332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Реста Ребехар » Пара для дикого альфы (СИ) » Текст книги (страница 2)
Пара для дикого альфы (СИ)
  • Текст добавлен: 19 декабря 2020, 19:30

Текст книги "Пара для дикого альфы (СИ)"


Автор книги: Реста Ребехар






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

– Можно померять это? – обратилась к Зои и кивнула на понравившееся платьице.

– Но… – замялась фея, начала нервно перебирать пальчиками по бокам. – Это – дизайнерское платье, Амадео Селестино, коллекция этого года. Оно стоит больше двух тысяч.

– Сколько? – даже от такого комментария платье меньше привлекать не стало.

– Почти пятнадцать, – подала плечами фея, а я печально выдохнула. Да уж, за расхищение бюджета от брата мне может знатно влететь, но оно такое красивое… Просто настоящая летящая мечта, от которой отказаться так сложно.

– Снимите мне его, я померяю.

Что ж, не самое удачное решение, но так я хотя бы на несколько минут почувствую себя счастливой. Кто знает, может даже и куплю. Пусть мой брат знает, что я покорилась только из-за Филла, а остальное терпеть не намерена. Его сестричка осталась такой же строптивой, как и раньше и готова мстить за ужаленное самолюбие и лишение свободы!

– Вы уверены? – теперь вмешалась Сьюзен и как-то нервно посмотрела на меня. Но я-то уже была готова ко всему.

– Если я это сказала, значит, уверена, – сказала и быстро направилась в примерочную. Пока кураж не пропал…

Примерочные здесь были просторными, как небольшие отдельные комнаты. С трёх сторон стены были зеркальными, посередине стоял пуфик, ближе к двери – подставка с вешалками для одежды. Я поспешно разделась и натянула на себя роскошное платье. Пригладила волосы, успевшие растрепаться. Посмотрела в зеркало.

Оно отражало стройную изящную красотку. Лёгкий стильный блеск маленьких стразов отражался в глазах, заставляя их сиять, словно от предвкушения невероятного счастья. Даже слегка взьерошенные волосы лишь придавали шарма, будто их только что разлохматил любимый во время поцелуя. Сама не зная зачем, я стала кусать губы, чтобы сходство стало полным. А потом, не выдержав, вышла из примерочной под восторженные взгляды сотрудниц. Хотя что-то подсказывало, что они смотрели бы так на любую клиентку, способную принести им столько же денег.

Я повертелась перед ними в платье, пытаясь понять, удобно ли оно сидит, нигде ли не жмёт и не царапает швами. И неожиданно ощутила на себе ещё чей-то взгляд.

Это смотрели не сотрудницы. Я принялась крутить головой, ища, кто на меня пялится.

Искать долго не пришлось. Тот мужчина, который недавно вошёл в мужской отдел, неотрывно изучал меня.

Его взгляд был полон какого-то странного чувства… То ли затаенной страсти, то ли горечи, то ли мечты о несбыточном. А ещё в нем был скрытый огонь. Незнакомец продолжал пялиться, и мне показалось, что он раздевает меня глазами. Что, если бы ему дали волю, он бы сорвал с меня платье и… Чёрт, да что он себе позволяет! Если это тоже чей-то жених, который готовится к свадьбе, то он какой-то очень странный! Его невесте это явно не понравилось бы! Влюбленный мужчина не должен даже замечать, что существуют другие женщины, любимая для него заменяет весь мир! Оставалось надеяться, что это просто друг жениха, им ведь тоже нужны костюмы и какие-то аксессуары…

Окончательно смутившись, я схватила с вешалки первое попавшееся платье и поспешила скрыться в примерочной, чтобы хоть так спрятаться от этого страстного взгляда.

Выбор оказался неудачным. Я поняла это, стоило надеть платье. Оно оказалось облегающим. Не обтягивало меня как перчатка, а мягко струилось, подчеркивая все изгибы фигуры. Наверное, до сих пор я и не догадывалась, какая у меня тонкая талия и соблазнительный изгиб бедер… Чёрт! Так недолго и удалиться в самолюбование! В зеркале отражалась невероятно сексуальная и уверенная в себе женщина, которой я явно не была, и…

– Мисс? – донесся голос Зои. – Покажитесь же нам!

Она осторожно заглянула в примерочной, увидела, что я уже одета, и буквально вытащила меня наружу.

Незнакомец не ушёл. Наоборот, его взгляд стал ещё более откровенным. Он про путешествовал по моей груди, соски на которой напряглись от смущения и выпирали из-под тонкой ткани, заставляя меня сгорать от стыда. Потом задержался на талии и ниже, у развилки бедер… Я не выдержала.

– Сэр, почему вы на меня так смотрите? У меня пятно на лбу или хвост из-под юбки торчит?

Он усмехнулся.

Точеное мужественное лицо на миг приобрело мальчишеское выражение, потом на нём снова появилась прежняя непонятная тоска.

– Прошу прощения, мисс. Я просто любовался. Завидую тому, кого вы полюбите.

Почему "полюбите"? Разве то, что я меряю свадебные платья, не должно означать, что я уже в кого-то влюблена? Откуда этому неизвестному знать о моих обстоятельствах… Тряхнув головой, я снова скрылась в примерочной.

Все эти платья были безумно шикарны, но я всё-таки была предана тому, самому первому. Безумно красивому и безумно дорогому платью, которое, если судить по правде, мне совсем не светило.

Смелость, ударившая в голову, сейчас уже схлынула. Я, конечно, по-прежнему Эргена не боялась, нет. Я боялась за брата, а это вещи разные. И, чёрт его побери, если этот скользкий гад сказал две тысячи, значит две и ни центом более. Не буду его злить, сейчас уж точно демонстрация его силы мне не нужна совсем.

Выглянув из примерочной, я сказала «своей» фее:

– Давайте посмотрим ещё что-нибудь, что подходит по бюджету.

Она грустно улыбнулась и кивнула. Не знаю, расстроена она была из-за того, что прибыль уплыла, или просто сочувствуя. Тем не менее, на душе стало паршиво до изнеможения. Ничего не будет так, как я хочу…

Мне принесли три платья. Все они были простыми, почти ничем не украшенными. Одно даже было коротким. Его я и примерила первым. В нём не было ничего плохого и ничего хорошего, оно было простым, никаким. Совсем тускло выглядеть на собственной свадьбе не хотелось, так что, его я отмела, даже не показавшись на глаза консультанткам.

Второе платье, как по мне, оказалось слишком откровенным, а мне совсем не хотелось распалять будущего мужа ещё до брачной ночи… Даже думать об этом страшно. Так что, без вариантов.

Третье было неплохим, даже мне понравилось. Возможно, не заметь я то шикарное произведение искусства, то взяла бы это и осталась бы даже довольна выбором. Но назад ничего не вернуть, и я просто смирилась.

Смысла выходить из примерочной в платье не было, поэтому я просто переоделась в свою одежду и, взяв вешалки, направилась сообщать о своём выборе.

Какого же было моё удивление, когда я увидела ошарашенных фей, которые держали в руках то-самое-платье. Они пораженно хлопали глазами и обе смотрели на меня, как на что-то им непонятное.

– А что случилось-то? – аккуратно поинтересовалась я. – Вот это возьму, – показала я им вешалку с выбранным платьем.

Но феи разом замотали головами в разные стороны.

– Нет, нет, – сказала Зои. – У вас уже есть платье, – и она взглядом указала на дизайнерский шедевр, который оказался мне совсем не по карману.

Я нахмурилась и даже разозлилась, решив, что они таким образом пытаются заставить меня потратить в семь раз больше необходимого.

– Я всё-таки решила, что оно мне не походит. Я беру это.

– Вы неправильно поняли, – протянула фея. – Для вас это платье уже оплатили. Тот молодой человек.

Какой «тот» было понятно без уточнений.

Стало трудно дышать. С одной стороны, сейчас я была готова танцевать по всему салону и радоваться тому, что у меня есть именно это платье. Абсолютно точно моё, в котором я появлюсь перед своим женихом и хотя бы так буду чувствовать себя комфортно. Каким же оно было красивым… В нём можно было спрятаться от грядущего «торжества» и спокойно познавать дзен в тот момент, когда все будут поздравлять меня с праздником, который бывает «раз в жизни». Ничего, устрою ещё раз, как раз, когда убегу от этого чёртового Райана Штейна, будь он неладен.

А вот с другой я точно знала, что просто обязана вернуть платье тому мужчине. Ой, то есть деньги! Уже от счастья думаю не о том, о чём надо бы. В конце концов это просто незнакомый мне мужчина, который ничего мне не должен. А вот я уже должна ему целых… Нет, лучше не думать от этой ужасающей сумме, лучше просто действовать.

С таким решительным настроением я и направилась к кассе. Остановилась в шаге от неё, а дрожащие руки как-то даже сами легли на металл, обтянутый какой-то белой тканью и, наверное, сотнями веточек разных искусственных цветов. Тут даже к кассе относились так, словно она была настоящим алтарём.

Но это меня совершенно не интересовало. Я гордо подняла взгляд на мужчину и решилась всё же обратиться:

– Вы оплатили моё платье. Пожалуйста, не нужно этого делать. Мы можем как-то это остановить? В конце концов вы меня не знаете, у меня свои деньги и я куплю такое платье, какое мне нужно, – сказала на одном выдохе, от чего на его лице появилась… Хитрая улыбка?

– Я хочу, чтобы невеста одевалась в роскошные наряды, а не тряпки, которых она не достойна.

От таких слов ком стал в горле. Может, он просто богатенький сынок, который сорит деньгами налево и направо, может позволить себе такой широкий жест просто потому, что его папочка зарабатывает больше, чем все Штейны вместе взятые, но это всё равно не для меня. Не хочу быть кому-то должной или, во всяком случае, себя так чувствовать.

– Мне очень приятно. Я рада, что вы заметили, как мне оно нравится, но вы не знаете меня, я не знаю вас. Не могу это принять, даже если это от чистого сердца, – пыталась его уговорить, но переносной терминал на кассе уже неумолимо печатал чек.

Даже не утруждая себя ответом, он с хитрой улыбкой на лице сделал пару росчерков на бумажке и отдал их кассиру.

– Нет! Подождите! Что вы делаете?! Теперь нужно будет ехать в банк! – сама не знала, как всё это делается, потому что никогда не переводила такие суммы с одного счёта на другой, но приблизительно представляла, как это делается.

– Ты всё ещё не поняла?

– Что я должна была понять? – недоумевала, причём искренне. Я вижу его первый раз в жизни, и, надеюсь, после возврата средств в последний.

– Я хочу, чтобы моя невеста одевалась в роскошные наряды, а не тряпки, которых она не достойна, – после этого он протянул мне чек, и я, внимательно изучая сумму и, непосредственно, самый его низ, остолбенела. Язык примёрз к нёбу, пальцы задрожали и чуть не смяли чек от того, что я там увидела. Хотя чек меня уже не интересовал. Я подняла взгляд на «незнакомца», прикусила себе язык, а потом, сжимая зубы, сказала:

– Райан Штейн.

– Луна стаи должна выглядеть как минимум не хуже остальных самок, как максимум – привлекательно. Для меня.

Выхватил чек из моих рук, и, даже ничего не сказав на прощание, направился к выходу. А я… А я бросилась к примерочной и разревелась.

Задёрнула шторку так, чтобы меня больше никто не видел. За одну секунду платье из самого желанного превратилось в самое отвратительное, которое я когда-либо в своей жизни видела. Кружева… Мерзкие кружева, рукава такие длинные, вообще не моё, цена кусается настолько, что становится плохо, и я вот-вот упаду в обморок. Как оно мне могло понравиться?

– Марго, возьми себя в руки! – требовала от себя, но как это вообще можно выполнить в такой ситуации.

Это был Райан Штейн, тот самый мужчина, за которого меня хотят выдать замуж. Причём родной братик. С этим я более-менее смирилась – Эрген никогда не был родственником года и вряд ли женил меня на ком-то хорошем. Но Райан Штейн… Дикарь, альфа оборотней, от которых я вообще ничего хорошего не жду. Эти шавки заполонили чуть ли не весь город. Из-за них я лишилась свободы и вряд ли когда-нибудь снова её обрету!

Оплата счёта по платью выглядела как настоящая насмешка. Вот правда, зачем? Никогда в жизни не поверю в то, что оборотень, тем более дикарь, решил сделать своей будущей второй половинке такой подарок. Широкий жест? Эти оборотни не знают, что такое цивилизованные отношения, они всё в этом мире завоёвывают силой, и, если что-то пойдёт не так, готовы даже убить. Клыки-то им на что? Не то, что драконы. Мы вообще редко превращались и использовали свои силы, почти всегда сидели «в тени», только дёргали за ниточки так, чтобы никто не заметил кроме тех, кто должен.

Стало страшно. Меня Райан возьмёт точно также. Жестоко, без прелюдий, а, если захочу убежать, то вернёт назад и накажет, также жестоко и плакала моя свобода. Я в настоящем тупике. Но больше страха чувствовалась горечь насмешки. Он сказал мне, что я – Луна. Может среди людей это и нормально, но, я слышала от того же Тони, когда у оборотней брак с кем-то другой расы, они прекрасно знают, что эту другую расу никто не будет воспринимать серьёзно. Будут слухи, насмешки за спиной, и, тем более, от него.

А первая – это платье. Решил отметить меня как свою? Указал на это при первой же встрече? Отлично. Лучше не бывает, Марго. Для полного счастья не хватает только принять от него метку, чтобы весь мир знал то, что ты принадлежишь оборотню.

На глазах снова появились слёзы. Я не хочу за него! Почему я сейчас такая беспомощная? Почему не могу дать отпор ни братцу, ни этому наглому оборотню, который решил показать себя так?

– Марго? – ко мне в примерочную заглянула одна из фей, но глаза были настолько заплаканными, что я даже уже не могла разобрать, кто из них. – С вами всё хорошо?

– Оставьте меня, пожалуйста.

– Может, воды?

– Не нужно, – покачала головой, а у самой по щекам покатились слёзы. Стало так плохо, что я не могла больше сдерживаться. Нервно задёрнула шторку, упала на пуфик, прижалась к мягкой ткани руками. Это слишком для меня, невыносимо. Меня выдают за того, кто даже не будет меня спрашивать. Ни о чём. Ему плевать на мои желания. Даже несмотря на то, что платье мне нравилось, он сделал это потому, что может. Хотел показать, что в войне все средства хороши, ещё и назвал драконицу Луной. В моём случае всё настолько плачевно, что, наверное, я не смогу из этого выкарабкаться.

– Выкарабкаешься! И Филла спасёшь, и сама сбежишь! А пока возьми себя в руки и начни уже наконец-то что-то делать. Это – не конец. Сломленная, но не побеждённая! – пыталась дать себе установку, но всё равно душа болела, потому что жестокий оборотень нанёс мне сокрушительный удар по самооценке и личности в общем. Что у него на уме мне остаётся только гадать, но я всё равно не сдамся. Остаётся только придумать, что я буду делать, а пока нужно собраться.

Через силу поднялась и вытерла слёзы. В зеркале я теперь уже не была настолько красивой, как раньше, в платье. Естественно, на празднике надо мной поколдуют, и я стану принцессой. А пока я – красавица, которую брат намеревается выдать за настоящее чудовище. И вот чего-чего, а доброго сердца у этого дикаря точно нет.

Или все-таки есть? Нет, нет, я не хочу верить, что меня отдают в лапы подобного монстра! Если его жест не был продиктован симпатией ко мне, то это не что иное, как демонстрация власти. А о какой симпатии может идти речь, если он никогда меня не видел и не разговаривал? Сегодня первый раз, как мы встретились вживую. Наверняка у него куча женщин, такие как он не могут без этого. Может, даже есть постоянная любовница, с которой знакомы все или почти все члены стаи. И я окажусь посмешищем, потому что о ее правах будет известно всем, а я так и останусь довеском, необходимым лишь для расширения сферы влияния.

И это я еще обходила вниманием другую сторону наших с ним отношений, ту, которая начнется в постели. По телу пробежал холодок ужаса, стоило вспомнить мощное тело мужчины, его мускулистые руки. Наверное, и член у него такой же огромный. И он меня просто разорвет… Господи, пусть у него будет постоянная любовница, чтобы мне не пришлось терпеть мучения каждую ночь!

И все-таки какая-то часть меня жалела, что не рассмотрела его поближе. Ведь пока я не узнала, кто он такой, он показался мне довольно симпатичным, даже красивым. А его улыбка… Наверное, когда он улыбается своей женщине, она чувствует себя на вершине мира. Жаль, что не такое не светит. Луна стаи, надо же!

Словно в трансе, я выбрала остальные аксессуары. Зои и Сьюзан проявили особое рвение, когда я покупала декоративную подвязку. Да, ту самую кружевную подвязку, которую должна буду бросать в толпу после того, как жених ласковыми движениями снимет ее с моей ноги. Я снова вздрогнула, представив себя и Штейна во время этого ритуала. Но то была не дрожь ужаса, а дрожь какого-то странного волнения. Перед толпой гостей он не осмелится причинить мне вред. И если закрыть глаза, я, наверное, смогу представить, что это действуют сильные руки любимого. Что стоит ему захотеть, и он сможет как бы случайно задеть пальцем чувствительное местечко у меня между ног, чтобы заставить до конца праздника томиться в ожидании нашей с ним ночи… Стоп, хватит фантазировать о том, чего никогда не переживала в реальности. Но я прочитала столько любовных романов, что очень живо представляла, что происходит между мужчиной и женщиной. Я воображала себя с каким-то пока еще неясным образом любимого, а теперь…

Из салона я выходила в растрепанных до крайности чувствах. Уже начинало темнеть. Я поплотнее закуталась в плащ. Пора навестить Филла. Эрген хочет устроить свадьбу как можно скорее, значит, я смогу в следующий раз увидеться с братом неизвестно, когда.

Я вызвала такси (не нужно мне водителей «братца»!) и скоро уже направлялась в реабилитационный центр, где последние несколько лет братик жил безвылазно.

У Филла была сложная форма ДЦП. Он часто мучился от чудовищных болей, и с каждым приступом мое сердце разрывалось. Мне было еще больнее смотреть на это… Врачи говорили разное. Одни утверждали, что процедуры и массаж нужны будут ему до конца жизни, которая окажется недолгой. Другие заявляли, что первые десять лет жизни – самые важные, и за это время можно улучшить эластичность мышц, чтобы, когда Филл вырастет, он хотя бы не чувствовал такой боли. Были и третьи врачи… По их словам, все беды братика происходили оттого, что он был рожден вне брака. Оба родителя были драконами и наделили малыша огромной силой, но пожениться так и не смогли. А для драконов это очень важно. Дети, рожденные в браке, развиваются правильно, их сила раскрывается постепенно и в срок. Если же обряда не было… У малышей начинаются отклонения в развитии силы. Филлу не повезло, его отклонения заставляли его мучиться. Гены дракона требовали для развития мышц огромного резерва силы, но тело Филла не справлялось. У меня развитие просто замедлилось, и я так и осталась драконом без крыльев. Вряд ли они когда-нибудь появятся…

Эти врачи утешали, говоря, что малыш должен перерасти свою болезнь. В подростковом возрасте он все же сможет научиться превращаться в дракона. Но все сходились во мнении, что реабилитация и дорогостоящие процедуры будут ему необходимы еще много лет…

В центре я была настолько постоянным посетителем, что на входе меня уже называли по имени и приветливо мне улыбались. Обычно, я делала в ответ то же самое, однако же сейчас у меня просто не хватало сил. Улыбки я решила приберечь для брата, которому они были нужны больше всех.

Заходя в палату, я старалась не шуметь, потому что Филл мог спать после очередного приступа. Но, слава богам, он был достаточно бодр, а значит, боли его давно не мучали.

Он сидел за столом в углу палаты и что-то усердно писал. Обычно для него это бывало довольно проблематично, но он всегда старался, чтобы быть ничем не хуже других ребят своего возраста, живших обычной жизнью. Их он видел только во время редких прогулок, а о жизни знал только из рассказов.

– Привет! – как можно более радостно протянула я. – Как дела у тебя тут, рассказывай!

Я улыбалась во весь рот, поцеловала Филла в щечку и дождалась ответных объятий. Сегодня ему определенно было лучше, чем во все дни минувших нескольких месяцев. И мне действительно было хорошо рядом с ним таким: не страдающим, а весёлым.

Брат показал мне прописи, которые я принесла ему как-то в начале года. Ему было семь, он как раз должен был пойти в школу, будь с ним всё в порядке. Читать он уже немного умел, длинными вечерами мы с ним разучивали буквы и слоги, Филл был смышлёным мальчишкой, поэтому схватывал всё, как говориться, на лету. Ему было интересно всё, но это и понятно – годами пялиться в мультики он всё-таки не мог.

Страницы прописей были исписаны корявым-корявым почерком, но я все-равно хвалила мальчишку: ещё бы, взять ручку для него уже было подвигом! Мне хотелось заложить душу дьяволу, только бы прекратить мучения брата, особенно сильно было желание именно в такие моменты. И если бы это было возможно, я бы так и сделала, но, увы, не всё так было просто.

Главной мечтой этого солнечного мальчика, который всегда старался улыбаться, было, конечно же, выздороветь. И сейчас, когда появились какие-то улучшения, я не могла позволить, чтобы из-за бзика Эргена он лишился лечения. Это будет трагедией, которую я никогда себе не прощу.

– Марго, – тихо пробормотал Филл. – Я тебя люблю.

И я ответила ему:

– Я тебя тоже, малыш, я тебя тоже.

Мы часто с ним обменивались такими фразами. Ему нужно было знать, что, хотя бы кто-то в этом мире его любит, как и мне, впрочем.

– Приходи, пожалуйста, почаще, – сказал он мне, когда я уже уходила. И всё, что я могла ему ответить, это:

– Постараюсь, обязательно постараюсь, – врать, что у меня точно получится, я не могла. Лишних надежд я ему никогда не давала.

После посещения палаты брата, я отправилась к врачу, уже привычным маршрутом. Он в своём кабинете встретил меня кивком и дождался, когда я сяду в кресло возле его стола.

– Здравствуйте, здравствуйте, – пробормотал мужчина, на вид лет пятидесяти. – Хорошо, что вы зашли, я должен вам кое-что рассказать о Филиппе.

Я напряглась. Что такого могло потревожить врача? Ухудшения? Но ведь брату, вроде бы, лучше…

– Ваш брат уже третий день не страдает приступами, – я раскрыла рот от удивления. Такого ведь никогда раньше не было! – Мы всеми силами стараемся поддержать это состояние, но, кажется, вопрос тут в препарате, который раз в месяц вводят Филлу. Уже третий раз после него наблюдается положительная динамика, и врачебная комиссия вынесла предложение участить применение лекарства до одного раза в неделю. Всё протестировано, однако же имеется другая проблема.

Я поняла, какая, ещё до того, как он договорил.

– Деньги будут. Скажите сумму.

Ко мне в руки тут же перекочевал лист, на котором всё подробно было расписано. Теперь получалось, что в месяц цена лечения брата увеличивалась почти в полтора раза. Мне придётся просто из шкуры вон вылезти, чтобы заставить Эргена платить за это. Но я не рассматривала вариантов неудачи: Филлу это необходимо, значит, я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы получить грёбанные деньги, хоть сама распродамся на органы.

Выходила из центра с чувством, что я все смогу. Стоит ли думать о себе, когда у моего огонька, у моего смысла жизни появился шанс на выздоровление? Если Эрген оплатит эти счета, то я стану самой покладистой невестой, какую только видел наш мир. Буду улыбаться, покорно кивать и даже не покажу, что мне ненавистна мысль становиться чьей-то женой.

Женой оборотня.

Столько всего навалилось разом, и плохого, и хорошего, что я решила не вызывать такси, а прогуляться через парк. Там я могла подумать о том, что могло бы произойти в будущем со мной и Филлом.

Полностью погрузившись в свои мечты, я шла по белоснежной дороге, среди деревьев, утопавших в серебристо мерцающей вязи сосулек. Ещё не пришла зима, с её сильнейшими снегопадами, и я очень была этому рада. Никогда не любила холод, он мне казался противным. Может быть, тут играли роль и мои гены, передавшиеся от отца. Насколько я знаю, он предпочитал тёплые края, лишь несколько раз в год прилетая в наш унылый Драген. Я бы тоже хотела взлететь высоко в небеса, соревнуясь в выносливости и скорости с реактивными самолётами. Но то была мечта. Глупая и несбыточная. Бастарды, не признанные небом дети, не могут расправить свои крылья и улететь вслед за мечтой. Ещё и поэтому я чувствовала столь сильное родство с Филлом. Он мне не просто брат. Он такой же изгой, только в его крови сейчас идёт страшная борьба.

У меня остался всего один шанс ему помочь, и я не могу его упустить.

Поежилась. Холодный ветер пробирал до костей, но помогал думать. Только мысли отчего-то были совсем не весёлые.

Скоро свадьба. Интересно, Эрген решит меня заранее познакомить с будущим мужем? Или день свадьбы станет сюрпризом?

Горько усмехнулась.

Уже не станет. Я успела налюбоваться на будущего супруга. Как мужчина он смог привлечь моё внимание, но сердце знает лучше, от него ничего не скрыть. И в этом человеке я вижу только много злости и ярости, при полном отсутствии любви.

Любовь? А ведь я мечтала, что моя первая брачная ночь будет наполнена её светом, самыми нежными ласками и подлинной страстью. А теперь придётся забыть обо всем.

Я зашла слишком далеко вглубь парка, придётся возвращаться и все же вызывать такси. Только время потеряла, в голову не пришло ни одной мысли, как можно было бы все исправить, переиграть дарованные судьбой шансы.

Уже начинало темнеть, день заканчивался, забирая все хорошее, что могло случиться в моей жизни. Всего один день.

Но нет, хорошее сегодня тоже случилось! У моего малыша есть шанс.

Помимо воли на глазах выступили слезы. Быстро стёрла их, словно кто-то мог их увидеть. Нужно возвращаться домой, принять ванну, расслабиться…

– А что такая нежная девочка здесь делает в столь поздний час и без охраны? – хриплый прокуренный голос вернул с небес на землю.

Мужчина. Грязно одетый, неприятного вида, больше похожий на существо из канавы, чем на человека. Пригляделась и отступила. Он и не человек! Оборотень! Небо, неужели меня угораздило наткнуться на одного из диких?

– Позвольте мне пройти, – мужчина загораживал дорогу, а я судорожно пыталась найти выход.

Он надругается надо мной, а затем убьёт! И Эрген подумает, что я сбежала, а Филл. А Филл останется без моей защиты и пропадёт.

– Пропусти! – вскинула подбородок, понимая, что выгляжу смешно. Девушка с раскрасневшимися от холода щеками, с дрожащими на ресницах слезами, да и ростом намного ниже опасного хищника перед ней.

– И куда тебя пропустить, нежная? Может, со мной пойдёшь? Я приласкаю, вовек не забудешь.

Он схватил меня за руку больно и грубо, если бы не толстая ткань пальто, но уже это могло оставить синяки. Я охнула и попыталась вырвать руку, но куда там недоразвитой драконице против дикого оборотня. Их сила и жажда крови у всех на слуху. И ведь не раз же предупреждали, никуда не ходить поодиночке! Узнала про будущего мужа и расслабилась?

Я сопротивлялась, но расстояние между нами сокращалось. И теперь я чувствовала всю вонь, что исходила от него. Грязь и разложение.

– Ну-ну, чутка удовольствия тебе не повредит, правда? Чо ломаешься, мы быстренько все сделаем. Хочешь, даже не на снегу тебя разложу, а на как барыню на шкуре. У меня много волчьих шкур…

Он сумасшедший. Убийца!

– На помощь!

Я закричала, что было сил, не надеясь, что кто-то меня услышит. Всё же, гулять по обледеневшему парку было плохой идеей.

– Заткнись! – он ударил меня по лицу и стремительно развернул спиной к себе. – Кончай орать.

Грязная рука, воняющая нечистотами закрыла мне рот, в то время как вторая начала рвать на мне пальто, стремясь пробраться к теплому телу.

Извернулась, пытаясь ударить пяткой по яйцам, потому что даже мысли не возникало назвать это достоинством.

Но он лишь сильнее прижал к себе, делая так больно, что на глазах появились слезы не только от злости.

Я не могу позволить своей жизни закончиться так глупо. Только-только распланировала будущее и нашла точку опоры…

Треск ткани только подстегнул сумасшедшую жажду свободы. Будь я нормальным драконом, от этого вшивого оборотня не осталось бы и мокрого места, но я такая, какая есть. И все, что могу ему противопоставить, это слабые человеческие возможности.

Он ловко подставил подножку, и мы полетели на землю. От удара в глазах потемнело, а когда тяжёлое тело упало сверху, то весь воздух выбило из лёгких, и я начала задыхаться.

Бороться! До последнего!

– Мы поиграем, да, нежная? Будет очень весело…

Он не закрывал мне больше рот, и я снова закричала, рискуя остаться без голоса, скрывая его в отчаянном крике:

– Помогите!

Надежды на помощь практически не было, но она всегда, как известно, умирает последней. А мне умирать не хотелось.

Я дернулась, пытаясь сбросить его и высвободиться из отвратительной хватки этих рук. Бесполезно. Оборотень был намного сильнее.

А потом рядом раздался рык, и я осознала, что теперь мне точно уже не спастись. Я не смогла бы побороть одного, а теперь их двое. И моим планам не суждено осуществиться. И малыш Филл не дождётся от меня обещанного подарка к дню рождения, потому что меня просто не будет.

Говорят, в такие моменты перед глазами должна пронестись вся жизнь, но я этого что-то не увидела. Только парализующий страх и отчаяние владели мной.

Давление чужого веса на меня ослабло, а потом и вовсе исчезло. Я рванула в сторону, что было сил. Естественно, ползком, обжигая пальцы о ледяную землю, лишь немного укрытую первым снегом. Как можно дальше от них, пока хватит сил, пока меня не уничтожили.

Смогла доползти только до ближайшей лавки, схватилась за неё, привстала и чуть было не рухнула снова.

Оборотни дрались. Бешено, жестоко, как самые настоящие дикие твари. По снегу уже расползались в разные стороны кровавые дорожки, а я все не могла прийти в себя. Я не понимала, что такое происходит, но знала, мне необходимо бежать отсюда как можно дальше!

Ноги не слушались, когда я отступала в ту сторону, где был выход из парка. Стресс и боль от ушибов пригибали к земле, но я упрямо шла, будто продираясь сквозь буран, не видя ничего от слез и страха.

За спиной раздался страшный, выворачивающий на изнанку вой. Предсмертный. Вой раненого, который знает, что это его последняя возможность дать о себе знать.

Кто из них победил? И стану ли я жертвой? Я не знала…

– Стойте!

Голос. Вполне обычный, нормальный человеческий голос. Тот второй одержал верх, но я уже никому не верила. Мне нужно было сбежать отсюда куда-нибудь далеко, где можно забиться в угол и плакать.

– Да постойте же вы!

Он настиг меня и резко развернул к себе лицом. Я механически попыталась сбросить его руку со своего плеча, а второй зарядить пощёчину. Но ни первое, ни второе мне не удалось.

– Тише, – мужчина прижал меня к себе. – Он сделал вам больно? Вы в порядке.

До затуманенного сознания дошло, что меня не хотят убить или покалечить. И я разрыдалась.

Чужой человек… оборотень гладил меня по спине и шептал что-то успокаивающее, ведя туда, куда я сама так рвалась. Прочь отсюда.

– Вам не стоит гулять в одиночестве. Город опасен для юных и таких милых дам, – полушутя заметил он. – Даже страшно представить, что было бы, не окажись я здесь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю