, чтобы он подошел и заправил ленту. Он бросился ко мне, но вдруг упал, как камень. Мне показалось, что в него попали, но я продолжал стрелять. Гибо лежал на своем огромном рюкзаке и, пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться, болтал в воздухе руками и ногами. Яне выдержал и рассмеялся: он напоминал перевернутую на спину черепаху».

Mark Adkin. Goose Green. Leo Cooper, London, 1992.

Насколько важно хорошее управление огнем, в полной мере иллюстрируют два эпизода, о которых вспоминают в связи с военными действиями на Фолклендах. В одном неудача постигла аргентинцев, в другом – их британских противников, которые, однако, сумели с помощью своих пулеметов вернуть утраченные было позиции.^{102}

«Когда подполковник Джонс^{103} понял, что наступление роты А застопорилось, он решил, что лучший способ заставить их двигаться – это взять командование на себя, штаб батальона – позывной „Так 1“ взял довольно хороший темп, но вскоре оказался под пулеметным огнем противника. К счастью, он был неэффективным, и этот эпизод лишний раз доказывает, что пулеметчику необходимо поражать цель с первой очереди.

Количество огня, обрушившегося на нас в течение первых нескольких секунд, измерялось тысячами выстрелов. Первые очереди прошли слишком высоко, и мы успели залечь. Когда они поняли свою ошибку, стоящих уже не было. Тогда очереди пошли ниже. Мы укрылись в зарослях низкорослого кустарника и небольшой бухте, поэтому огонь никого не задел. Командир встал и сказал: „Отлично, мы можем просидеть здесь хоть весь день“. И направился вглубь бухты; за ним – кто ползком, кто пригнувшись бегом – мы все выбрались из зоны поражения под укрытие берега».

Mark Adkin. Op. cit.

В неудаче британцев сыграла свою роль плохая связь.

«Недоразумения случаются во время войны точно так же, как и в мирное время, основная разница в скорости, с которой могут разворачиваться события, и в тех плачевных последствиях, к которым эти события могут привести.

К концу двенадцатого часа непрерывного боя, когда уже начало быстро темнеть, роты С и D совершенно случайно оказались задействованы в совместных боевых действиях: обе роты с разных сторон подошли к школе, из которой контролировался северный подход к поселку Туз-Грин. 12-й взвод лейтенанта Барри начал наступать, поднимаясь по совершенно открытому склону, направляясь к флагштоку, высившемуся справа от школы; два отделения шли впереди и одно сзади, когда Барри увидел, что на аргентинских позициях размахивают белым флагом, и, по совершенно непонятной причине, нарушая приказ командира роты, решил принять капитуляцию аргентинцев. В данных обстоятельствах, хотя позади, на дистанции пулеметного огня, находилась рота поддержки, это было роковой ошибкой, поскольку наступающая темнота не позволяла отличить своих от чужих.

Небольшая группа аргентинцев, размахивая белым клочком материи, хотела сдаться. Они определенно имели такие намерения, я в этом не сомневаюсь. До них было около 100 метров, но местность была совершенно открытой, как футбольное поле. Аргентинцы стояли наверху холма у большого пролома в изгороди. Мистер Барри и его связной Джорди Найт находились впереди, а я – на небольшом расстоянии позади них, за нами двигалось отделение капрала Салливана. Когда мы добрались до вершины, я увидел, что поблизости в окопах находится большее количество аргентинцев. Первая группа, казалось, все еще хотела сдаться, но меня беспокоили другие, поскольку они явно не собирались выходить из окопов.

Мистер Барри подошел прямо к изгороди и теперь находился всего лишь в нескольких футах от аргентинцев. Я был примерно в двадцати футах позади него. Он начал знаками показывать аргентинцам, что они должны положить оружие на землю. Показывая, он положил свою винтовку. Полагаю, мы находились там несколько секунд, меньше минуты, когда сзади раздался треск длинной пулеметной очереди, пули разорвали воздух над нашими головами. Внезапно пули полетели со всех сторон. Противник открыл шквальный огонь. Аргентинцы, стоявшие перед мистером Барри, застрелили его в упор. Я был чуть жив. Стреляли отовсюду. Я видел, как вокруг пули отскакивали от земли; множество аргентинцев выскочило из окопов. Я был в ужасном положении, ремень медицинской сумки закрутился вокруг моей шеи. Ствол винтовки увяз в грязи. Одна пуля пробила мой ремень, другая оторвала каблук ботинка. После своеобразной спринтерской пробежки зигзагами я нырнул в колею, оставленную гусеницами трактора. Она была глубиной с фут. Отделение капрала Салливана вело огонь… и Брумми Маунфорд стрелял из своего универсального пулемета. Потом подошел сержант Мередит с еще одним пулеметом. После этого мы, похоже, одолели аргентинцев…

Этот случай ясно иллюстрирует проблемы неудачного выбора позиции и плохого управления непрерывным огнем, который могут вести пулеметы поддержки. В нормальной ситуации пулемет с его тыловой позиции на Дарвин-Хилл, несомненно, следовало передвинуть вперед, чтобы он мог обеспечить прикрывающий огонь с фланга (хотя трудно представить, как это реально можно было сделать за столь малый отрезок времени, который имелся в распоряжении солдат). В этом конкретном эпизоде решение сконцентрировать огонь тяжелых пулеметов роты поддержки было ошибкой, а отсутствие качественной радиосвязи между этим подразделением и штурмовым взводом привело к тому, что пулеметные расчеты не имели точного представления, в кого они стреляют, и вместо этого вели огонь по площадям».

Mark Adkin. Op. cit.

На другой чаше весов находилась не столь неотложная необходимость искать замену тяжелому пулемету «Браунинг» М2НВ, несмотря на то, что к этому времени в разработке находилось значительное количество усовершенствованных конструкций и новых типов патронов знакомого калибра 12,7 мм/0,5 дюйма в дополнение к обычному пулевому патрону. Один из таких патронов использует технологию, разработанную для основных танковых орудий, стреловидная подкалиберная пуля располагается внутри направляющего приспособления полного калибра, которое отбрасывается, как только пуля покидает ствол.

Эти патроны, так называемые SLAP (Saboted Light Armour Penetrating – бронебойные на деревянной платформе), способны пробить пехотный бронетранспортер с расстояния в один километр или более. В Норвегии был разработан альтернативный патрон, сочетавший в себе качества бронебойного, зажигательного и осколочного патронов.

Однако принятие этих специализированных типов боеприпасов вызвало дополнительную проблему – они оказались менее эффективными, чем традиционные противопехотные зачехленные патроны, будучи в то же время значительно дороже. Американская корпорация AAI, работавшая совместно с Группой исследования и разработки вооружений (Armament Research and Development Command), существующей при армии США, решила проблему, предоставив два типа боеприпасов для тяжелого пулемета общего назначения (GPHMG), известного также как «Дуврский дьявол» (свое название это орудие получило от города Дувр в штате Нью-Джерси, где оно было разработано). Созданный на основе экспериментальных работ, проводимых во время и после Второй мировой войны, в калибрах, более тяжелых, чем 12,7 мм, «Дуврский дьявол» имел устройство подачи питания, позволявшее подавать патронную ленту как с правой, так и с левой стороны ствольной коробки, что позволяло применять два совершенно различных типа патронов, выбор которых осуществлялся с помощью простого переключателя. «Дуврский дьявол» весил меньше, чем М2НВ, для замены которого он конструировался, и был гораздо проще его в работе, так как имел меньшее количество движущихся частей. Но после продолжительных испытаний в армии США решили, что преимущества GPHMG перед тяжелым пулеметом системы Браунинга не столь значительны, чтобы послужить оправданием произведенной замены, и проект был положен на полку. Корпорация AAI попыталась продолжить собственную разработку пулемета, но, не имея реального рынка, в конечном итоге полностью свернула проект. Орудие, разработанное в Сингапуре государственной компанией «Чартед Индастриз» (Chartered Industries – CIS), которая создала также 5,56-мм «Ультимакс» 100, явно имело много общего с проектом GPHMG. Получив обозначение 50MG, этот новый пулемет представлял собой модульную конструкцию, включающую пять основных групп сборочных модулей, и, как и «Дуврский дьявол», мог получать боеприпасы с обеих сторон. Он был запущен в производство, но его экспортные поставки не осуществлялись.

В связи с этим производство тяжелых пулеметов калибра 12,7 мм перешло к традиционным источникам поступления орудий «Браунинг» М2НВ – таким лицензиатам, как «Сако» и «Рамо» в США и ФН в Бельгии. Обе американские компании разработали легкие версии почтенного оружия – вес незаряженных орудий их новых моделей составлял приблизительно 26 кг (57 фунтов) по сравнению с 38 кг (84 фунтами) веса оригинальной модели «Браунинга» – но, что весьма удивительно, даже добавление в обоих случаях системы быстрой замены ствола не убедило покупателей изменить своей верности оригиналу.

«Дуврский дьявол» начал свое существование с калибра 20 мм и был не единственным потенциальным пехотным оружием, отошедшим от стандарта 12,7 мм. В Бельгии компания ФН – которая в случае необходимости вполне могла разработать боеприпасы нового типа – также предпочла более крупную и более тяжелую пулю, на этот раз в патроне 15 мм х 115, но впоследствии бельгийские конструкторы, обеспокоенные чрезмерном изнашиванием ствола в опытных образцах, сочли, что их орудию, получившему обозначение BRG-15, более подходит патрон 15,5 мм х 106. Для вышеуказанной модели тяжелого пулемета компания ФН создала разнообразные типы боеприпасов, включая PB-АР (plastic banded – armour piercing, т. е. окаймленный пластиком – бронебойный), который мог пробить бронированную плиту толщиной 19 мм (0,75 дюйма) с расстояния в 800 м (0,5 мили), и PB-HEPI (plastic banded – high explosive penetrating incendiary, т. е. окаймленный пластиком – высоковзрывчатый, проникающий, зажигательный), а также подкалиберный патрон АР на деревянной подошве. Подобно «Дуврскому дьяволу» и 50MG, пулемет BRG-15 был оснащен механизмом двойного питания для облегчения перехода с одного типа патронов на другой. Достаточно тяжелое орудие, которое в незаряженном состоянии весило 60 кг (132 фунтов), тем не менее можно было, благодаря внутренней системе торможения отката, установить на треножный или штифтовый станки, поставляемые для М2.

Стоимость разработки пулемета BRG-15, пока он еще не был предъявлен публичному вниманию, оказалась непосильной для финансов компании ФН, поскольку во время работы над проектом управление компанией перешло к иностранцам, и ее преемница – Fabrique National Nouvelle Herstal, FNNH (ФННХ) стала филиалом французского государственного производителя вооружений – GIAT.

Вес пули в различных типах зарядов, используемых в 15,5-мм патроне, значительно варьируется, но кинетическая энергия, которой обладает такой снаряд, двигающийся со скоростью более 1000 м в секунду, огромна. В отличие от пушек только один тип боеприпасов, применяемых в пулеметах во второй половине XX в., приблизился по своему действию к таким показателям, а именно патрон 14,5 мм х 114, используемый в русском КПВ (крупнокалиберном пулемете Владимирова) – простом, почти сыром оружии, разработанном в СССР сразу же после окончания Великой Отечественной войны. КПВ широко применялся в качестве противоавтомобильного орудия и средства ПВО, в последнем случае он устанавливался на прицепе или на борту бронетранспортера в одиночных, спаренных или счетверенных установках, имевших обозначение ЗПУ (зенитная пулеметная установка). Его широко применяли во время войны в Северном Вьетнаме. Однако КПВ был слишком тяжелым, чтобы его могли использовать пехотинцы, – для этой цели на вооружении бывших советских вооруженных сил имелся пулемет НСВ калибра 12,7 мм, чье название было Образовано из первых букв фамилий его конструкторов Г. И. Никитина, Ю. М. Соколова и В. И. Волкова, применивших в своем орудии тот же принцип поворотного затвора, что и у автомата Калашникова. Версии пулемета НСВ устанавливались на треножном станке или в качестве бортового оружия; пуля, выпущенная из него, сохраняла убойную силу на расстоянии до 2000 м (1,25 мили), во всех других отношениях он был сопоставим с «Браунингом» М2НВ.

Глава 18. Минимизируя угрозу

В 1953 г., едва в НАТО приняли патрон формата 7,62 мм х 51 в качестве штатного боеприпаса для пехотной штурмовой винтовки и легкого пулемета поддержки, как американцы (заставившие своих союзников принять этот патрон, несмотря на его различные недостатки) выпустили технические требования для автомата по использованию гораздо меньшего, более легкого патрона, обладающего, как выразился один эксперт, «неожиданным сочетанием массы пули и устойчивости полета, в результате чего при попадании в цель значительно увеличивался объем сообщаемой кинетической энергии». Патрон 5,56 мм х 45, о котором идет речь, фирма «Ремингтон» ранее продавала на коммерческой основе как патрон калибра 0,222/0,223 дюйма. Он сочетал пулю, весившую всего 3,56 г (55 гран), с зарядом в 1,55 г (24 грана), соответственно, его гильза тоже была очень легкой. Таким образом, новый патрон весил в два раза меньше, чем стандартный натовский М59–9,7/3,0 г (150/47 гран), что было очень важно для каждого отдельного пехотинца, поскольку количество боеприпасов, которые он мог нести на себе, удваивалось, а вес груза при этом оставался прежним. Первым оружием, специально созданным под новый патрон, стала автоматическая винтовка AR15, сконструированная Юджином М. Стонером в период его работы в отделении «Армэлайт» (Armalite Division) корпорации Fairchild Engine and Airplane. По своей конструкции AR15 была очень близка к предыдущей модели «Армэлайта» – автоматической винтовке AR10, стреляющей 7,62-мм патроном; последняя претендовала на то, чтобы быть принятой на вооружение армии США, но в 1957 г. американские военные отдали предпочтение автоматической винтовке M14 (калибра 7,62 мм), созданной на основе «Гаранда» М1.

Как и AR10, стонеровская «Армэлайт» AR15 использовала простую систему газового действия, сходную с той, которую в свое время разработал в Швеции Льюнгман, или с той, что применялась во французской самозарядной винтовке MAS 49: газ действовал непосредственно на раму затвора, а та, в свою очередь, приводила в действие вращающийся затвор. Штурмовая винтовка AR15 – которая чуть позднее превратилась в M16, а затем, еще более усовершенствованная, в М16А2 – для нас представляет лишь преходящий интерес, даже несмотря на то, что она обладала способностью вести постоянный автоматический огонь. Последующая работа Стонера, и в частности оружейная система М63А1, которую он сконструировал, имеет огромное значение для данного исследования, как и варианты, такие как проекты компании «Кольт» HBAR и CMG-1. HBAR никогда не добивался значительного успеха (хотя некоторые модификации имели утяжеленный ствол и другие детали, позволявшие превратить его в легкий пулемет поддержки пехоты), a CMG (с дальнейшими изменениями) вообще был мертворожденным.

Тем временем Стонер начал сотрудничать с «Кадиллак Гейдж» – компанией, более известной как производитель легких бронированных машин. Там конструктор начал работать над легким модульным оружием, названном Система 63. Оно должно было состоять из пятнадцати составных узлов, компоновавшихся в корпусную группу, к которой могли присоединяться различные стволы, приклады и механизмы подачи питания для коробчатых магазинов или патронные ленты, а также сошки или тренога. Неудивительно, что в пулемете «Стонер» М63 используется простой вращающийся затвор из серии AR10/15, хотя на этот раз он действует в связке с более традиционным газовым поршнем. ВМС и Корпус морской пехоты США закупили образцы этого пулемета: в военно-морские силы он поступил в модификации Мк 23, а в морскую пехоту – в модели ХМ207, причем во Вьетнаме обе версии получили положительную оценку. Группы специальных сил ВМС – SEAL («морские котики») проявили наибольший энтузиазм по поводу нового оружия, особенно их заинтересовала его облегченная модификация, но, несмотря на эту поддержку, никакого большого заказа не последовало ни тогда, ни потом.

Юджин Стонер был не единственным, кто считал, что 5,56-мм патрон вполне подходит для легких пулеметов огневой поддержки; конструкторы Эрнест Вендер и Морис Бурле в «Херстал-ле-Льеж» также работали над легким пулеметом такого же калибра с ленточным питанием, более того, со значительно лучшими результатами. Первым предложением «ФН» по применению малого калибра стала версия автоматической винтовки, известная как Carabine Automatique Legere (CAL) – легкий автоматический карабин. Винтовка FN CAL никогда не имела большого коммерческого успеха, но зато она предоставила важную информацию относительно режима работы нового 5,56-мм патрона, который бельгийцы продвигали в качестве альтернативы патрону M109, принятому Стонером. По внешнему виду идентичный американскому боеприпасу того же калибра, SS 109 – под таким названием получил известность новый патрон – отличался от него своими баллистическими характеристиками. Если M109 был оптимизирован для действия на расстояние до 400 м/440 ярдов (хотя даже в этой точке снижение траектории полета пули было избыточным, примерно 76 см/30 дюймов), то SS 109 действовал значительно лучше и на более длинных дистанциях. В это время НАТО еще предстояло принять решение относительно нового штатного патрона, призванного заменить патрон калибра 7,62-мм; Великобритания поддерживала принятие патрона калибра 4,85 мм; Германия предлагала 4,6-мм патрон, в то время как Франция (тогда еще полноценный член этой организации) и Бельгия, а также США настаивали на патроне 5,56 мм. Патрон 5,56 мм всегда являлся несомненным фаворитом этой гонки, но, несмотря на внушительные политические мускулы оружейной индустрии США, была принята его бельгийская версия. Естественно, это решение резко улучшило перспективу появления легкого пулемета, сконструированного под этот патрон. Опытные образцы «Миними» фирмы «ФН» разрабатывались в течение 1974 г., а поскольку это была первая реальная попытка создания оружия, способного на ведение почти непрерывного огня патронами калибра 5,56 мм, появление этих образцов вызвало значительный интерес. Однако процесс разработки нового легкого пулемета продвигался медленно, даже по меркам консервативной индустрии вооружений, и только в 1982 г. началось его масштабное производство. Но зато «Миними» появился на коммерческом рынке уже в виде качественно разработанной конструкции, законченной и завершенной во всех отношениях – впечатляющий контраст с внедрением пресловутого М60. В «сухом» виде пулемет оказался достаточно легким – чуть менее семи килограммов (15,5 фунта), чтобы использоваться в качестве штурмового оружия, и с расчетом на это он изначально был приспособлен для использования патронных лент, свободных или упакованных в легкие пластиковые коробки, и традиционных коробчатых магазинов (с «Миними» сочетались как магазины производства «ФН», так и магазины от автоматической штурмовой винтовки M16). Для переключения питания с ленты на магазин не требовалось никаких дополнительных действий. «Миними» поступал в войска, оснащенный традиционным прикладом каркасного типа, иногда в складывающемся или выдвижном варианте, а схема замены ствола, который поставлялся в двух вариантах длины, весьма напоминала удобную схему пулемета MAG. Его родство с MAG также проявлялось в сходном треножном станке и вспомогательном прицеле, используемых при ведении непрерывного огня.

Несмотря на шовинизм армии США, «Миними», слегка модифицированный, чтобы соответствовать американским производственным технологиям, в том же году, когда началось его серийное производство, был принят на вооружение. Правительство США сделало первоначальный заказ на 68 000 единиц, и бельгийский легкий пулемет (изготавливаемый американскими отделениями компании) вошел в реестр армии США под обозначением М249 – как автоматическое оружие отделения (Squad Automatic Weapon, или SAW). Новая классификация располагала его – весьма неудобно вначале – между пулеметом непрерывного огня М60 и штурмовой винтовкой M16, отнимая у SAW функцию оружия огневой поддержки стрелкового отделения. Серьезная, но единственная проблема, с которой столкнулись американские военные, была связана с продолжающимся использованием патронов M109 вместо более мощных SS 109; если быть более точным, то при ленточном питании у М249 время от времени возникали затруднения с лентопротяжным механизмом, а при магазинном питании скорострельность пулемета неизбежно становилась слишком высокой. Неудивительно, что переход на патрон SS 109 полностью разрешил эту проблему, и новая версия штурмовой винтовки M16 – М16А2 также была разработана под новый более мощный патрон, что, в свою очередь, значительно улучшило характеристики этого оружия.

К десятилетнему юбилею серийного производства легкий пулемет «Миними» был принят на вооружение армий доброй дюжины государств и породил по меньшей мере двух клонов – южнокорейский К3 и тайваньский Тип 75. Он также имел конкурентов в виде сингапурского «Ультимакса» 100, появившегося на международном рынке вооружений примерно в то же самое время, что и бельгийский пулемет, и израильского пулемета «Негев» – последний имел большое сходство с «Миними» как по базовым качествам, так и по эксплуатационным характеристикам, а также по большой вариабельности в применении. В других странах варианты выбора более легкого оружия избирательного огня под патрон 5,56 мм поступили на рынок в течение 80-х годов (примерно в это же время по крайней мере один пулемет, разработанный под слегка меньший 5,45-мм патрон, приняла на вооружение советская армия, хотя на самом деле он являлся не чем иным, как переделанным вариантом РПК, точно так же как и новый АК-74 являлся модернизацией оригинального АК-47).

В Великобритании фирма «Ройал Орднанс» создала в середине 70-х годов новую малокалиберную винтовку, сконструированную под патрон 4,85 мм х 49. Безусловно, этот патрон имел мало шансов стать стандартом НАТО, показав в 1977–1980 гг. неудовлетворительные результаты, но он буквально приклеился к оружейной системе SA-80, и его уже собирались внедрить в производство.^{104} Однако в итоге новое оружие переделали под 5,56-мм патрон. Сменив калибр, штурмовая винтовка L85A1 «Энфилд» была в 1985 г. принята на вооружение армии Великобритании наряду с версией с утяжеленным стволом и сошками, известной как L86A1 – Легкий пулемет поддержки (ЛПП), – обе эти модели имели до 80 процентов взаимозаменяемых составных частей. Как и «Миними», ЛПП был достаточно точным и эффективным на дистанции до 800 м. В Германии и Испании фирмы «Хеклер энд Кох» и СЕТМЕ сделали свой вклад в развитие оружия этого типа; к ним присоединилась итальянская «Беретта» с несколько ослабленной версией автомата AR 70/90 – AS 70/90. Автомат комплектовался обязательным утяжеленным стволом и сошками, но в остальном он мало чем отличался от своего предшественника. «Штайр» в Австрии также создал вариант пулемета поддержки на основе своего футуристического автомата AUG.

Эти так называемые «машинные винтовки», без сомнения, оказали значительное влияние на тактику пехоты, поскольку они существенно увеличили как индивидуальную огневую мощь солдата, так и мощь небольших подразделений. Британские пехотные батальоны получили два ЛПП и шесть штурмовых винтовок на каждые восемь стрелков. Новый вид легкого автоматического оружия, конечно, имел недостатки, главным из них было снижение поражающих возможностей на дистанциях от средней до дальней, хотя разработанный бельгийцами 5,56-мм патрон сохранял убойную силу и на расстоянии более 800 м, эта дистанция считается максимальной для ведения эффективного огня из «Миними». Также имели место достаточно обоснованные дурные предчувствия относительно реальной способности таких орудий, как НК13, ЛПП и AS70/90, обеспечить достаточную плотность огня, необходимую для эффективной поддержки наступательных или оборонительных операций, принимая во внимание их неподвижные и относительно легкие стволы. Разумеется, в этом отношении они очень далеки от своих предков – легких пулеметов эпохи Второй мировой войны.

Но как бы там ни было, в умелых руках такие пулеметы, как «Миними», становились грозным оружием, отлично проявлявшим себя в бою. Во время Войны в Заливе в 1991 г. они с большой эффективностью применялись подразделениями британского 22-го полка Специальной авиадесантной службы. Патруль САС из восьми человек, носивший кодовое название «Браво два-ноль», был оснащен четырьмя «Миними». Его командир, сержант Энди Макнаб, дал этому объяснение: «Оружие такое легкое, что в атаке его можно использовать как винтовку и как пулемет огневой поддержки, так как оно имеет отличную скорострельность. При необходимости сошки гарантируют хорошую, точную автоматическую стрельбу».

Когда патруль «Браво-два-ноль», выполняя задание, завязал бой с иракцами в январе 1991 г.,^{105} «Миними» устроили хорошее представление, и рассказ Макнаба об этом бое иллюстрирует мобильность, которой возможно достичь с пулеметом, принадлежащим к новому поколению автоматического оружия отделения:

«[Иракский] БТР остановился. Я не мог поверить своим глазам. В качестве основного орудия на нем использовался пулемет. Обычно они шли на нас пехотой и давили массой.

Все приготовили патроны. „Миними“ стреляли очередями из 3–5 патронов. Боеприпасы нужно было расходовать разумно. Два „66“ [66-мм легких противотанковых гранатомета LAW] стреляли по грузовику и попали. Осколочно-фугасные снаряды взорвались со страшной силой. На них это наверняка подействовало деморализующе.

Решения. После такого начального контакта что бы вы дальше делали? Остались бы там, отошли бы, пошли бы вперед?

Все знали, что необходимо делать. Мы постарались успокоиться и прийти в себя. Глупо двигаться вперед, чтобы наткнуться на что-либо подобное. Это совсем не то, чего хочет от вас ваша уязвимая плоть.

Хочется просто закрыть глаза и, открыв их вновь, увидеть, что все отлично.

– Все в порядке?

Слышали ли люди дальше в цепи, не имело значения, они знали, что что-то должно произойти, и они знали, что есть риск пойти вперед и атаковать эти силы, которые значительно превосходили нас по численности.

Не раздумывая, я сменил свой магазин. Я понятия не имел, сколько там осталось патронов. Он еще был довольно тяжелым, наверно, я дал из него две-три очереди. Я бросил его перед собой на маскхалат – это на потом.

Стэн поднял большой палец и дал очередь из „Миними“, приказывающую начать движение. Я стоял на четвереньках и глядел вверх. Глубоко вздохнув, я резко поднялся и побежал вперед. – Черт! Черт!

Парни открыли шквальный прикрывающий огонь. Ты не стреляешь на бегу. Это замедляет, движение. Все, что ты должен делать, – это двигаться вперед, затем падать и стрелять. Чтобы другие могли подтянуться. Как только ты бросаешься на землю, твои легкие тяжелеют, а твое тело буквально подпрыгивает от тяжелого дыхания, ты оглядываешься вокруг в поисках противника, но глаза застилает пот. Ты стираешь его, винтовка ерзает у тебя на плече. Ты хочешь устроиться поудобнее, занять хорошую огневую позицию, как ты это делал на стрельбище, но так не получается. Ты пытаешься себя успокоить, сосредоточиться на том, что ты делаешь, но пытаешься все это сделать одновременно. Ты хочешь унять это тяжелое дыхание, чтобы унять пляшущий ствол и открыть огонь. Ты хочешь стереть пот, чтобы видеть цель, но не можешь пошевелить рукой, чтобы протереть глаза, потому что в твоих руках оружие и ты хочешь стрелять, чтобы прикрыть перебежку других.

Я вскочил и пробежал вперед еще пятнадцать метров – гораздо больший рывок, чем рекомендовано в инструкции. Чем дольше ты стоишь, тем дольше ты остаешься мишенью. Однако трудно попасть в быстро движущегося человека, а мы все были накачаны адреналином.

Ты погружаешься в свой собственный маленький мир. Я и Крис бежим вперед, Стэн и Марк прикрывают нас из „Миними“. Огонь и маневр. Остальные делали то же самое, стремительно продвигаясь вперед. „Тряпичноголовые“, должно быть, подумали, что мы ненормальные, но они поставили нас в трудное положение, и это был единственный выход».

Andy McNab. Bravo Two Zero. Bantham Press, London, 1993.

Нет никаких сомнений в том, что «множитель силы» – автоматическое оружие пехотного отделения вновь изменило характер военных действий, так же как это сделали его предшественники во время Первой мировой войны, разве что не в такой степени. Похоже, что в ближайшем будущем большинство армий будут использовать некоторые виды 5,56-мм пулемета на уровне отделения, будь то ЛПП с коробчатым питанием или SAW с ленточным. Если что и может омрачить перспективу существования современных легких пулеметов, так это то, что они недостаточно мощны для дальних дистанций и не в состоянии пробить укрытие или легкую броню. Тем не менее новое поколение легких пулеметов будет применяться и в течение значительного периода следующего века, и не последнюю роль в этом играет популярность этого оружия среди самих солдат, оснащенных такими пулеметами. Точно так же найдется место и для более тяжелого, универсального пулемета, который как раз обладает дальностью стрельбы и «ударом», которых нету ЛПП.

Сами пулеметы стали гораздо легче, а их принципы действия – как надежнее, так и эффективнее; что же касается используемых в них боеприпасов, то они «сжались» до четверти своего первоначального размера и достигли почти стопроцентной надежности. Одна важная вещь, которая радикально не изменилась, – это человеческий фактор: настрой, с которым солдат принимает возможность гибели в бою, и то, как он вполне намеренно готовит себя к восприятию этой вероятности. Более чем какое-либо другое отдельное «продвижение» в оружейной технологии, пулемет позволил отдельному солдату (или на самом деле небольшой группе) господствовать на поле боя. Такая группа имела «нечеловеческое» превосходство, которое следовало просто использовать для того, чтобы добиться победы, неважно, были ли противниками зулусы, сиу, дервиши или же промышленные страны, которых требовалось отодвинуть на последнее место в гонке за экономическое превосходство. Был ли пулемет столь важен, вообще в широком смысле, как его почти что современник – двигатель внутреннего сгорания или даже, если осмелиться сравнить, велосипед или швейная машина, – это еще предстоит решить, но есть один очевидный неопровержимый факт в его короткой истории: он убил десятки миллионов человек, женщин и детей и искалечил жизни еще десятков миллионов.