355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Роберт Лоуренс Стайн » Признание » Текст книги (страница 1)
Признание
  • Текст добавлен: 7 октября 2016, 13:30

Текст книги "Признание"


Автор книги: Роберт Лоуренс Стайн



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Р. Л. Стайн
«Признание»

Часть первая

Глава 1

Скажите, как бы вы поступили, если бы ваш хороший друг неожиданно признался вам в убийстве человека? И попросил бы вас никому об этом не рассказывать? Ну и что вы тогда сделали бы?

Вызвали бы полицию? Сказали бы его родителям? Постарались бы убедить его самого им все рассказать? Обратились бы за советом к своим родителям? Или стали бы хранить эту жуткую тайну?

Непростая ситуация, не так ли?

Мне семнадцать, и иногда я думаю, что знаю ответы на многие вопросы. Но когда наш близкий друг пригласил всю нашу компанию к себе домой и сознался в убийстве… Боже, мы не знали, как нам реагировать.

Все началось теплым майским днем, когда мои подруги Хиллари Волкер и Тейлор Снук зашли ко мне домой после школы. Хотя тогда мы, конечно, и не думали ни о каком убийстве.

Светлый воздух был наполнен пряными ароматами. Старые деревья начинали зеленеть в моем саду, а ряды красных и желтых тюльпанов, создающие великолепный цветочный ковер, нежно раскачивались перед гаражом. Казалось, все вокруг сверкало и переливалось в лучах яркого солнца.

Хиллари, Тейлор и я бросили ранцы на траву, сели на них, вытянули ноги и подставили лица теплым лучам.

Тейлор откинула свои волнистые платиново-белые волосы, сверкнула зелеными глазами, затем опустила веки и обратилась ко мне:

– Джули, ты когда-нибудь загорала обнаженной?

Мы с Хиллари засмеялись. Тейлор всегда старалась нас шокировать.

– Ты имеешь в виду на заднем дворе? – спросила я.

– На пляже, – резко уточнила Тейлор, явно недовольная моим глупым вопросом.

Тейлор была нашей новой подругой. И иногда мне казалось, что я не очень-то ей нравилась.

– Однажды зимой родители взяли меня с собой на остров Санта-Крус в Карибском море. Там мы ходили на нудистский пляж, – улыбаясь и не открывая глаз, поведала Тейлор.

– И ты сняла купальник? – полюбопытствовала Хиллари.

Тейлор хихикнула.

– Тогда мне было всего семь.

Мы опять рассмеялись.

Хиллари встала. Прямая длинная коса, которую она тогда носила, свисала по ее спине.

– Джули, мы можем зайти в дом? – поинтересовалась она у меня. – По-моему, я уже достаточно загорела.

Теперь засмеялись мы с Тейлор, потому что Хиллари – афроамериканка.

Я протянула ей руки, и она помогла мне подняться.

– Ты когда-нибудь сможешь побыть на одном месте больше пяти минут? – заворчала я на нее.

Мы с Хиллари дружим с начальной школы. Так что я к ней привыкла. Но думаю, другие люди удивляются ее чрезмерной подвижности. И тому, как быстро она говорит, и тому, как бегают по сторонам ее глазки под очками с белой пластмассовой оправой. Хиллари чересчур подвижная. Это слово очень точно ее характеризует. Милая, симпатичная, смешная и… подвижная. Мне она всегда напоминала заводную игрушку, которая дергается одновременно во всех направлениях.

Итак, Хиллари помогла мне подняться. И мы все трое потащили наши ранцы в дом. А там на кухне сели за круглый желтый стол, на котором стояли банки с «Маунтин Дью» и блюдо с маисовыми чипсами. И естественно, стали болтать о мальчишках.

Особенно о Винсенте и Сэнди.

Винсент Фридман тоже из нашей компании. Еще один мой старый друг. Но должна признаться, мне хотелось бы, чтобы он был мне больше, чем просто другом. Я действительно считаю, что из нас с ним получилась бы идеальная пара. Или что-то в этом роде. Хотя тогда не думала, чтобы Винсент догадывался о том, как много он для меня значит. Наверное, даже и не предполагал ничего подобного. Но это совсем другая история.

Сэнди Миллер тоже мой давний друг. К тому же он встречался с Тейлор уже около месяца. Благодаря ему она и попала в нашу компанию.

Бедняга Сэнди! Он так удивился и смутился, когда Тейлор им заинтересовалась. В самом деле, Сэнди был очень застенчивым и тихим и в нашей Шейдисайдской средней школе вовсе не считался красивым парнем. Думаю, он был в шоке, когда такая красивая и горячая девушка обратила на него внимание и посчитала, что он ничуть не хуже, чем Брэд Питт. Счастливчик, верно? Но по правде говоря, мы с Хиллари были удивлены ничуть не меньше его самого. Но это тоже другая история.

Итак, мы сидели за кухонным столом, болтали о мальчишках и много смеялись. А потом заговорили о вечеринке.

Вечеринка в доме у Рэвы Долби – это целое событие. Рэва была самой богатой девушкой в нашей школе. Ее отец владел по меньшей мере сотней магазинов. Они жили на Северных холмах в огромном каменном особняке со сторожевыми собаками и высоким забором.

Рэва пригласила весь наш выпускной класс. И наняла две музыкальные группы, чтобы они играли на заднем дворе. Одна из них называлась «Гаражный оркестр» и была из местного танцевального клуба «Красная жара». А другая, рэп-группа «Два козыря для тебя», должна была прилететь из Лос-Анджелеса специально на эту вечеринку. Во всяком случае, Рэва так всем пообещала.

Рэва не самая милая девушка из всех, кого мы знали. Я хочу сказать, что никто из нашей школы не выбрал бы ее Мисс Близкой-по-Духу. Но кого это волновало? Мы все просто умирали от желания пойти на ее вечеринку, а потому о ней и заговорили. И Хиллари стала волноваться, что ей надеть.

– Вечеринка состоится в саду, так ведь? – спросила она. – А вечером будет прохладно. Но я не хочу одеваться слишком тепло, потому что собираюсь много танцевать. Так что, пожалуй, надену что-нибудь с длинными рукавами или свитер…

Обращаю на это ваше внимание. В этом вся наша Хиллари, безумно беспокоящаяся о какой-то ерунде, говорящая так быстро, что просто невозможно уловить смысл ее слов.

Она все еще продолжала говорить, когда мы услышали глухой удар в кухонную дверь. Я вскочила, и в этот момент кто-то без стука резко открыл ее. На кухню ввалился высокий человек. Мы все трое закричали.

Вот с этой минуты и начались наши неприятности.

Глава 2

– Эй, Ал, ты не считаешь нужным постучать? – рассерженно сказала я, вращая глазами.

Ал Фрид хихикнул и неуклюже направился к столу, криво ухмыляясь.

– Что происходит, девочки?

– Тебя не касается, – быстро огрызнулась Хиллари. – Тебя-то уж определенно не касается.

Мы с Тейлор рассмеялись, но Ал не нашел ничего смешного.

Он тоже был из нашего выпускного класса Шейдисайдской средней школы – высокий, крупный парень со светлыми волосами и каким-то хулиганским видом. Своими крошечными круглыми синими глазками, близко посаженными у огромного клювообразного носа, он напоминал мне ястреба, готового в любой момент наброситься на свою жертву.

Ал носил все только черного цвета. А на его лице всегда была усмешка, как будто ему хотелось показать всему свету, что он лучше всех.

Я знаю, со мной он ощущал какую-то неловкость. Но несмотря ни на что Ал был из нашей компании. Мы все его очень любили. А потом он стал водиться с какими-то пижонами из Вэйнесбриджа, действительно отрицательными типами.

С тех пор Ал изменился. Начал пить много пива. Во всяком случае, так говорили другие ребята, которые с ним общались. И стал попадать в неприятности. То есть я хочу сказать, у него появились проблемы с полицией. Это было очень скверно. Я не раз пыталась поговорить с Алом, советовала ему порвать с этими его новыми друзьями и вернуться к нормальной жизни, хотя и понимала, что этого никогда не произойдет.

Ал подошел к кухонному столу.

– Девочки, держу пари, вы обсуждали меня, – начал он приставать. Затем, сузив свои крошечные глазки, уставился на Тейлор. – Ты ведь неравнодушна ко мне, не так ли?

– Сильно ошибаешься, – холодно отрицала Тейлор.

Ее зеленые глаза, когда это было необходимо, становились ледяными.

– А по-моему, ты хочешь бросить Сэнди и встречаться со мной, – заявил он, увиваясь вокруг нее.

– На какой колымаге ты сейчас разъезжаешь? – выпалила Хиллари.

Я вам еще не говорила – у нее был острый язычок.

Большие уши Ала покраснели, выдавая этим, что он рассердился. У него в руке оказалась банка пива, которую я не видела, пока он не поднес ее ко рту. Ал сделал большой глоток и, опустив банку, громко рыгнул.

– А ты на самом деле знаешь, как произвести впечатление на девушку, – заметила Тейлор.

Хиллари нервно постукивала длинными красными ноготками по столу. Солнечные лучи, падающие из окна, отражались на ее очках, но я увидела, как внимательно она смотрела на Ала. Мне показалось, что она немного его побаивалась. Как и я.

Ал подбросил банку из-под пива на ладони, а потом с легкостью ее смял.

– Тренируюсь, – сообщил он нам.

– Спорю, ты можешь расколоть зубами грецкий орех, – пробормотала Хиллари.

Ал пропустил ее высказывание мимо ушей и швырнул банку на пол. Она покатилась в сторону раковины, оставляя на белом линолеуме брызги пива.

– Эй, что ты делаешь? – закричала я. – Что тебе нужно, Ал? Зачем ты сюда пришел?

Он глянул на меня.

– Ты моя любимица, Джули. Ты самая лучшая. – Он махнул в сторону Хиллари и Тейлор. – Они ничего не стоят, но ты просто прелесть.

Я завращала глазами и, теряя терпение, повторила:

– Что тебе нужно, Ал?

– Двадцать долларов, – ответил он, протягивая ко мне огромную лапу с черной грязью под ногтями. Очевидно, копался в своей машине. – Это все. Всего двадцать баксов.

– У меня их нет, – грубо ответила я, скрестив руки на груди. – На самом деле.

– Ты самая лучшая, Джули, – пропел Ал, не опуская руку. Теперь он держал ее у моего лица. – Ты великая. Ты внушительная. Двадцать баксов. Я не стал бы просить, если бы у меня не было крайней необходимости.

У меня чуть не вырвался стон отвращения.

– Ал, я полностью на мели. И кстати, ты мне уже должен двадцать баксов.

– Уходи, Ал, – вмешалась Хиллари. – Почему бы тебе не устроиться на работу?

– Да кто его возьмет? – с сарказмом произнесла Тейлор.

Я слегка удивилась тому, что она вступила в разговор. Тейлор переехала в Шейдисайд перед Рождеством и была в нашей компании всего около месяца, так что недостаточно хорошо знала Ала, чтобы отпускать в его адрес такие реплики. Я подумала, что она просто хочет помочь мне выпутаться.

Ал вынул сигарету из кармана черной фланелевой рубашки. Зажег ее и бросил спичку на пол.

– Эй, прекрати! – крикнула я, указывая ему на дверь. – Ты же знаешь, мои родители запрещают курить в доме.

Он обошел вокруг меня, посмеиваясь. Потом сильно затянулся и выдохнул весь дым прямо мне в лицо.

– Оставь ее в покое, Ал, – грозно проговорила Хиллари, вставая со стула и отодвигая его в сторону.

Мы с ней окружили его.

– Эй, тпру! – Он поднял обе руки, как будто бы сдаваясь.

– Убирайся! – потребовала я. – Если моя мама вернется домой и почувствует запах сигаретного дыма…

Он смахнул пепел на кухонный стол, ухмыльнулся, сузил глаза и посмотрел на меня.

– Джули, твои родители не разрешают тебе курить? Но я-то знаю твой маленький секрет, не так ли? Ты ведь все равно куришь.

– Заткнись! – резко откликнулась я.

Его ухмылка переросла в насмешку.

– Я видел, как ты курила в торговом центре на прошлой неделе. – Он выдохнул еще больше дыма мне в лицо. – Джули плохая. Джули пло-хаааааааая! Может, мне рассказать об этом твоей маме?..

– Только посмей! – завизжала я.

В девятом классе мама застукала нас с Хиллари, когда мы курили в моей комнате, и устроила нам неописуемый скандал. Она ярая противница сигарет. А затем пообещала мне вознаграждение в тысячу долларов, если я больше не притронусь к ним до окончания школы. Я боялась даже думать о том, что сделали бы мои родители, если бы узнали, что иногда я все-таки покуривала с моими друзьями. Мама наверняка сделала бы из мухи слона, и это было бы ужасно. Действительно ужасно. И я знала, что Ал не шутит. Он мог рассказать моей маме, что я курю… Если я не буду с ним в хороших отношениях.

Вот почему я одолжила ему первые двадцать долларов.

– Ал, я на мели. Правда, на мели, – объясняла я.

– Ладно. – Он еще раз смахнул пепел на стол, прямо перед Тейлор.

– А зачем тебе нужны двадцать долларов? – поинтересовалась Хиллари.

– Для того, чтобы я смог вывезти Тейлор на прогулку, – снова ухмыльнулся Ал.

– Ха-ха! Напомни мне засмеяться, – проворчала Тейлор и показала ему язык.

– А мне очень нравится, когда ты так делаешь, – сказал он ей.

Она тяжело вздохнула и покачала головой:

– Когда же ты повзрослеешь?

Ал повернулся ко мне. Мне не понравилось холодное выражение его лица. Я не привыкла видеть у него такую суровость.

– А что, Джули, если я прожгу небольшую дырочку в столе? Как ты думаешь, тогда у тебя найдутся двадцать баксов?

– Ал, пожалуйста… – начала я.

Он зажал сигарету между пальцами и стал опускать горящим концом на столешницу.

– Ал, не надо! – завопила я и кинулась к столу.

Но он преградил мне путь широкой спиной и очень близко поднес зажженную сигарету к желтой огнеупорной пластмассе.

– Ну, давай, Джули! Найди двадцать баксов. Ты же не хочешь, чтобы твоя мама обнаружила большую выжженную дырку, не так ли?

– Прекрати это, остановись!

Мы с Хиллари оттолкнули его от стола. Сигарета упала на пол. Ал рассмеялся, раздражая нас громким хохотом. Мы потащили его к кухонной двери.

– До свидания, Ал, – сказала я.

Но он вырвался и повернулся к Хиллари.

– Твой папа известный врач. Держу пари, у тебя есть двадцать долларов.

Хиллари устало вздохнула.

– С чего это я должна давать тебе деньги?

Ал так близко наклонился к ее уху, что не мог не уколоться об ее свисающие оранжевые стеклянные серьги.

– Из-за химии, – прошептал он нарочито громко, чтобы мы с Тейлор услышали.

У Хиллари перехватило дыхание.

– Ты же не хочешь, чтобы мистер Маркусо узнал, что ты смошенничала на экзамене по химии? – продолжил Ал.

– Не смей меня шантажировать! – сквозь зубы процедила Хиллари.

Он усмехнулся.

– Почему же? Если не я, то кто же еще посмеет тебя шантажировать?

– Но ты ведь сам дал мне ответ на экзаменационный билет! – запротестовала Хиллари. – Я не просила тебя об этом, Ал. Ты же сам мне его дал!

– И ты этим воспользовалась, не так ли? – Он почти ликовал. – А если маленькая пташечка напоет Маркусо, что ты смошенничала, тебя исключат за неуспеваемость. И тогда ты не попадешь в тот замечательный колледж, о котором мечтаешь. Вот так.

– Ал, ты ведь был отличным парнем, – проговорила я, качая головой. – Почему ты стал таким несносным?

Он схватил меня за волосы.

– Я проучу тебя! – засмеялся Ал, радуясь своей сообразительности.

– Ты не можешь обойтись без угроз? – вмешалась Тейлор. Она сидела за столом, не двигаясь с места. Думаю, просто использовала стол как укрытие от Ала.

– Так. Убирайся отсюда! – потребовала я, снова толкая его. – На самом деле, уходи.

Но Хиллари уже рылась в своем ранце. Достала двадцатидолларовую банкноту и сунула ее в руку Ала.

– Когда вернешь долг? – спросила она, не глядя на него.

– Хороший вопрос, – самодовольно улыбнулся Ал и сунул деньги в карман черных хлопчатобумажных джинсов. Затем повернулся к стеклянной двери. – Приятного дня, девочки! – Но, сделав три шага, остановился, потому что увидел мою маму, открывающую ее с другой стороны. – О, здравствуйте, миссис Карлсон! – Ал не смог скрыть своего удивления.

Я видела, как снова покраснели его уши. Мама вошла на кухню с двумя большими коричневыми пакетами в руках:

– Всем привет! Сегодня я вернулась пораньше.

Ал взял у нее один пакет и поставил его на стол.

Другой мама опустила на пол и откинула назад волосы. Они у нее такие же темно-каштановые, как у меня. И еще у нас одинаковые большие карие глаза. Это наша семейная особенность. Мама считает, что я похожа на Деми Мур. Но когда она так говорит, я отвечаю, что ей нужны очки.

– Что-то ты стал редко у нас появляться, – сказала моя мама Алу.

– Да, был немного занят, – ответил он. Уши его все еще пылали. Ал спешно попрощался и исчез за дверью.

Мама повернулась к нам.

– Почему он весь в черном? – удивилась она. – Кто-то умер? – Но не дала нам даже возможности открыть рот. Вскрикнув от негодования, она сердито показала на пол.

Там валялась сигарета Ала.

– Мам, – начала я.

Она нагнулась и подняла окурок. Лицо ее было разгневано.

– Она еще не потухла…

– Это Ал! – закричала я. – Мы не курили. Это сигарета Ала!

– Это правда, миссис Карлсон, – подтвердила Хиллари.

Они с Тейлор стояли у стола и чувствовали себя очень неловко. Я знала, что они в этот момент мечтали исчезнуть, испариться. Обе видели, как моя мама рассердилась.

– Меня не интересует, кто курил, Джули, – стиснув зубы, но отчетливо проговорила она. – Ты предоставлена сама себе, когда меня нет и…

Мама отнесла сигарету в помойное ведро.

– Еще и банка из-под пива?! – воскликнула она.

– Это банка Ала! – хором закричали мы с Тейлор.

Я видела, как Хиллари прижалась к стене, стараясь слиться с обоями в цветочек.

– Почему же она валяется на полу?

Я попыталась объяснить, но все было напрасно, и я поняла, что вляпалась в крупные неприятности.

Не имело значения, что это Ал оставил банку и сигарету. С тех пор как три года назад мама поймала нас с Хиллари курящими, думаю, она мне до конца не доверяла. Уверена, мама решила, что такого рода вещи частенько происходят в нашем доме, пока она на работе. А теперь, вернувшись раньше времени, это обнаружила.

– Джули, я наказываю тебя на выходные, – тихим голосом произнесла мама.

Я видела, как задвигались желваки на ее лице, хотя она говорила спокойно, стараясь контролировать свой гнев.

– Нет, ты не можешь так поступить! – завизжала я. Мне не хотелось впадать в такое отчаяние, но как можно было это предотвратить? – Вечеринка! – закричала я. – Вечеринка у Рэвы! Мама, если ты меня накажешь, я пропущу вечеринку!

Мама поднесла палец к губам:

– Больше ни слова.

– Ты не можешь так со мной поступить, – застонала я. – Мне семнадцать, и нельзя…

– Я не допущу, чтобы твои друзья пили здесь пиво и курили, пока меня нет дома, – повысила мама голос, выходя из себя. – Меня не волнует, даже если вечеринка будет в Букингемском дворце! Ты наказана. Ты ее пропускаешь. Еще одно слово – и я накажу тебя на две недели!

Я замахала в воздухе кулаками, издав яростный крик. Тейлор и Хиллари, стоявшие за столом, старались не смотреть на меня. Я понимала, что они в замешательстве и сильно из-за меня переживают. «И все это по вине Ала, – сказала я сама себе. – Он стал невыносимым. Это все из-за него. Какой ужасный день!»

Думаю, мы все трое – Хиллари, Тейлор и я – чувствовали одно и то же. По-моему, в этот момент мы все хотели убить Ала.

Конечно, тогда мы и подумать не могли, что спустя две недели он будет мертв.

Глава 3

Одним словом, вечеринку я пропустила.

Прощу ли я это маме? Может быть, когда-нибудь в следующем десятилетии.

Хиллари доложила мне, что это была самая лучшая вечеринка в истории Шейдисайдской средней школы. У моей подруги есть такая отвратительная черта.

Могла бы ведь сказать, что это был самый утомительный вечер в ее жизни. Но Хиллари, наоборот, подробно рассказала, какое неизгладимое впечатление произвели на нее обе группы, как она танцевала до двух часов ночи, а затем под лунным светом плавала в бассейне с подогревом. Сообщила даже, что никогда раньше столько не смеялась. А под конец упомянула, что все спрашивали у нее про меня.

Я попросила Хиллари никогда больше не упоминать при мне об этой вечеринке. И она сдерживала свое обещание целую неделю, пока в пятницу после школы мы не пошли с ней на Каньон Роад домой к Сэнди.

Мы шли, а над нами сгущались тучи, предвещающие дождь. Было холодно и сыро, погода больше походила на зимнюю, чем на весеннюю.

– Просто не пойму этих Тейлор и Сэнди, – начала Хиллари.

Я поправила на спине ранец, набитый тетрадями с домашним заданием на выходные, и, думая про экзаменационные билеты по истории, спросила:

– А что Тейлор и Сэнди?

– Видела бы ты их на вечеринке у Рэвы…

Я остановилась и потянула рукав ее синего свитера.

– Ты обещала. Больше ни слова про вечеринку.

Хиллари одернула руку:

– Я не о вечеринке, Джули. Я рассказываю тебе о Тейлор и Сэнди.

– Ну ладно… И что с ними? – неохотно протянула я.

– Я наблюдала там за ними, – пояснила она. – Это было жалкое зрелище. Сэнди ходил за Тейлор, как томящийся от любви щенок. А она еле с ним говорила. И увивалась вокруг других парней.

– Тейлор любит пофлиртовать, – согласилась я, подталкивая подругу, чтобы перейти дорогу.

– Это было омерзительно, – продолжала Хиллари. – Ты бы только видела, как она танцевала с Бобби Ньюкирком. А потом такое вытворяла за гаражом с каким-то парнем, которого я не знаю…

– О, – прошептала я. – И как же вел себя Сэнди?

– Бегал вокруг нее, носил ей кока-колу… Я этого просто не понимаю! Он же должен был знать, что делает Тейлор, – это было так очевидно. А она вела себя так, словно его там не было. Но он только улыбался и кружился вокруг нее.

– Это настоящая любовь, – сухо заметила я.

– Не смешно! – заворчала Хиллари. – Ты ведь знаешь, каким серьезным может быть Сэнди.

– Мечтаю, чтобы Винсент стал серьезным, – прошептала я.

Хиллари повернулась и покосилась на меня:

– Что ты сказала?

– О, ничего, – вздохнула я и представила себе, как Тейлор кокетничала с другими парнями на вечеринке.

Я тоже пыталась флиртовать с Винсентом. Но ему показалось, что я шучу или что-то такое. И просто все переводил в шутку.

– Сэнди отличный парень, – заявила Хиллари. – Но я думаю…

– А по-моему, они прекрасная пара, – перебила я ее. – Я имею в виду, что, может, Тейлор сумеет его немного расшевелить. Сэнди уж слишком застенчивый и тихий. На самом деле ведь у него никогда по-настоящему не было девушки. А сейчас он очень взволнован, и возможно, это его изменит. Может быть… – Я помахала проехавшему мимо школьному автобусу, полному детей.

Когда, громыхая, он исчез из вида, я заметила раздражение на лице Хиллари.

– Мне кажется, Тейлор совсем не подходит Сэнди, – заспорила она. – Думаю, она причинит ему боль. Уверена, Тейлор тут же его бросит, как только ей представится удобный случай.

– Конечно, он относится к ней намного серьезнее, чем она к нему, – согласилась я. – Но, по-моему, ты слишком строго судишь Тейлор.

Хиллари открыла рот:

– Извини, я слишком строго ее сужу? О чем это ты?

В этот момент мы как раз завернули на Каньон Роад, и на нас налетел сильный ветер. Но мы уже были почти у дома Сэнди из красного кирпича.

Мне показалось, что Хиллари попросту ревнует Тейлор. До того как Сэнди начал с ней встречаться, мы с Хиллари были единственными девушками в нашей компании. А теперь появилась она. Тейлор модно одевалась, у нее были шикарные волосы, красивое лицо и идеальная фигура. Неудивительно, что она очень быстро стала центром всеобщего внимания. Так что, возможно, Хиллари ее просто ревновала. Но пока мы шли к дому Сэнди, я решила об этом не говорить. Зачем ее ранить? Потом целую неделю будет это опровергать.

– Тейлор нормальная, – сказала я. – Она неплохая девчонка. Просто любит пошутить. И явно не робкого десятка.

Хиллари усмехнулась.

– Это точно.

Я свернула на дорожку из гравия, ведущую к дому Сэнди. Но Хиллари остановила меня.

– Подожди, – прошептала она, уставившись на дом.

– Что случилось? – удивилась я, глядя ей в лицо.

– Ал снова докучал мне, – призналась Хиллари, моргая. – Представляешь?

– И что ему понадобилось на этот раз? Больше денег?

Хиллари покачала головой:

– Он заставил меня одолжить ему машину.

– О боже, – посочувствовала я.

– Я… я настолько расстроена и рассержена, что мне необходимо об этом кому-то рассказать, – запинаясь, произнесла она.

– И правильно сделала, что мне рассказала. Я твоя лучшая подруга.

– Он все время требует то деньги, то записи по истории, то мою машину. – Хиллари, как всегда, говорила очень быстро, но сейчас голос ее был полон гнева. – Все время мне докучает. А если я пытаюсь ему отказать…

– Грозит рассказать твоим родителям про экзамен по химии, – закончила я ее мысль. – Мы с тобой в одной лодке, Хиллари. – Я вздохнула. – Он и мне все время угрожает.

– Ненавижу себя за то, что позволяю ему такое! – запричитала она и крепко сжала кулаки. – Ал приобрел надо мною власть. Мне ни в коем случае не следовало брать у него те ответы на тесты. Никогда, никогда, никогда! Это было самой большой ошибкой в моей жизни!

Я с ужасом уставилась на подругу. За все годы нашей дружбы мне никогда не доводилось видеть ее в таком состоянии. Я положила руку ей на плечо. Хиллари дрожала.

– Все будет в порядке, – мягко проговорила я. – То же самое он проделывает и со мной. Но рано или поздно это ему наскучит. Правда.

Она посмотрела мне в глаза.

– Наскучит? Ты так думаешь?

Я кивнула.

– Ал долго ни на чем не зацикливается. Когда-нибудь ему надоест нас задирать. Найдет себе новые жертвы и перекинется на них. Вот увидишь.

Хиллари ничего не ответила. Я видела, что она задумалась, может быть, осмысливая мои слова.

Мы подошли к дому, поскрипывая по гравию. Я поднесла палец к дверному звонку, но прежде чем успела нажать на кнопку, Сэнди уже открыл стеклянную дверь. По обеспокоенному выражению его лица я поняла: что-то не так.

– Сэнди, что случилось? – спросила я.

– Вы слышали про Ала? – отозвался он.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю