Текст книги "Книга вторая. Сон-Явь (СИ)"

Автор книги: Рина Роззо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

   – Так, подождите, – перебила его Маринка. – Давайте со всеми вопросами вы перейдете на кухню, а остальные спать будут. Уже пятый час, а нам завтра рано вставать.

   – Ой, и правда, – забеспокоилась Галя, – Сев, ты домой или здесь остаешься?

   – Теть Галя, – ответила ей вместо Севочки Таня, – мы все здесь останемся, чтобы время не терять на переезд. А вы нам к восьми утра одежду принесите для школы, ладно?

   – И то дело, – согласилась Галя. – Девочки, вы не против? – повернулась она к Эстеле и Елене. Те согласно покивали головами. – А остальных мам мы в известность сами поставим. Говоришь – к восьми утра все собрать?

   – Да, тут до школы пару минут ходьбы, а привести себя в порядок и позавтракать мы за час все успеем.

   – А мы как же? – полусонно поинтересовалась Шурочка. Сашка уже откровенно дрых, привалившись боком к Сереже.

   – И с вами вопрос решим, не волнуйтесь, – пообещала ей Маринка. – Вас первых отвезем домой переодеться и в вашу школу на линейку.

   – А я? – вылез Веня.

   Маринка вздохнула. Вот же напасть! Взрослый парень, а никак от их юбок не отлипнет.

   – А тебе когда надо в училище быть?

   Веня пожал плечами.

   – Не знаю. Гвоздь должен был узнать... По-любому, показаться надо будет, но если опоздаю, то и... – Веня перехватил напряженный Мишкин взгляд, – не страшно.

   – Вот и отлично, – кивнула Светлякова. – Разбираемся с нашими линейками, а потом и твое училище посетим. Договорились? – обратилась она уже к остальным. Дети и взрослые дружно покивали головами. – А раз так, то освобождайте территорию. Будем укладываться спать. Сережка, неси Сашу в кабинет. Им с Шурочкой я на диване постелила, а ты, Севка, ляжешь там же, на надувном матрасе. Там тоже все готово. Девочки, мы в спальне на кровати. Тесновато, но нам не привыкать. Мальчики, а вы здесь устраивайтесь. Простыни и подушки я уже приготовила. Заберите в спальне.

   – И когда это ты все успела? – удивился Гарик.

   Маринка устало улыбнулась.

   – А пока Гришка тут речи толкал и сюрпризы устраивал, – Светлякова вздохнула. – Спать очень хочется. Давайте уже укладываться.

   – Конечно, конечно, – засуетился Виктор Лавочкин. – Давайте, мужики, на кухню перебираться. Нашим и так досталось, пусть хоть немного отдохнут.

   Все дружно поднялись и стали быстро передвигать мебель, помогать с постелями и переносить на кухню все лишнее. Захар лично проконтролировал, чтобы не забыли початую бутылку и прихватили из бара полную. Гришка заметил батины манипуляции со спиртным, но промолчал. Снятие стресса сегодня можно и не заметить...

   Когда ребята угомонились, а Виктор и Игорь ушли провожать женщин по домам, заодно прихватив с собой и Вовку Смирнова, мама которого в ультимативной форме потребовала сына домой, на кухне остались Стас, Сергей, Захар, Дмитрий, Фернан, Вячеслав, Томочкин отец, и Гришка. Последний очень хотел спать, но кроме него с Шесом никто не мог общаться, а без «энергетика», как мысленно стал называть бывшего ящера Рябкин, все обсуждение теряло смысл.

   Мужчины устроились за столом, а Гришка присел на подоконник.

   – Ну что? – поинтересовался Захар, разливая очередную порцию «стрессоукладчика». – Объявляю наше собрание открытым? Расслабляемся, мужики.

   – Погоди ты, – тормознул его Вячеслав, – что ты так зачастил? Мы сейчас так расслабимся, что ничего обсуждать не сможем. Стас, – повернулся он к Петрову, – с чего начнем? С Анны Сергеевны или что другое надо раньше обсудить?

   Станислав задумался.

   – Понимаете в чем тут дело, – закусил он губу, – ребята прикинули, что отсутствовали по местному времени не более десяти – одиннадцати часов. А на их Присоске прошло полных четыре месяца. То есть на данный момент времени Анна Сергеевна там сама уже почти два месяца. Я больше чем уверен, что с ней все в порядке, но... – Стас вздохнул. – Нельзя сбрасывать и тот факт, что она не выжила. – Рябкин-младший вскинулся, но Стас Петров примирительно поднял ладонь. – Гриша, я тоже верю, что она не погибла, но, по вашим словам, там очень сложно выжить в команде, а она осталась одна. Поэтому, вопрос с её возвращением будем решать в рабочем порядке, а сейчас более актуальны вопросы с близнецами и этим вашим пэтэушником. Все согласны? – обвел он взглядом «высокое» собрание. Мужчины согласно закивали. – Итак, прежде всего я предлагаю, чтобы Азаровы поселились у нас. – Гришка тут же запротестовал. – Погоди, Григорий, не суетись. Выслушай, что я хочу сказать. Моя жена все равно сидит дома и ей забота о детях в тягость не будет. Тем более что она мне уже плешь проела предложениями усыновить детей. Так что этот вариант она поддержит двумя руками. Я даже не упоминаю финансовые затраты, так как прекрасно понимаю, что ты, Гриша, с ними легко справишься. Но учти ещё и тот факт, что благодаря связям моего отца, вопрос с их опекунством я решу гораздо проще и быстрее. Таким образом, их «легализация» не займет много времени и усилий, что позволит нам больше времени уделить вопросу со строительством этого вашего «портала». – Стас вздохнул. – Не то, чтобы я совсем не верю в вашу историю, но, честно говоря, всё это выглядит настолько бредово, что я даже не представляю с какого боку тут начинать действовать. Что скажешь? – кивнул он Грише.

   – Погодите, дядя Стас, – замотал тот головой. – А как же с Веней?

   – А что с Веней? – вмешался в разговор Старостин. – Наверняка, на «Горьковской» были камеры наблюдения. Так что надо будет подсуетиться и слегка откорректировать записи. Заодно решим вопрос и по бабушке близнецов, и по вашему появлению в вагоне. Обращаемся к специалистам и близнецы, Веня и вся ваша компания на записи будут отсутствовать. Таким образом, решаем вопрос с исчезновением бабушки, Вениамина отделяем от его компании, а вас просто убираем из перечня пассажиров, пропавших вместе с вагоном.

   – А Анна Сергеевна как же? – не выдержал Фернан. – Если мы её вернем, то тогда надо затирать запись с её появлением в вагоне, а если нет?.. Тогда эта запись будет единственным доказательством её исчезновения.

   Сергей задумался.

   – А чего тут думать? – отмахнулся Захар. – Делаем две записи: одну предъявляем сразу, а вторую после испытания портала. Если он сработает, как надо, то она не пригодится, а если не сработает...

   – Угу, – усомнился Дмитрий. – Кто ж нам тогда поверит? И как ты собираешься вторую запись предъявлять? Типа, ребята плохо искали и пропустили важную часть?

   – Да наши органы всегда так топорно работают, что улики у них или пропадают, или внезапно находятся. Разом больше, разом меньше. Кто заметит?

   – Чего это «топорно»? – возмутился Сергей. – Если бы на нас не давили постоянно, то мы бы...

   – Стоп, мужики, – осадил спорщиков Вячеслав, – не о том речь. Вы так уверены, что мы построим этот портал, что уже рассуждаете о его работе. А я, например, тоже не представляю, как к такому строительству подступиться. А ты? – повернулся он к Станиславу.

   Петров вздохнул.

   – Честно сказать, я не верю, что нам удастся построить что-то путное. Нам неизвестны ни проект, ни материалы, ни сроки, ни условия срабатывания. Собственно, ничего не известно. Мои умельцы и по готовым проектам с заведомо известным результатом умудряются напортачить так, что оторопь берет. Что уж говорить по такому вопросу?.. Гриша, как ты собираешься все эти вопросы решать?

   Гришка пожал плечами с видом превосходства над взрослыми перестраховщиками.

   – Шес поможет. Он таких порталов за свою жизнь не один десяток построил.

   – А материалы где брать будем? – не успокоился Стас.

   – Ну, если они умудрялись строить такие сооружения на планетах со слаборазвитым обществом, то наша Земля, я думаю, может им предложить и необходимые материалы, и нужных специалистов. Правда, Шес?

   «Да», – согласился «энергетик». – «Но есть одна срочная проблема».

   – Какая? – насторожился Гришка. Все притихли, напряженно пытаясь понять, о чём идет мысленный диалог.

   «Я слишком быстро теряю энергию. Мне нужен накопитель. И как можно быстрее».

   – Вот... засада! – попытался ругнуться Гришка, но в последний момент сдержался. Он же обещал Анне Сергеевне, значит, должен следить за своей речью. – И какие условия?

   «Мозг не старше пяти-семи лет».

   И вот тут Гришка сорвался. От такого мата даже Захар опешил.

   – Гриш, ты чего? – ошалело поинтересовался он у сына, обхватившего руками голову.

   – Сейчас поймете, – глухо произнес тот. – Шес может нам помочь со стройкой, но у него есть проблема. Он теряет энергию и нуждается в накопителе.

   – Так в чем проблема? – удивился присоединившийся к компании Виктор Лавочкин, проводивший домой Севочкину маму и успевший забежать домой за одеждой сыну на утро. – Найдем ему аккумулятор помощнее и пусть подзаряжается.

   Гришка невесело хмыкнул.

   – Проблема, дядь Витя, в том, что аккумулятор должен быть живым, здоровым и не старше пяти-семи лет.

   Когда до мужиков дошло, то выматерился уже и Захар, остальные пришибленно молчали.

   – Так это ему ребенок нужен? – переспросил Старостин.

   – Угу, – буркнул Гришка, – они всегда подселялись только в детенышей.

   – Вот, гады! – завелся Захар. – Правильно, они там себя взорвали. Нечего таким сволочам на свете делать! Им ещё повезло, что они до нашей планеты не добрались, а то бы им полный п...ец пришел.

   – Погоди, Захар, не митингуй, – тормознул разошедшегося мужчину Фернан. – Даже если бы они к нам и добрались, не факт, что мы их вычислить смогли. Кто бы обратил внимание на нетипичное поведение детей где-нибудь в Африке или в Юго-Восточной Азии? Но дело не в этом. Гриша, повтори слово в слово, что тебе сказал Шес об условиях вселения.

   – Что ему нужен носитель не старше пяти-семи лет, – покорно повторил Гришка.

   – Так и сказал «носитель»? – допытывался Дюбуа.

   Гришка задумался.

   "Я сказал: «Мозг не старше пяти-семи лет», – педантично уточнил «энергетик».

   – Он говорит: «Мозг не старше пяти-семи лет», – послушно повторил Рябкин и тут же возмутился. – А какая разница?

   – Погоди, уточняй дальше. Он имеет в виду биологический возраст мозга или его психо– эмоциональный уровень развития?

   Гришка не успел и рта открыть, как Шес его опередил:

   «Уровень развития. Биологический возраст мне безразличен».

   Гришка послушно повторил слово в слово.

   – Вот, – поднял вверх указательный палец Фернан, – тут очень большое отличие, но не всякий его заметит.

   – Слышь, специалист по инопланетянам, – вмешался Захар, – не томи душу, быстро поясни, в чем разница.

   – А в том, – насладился эффектом Дюбуа, – что носитель не обязательно должен быть ребенком.

   – Да ладно, – отмахнулся Рябкин-старший, – у кого ещё мозг может быть таким?

   – А у того, что отстал в развитии, – терпеливо пояснил свою мысль доктор. – Или у того, кто уже опять возвращается в детство. То есть ему подходят как глубокие старики с нарушениями мозговой деятельности, так и те, кто остался не развитым. Другими словами, нам надо подыскать взрослого ребенка.

   – Сумасшедшего что ли? – выпал в осадок от такой перспективы Стас.

   – А что? – пожал плечами Дюбуа. – Выбор не плох и, что более важно в нашем случае, наиболее реален. Старики нам не подходят ввиду слабого здоровья и наличия родственников, а вот второй вариант наиболее предпочтителен. Нам надо найти взрослого, полноценно развитого мужчину, у которого серьезные проблемы с головой и нет близких людей. И, кажется, я знаю, где нам его отыскать. – Все замерли, Дюбуа наслаждался своим триумфом. – Позавчера у нас был вызов к одной сердечнице. Женщина, шестидесяти восьми лет, перенесла два инфаркта, а третий её доконал. Мы констатировали смерть и забрали тело в морг на вскрытие.

   – И... – поторопил Фернана Стас.

   – И у неё остался двадцатидевятилетний сын, инвалид детства с тяжелым умственным расстройством. Внешне никак не скажешь: здоровый парень с очень хорошо развитой мускулатурой, сильный – мать сам на руках вынес с третьего этажа! – но наивный, как маленький ребенок. Соседка говорит, что он в какой-то ремонтной шарашке чернорабочим подрабатывает. Мужики его хвалят, не обижают, по-своему заботятся, но они ему совершенно чужие люди, сам он жить не сможет. Соседка обещала сообщить какому-то дальнему родственнику, которого умершая просила позаботиться о сыне и на которого оформила завещание, но там какая-то мутная история. Вроде, тот родственник сначала пообещал, а потом отказался, и мать хотела переоформить завещание, но не успела. Пока мы парня оставили на эту соседку, но она его побаивается. Говорит, что на него иногда «находит», и он с катушек слетает. Пару раз его забирали в больницу на несколько месяцев, но всегда отпускали к матери под расписку. И вот теперь такую расписку давать некому, так что светит человеку дорога в «дурку», а так мы ему шанс дадим.

   – Какой шанс? – возмутился Вячеслав. – Мы ему в голову подселим инопланетное существо, оно его убьет и само займет тело. Вот уж счастье великое!

   – И что? – пожал плечами Дюбуа. – Парень и так нормально не живет, а в перспективе ему вообще пожизненное заключение грозит только за то, что он не такой, как все.

   – Ну, ты скажешь: «Пожизненное заключение», – не согласился Сунько. – Люди и в психушке живут.

   – Угу, – буркнул Фернан, – а ты знаешь – как они там живут?

   – Не знаю, – пожал мужчина плечами, – бог миловал от таких знаний, но я уверен, что...

   – Погоди, – остановил его Стас, – я согласен с Фернаном. Если этот парень такой, как ты его описал, то это наш шанс.

   – И ты туда же! – воскликнул Сунько. – Я категорически возражаю!

   – А я – «за», – поддержал мужчин Сергей. – Анна Сергеевна имеет шанс на спасение и если для этого надо будет пойти на крайние меры, то я поддерживаю такое решение. Тем более что мы его не убьем, а просто изменим. Кто с нами? – требовательно посмотрел он на остальных.

   Захар кивнул в ответ, Виктор тоже поднял руку, а Дмитрий задумчиво покачал головой:

   – Я бы так сгоряча не рубил, но если действительно нет другого выхода, то я поддерживаю большинство. Гриш, а ты что скажешь? Подходит вашему приятелю такой вариант? – повернулся он к парню.

   Ответом ему было тихое сопение. Гришка, привалившись плечом к стене, тихо посапывал во сне.

   – Уморился, сынок, – умилился от такой картины Захар. – Сейчас я его отнесу в комнату. Пусть отдохнет.

   – Не трогай, разбудишь, – зашипел на него Виктор. – Пускай тут спит.

   – Не, свалится ещё во сне, – не согласился Рябкин. – Лучше помогите.

   Мужчины аккуратно перехватили тяжелое тело, крякнули от натуги и бережно перенесли Гришку в гостиную, осторожно пристроив его на свободное место на полу. Умаявшийся парень не проснулся, даже когда отец избавлял его от обуви и шорт.

   – Ого, как их накрыло! – прошептал от двери Стас, разглядывая мирную картину спящих мальчишек. На диване, на полу, на составленных попарно креслах похрапывали, посапывали и уютно похрюкивали их взрослые дети.

   – Пошли, допьем остальное и покумекаем, как нам дальше жить, – выгнал всех Захар. – Чую, что эта бутылка будет у меня последней на неопределенный период жизни.

   – Да ладно тебе прибедняться, – подначил друга Виктор, – найдешь ты себе повод для расслабления, не переживай.

   Глава 5.

   Утро наступило слишком быстро, как для не выспавшихся ребят, так и для их отягощенных думами отцов. Спиртное давно закончилось, и мужчины поправляли здоровье крепким кофе. Даже в душ успели смотаться, чтобы прочистить мозги контрастным обливанием.

   Поскольку пить без закуски было плохо, то мужики под шумок уговорили голубцы, заботливо переданные Гришкиной мамой для голодных детишек. Голубцы улетели влет даже не гретыми, а Светлана Рябкина заочно удостоилась многих похвальных слов в свой адрес. Отчего Захар сиял новеньким гривенником, принимая в свой адрес похвалы его жене.

   И вот теперь мужчины неспешно смаковали по второй чашке крепчайший свеже сваренный кофе и лениво перекидывались словами, пытаясь прогнать сонную муть из мозгов. Скоро встанут дети, поэтому надо окончательно прийти в себя, чтобы достойно выглядеть на линейке в школе. А то позору не оберешься...

   Первой на кухню просочилась полусонная Танюша. Зевнув, она чмокнула отца в небритую щеку, пожелала всем доброго утра и потопала к плите ставить чайник.

   – Ты чего так рано? – посмотрел на часы Дмитрий. – Только половина восьмого. Вы ж собирались в восемь вставать.

   – Так я привыкла уже, – поежилась от утренней прохлады девушка. – Мы с Элькой за завтрак отвечаем. Сейчас и она подымется. Там со вчера ещё что-то осталось? – покосилась она на пустую кастрюлю в мойке.

   – Рагу и мясо ещё есть, немного, – смущенно заторопился с ответом Захар, почувствовав свою вину за съеденные голубцы. Что теперь детишкам на завтрак есть? – Ничего, сейчас смотаемся в магазин и прикупим еды. Ты только скажи чего надо?

   Таня пошуровала в холодильнике.

   – Яиц три десятка и пару литров молока. Я омлет сделаю с помидорами и вареной курицей. Ещё сдобные булочки не помешают, а то заводиться с выпечкой времени нет.

   – О, так я побежал, – кивнул головой Рябкин-старший. – Эльвирочка, доброе утро! – столкнулся он в дверях с сонной Элькой.

   – Доброе, – зевнула Грушина, – мамы ещё не объявлялись?

   – Рано, – покачал головой Стас, – я водителя к себе домой уже отправил. Звонил Игорь Рыжов, сказал, что он за вещами по домам к вам заехал и скоро будет.

   – Элька, ты курицу разберешь? – повернулась к Грушиной Таня с миской в руках.

   Элька кивнула, потом глянула на курицу и, зажав рот двумя руками, кинулась в туалет. Оттуда тут же донеслись характерные звуки рвотных спазмов. Мужчины повскакивали с мест, а из прихожей вернулся Захар.

   – Что с ней? – переполошился он. – Отравилась?

   – Или это последствия «переноса»? – запаниковал Вячеслав. – Остальные тоже так?

   Фернан сорвался с места и кинулся к Эльке. Та уже перебазировалась в ванную. Через несколько минут оттуда вышли смущенная девушка, салатно-зеленого цвета, и сильно озадаченный мужчина.

   – Ну что? – кинулись к ним остальные. Только Танюша осталась на месте, подозревая, чем вызвано это «отравление».

   – Всё в порядке, – отмахнулся от них Фернан, – «перенос» тут не причем. Хотя... – помешкал он, – в какой-то мере это и его воздействие тоже. Если посмотреть на это не с медицинской точки зрения, а в более глубоком, философском смысле.

   – Ты хоть сам понял, что сказал? – скептически уточнил Захар. – А если попроще...

   – А попроще тут уже не получится, – поморщился Фернан. – И если честно, то я бы сначала хотел переговорить со своим сыном. О, Амир, легок на помине!

   – Привет, па, – бодро откликнулся Амирчик, появляясь на пороге кухни. – Здрасьте всем. А чего это вы такие озабоченные? Случилось чего?

   – Угу, – буркнул его отец, – случилось. Ты ничего не хочешь мне сообщить?

   – В плане? – искренне удивился парень. – Вчера же все рассказали.

   – Всё? – ехидно уточнил Фернан. – Ничего не пропустили?

   – Вроде, нет, – пожал плечами Амир, лихорадочно соображая из-за чего на него такой наезд. И тут он обратил внимание на бледную Грушину. – Элька, ты чего такая квелая? Не выспалась?

   Танюша вздохнула. Вот почему до мужчин так туго доходят очевидные вещи?

   – Амир, ты припомни ВСЕ новости, которые надо сообщить родителям, – посоветовала она парню, характерно подвигав рукой над своим животом.

   Хорошо ещё, что стояла она за спинами мужчин и видеть её могли только Амир и его отец, который, по всей видимости, уже был в курсе того, что скоро станет дедом. Эти мысли, похоже, наконец-то посетили голову и Амира, потому что он позеленел не хуже Эльки, что не укрылось от взглядов стоящих перед ним мужчин.

   – О, – воскликнул Вячеслав, – и этот такой же становится. Фернан, ты ошибся, это эпидемия.

   Дюбуа-старший невесело хмыкнул.

   – Слава, поверь, моему сыну эта «болезнь» не грозит.

   – Папа, на твоем месте я бы не был столь самоуверен, – пробормотал Амирчик. – У нас уже были прецеденты.

   – Не понял, – опешил Фернан. – Ты пол сменил?

   – Нет, – шарахнулся от него сын, – но я знаю того, кто будучи мужчиной, оказался в таком же положении.

   – Так, не забивай мне голову всякой ерундой! – возмутился рассерженный родитель. – Быстро признавайся – твоих рук дело? – указал он на смущенную Грушину.

   – А если и моих, – дерзко вскинул голову Амирчик, пробираясь поближе к Эльке. – И если на то пошло, то не только рук, но и других частей тела.

   – Вот я бы тебе эти «другие» части тела запечатал бы лет на десять, чтобы не лезли куда не надо, – закипел Фернан. – Ты чем думал, когда...

   Закончить он не успел, потому что внимание окружающих переключилось на полуодетую Томочку, которая совершенно также, как и Элька, опрометью пронеслась в туалет. За ней торопился Сережа.

   – Угу, – дернул головой Захар, – значит, нет никакой эпидемии, а есть утренняя тошнота для отдельно взятых личностей женского пола. И что-то мне эти симптомы напоминают...

   До остальных тоже начало доходить. Вячеслав сглотнул, побагровел и стиснул кулаки.

   – Ты чего натворил, засранец?! – ринулся он на побледневшего Сережу.

   – Так, Слава, остынь, – встал перед ним Виктор. – Ребята нам сейчас все объяснят. Я уверен, что они...

   – Ты чего это меня успокаиваешь? – переключился на него Сунько. – Ты бы своего поганца успокаиваться научился. Думаешь, что он сухим из воды выйдет? Да я ему все лишние части тела на ноль помножу. Он же за мою девочку...

   – Погодите, мужики, – выдохнул Захар. – Это дело надо решать на спокойную голову. Мне вот сейчас другое интересно – кто ещё? – и он повернулся к Танюше. С квадратными глазами на неё уже смотрели Стас и Дмитрий.

   Таня гордо вздернула голову, повела плечами и отрицательно помотала головой. Петров-старший и Зверенко-старший одновременно облегченно выдохнули. Этот молчаливый диалог не остался незамеченным окружающими.

   – Так, – заключил Захар, – значит, вам, мужики, раннее дедовство не грозит. Интересно, я в вашей команде или... – вопросительно взглянул он на потенциальных папаш. Те дружно отвели взгляды. – Понял, не дурак – дурак бы не понял. Вот я этому умельцу мозги вправлю! – внезапно рассвирепел мужчина. – Взрослый, блин! Олигарх малолетний! А штаны застегнутыми держать не научился. Пропустите меня, я ему сейчас устрою утреннюю побудку, – рванулся он в сторону гостиной.

   – Захар, стоять! – рявкнул Старостин. – Не дело на детей наезжать. Сам подумай – они четыре месяца черт-те где жили. Шансов на возврат у них по минимуму было. Так что...

   – А ты нас не тормози, – поддержал Рябкина Вячеслав. – Я посмотрю на тебя, если твой Вовка такое отчебучит. Я все понять могу, но как нам СЕЙЧАС быть? Девкам школу заканчивать надо, а у них животы наверх попрут, что на дрожжах. Как выкручиваться будем? Вот, блин, попали так попали.

   – Пап, – вмешалась тихонько покинувшая ванную Томочка, – мы цивилизацию должны были возрождать. Кто же кроме нас, а? И Сережа тут не виноват. Мы вместе так решили. А если ты на него будешь нападать, то мы отдельно жить уйдем. Нам уже шестнадцать и нас поженят. Вот!

   – Уй, мля! – схватился за голову Сунько-старший. – Прародители, мать вашу за ногу! А ты подумала, что мы матери твоей говорить будем? – накинулся он на дочь. – Как ты её этим «сюрпризом» обрадуешь? Неужели не могли подождать до окончания школы? Куда торопились?

   – Так мы ж не знали, что нас обратно выкинет, – примирительно пробубнил Сережа, прижимая к себе Томочку и виновато косясь на своего отца.

   Виктор, в отличие от остальных отцов, не буянил, но и радости не проявлял. Видно было, что Лавочкин-старший о чем-то усиленно размышлял.

   – Чего это вы с утра пораньше разорались? – на пороге квартиры появился довольный Игорь Рыжов, обвешанный со всех сторон сумками, кульками и плечиками с одеждой. – И дверь у вас нараспашку. Я звонить хотел, когда заметил, что не закрыто. Вы что всю ночь так провели? Какая беспечность! – покачал он головой, сваливая часть груза на вешалку в прихожей. – Район у нас, конечно, не самый бандитский, но и у нас сволоты хватает. Так чего вы с утра шумите? – протиснулся он на кухню, водружая кульки на стол. – Девчонки, я на рынке яйца купил, молоко, творог, сметану и овощи, а булочки и хлеб тут рядом взял. Разберетесь, что на завтрак приготовить? Там на вешалке Гарика, Гриши и Амира костюмы, Маринки, Томочки и Танюшки платья, а остальное матери чуть позже подвезут. Эстела сказала, что она Эльке, Иришке и Севочке наряды захватит, а ты, Вить, сам сходи, а то мы договориться забыли. Да, букеты я выгружать не стал. Чего их туда-сюда таскать. Будем идти в школу, разберете.

   – Я уже принес, – кивнул Лавочкин-старший. – Сережа, в гостиной висит костюм, туфли в коробке в коридоре, а кулек с твоими умывальными принадлежностями в ванной на крючке.

   – О, – вскинул голову Игорь, – чуть не забыл! Я купил там на всех щетки зубные, пасту и станки одноразовые с гелями для бритья. Выбирал по своему вкусу, но, думаю, что на один раз сойдет. Чего стоим? Кого ждем? – обратился он к ребятам. – Времени у вас не так и много. Через полчаса родители подтянутся. Не протолкнуться будет.

   – Всем доброе утро! – в кухне появились бодрые Гарик, Мишка и Гришка. В туалете заполошенно хлопнула дверь.

   – А там кто? – лениво поинтересовался Захар.

   Гарик пожал плечами.

   – Иришка, кажется.

   – А-а-а-а, – протянул Захар, – и, видать, с тем же «диагнозом». Ну-ну... А ты, Игорек, нас не спрашивай: чего мы шумим, ты лучше своего отпрыска попытай на предмет не заявленных подарков. Чую, что и ты скоро к нашим воплям присоединишься.

   Игорь недоуменно покосился на Захара, а потом вопросительно кивнул сыну:

   – Гарик, а в чем дело?

   Рыжов-младший насупился и возмущенно зыркнул на Амира. Тот гневно зашипел:

   – Чего ты на меня смотришь? Я им ничего не говорил. Они сами догадались.

   – Угу, – мрачно буркнул не выспавшийся Гришка, – кажется, я тоже догадался. Гарик, твой папа вправе знать обо всех изменениях в своем семействе.

   – Интересно, – удивился Рыжов-старший, – а чего я не знаю? Со вчера, вроде, ничего такого не случилось. Ну, кроме вашего вояжа по неизведанным мирам. А так все в порядке. Пожара нигде не было, – пошутил он. – А что такое с Иришей приключилось? Отравилась?

   – Ага, – невесело хмыкнул Вячеслав. – «И так это на ней сказалось», что через девять месяцев ты дедом станешь.

   – Иди ты! – рухнул на табуретку Игорь. – Гарик?!

   – А чего сразу «Гарик»?.. – пробубнил парень, вздыхая. – И не через девять, а через семь.

   – Ну, вы даете, «попаданцы»! – выдохнул Игорь. – Провалились, блин, на другую планету! Нет, чтобы дорогу домой искать, как приличные дети, так они кроликов решили изображать, поганцы. И что теперь делать, мужики? – повернулся он к своим соратникам по общей проблеме.

   – Что-что? – пробурчал Захар, – Памперсы заготавливать. Вот же я, дурак старый, переживал, что мой охламон девочку упустит! А он не только не «упустил», но и подсуетился на будущее. Чего молчишь? – накинулся он на сына.

   Гришка пожал плечами.

   – А чего говорить? Всё ясно и без слов. Девчонки будут рожать, а нам надо подумать, как из этого выйти с минимальными потерями.

   – Скажите, какой умный! – деланно восхитился Захар. – И какие же это «минимальные» потери?

   – Закончить нормально школу, поступить в институты, воспитать детей, – перечислил Гриша. – И, в первую очередь, вытащить Анну Сергеевну.

   – Стратег, блин! – выругался Захар. – А вы подумали, как девчонки будут школу заканчивать с грудничками наперевес? И это я не говорю о скандале, который нас всех ждет. Неужели вы не понимаете, какой хай поднимется, когда узнают о беременности четырех старшеклассниц в одном классе? Вот вы капитально подставили свою любимую учительницу! Ей же теперь жизни не дадут. И это в том случае, если вообще с работы не попрут за халатность и педагогическую близорукость. И знаешь, Григорий, что-то я не уверен, что в такой ситуации Анну Сергеевну имеет смысл вытаскивать с другой планеты, – подытожил мужчина. – Там ей значительно спокойнее будет, чем ваши грехи разгребать.

   Гришка побагровел и насупился. Что ответить разгневанному родителю он не знал, тем более что и сам примерно также думал. Ну, кроме возврата Анны Сергеевны...

   – Стоп, – вмешался Старостин, – погодите. Я согласен, что ситуация аховая, но выход можно найти в любом случае. Просто мы сразу стали рассматривать наихудшие варианты, а надо проанализировать все в целом. Уверен, что мы найдем решение.

   – Поддерживаю, – заговорил Виктор. – Я вот что думаю, ближайшие пару месяцев ничего ещё не будет заметно. От чрезмерных физических нагрузок Сергей девочек освободит, так? – Старостин кивнул. – Ну, а до Нового года девочкам надо экстерном закончить школу. По уровню их подготовки им это вполне по силам. Согласны? – обвел он взглядом родителей. Те задумались. – Вот и я о том же, – продолжил Лавочкин, – если они исчезнут из школы до того, как станет известно об их «интересном» положении, то скандал удастся замять на корню. А до родов поместим их в какой-нибудь тихий санаторий или центр, в котором лежат роженицы. Я знаю, что в соседней области есть такой, но он очень дорогой. Я, в свое время, хотел жену туда положить, но по деньгам очень накладно выходило. Хотя, если б тогда знали, что так получится... – Виктор покаянно вздохнул. – Так вот, сейчас с деньгами посвободнее стало, так что материальный фактор для нас не решающий. Центр этот расположен на закрытой территории и там можно провести время до самых родов. Ну, а после родов и до поступления времени им хватит, чтобы прийти в себя и нормально продолжить учебу. Так что все хорошо будет и Анну Сергеевну надо возвращать. Тем более что она, как я понимаю, ни сном, ни духом о ваших фортелях. Я прав? – Ребята кивнули. – Вот так, а с детьми мы вам поможем. – Виктор улыбнулся. – И мысль о внуке меня совсем не пугает, а даже наоборот...

   – Змий ты, а не родитель, – возмутился Вячеслав. – Все он уже распланировал, а я как подумаю, какой скандал мне жена закатит, так хоть вешайся заранее. Ей перспектива стать бабушкой в тридцать шесть лет точно не по вкусу придется. Эх...

   – Папуля, – прижалась к нему Томочка, – а мы тебя к себе жить заберем, не дрейфь.

   – Куда это «к себе»? – возмутился Вячеслав, чмокая дочку в лоб. – Сами бездомные, а туда же. Нет уж, доча, никуда мы тебя не отпустим, пока ваш «папаша» не станет твердо на ноги. И внука я никому не отдам. Все равно Влада дома сидит, все ей веселее будет.