Текст книги "Мой личный дракон (СИ)"

Автор книги: Рина Вергина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Мой личный дракон

1. Аня

Во сне я вижу оживленную улицу, по которой с высокой скоростью мчатся машины. Дома, из окон которых приветливо льется теплый свет. Яркие витрины магазинов и неоновые вывески. В уши вливается звук клаксонов проносящихся автомобилей и гомон беспрерывно текущего мимо меня ручейка людей.

– Аня, все в порядке? – доносится до меня голос Антона.

– Все замечательно. Просто я такой страшный сон видела, будто бы попала в другой мир и меня объявили ведьмой. Представляешь? А потом отвезли на суд к дракону. Привидится же такое…

Я беззаботно хохочу, и Антон смеется со мною вместе. Крепко обнимает, оплетая руки на моей талии, и я утыкаюсь лбом в его крепкое плечо.

Все так реально.

Я не хочу просыпаться.

***

– Давай, пошевеливайся, – хозяйка таверны вручила мне поднос со снедью, и кивнула головой на лестницу, ведущую на второй этаж, – его сиятельство ждет.

Я приняла поднос и, громыхая тарелками, поднялась наверх. Прошла по коридору прямо, до нужной комнаты. Постучала в деревянную дверь носком грубого башмака.

– Войдите, – раздался из-за двери грубый голос.

Толкнув бедром легко распахнувшуюся дверь, вошла в небольшую комнату. Кровать, стол возле окна, вот и вся мебель. При этом комната считалась одной из лучших в этом заведении. На кровати пышная перина, на столе масляная лампа под стеклянным колпаком, рядом стул с мягкой обивкой. Но вот проход между стеной и кроватью слишком узкий. Иду аккуратно, придерживая поднос обеими руками.

На кровати вальяжно сидит грузный мужчина. Я быстро прошмыгиваю мимо него, с облегчением водружаю тяжелый поднос на стол. Хочется побыстрее покинуть комнату. Краем уха слышу, как скрипнула кровать, тяжелую поступь ног за спиной.

Сердце тревожно екнуло.

– Что принесла, красавица? – пробасил над моим ухом грубый мужской голос.

– Ребра, тушеные в вине, мясной пирог, кувшин с пивом, – начала я перечислять расставляемые на столе яства.

– Выглядит неплохо, – тяжело дыша мне в затылок, проговорил мужчина и его фраза явно не относится к стоящим на столе кушаньям.

– Останься со мной, – слышу я его приглушенный голос, – я тебя отблагодарю.

– Отпустите меня, пожалуйста. Мне идти надо. Хозяйка ждет, работы очень много, – прошу как можно жалостливее.

Я разворачиваюсь и встаю к мужчине лицом к лицу. Его глаза маслянисто блестят из-под густых бровей, а губы изгибаются в похотливой усмешке. От мужчины разит кислым потом и вином. Понимаю, что просто так он меня не отпустит, да и хозяйка наверняка с умыслом меня к нему послала. Ублажить состоятельного клиента здесь в порядке вещей. Наверняка отблагодарит щедро. И меня и хозяйку за гостеприимство. Обычно трактирные служанки от такого не отказываются.

– Я договорюсь с хозяйкой, не обижу, – полные губы мужика кривятся в мерзкой усмешке. Так и хочется дать ему по морде. Закатить оплеуху.

Точно просто так не отпустит – проносится в моей голове. Силой возьмет, но не отпустит. Таким, как он, не отказывают. Наоборот, пытаются понравиться. Угодить. Денег много, выгодный клиент.

– Дайте мне пройти, пожалуйста, – делаю я попытку протиснуться мимо мужчины.

– Не спеши, – он хватает меня за руку. Напирает, вжимая мою поясницу в крышку стоящего позади стола. Огромные ладони шарят по телу сминая платье.

– Отпустите, – трепещу, как рыбка, пойманная в сети, в его руках.

Мужик нависает надо мной, пытается поцеловать. Тянется ко мне губами. Меня передергивает от отвращения. Накатывает ярость. Толкаю со всей силы руками в грудь, бью с размаха коленом в пах. И откуда только силы берутся…

Мужчина не ожидает отпора. Его руки отпускают меня, а сам он сгибается пополам. Охает и его губы выплевывают грязные ругательства в мой адрес. Пользуясь заминкой, со всех ног бегу к спасительному выходу. Громко хлопаю за собой дверью. Вихрем проношусь вниз по лестнице.

– Что-то ты быстро, – недобро поглядывает на меня хозяйка, когда я прохожу мимо нее.

– Господин сильно устал, хочет отужинать и лечь спать, – бормочу я, отводя взгляд.

Надеюсь, что все обойдется.

Убегаю на кухню, где меня ждет бадья с водой и стопа грязной посуды. Лучше это, чем носится с подносами по залу, где каждый второй мужчина норовит ущипнуть за зад или затащить себе на колени. А все кругом дружно гогочут, когда начинаешь сопротивляться. Никто не заступится.

Другие девочки более сговорчивые, на мужские шалости внимания не обращают. Всегда могут ответить шуткой или построить глазки понравившемуся посетителю в надежде на щедрые чаевые. Я так не могу. Не могу привыкнуть к такой жизни. Мечтаю скопить денег и перебраться жить в город. Возможно, там мне больше повезет. Ради этой мечты все это и терплю. Просто не вижу другого выхода.

Поздним вечером, перемыв всю посуду, возвращаюсь в свою крохотную коморку, что делю вместе с еще одной работницей. Девушки нет в комнате, и я невольно думаю, что она вполне может этой ночью греть кровать какого-нибудь господина.

Умываюсь холодной водой. Гребнем, со сломанным зубчиком, расчесываю волосы. Задуваю огарок свечи. Ноги гудят, и тело ломит от тяжелой работы. Не привыкла я так. В прошлой жизни все было по-другому. Но к чему теперь вспоминать.

Просыпаюсь от того, что мне нечем дышать. Чья-то потная ладонь зажимает мне рот. Нетерпеливые руки шарят по моему телу, задирают ночную сорочку. Я брыкаюсь, пытаюсь кричать, но звук моего голоса, как кляп, гасит рука на моих губах.

– Не трепыхайся, тебе же лучше будет, – слышу я хриплый мужской голос.

Ему вторит другой, более молодой, звонкий и дерзкий.

– Не захотела быть с нашим хозяином, значит терпи. Господину нельзя отказывать. А мы уж постараемся тебя проучить. Век помнить будешь.

Я сопротивляюсь. Кручусь изо всех сил, пытаясь вырваться из хватки сильных рук. Мне страшно. Паника и злость на свою беспомощность.

Кончики пальцев гудят, волна жара накрывает все мое тело. Я задыхаюсь. Меня бьет крупная дрожь, а тело разрывает на части. В оглушающей боли плавится каждая клеточка тела. Что со мной? Я умираю? Внезапно боль отступает. Вместо нее накатывает мощь. Я чувствую прилив неведомой силы, огненным маревом окутавшую меня, словно непроницаемым коконом. Супер-женщина – с восторгом вопит мое сознание. Страха нет, только ярость. Дикое желание снести все на своем пути.

Слышу полные боли крики своих обидчиков, чувствую резкий запах паленой кожи. Языки пламени лижут мою постель, перебегая на стену позади меня. Комната наполняется едким дымом.

– Ведьма! Ведьма!

Крики со всех сторон. Комнатушка наполняется людьми. Кто-то притащил ведро с водой и ее выплескивают на меня. Вода ледяная, вмиг пропитывает разорванную тлеющую на теле сорочку. Сила отступает, и я превращаюсь в прежнюю испуганную девчонку. Холодно и страшно. Хочется забиться в угол, спрятаться, исчезнуть, только не видеть вокруг эти лица, наполненные злобой и ненавистью.

Меня выдергивают из постели. Связывают за спиной руки и запихивают кляп в рот. Толкая в спину, выводят из комнаты.

– Девка-то ведьмой оказалась, – слышу я перешёптывания со всех сторон, – чуть всю таверну не спалила.

– В темницу ее.

– В клетку, и цепь на шею, чтоб не думала сбежать.

Меня выводят на улицу. Моросит мелкий дождь, волосы треплет колючий осенний ветер. Глинистая почва расползается под голыми ступнями, и я шлепаюсь в самую грязь, больно ушибив коленки. Меня дергают за волосы, поднимая на ноги и я снова плетусь вперед, не глядя по сторонам. Вокруг темно и лишь свет редких факелов освещают нашу процессию.

Вскоре слышится стук копыт. Приближается лошадь, тянущая за собой повозку с клеткой. Меня впихивают внутрь, развязывают руки и прицепляют к горлу кожаный ошейник, скрепленный цепью к прутьям клетки.

Падаю на дощатый пол, цепь натягивается и ошейник впивается в нежную кожу. Еле могу дышать. С отвращением вытаскиваю кляп изо рта и вдыхаю полной грудью ледяной воздух. Обхватываю себя руками, пытаясь хоть как-то согреться. Повозку нещадно трясет на ухабах, а ветер сквозь прутья клетки нещадно треплет мне волосы.

Неужели все это происходит со мной? Это все сон. Ужасный сон. Мне просто нужно проснуться.

Закрываю глаза, пытаясь представить дом, теплые лучи солнца, бьющие в окно, мягкую постель и пушистое одеяло. Чашку ароматного чая и кусочек пирожного. И конечно-же Антона рядом. Представляю, как он обнимает меня и шепчет:

– Все хорошо, малыш.

– Эй, просыпайся, – цепь дергается, заставляя меня подняться. Ноги затекли, и я едва переставляю их при каждом шаге.

Меня заводят в полутемное помещение с низким потолком. Ведут по щербатой лестнице вниз. Дальше по каменному коридору со множеством узких дверей. Отпирают крайнюю дверь и толкают внутрь.

Камера узкая и темная. Запах тления и плесени. Над самым потолком маленькое оконце. Я шарю по каменной стене, обследуя пространство. Три шага и противоположная стена. Охапка полусгнившей соломы в углу.

Сажусь в изнеможении, привалившись спиной к холодному камню. Подтягиваю колени к груди. Тело бьет дрожь – от холода и ужаса той ситуации, в которой я оказалась. Тихонько плачу, размазывая по щекам слезы.

Постоянно задаю себе вопрос – почему я? Почему именно я оказалась в этом месте?

Как здесь поступают с ведьмами? Сжигают на костре? Я не выдержу. Слишком страшно. Только не так. Хочется, просто заснуть и не проснуться. Хочется, что бы все побыстрее закончилось. Я слишком устала и перестала надеяться на чудо.

За мной приходят рано утром.

Тюремщик хватает меня за цепь и волочет к выходу.

– Куда? – хриплю я.

– К дракону, – гогочет тюремщик, резко дергая за цепь. Я шатаюсь, едва устояв на ногах, бросаю в его сторону пронзительный взгляд.

– Закрой ей лицо, – говорит тюремщик кому-то, стоящему за моей спиной.

Вмиг стало темно.

Мне на голову водрузили грубый мешок, пахнущий сыростью и гнилью.

К дракону?! Вот теперь мне становится по-настоящему жутко…

***

Опять повторяется мое ночное путешествие. Клетка с узкими прутьями, тряская дорога и ледяной ветер, обжигающий кожу.

Казалось, что дороги не будет конца. Что я умру в этой клетке, так и не достигнув конечной точки моего путешествия.

Меня везут к дракону – сказал тюремщик.

Я почти ничего не знаю о драконах. Их очень мало, и они недосягаемы. Хранители власти и защита земли от темной магии. Я лишь раз наблюдала в небе полет дракона, сверкающего в лучах солнца серебристой чешуей. Он парил в воздухе, играя с потоками ветра. Огромные перепончатые крылья, мощный хвост и длинная изящная шея. Это было так сказочно, что я долго смотрела в небо не в силах поверить своим глазам.

И сейчас я окажусь с одним из них лицом к лицу. Хотя, наоборот, увижу хищную морду, которая может за раз проглотить меня. Может быть, поэтому я и нужна дракону. Ведьма на завтрак.

Повозка останавливается. Меня выдергивают из клетки и ведут, как животное на привязи, постоянно дергая за цепь, чтобы поторапливалась. Мне ничего не видно, я едва дышу, окутанная смрадом холщевого мешка. Пальцами ног ощущаю гладкие каменные плиты, по которым бреду, почти не спотыкаясь.

Чувствую тепло. Меня ввели в помещение и тело сразу обдало нагретым, душным воздухом.

Чья-то рука надавила на плечи, ставя меня на колени. С лица содрали мешок, и я выдохнула, выталкивая из груди смрадный воздух. Приподняла голову, оглядываясь.

Небольшая зала с ярко-пылающим камином между двух высоких арочных окон. От него идет живительное тепло, такое жаркое, что наполняет собой все клеточки моего продрогшего тела.

Тяжелые шаги за спиной. Я замираю, втягиваю голову в плечи. Дрожу, но уже не от холода, а от липкого страха.

Обойдя меня, передо мной останавливается мужчина. Изогнутые, на манер арабских, носы кожаных туфлей. Широкие темные штаны. Чуть приподняв голову, я натыкаюсь взглядом на сияющую серебром пряжку ремня в виде драконьей головы с распахнутой пастью. Пряжка крепится на широком ремне, опоясывающую черную тунику, расшитую по краю серебряными нитями.

Опасаюсь поднять голову вверх, посмотреть в лицо мужчины. Он неподвижно стоит надо мной, и я кожей чувствую его пристальный взгляд.

– Подними глаза, ведьма, – слышу я властный голос.

Задираю голову. Дракон. Пусть в человеческом обличье, но я ощущаю идущую от него силу. Ему невозможно сопротивляться. Я безропотно сделаю все, что он хочет.

У мужчины бледное лицо и на его фоне темные глаза кажутся ярче, словно два черных омута, глядя в которые легко потерять себя. Яркие, чувственные губы, острые скулы. Серебро длинных, разметавшихся по плечам волос.

Он не нравится мне, не кажется привлекательным. Скорее пугает, но я завороженно смотрю, не в силах отвести взгляд.

– В тебе много силы, – в глубоком голосе мужчины чувствуется интерес.

Я молчу, но от меня и не ждут ответов. Это и к лучшему. Моя история слишком невероятна, и я даже под пытками не скажу, откуда во мне магия. Я просто не знаю.

– Отдашь мне свою силу, ведьма.

Не вопрос, скорее приказ.

– А потом ты убьешь меня? – чуть слышно спрашиваю я.

– Нет. Возможно, даже, оставлю жить в замке, – снисходит до ответа дракон, – при условии, что твоя сила сможет восстанавливаться. От тебя мне нужна только магия. Отдашь добровольно, останешься в живых и получишь мою защиту.

– А взамен ты будешь забирать мою силу? – уточняю я.

– Только силу. Ты сама меня не интересуешь.

Ирония в его словах.

– Протяни мне свои руки. Смотри в глаза.

Подчиняюсь. Протягиваю руки, ладонями вверх. Дракон касается меня, обхватывает запястья длинными пальцами.

– Не сопротивляйся, – шепчут его губы.

Мое тело пронзает боль. Кажется, что из меня вытягивают жилы, выворачивают суставы, льют на обнаженную кожу расплавленное железо.

– Не сопротивляйся, – ревет грозный голос.

Я не могу. Все противится внутри от непрошеного вторжения. Ладони нестерпимо жжет, и я пытаюсь выдрать их из цепкого захвата.

Это все сон. Я проснусь, и ничего этого не будет. Нет боли и страха. Это все происходит не со мной.

Твержу я словно заклинание.

Тело выгибает от приступов боли, а разумом я вижу свой дом, лучи солнца, проникающие в распахнутое окно комнаты…

Проваливаюсь в темноту.

Когда прихожу в себя, то замерев, прислушиваюсь к звукам окружающего мира. Нестерпимо болит голова, жжет ладони, в глазах, словно песок насыпан.

До меня доносятся звуки внешнего мира.

Далекие голоса. Слов не разобрать, но явно слышится смех, шум от проезжающей под окнами машины, сигнал клаксона, трель телефона.

Я резко подскакиваю на постели, разлепив тяжелые веки.

Этого просто не может быть!

Огляделась, наткнувшись взглядом на знакомую вязь цветочных обоев, слегка приоткрытое окно в комнату, через которое проникают яркие лучи солнца. Кровать. Моя кровать. Мягкое одеяло, словно белая пена, укутывает меня. Все же сон. Кошмар. Я выдыхаю, выпростав из-под одеяла руки. Серые от грязи, с обломанными ногтями. Откидываю одеяло, обозревая рваную сорочку, сбитые в кровь колени. Пусть так. Главное, я сейчас дома. Успокоиться. Помыться. Поесть.

При мысли о еде жалобно заурчал желудок.

Я вылезла из кровати и поплелась на кухню. С замиранием сердца распахнула дверцу холодильника. По моим ощущениям я провела в другом мире не меньше двух месяцев, интересно, здесь прошло столько же времени? Но нет, продукты радовали своей свежестью. Возможно, стала более черствой на вид головка сыра и слегка повяла зелень.

Поесть или помыться?

Срочно узнать день недели!

Я вернулась в комнату и, найдя на тумбочке телефон, взяла в руки. Индикатор зарядки практически на нуле, но мне хватит времени посмотреть самое главное.

Итак. Сегодня воскресенье. Почти вечер. Девять пропущенных от Антона, три от мамы и один от Вики, моей лучшей подруги. Меня не было два дня. Это радует, перед Антоном могу оправдаться тем, что срочно уезжала к родителям на дачу. Лес. Плохая связь. Расскажи кому, про то, что со мной было, никто не поверит.

Но сначала ванна, потом еда. Перезвоню маме. Напоследок долгий разговор с Антоном.

Набираю горячую воду в ванну, такую, что едва можно терпеть. Так хочется побыстрее смыть с себя всю эту грязь.

Безжалостно рву на себе сорочку. Обрывки в угол, потом в мусорное ведро.

Лежать в ванной, нежась в горячей воде с ароматной пеной ужасно приятно. Тру мочалкой кожу, сильно-сильно, пока она не становится привычного светлого оттенка. Лишь ладони никак не получается оттереть. Всматриваюсь в сизые линии, неровной кляксой покрывающую внутреннюю поверхность левой ладони. Они не сходят, сколько их не три. Словно татуировка. Печать. Неизвестный мне символ, похожий на закругленную спиралью арабскую вязь. Проник под кожу, растекаясь мутным ручейком.

Я не знаю, что это значит. Еще вчера точно не было. Получается, символ возник после того, как к моим рукам прикоснулся дракон.

Очень надеюсь, что это ничего не значит.

Успокаиваю себя тем, что я в своем мире, а значит в безопасности.

2. Рей

– Сир Рэйнглиф, вам нужен покой, ну зачем вы встали с постели, – бежит с причитаниями вслед за мной лекарь.

– Со мной все в порядке. Ты же знаешь, Вирджел, если я не явлюсь на совет семи, но это вызовет кучу вопросов…

– Но если вы туда явитесь, то появятся вопросы к вашему внешнему виду. Невооруженным глазом видно, что вы больны…

– Уж лучше так, чем совсем не явиться. Лучше приготовь мне свой чудодейственный эликсир. Надеюсь, это даст мне достаточно сил продержаться до завершения совета и вернуться назад в замок.

– А потом пару дней будете мучатся от отката, – взвыл за моей спиной Вирджел.

– Уж лучше так…

Я дошел до края стартовой площадки. Сердце гулко стучит в груди, а дыхание сбилось. Я стою, чуть согнувшись, упираясь ладонями в бедра. Делаю глубокий вдох. Надо собраться. Никто не должен заподозрить, насколько я ослаб. Иначе сметут в первом же поединке за власть.

– Сир Рэйнглиф…, Рэй, ваш эликсир, – Вирджел протягивает мне склянку с прозрачной тягучей жидкостью. Я опрокидываю ее в рот. Закрываю глаза, представляя, как сила окутывает меня, наполняет могуществом каждую клеточку моего тела.

Распрямляю спину, напрягаю мышцы – чувствуя их мощь. Энергия быстрым потоком наполняет меня, так, что хочется бегать, пуститься в пляс…, да я способен сейчас горы свернуть.

Скидываю с себя полностью одежду. Раскидываю в стороны руки и разбежавшись, отталкиваюсь от поверхности, чтобы в следующую минуту взмыть в воздух, рассекая небо серебром крыльев.

Мне повезло хотя бы в том, что до замка высшего дракона Файлиха, где проходил совет семи, лететь было не очень далеко. К полудню я приземлился на площадке перед замком, а встречающий меня слуга с готовностью протянул мне тяжелый, из дорогой парчи халат и мягкие башмаки. Меня сопроводили в комнату, где я смог переодеться в более уместную для совета драконов одежду – брюки и свободную рубашку. После этого в большой зал, где накрыты столы с угощениями. Можно расслабиться, переброситься парой слов с лордами, а уже потом начать совет.

– Что-то ты припозднился, мой мальчик, – встречает меня Файлих. Он самый старший из семи лордов и, как мне кажется, всех больше ко мне расположен. Впрочем, это скорее из-за того, что в молодости он крепко дружил с моим дедом.

– По мне, так в самый раз, – беззаботно откликаюсь я, занимая место за общим столом, – как раз к самому совету. Не люблю пустую болтовню.

– Это ты зря, – откликается сидящий напротив меня Айрин. Он ненамного старше меня, но амбиций в нем с лихвой. Он не из тех, к кому стоит поворачиваться спиной, – надо быть в курсе жизни соседей. Интересоваться, что происходит за пределами твоего захолустья.

– Что же я пропустил такого важного? – протягиваю я с ленцой в голосе. Мне удобна такая позиция, некого шалопая, лишенного стремления демонстрировать свою силу. Тем более, что по факту и демонстрировать нечего.

– Аэрис нашел свою истинную. Мы как-раз закончили обсуждать подробности его поисков.

Аэрис? Я непроизвольно взглянул в его сторону. Он самый молодой из нас. Получил место в совете пару лет тому назад. Почти юнец. Смог доказать, что достоин быть хранителем ключа и стать правителем своего королевства. Пошел против отца. Бросил вызов и в поединке забрал себе право на власть. Но встретить в его возрасте истиную – это почти невозможно. Сродни чуду. Из всех семи высших драконов встретить истинную посчастливилось лишь двоим. Да и то, после очень долгих поисков.

Аэрис ответил на мой взгляд блаженной улыбкой. Он может не беспокоиться за будущее своего рода. С истинной появятся наследники, продолжение истинных драконов. Будет кому передать ключ.

Узнать бы, как ему это удалось. В отличие от него, у меня совершенно нет времени. Сколько я смогу еще продержаться. Год? Хорошо, если так.

– Не посвятите в подробности, – с равнодушным видом тяну я.

– Я встретил ее совсем случайно… – откликается Аэрис. Было видно, как ему приятно наше внимание, и он не прочь еще раз посмаковать подробности соединения с истинной.

– Я зашел в хлебную лавку. Знаете, на витрине были выставлены горы калачей и плюшек. Я и сладкое особо не люблю, а тут, словно потянуло. Она стояла за прилавком, помогала отцу. Я сначала и внимание не обратил. Кессия, моя истинная, сначала показалась мне обычной девушкой. А потом присмотрелся и глаз не смог отвести. Стою, как истукан. Не понимаю, зачем зашел. Лавочник и его дочь перепугались. Наверняка дракона никогда так близко не встречали. Я попросил лепешку. Кессия подала. Наши руки соприкоснулись. Всего на миг. Ладонь резко обожгло. Я и внимание не обратил на боль, а Кессия закричала. Посмотрела на ладонь, а на ней отпечаталась метка. На моей такая же. Вот и вся история. Сейчас Кессия в моем замке. Под охраной. Свадебная церемония сразу после моего возвращения с совета.

– Занятно, – хмыкнул я, – это очень большая удача. Прими мои поздравления.

Интересно, где же скрывается моя истинная? Может быть, живет в какой-нибудь глуши, помогает родителям по хозяйству. Так просто и не найдешь. Не будешь же всех молодых женщин за руки хватать. Но как еще встретить, ума не приложу. Время почти на исходе.

Сразу после обеда началось заседание. Все в конечном итоге сводилось к тому, что каждый бахвалился своей силой. Хвастовством, сколько темных магов удалось изловить. Темная магия врат питает своей силой магов. Маг – это враг. Поэтому все сводится к тому, чтобы удержат темную силу врат и не дать расползтись по миру магии.

– У всех хватает сил удержать врата? – пробасил Файлих, и при этом задержал взгляд на мне. Или мне показалось? Признать, что я болен, значит признать свою слабость. И кому от этого будет легче. У нас сейчас мало по-настоящему сильных драконов, способных удержать врата. У Мойзеда и Рейнала сыновья слишком малы. Мне они точно не соперники, даже в моем теперешнем состоянии. Вызов мне бог бы бросить младший брат Мойзеда. Он силен и ему тесно в замке брата. Но пока никто не догадывается о моем состоянии, я могу играть роль взбалмошного истинного дракона, которому плевать на мнение о своей персоне. Я могу это себе позволить. У меня еще хватит сил удержать замок. Удержать врата. Но время неумолимо истекает.

К концу совета, под гомон вьющихся вокруг меня голосов начинает нестерпимо болеть голова. Я притворно широко зеваю, закрываю глаза, откинувшись на спинку кресла. Через пару минут начинаю издавать громкий храп.

– Рейнглиф, – доносится до меня сердитый голос Файлиха, – имей уважение к совету. Ты ведешь себя как мальчишка.

– Молю, давайте закончим на сегодня, – я резко выпрямляюсь и одариваю совет широкой улыбкой, – у меня в замке появилась новая служанка. Мне не терпится ее испытать. Я ей обещал преподать несколько уроков этикета сразу после моего возвращения с совета.

– Рейнглиф! – Файлих укоризненно покачал головой.

– Может быть и правда закончим на сегодня, – поддерживает меня Аэрис.

Файлих недовольно кряхтит и делает взмах рукой в направлении выхода. Мне больше ничего не надо. Вскакиваю со своего места и раскланиваюсь с каждым из истинных драконов. Церемонии соблюдены, теперь можно покинуть совет.

Я плохо помню, как возвратился назад, домой. Половину пути еще ничего, хватало сил ловить ветер и нестись по воздушным потокам в нужном направлении. Потом резко потемнело в глазах. Мне только не хватало обернуться в воздухе, потерять крылья и камнем упасть на землю. «Достойный был бы конец для высокородного дракона» – хмыкнул я про себя. Лететь еще прилично, в человеческом обличье точно несколько дней в пути. Надо держаться. Но выходило плохо. Крылья подгибались под тяжестью драконьей туши, волнами накатывалась слабость, закрывались веки, грозя унести меня в небытие. Держался на чистом упрямстве. Я должен добраться, долететь… Я дракон… Я сильный… Я смогу…

Но все же едва удержался на ногах, приземлившись на самый край площадки. Упал навзничь, тяжело дыша. Надо подняться. Сейчас подойдут слуги, никто не должен видеть мою слабость. Если только Вирджел. Он мой лекарь, от него ничего не скроешь.

Топот ног по коридору. Нужно встать на колени. Отдышаться. Медленно выпрямить спину, распрямить ноги. Успел.

Вирджел с двумя лакеями. В руках у слуг шелковый халат и мягкие туфли. У Вирджела бокал с питьем. Я молча облачился в принесенную слугами одежду. Почти не дрогнувшей рукой принял от лекаря бокал с отваром. Выпил до дна. Настой слабый, но много мне и не надо. Лишь твердой походкой дойти до своих покоев. Лечь в постель и провалится в забытье. Откат от эликсира уже вовсю начинал действовать.

Я не выходил из спальни почти сутки. Провалился в тьму, едва моя голова коснулась подушки. Когда открыл глаза, догорал день следующего дня.

– Как вы, сир? – мягко прозвучал надо мной голос Вирджела.

Я приподнялся в постели, поводил плечами, разминая затекшие мышцы спины. Накатила слабость, голова, как чумная. Но это всегда так, после отката. Пройдет. Хорошенько поесть, выйти на свежий воздух. В спальне слишком душно от ярко пылающего камина.

– Все в порядке. Пусть накроют ужин, – распорядился я.

Вирджел согласно кивнул головой и выскользнул из комнаты. Я подошел к окну, распахивая створки. Глоток свежего холодного воздуха, вот что мне сейчас крайне необходимо.

За ужином я попросил Вирджела остаться со мной, разделить трапезу. Задал мучавший меня вопрос:

– Как ты думаешь, сколько мне осталось? Как долго я смогу удерживать врата?

– С каждым днем ваше состояние все более ухудшается, сир. Год назад я бы дал вам лет пять. Но силы утекают намного быстрее, в тьма за вратами сгущается. Сейчас в вашем распоряжении нет и года.

– И что? Никакой надежды? Чудодейственного средства?

– Мы оба знаем, что силу вы можете добыть, лишь вытянув ее из мага. Да вот где их сейчас сыщешь? Последней была только лесная ведьма, что мы отыскали пару лет назад. Вы несколько раз почти досуха выпили ее силу. Те крохи магии, что остаются в ней, слишком долго восстанавливаются.

– Значит, надо лучше искать, – я в бешенстве хлопнул ладонью по поверхности стола, так, что жалобно звякнули столовые приборы, лежащие на тарелке, – что будет, если просочится тьма? Темная сила пробудится в телах просвещенных. Тогда новая война. Магам и драконам не ужиться вместе на это земле. Как не тебе, потомку темных магов это знать. Со мной ты в безопасности лишь потому, что твой род поклялся служить драконам.

– Мы ищем, – Вирджел пристально посмотрел мне в глаза. С вызовом. Но тут же опять потупил взор.

– А если я найду истинную? Это поможет излечить меня? Ведь еще не поздно, – с надеждой я посмотрел на лекаря.

– Это намного лучше, чем тянуть силы из ведьмы, – усмехнулся в бороду Вирджел, – только вопрос, где искать? Мы уже столько девушек просмотрели, вы, наверное, пожали тысячу рук.

– Значит что-то мы упустили. Но что, если она далеко? На другом конце света. Ты же можешь как-то соединить нас? Вирджел? Насколько сильны в тебе силы твоих предков?

– Не знаю, – Вирджел скептически качает головой, – надо посмотреть книги. Возможно, я что-то отыщу по интересующему вас вопросу.

– Вирджел, найди мне ее…, – я приказывал. Нет, скорее просил. Как старого друга детства. Товарища по шалостям, с которым мы вместе носились по мрачным подземельям замка, пугая слуг заунывным воем, воровали на кухне сладкие пирожки и в юности подрались из-за прелестной дочери мельника, что нравилась нам обоим.

Ночь, это время, когда я могу побыть самим собой. Сбросить маску внешнего благополучия.

Я прижал ладонь к груди. Туда, где чувствовал невидимый раскол, из которого тоненькой струйкой вытекала из меня сила. Вирджел предрек мне год. Год поисков, надежды и отчаяния. Если я не найду источник силы, то тьма заберет меня. Я не боюсь смерти. Меня страшит, что я не оправдал надежд своего рода. Отца. Перед ним я всех больше виноват. Если бы я его тогда послушал…

Я месяц экономил силы. Много отдыхал, пил укрепляющие настои и не оборачивался в дракона. Меня ждали врата.

Я поднялся по крутой винтовой лестнице на самый верх зачарованной башни. Вход в нее преграждает простая на вид дверь. Но открыть ее может только ключ, что я храню на своей груди. Вставляю ключ в замочную скважину и дверь распахивается, открывая моему взору врата.

Я всегда с содроганием смотрел на них. Сколько лет прошло, а никак привыкнуть не могу. Если бы не моя хворь, возможно все было бы по-другому. Но это узнать мне уже не суждено.

Две створки из потемневшего от времени дерева. Две выемки для ладоней на каждой из них. Ощущаю, как за створками клубится тьма, пытается выбраться наружу. Только моя сила может ее успокоить, отпугнуть жаром драконьей мощи, льющейся из рук.

Выдыхаю и касаюсь створок ладонями. Пальцы утопают в углублениях, в которые уже сотни лет погружали свои ладони многие поколения драконов до меня. Меня тянет к створкам, как магнитом. Я всем телом вжимаюсь в дверь, пытаясь устоять на ногах. Из ладоней утекает сила. Толчками, оставляя после себя опустошение. Тьма за дверью сосет мою жизнь, норовя выпить все, без остатка. Медленно отступает, наглотавшись драконьего жара. У меня едва хватает сил сопротивляться, не упустить момент, когда стоит оторваться, опустить ладони. Оставить себе хоть чуть-чуть.

Опять сутки я прикован к кровати. Тело бьет дрожь, а сознание проваливается во тьму. Пылающий огонь в камине долго не может согреть. Но все же постепенно все проходит, силы медленно, но восстанавливаются. Вирджел поит меня настоем, и мясным бульоном. Больше я пока ничего не в состоянии съесть. Когда я окончательно прихожу в себя, лекарь наклоняется ко мне и проникновенно шепчет:

– Я сделал это.

– Что? Не говори загадками, я сейчас слишком плохо соображаю.

– Я призвал истинную. С каждым днем она будет все ближе к тебе. Осталось только подождать, и судьба сама сведет вас.