Текст книги "Мама для дракончика (СИ)"

Автор книги: Рина Вергина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

35

Я провалилась в глубокий тяжёлый сон.

Вся эта ситуация полностью опустошила меня. Хотелось накрыться с головой одеялом и никого не видеть и не слышать.

Но всё же утром мне стало немного легче. Я попыталась мыслить здраво.

Ясно, что Лейстер использовал меня. И никогда не любил. Это я всегда за него цеплялась. И даже мой побег три года назад… я же надеялась, что он рванёт за мной. Вернёт. Остановит.

Но он не пришёл.

За эти три года я всё же достаточно изменилась, чтобы трезво смотреть на вещи и не обольщаться красивыми словами.

Я встала, привела себя в порядок. Надела то самое платье, в котором приехала сюда из монастыря. Взять большее не позволяла гордость.

Единственное, что я хотела попросить – предоставить мне экипаж, чтобы я могла вернуться к отцу. Перспектива меня не радовала. Но оказавшись в его доме я могла спокойно подать на развод и пожить некоторое время. Не откажет же он дочери и внучке в крыше над головой?

Я вышла из комнаты и зашла к Мири. Её постель была пуста.

Сердце тревожно ёкнуло.

Быстрыми шагами я направилась в комнату Криса. Дверь была приоткрыта. Я толкнула её…

И замерла.

В комнате возле пустой кровати стоял Лейстер. Мальчика нигде не было видно.

– Где дети? – накинулась я. – Куда ты их спрятал?

– Я только сейчас зашёл, – ответил он. – Подумал… Крис с тобой.

– Его нет со мной. И Мири тоже нет… – я посмотрела на него с подозрением. – Ты что-то задумал? Решил удержать меня таким способом? После всего, что произошло, я уже не знаю, чего от тебя ждать!

– Жози…

– Не называй меня так.

– Жозефина, – поправился он, и в голосе его прозвучала усталость. – Я не трогал детей. Клянусь.

– Тогда где они?!

Мы смотрели друг на друга несколько долгих секунд. А потом одновременно поняли одно и то же. Детей действительно нет. Я почувствовала, как подкашиваются ноги.

Через четверть часа весь дом уже стоял на ушах. Я обыскивала комнату за комнатой, заглядывала в каждый угол, в каждый шкаф. Никого.

– Может, они в саду? – предположила горничная.

– Ищите! – крикнула я.

Сад тоже был пуст. Я вернулась в дом, чувствуя, как накатывает паника.

– Никто их не видел? – спросила с отчаянной надеждой в голосе.

Слуги переглянулись. Покачали головами.

Казалось, мир в одночасье рухнул. Я подошла к окну, спазм скрутил горло и не хватало воздуха. Лейстер подошел и встал рядом.

– А если с ними что-то случилось? – вырвалось у меня. Я всхлипнула, не в силах сдерживаться.

Лейстер попытался обнять меня.

– Мы их найдём, Жо…

Я резко отодвинулась, перебивая.

– Даже не думай подходить!

Он замер.

– Жозефина, – сказал он тихо. – Я понимаю, ты ненавидишь меня. Но давай заключим перемирие. Хотя бы ради детей. Нам нужно найти их. Сейчас не время выяснять отношения.

Я посмотрела на него. Взгляд его был серьёзным, без тени обычной усмешки.

– Это точно не твои проделки? – спросила я. – Не решил удержать меня таким способом?

Лейстер вздохнул.

– Я всю ночь думал, что мне сделать, чтобы ты простила меня. Перебрал сотню вариантов. Но никогда бы не опустился до того, чтобы прятать детей. Никогда, Жозефина. Ты должна мне верить.

Я помолчала.

– Хорошо, – сказала я наконец. – Я постараюсь тебе поверить. Тогда давай подумаем, где они могут быть.

Мы вернулись в комнаты детей. Я подошла к шкафу Мири, открыла дверцу.

– Не хватает платья, – сказала я. – И туфель. Получается, она оделась сама, прежде чем уйти.

Мы вернулись в комнату Криса. Его одежды тоже не хватало. А еще на полу лежала раскрытая книга. Лейстер поднял ее.

– «Дракончик, который искал семью». – прочитал он.

– Она лежала в шкафу, – воскликнула я. – Я сама убрала её.

Это что-то должно значить? Я не понимала.

В комнату вбежала запыхавшаяся служанка.

– Лорд! – воскликнула она. – Младший конюх видел… он говорит, что на рассвете по небу летел маленький дракончик. С девочкой на спине.

– Что?! – выдохнула я.

– В какую сторону? – спросил Лейстер.

– К озеру, – служанка перевела дух. – На другую сторону.

Мы посмотрели друг на друга. И выдохнули одновременно:

– Охотничий домик.

Лейстер бросился к выходу.

– Я поеду один, – сказал он. – Ты оставайся здесь.

– Нет, – запротестовала. – Я еду с тобой.

– Жозефина…

– Это моя дочь. И Крис – тоже мой. Я еду с тобой.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

– Хорошо, – сказал он. – Тогда прежде ответь. Ты мне доверяешь?

36

– Ты мне доверяешь?

– Что? – не поняла я.

– Просто доверься мне, Жози, если хочешь пойти со мной.

Я не успела ответить.

Лейстер сделал шаг назад и… я не поняла, как это произошло. Воздух вокруг него сгустился, стал плотным, горячим. Я зажмурилась от яркой вспышки.

Когда открыла глаза – передо мной стоял дракон.

Серебристо-золотая чешуя переливалась в лучах утреннего солнца. Синие глаза смотрели на меня с нетерпением.

– Забирайся, – услышала я его голос у себя в голове. – Быстрее.

Я уставилась на него. Как это вообще возможно, забраться на такую громадину? Да еще потом удержаться в воздухе? А если он меня уронит? Какое будет изящное решение всех проблем.

Я нервно выдохнула.

– Жозефина, дети ждут, – рыкнул в голове нетерпеливый голос.

Я вздохнула, подобрала юбку и забралась ему на спину, вскарабкавшись по крылу. Чешуя под рукой оказалась тёплой и гладкой. Я вцепилась в роговой отросток у самой шеи, боясь пошевелиться.

– Держись крепче, – пронеслось.

Через несколько секунд мы уже взмыли в воздух. Ветер бил в лицо, растрепав волосы.

Дракон стремительно несся, поймав поток ветра. Озеро промелькнуло внизу. А за ним показался охотничий домик.

Лейстер приземлился на небольшой полянке перед домиком, и я сползла с него на дрожащих ногах. Он тут же перекинулся обратно. Хлопнул воздух, и вот передо мной уже не дракон, а мужчина.

Я вбежала на крыльцо и распахнула дверь. Позвала громко:

– Крис!

– Мири!

Никто не ответил.

– Нет их здесь, – сказал Лейстер.

Я пошатнулась, и тут же крепкая рука обняла меня за плечи. А я не нашла в себе сил оттолкнуть его. Наверное, у всего есть предел и мне сейчас нужна надежная опора.

– Где нам их искать? – я вскинула голову, глядя на Лейстера.

– Они не в домик летели, а к храму. Не знаю зачем, но чувствую, они там.

Я зацепилась за его слова как за соломинку. Мы выбежали наружу и побежали по тропинке.

Храм стоял на холме, окружённый старыми дубами. Мы кинулись внутрь, погружаясь во влажный сумрак. Сердце выпрыгнуло из груди, когда откуда-то из глубины донесся детский голос и ноги сами понесли вперед.

Крис и Мири стояли перед старым алтарем держа друг друга за руки.

– Пожалуйста, – слышался жалобный голосок Мири. – Сделайте так, чтобы мамочка не уехала.

У меня перехватило дыхание.

– И чтобы они перестали ругаться, – добавил Крис. – Потому что, когда взрослые ругаются, это очень плохо.

Я почувствовала, как рядом застыл Лейстер.

– И чтобы мы были одной семьей, – совсем тихо закончила Мири.

Я больше не смогла слушать. Подбежала первой.

– Мири! Крис!

Дети обернулись.

– Мама! – Мири вскочила и бросилась ко мне. – Ты плишла! Я знала, ты плидёшь!

Я прижала её к себе. Но прежде оглядела со всех сторон. Слава богам, ни одной царапины. И даже ни малейшего испуга в ее взгляде.

– Вы зачем сюда пришли? – спросила строго.

– Загадать желание, – очень серьезно ответила дочка.

– Какое?

– Не скажу, а то не сбудется, – хитро улыбнулась дочка.

Лейстер в это время допрашивал сына.

– Крис, как только вам такое в голову пришло? Ты ещё не окреп после пробуждения. Летать с Мири на спине – очень опасно. А если бы ты упал? Если бы вы оба разбились? Ты уже большой, Крис. Я не думал, что ты способен на такую глупость. Мы с Жози места себе не находили. Волосы дыбом вставали, когда мы представили, что с вами могло случиться.

Крис опустил голову. Губы его задрожали, но он молчал.

– Эй, – я шагнула между ними. – Давай полегче. Ты совсем его запугал.

Я присела перед Крисом на корточки, взяла его за руки.

– Я просто испугалась, – сказала я тихо. – Мы оба испугались. Очень-очень сильно. Ты нас прости, если мы накричали.

Крис всхлипнул, но кивнул.

– А теперь рассказывайте, что случилось, – я перевела взгляд на детей.

– Мири проснулась, – сказал Крис. – Тебя не было в комнате, Жози. Она пришла ко мне. Сказала, что ей страшно одной. Я достал книгу, и мы смотрели картинки. А потом мы услышали голоса в гостиной. Вы с папой… с лордом Лейстером кричали друг на друга.

– Мы не хотели вас напугать, – я облизала враз пересохшие губы. Получается, это мы виноваты, что дети сбежали. Но кто же знал, что они стоят под дверью и слышат наш разговор.

– А потом мы решили, – Крис поднял голову, – что нужно лететь к храму. Где желания исполняются. Пока вы не поссорились совсем. Пока Мири не увезли. Пока… меня не отправили в другой дом. К другому папе.

– Подожди. Как ты меня до этого назвал? – Лейстер присел на корточки рядом со мной. Протянул руку Крису.

– Папой, – буркнул он. Крис поджал губы, и в его голосе послышалась боль, – А я давно знаю, что ты мой настоящий отец. Слышал, как бабушка Аделаида говорила, что ты не хочешь признавать меня. Для всех я сын дяди Нолана.

– Крис… – Лейстер запнулся.

– Я теперь тоже знаю, что ты мой папа, – Мири ткнула пальчиком в Лейстера. – Настоящий. Ты подалил мне куклу. И защитил меня. И маму.

Внутри у меня всё перевернулось. Правда выплыла наружу самым непредсказуемым образом. И что мне теперь со всем этим делать?

– Крис, Мири… – Лейстер раскрыл объятия. – Идите сюда.

Дети помедлили и переглянулись. Потом не сговариваясь, отлипли от меня и перетекли в объятия Лейстера. Мне лишь оставалось сверкнуть в его сторону раздраженным взглядом.

В ответ Лейстер усмехнулся своей фирменной усмешкой. Протянул руку мне, предлагая присоединиться к детям.

Я лишь фыркнула в ответ.

– Ты мой сын, а ты моя дочь, – зашептал Лейстер детям, прижимая их к груди. – Простите, что я не сразу сказал правду. Простите за все эти годы, что меня не было рядом. Я был дураком. Но теперь я не хочу больше ничего скрывать. И никого терять. Вы – моё сердце. Обе вы. Я вас больше никогда не отпущу.

– А Клис – мой блат? – спросила Мири.

– Да.

– Настоящий?

– Настоящий.

Я стояла в двух шагах и смотрела на них. И такое чувство, что я здесь лишняя. Не вписываюсь в их идеальную картинку. Непроизвольно сделала шаг назад и камень скрипнул под ногой.

Дети сразу обернулись ко мне.

– Мама, иди к нам, – поманила меня ручкой Мири.

– Жози, останься с нами, – обезоруживающе улыбнулся Крис.

Лейстер выпрямился и протянул мне руку.

– Прости меня. Знаю, что заслужил твою ненависть. Но давай начнём сначала.

Я покачала головой. Вот так просто… взять и простить. Забыть три долгих года, что я провела в монастыре. Забыть его ложь. Ту девку в постели.

Я всхлипнула и покачала головой. А потом выбежала из храма.

37

Я стояла у самого края крутого берега, глядя вниз, где о камни бились мелкие волны. К причалу медленно подходила лодка со слугами из поместья. Один из них, увидев меня, воскликнул:

– Жози! Вы нашли детей?

– Да, – мой голос прозвучал хрипло. Я набрала воздуха в грудь и крикнула громче: – Они здесь! Всё в порядке.

Я оглянулась на храм. Лейстер выходил, прижав к груди Мири. Крис держал его за руку. Все такие радостные, довольные. И только я одна своим ледяным видом портила картину безоблачного счастья.

– Приплыла лодка за нами, – сказала я, вскидывая подбородок. – Я хочу уехать отсюда как можно быстрее. Да и не только отсюда.

– Ты могла бы остаться, – Лейстер упрямо посмотрел на меня. Так, что сразу ясно – без боя не сдастся. – Зачем спешить? Нам нужно поговорить…

– Не хочу никаких разговоров. Ты не найдёшь таких слов, чтобы я могла простить тебя. Отдай мне дочь, и мы просто исчезнем из твоей жизни.

Мири крепче вцепилась пальцами в шею Лейстера. Её глаза обиженно сверкнули.

– Я хочу остаться с папой!

Вот же маленькая предательница. Стоило ему подарить одну куклу, и она уже всем сердцем на его стороне.

– Ты останешься со мной, – отрезала я. – И мы уезжаем. Немедленно!

– Жози… не делай ошибки, – произнес Лейстер.

– Я все свои ошибки исправила, – ответила холодно.

Я решительно направилась к лодке. Но не успела сделать и нескольких шагов, как услышала за спиной голос Лейстера, обращённый к слугам:

– Возвращайтесь в поместье! Лодка нам сегодня не понадобится. Приплывёте за нами завтра утром.

Я резко обернулась, чувствуя, как внутри вспыхивает возмущение.

– Что ты себе позволяешь?!

– Хочу дать нам шанс. Один день, Жози. Подари мне его. Я больше ни о чем не прошу. Просто проведи с нами этот день. Как семья.

– Ты не имеешь права удерживать нас…

– Имею, – жестко ответил он. – Ты моя жена, а Мири моя дочь. Я просто хочу попытаться все исправить. Дай нам вместе провести один день. Завтра лодка вернется, и, если ты все равно захочешь уехать, я не стану тебя удерживать.

Я вздохнула. Мири так упрямо смотрела на меня, сдвинув бровки к переносице, словно собралась бороться со мной за право остаться с Лейстером и Крисом.

Так похожа на отца. Особенно сейчас, грозно сияя синими глазами.

– Хорошо. Только один день, – сдалась я. – А завтра мы уезжаем.

Я перевела взгляд на отчалившую от берега лодку, и почувствовала себя человеком, которого очень красиво загнали в ловушку.

Мы вернулись в охотничий домик. Я уселась на диван у окна и демонстративно сложила руки на груди. Лейстер будто не замечал моего ледяного настроения. Он спокойно развёл огонь в камине, подвесил котелок, начал что-то нарезать. Крис и Мири с радостью крутились рядом, подавая ему то ложку, то соль, то миску.

И вскоре довольно вкусно запахло. Живот сразу подвело от голода. Я со вчерашнего дня нормально не ела. Думала, не проглочу ни кусочка, однако сейчас предательская голодная слюна скопилась во рту. Я шумно сглотнула.

Крис с Мири бегали с тарелками и ложками, накрывая на стол. А потом Мири звонко объявила?

– Всё готово! Мама, иди кушать!

Я поколебалась. Есть я хотела. Но не хотела есть то, что приготовил Лейстер. Из чистого упрямства.

– У меня нет аппетита, – наконец выдавила.

– Может быть все же попробуешь? Одну ложечку. Дети старались… – Лейстер чуть улыбнулся.

– Да, мы очень старались, – закивали Крис и Мири.

Вот же… как теперь откажешься.

– Хорошо. Оценю то, что приготовили дети, – ответила снисходительно.

Мне тут же наложили целую тарелку каши. Я поднесла ложку ко рту. Каша оказалась нежной, в меру сладкой, с кусочками сушёных ягод. Я съела ещё ложку. Потом ещё. Сама не заметила, как тарелка опустела.

Я похвалила детей, старательно не глядя на Лейстера:

– Очень вкусно. Молодцы.

После завтрака Лейстер спросил:

– Чем займёмся?

Дети начали спорить. Лейстер улыбнулся и предложил:

– Давайте сходим к озеру, наловим рыбы к обеду, а по дороге нарвём малины на десерт.

Крис и Мири радостно согласились.

– Я не пойду, – тут же сказала я.

Лейстер даже не удивился.

– Конечно. Тебе нужно отдохнуть. Ложись, я принесу плед.

Он действительно принёс тёплый плед, заботливо укрыл меня, хотя я не просила, и ушёл с детьми.

Я полежала несколько минут, но сон, конечно, не шёл. Встала, подошла к окну. Раздвинула занавески и тут же увидела их на берегу.

Лейстер закатал штаны, зашёл по колено в воду и ловко тыкал острогой. Потом поднял палку, на конце которой трепетала маленькая рыбёшка.

Крис и Мири прыгали от радости и хлопали в ладоши. Лейстер бросил рыбу на берег, и они наперегонки побежали подбирать её.

Я прижала ладонь к стеклу и поймала себя на мысли, что хочу быть там. На берегу. Подоткнуть подол платья, зайти по колено в прохладную воду, смеяться вместе с ними…

Но упрямство и обида не давали сделать и шагу.

Я резко ущипнула себя за руку. Хватит.

Он не вспоминал обо мне три года. А потом привел в свой дом как наемную няню. И теперь цена его красивым словам – медная монета.

Я резко закрыла окно занавесками и начала бесцельно бродить по комнате. А с улицы доносился звонкий смех Мири, Криса и иногда низкий, тёплый смех Лейстера. А вскоре и вовсе ветер донёс аромат жареной рыбы. Такой аппетитный, с дымком.

Через некоторое время в дом вошёл Лейстер. На большом лопухе лежали три аппетитные зажаренные рыбины, украшенные перьями дикого лука.

– Может быть, поешь с нами на улице? – спросил он. – Мы костёр развели. Дети уже заждались.

– Думаешь, это что-то изменит? – я отвернулась к окну. – Я всё равно уеду утром.

Лейстер вздохнул, положил лист с рыбой на стол.

– Ты поешь хотя бы. Дети старались, помогали мне. Дикого лука целый пучок нашли за домом.

– Ты теперь всё время будешь детьми прикрываться?

– Просто боюсь, если скажу, что жарил рыбу я, ты есть не будешь, – он усмехнулся. – Если тебе наскучит сидеть в одиночестве – выходи. Мы сейчас играть будем.

– Не уверена, что хочу участвовать в ваших развлечениях.

– Жаль.

Он вышел.

Я смотрела на рыбу, такую вкусную и румяную. Чёрт с ним. Отломила кусочек. Белое мясо таяло во рту. Когда рыба закончилась, я вытерла руки о платок и снова подошла к окну.

Они втроем сидели кружком у костра. Дети внимательно слушали Лейстера, а он что-то увлечённо рассказывал, показывая руками.

– Лейстер… – прошептала я в пустоту. – Почему ты всё испортил?

И как теперь переступить через гордость?

Никогда не смогу.

От нечего делать я принялась наводить порядок в доме, хотя и без того было чисто. Перемыла посуду, подмела, поправила подушки на диване.

Потом прислушалась. Стало подозрительно тихо.

Я вышла на крыльцо. Где все?

И в ту же секунду ко мне со всех ног бросилась Мири, крича во всё горло:

– Мама! Быстлее! На папу лазбойник напал! Он ланен!

38

На миг у меня потемнело в глазах.

– Какой ещё разбойник? – спросила не своим голосом.

– Настоящий! – выпалила Мири. – Папа ланен! И весь в клови! А лазбойник убежал!

– Где Крис? Живо домой и закройте дверь! – скомандовала.

В голове все это не укладывалось. Но если и правда…

Я мигом бросилась из дома. Бежала не разбирая дороги, цепляясь ногами за корни. А в голове только одна мысль:

«Только бы живой!»

Я вылетела на поляну и замерла. Лейстер лежал на земле. Белая рубашка на груди была залита красным. Настолько ярким, что у меня потемнело в глазах.

– Лейстер!

Я упала рядом на колени. Руки дрожали так сильно, что я едва смогла коснуться его лица.

– Лейстер… пожалуйста…

Горло перехватило.

– Не смей… не смей умирать…

Я даже не заметила, что плачу. Слёзы уже текли по щекам.

– Ты не имеешь права… Я ещё не простила тебя, дурак. Я ещё не сказала, как сильно ненавижу тебя… и как сильно люблю.

Мои пальцы вцепились в его рубашку. В этот момент его рука вдруг поднялась и накрыла мою ладонь. Я застыла.

– Кажется… разбойник оказался не таким уж опасным, – прошептал Лейстер.

Я уставилась на него. Провела пальцами по его груди. Красное пятно оказалось липким и пахло малиной.

Несколько секунд я просто сидела и смотрела на свои пальцы, испачканные в ягодном соку. Потом меня накрыла такая ярость, что захотелось придушить его собственными руками.

– Ты…

– Жози…

– Ты идиот!

Я ударила его в плечо.

– Самовлюблённый! Бесчувственный дракон!

Он поймал мои руки. Прижал к своим губам, не спуская с меня сияющего синего взгляда.

А я понимала лишь одно, что действительно поверила. И безумно испугалась из-за того, что потеряю его. Навсегда.

Лейстер смотрел на меня так серьёзно, что сердце снова забилось быстрее.

– Ты испугалась за меня, – тихо произнес, целуя мои пальцы.

– Любой бы испугался, – я отвела взгляд.

– Нет.

Его пальцы осторожно коснулись моей щеки. Стерли слезу.

– Не любой.

И тут вся моя решимость окончательно треснула. Потому что невозможно врать человеку, когда он смотрит вот так. Словно ты для него весь мир.

– Я ненавижу тебя, – прошептала я.

– Знаю.

– И ты всё испортил.

– Знаю.

Он говорил это так спокойно, что снова захотелось его ударить. Но вместо этого я всхлипнула, не в силах держать в себе накрывшие меня эмоции.

И в следующую секунду его губы коснулись моих. Нежно, но настойчиво. Сминая сопротивление. Ладонь легла на мой затылок, привлекая ближе. И столько было страсти в этом поцелуе, и так безумно вкусно пахло малиной.

А потом вокруг раздались восторженные вопли.

– Урааааа!

Мы одновременно отпрянули друг от друга. Крис и Мири стояли рядом и хлопали в ладоши.

– Я же говорил, что получится! – подпрыгнул Крис.

– Желание лаботает! – радостно заверещала Мири.

– Так это вы все подстроили? – я грозно свела брови.

– Вообще-то я ждал Мири, чтобы она излечила меня, – усмехнулся Лейстер, – но так даже лучше вышло.

Потом поднялся на одно колено. И вдруг достал из кармана маленькую бархатную коробочку.

У меня перехватило дыхание.

Он открыл её. Внутри лежало моё кольцо. То самое, которое я сняла три года назад.

– Жозефина. Я знаю, что причинил тебе боль. Знаю, что обманул твое доверие. И знаю, что никакими словами этого не исправить.

Он сглотнул.

– Но, если ты позволишь… я хочу провести остаток своей жизни, доказывая тебе, что достоин второго шанса.

Мои глаза защипало.

– Лейстер…

– Останься со мной.

Он протянул кольцо.

– Я люблю тебя. И наших детей. И больше всего на свете хочу, чтобы мы стали семьей по-настоящему.

Позади раздался громкий шёпот Мири:

– Мама, соглашайся.

– Пожалуйста, Жози, – тихо попросил Крис.

Я рассмеялась сквозь слёзы. А потом посмотрела на мужчину, которого любила несмотря ни на что. И чувствовала, как последние остатки обиды тают, словно лёд под весенним солнцем.

Я протянула ему руку.

– Хорошо… Давай попробуем ещё раз.

Лейстер надел кольцо мне на палец, а потом притянул меня к себе и снова поцеловал. Медленно, глубоко, с такой любовью, что у меня закружилась голова.

А рядом радостно кричали и хлопали в ладоши наши дети.