Текст книги "Ласточки из стали 3 (СИ)"

Автор книги: Павел Шэд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 30 страниц)

– Хорошо, – кивнула Буми.

Они подошли к аварийным модулям, пришло их время отдохнуть. Лориэль посмотрела, как устраивается навигатор. Буми минут десять искала позу, чтобы ничего не болело.

Лориэль закрыла модуль навигатора и залезла в свой. И сразу же под подушкой нашла несколько карамелек. Навигатор их тут спрятала или кто-то приготовил как подарок – загадка. Трогать конфеты Лориэль не стала. У нее голова гудела от всех проблем. Не хватало потерять «ласточку» из-за дефекта. Еще двадцать шесть дней, прежде чем «Надежда» уйдет на второй заход домой и только тогда прибудут еще машины. Хотя бы две.

В раздумьях Лориэль незаметно уснула.

Пришла она в себя от необычного яркого света в модуле. Пищал тревожный зуммер, а перед глазами на всех панелях мигала надпись «Тревога!».

Глава 12

На экране ниже большой мигающей красным надписи две обнадеживающих строки – давление и кислородный состав вне аварийного модуля в норме. Значит, беда случилась не на главной базе. Лориэль выключила панель, повернулась, дернула ручку и открыла дверь. В комнате на стенах перед оптическими панелями повисли надписи «Тревога!». Буми не смогла сразу открыть свой модуль, Лориэль помогла. Пока натягивали рабочие комплекты, звуки тревоги стихли, но надписи остались.

– В машину, готовь к взлету, – сказала Лориэль.

Буми кивнула. Вдвоем они выскочили из модуля отдыха, одна на выход, вторая в общий зал. Все старшие уже собрались.

– Авария на газовой, – сходу сказала Паранга.

Там сейчас Селька, вспомнила Лориэль. Или должна уже улететь? Лориэль посмотрела на часы, нет, по расписанию еще два часа до вылета, экипаж должен быть внутри станции.

– Что случилось? – спросила Лориэль у собравшихся.

Профессор покачала головой, за нее ответила Паранга:

– Мы не знаем. Пришел сигнал о пожаре, связи нет.

Минуту не могли никого вызвать. Группа спасателей и медиков уже собралась у выхода, последняя проверка комплектов и укладок. Все тревожно-спокойные. Наконец, пришел сигнал лично к Паранге, на связи одна из дежурных спасателей на газовой. Она была без шлема, мех на лице не то обожжен, не то в грязи. На заднем фоне шум, возня, стоны и крики. Лориэль легко узнала грузовой модуль «ласточки».

– Был взрыв, станция горит, – тяжело дыша, доложила спасательница. – Старшая, у нас минус один и одиннадцать десять-десять.

– Кто минус?

– Техник. Остальные на борту, взлетаем.

У Лориэль запищал «купол». Селька выглядела очень плохо, щека опалена, глаза мутные.

– Лори… Перехвати машину. Я не вытяну… У Скары руки… – Селька тяжело сглотнула. – Ног не чувствую.

– Держись, я уже лечу! Не пропадай! Волна! На связь!

– Автопилот… Больно очень… Я только на взлет…

Ноги сами донесли Лориэль до выхода. На ходу она выверенным движением надела шлем. Спасатели и медики заскочили в грузовой модуль, а через минуту «ласточка» уже неслась навстречу второй машине. Селька не отвечала, ее «купол» молчал. Не отвечала и сама «ласточка». Связь была только у медиков и спасателей со своими. Судя по переговорам, у Сельки на борту не пострадала только одна медсестра, все остальные или обожжены, или имеют другие ранения. Как-то на ногах держалась и одна из спасателей. Врачи сразу передавали на базу что готовить из материалов и медикаментов, так же приняли решение срочно переоборудовать два жилых блока под медицинские палаты.

Лориэль смотрела на радар и отсчитывала время до встречи с машиной Сельки. Энергон было не жалко, «ласточка» шла вперед быстрее обычного, уверенно сокращая дистанцию. Через час и одиннадцать минут Лориэль заметила машину Сельки. Вторая «ласточка» шла на автопилоте, полет ровный и неживой, машина шла вне зоны полета и уже отдалилась от обычного маршрута.

«Ласточки» сблизились, ушло меньше минуты, чтобы перехватить управление второй машиной. У Сельки часть блоков управления с рефлекторным интеллектом отказала на днях, не успели заменить. Все что смог автопилот – идти прямо и огибать рельеф, поддерживая высоту. Планета же совсем безопасная, ничего страшного произойти не может, никаких взрывов и пожаров, думала про себя Лориэль и материла все начальство экспедиции.

Возле входа на базу уже ждали, арочный переход готов. Лориэль посадила машину Сельки как можно ближе ко входу и свою чуть в стороне, чтобы спасатели и медики сразу оказались возле входа. Пока они с Буми выскочили, в кабине второй машины уже оказались спасатели. У Скары обе руки по локоть залиты медицинской пеной, девчонка вся зареванная и без шлема. По лицу и глазам видно, насколько ей больно, но увидев Лориэль Скара потухла как сдутая свеча и опустила уши. Навигатора быстро увели и разложили кресло Сельки. Она жива, но без сознания. Тоже без шлема, кресло в крови. Ее очень осторожно перевернули на бок – по всей спине десятка полтора рваных дыр, несколько опасно близко к позвоночнику.

Сканеры показали, что Сельку можно переносить. Под нее подсунули мягкие носилки, спустили в грузовой модуль, зафиксировали на каталке и через арочный переход бегом в общий зал, где уже ждали доктор Тиллина с группой. Лориэль вышла из медблока, подавила в себе желание остаться. Не должно же было ничего случится…

Она осмотрелась. Досталось всем, кто был за второй базе. Ожоги, порезы, но больше всего осколочных ранений. В замкнутом помещении базы повис запах паленого меха и крови. Одна из раненых спасателей обгорела с правой стороны, вид жуткий. Когда к ней подошла Паранга, спасательница что-то прошептала и попробовала залезть в карман. Паранга успокоила девку и сама достала аварийный блок данных.

Старшие собрались в зале и включили запись с газовой базы. Дрон еще не добрался туда, картинки пока нет. Контрольный блок данных не содержал видеозаписей, зато на нем отлично видны биодатчики всех, кто был внутри. Все в экспедиции носят такой датчик на себе как аварийный маячок. На план-схеме базы видны все передвижения. Больше всего маячков в грузовом блоке – готовили запасы газа для погрузки. Маячки Сельки и Скары найти не сложно, их коды Лориэль знала наизусть. Скара торчала в столовой, а Селька в грузовом блоке. Остальные на местах, несколько датчиков в жилом модуле, видимо, кто-то спал.

Лориэль заметила странность – до катастрофы Скара вышли наружу. До предполетной проверки еще часа полтора, зачем она туда потащилась? А через несколько минут, судя по движениям маркеров, начался пожар. Видно, как все заметались. Инженеры и спасатели бросились к блоку добычи и встали, видимо, что-то им помешало войти. Судя по следующему мигу, когда их откинуло, раздался взрыв. Тогда же рядом с ними пролетел несколько метров маркер Сельки. Дальше стало понятно, что приняли решение покинуть базу. Лориэль представила, что вот этот второй маркер возле Сельки – чья-то крепкая рука, которая тащит пилота к выходу. Тут же внутри объявился маркер Скары – судя по движениям, она бросилась помогать и вытаскивать всех к выходу. Отчетливо видны движения не потерявшихся в происходящем спасателей. Один маркер двигался медленно, видимо девчонка ранена, зато вторая строго по схеме – к аварийным клапанам, на схеме видно, как включились дополнительные системы пожаротушения и прекратилась подача кислорода. Спасатель заглянула в каждую комнату, проверяла углы, где мог кто-то спрятаться в панике, и поспешила на выход. Она несколько раз прошла мимо одного маркера в комнате отдыха и этот маркер не двигался.

Паранга тоже заметила это и вызвала свою спасательницу.

– Там никого не было, – уверенно сказала тетка с подвязанной рукой. – Я дважды проверила, кровать пуста.

– Вот маркер, видишь? – старшая ткнула в изображение.

Спасатель почесала ухо, поправила обожженную руку в повязке, и грустно сказала:

– Старшая, вы же меня знаете, я и не в таких передрягах была. Внучками клянусь – не было там никого!

– Чей это маркер? – спросила профессор.

Быстро нашли пропавшего техника. Лориэль с раздражением узнала ту словоохотливую соседку Скары и вдруг все встало на свои места.

– Я своих проверю, – сказала Лориэль и вышла.

В общем зале она потянулась к пояснице и нащупала кобуру с оружием, словно ее там быть не должно. Нацепила зачем-то ведь и даже не задумалась. У Буми, само собой, оружия с собой нет.

– Где Скара? – спросила Лориэль.

– Вот там на перевязке, – Буми всхлипнула. – У нее руки жутко обгорели.

– Иди за мной.

У входа в комнату Лориэль достала оружие и вручила его Буми.

– Если кто-то попробует войти – стреляй.

У девчонки округлились глаза.

– Как стрелять?! Куда стрелять?!

– В голову, – холодно сказала Лориэль. – Если сильно жалко – в колено.

Буми не отдавая себе отчета взяла оружие в руки. Лориэль выдохнула, толкнула дверь и вошла. Внутри врач, не отрываясь от дела, сразу скомандовала:

– Выйдите!

Правую руку Скаре уже перевязали, левая и правда выглядела жутко. Сильные ожоги. Врач уверенно действовала, дел у нее много.

– Простите доктор, переживаю очень, – спокойным голосом сказала Лориэль и присела на свободный стул рядом со столом.

Она посмотрела на измученную болью девчонку. Похоже, Скара все поняла.

Лориэль резким движением схватила девчонку и что есть сил прижала перевязанную руку навигатора к столу, а когда Скара взвыла, схватила ее когтями за ухо.

– Старшая! – воскликнула доктор.

– Молчать! – прорычала ледяным голосом Лориэль и уставилась на навигатора. – На меня смотреть.

Скара завыла, у нее полились слезы.

– Что вы сделали? Ну? – Лориэль тряхнула девку за ухо.

Навигатор замотала головой, слезы так и хлынули.

– Ну?! – Лориэль тряхнула еще раз.

– Простите… – прошипела Скара.

– Кто вас послал? Что вы сделали? Ну?!

– Не посылали! – проревела девчонка. – Так не должно было случиться! Простите!

– Что вы сделали?!

– Просите! Мне страшно-о! – провыла Скара. – Мне очень страшно!

– Откуда взрыв?

– Я ваши гранаты забрала! Она мне юникод сказала от бокса!

Скару затрясло, она тяжело всхлипнула и выдавила из себя очередное «простите». Лориэль отпустила руку девчонки и спросила:

– Зачем вы это устроили?

– Я боюсь! Я очень боюсь! – провыла Скара в истерике. – Я домой хочу!

– Ясно… – вздохнула Лориэль и отпустила девчонку.

Не переставая реветь, Скара провыла:

– Она сказала, что знает, как все сломать. И тогда мы полетим домой.

– И по времени вы договорились?

Скара кивнула.

– Ты поэтому наружу вышла?

– Да!

– Откуда она знала юникод от оружейного бокса? Как попала в блок добычи?

– Я не знаю! – Скара помотала головой.

– Ладно, – Лориэль сдержалась, очень хотелось кое-кому с полной благодарностью залепить в ухо. – Сиди и никому ни слова, ясно?

Заливаясь слезами и подвывая, Скара кивнула.

– Доктор, вы тоже пока никому и ничего.

– Простите, но в данном случае необходимо доложить…

– Я сама доложу старшим. остальным ни слова… Очень прошу.

– Разумеется.

– И с этой, разберитесь, – Лориэль фыркнула в сторону Скары. – Хватит с нее пока мучений.

У выхода Буми переминалась с ноги на ногу. Все были заняты и даже не обратили внимание, что девчонка стоит с оружием.

– Хозяйка, чего происходит? – испуганно всхлипнула Буми.

– Разбираемся, – Лориэль обняла навигатора за плечи. – Ты себя в порядок приведи и машину проверь. Топлива должно быть по завязку в обеих машинах, поняла?

– Ага.

– Посмотри на меня.

Навигатор уставилась на Лориэль.

– Буми, мне нужен навигатор. Соберись. Без тебя я летать не смогу. Сейчас умываешься и идешь к машинам, понятно? Давай сюда, – Лориэль забрала оружие и толкнула Буми к умывальнику. – Умывайся и бегом к машине.

Сама она вернулась в свою комнату, нашла оружейный бокс. Ведь и спрятала как надо, и тайная ленточка подвязана, словно никто не поднимал, и по весу похоже, что все на месте. Лориэль положила бокс на кровать, левым пальцем отжала запорный замок. Первый код на цифровой панели, щелчок. Большим пальцем левой руки вдавила язычок замка в нужную сторону. Второй код и второй щелчок. Внутри две запасные обоймы, эти на месте. А в нишах гранат немного ваты и камни для веса.

– Пиздец… – выдохнула Лориэль.

Она прикрыла бокс и отнесла его в зал к старшим.

– Вот откуда взрыв, – сказала Лориэль и разложила бокс.

Все молча уставились на камни в ячейках.

– А вот кто все устроил…

Палец Лориэль указал на маркер техника, которой остался в комнате, даже когда случился пожар.

– И какая связь между гранатами и пропавшим техником? – спросила профессор.

– Эта… – Лориэль ткнула в маркер на экране. – Запугала навигатора второй машины – Ускару. Девчонка и так немного сдала, а тут… В общем, Скара выкрала гранаты. Они решили, если уничтожат добычу газа, то экспедиции придется эвакуироваться.

– Надо серьезно поговорить с вашим навигатором, – профессор нахмурилась.

– Она рассказала все что знает.

– Уверены?

– Ага, – хмыкнула Лориэль. – Методика оперативного допроса в экстренной ситуации.

Фраза произвела на всех впечатление, хотя Лориэль ее только что выдумала. С другой стороны, Скара на самом деле ничего не знает. Так мастерски реветь и булькать потекшим носом не сможет ни одна актриса. Уж точно не такая молодая.

– Вы же говорили, что все участники экспедиции проверены? – Лориэль уставилась на камни в пустом боксе.

– Давайте с этим разберемся чуть позже! – раздраженно выпалила профессор. – У нас сейчас есть более важные дела. Надо закончить добычу и проверить материалы.

– Профессор! – воскликнула Паранга.

– Что? Мы имели ввиду возможные потери, когда планировали экспедицию. С таким удалением и режимом работы это был вопрос времени.

Лориэль уставилась на Гамодару. Сложно понять, плевать профессору на самом деле на происходящее или она так умело притворяется.

– Вы с «Надежды» борт вызвали? – спросила Лориэль.

– Конечно. Сразу по аварийной команде, – кивнула Паранга.

– Не совсем, – сказала профессор.

– То есть?! – воскликнула старший спасатель.

– Они уже были в полете, я не стала возвращать борт. Привезут оборудование и заберут раненых.

– Профессор! – прорычала Паранга.

– Повторяю – это был вопрос времени.

– Но не целая бригада сразу! И уж тем более не экипаж «ласточки»!

– Вот поэтому и я требовала четыре машины, профессор, – заметила Лориэль.

– Бросьте. По факту это трагедия, не спорю, но по вероятности – просто случайность. Нам нужно оценить ситуацию и продумать план действий.

– Возможно. Только, профессор, принимать решение будете уже не вы, – сказала Лориэль. – По протоколу в критической ситуации управление переходит к старшей отряда спасателей, то есть, к Паранге.

– Это вздор! – профессор фыркнула.

– Старший пилот права, – сказала Паранга.

– Удивите вашим гениальным решением, – профессор выжидательно развела руками.

– Ответ очевиден, – сказала старший спасатель.

Гамодара презрительно хмыкнула. Лориэль и сама металась в мыслях, слишком уж велики ставки. Лица раненой Сельки и ревущей Скары все еще стояли перед глазами.

– Нет, – уверенно сказала Лориэль. – Бросать работы нельзя.

– Просите?! Не вы ли говорили, что даже без одной «ласточки» шансы на успех экспедиции падают вдвое?! – воскликнула на одном дыхании Паранга.

– Именно на это все и рассчитывают. Что мы сдадимся, – сказала Лориэль.

– На войне старшие тоже рискуют своими отрядами, – вставила Гамодара.

– Профессор! – воскликнула Лориэль. – Вы не военная! Вы понятия не имеете, что такое отправить своих бойцов в бой!

– И что? Разве у нас здесь не операция, приравненная к боевой? – Гамодара усмехнулась.

Теперь уже не сдержалась Паранга:

– Вы понимаете, что мы рискуем жизнями всей экспедиции?

– Так точно.

– Вполне.

Старший спасатель тихо зарычала.

– Ставки большие, – сказала Лориэль. – Поэтому делать все нужно аккуратно.

– Если вы забыли – единственная добывающая станция уничтожена! У нас хорошо если треть блоков на замену найдется! Но не вся установка!

Паранга оперлась на стол и зло засопела. Через мгновение она взяла себя в руки и холодно сказала:

– Вы не правы, старший пилот. Все ваши замечания по количеству машин теперь выглядят неуместно. У вас, напоминаю, еще одна девочка-навигатор без боевого опыта. Вы-то у нас стальная, но ваши подчиненные? Остальные выдержат такие нагрузки? Вы же сами прекрасно понимаете, насколько тяжело придется непосредственно экипажам «ласточек»!

– Когда легко – пьют чай, – сказала Лориэль. – Может, пока не будем торопиться с эвакуацией, а прикинем варианты?

– Поддерживаю старшего пилота, – сказала профессор.

– Ох и бред! – Паранга покачала головой и спросила: – Что за гранаты были?

– Наступательные, Модель «Пять».

– Плазменно-фугасные? – спасатель вздохнула. – Серьезная штука. То есть, шансов, что возле установки что-то уцелело нет? Или какие-то секции могут уцелеть?

– Вполне могут, – ответила профессор. – Установка рассчитана в том числе и на глубинные выбросы. Я принимала участие в ее разработке.

– Ясно. Давайте первым делом отправим раненых на орбиту и будем готовить «Надежду» к срочному переходу. Полагаю, в этом у нас нет разногласий? – спросила Паранга.

В зал вошла помощница профессора, Юриэль. За ней с блоком управления протиснулась старший техник Чаирэль. Все застыли, наблюдая за полетом дрона. Изображение плыло по темно-серому песку и черным скалам. Белая дымка у самой поверхности едва заметна.

Сначала в кадр попали облака черного и белого дымов, потом на земле проявились многочисленные следы от колес планетоходов. Еще через минуту дрон показал Т-образную станцию. Правая секция полностью разворочена, черные и серые куски конструкции и облицовки россыпью валяются по направлению взрыва. С центральной части местами все еще идет дым, но пламени пожара не видно.

Чаирэль приблизила насколько могла изображение к поврежденной части станции.

– Судя по направлению – взорвалась емкость с газом. Видите – направления характерные, как и закладывали для безопасности. В стороны от жилого модуля станции.

– Слишком сильный взрыв, – Паранга нахмурилась.

– А как техник без доступа смогла проникнуть в рабочую область? – спросила вдруг профессор.

Все уставились на нее. Ответа не было.

Глава 13

С медблока не было новостей, операция еще идет. Злая, Лориэль поспешила на выход, по пути помогла перенести носилки с раненой. От накладок на ожоги шел резкий отрезвляющий запах, от которого зачесались уши. Мимо с опущенной головой прошла Скара, за ней с суровым лицом следовала одна из спасателей. Решили пока тихо спрятать девчонку-навигатора под замок, не до нее сейчас. Дома с ней пусть разбираются. О том, что взрыв произошел не сам по себе, пока знали только спасатели, у них саперная подготовка, на поврежденную станцию они зайдут первыми.

У выхода уже ждали двое теток с особой экипировкой не очень мирного назначения. Проверили свое оборудования, надели шлемы и на выход. У всех в руках по тяжелой укладке с инструментами. В кабине Лориэль наклонилась над креслом навигатора и обняла за плечи Буми:

– Чего, страшно?

Девчонка кивнула.

– Страх это нормальное состояние. Только дуры не боятся, – сказала Лориэль и вдруг добавила: – Дай-ка свою конфетку.

Буми даже растерялась и принялась шарить по карманам, пока не вспомнила, где лежат карамельки.

– Ой, мяты сколько, – сказала Лориэль в кресле, смакуя конфету.

– Потом глоток воды и освежает хорошо, – прошептала под нос Буми.

«Ласточка» поднялась и поплыла в сторону пострадавшей базы. По пути Лориэль связалась с Айриной.

– Еще девять с половиной часов до базы, – доложила пилот. – Чего у вас там, совсем плохо?

– Селька тяжелая, операция идет.

– Ясно. До связи.

Айрина отключилась.

При виде разрушенной базы у Лориэль защемило под сердцем. Жуткий вид, военный, как после обстрела. Ветер на Двойке небольшой и едва заметный, поэтому мусор вокруг базы никуда не делся. Дым из блоков станции уже не выходил, не было и выброса газа.

Лориэль посадила машину в полусотне метров от базы. На разведку отправились двое спасателей. Экипаж наблюдал за ними из кабины, щиты усилили на всякий случай. Все прекрасно понимали, что это чрезмерная предосторожность.

Спасатели в тяжелых защитных скафандрах остановились перед входом и запустили по дрону из своих укладом с инструментами. Бесшумные машинки, ощупывая все маленькими прожекторами, облетели базу несколько раз. В полумраке наступившей ночи и туманной дымки их яркие лучи выглядели волшебно. В изображения с камер дронов всматривались все, особенно руководство экспедиции. Лориэль больше интересовал дрон справа. Спасатель завела его внутрь разрушенного помещения и дрон облетел вокруг установки. На датчиках никаких признаков газа, система блокировки сработала штатно.

– Покажите с обратной стороны, – попросила по связи старший техник.

Дрон облетел установку, хорошо видны два темных пролома в модулях. Буми ойкнула: в углу под грудой мусора лежали останки неудачливой диверсантки. В луче света хорошо видно, что тело лежит лицом к двери.

– Вот и нашли пропажу. М-да… – сказала в эфир спасатель. – Старшая, я Пятая. Опасности не вижу. Пробую зайти.

– Пятая-Иволге, – вызвала Лориэль.

– Пятая здесь.

– Дрон показал два следа на установке. Устройств было три.

– Принято, Иволга.

В кабине сидели без шлемов, в отражение на стекле Лориэль заметила, как зашевелила ушками Буми. На базе в зале связи трое – профессор, Паранга и старший техник Чаирэль. Навигатор единственная, кто не знал о диверсии. На совещании решили, что остальным участникам экспедиции знать подробности не нужно, поэтому Лориэль вытянула руку и погрозила девчонке кулаком. Буми немного сжалась и припустила ушки. Все она поняла, в этом не было сомнений.

Спасатель зашла в разрушенный блок, вторая стояла на другой стороне станции и управляла дронами. Оба устройства подсвечивали дорогу. Спасатель взяла из укладки щуп и осторожно принялась поднимать мусор под ногами, не там ли пропавшая третья граната.

– Стоп, – вдруг сказала она. – Вижу третью область взрыва.

Спасатель подошла ближе к установке и подсветила развороченный ящик. После взрыва от него остался расплавленный блин.

– Вот откуда осколочные. Тут частично маркировка уцелела – крепежный материал. Видите? – техник попробовала навести камеру. – Так что эта сука превратила фугас в направленную осколочную мину. А, вот почему… Рука дрогнула. Плохо видно, наверное, но тут на трубе след от крепления. Похоже, третий заряд сорвало или просто отвалился. Дура, блядь! Тут кусок ленты! Она просто примотала гранату! К конструкции с постоянной вибрацией! Тоже мне фиксация!

– Пятая, займитесь делом! – прорычала по связи Паранга.

– Есть, – пробурчали в ответ.

Спасатель подошла к телу и осмотрела его.

– Не сразу сдохла, помучилась. Так тебе и надо, падла. За наших девчонок!

Спасатель фыркнула и отпихнула тело в сторону. Осмотрела все – стена в труху, везде дырки, торчат ошметки изоляции, всюду темные подтеки герметика, которым пожарная система залила стену. Спасатель попробовала дернуть дверь – ее заклинило. Чуть покрепче двинула плечом, и дверь провалилась внутрь базы вместе с частью стены. В огромную дыру из черноты повалил дым. Тетка присела пониже и включила свой мощный фонарь. Через две минуты она доложила:

– Старшая, открытого огня не вижу. Сканеры источников огня не видят. Тлеет что-то. Заходим?

– Попробуйте найти источник возгорания, – распорядилась Паранга.

Вдвоем спасатели зашли в помещение. Через минуту оттуда начали вылетать дымящиеся куски обшивки, стулья, помятый пластиковый ящик, который был настолько деформирован, что представить сразу какое в нем содержимое было невозможно. Из хороших новостей сообщили, что грузовой модуль полностью цел, пламя не добралось до запасов газа и кислорода. Не пострадали медицинский блок и холодильник, разве что двери немного закоптились.

– Центральная зона все, только на добрую память, – хмыкнула одна из спасательниц и подсветила на камеру сильно просевший и деформированный потолок.

Из жилых модулей первый пострадал серьезно – большая часть осколков влетело именно в него. Изоляционный щит частично погасил удар и справился бы лучше, не будь часть летящих осколков насыщены плазмой от гранат. Все шкафы, лежаки, оборудование, даже ряд запасных ботинок у выхода, все в дырах и лоскутах. Местами начался пожар, видны подгоревшие участки, но не более – автоматическая система справилась прекрасно, потому что в данном модуле по ее данным никого из живых не было. Второй модуль частично выгорел, осколков в него влетело не так уж много, но автоматика не рискнула отключить подачу кислородной смеси – по ее данным на одном из лежаков должна спать техник. Пока огонь не добрался до лежака и не повредил датчик – аварийные системы всячески пытались спасти техника. В итоге жилое помещение повреждено на треть, в основном очаги небольшие, потому что даже постельные принадлежности выполнены из негорючих материалов, но плазменный фон на осколках и раскаленные железки свое паршивое дело сделали.

– Хитро придумано, – спасатель подняла с кровати подгоревший медсканер с приклеенным личным датчиком. – Как это она догадалась сканер переделать на трансляцию и приладить к нему свой датчик? Слишком умная для ее категории. Сейчас личные вещи гляну.

В потрепанных и подгоревших вещах ничего необычного, стандартные наборы белья и прочего добра, как и у всех участников экспедиции. Вернулись к осмотру добывающей установки.

– Что-то паршивенько ее подготовили, – сказала спасатель. – На блок управления не догадалась заряд поставить. Аварийная батарея цела, расщепитель цел, основной насос тоже цел. Ну, все что вижу. Старшая, как картинка?

– Сойдет, – ответила Паранга. – Уберите тело и расчистите место. Готовьтесь к приему группы техников. Попробуйте в грузовом модуле восстановить кислородное снабжение.

– Принято.

– Иволга-Базе.

– Иволга здесь, – ответила Лориэль.

– Возвращайтесь и примите группу техников.

– Принято.

Новостей о Сельке еще не было, операция идет. Лориэль забрала группу техников с оборудованием перевезла их на газовую станцию. Техники сразу же обозначили проблему:

– Направляющие перекосило, блоки контроля разворотило. Заменить их можно, но тут, похоже, сам преобразователь поврежден. Попробуем установить, насколько серьезно.

Через минут сорок закончили осмотр.

– Старшая, преобразователь полностью неисправен. Оба блока, и под энергон, и под топливо. Там внутри труха одна.

– А говорите, плохо подготовили… – сказала профессор. Она забыла, что на базе включена прямая связь с группой и ее слышат.

– Час на осмотр и возвращайтесь всей группой. Иволга, как приняли? – сказала Паранга.

– Принято, База. Один час, – ответила Лориэль.

Пока летели обратно, техники с шумом обсудили, что можно сделать и пришли к выводу, что оживить модуль добычи шансов нет. Нужно искать новое решение, без преобразователя. Откуда взять достаточно энергии, чтобы компенсировать при добыче давление газа, пока никто не знал.

Айрина доложила, что уже возле планеты и подходит к атмосфере, полет полностью по графику. Лориэль оставила Буми помогать техникам – девчонке надо чем-то заниматься, чтобы забыла про страхи хотя бы на время. К Сельке не пустили, она еще под наркозом. Лориэль наглым образом протиснулась в малую операционную.

Доктор Тиллина ремонтировала ногу спасателя, иначе это зрелище назвать нельзя. Доктор, в халате и маске, склонилась над лежаком. Скальпель в ее яркой руке играл бликами на ярком свете операционного освещения. На лежаке, между белых полотенец с парой капель синей крови, виднелась выбритая щиколотка ноги спасателя. Доктор как раз выуживала из раны очередной осколок. Сама же спасатель с абсолютно спокойными лицом читала книжку о истории освоения космоса, она словно находилась на пляже, а не в операционном зале.

Доктор вынула из раны небольшой круглый осколок и бросила его в емкость, подставленную медсестрой. Подняв голову, Тиллина, с небольшим раздражением в голосе сказала:

– Лориэль, выйдите. Вы слишком нетерпеливы для пилота. Я сейчас закончу.

– Прошу прощения, доктор, – Лориэль выскочила за дверь.

Через десять минут на каталке медсестра вывезла спасателя и кивнула, что можно зайти.

– Прикройте дверь, – попросила Тиллина. – Нам лучше поговорить наедине.

– Все так плохо? – Лориэль села рядом за стол.

– Основную часть осколков я удалила. Однако состояние вашей подруги очень тяжелое. По осколку в пятом и шестом позвонке. В опорно-хвостовом позвонке глубокое проникающее ранение, оно самое опасное. Все позвонки я зафиксировала и приготовила к транспортировке, больше ничем помочь не могу. Нужна эвакуация и очень хороший нейрохирург.

– Найдем лучшую. Вообще шансы какие?

– Ходить – пятьдесят на пятьдесят. Задето правое легкое и пищевод. Я все залатала, но про активную службу можно забыть.

– Повидать ее можно?

– Она под препаратами. Или болевой шок.

– Понятно, – Лориэль нервно потерла нос.

Селька как вторая пара крыльев, Лориэль вдруг ощутила на себе все эти лишние семь процентов гравитации планеты. Тяжесть навалилась разом за все дни. Никто не заменит Сельку, ее улыбку, ее веселые танцы, ее опыт. Только она знала когда можно дернуть за хвост немного заносчивую подругу и каким словом можно сбросить с облаков на землю, чтобы самомнение не разбилось. Не потащись Селька на эту планету, ничего бы с ней не случилось. Надо было довериться своим чувствам, взять за хвост ту крысу-техника и выкинуть наружу, чтобы сдохла. Или пристрелить. Надо было пристрелить!

Когти на правой руке до боли впились в ладонь.

– Успокоительного накапать? – спросила Тиллина.

– Благодарю, доктор. Справлюсь. Пойду к профессору.

– Да, у вашего навигатора Ускары серьезные ожоги. Боюсь, функцию пальцев левой руки восстановить будет сложно. Потребуется серьезное лечение.

– Ясно, – Лориэль кивнула и вышла из операционной.

Обеим помогут в институте трансплантологии, профессор заверила, страховка на экспедицию такая, что могут всех заново три раза из молекул собрать. Легче от этого не стало, Лориэль ощущала в себе злость все ярче. Надо было прислушаться к мастеру Тиранэль и сразу стрелять. Она поблагодарила доктора и вышла из медблока.

Техники в зале управления справились с проекционной панелью и включили камеры с добывающей базы. Сразу промотали запись за пару минут до взрыва. Камера в блоке добыче почему-то не работала, но сигнал о неисправности никуда не поступил. Не работала и камера у входа в сам блок. На изображении с общего зала было видно, как предательница прошла мимо Скары и навигатор вдруг спешно засобиралась.

Через три минуты началось самое страшное. Смотреть без звука на разлетающиеся осколки, дым и пламя было неприятно. На записи все падали, по лицам и движениям видно, что многие корчатся от боли. Осколки с боевой плазмой очень горячие. Лориэль не отводила глаз от Сельки, видела, как та упала, как собралась и попробовала встать, как не оператор с обожженными ногами, а она, Селька, тяжело раненая в спину, подставила плечо и потащила раненую к выходу. И как в комнате объявилась Скара. Навигатор бросилась вытаскивать раненых, тушить пламя. Ударил еще один взрыв, уже газовый, и Скара бросилась сбивать пламя с горящего инженера, у самой при этом руки были открыты – куда она дела перчатки от летного комплекта?