Текст книги "Искра (ЛП)"

Автор книги: Ребекка Яррос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

Кто-то деликатно прокашлялся, и я вспомнил, что мы совсем не одни. Я отстранился, но Эйвери ещё держала мою губу, мягко посасывая её, а потом провела по коже зубами, прежде чем отпустить.

Святое. Грёбаное. Дерьмо.

Я дышал слишком часто, слишком неровно, и был слишком возбуждён, чтобы находиться в таком общественном месте.

– Добро пожаловать домой, – прошептала она, синие глаза затуманило счастьем и страстью.

– Обожаю, как это звучит, – признался я, опуская её на пол. Её изгибы прижались ко мне на каждом. Чёртовом. Сантиметре. – Ты меня убиваешь.

– Взаимно.

– Ну наконец-то, чёрт возьми! – крикнул кто-то в баре.

За этим последовали аплодисменты, и Эйвери уткнулась пылающим лицом в мою грудь. – Да-да, – сказал я, когда хлопки утихли.

– Боже мой… – пробормотала она.

Я поднял её подбородок и поцеловал сморщенный от стыда нос. – Пожалуй, мне пора идти и собираться к завтрашнему дню.

– Ты и правда тянешь до последнего.

– Ну, ты же знаешь меня. Всё в последний момент.

Как, например, сказать тебе, что я тебя хочу.

Она улыбнулась и легко поцеловала меня. – Заберёшь меня утром?

– Ни за что не пропущу.

Я поцеловал её на прощание – просто потому, что теперь мог, – и направился к выходу, пока не потерял контроль и не поцеловал снова. Она махнула мне рукой, когда я оглянулся, и вдруг восемь с лишним часов, что оставались до следующей встречи, показались вечностью.

Всё, о чём я думал, пока собирал маленький чемодан и пытался поспать хотя бы пару часов, – это она. После семи лет сложно было поверить, что теперь всё решат эти несколько ближайших дней.

Мне нужно было найти способ убедить её, что она будет счастлива в Колорадо, что я стою того риска. То, что я просил, не было мелочью. Ни капли. Я просил её вырвать свою жизнь с корнем и пересадить за тысячи миль отсюда, только потому, что знал: мы сможем жить лишь вместе.

Но что, если её отец не поедет?

Что, если она не сможет оставить его?

Часы на тумбочке тикали с пугающей точностью, напоминая, что подниматься уже совсем скоро, но мой разум не унимался. Как и та тошнотворная тревога в животе, которая шептала: сколько бы я её ни любил, она никогда не бросит свою семью.

Я не мог позволить, чтобы команда моего отца погибла, даже не успев возродиться. Но я также знал, что стану пустой оболочкой, если Эйвери останется на Аляске.

Я должен был сделать эти следующие дни безупречными.

Глава шестая

Эйвери

– Что значит, вы потеряли наш багаж? – спросил Ривер у сотрудницы авиакомпании, когда мы облокотились на стойку. После задержанного рейса из Фэрбенкса, бега по аэропорту Сиэтла, чтобы успеть на пересадку в Денвер, и самого крошечного самолёта, на который я когда-либо соглашалась сесть, чтобы добраться до Ганнисона… В общем, поездка явно началась неудачно.

Мы были в пути уже десять часов, и, несмотря на то, как я радовалась оказаться здесь и увидеть родной город Ривера, я была готова устроить полноценный зомби-апокалипсис ради автомата с едой в холле, если мы срочно не найдём что-нибудь поесть.

– Я отследила их, они сейчас в пути из Сиэтла в Денвер, сэр, – сказала невысокая девушка, поправляя очки на носу и глядя на нас с выражением «пожалуйста, только не ешьте меня».

Не то чтобы Ривер выглядел устрашающе. Ложь. Ривер был огромным и сейчас явно раздражён.

– Всё нормально, – сказала я, положив руку ему на бицепс.

– Ни черта не нормально, – буркнул он. – Вся твоя одежда...

– Я куплю всё, что нужно, пока её не доставят, – ответила я и посмотрела на девушку, которая лихорадочно печатала. – Вы сможете доставить сумки в Легаси, когда они приедут?

Она кивнула: – Конечно. Следующий рейс из Денвера… – Она снова набрала что-то, её взгляд не поднимался выше груди Ривера. – Завтра утром в семь тридцать.

– Да вы издеваетесь… – начал он.

Я слегка сжала его руку, затем обвила своей и прижалась к нему. – Всё в порядке, нас это устраивает.

Её пальцы замелькали по клавишам, когда она записывала наши контактные данные. С каждой секундой Ривер напрягался всё сильнее – казалось, его мышцы вот-вот лопнут у меня под рукой.

Глаза у сотрудницы распахнулись до невозможных размеров, когда она посмотрела за наши спины. Я повернулась. К нам шёл Бишоп, хмурясь всё сильнее с каждым шагом. Похоже, не я одна становилась злой от голода.

– Что случилось? – спросил Ривер.

– Все машины напрокат разобрали. Похоже, перебронирование или что-то такое.

– И как такое вообще возможно? – рявкнул Ривер.

– Вполне в духе сегодняшнего дня, – пожала я плечами, не сдержав смешка.

Оба посмотрели на меня как на сумасшедшую.

– Я позвонил Ноксу, он уже едет. Думаю, у нас есть ещё минут сорок пять, прежде чем он доберется.

– Отлично, как раз успеем перекусить! – обрадовалась я.

– Вообще-то кафе в аэропорту закрылось где-то полчаса назад. Мне очень жаль, – виновато сказала сотрудница, съёжившись, когда мы все уставились на неё. – Оно закрывается после последнего рейса дня… а это был ваш рейс.

Челюсть у Ривера напряглась. – Но сейчас только восемь.

– Маленький аэропорт, – развела она руками.

– Пойдём подождём снаружи, – предложила я. – Я ведь никогда не видела закат в Колорадо.

А если уж быть честной – нигде, кроме Аляски. Я натянула на лицо улыбку и надеялась, что этого будет достаточно, чтобы отвлечь Ривера и он не набросится на бедную девочку. Она ведь не виновата, что нам просто не везло сегодня.

Я чуть потянула его за руку, и он пошёл за мной, Бишоп – следом.

Сникерс спустя я снова почувствовала себя человеком. Ривер втянул мой указательный палец в рот, слизывая с него остатки шоколада, и у меня напряглись бёдра. Он провёл зубами по пальцу и отпустил его, ухмыляясь, когда увидел, как у меня отвисла челюсть.

– Прости, что день получился таким катастрофическим, – сказал он, пропуская пальцы сквозь пряди моего измученного путешествием хвоста. Вечерний ветер намотал пару прядей мне на шею, и он нежно убрал их, пока мы сидели на скамейке снаружи.

– Это не катастрофа, – возразила я. – Это просто калейдоскоп неудобств.

– Калейдоскопы – красивые.

– И это тоже. Подумай сам: мы только что съели вкусный шоколад и смотрим, как солнце садится за Скалистые горы. Погода прекрасная, и, возможно, это лучшее первое свидание в моей жизни.

Один уголок его рта приподнялся. – Первое свидание, да?

– А ты как бы это назвал?

– Небольшой анонс.

– Чего?

– Всего, что у нас может быть, – прошептал он и легко коснулся моих губ, его язык обвёл мою нижнюю губу. Мне вообще когда-нибудь надоест его целовать? Я только сильнее жаждала большего. И, если уж на то пошло, сколько положено ждать, прежде чем можно будет целовать и другие места на его теле? Где эта книга правил, в которой написано: Эй, знаю, у нас только появились романтические отношения, но я уже много лет мечтаю облизать твой пресс?

Я резко вдохнула, когда он отстранился, грудь горела. – Ух ты, даже от поцелуя с тобой у меня перехватывает дыхание.

Он рассмеялся. – Это, дорогая Эйвери, высота. Но я, конечно, возьму всю заслугу себе. Мы здесь почти на восьми тысячах футов, а там, куда мы едем, будет почти девять.

– Легче будет тебя споить, – заметил Бишоп, выходя из-за угла.

Щёки у меня загорелись – интересно, сколько он успел увидеть.

– Не переживай, – сказал он так, будто прочитал мои мысли. – Я уже много лет жду, когда вы двое наконец разберётесь между собой. А вот и Нокс, – добавил он, когда к бордюру подъехал чёрный внедорожник.

– Как ты понял? – спросил Ривер.

– Мы тут одни, а двери аэропорта закрыли двадцать минут назад.

– Логично, – согласился Ривер, поднимаясь. Когда из машины вышел невероятно привлекательный парень и направился к нам, Ривер притянул меня к себе под руку.

Очень тонко.

– Нокс, – сказал Бишоп, и они обменялись рукопожатием, а потом крепко обнялись с традиционным мужским похлопыванием по спине.

– Рад тебя видеть, Бишоп. – Нокс перевёл взгляд на Ривера, улыбнулся и тоже крепко его обнял. – Ривер! Да ты ж громадина. Чем тебя там в Аляске кормят?

– В основном лосятиной, – пошутил тот.

Нокс протянул мне руку, и я пожала её, заметив, как он явно меня оценивает.

– А вы кто?

– Эйвери, – ответила я с улыбкой. Он был чертовски хорош – в стиле Скотта Иствуда, с глазами, в которых таились обещания отличного времяпрепровождения.

– Она со мной, – сказал Ривер, притянув меня к себе.

– Ещё бы, – ухмыльнулся Нокс и кивнул на машину. – До дома минут сорок пять. Давайте вас разместим, а там решим всё остальное.

Мы сели на заднее сиденье внедорожника, и как только выехали на трассу, ровный гул шин по асфальту и усталость отправили меня прямиком в сонное царство. Когда моя голова клюнула в третий раз, Ривер отстегнул мой ремень и перетянул меня к себе, пристегнув посередине.

– Отдохни, – мягко сказал он.

Моя голова легла в идеальное место под его плечом, и с его теплом и ровным сердцебиением я уснула ещё до того, как на радио заиграла вторая песня.

Сквозь дремоту я почувствовала сильные руки Ривера и прохладный горный воздух на коже, пока он нёс меня куда-то. – Всё в порядке, спи. Я с тобой, – прошептал он и поцеловал меня в лоб.

Через пару морганий мы уже были в гостиничном номере. Когда он опустил меня на кровать, комната постепенно приобрела чёткие очертания.

– Еда или сон? – спросил он, поставив мой рюкзак на пол.

Я прикинула варианты, но три часа сна, долгая дорога и горный воздух взяли верх. – Сон. А ты?

– Уже десять. Если ты спишь, то и я, – коснувшись губами моей линии роста волос. – Я буду в соседнем номере с Бишопом. Если что-то понадобится, дай знать, ладно?

Резкая вспышка паники пронзила меня, когда он отстранился. Мы были в Колорадо, куда он собирался переехать, и, хотя сейчас он был рядом, дальше этих выходных ничего не было гарантировано. – Останешься со мной?

– Эйвери… – мягко прошептал он, его тёмно-карие глаза смягчились в свете лампы. Он провёл большим пальцем по моей щеке.

– Это ведь не первый раз, когда мы спим вместе.

На его лице мелькнула хитрая улыбка. – Ну да…

– Я не это имела в виду. – Но, раз уж слова вырвались… впрочем, была ли это плохая идея?

Ривер был безумно сексуальным. Чёрт, у меня сердце начинало биться быстрее от одной мысли о том, как его руки коснутся моей кожи. Его губы были воплощённым грехом, а взгляд говорил, что он хочет меня так же сильно, как я его. Я знала, даже не снимая одежды, что мы будем потрясающими вместе.

Взрывными.

– Ривер? – шёпотом позвала я.

Его глаза чуть прищурились, будто он принимал решение.

– Ты хоть понимаешь, как сильно я тебя хочу?

– Думаю, да.

– Я могу себя контролировать, Эйвери. Я не наброшусь на тебя, но есть большая вероятность, что мы можем переступить черту, к которой ты не готова.

Я провела пальцами по его волосам, чёрные пряди останавливались чуть выше подбородка. – Я знаю. Но если у меня есть лишь немного времени с тобой, я не хочу терять ни секунды. Даже если мы просто будем спать.

Он медленно кивнул. – Согласен.

Я зевнула самым неромантичным зевком в истории, и он тихо рассмеялся.

Раздался стук в дверь, и он открыл, принимая из рук Бишопа пластиковый пакет.

– Это всё, что у них осталось внизу, извини, друг. Вещи будут утром.

– Я просто хотел, чтобы всё было…

– Идеально? – тихо спросил Бишоп.

– Да, а получается наоборот. Может, ещё что-нибудь пойдёт не так?

– Давай не будем испытывать судьбу, – сказал Бишоп, попрощался и тихо закрыл дверь.

Ривер ненадолго ушёл в ванную. – Эйвери, там есть зубная паста и всё необходимое, если нужно, – сказал он, выходя.

Без рубашки.

Чёрт. Я всегда восхищалась его телом. Как могла не восхищаться? Но видеть эти бесконечные линии мышц и мягкую кожу с татуировками, зная, что могу прикоснуться к ним, – это совсем другое.

– Зубы. Точно, – кивнула я и заставила себя подняться с кровати. Ноги казались тяжёлыми, как свинец, но я почистила зубы новой щёткой и приготовилась ко сну.

Погодите. В чём я буду спать? Капри и блузка явно не способствовали крепкому сну. На столике лежала сложенная футболка Ривера, и мои пальцы погладили мягкий хлопок. Идеально.

Через несколько минут я вышла из ванной и увидела Ривера, сидящего в кровати с книгой, которую он привёз с собой. Он бросил на меня быстрый взгляд, потом второй, и тепло разлилось по моему телу.

Он действительно не притворялся, не пытался сохранить нашу дружбу, делая вид, что я ему интересна. Он на самом деле хотел меня.

Я откинула одеяло, и его взгляд следил за каждым моим движением, с каждой секундой становясь всё горячее. – Надеюсь, ты не против, что я одолжила твою футболку?

– Да. Более чем не против.

Он выключил свет, когда я скользнула под одеяло, подтянув его к подбородку, как только моя голова коснулась подушки.

– Прости, что сегодня всё пошло наперекосяк.

– Нет, всё нормально. – Я вспомнила, что он говорил Бишопу, и придвинулась спиной к нему, пока не почувствовала его грудь. Его рука обвила мою талию, и я довольно вздохнула, когда он притянул меня ближе.

Его нос скользнул по линии моей шеи, и я повернула её, открывая ему доступ.

– Всё пошло наперекосяк, – сказал он.

– Может быть, – ответила я, переплетая наши пальцы. – Но этого того стоило. Всё довольно идеально.

– Идеально – это ты.

Его руки крепче сжали меня, и я растаяла. Ривер умел расслабить меня так, как никто другой. Во многом это всё ещё могло быть просто объятием лучшего друга, но… таковым не было. Да, это всё ещё был Ривер – тот, кто поменял мне колесо на первом курсе, кто врезал Трою Уильямсу, когда тот попытался меня поцеловать в следующем году, хотя я сказала «нет». Это был тот, кто помогал мне с Адди, с папой, да и вообще с жизнью.

Он был моим лучшим другом.

Но вот это желание перевернуть его на спину, забраться сверху и исследовать каждую линию его тела, пока я не сотру из его памяти всех тех барных девиц, которых он уводил домой за эти годы… ну, это уже не было дружеским.

Достаточно ли нашей дружбы, и этой откровенной жажды, чтобы перевернуть всю мою жизнь?

– Эйвери?

– А?

– Перестань об этом думать.

– Откуда ты…?

– Потому что я тебя знаю. Перестань думать, что от этих выходных чего-то ждут, и просто будь со мной, ладно? Постарайся забыть всё остальное. Сможешь?

Если это и правда был мой единственный шанс побыть с ним, значит, я должна попробовать. Я должна нырнуть в это с головой и посмотреть, что там на самом деле, потому что если меня не убьёт его уход, то добьёт неизвестность.

– Да.

Глава седьмая

Ривер

Было что-то особенное в том, чтобы проснуться с Эйвери в объятиях. Она была мягкой, теплой и подходила моему телу, как будто была создана именно для него.

Я встал, аккуратно освободил её волосы от щетины своей бороды и тихо ускользнул в душ. Когда закончил чистить зубы, была уже половина девятого, а она всё ещё не проснулась.

Я должен был спуститься вниз и найти нам что-нибудь поесть. Я умирал с голоду, но вместо этого снова забрался в кровать к ней. Как только я скользнул под простыни, она потянулась ко мне, как самонаводящаяся ракета на тепло, сделав из моей груди подушку, и закинув одно бедро прямо на мой член.

Я был её лучшим другом.

Святым? Точно нет.

Я обнял её за спину, запутавшись в густых светлых прядях её волос. В груди что-то сжалось. Она казалась идеальной в моих руках, и было слишком легко представить, что так мы могли бы жить всегда.

Свободная рука легла ей на колено, а потом я медленно провёл ею вверх по мягкой коже бедра. Я наслаждался шелковистостью её кожи, но не поднимался выше, потому что знал – моя футболка задралась, и между моей ладонью и её киской было лишь тонкое бельё.

Когда прошлой ночью она вышла в моей одежде, во мне вспыхнуло что-то первобытно-собственническое, и мне стоило огромных усилий не запустить руки под ткань.

Даже одна только мысль об этом заставила мой член затвердеть, а может, это было из-за того, что ее бедро прижалось ко мне. В любом случае, мое тело без проблем напомнило мне, что она была почти голой, как и я.

– Мммм, – простонала она, придвигаясь ещё ближе.

Её голова скользнула так, что губы оказались на моей шее, и мой пульс забился сильнее от этого вроде бы невинного прикосновения. Если бы она только знала, как сильно я её хочу – и каких усилий стоит держать руки при себе, – она бы ни за что не пустила меня в постель.

Эйвери обычно любила всё обдумывать. Взвесить каждое последствие и выбрать самый безопасный путь. Мне чертовски повезло, что я смог увезти ее на целых пять дней, не говоря о том, как легко было бы проникнуть в нее пальцами и довести до оргазма еще до завтрака.

Это совсем не помогало моей проблеме с утренним стояком.

Она снова пошевелилась, легко коснувшись губами моего горла, и моя ладонь сильнее сжала её подтянутое бедро.

– Доброе утро, – её голос был хриплым ото сна и чертовски сексуальным.

– Привет, – сказал я, ожидая, что она поймёт, в какой мы ситуации.

Вместо того чтобы отодвинуться, она скользнула ко мне, устроившись сверху, осыпая поцелуями мою шею.

– Эйвери, – простонал я, обхватив руками ее едва прикрытые ягодицы. Черт возьми, на ней были кружевные трусики.

– М-м-м? – протянула она, и эта вибрация пробежала по моей нервной системе и осела в члене. Она мягко покачивалась, пока я не оказался прямо между ее горячих бедер.

Она пыталась меня убить. Другого логичного объяснения я не находил. – Ты проснулась?

– Ага, – ответила она, скользнув губами вниз к моей ключице.

– Ты… – я зашипел, когда её зубы слегка коснулись кожи. Чёрт, как же это приятно. – Ты понимаешь, что делаешь?

Она сползла ещё ниже, создавая трение, от которого мои бёдра сами двинулись ей навстречу. Её пальцы обвели линии моих кубиков. – Ты имеешь в виду – осознаю ли я, что сижу на тебе и целую?

– Да, это, – одной рукой я обхватил её затылок, а другой сжал простыню рядом.

– Осознаю ли я, что ты хочешь меня? – прошептала она, взглянув на меня из-под ресниц глазами, такими синими, что они могли соперничать с небом Колорадо.

– И это тоже, – мой член дёрнулся в согласии.

– Да, – ответила она и поцеловала меня ниже, по животу.

Чёрт побери. Её губы на моей коже были самой изысканной пыткой.

– Я всегда хотела это сделать, – сказала она, проводя языком по линиям моих мышц.

Я резко втянул воздух, чувствуя, как напряглась каждая мышца моего тела. Она была воплощением всех моих фантазий.

– У тебя потрясающее тело. Уверена, тебе это говорили миллион раз…

Вот уж нет.

Я перевернул её так быстро, что она с тихим ух оказалась подо мной. Затем вытянул её руки над головой и устроился между её бёдрами. – До тебя ничего не имело значения. Никто не имел значения. Ты понимаешь?

Она кивнула, прикусив губу.

Я наклонился и освободил её губу из зубов лёгким поцелуем. – Раз уж мы заговорили о потрясающих телах… – мои руки обвели её изгибы, узкую талию и плавный переход к бёдрам. – Боже, что ты со мной делаешь, Эйвери.

Её бёдра чуть качнулись в моих руках, и я приник к её шее, наслаждаясь тихим вздохом, тем, как нежно она произнесла моё имя. Каждое её движение, каждый звук только сильнее подталкивали меня, натягивали моё самообладание до предела.

Моя футболка была задрана чуть выше её талии, оставляя живот открытым для моих губ. Я медленно целовал его, позволяя языку и зубам задерживаться там, где она тихо стонала. Кожа вдоль её тазовой кости была особенно чувствительной, и уже через пару минут она извивалась подо мной.

– Ривер, – простонала она, вплетая пальцы в мои волосы и подталкивая меня.

– Я так хочу прикоснуться к тебе, – признался я, выдыхая в полоску голубого кружева её трусиков.

– Так прикоснись.

Эти слова швырнули меня в новое, незнакомое прежде, жгучее и требовательное желание. Мне хотелось зарычать, пометить её как свою, дать всему миру понять, что эта женщина сочла меня достойным прикоснуться к ней.

Я провёл ладонью по внутренней стороне её бедра, не сводя с неё глаз, чтобы уловить первый признак, что она этого не хочет. Мои пальцы скользнули вдоль линии белья и проскользнули под него, пока...

Тук. Тук. Тук.

– Да ну нахрен, – пробормотал я. – Что? – крикнул, пока Эйвери тихо смеялась подо мной.

– Мистер Мальдонадо? Это из авиакомпании.

Я оторвался от тёплого, уютного тела Эйвери и быстро пересёк комнату, распахнув дверь.

– Багаж?

– Вот, – сказал парень, распахнув глаза. Я взял сумки из его рук и занёс за дверь, прекрасно осознавая, что мои боксеры нисколько не скрывают эрекцию.

– Распишетесь? – спросил он.

Я нацарапал подпись на бумаге. – Спасибо, что привезли, – сказал я и тут же захлопнул дверь.

Эйвери уже сидела на кровати, её волосы были в чудесном творческом беспорядке, а моя футболка спускалась ей до бёдер. Я едва сдержался, чтобы не сорвать её. Она улыбнулась и поманила меня пальцем.

О, да.

В дверь снова постучали, и я выругался.

– Что ещё? – спросил я, открывая.

Бишоп уже был полностью одет, стоял, скрестив руки на груди. Он скользнул взглядом вниз, потом снова поднял глаза и тяжело вздохнул.

– Поиграете потом, братишка. У нас сегодня дела. Через полчаса встречаемся с Ноксом.

– Полчаса?! – пискнула Эйвери и метнулась в ванную, утаскивая с собой маленький чемодан.

– Ты серьёзно не мог дать мне ещё час? – бросил я ему, когда дверь за ней захлопнулась.

– Считай это местью за то, что ты мне тогда помешал с Сарой Гэнстон.

– Мне было четырнадцать! – крикнул я ему вслед.

– Ничего личного, – ответил он, повторяя мои же слова, когда меня отправили искать его за нарушение комендантского часа.

Я надел чистую одежду и стал ждать Эйвери. День у нас был расписан, но в моём вечернем плане значилась только она.

– Это потрясающе, – прошептала Эйвери, оглядывая Берлогу команды Legacy, как они её ласково называли.

– Баш выложился по полной, – сказал Нокс, указывая на главную комнату комплекса с окнами от пола до потолка и потрясающим видом на горы. – Он хотел, чтобы у команды Legacy было всё, что нужно.

– А как насчёт людей? – спросил Бишоп, окидывая взглядом ряд застеклённых офисов с одной стороны и огромные обеденные столы с другой.

Комплекс был огромным. Две кухни, столовые зоны, офисы, просторный зал, спортзал и достаточно комнат на нижнем этаже с выходом на улицу, чтобы разместить всех двадцати двух предполагаемых членов команды.

– Не буду врать, людей не хватает, – признал Нокс. – Но и Эмерсон, и Баш работают над этим. Мы обзвонили всех детей из семей пожарных Legacy. Пока что все сказали, что вернутся домой, но завтра всё узнаем.

– А что завтра? – спросила Эйвери, переплетая пальцы с моими.

– Заседание совета, – ответил Нокс. – Мы должны представить им команду. Если у нас будут все, мы возьмём имя Legacy.

– А если нет? – спросил я.

– Ты когда-нибудь видел, чтобы Баш проигрывал? – ответил Нокс вопросом.

– А кто-нибудь из нас? – парировал я.

– Вот именно.

Я почти почувствовал, как Эйвери закатила глаза. – Ладно, допустим, ад замёрз, и вашей безотказной мужественности оказалось недостаточно. Что тогда?

Нокс усмехнулся. – Ты мне нравишься.

– Не надо, – сказал я.

Эйвери перевела взгляд с него на меня. – Все твои друзья здесь такие красивые? Потому что если да, то, может, Колорадо и правда неплохая идея…

Я на секунду завис с открытым ртом, пока она смотрела на меня с улыбкой. – Может, тогда и ездить на работу из Аляски неплохая идея.

Нокс рассмеялся. – Если людей не наберём, всё равно создадим команду, просто не возьмем название, которое хотели.

– Ваших отцов, – уточнила Эйвери.

– Верно.

– В любом случае мы в деле, – сказал Бишоп. – Даже если это будет не Legacy, всё равно это их команда. Их гора.

– Рад слышать, – кивнул Нокс. – А теперь перейдём к весёлой части. Идите за мной.

Он пошёл вперёд, ведя нас в один из офисов, на стене которого висела карта Legacy.

– Ты в порядке? – тихо спросила Эйвери, пока мы шли.

– Да.

– Ты весь напряжённый.

Я попытался расслабиться – и не смог. – Единственная причина, по которой я готов уехать с Аляски и рискнуть потерять тебя, в том, что это команда отца. Та, которую нам не дали возродить много лет назад, и если сейчас есть шанс…

– Ты должен его использовать, – закончила она, глядя на меня с пониманием и мягкой улыбкой. – Я тебя за это уважаю ещё больше.

– Но если это не настоящая команда Legacy, то чем я тогда занимаюсь?

Она сжала мою руку. – Подожди до завтра, посмотри, как всё пройдёт, а потом уже ответь на этот вопрос. А пока… – она замолчала, глядя туда, где Бишоп стоял рядом с Ноксом у карты.

– Что? – спросил я.

– Можно нам просто пару дней притворяться?

– Притворяться? – я обхватил её лицо ладонью, заставив посмотреть на меня.

– Притворяться, что всё решено. Что я приеду сюда с тобой. – В её глазах на миг мелькнула паника.

– Это просто притворство? – мягко спросил я.

– Я не хочу, чтобы это было так, но мы оба знаем, что всё намного сложнее, чем мы готовы признать.

Я поцеловал её, позволяя губам пообещать то, чего так боялось моё сердце.

– Да. Мы можем притвориться. Может, это поможет тебе понять, каково это на самом деле – если ты осознаешь, что жизнь существует за пределами привычных рамок.

Она сглотнула, потом кивнула:

– Ладно. Пойдём? – она кивнула в сторону кабинета.

В ответ я сжал её руку и вошёл вместе с ней.

– Вы двое в порядке? – спросил Бишоп, подозрительно прищурившись в мою сторону.

– Мы в полном порядке, – ответил я, ведя Эйвери к карте.

– Отлично. А теперь самое интересное. Баш чертовски богат. Он знал, что для перевозки целой команды Hotshot сюда понадобится многое, а когда понял на прошлой неделе, что это будут дети Legacy, ну… он сделал пару звонков риэлторам.

Мы с Бишопом переглянулись. Он только пожал плечами.

– Это значит, что ты можешь либо взять подписной бонус, что покроет стоимость дома, который ты хочешь купить, либо он подпишет тебе один из одиннадцати, которые он уже купил. Плюс он закрывает сделку на новый коттеджный посёлок.

– Серьёзно? – удивлённо спросил я.

– Абсолютно, – подтвердил Нокс. – Он не собирался допустить никаких препятствий. Конечно, тут есть казармы, но если ты везёшь семью… – он посмотрел на Эйвери, – то он хочет, чтобы переход был максимально комфортным. Поверь, для него эти деньги – ничто.

– Технологии, – ответил я на немой вопрос Эйвери. – Он продал пару приложений и очень удачно инвестировал.

– Неприлично удачно, – добавил Нокс.

– Похоже на то, – протянула Эйвери, широко раскрыв глаза.

– Ну так что? Пойдём со мной выбирать дом? – Давай, Эйвери. Притворись.

– Да, – ответила она с улыбкой, что могла соперничать с солнцем.

Пять часов спустя я успел накормить её дважды, показать несколько своих любимых мест в городе и даже завёл в офис местной газеты.

Старый мистер Бьюкенен всё ещё был главным, но признался ей, что ищет нового репортёра/редактора/дизайнера.

– Жизнь в маленьком городке, – сказал я, когда мы вернулись к джипу, который Нокс одолжил из нового гаража команды. Машина была совершенно новая, а погода – идеальная, чтобы ездить с открытым верхом.

– Мне нравится, – ответила она, опустив солнцезащитные очки и пристёгиваясь на пассажирском сиденье. – И спасибо, что проехал мимо школы. Адди хотела фотографии.

– Всегда пожалуйста, – сказал я, выезжая на главную улицу. – Как она там?

– Говорит, тётя Дон со всем справляется. Хотя, думаю, даже если бы дом горел, она бы сейчас не призналась.

– Она знает, что тебе нужен отдых, – заметил я. – Где следующий дом?

Она крепко держала листок, пока ветер шуршал бумагой.

– Шестнадцать-пятнадцать Пайн-авеню.

Я вбил адрес в GPS и повернул налево, направляясь к окраине города.

– Не уверен, что знаю, где это.

– Многое изменилось, с тех пор как ты уехал?

– Появилось больше всего. Когда я уезжал в Аляску, перестройку почти закончили, но за это время город подрос. Думаю, уже четыре тысячи человек живёт.

– Красота, – сказала она, глядя на горы, когда мы выехали за черту города.

– Что думаешь о первых шести домах?

– Неплохие. Но не совсем то, что я представляю для тебя… – она поправилась, – для нас. Слишком модные и близко друг к другу.

– Согласен. Хочу, чтобы дорога до клуба была недолгой, но Аляска меня избаловала. Люблю, когда вокруг поменьше людей.

– Я тоже.

Мы углубились в горы, пока не оказались в трёх милях от города.

– Пайн, – сказал я, сворачивая на грунтовку.

– Намного больше в твоём стиле, – подшутила она, дотянувшись, чтобы потереть мне затылок.

Дорога вела нас ещё милю, пока слева не показался дом.

– Вау, – выдохнула Эйвери.

И правда – вау. Мы поднялись по длинной подъездной дорожке и припарковались. Дом был в стиле бревенчатого сруба, похож на мой в Аляске, только больше.

– Он сказал, что это новостройка, – сообщил я, выходя из джипа. – Ландшафт пока не доделан.

Она оглядела двор. – Тут можно разбить клумбы. Я бы посадила цветы, высокие, чтобы цвет добавлял яркости на уровне крыльца.

Мы переплели пальцы и поднялись по ступенькам на крыльцо.

– Кресла-качалки? – спросил я.

Она покачала головой: – Качели.

– Качели, – согласился я, набирая код на замке. Щёлкнуло, коробка открылась, и я повернул ручку. Потом, не успев подумать, подхватил Эйвери на руки – её вес почти не ощущался на моей груди.

– Ривер! – рассмеялась она. – Мы же не женаты.

– Притворись, помнишь?

Она обвила руками мою шею, пока я нёс её внутрь.

– Вау, – сказала она.

– Ты это уже говорила, – напомнил я, осматриваясь вместе с ней.

– Думаю, я скажу это ещё раз двенадцать.

Прихожая и гостиная были открыты до второго этажа, где мостик соединял два крыла комнат. Окон было больше, чем стен, и все они выходили на горный хребет и лес.

– Такое ощущение, что мы здесь одни на всём свете, – сказала она, когда я опустил её на пол. Мы прошли по паркету гостиной, чтобы взглянуть на вид из окон и через раздвижную дверь на террасу.

– Хочешь осмотреться?

Она радостно кивнула и бросилась вперёд. Как обычно в моей жизни, мне оставалось только следовать за ней.

Там была просторная кухня с современными приборами, столовая, полностью готовый к использованию цокольный этаж с выходом на улицу – и это ещё до того, как мы поднялись наверх. Весь дом был обставлен для продажи, и хоть мебель была не совсем в моём вкусе, само пространство мне нравилось.

– Вау, – снова сказала Эйвери, когда мы вошли в главную спальню. Она была отделена от трёх других комнат мостиком, под которым мы проходили внизу. У дальней стены стояла кровать, рядом – два гардероба, огромная ванная, а целая стена окон открывала вид на горы, повторяя панораму нижнего этажа. Из спальни вела дверь на личный балкон, и мы вышли туда, облокотившись на перила, держащие нас на высоте трёх этажей.

– Я никогда не видела ничего настолько красивого, – сказала она, убирая выбившиеся пряди из своего пучка за уши.

– Я тоже, – ответил я, не отводя от неё взгляда. Она всё ещё была моей Эйвери, но здесь казалась свободнее, без прежнего груза. Я не мог не задуматься, как бы она расцвела, если бы ей дали право самой определять, кто она, без чужих указаний.