Текст книги "Мертвый Шторм. Предыстория (СИ)"

Автор книги: Ракс Смирнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

На вокзале как всегда кипела жизнь, разгружали очередную грузовую дрезину. Сэм даже не сразу разглядел в толпе работяг Стервятника и стоящего рядом Медведева. На этот раз военный был одет в боевой модернизированный костюм химзащиты «ОЗК», полностью прорезиненный, похожий больше на космический скафандр, чем на снаряжение для выхода на поверхность.

В этот момент работяги загрузили последний ящик на дрезину, и когда она уехала, Сэм понял, что с группой присутствовал третий человек. Странного вида мужчина в крайне неестественной для вылазки одежде: потертый классический костюм-тройка с бабочкой, длинный легкий плащ и старые туфли. Плащ был с капюшоном, который сейчас практически полностью скрывал лицо незнакомца. Тот словно вылез со страниц романов про охотников на вампиров в викторианскую эпоху, Сэм даже не заметил при нем никакого оружия.

– О, а вот и Сэм, – поприветствовал Николай и указал рукой на незнакомца в костюме. – Сэм, это Проводник. Он проведет нас до «Баррикад».

– Что, проведет прямо… так? – удивился Искатель.

– Да. Именно.

Проводник молча смотрел на дрезину, будто бы не замечая никаких разговоров о себе. Он создавал впечатление не особо разговорчивого человека.

– Хорошо, но в таком случае, думаю, пересекать кордон на «Пионерской» лучше по одному, – сказал Сэм. – Такой разношерстный отряд обязательно привлечет внимание патрульных и будет много вопросов.

– Не переживай, проблем не будет, – ответил ему Николай. – На ваш Союз есть другие пути.

– Это какие?

– Все, пора идти, – вдруг произнес Проводник, – окно будет открыто всего десять минут.

Сэм не понял, про какое окно идет речь, но решил не задавать лишних вопросов. Тем более что все ответы получил очень скоро.

Глава 3 – Мертвый Город

Проводник, вместо того чтобы сесть на дрезину, повел группу к туннелю. Пройдя по платформе до самого ее конца, он спрыгнул на пути. Так как транспорт в Союзе бесплатный, по туннелям никто никогда пешком не ходил, и люди, прыгающие с платформы, непременно вызывали бы подозрение. Но именно сейчас никто не обращал на путников внимания: работники, матерясь, разгружали огромные ящики, которые с трудом умещались на платформе.

Все двигались тихо. Сэм ожидал, что сейчас Проводник остановится, даст какой-то сигнал, и к группе подъедет легкая дрезина, но пройдя метров сто, Проводник остановился у двери к неиспользуемым служебным помещениям. Сэм прекрасно знал, что там лишь небольшая комнатушка c прогнившим насквозь трансформаторным ящиком, никаких люков или выходов на поверхность. К тому же дверь давно заперта. Тем не менее, Проводник невозмутимо подошел вплотную и, достав из кармана плаща необычный ключ, больше похожий на хитрую отмычку, вставил его в замочную скважину. Замок щелкнул, и дверь без проблем открылась. Сэм удивленно посмотрел на Стервятника, но тот лишь пожал плечами.

Проводник прошел внутрь. Как и ожидал Искатель, внутри действительно находился только огромный проржавевший железный ящик. Проводник подошел к нему и вставил все ту же отмычку. Дверца трансформатора открылась, а за ней в стене оказался лаз, куда друг за другом пролезла вся группа. Замыкающим был Медведев, который захлопнул за собой дверцу.

Группа недолго следовала по туннелю, явно выкопанному вручную после Катастрофы, так как его укрепляли чем попало: деревянными брусками, досками, балками, старыми трубами. Всего через десяток метров путь вывел группу к старому канализационному коллектору, где Проводник остановился.

– Итак, – тут же сказал Николай, – этот развалившийся коллектор имеет выход на перекрестке перед высотным зданием технического университета. Наш транспорт стоит около «ТРК Европа», куда нам придется дойти пешком.

– Дрезина? – спросил Сэм.

– Да, ручная, она не создает столько шума. И по нашим расчетам у нас будет окно около часа, чтобы доехать до «Баррикад».

– Окно? – удивился Стервятник.

– Да. Периодически кольцо мутантов сжимается, ненадолго приоткрывая путь. Нам неизвестно, что происходит в это время, но главное, что у нас есть возможность пройти этот участок без риска столкновения с ними.

– Почему же тогда вы постоянно так не перемещаетесь?

– Потому что пройти может только небольшой отряд, и максимально быстро. Мы и так сильно рискуем.

– Пора идти, – резко оборвал Проводник. – У нас очень мало времени.

Сэм никак не мог понять, кто этот человек. Точнее, сами по себе проводники как явление в метро не редкость. Еще одни младшие братья сталкеров, как и грузовички. Водят людей между станциями по поверхности протоптанными и не очень маршрутами, помогают договариваться с патрулями, если нужен транзит. Но они всегда стараются одеваться неприметно и практично. И к тому же поведение и настрой Проводника сильно отличались от того, что привык видеть Сэм. Обычные проводники никогда не полезут в пекло, если на пути лежит большая опасность, и вряд ли смогут провести военного через кольцо мутантов.

Тем временем группа уже миновала коллектор и поднялась по лестнице на перекресток, который отлично просматривался благодаря чистейшему небу. Ясная погода, которая до Катастрофы была самым нормальным явлением, теперь считалась большой редкостью, причем смертельно опасной для большинства жителей метро и сталкеров, которые родились после Катастрофы. Солнечный свет мгновенно ослеплял и дезориентировал всех, кто не видел за всю свою жизнь ничего ярче ламп освещения на станциях. Ослепленный человек просто не в состоянии нормально передвигаться и, как правило, быстро становится приятной и легкой добычей для тварей.

Группа оперативно натянула противогазы – все, кроме Проводника. Сэм еще больше удивился этому человеку: на Проводнике вообще не было никакой защиты, кроме обычного респиратора и темных очков, которые он, похоже, не снимал никогда.

«Вероятно, под этим пиджаком скрывается экзоскелет, а очки, скорее всего, имеют встроенные экраны или что-то в этом роде, хрен этих вояк разберешь», – подумал Сэм, но решил сосредоточиться на задании и осмотреться.

Место было хорошо знакомо. С одной стороны проспекта корпус педагогического университета, а с другой высотка политехнического, примерно в трехстах метрах от входа на «Площадь Ленина». Именно в этом университете, только в другом корпусе, находились Сэм и Стервятник, когда началась Катастрофа. Правда, с того момента строение сильно изменилось. Высотка, некогда облицованная красивой глянцевой серой плиткой, давно потеряла свой блеск. Вся плитка осыпалась, оголив потрескавшиеся кирпичи грязно-белого цвета. Окна выбило еще первой ударной волной. Последние несколько этажей отсутствовали. Их обломки сейчас, как хорошо помнил Искатель, находились во внутреннем дворе университета.

Сэм, ожидавший, что Проводник и дальше будет самостоятельно вести группу до «Баррикад», вдруг услышал:

– Сэм, мы ждем твоей команды.

– Не понял? – удивился Искатель. – Как так?

– Сэм, я не сталкер. Я проводник. Думаю, ты знаешь, кто такие проводники.

– Конечно, но как ты тогда довел Николая сюда?

– Если честно – с трудом.

– Ваша работа как сталкеров начинается уже сейчас, – пояснил Николай. – Проводник помог мне добраться до метро, но сделал это с риском для жизни. Без вашей помощи сейчас мы точно не справимся.

Искатель был немного удивлен. Он уже принял для себя тот факт, что его единственной задачей будет разобраться с Эпицентром, а до Альянса его и Леху доставят едва ли не трансфером. Однако все оказалось иначе. Ну что же, он не против.

Сэм снова, на этот раз получше, осмотрелся. Старт маршрута довольно удачный и в целом безопасный. Перекрестье двух дорог с заросшей сорняками аллеей само по себе не представляло никакой опасности. Разве что не помешало бы следить за корпусами университетов по обе стороны, потому что в них обитало огромное количество невероятно ловких мутантов, называемых планктонами.

Сэм так же бегло осмотрел группу, прикидывая, какие физические возможности у его спутников, и четко изложил сформировавшийся план маршрута:

– Хорошо, сейчас двигаемся по правой стороне проспекта, до площади. Идем тихо. Смеркается, поэтому планктоны сейчас наиболее активны. Вопросы?

– Хотелось бы знать, кто такие планктоны, – ответил Николай.

– В смысле? В Военном Альянсе не знают о планктонах?

– Может быть, рядовые солдаты знают, я нет.

– Проводник не рассказал? – Сэм удивленно посмотрел на загадочного человека, который лишь пожал плечами, как бы отвечая «меня и не спрашивали». – Ладно, кратко: мелкие голые существа, похожие на Голлума из довоенного фильма про волшебное кольцо. Обитают как раз в таких офисных зданиях, в которых чувствуют себя как рыба в воде. В целом безобидны, если не привлекать внимание.

– Планктоны, я так понимаю, потому что в офисах сидят? – уточнил Николай

– Да, все верно. Кто-то решил, что это смешно, с тех пор так и называем. Так, сейчас главное пройти мимо универов без проблем, дальше уже будет легкая прогулка. Все, не стоим, пошли.

Сняв свой АК с предохранителя, Сэм пошел первым. И хотя ему приятно было оказаться во главе отряда, Искатель ужасно не любил ими руководить. Нужно думать не только за себя, но и за того парня, что сильно напрягало. Поэтому он и работал исключительно один. Но дело уже начато, договор подписан, выбора не было.

Выведя группу с дороги на тротуар, Сэм прислушался. Из кленовой рощицы слева не доносилось никаких звуков. Затишье перед ночной охотой. Дневные твари уже закапывались поглубже, в руины города, а ночные только просыпались. Прекрасное время для пребывания на поверхности.

Группа дошла до главного корпуса политехнического университета, выглядевшего довольно мрачно, в отличие от своего соседа на другой стороне. Тот сейчас почти сиял своими белоснежными колоннами. Весь секрет заключался в грубой штукатурке, которая, в отличие от плиточной облицовки, не так быстро осыпалась от времени.

Но здесь и крылась главная подстава: Сэм не просто так выбрал наименее «красивый» маршрут. Симпатичные и относительно хорошо сохранившиеся корпуса также больше нравились и планктонам, которых в педагогическом университете проживало в два раза больше, да и сами они были не в пример крупнее своих собратьев через дорогу. Этих планктонов иногда в шутку даже называли «преподами», потому что сородичи из технического их боялись.

Еще через несколько метров Сэм посмотрел наверх, на огромную дыру в стене политеха. Искателю всегда было немного больно проходить мимо этого места. Ведь он прекрасно помнил этот взрыв. Помнил множество раненных и покалеченных одногруппников. Как бы сталкер ни относился теперь к смерти и ранениям, та ужасная картина навсегда оставила след в его душе.

Через дыру сейчас была хорошо видна просторная аудитория. Она выглядела все так же, как и десятки лет назад. Большое помещение с амфитеатром, когда следующий ряд выше предыдущего. Большинство парт, правда, растащили жители Союза на дрова и расходные материалы еще в первые годы, когда мутанты были не главной проблемой. В тот же период Искатель и сам залезал внутрь ради интереса. В памяти тут же всплыла эта аудитория, полная разбросанных вещей и разложившихся тел. Даже тетради остались на своих местах. Сэм нашел среди них свою, но так и не забрал с собой. Возможно, она и сейчас там лежит, а точнее то, что от нее осталось.

Вдруг в аудитории что-то промелькнуло. Что-то живое. Ловко перескакивая с места на место, существо добралось до самых верхних рядов и запрыгнуло в дыру в потолке. С чердака послышался крик, похожий на визг мартышки.

– Планктоны, сука, заметили! – громким шипением выругался Сэм.

– Терпеть не могу этих тварей, – скривился Стервятник.

Николай взвел свою немецкую автоматическую винтовку, готовясь выстрелить в любую секунду, и быстро спросил:

– Отбиваемся?

– Нет, – ответил Сэм, – ни в коем случае, отставить! Их тут слишком много, нас просто зажмут! Нужно добежать до площади. Они не выходят на большие открытые пространства, возможно, и в этот раз не выйдут. Вперед!

Пробежать было необходимо всего метров сто, прежде чем выйти, наконец, на «Площадь Ленина». Но весь маршрут проходил вдоль зданий, в которых тоже обитали планктоны. А внутри мутанты значительно быстрее людей. Именно поэтому Сэм сбежал с тротуара на дорогу. Визг повторился. На этот раз громче. В ответ ему закричало еще около десятка голосов.

«Все, началось», – подумал Сэм.

Внутри университета послышался топот. Как будто безумная толпа первокурсников, услышав об окончании занятий, бежит домой. В окнах замелькали силуэты, мчавшиеся параллельно движению группы. Сэм знал стратегию планктонов: пробежать как можно больше по зданию, опередив незадачливого путника, а потом выскочить прямо перед ним. Искатель бежал что было сил, пытаясь держаться второго ряда остовов автомобилей, чтобы их корпуса хоть немного прикрывали от боковой атаки. Он успел заметить краем глаза, что через дебри леса, со стороны педагогического института, к нему так же быстро приближаются планктоны-преподы. Им требовалось больше времени, чтобы пробиться через заросли, но их нельзя было выпускать из виду.

Планктоны довольно быстры не только внутри строений, но и между ними. Они очень ловко выскакивали из окна одного здания, пролетая около пяти метров открытого пространства, тут же заскакивали в окна другого, продолжая свое движение внутри. В некоторых местах Мертвого Города они способны таким образом преследовать жертву несколько километров. Но на счастье отряда, эта пятиэтажка была последней перед площадью.

Искатель прикинул, в какой примерно момент планктоны должны были достигнуть конца строения, схватил гранату и швырнул ее в место десантирования тварей. Все пошло точно по плану. Четыре или пять мутантов выскочили прямо перед группой и тут же разлетелись в стороны. Следом за ними больше никто не появился. Скорее всего, мутанты испугались взрыва, что дало группе небольшое окно, чтобы проскочить почти закрывшийся участок.

Планктоны будто догадались, что их тактика раскрыта, и начали выпрыгивать из всех окон подряд. За несколько секунд вся улица позади заполнилась толпой голых существ. К счастью, открытое пространство их сильно тормозило. Мутанты пытались не терять в скорости, прыгая по остовам авто и деревьям, но получалось у них очень плохо. Здесь не было близкорасположенных стен и потолка, поэтому догнать людей так просто твари уже не могли.

Наконец Сэм выбежал на площадь, на которой стоял большой памятник Ленину. Когда-то вождь мирового пролетариата показывал рукой перед собой, но эту руку ему при падении оторвал военный вертолет. Он до сих пор так и валялся на дороге неподалеку. Сэм направился туда. Даже спасаясь от планктонов, выбегать на саму площадь глупо, потому что на таких больших открытых пространствах сразу можно было стать легкой добычей для других мутантов – черных воронов.

Планктоны стали замедляться. Добежав до площади, они побоялись преследовать людей под открытым небом и окончательно остановились. Сотни, если не тысячи маленьких разгневанных глаз сейчас смотрели на путников, не зная, что им теперь делать. Простояв так несколько секунд, они развернулись и начали заскакивать обратно в здания.

– Да, валите! – радостно закричал Стервятник. – Ух, еле успели!

– И часто у вас такое веселье в окрестностях станции? – глубоко дыша после бега, спросил Николай.

– Практически постоянно, – ответил Сэм и сделал паузу, так же восстанавливая спокойный ритм дыхания. – Они тут весьма неплохо устроились. Два просторных административных здания. Лес, полный жратвы.

– Как же вы тут тогда на поверхность вылезаете?

– Планктонам не очень интересны одиночки, слишком мелкая добыча. Поэтому сталкеры ходят максимум по двое, и при этом стараются действовать крайне тихо, – Сэм указал рукой на свой арбалет за спиной.

– Но почему мы не вышли со станции, Николай? – Леха махнул рукой в сторону входа в подземку, находившегося в нескольких десятках метров от вертолета. – Тогда нам не пришлось бы проходить через логово планктонов.

– Не хотел, чтобы мы привлекали лишнее внимание постовых.

– А типа, что мы на рельсы спрыгнули, ничьего внимания не привлекли?

– Не привлекли, – неожиданно отрезал Проводник.

– Можете не переживать, – добавил Николай, – Проводник все контролировал. Мы остались абсолютно незамеченными. Но если бы мы вышли через главные ворота, это вызвало бы вопросы.

– Возможно… Ладно, отдохнули, не теряем времени, пора идти дальше.

Одним вопросом в голове Сэма стало меньше. Теперь понятно, как Медведев с Проводником дошли до станции, не попавшись на глаза никому из патрулей. Правда, еще оставались вопросы по Стервятнику, но Сэм решил, что Леха мог просто договориться с патрульными, поэтому его записи нет в журнале.

За площадью дороги смыкались в одну, а по бокам снова начинались дома. Но в них почти не водилось никаких существ, потому что большая часть планктонов мигрировала к «Площади Ленина» из-за благоприятных условий питания и охоты. Сэм редко выходил здесь на поверхность, но не упускал случая, если таковой подворачивался. Необитаемые дома и высокие деревья по обочинам дороги с обеих сторон защищали от воронов. Этим путем предстояло пройти еще около километра до места, где туннель выходит на поверхность. Дрезина, как понял Сэм, находилась там

Смеркалось. Солнце уже зашло, но его свет все еще немного пробивался из-за горизонта. Сейчас дорога была относительно безопасной, поэтому Сэм решил немного расслабить группу после напряженного момента:

– Хорошая погода. На удивление хорошая. Жаль, что сейчас это больше аномалия, чем норма. Помню, какое же это было прекрасное время для прогулок по городу до Катастрофы.

– Да, ты как нельзя прав, Сэм, – с грустью в голосе произнес Медведев.

– А как на велосипеде классно прокатиться в такое время, – с ностальгией в голосе произнес Стервятник. – Все тогда было иначе. Даже мы другими были. Вот ты, Николай, кем был?

– Я? Майором полиции. Что любопытно, получил звание за пару дней до Катастрофы, перед тем как в этот город приехал. Но это в прошлом, все эти звания «до» не имеют значения. Можно сказать, война все обнулила.

– Ты не местный?

– Из Казани. Жена с дочерью там остались. Приехал сюда буквально на пару дней по делам, должен был быстро назад вернуться. Не успел… Оказался не в том месте, не в то время.

Николай резко помрачнел.

– Думаешь, они спаслись?

– Надеюсь. Мы недалеко от станции жили, поэтому должны были спастись. Я очень хочу туда вернуться. У нас вся техника осталась, вертолеты. Мы давно готовимся к рейдам в крупные города. Казань вторая на очереди. Но неожиданная атака псов нам все карты спутала.

– Да уж. Могу только посочувствовать, – ответил Леха. – Уехать ненадолго и так и не вернуться.

Николай замолчал. Но, видимо, прогоняя мысли о своем прошлом, тут же спросил:

– Сэм, кем был ты?

– Студентом. С Лехой вместе.

– Ну как студентами, – перебил его друг, – поступили только. Первый курс заканчивали.

– Ну да, но, как нам тогда говорили, сдали первую сессию, значит уже студенты. Мы тогда уже были лучшими друзьями. С самого детства вместе. Родителей не знали своих никогда.

– Да ладно? Детдомовские, что ли? – удивленно спросил Николай.

– Да. Можно сказать, в этом есть какой-то плюс. Мы почти никого не потеряли… почти. – Сэм прогнал ненужные мысли. – Проводник, а кем ты был?

Проводник, который все это время молчал и как будто бы вообще шел сам по себе, вдруг опомнился.

– Что? – спросил он.

– Кем был до Катастрофы? – повторил за Сэма Стервятник.

Проводник немного задумался, будто вспоминая, а может, просто придумывая.

– Бизнесменом, – ответил он спокойно, но в его голосе слышалась неуверенность.

Расспросить подробности ни у кого не вышло: разговор прервал громкий звук откуда-то сверху. Сэм посмотрел в ту сторону, хотя уже знал, что это за существо. Слева, на другой стороне улицы, на крыше здания сидела огромная тварь, чем-то издали напоминающая птеродактиля. Это был черный ворон. Почему его назвали вороном, никто толком не знал. Ведь на ворона этот мутант совершенно не похож. Оперение сохранилось только на крыльях, другие части тела покрыты кожей, похожей на змеиную. Да и клюв мутанта с вороньим не имел ничего общего. Заостренный и изогнутый, цельная кость, почти броня, он часто использовался тварью как таран и чем-то напоминал клюв попугая.

Искатель остановился и сделал жест рукой, показывая, что необходимо замереть. Сэм понял, что твари не интересна группа людей. Она их даже не видела за деревьями. Причиной беспокойства ворона оказался дворовый пес, который сейчас бежал через дорогу навстречу людям. Точнее сказать, «дворовым псом» этот вид мутантов называли лишь из-за его отдаленной схожести. Разумеется, радиация и дикие условия немного модифицировали небольших собачек.

– Ага, а это уже интересно, – произнес Сэм. Он повесил свой АК на плечо и взял в руки арбалет.

Пса будто совершенно не смущало ни то, что его заметил ворон, ни то, что он двигался прямо на хорошо вооруженную группу. Это было очень нехарактерно для такого пугливого существа. Впрочем, в связи с недавними новостями Сэм этому уже не удивлялся. Но он не мог допустить, чтобы пес подошел вплотную. Как только собака начнет выходить из поля зрения ворона, черный непременно захочет атаковать добычу, пока она не скрылась. А в этот момент он заметит и группу людей, и отбиться от него будет ой как непросто.

Пес, явно настроенный агрессивно, все приближался. Пасть раскрылась, оголяя огромные клыки. Красные залитые кровью глаза сейчас смотрели прямо на Искателя. Потрепанная шерсть стояла дыбом. Чудовищные когти на лапах разрыхляли смесь остатков асфальта и земли. Сэм снял арбалет с предохранителя. Несмотря на то, что дворовый считался одним из самых безобидных и пугливых порождений Катастрофы, убивать его лучше на расстоянии. Мутант размером с большой спортивный мотоцикл довольно массивен и спокойно мог снести с ног и даже переломать своим весом пару костей. А помимо острых когтей и клыков, опасность представляла также и шерсть, острая как бритва. Конечно, исполосовать она не могла, но зря потрепать снаряжение – запросто.

Медлить больше нельзя. Пес уже находился всего в паре метров от Сэма. Сэм нажал на спусковой крючок, и механизм арбалета сработал безукоризненно. На таком малом расстоянии арбалетный болт пробил череп твари насквозь, и та мешком свалилась на асфальт. Ворон, который уже приготовился спикировать вниз, замер, не понимая, что произошло.

– Пока он сообразит, у нас есть в запасе немного времени, вперед, – негромко произнес Сэм.

Отряд быстро двинулся дальше. Оставалось пройти совсем немного. Но на пути следования отряда находился широкий перекресток без деревьев и каких-либо укрытий. Возможно, в другой ситуации это не доставило бы неудобств, но ворон уже понял, что никакой опасности для него нет, и начал летать над их головами, заинтересованный, правда, пока только мертвым псом.

Сэм остановился и посмотрел на ту сторону перекрестка. Там находилось старое трамвайное кольцо, которое перестало функционировать еще задолго до Катастрофы. Все оказалось даже лучше, чем Сэм предполагал. Дрезина стояла вовсе не у северного входа в туннели, а прямо здесь, на рельсах. До нее осталось только добежать.

– Похоже, мы опять попали в неловкую ситуацию, – с иронией сказал Стервятник.

– Да, ты прав, – ответил Сэм. Выход тут был только один – бежать напролом и надеяться, что ворон все-таки не обратит на группу внимания.

Все терпеливо ждали, что же предпримет Искатель. Тот, еще раз оценив расстояние до дрезины, огляделся. Пути назад нет, да и ждать тут, пока ворон улетит, бессмысленно. Когда он сядет на землю, чтобы поесть, то все равно заметит людей. Поэтому Сэм поменял арбалет на автомат, дал рукой сигнал следовать за ним и рванул через перекресток широких улиц. Когда Сэм был уже посередине проезжей части, он заметил, что ворон начал делать заход для атаки. Искатель ускорился в надежде успеть до транспорта раньше, чем птица решит напасть.

Тварь направилась вниз прямо на людей. До дрезины оставалось совсем немного. Но времени, чтобы добежать, уже не хватало. Сэм остановился и направил свой автомат на черную тварь. Шанс выжить в такой ситуации появится в том случае, если Искателю удастся попасть мутанту точно в глаз.

– Стреляйте по глазам! – скомандовал сталкер.

Все, кроме Проводника, выполнили команду. Проводник же стоял на полусогнутых ногах, вытянув вперед пустую руку. Сэм решил, что тот просто испугался, как вдруг рука Проводника дернулась, воздух вокруг нее немного исказился, и Сэму показалось, что едва заметный красный сгусток энергии попал в ворона, после чего тот резко изменил свою траекторию. Словно подбитый самолет, летающую тварь начало кружить вокруг своей оси, и она, пролетев над головами отряда через весь перекресток, врезалась в офисное здание на той стороне улицы. Хищная птица-мутант, подняв облако обломков и пыли от удара о стену, упала на землю и перестала подавать признаки жизни.

Все, кроме Николая, стояли в ступоре, не понимая, что произошло, и смотрели на Проводника. Он все так же стоял, не двигаясь, на полусогнутых и держался за руку, которую несколько секунд назад направил на тварь. Медведев же при этом таинственно улыбался.

– Что это было? – с удивлением в голосе выдавил Сэм.

Проводник поднял голову и посмотрел на спутников. Похоже, он не знал, как правильно реагировать.

– Сложно объяснить. Назовем это тактикой ментального боя, – ответил он.

– Тактика ментального боя? – Стервятник явно не поверил своим ушам. – А может, ты еще и огнем плеваться умеешь? Что за бред ты несешь!

– Это не бред. Ты сам прекрасно видел, что я сделал.

– Слушай, а может быть, ты сам один из этих? – Леха направил свою «сайгу» прямо в лицо Проводника. – Колись давай, что за штука у тебя в руке, или я тебя сейчас прямо тут отдыхать оставлю. Мутант чертов!

– Эй-эй-эй, Леха, Леха, успокойся, ты чего? Давай нормально разберемся, – попробовал его остановить Сэм.

– Отвали, Сэм, сейчас я эту нежить в фарш превращу! А ну показывай руку, мутант!

Неожиданно Проводник ушел вправо, схватил той самой рукой, которой только что остановил тварь, винтовку Стервятника, и почти мгновенно оказался за его спиной. Еще миг, и откуда-то из левого рукава вылез огромный клинок и остановился у самой шеи Стервятника.

– Хотел посмотреть, смотри, – спокойным голосом произнес Проводник.

– Понял, понял, – сразу успокоился Леха, – оружие у тебя есть, значит, не мутант.

– Эй, Проводник, хватит, он все понял, – попросил Сэм.

Проводник отпустил Стервятника и отошел в сторону. Клинок, который только что был приставлен к горлу Лехи, плавно спрятался обратно в рукав пиджака.

– Вот мутантище… – держась за шею, сказал Стервятник.

– Нет, он не мутант, – наконец произнес Николай, который все это время наблюдал за происходящим. – Можете успокоиться. Если бы не его способности, может, мы бы до вас и не добрались.

– То есть, ты знал о его… особенностях?

– Разумеется. Я сам тоже долго не мог в это поверить. Когда Проводник впервые пришел к нам без оружия в гражданской одежде, мы его приняли за ничего не понимающего сумасшедшего. Но потом он показал нам пару своих фокусов, и мы поняли, что ничего не понимающие тут только мы.

– Но как это работает?

– Я не смогу вам это объяснить, – невозмутимо ответил Проводник. – Я просто чувствую энергию и управляю ей, но, чтобы это понять, надо быть таким же, как я.

– Вот-вот, – согласился Медведев. – Он нам точно так же объяснял. Поэтому просто примите это как данность.

Раздался вой, высокий, пронзительный. Главные уборщики улиц Мертвого Города от трупов. Падальщики. Кем они были до Катастрофы, сказать практически невозможно. Говорят, что они произошли от домашних грызунов, вроде мышек или хомячков. На вид они были совершенно непонятными: не то крыса, не то червь, не то странный слизняк. В единицах безобидны, но, когда набрасывались толпой, хуже пираний.

– Все, пора уходить, и поскорее, – сказал Сэм. – Скоро тут будет большая пирушка, и боюсь, если мы тут задержимся, то станем на ней десертом.

***

Дрезина оказалась хоть и ручная, но гидравлически усиленная, и приводить ее в движение было легко. Группа очень быстро перешла на основные пути и выехала из-под эстакады. Взгляду открылся потрясающий вид: большая парковка торгово-развлекательного комплекса «Европа», на которой сейчас стояли сотни остовов автомобилей, однажды приехавших за покупками и оставшихся здесь навсегда. Над парковкой возвышался сам торговый центр, который после Катастрофы представлял большую ценность для жителей ЭлектроСоюза: первые годы они «одевались» именно здесь.

Сегодня же внутри не только не осталось ничего полезного, но и добавилось опасного. На крыше обустроила себе гнездо самка черного ворона. Они более живучие и крупные, чем мужские особи, и единственное, что было хорошего в таком соседстве, это то, что они в основном предпочитали следить за своими птенцами, а не нападать на кого попало.

Торговый центр миновали быстро, и вскоре дрезина уже двигалась мимо некогда грандиозного центрального стадиона по правую руку. Некогда – потому что сейчас его полностью поглотили заросли мутировавшего плюща. После Катастрофы в здание попала молния и случился пожар, который бушевал несколько дней и освещал половину Мертвого Города ночами. Стадион выгорел дотла, оставив после себя лишь скелет металлоконструкций и пепельное поле на километр вокруг. Вкупе с радиоактивным фоном, это создало идеальные условия для роста плюща, который сначала обвил металлический каркас, а затем занял и всю площадь паркинга.

С другой стороны дороги находился лес. Он был здесь и до Катастрофы, и со временем просто стал плотнее. За ним располагался невероятных размеров памятник, который открылся взору уже через километр. Исполинская статуя женщины с мечом, которая показывала свободной рукой в сторону, будто призывая к бою. Родина-Мать. Символ мира, возведенный в честь великой победы в мировой войне. Нет, не в той войне, которая превратила мир в пустующую груду руин, полную уродливых тварей, а в той, что была намного раньше. Последняя война в истории человечества, после которой люди смогли восстановить привычный образ жизни. Но так ничему и не научились. Спустя десятки лет они вновь захотели кому-то что-то доказать, но в этот раз все пошло не так. Как эта статуя вообще уцелела в судный день и простояла столько лет, когда высотные дома были похожи на решето, оставалось загадкой. Одно из самых высоких строений в городе, находящееся на самой высокой точке, даже не потрескалось. На фоне темного, сейчас уже плотно затянутого тучами неба, ее черный, едва различимый силуэт одновременно пугал и завораживал. Путники молча смотрели на нее, сбавив ход дрезины.