Текст книги "Воббит"

Автор книги: Пол Эриксон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Я понимаю ваше разочарование, но прошу вас попридержать ваши возражения, просьбы, взятки и слезы и выслушать меня.

Снова никакой реакции.

– Я признаю, что не все шло идеально. Было несколько заминок. Плохо то, что мы потеряли наших пони, которые могли бы везти наши вещи. Но прекрасно то, что у нас нет вещей, как нет и еды, инструментов и запасной одежды. У нас также нет оружия, если не считать наших с Нудином мечей. Но еще более прекрасная новость – это то, что я знаю, где мы сейчас находимся. А еще я знаком с одним парнем, который точно не оставит нас в беде. Это он выбил ступеньки в Великой Скале, которую сам называет Большим Камнем. Впечатляет, не правда ли?

Упоминание о ком-то, кто может помочь больше, чем Брендальф, заставило всех оживиться. Они начали просить Брендальфа, чтобы он рассказал им еще об этом незнакомце, но маг отнекивался и говорил только: «Расскажу, когда придем на место».

Они немного отдохнули и пообедали. Затем спустились с Великой Скалы и пошли через Великие Луга и Великие Рощи.

* * *

Бульбо не горел желанием разговаривать с Брендальфом, особенно сейчас, когда тот собирался с ними попрощаться. Но ему, как, впрочем, и всем остальным, было любопытно узнать что-нибудь о том, что их ждет впереди.

– Слушай, Брендальф, – начал он. – Поздравляю с прекрасной речью, которую ты произнес сегодня утром.

– Спасибо, – ответил маг с нехарактерной для него скромностью.

– А почему он называет Великую Скалу Большим Камнем?

– Понятия не имею. Наверное, ему так больше нравится.

– А кто он? Тоже какой-нибудь король?

– Нет, просто замечательный парень.

– Что значит «замечательный»? Добрый и щедрый?

– Нет, просто он такой огромный, что не заметить невозможно. Но я уверен, что он нам поможет.

– Уверен? Ты уже много чего нам обещал.

– Давай без преувеличений. Он нам поможет, но просить о помощи нужно будет очень аккуратно. Он очень вспыльчивый, а когда разозлится, становится довольно опасным. Он также опасен, когда расстроен, взволнован, сбит с толку или чему-то очень сильно рад. Самое главное – не раздражать его.

Услышав слова Брендальфа, гномы столпились вокруг него и начали засыпать его вопросами:

Это тот самый парень, к которому ты нас ведешь? А нельзя ли пойти в гости к кому-нибудь с более уравновешенным характером? Нельзя ли объяснить еще раз попонятней?

– Отвечаю на ваши вопросы, – сердито ответил Брендальф. – Да, нет, и еще раз нет, именно в таком порядке. Но раз уж вы спрашиваете, отвечу, что зовут его Бьорк. Он меняет шкуры.

– Что-что? – переспросил Рори. – Ты хочешь сказать, он ловит животных и превращает их шкурки в шубы, коврики и накидки?

– Великие Слоны! Нет, конечно! В радиусе ста миль вокруг его дома запрещено произносить такие слова, как «меховая накидка, кожаное пальто, лисий воротник, кроличий хвост, барсучий мех, шкура ягуара» и тому подобное!

Все недоуменно посмотрели на Брендальфа.

– Потому что он любит животных и животные любят его! – воскликнул волшебник.

Все понимающе загудели.

– Они на него работают, – объяснил Брендальф. – Разговаривают с ним, а он их защищает и заботится о них. Он любит животных. Всех, кроме злых, таких как рарги, летучие мыши и гигантские пауки.

– Гигантские – что? – спросил Бульбо. – Ты это о чем?

– Естественно, он вегетарианец, – продолжал Брендальф, игнорируя вопрос воббита. – Но при этом ест мед и сливки, и возможно, яйца. Может, рыбу тоже ест – не уверен.

– Ты сказал, что он меняет шкуры… – сказал Бульбо.

– Да, я как раз хотел об этом рассказать. Иногда он предстает в обличии высокого сильного мужчины, а иногда – в образе огромного разъяренного лебедя!

– Правда? – удивился Брякин. – Гигантский лебедь? А насколько опасны лебеди?

– Надеюсь, нам не придется это узнать, – ответил волшебник.

Они пошли дальше и через несколько часов увидели пасеку с большим количеством ульев. Затем они миновали сады и огороды. Фрукты и овощи, которые там росли, были невероятных размеров. Каждая фасолина в стручке была больше, чем палец. Бульбо никогда раньше такого не видел.

– Если я съем тарелку такой фасоли, – сказал он, – то меня раздует до размеров вдвое больших, чем я есть.

– Ты абсолютно прав, – заметил Брендальф. – Бьорк славится своим вегетарианским рагу. Он потчует им лесорубов и дровосеков. Теперь ведем себя тихо – мы уже возле его дома.

Вскоре они очутились перед воротами усадьбы Бьорка. За забором продолжались сады и огороды, и среди деревьев виднелись деревянные постройки, сложенные из неотесанных бревен, с претензией на эко-поселение.

– Я пойду вперед, – сказал Брендальф. – Бульбо, ты, наверное, пойдешь со мной. Все остальные, входите по парам по моему свистку. Если будете делать все так, как я говорю, то есть шанс, что он нам поможет.

– Еще пару минут назад ты был в этом полностью уверен, – заметил Нудин.

– Не будем терять время! – отрезал Брендальф. – Пойдем, Бульбо.

Когда они вошли в ворота, к ним подошли две лошади.

– Приве-е-е-е-е-е-е-ет! – заржала одна из лошадей. – Ждите зде-е-е-е-есь!

Бульбо тихонько шепнул на ухо волшебнику, что хотя лошади Бьорка забавные, они начинают его нервировать.

– Ты еще не видел его коз! – тихо ответил Брендальф.

К ним подошел необыкновенно рослый широкоплечий человек. Впервые Брендальф реально оценил чьи-то размеры. Без рубашки, босиком, а из одежды на нем были поношенные фиолетовые штаны.

– Ты не говорил, что у него кожа зеленого цвета, – прошептал Бульбо.

– Что хотите от Бьорка? – спросил человек.

– Меня зовут Брендальф, – сказал волшебник.

– Хорошо, – ответил Бьорк. – А это кто?

– Это господин Банкинс, воббит, – сказал Брендальф. Бульбо вежливо поклонился. – Я волшебник и по совместительству менеджер проекта. Полагаю, вы знакомы с моим двоюродным братом, Бессмертником Коричневым, который живет на краю Мрачного Леса.

– Да, хороший волшебник, – согласился Бьорк и снова спросил, с большей напористостью. – А тебе чего надо?

– Сказать по правде, – сказал Брендальф, – мы заблудились, потеряли все наши вещи и очень нуждаемся в помощи. В горах мы попали в неприятную ситуацию с гоблинами.

– Гоблины плохие! Бьорк не любить гоблинов! Они плохие!

– Да, конечно, – поспешил сказать Брендальф как можно более спокойным тоном. – Мы их тоже не любим. Они застали нас врасплох, когда мы спали. Но это долгая история. Не хочу отнимать у вас время.

– У Бьорка есть время. Проходите в гостиную, – сказал он и провел их в главный дом.

Они вошли в просторную, скудно обставленную комнату. Вся мебель здесь была довольно грубой, но крепкой на вид. В камине горел огонь, а из окна открывался чудный вид на цветочные клумбы.

– Бьорк нравится анютины глазки! Анютины глазки хорошие!

– Да, мы тоже их любим, правда, Бульбо? – спросил волшебник. – Я начал рассказывать, что мы шли через горы, – я, мой друг воббит, и еще парочка…

– И где же они?

Брендальф свистнул и из-за угла дома показались Нудин и Тори.

– Это Нудин Дуболоб и Тори, – представил их Брендальф. – А это – непревзойденный Бьорк.

Гномы закончили приветствие привычной фразой: «К вашим услугам».

– Дуболоб? – переспросил Бьорк. – Какие еще услуги? Бьорку не нравится, как ваш банк обслуживать клиентов! Бьорку не нужен КузнецБанк! Бьорк любить натуральное хозяйство и бартер!

– Да, конечно, – вмешался Брендальф, не дав Нудину высказаться в защиту банка. – Мы рады сообщить, что обновленный КузнецБанк принял новую, улучшенную политику в отношении своих клиентов. Правда, Нудин?

– Да, совершенно верно, – кивнул Нудин. – Клиент всегда прав и все такое прочее.

– Как я уже говорил, – продолжал волшебник, – Нудин и Тори направлялись в гости к своим дальним родственникам, которые живут на восточной оконечности Мрачного Леса. И встретили меня! А мы переходили через Сыроватые Горы и попали в жуткую бурю. Два великана играли в мяч, только вместо мяча у них были тролли. Мы испугались и спрятались в пещеру – я, воббит, и несколько наших товарищей…

– Два гнома – это не несколько.

– Совершенно верно, – ответил Брендальф и свистнул. – Нас было больше. Они, наверное, постеснялись явиться все сразу. Видите ли, они очень застенчивые и скромные.

– Застенчивые гномы?!

– Позвольте представить вам Рори и Тори, – сказал Брендальф и продолжил свою историю: – Когда мы спали, в пещеру через потайной вход пробрались гоблины и схватили нас.

– Кто был за часового? Бьорк не любить, когда часовой спать!

– Вы снова совершенно правы, Бьорк! – перебил его Брендальф, стараясь сохранять спокойный и вежливый тон. Он снова свистнул. – Но сделанного, как говорится, не воротишь, да и какой смысл искать виноватого? Ага, вот еще двое гномов. Брякин и Шмякин, познакомьтесь с неподражаемым Бьорком!

– Господи, опять гномы!

– И вот нас схватили гоблины. Я, правда, успел превратить нескольких из них в попкорн.

– Бьорк не любить попкорн!

– Конечно-конечно, никакого попкорна! – поспешил вставить Брендальф и снова свистнул. – И вот мы вместе со своими пони предстали перед Отцом Гоблинов.

– Пони? Пони хорошие. Бьорк любить пони! А где же пони?

– Не говори ему! – отчаянно прошептал Бульбо. – Соври что-нибудь!

– Гм-гм… – замялся Брендальф и свистнул еще раз. – Нам точно не известно. – Последовало неловкое молчание.

– Вы скушали пони? – напрямую спросил Бьорк.

– Конечно же нет! Их съели гоблины. Видите ли…

– Не-е-ет! Только не это! – слезы ручьями покатились по лицу Бьорка. – Гоблины плохие. Бьорк ненавидеть гоблинов! Бьорк их всех прихлопнуть!

– Тихо, Бьорк. Только не волнуйтесь, – поспешил отвлечь его Брендальф. – Посмотрите, тут еще гномы пришли!

В комнату вошли Чики и Пики.

– Бьорк, вы только взгляните! Поющие гномы! – воскликнул волшебник и с устрашающей серьезностью обратился к гномам: – Живо пойте что-нибудь веселое! «Бейте стаканы» или что-нибудь в этом роде.

И гномы начали петь, жеманно при этом пританцовывая.

– Бьорк, смотрите какие смешные гномы! Бьорку же нравятся гномы! – приговаривал Брендальф, и он был прав.

Песни и танцы гномов были и впрямь довольно милыми, и Бьорк быстро успокоился. Брендальф тем временем свистнул еще раз.

– Гномы хорошие! – сказал Бьорк с улыбкой на широком зеленом лице.

Он смеялся и хлопал в ладоши, слушая этот импровизированный концерт. Особенным успехом пользовалась песня «Хей-Хоу» из той самой «Белоснежки». Гномам подпевали все: Бьорк, Брендальф и даже Бульбо.

На последнем куплете песни вошли Гнойн и Блевойн, и Брендальф жестом показал им присоединиться. Официальное знакомство может подождать. Бифи, Буфу и Толстяк вошли во время исполнения на бис, и Толстяку даже удалось сорвать отдельные аплодисменты, когда он исполнил пародийный балетный танец. Наконец концерт подошел к концу. Бьорк окончательно успокоился и сказал:

– Как хорошо и весело с маленькими друзьями. Есть хотите?

В гостиной было уже довольно темно, и Бьорк провел гостей в просторную столовую. Мебель здесь была такой же грубой и крепкой. Они сели за обеденный стол из светлого дерева.

– Бьорк хочет кушать! – громко крикнул он, и в ответ на его просьбу прилетела сова. – У Бьорка гости!

– Угу? – спросила сова.

– Тринадцать гномов, один волшебник и один воббит, – сказал Бьорк. – Подушку на сиденье для воббита и одно детское меню.

– Не беспокойтесь, Бьорк, – сказал Брендальф. – Бульбо уже взрослый и может есть все что угодно.

– Бьорк просить прощения. Бьорк не любить расовые предрассудки.

Несколько енотов быстро накрыли стол на шестнадцать персон. Олени внесли большие кувшины с медовухой. Разлив напиток по кружкам, Бьорк предложил тост:

– Разнообразие – хорошо! А гоблины – плохие!

Все хором повторили тост и чокнулись. В столовую влетели воробьи и повязали каждому салфетку на шею. Бульбо уже было подумал, что на ужин будут жареные ребрышки, но тут же вспомнил, что Бьорк вегетарианец. Ну, тогда, может быть, будут хотя бы омары? Но с десяток белок уже тащили на стол хлеб, мед и масло, а скунс принес головку сыра. Такое обслуживание показалось Бульбо несколько противоречащим санитарным нормам, и к тому же он слегка разочаровался, увидев, что на ужин им предлагают то, что обычно едят на завтрак. Однако он решил молчать и есть, что дают.

Когда они поужинали, мыши убрали со стола и Бьорк завел речь о событиях, происходящих в Мрачном Лесу. Новости эти делились на хорошие и плохие. В основном, плохие. К счастью, Бьорк был слишком сытым, чтобы расстраиваться.

Выслушав сетования в адрес Мрачного Леса, гномы выразили свое беспокойство, связанное с предстоящим переходом через такое «плохое» место. В столовую снова вошел олень с влажными горячими полотенцами. Гости вытерли лица и руки, и опоссум налил всем кофе. Барсук предложил бренди, но Бьорк отказался. Гномы тем временем начали обсуждать банковские дела, от которых его начало клонить ко сну.

– Бьорк очень устать. Спокойной ночи, – сказал он и пошел спать.

Разговоры о сложных процентах и пошлинах за услуги банка навевали сон и на Бульбо. Он начал клевать носом, но тут его разбудила песня гномов.

Гномы к этому времени уже довольно много выпили и впали в особо грустное состояние. В их голосах слышалась ностальгия о былых временах, и от этой тоскливой мелодии Бульбо снова потянуло в сон.

Ах, если бы не предков зов,

Не память о друзьях

Рудник открыли б золотой,

Забыв проклятый банк.

Забыв дракона страшный рев,

Ушли бы от судьбы.

Копали б золото, как все,

Как гномы жили бы!

Давайте золото копать

На прииске, друзья!

За предков тосты поднимать,

Иначе жить нельзя!

Чуть позже, когда все уже спали, Бульбо проснулся от резкой боли в спине. Зря он уснул в кресле. Пока он искал более подходящее место для сна, ему послышались странные звуки.

За окном раздавался странный гогот, а в дверь будто стучалось клювом огромное животное. Бульбо в ужасе подумал, а не Бьорк ли это в обличье гигантского лебедя, который сейчас вломится в дом и съест его заживо.

Воббит спрятал голову под бородой Шмякина – густой, как у участника группы «ZZ Top», и, несмотря на все опасения, погрузился в глубокий сон.

Когда Бульбо проснулся, солнце было уже высоко. Завтрак стоял на столе – с точно таким же набором вегетарианца, как и вчера на ужин. Бульбо завтракал вместе с гномами, а обслуживали их все те же лесные официанты Бьорка. При этом в столовой было непривычно тихо. И тут Бульбо понял, почему.

– А где Брендальф? – спросил он.

Но, кроме него, никто больше не задавался этим вопросом, пока на столе продолжали появляться кувшины с медовухой, хлеб, масло и мед.

Бьорка тоже не было. Он был славным малым, но все были рады, что он куда-то подевался. Слишком уж тяжело было держать его все время в приятном расположении духа. Завтрак плавно перешел в обед, а затем в ужин. И вот тогда наконец-таки появился Брендальф.

– Всем добрый вечер! – громогласно объявил он, но ему никто не ответил.

– Прошу попридержать все ваши вопросы и дать мне поесть. Я с утра ничего не ел!

Бульбо не знал, какой именно завтрак он имеет в виду: тот что был утром, или тот что был в полдень, так как еда была одной и той же. Гномы тоже были в растерянности. Брендальф умял столько еды, сколько хватило бы на два обеда.

– Я уверен, что всем вам любопытно узнать, где я пропадал весь день, – сказал он. – Разбирался в лебединых следах. Вчера ночью тут, по всей видимости, проходил слет лебедей. Один Бьорк не мог натоптать столько следов. Самые крупные вели прямо к Великой Скале, а оттуда – к поляне раргов посреди леса. Как вы, наверное, помните, это то самое место, где мы спаслись от раргов и гоблинов благодаря мне и моим связям среди элиты Малоземья.

– Да уж, конечно, – сказал Нудин. – Спасибо, что напомнил о самом жутком событии за последние два дня. Мы его даже не забывали.

– Что же нам делать?! – запаниковал Бульбо. – Бьорк ходил к раргам! А может быть, там и гоблины были! Он сейчас приведет их всех сюда!

– Бульбо, прекрати нести всякую чушь, – сказал Брякин. – Ты ведь помнишь красноречивые высказывания Бьорка по поводу его отношений с гоблинами: «Бьорк ненавидит гоблинов! Бьорк их всех прихлопнет!» По-моему, что-то вроде этого.

– Да, но он это говорил, уже изрядно набравшись медовухи. Я, пожалуй, пойду спать.

Гномы снова затянули песню, которая еще больше убаюкала воббита. Ему снилось, что его схватил лебедь и начал рвать на части. Бульбо в ужасе проснулся. Рот его был полон перьев, а подушка куда-то запропастилась. Найдя лишнюю подушку, он снова заснул. Сквозь сон ему снова, как и прошлой ночью, слышался гогот и тюканье клювом.

На следующее утро их разбудил Бьорк собственной персоной. Зеленая физиономия Бьорка – зрелище не для слабонервных, а спросонья – и подавно. Бьорк был в игривом расположении духа, что так же опасно, как и когда он рассержен.

– Есть хотите? Бьорк хочет кушать! – сказал он, обращаясь к Бульбо, а затем повторил эту фразу, обращаясь к каждому из гномов.

Они дружно пошли в столовую, где их уже ждал Брендальф.

– Всем доброе утро. Присаживайтесь, – сказал он.

Гномы тяжело вздохнули и закатили глаза, потому что знали, что за этим приветствием последует долгая и нудная речь.

– Наш гостеприимный хозяин Бьорк хотел бы сказать несколько слов, – объявил Брендальф.

Гномы обрадовались, что волшебник выступает только в роли конферансье. Тем не менее, они с опаской смотрели на Бьорка: а вдруг он заговорит о чем-то, что его расстроит или разгневает? Те, кто сидели поближе к нему, предусмотрительно отодвинули свои стулья.

– Бьорк ходить на Поляну Раргов. Бьорк видеть пепел. Волшебник говорить правда. Правда – это хорошо!

Гномы вежливо поаплодировали.

– Бьорк схватить гоблина и рарга. Гоблин рассказать Бьорку все.

– Он их пытал? – шепотом спросил Бульбо Брендальфа.

Мысль о том, что тебя может пытать Бьорк, была сама по себе ужасной.

– Бьорк не использовать пытки! Пытки – это плохо!

Гномы уже приготовились исполнить очередной вокально-танцевальный номер, чтобы спасти Бульбо от угрозы быть прихлопнутым, но Бьорк продолжил свое выступление.

– Гоблин сказать, что волшебник прихлопнуть Отец Гоблинов. Волшебник – хороший! – Брендальф отвесил легкий поклон. – Поэтому Бьорк помогать волшебнику и его маленьким друзьям.

– Бьорк советовать маленьким друзьям три вещи. Номер один: в Мрачном Лесу идти только по тропинке! Бьорк дать своим друзьям все, что нужно: еда, одеяла, луки и стрелы.

– Для охоты? – спросил Рори.

Нудин лягнул его ногой под столом своим тяжелым, подбитым железом башмаком и шепнул: «Не смей говорить такое при официантах!» Официантами были преимущественно олени.

– Номер два: не пить воду из рек! Вода в Мрачном Лесу плохая! Бьорк дать друзьям воду. Бьорк также одолжить пони для начала путешествия.

– Номер три: Друзья не брать пони в лес. Прислать пони назад! Лес плохой!

– Приятного путешествия! – закончил Бьорк и ушел по своим делам.

После этих слов Бьорка они не на шутку приуныли. Даже Тори и Рори начали осознавать всю опасность предстоящего путешествия. Единственным утешением было то, что с ними был Бульбо, который должен в конце концов убить дракона.

На следующее утро, после завтрака, меню которого было несложно предсказать, они упаковали вещи, которые дал им Бьорк, и выехали за ворота.

На воротах висело нечто, напоминавшее шкуру рарга. Присмотревшись, они увидели, что это и был рарг, но расплющенный в лепешку. На другой стороне висел гоблин в таком же состоянии.

– Я-то думал, что Бьорк не пытает своих пленников, – сказал Бульбо.

– Здесь нет никаких признаков пытки, – совершенно справедливо заметил Брендальф.

– Это все дело рук лебедя? – спросил Брякин.

– Ты что, единственный, кто в детстве не пытался поймать лебедя? – ответил вопросом на вопрос Брендальф. Остальные гномы поморщились, вспомнив неприятные ощущения от укусов лебедей в детстве.

– А теперь представьте лебедя высотой в десять футов, и с темпераментом Бьорка! – сказал волшебник. – Бьорк страшный враг, но и опасный друг тоже. Давайте, поедем уже, а то он нас услышит, и вам снова придется танцевать.

Они поехали вперед, останавливаясь только для того, чтобы поспать и поесть чудной, но однообразной еды Бьорка. К сожалению, им так и не посчастливилось отведать знаменитого вегетарианского рагу. По ночам Бульбо казалось, что среди кустов крадется огромный лебедь. Один раз он осмелился поделиться своими опасениями с Брендальфом, но волшебник лишь сказал: «Ш-ш! Веди себя как ни в чем не бывало!»

На четвертый день они достигли кромки Мрачного Леса. Огромные, с узловатыми стволами деревья выглядели устрашающе.

– Ну, вот и Мрачный Лес, – сказал Брендальф. – Как я и обещал, мы добрались сюда целыми и невредимыми. Пора отправлять назад пони.

– А как насчет твоей лошади? – спросил Нудин.

– Пусть вас это не волнует. Я не собираюсь идти с вами в Мрачный Лес. У меня неотложные дела на юге. Меня ждут на ежегодном дружеском чемпионате по гольфу среди волшебников. Прекрасная возможность отдохнуть и обсудить важные вопросы в неформальной обстановке. Я должен выехать буквально завтра утром, чтобы успеть на бесплатный фуршет. Поэтому начинайте снимать всю поклажу с пони!

Как только гномы сняли последние баулы с лошадок, те со всех ног побежали назад, прочь от Мрачного Леса. За всю дорогу они не развивали такой скорости, как сейчас.

– Похоже, они боятся заходить в лес, – сказал Бифи, на что Брендальф понимающе кивнул.

На следующее утро волшебник поднял всех ни свет ни заря, чтобы зачитать им прощальную речь. В ней он перечислил все свои достижения за время поездки, придумав по ходу еще несколько.

– До свидания! – наконец сказал он. – И ни в коем случае не сходите с тропинки!

– А нам обязательно идти через этот жуткий лес? – спросил Бульбо.

– Совсем нет, – ответил маг. – Вы можете обойти его, пройдя двести миль на север или четыреста миль на юг. Но все эти места кишат гоблинами, хобгоблинами, гемогоблинами и прочими тварями, которые с радостью вами позавтракают. Я уже не говорю о темной башне Некрофила. Но я не буду вам о нем ничего рассказывать, иначе вы в ужасе бросите проект незаконченным. Скажу только, что по сравнению со встречей с ним, прогулка через Мрачный Лес покажется вам если не приятной, то в меру опасной.

– Не сходите с тропы, надейтесь на лучшее и готовьтесь к худшему. Если вытянете счастливый билет, то, может быть, в один прекрасный день и выйдете из леса. После всего этого встреча со Смогом покажется вам отпуском. Только не забудьте про элемент неожиданности.

– Спасибо за напутственную речь, – сказал Нудин. – Ты, вроде как, уходить собрался.

– Да-да, конечно, – ответил Брендальф, которому жуть как хотелось сказать что-нибудь еще, поэтому он обернулся и, увидев как гномы зашагали в сторону леса, закричал: – НЕ СХОДИТЕ С ТРОПЫ!

Они повернулись и посмотрели ему вслед.

– Какой же он все-таки гад, – сказал Бульбо.

В знак согласия гномы помолчали. Взвалив на плечи тяжелые тюки и бурдюки с водой, они повернулись спиной к солнцу и вошли в темный лес. Настроение у всех резко пошло ко дну, точно как воббит на уроке плавания.

Глава 8

Парни против пауков

Они шли по тропинке, растянувшись в жалкую вереницу. На входе в лес они увидели арку с табличкой: «Добро пожаловать в Мрачный Лес». Чуть ниже было подписано: «Во время пребывания в Мрачном Лесу запрещено курить, сорить и нарушать общественный порядок».

– Черт побери! – воскликнул Тори. – А что же тогда остается делать? Только идти и все?

Чуть ниже, совсем мелким шрифтом было написано: «Осторожно! Передвигаться в Мрачном Лесу опасно для жизни. Лесные эльфы Мрачного Леса не несут за вас ответственности. Спасибо за понимание», и подпись – Лесные эльфы Мрачного Леса.

– Брендальф говорил, чтобы мы не сходили с тропы, – сказал Рори. – Может, стоит поискать более короткий путь?

– Я бы с тобой согласился, – ответил Нудин, – учитывая все предыдущие советы Брендальфа. Но вот Бьорк говорил то же самое, поэтому будем идти по тропе. Иначе он может узнать от своих лесных дружков, что мы пренебрегли его советом. А мне не хочется, чтобы он разозлился и пошел нас искать. «Бьорк прихлопнет!» и все такое прочее.

Лес становился все темнее и темнее. Похожее ощущение возникает, когда в кинотеатре гасят свет, за исключением того, что вокруг не было других источников света – ни экрана, ни огоньков выхода, ни дисплея чужого мобильника. Только тусклое зеленоватое свечение позволяло путникам разглядеть что-нибудь по обеим сторонам тропинки.

Вокруг стояла полная тишина – как не бывает ни в одном кинотеатре. Никаких криков вроде «Чувак, выключи свой телефон!» или «Мы здесь, Рики!». Вместо этого в траве слышались странные звуки: какое-то сопение, шебуршание и шорох, что говорило о присутствии там невидимых существ. Может быть, такое случается и в кинотеатрах, но это смотря куда вы ходите.

Всюду висела паутина. Ее было больше, чем на старом бабушкином чердаке. Никто из путников не удосужился рассмотреть ее поближе, иначе бы удивился тому, насколько она прочная. Удивительно, но вся паутина тянулась вдоль тропинки, а не поперек, и вскоре им предстояло узнать почему. Рядом с тропинкой они увидели табличку «Обслуживание тропинки производят лесные эльфы Мрачного Леса. Просьба не сорить».

Очень быстро гномы возненавидели этот лес, точно так же как гоблинские туннели и болтовню Брендальфа. Несмотря на это, все жалели, что его нет с ними, но не потому что они в нем нуждались или соскучились, а потому что хотели, чтобы и он, наравне с ними, испытал все тяготы и лишения. Уже к первому привалу всех охватило глубокое отчаяние из-за того, что вокруг было темно, тихо и душно, как в боулинге в будний день.

Ночью на лес опустилась не то чтобы темнота, просто кромешная тьма. Они и не подозревали, что может быть так темно, темнее даже, чем в гоблинских туннелях, откуда им чудом удалось сбежать. Спали все, тесно прижавшись друг к другу «ложечкой» – отчасти из-за страшного Мрачного Леса вокруг, а отчасти потому, что старые привычки умирают с трудом.

Ужаснее всего – быть караульным. Со всех сторон Бульбо окружали чьи-то сверкающие глаза – много глаз. Разного размера. Среди них были огромные глазища на выкате, как у гигантских насекомых. «Хорошо, что здесь вокруг такая же гигантская паутина», – думал Бульбо.

Поначалу они по ночам разводили сторожевые костры, но потом отбросили эту затею. Огонь привлекал тысячу мелких мошек, а за ними следом прилетали летучие мыши – сами черные как сажа, но с белоснежными зубами.

Дни следовали за днями, а лес все не кончался, не менялась провизия, которой снабдил их Бьорк. Они пришли к выводу, что его знаменитое рагу – всего лишь красивая легенда. Бульбо практически всегда испытывал чувство голода, потому что Нудин тщательно следил за расходом продовольствия. Они попробовали пострелять черных белок, которые скакали по деревьям. Потратили уйму стрел и подстрелили лишь одну. Но она оказалась отвратительной на вкус, да и слишком худенькой для тринадцати гномов и одного воббита.

У них заканчивалась вода, а в лесу ее нигде не было. Однажды дорогу им преградил стремительный поток. Вода в нем была черной как эспрессо. Бульбо так хотел пить, что он уже наклонился к ручью, мысленно представляя, что добавляет в эту гущу горячего молока и орехового сиропа. Но вовремя вспомнил слова Бьорка и сдержался.

После предостерегающих слов «плохая вода» они даже не решились потрогать ее рукой. Но нужно было как-то перейти поток, а моста нигде не было.

– Где же эти лесные эльфы, когда они нужны? – спросил Нудин. – А еще называется «обслуживают тропу»! Что они, мост не могли соорудить?

– Секунду! – воскликнул Бульбо, вглядываясь в темноту, пытаясь разглядеть, нет ли на том берегу питьевого фонтанчика или кафе. – Там, на другой стороне, лодка!

– Прекрасно! – сказал Нудин. – Будь добр, пойди и подтащи ее сюда. Здесь, наверное, не глубоко, ты сможешь перейти вброд.

Бульбо промолчал и никуда не полез. Он схватил большого черного мотылька, который назойливо кружил вокруг его головы, и бросил в ручей. Как только мотылек коснулся воды, он тотчас замер и бездыханным трупиком поплыл вниз по течению.

– Не знаю, что ты хотел доказать своим экспериментом, – сказал Нудин, – но, может быть, кто-то из нас сумеет закинуть веревку и подтащить сюда лодку? Не думаю, Банкинс, что у тебя получится закинуть так далеко. А вот ты, Гори, раньше играл в сборной КузнецБанка по корнеболу. Или ты, Пики, у тебя зрение лучше всех.

– Это у меня зрение лучше всех! – возразил Брякин.

– Это было раньше, – сказал Пики. – До тех пор пока Бульбо не прошмыгнул прямо у тебя под носом, когда была твоя очередь сторожить. А Гори в основном был на защите. Главным нападающим был я, поэтому бросать веревку тоже буду я!

С этими словами Пики взял веревку с привязанным к ней крюком, которыми их тоже снабдил Бьорк, и начал бросать. Первые несколько попыток были неудачными, чему чрезвычайно порадовались Брякин и Гори. Но вскоре Пики все же удалось зацепиться крюком за борт и подтянуть лодку к берегу.

– Молодец! – похвалил Нудин. – А теперь, Бульбо, садись в лодку и греби на тот берег. Проверь, что лодка не протекает, а на том берегу все чисто. А мы пока подождем здесь.

Бульбо осторожно залез в лодку, полную палой листвы, копошащихся насекомых и плесени.

– По крайней мере она не протекает, – сказал он и погреб через ручей.

Добравшись до другого берега, он с опаской осмотрелся и крикнул сквозь темноту гномам:

– Я на другом берегу. Здесь нет троллей, гоблинов и раргов. Всюду огромная паутина, но больше никаких опасностей не вижу. Что теперь?

– Хорошо, – ответил Нудин. – Теперь плыви обратно!

– Как скажешь, начальник, – сказал Бульбо и поплыл обратно к гномам.

– Превосходно! – сказал Нудин. – А сейчас поеду я, вместе с Чики и Брякиным.

Все уселись в лодку. Но перед тем как начать грести, Бульбо осмелился высказать рационализаторское предложение.

– Я не хочу показаться наглым, но, может, мы привяжем к лодке веревку и Толстяк просто подтянет ее к берегу, вместо того чтобы я греб обратно? Сэкономим, таким образом, место в лодке.

– Старые проверенные методы гномов не устраивают нашего консультанта? – спросил Нудин. – Ладно, будь по твоему. Толстяк, держи веревку!

Бульбо закатил глаза, привязал веревку к борту и сел на весла. Когда они доплыли до противоположного берега, Толстяк подтянул лодку обратно. Затем в лодку сели Пики, Гнойн, Блевойн и Рори, а следом за ними – Гори, Тори, Бифи и Буфу.

– Мы последние, – обиженно сказал Толстяк, обращаясь к Шмякину. – Я всегда последний. Всегда самый крайний из-за моего большого веса.

– Не понимаю, почему ты не худеешь даже сейчас, когда у нас так сильно урезан рацион, – заметил Шмякин, залезая в лодку.