Текст книги "Случайная ошибка, или От судьбы не уйдешь (СИ)"
Автор книги: Полина Краншевская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)
Глава 3
Дверь в покои вдовствующей маркизы Элизабет Дизайт была крепко заперта, но, несмотря на это, оглушительные стоны, всхлипы и даже периодические крики разносились по всему второму этажу роскошного особняка в самом сердце столицы. Почтенный дворецкий заранее известил всех слуг о том, что к хозяйке наведается ее «молодой любовник», как он презрительно именовал господина Максимира Рошера, уступавшего маркизе в возрасте всего четыре года.
Горничные старательно избегали походов на второй этаж, разве что самые любопытные могли раз-другой набраться храбрости, ослушаться запрета дворецкого и украдкой прошмыгнуть к заветной двери. Там они тихонько стояли, краснели, бледнели и, вздыхая, воображали, что и на их долю когда-нибудь выпадет такое блаженство, от которого захочется вопить во все горло.
В это время в спальне ничего не подозревающий «молодой любовник» старательно ублажал растрепанную, взмокшую и запыхавшуюся маркизу. Элизабет слыла женщиной опытной, изведавшей любовь не одного десятка кавалеров. Все же ее выдали замуж совсем юной, а в мужья ей достался древний старик, тут даже самая последняя скромница на стенку полезет и начнет пробовать запретный плод. Но даже ее выдержки подчас не хватало, Элизабет выдыхалась и начинала молить о пощаде:
– Макс… остановись… ах… пожалуйста! Ох! Больше не могу!
Максимир как обычно был сверху и, только-только поймав нужный ему ритм в третьем заходе за вечер, не собирался слушать слабых протестов внезапно утомившейся маркизы. Элизабет задергалась, цепляясь из последних сил за смятые гармошкой влажные простыни, запрокинула голову и громко завыла, точно тоскующая в лунную ночь волчица. Максимир завершил начатое и навалился на маркизу всей тяжестью блестящего от пота тела.
Элизабет с блаженным стоном обмякла под ним и затихла, тяжело дыша. Максимир наконец оставил ее в покое и вытянулся рядом, закинув руки за голову. На его привлекательном лице играла самодовольная улыбка, и даже всегда раздражавшая маркизу короткая щетина на подбородке и щеках не портила впечатления. Чуть вьющиеся темно-каштановые волосы Максимира торчали в беспорядке, и маркиза провела по ним пальчиками, унизанными перстнями.
– Ты совсем меня не щадишь, – попеняла она ему, но Максимир и не подумал раскаяться или устыдиться.
– Ты слишком долго игнорировала мои послания. Я предупреждал, что не смогу столько ждать.
Сильные маги всегда отличались любвеобильностью. Поговаривали, что это дар накладывал на них особый отпечаток.
Маркиза хихикнула и поднялась с кровати. Покачивая широкими бедрами, она прошла к туалетному столику, присела на пуфик и принялась расчесывать остриженные до лопаток медного оттенка волосы. В столице только-только вошли в моду дерзкие женские стрижки, и Элизабет в первых рядах избавилась от непомерно длинных локонов. Глядя на отражение в зеркале, она с обожанием любовалась своим обнаженным телом и загадочно улыбалась.
Максимир скользил взглядом по ее фигуре и отмечал про себя каждую лишнюю складочку, оплывшую в последнее время талию и уже слегка обвисшую слишком полную грудь.
«Нужно будет перед свадьбой отвезти ее к целителям в академию, – мимоходом подумал он. – Пусть приведут все в порядок. Моя невеста должна выглядеть идеально».
Максимир встал, прошел к своим вещам, оставленным на кресле, и достал из внутреннего кармана сюртука коробочку с кольцом. Маркиза продолжала изучать себя, и Максимир, подойдя вплотную, принялся одной рукой поглаживать ее плечи.
– Лизи, – начал он, пряча за спиной футляр, – мы с тобой уже год вместе. Это время стало для меня самым счастливым и волнующим. Не представляю, как я жил все эти годы без тебя.
Маркиза с удивлением на него покосилась. Макисмир опустился на одно колено, освободил руки Элизабет от щетки для волос и завладел пухленькими ладошками.
– Элизабет Дизайт, – торжественно произнес он, – ты выйдешь за меня?
Максимир протянул маркизе раскрытую коробочку с баснословно дорогим украшением.
Элизабет ахнула и в изумлении приоткрыла крохотный ротик.
– Макс! Какое чудесное кольцо!
Она схватила украшение, нацепила на свободный палец левой руки и полюбовалась переливами крупного камня.
– Как жаль, что я не смогу его носить, – с горечью разочарования вздохнула маркиза, стянула украшение и вернула на красный бархат футляра.
– Что? – опешил Максимир. У него запершило в горле.
– Ну, Макс, – надула губки Элизабет, – ты же понимаешь, что я не могу выйти за ректора академии. Это очень мило, что ты хочешь на мне жениться. Я польщена. Ты отличный любовник, лучший из тех, что у меня были. Но я рассчитываю получить предложение от герцога Фулиша на торжестве по случаю моего дня рождения. Так что, предлагаю оставить все как есть. Думаю, мы сможем видеться после моей свадьбы раз в месяц, к примеру. Да, раз в месяц меня вполне устроит.
У Максимира язык прилип к небу, и он не смог выдавить из себя ни слова. Впервые он сделал женщине предложение и получил отказ. Никогда в жизни он не думал, что окажется в настолько глупом положении. Нутро обдало жаром – признак неконтролируемого всплеска магии. Максимир прекрасно владел даром, но даже он мог поддаться искушению и испепелить маркизу чистой силой.
Максимир захлопнул коробку и поднялся. Его лицо закаменело, губы растянулись в оскале, вовсе не напоминающем учтивую улыбку, синие глаза опасно сузились. Маркиза передернула плечами и сложила руки на груди.
– Мило. – Максимир эхом повторил подобранное любовницей определение его сватовству.
Но та подумала, что он говорит о ситуации в целом и с облегчением вздохнула.
– Не расстраивайся, Макс. Между нами все останется, как прежде. Ну, может, чуть реже будем видеться. Но в остальном все то же самое.
Максимир невесело усмехнулся и направился к своей одежде. Маркиза следила за ним чуть растерянным взглядом – раньше любовник никогда от нее так рано не уходил.
Максимир оделся так быстро, словно все еще служил в армии Ламии, сунул проклятую коробку в карман и, бросив через плечо «увидимся», покинул спальню несостоявшейся невесты.
– Я пришлю приглашение на праздник! – донеслось до него, и Максимир стиснул зубы.
«Ну, старая дура, ты у меня еще попляшешь! – в ярости подумал он. – Герцога ей подавай! Ничего. Будет тебе свадьба, только совсем не такая, на какую рассчитываешь».
* * *
Максимир вернулся в академию и прямиком прошел в свой кабинет. Когда его предшественник уходил с должности и передавал полномочия молодому преемнику, то вручил Максимиру ключ от тайного хранилища магических фолиантов. Там хранились опасные и запрещенные заклятия древних магов. Книги достались академии в наследство от никому неизвестного колдуна и защищались особой печатью, так что вынести их за пределы учебного заведения еще никому не удавалось.
Максимир открыл скрытую за портретом короля дверцу и достал пять увесистых томов с ветхими потемневшими от времени страницами. Расположившись в кресле, он принялся осторожно листать книги, ища раздел, посвященный любовной магии. Несколько лет назад, когда драгоценные фолианты оказались в его руках впервые, Максимир изрядно повеселился, читая заклятия, призванные всколыхнуть страсть в предмете обожания. Одно заклинание запомнилось ему особенно отчетливо, и именно его теперь искал Максимир.
– Есть! – обрадовался он, увидев наконец нужное в третьей по счету книге. – Теперь дело за малым.
Максимир переписал нужную страницу, убрал опасные фолианты в хранилище и с легким сердцем отправился домой готовиться к торжеству по случаю дня рождения маркизы.
* * *
Элизабет умела устраивать светские приемы с размахом. Но если дело касалось ее дня рождения, то тут уж ничто не могло остановить маркизу в неуемном стремлении организовать не просто праздник, а настоящую феерию.
Вся высшая знать и первые лица Ламии съехались в особняк рода Дизайт, надеясь отдохнуть и развеяться перед предстоящими хлопотами по случаю Новолетия. Максимир явился в числе приглашенных, но поздравлять маркизу не спешил. Его подарок не терпел суеты – ему требовалось остаться с Элизабет наедине.
Во время праздничного ужина Максимир не сводил глаз с маркизы, зорко следя за тем, чтобы герцог Фулиш не вздумал соваться к ней со своим предложением раньше времени. Мельком он заметил в дальнем конце стола Белинду Кларк рядом со скандально известным в столице репортером Биллом Троксом.
«И пресса здесь, – не без удовольствия подумал он. – Как кстати. Сразу сделаем официальное заявление о нашей помолвке».
В том, что помолвка состоится сегодня же, Максимир не сомневался. Выбранное им заклятие создавало нерушимую связь между мужчиной и женщиной сроком на месяц, а то и два. Зачарованные испытывали непреодолимую тягу друг к другу, не позволявшую им разойтись дальше, чем на три метра. Максимир рассчитал, что времени действия заклинания как раз хватит, чтобы принудить маркизу обручиться, а потом срочно пройти венчание. В Ламии браки, заключенные в храме, не расторгались, поэтому Максимир не переживал о том, что случится, когда Элизабет освободится от чар.
После трапезы гости перешли в залитый сиянием тысячи светильников зал, и оркестр заиграл волшебную мелодию. Распорядитель бала объявил первый танец, приглашая на паркет всех желающих.
Виновница торжества пока танцевать отказалась. Элизабет сидела на диване в окружении знакомых и громко хохотала, то и дело поправляя подол серебристого, донельзя открытого наряда. Она скользила взглядом по залу и, казалось, кого-то ждала.
Но все ее чаяния были напрасны. Герцог Фулиш, не без помощи Максимира, застрял в туалетной комнате на добрых часа два, тщетно борясь с расстройством желудка. Все же неодаренному очень сложно избавиться от навеянного магией простенького заклинания.
Максимир все это время следил за маркизой из-за колонны, не показываясь другим гостям на глаза. Ему требовалось сначала осуществить свой план, а потом уже явиться публике в сиянии триумфа.
Наконец Элизабет не выдержала ожидания и вышла из бального зала, намереваясь найти дворецкого и послать его на поиски герцога. Максимир в предвкушении усмехнулся и двинулся следом.
Глава 4
Белинда чудом достала приглашение на прием в дом маркизы Дизайт. Репортер Билл Трокс в последний момент прислал за ней экипаж, сказав, что они будут представлять на торжестве главную столичную газету.
Весь вечер Белинда старалась подгадать момент и переговорить с ректором, но как назло такой возможности никак не представлялось. На праздник господин Рошер явился позже всех, за ужином сидел слишком далеко, в бальном зале смешался с толпой гостей и исчез. Белинда была близка к отчаянию. Ни чудесная музыка, ни возможность хоть раз в жизни потанцевать среди знати, ни завораживающее выступление приглашенных артистов не могли привлечь ее внимания. Она вновь и вновь искала взглядом Максимира Рошера, педантично рассматривая каждого мужчину.
Наконец Белинда увидела, как широкоплечая фигура ректора мелькнула в проходе и скрылась за дверью. Надежда на скорое решение ее проблемы с невероятной силой вспыхнула в душе, и Белинда помчалась вдогонку.
Едва она оказалась в коридоре, тут же поняла, что ее небольшого росточка явно не хватит, чтобы догнать долговязого Рошера. Ректор уже был у дальней двери, ведущей в ту часть дома, куда гостей никто не приглашал.
«Ну уж нет! Он от меня не уйдет!» – мелькнула в голове шальная мысль, и Белинда бросилась за Рошером.
Влетев в холл за вожделенной дверью, Белинда увидела вдалеке маркизу, беседующую с вытянувшимся в струнку седовласым слугой, но ректора здесь и в помине не было. Белинда испугалась от мысли, что ее сейчас заметят и выставят вон. Она юркнула за огромную статую полуобнаженного воина в углу.
Госпожа Дизайт закончила разговор и поспешила туда, где пряталась Белинда. Слуга развернулся и скрылся за второй дверью в дальней части холла. И тут Белинда увидела Рошера. Он появился прямо посреди комнаты, точно из воздуха. На привлекательном лице играла злобная гримаса, глаза светились предвкушением, а в правой руке что-то сверкало.
Белинда обрадовалась, что наконец смогла подкараулить ректора, кинулась тому наперерез и вскрикнула, ощутив острую боль в груди.
Госпожа Дизайт в этот момент как раз распахнула дверь, и доносящиеся из коридора голоса и музыка заглушили возглас Белинды. Маркиза скрылась в другой части дома, а Белинда так и осталась стоять посреди холла, тщетно пытаясь унять жжение, быстро расползающееся по всему телу.
– Кларк?! – в изумлении выпалил Рошер и подскочил вплотную. – Ты что здесь забыла?!
Белинда до того была поглощена странными ощущениями, что лишь отмахнулась:
– Вас искала. Что же еще?
– Меня?! – продолжал бушевать Рошер. – Да ты хоть представляешь, что натворила?! Ты… ты… ты все испортила, упырь тебя задери! Дура приставучая!
Белинда ушам своим не поверила. Она резко выпрямилась, позабыв о постепенно слабеющем жжении, и в упор посмотрела на ректора.
– Вы забываетесь, господин Рошер, – процедила она. – Я вам не служанка, чтобы так со мной разговаривать. Я благородная леди, пусть и не столь обеспеченная, как вы. Но это не дает вам право разговаривать со мной в подобном тоне, и уж тем более оскорблять. Немедленно извинитесь!
Рошер побелел, в синих глазах вспыхнул нехороший огонек, на лбу блеснули капельки пота.
– Кларрррк, – прорычал он с такой яростью, что у Белинды оборвалось сердце.
Рошер растянул губы в угрожающем оскале и проговорил:
– Ты сама виновата. Не стоило лезть под руку сильного мага. А теперь тебе придется сполна ответить за содеянное.
Не успела Белинда и слова сказать, как Рошер подхватил ее под локоток и потащил к двери. Он что-то пробубнил, и вокруг них засверкала белесоватая дымка.
– Что вы делаете?! – возмутилась Белинда, пытаясь отцепить его ладонь. – Пустите немедленно!
– И не надейся, – отрезал Рошер, целенаправленно двигаясь к выходу из особняка. – Ты помешала одному делу и теперь должна помочь все исправить.
Они шли мимо стоящих то тут, то там гостей, вышедших из бального зала подышать во время перерыва. Но те не обращали на них ни малейшего внимания.
Белинда похолодела, сообразив, что Рошер закрыл их от посторонних взглядов заклятием, поглощающим звуки и скрывающим внешность.
– Куда вы меня тащите? – выдавила она.
– Пока связь не окрепла полностью, нужно провести обратный ритуал, – отозвался Рошер.
– Помогите! – закричала Белинда, но никто даже не повернул в их сторону головы.
– Замолчи, – одернул ее Рошер. – Я не отпущу тебя, пока заклинание действует.
Они дошли до гардероба, и Рошер набросил на плечи Белинды первый попавшийся роскошный меховой плащ. Сам же принялся надевать пальто, придерживая свою пленницу то одной рукой, то второй, пока возился с рукавами. Белинда попыталась вырваться, но ничего не вышло. Рошер следил за каждым ее движением и успевал предотвратить побег.
– Вы не имеете права меня удерживать! Вас арестуют! – Белинда предприняла отчаянную попытку достучаться до здравого смысла этого полоумного.
– Да неужели? – усмехнулся Рошер. – Я сделаю так, что ты ничего не вспомнишь о маленьком предстоящем приключении. Так что, угомонись и шагай быстрее.
Он выволок Белинду на улицу и потащил через парк к мостовой.
По случаю торжества возле особняка маркизы дежурила целая вереница экипажей, в надежде подвезти богачей, прибывших без собственного выезда. Рошер развеял сверкающую дымку и громко свистнул. К ним тут же подкатила вместительная четырехместная карета. Белинда попробовала завопить, но безуспешно – проклятый ректор заткнул ей рот очередным заклятием.
Затолкав Белинду внутрь, Рошер крикнул извозчику адрес и запрыгнул в экипаж. Белинда подергала ручку дверцы со своей стороны, но та оказалась заперта.
Рошер развалился на мягкой скамье напротив и утер лицо надушенным носовым платком.
– Не трать силы впустую. Ты от меня все равно дальше, чем на три метра отойти не сможешь.
– Что? – с ошарашенным видом спросила Белинда.
Резкий аромат одеколона ректора кружил голову все сильнее.
– Ты появилась в тот момент, когда я колдовал, поэтому теперь ты привязана ко мне мощным заклинанием. Нужно как можно скорее добраться до моего дома. Там есть вся информация о заклятии. Попробуем его снять.
Белинда оставила многострадальную дверцу в покое и затихла, стараясь осознать случившееся. Прокрутив в голове все, что успело произойти до этого момента, она побагровела и выпалила:
– Вы хотели заколдовать маркизу! Что за гнусная выходка? Вы пытались применить опасное заклятие против неодаренной женщины! Вы настоящий негодяй, Максимир Рошер. И как только вас утвердили на должности ректора магической академии? Таких, как вы, нужно судить и сажать за решетку. Вы угроза для общества!
Рошер расхохотался громко и от души.
– Кларк, ты просто наивная глупышка, если думаешь, что в Ламии кто-то будет брать под стражу сильного мага. Король нуждается в таких, как я. Без боевой магии гары захватят страну, и всему конец.
Белинда тут же сникла, вспомнив, что ни разу не слышала об аресте хоть одного мага. Не зря же в последние годы так распространилось движение магоборцев. Людям опостылел произвол колдунов.
– Не волнуйся ты так, – бросил Рошер, скользя по ее фигуре приценивающимся взглядом. – Ты, конечно, миленькая, но совсем не входишь в мои планы. Скоро будем на месте, и я смогу развеять чары.
Белинда скривила губы в презрительной усмешке и проговорила:
– Благодарю за высокую оценку моих прелестей. Какое счастье, что я не маркиза, и мне нечего предложить такому ничтожеству, как вы.
Рошер закаменел. Синие глаза опасно блеснули.
– Не дерзи мне, Кларк, – проскрежетал он. – Иначе пожалеешь.
– Все что могли, вы уже сделали. Так что, хватит меня запугивать, – бросила Белинда и, задрав подбородок, уставилась в крохотное окошко кареты.
Мимо проплывали дома, редкие фонари освещали островки темных улиц, неутомимый ветер гонял снежные змейки по тротуарам. Цокот копыт по мостовой и мерный перестук колес успокаивали.
Рошер вдруг пересел на скамью Белинды и придвинулся вплотную.
– Клааарк, – прохрипел он, положив ладонь на ее колено, прикрытое плащом. – А ведь мы вполне можем скоротать время в дороге за более приятным занятием, чем пустая болтовня.
Белинда в изумлении покосилась на Рошера и заметила между ними серебристую нить. С каждым мгновением магическая связь становилась все ярче, сверкая в полумраке кареты, как россыпь драгоценных камней в лучах солнца.
– О чем вы? – дрогнувшим голосом пробормотала она.
Широкая ладонь Рошера поползла вверх по бедру.
– Разве ты не чувствуешь магию заклятия? – прошептал он, склоняясь еще ближе.
Белинда прислушалась к себе и только теперь ощутила, что ее влечет к проклятому ректору. Его синие глаза подернулись дурманом страсти, и Белинда поняла, что пропала. Нить засияла с новой силой, как только рука Рошера легка Белинде на живот. Видимо, от телесного контакта чары крепли.
– Прекратите! – рявкнула она и попыталась отпихнуть от себя Рошера. – Вы разве не видите, что от прикосновений магия заклинания становится сильнее.
– Чушь, – отозвался тот, не собираясь слушать глупых возражений. – Я контролирую ситуацию. Так что, угомонись, и давай немного снимем напряжение.
Рошер дернул полы плаща и уставился плотоядным взглядом на открывшееся ему более чем скромное декольте. Белинда надела некогда принадлежавшее ее матери бордовое платье, единственный подходящий для пышных торжеств наряд, и выглядела в нем на редкость ярко и привлекательно.
– Вы в своем уме?! – Она попыталась прикрыться руками, но Рошер перехватил ее запястья.
– Ну же, Кларк, не строй из себя невинную девицу. Дни твоей юности давно миновали.
Белинда начала хватать ртом воздух, задыхаясь от возмущения, и Рошер тут же поцеловал ее, не особенно заботясь о согласии. Белинда задергалась, но негодяй держал слишком крепко.
Внутри что-то зашевелилось, тепло разлилось по телу, и Белинда ощутила непреодолимое желание ответить настырному ректору. В панике она попыталась бороться с собой, но чары действовали безотказно, и Белинда с жаром принялась целовать ненавистного Рошера.
Сильные руки блуждали по ее телу, будоража все сильнее. Рошер на мгновение оторвался от губ Белинды и выдохнул:
– Проклятье, а ты, оказывается, горячая штучка, Кларк.
Белинда еще не успела ничего ответить, а Рошер уже снова целовал ее, запустив пальцы за край выреза платья. Белинда ощутила зарождающееся внутри томление и попыталась отстраниться.
– Хватит уже, Кларк. Тебе ведь нравится, – пробормотал Рошер.
Белинда замотала головой. Рошер нагло усмехнулся и продолжил начатое. Белинде стало трудно дышать, и она вцепилась в плечи нависшего над ней Рошера.
Карета дернулась и встала.
– Приехали, господин! – крикнул извозчик.
Рошер оставил наконец обескураженную Белинду в покое, поправил пальто и бросил:
– Дома продолжим.
Выскочив на мостовую, он расплатился за поездку. Белинда натянула платье повыше, запахнула плащ и вцепилась в край скамьи, не желая идти за ректором. Но стоило Рошеру удалиться на несколько метров от кареты, как внутри разлилась боль, и Белинлу потянуло следом, точно на веревке, привязанной к самому сердцу.
– Прикончу его, если еще раз полезет, – буркнула Белинда и, костеря Рошера на чем свет стоит, спустилась на тротуар.
