Текст книги "Алый бант в твоих волосах. Том 6 (СИ)"
Автор книги: Павел Седов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Видимо, та хотела сказать что-то Мике, но передумала. Тихо фыркнула и, нервно дёрнув собранными в хвост золотистыми волосами, первой послушно затопала по ступеням деревянной лестницы.
Дождавшись, когда шаги стихнут, Микаэла медленно прикрыла дверь. Сцепила пальцы в замок, подошла ближе и, подняв руки над головой, эротично потянулась:
– День только начался. А я уже такая уставшая! Сейчас бы массаж…
Боюсь даже спрашивать, какой именно массаж она имеет в виду.
Из-под тонкой ткани розового топа на меня уставились две набухшие горошины. Точнее, это я уставился на них, и из меня невольно вырвалось тихое мычание:
– Угу…
– Эй! Ты куда смотришь⁈ – возмутилась Микаэла и опустила свои руки. – Почему у всех мальчиков, при слове «массаж» лапы сразу тянутся к женской груди?
Упрёк достиг своей цели, пробил брешь в моих изрядно потрёпанных рамках приличия и намертво застрял где-то глубоко в мыслях, заставляя думать об упомянутых девичьих прелестях. Не этих конкретно, хотя они, убеждён, тоже прекрасны, а о мягких, упругих прелестях в целом.
– Потому что это… красиво и приятно, – произнёс я, будто в трансе, и тут же опомнился.
Я вовсе не тянул никуда руки! Просто смотрел. Ведь просто смотрел же? Да?
Но Мике нужен был лишь только повод.
– Пошляк! Я, вообще-то, говорила про обычный массаж. Хочешь, покажу, какой мне нравится?
Вот умеет же она сначала заставить чувствовать тебя виноватым, а потом сразу же что-нибудь предложить. Да так, что и отказаться не смеешь. Но я хотя бы пытался.
– Пожалуй, не стоит… – сказал я. Однако девушка уже пристроилась за моей спиной и принялась разминать мне ладошками трапециевидные мышцы. От её рук стало расползаться приятное тепло, и я не смог удержаться от комментария: – Да… очень хорошо.
От произведённого эффекта по затылку прокатилась волна приятных мурашек, и мне резко расхотелось отказываться от такого неожиданного удовольствия.
– Тогда теперь ты! – Мика внезапно убрала от меня руки, вернув из грёз в реальность.
– А? – слишком поздно опомнился я. Это что, всё?
Когда оглянулся, Микаэла уже стояла перед столом спиной ко мне в ожидании массажа.
Что ж. Услуга за услугу. Так и быть.
Я протянул руки к её шее и, следуя показанному мне примеру, начал массировать воротниковую зону.
– Ах, боже! Какой кайф… Тебе говорили, что у тебя чудесные руки? А-ах… Продолжай. Да, немножечко ниже. Ага, вот там. Ох… Да-а! – почти стонала она.
Наклонилась, вынуждая меня сократить расстояние, и упёрлась ладонями в край стола. Я продолжал массировать плечи и шею девушки, надавливал подушечками больших пальцев на мышцы вдоль позвонков, а она тихо сопела от наслаждения.
– Всё, достаточно, – решил я заканчивать это безобразие.
От подобного просто невозможно не возбуждаться! И ладно бы это происходило с кем-нибудь из моих девушек. Но сейчас я стою позади Мики и едва не упираюсь пахом в её нарочно оттопыренную пятую точку.
– Нет, нет, ещё немножко. Ну, пожалуйста, Артемис! Нереальное блаженство! Умх…
После столь лестной просьбы я не решился отказать. Да и чего скрывать, мне самому было приятно делать массаж. Микаэла млела под моими руками, таяла словно горячий воск и, похоже, с трудом сдерживала рвущиеся наружу томные стоны.
Но, как рано или поздно заканчивается всё хорошее, пришло время закругляться с массажем.
Мика ткнулась в меня своей попкой и ойкнула, будто сделала это нечаянно. Развернулась и впилась в меня осоловевшим взглядом.
– Благодарю. Я твой должник. Проси о чём хочешь, – проворковала она, заправляя за ухо выпавшую прядку светлых волос.
– Э-э… – только и смог промычать я. Отчего-то все мысли разом исчезли из моей головы. – Ну… хорошо.
– Хорошо? А-ха-ха! Ты такой забавный. Ладно. Давай его уже сюда! – отсмеявшись, скомандовала она и ввергла меня в недоумение.
– Кого? – опешил я, и мой перегруженный мозг принялся рисовать до ужаса неприличные картинки.
– Колечко, что у тебя в кармане! Забыл? – кокетливо напомнила девушка.
– А! Точно! Сейчас…
Вспомнив, что взял на хранение её украшение, я с облегчением выдохнул. Сунул руку в карман шорт и достал оттуда красивое кольцо из платины, искусно инкрустированное голубым топазом. А Мика с готовностью выставила свою ладошку, растопырив тонкие пальчики.
– Надевай! На какой, сам догадаешься? – подначила она меня.
Сомневается, что ли? Да запросто!
Немного помешкав, я прикинул размер кольца и аккуратно надел его на самый подходящий палец. Село идеально. Меня даже не смутило, что этим пальцем оказался безымянный. Тот самый, на который обычно надевают помолвочное кольцо.
И только я подумал об этом, как Микаэла поспешила радостно воскликнуть:
– Боже, Артемис! Это мне⁈ Ох… Я согласна!
Чего? Нет! Что за идиотские шутки?
Глава 5
Твое сердце меня волнует
Стоя сбоку от письменного стола, Микаэла крутила ладошкой перед своим лицом и любовалась «новым» колечком, которое ей якобы подарил я, и сам же надел на её безымянный палец. Как символ предложения о помолвке. Не иначе.
Задурила мне голову массажем, а я и не подумал, что это всё такой хитрый план. Просто хотел вернуть вручённое мне на хранение кольцо и повёлся на очередную провокацию этого белокурого недоразумения.
Естественно, никто из нас не принимал шутку всерьёз. Ни я, ни она. И раз это игра, я сначала решил подыграть, перевернув всё с ног на голову, чтобы из чистого любопытства посмотреть на реакцию Мики.
Однако едва появившаяся на моём лице улыбка исчезла, когда я подумал, что этим дам девушке лишний повод. Ведь я не планирую строить с ней романтические отношения. Да и ей это совершенно не нужно.
Поэтому я сделал сердитое лицо и громко рявкнул:
– Мика, хватит!!! Это не предложение руки и сердца!
Но, похоже, слегка переборщил с выражением эмоций и невзначай перепугал бедную девушку.
– Ой… Что-то у меня коленки затряслись… – Мика вся сжалась, пошатнулась, и её пятая точка удачно нашла опору в виде края стола. – У-ух… И ноги в-ватные стали.
Она испуганно завела руки за спину и опёрлась ими на столешницу. Её налитая грудь выпятилась вперёд, а набухшие соски призывно встали торчком под розовым топом. Будто два мощных магнита, они тотчас притянули к себе мой настороженный взгляд.
Я всё ждал, что девушка побледнеет и упадёт в обморок. Только вот её щёчки почему-то становились лишь ярче, наливаясь краской с каждым ударом сердца, пульсирующего на тонкой шее.
Несмотря на найденную опору, через мгновение Микаэла продолжила медленно сползать ниже. И тогда мне срочно пришлось сжать руками её тонкую талию, чтобы не дать девушке упасть на пол.
– Что же ты со мной делаешь, Артемис? Не кричи на меня так! Это дико возбуждает, – чуть ли не простонала она и прикусила краешек нижней губы.
Ах ты, симулянтка! Опять разыграла комедию?
– Ты… Какого чёрта⁈ – выпалил я и моментально убрал свои руки. В тот же миг Мика начала сползать вниз ещё быстрее, чем прежде, и мне снова пришлось вцепиться в её талию.
– Сожми меня крепче, – захлопав ресничками, тихо, словно из последних сил, попросила она, а затем хитро улыбнулась и добавила: – Это приятно.
– Приятно ей, – не убирая рук, с досадой повторил я и ощутил себя мотыльком, угодившим в липкую сеть паучихи. Однако стоит признать, паучихи красивой и весьма соблазнительной. Да и вряд ли она желала мне зла. – Ты понимаешь, что я не железный? Я ведь могу и сломаться!
– А как же наш поцелуй? – напомнила она, заставляя меня вновь задуматься о том, где проходит красная черта.
Да и при чём здесь поцелуй? Намёк, что я уже сломлен? Ни фига!
Недолго поразмышляв, я решил говорить прямо, без намёков:
– Поцелуй во сне – не измена. Но ты ведёшь себя так, будто хочешь, чтобы я тебя тр… – Я вовремя осёкся. Ну да, хотел сказать «трахнуть». Самое подходящее слово! Мысли опять вернулись ко сну и идее, что сновидения – всего лишь фантазия. А ограничивать себя в фантазиях не только глупо, но и вредно. Однако сейчас речь идёт о реальном мире. Собравшись с духом, я закончил свою фразу: – Словно хочешь, чтобы я занялся с тобой сексом.
– Ну, прости меня! Да! – расстроенно ответила Мика, совсем не скрывая своих намерений, и от её слов по моей спине пробежал холодок. – Что я могу поделать, если мне очень хочется⁈ Вы трахаетесь ночью. Трахаетесь днём. Потом девчата спорят до драки о том, кто из них сделает тебе минет первой. А я… Я что, дура, по-твоему? Я всё это вижу… Слышу… И ничего не могу с собой поделать! – Сейчас Микаэла была абсолютно серьёзна. Настолько, что готова была в любую секунду зареветь или впасть в истерику. – Думаешь, я не давала себе обещания прекратить это? Ага, как же! Я даже Лере поклялась, что между нами не будет… Хм… Да ты всё равно не изменишь своим девушкам! Если бы хотел, уже сто раз мог со мной это сделать… – обиженно фыркнула напоследок она и, отвернувшись, стыдливо опустила взгляд в пол.
Вот так признание. Накипело, похоже.
И что мне делать? Злиться глупо. Ругать бессмысленно. А помня о наследственной гиперсексуальности девушки, пытаться её «вылечить» – только всё портить. М-да…
Я молча сжимал талию Мики, машинально оглаживая большими пальцами её нижние рёбра, и думал. Думал, снова думал и молчал.
Она медленно повернула голову и подняла на меня свои красивые, голубые, намокшие глаза. Её нижняя губа затряслась.
– Артемис, ты меня хоть немножечко любишь? – дрожащим голосом едва слышно спросила меня Мика.
– Чего⁈ – Я шире распахнул глаза, но моя визави тут же вновь отвернулась.
Нет, я не ослышался! И еле сдержался, чтобы как следует не встряхнуть девушку. Вспомнил наш последний ночной разговор и ещё одно её признание. Вспомнил, как она говорила, что первый раз – это важно, и что она сделает это с тем, кто будет любить её и дорожить ей. А ещё вспомнил ванную комнату, где моя рука указала на неё.
Так, значит, вот каков её план? Если я полиамор, то, стало быть, могу влюбиться ещё в одну девушку. Например, в неё. И стать её первым мужчиной? Неслыханно!
Отличный план, Мика! Надёжный как… Только вот почему я должен влюбиться?
– Тебе это не надо, Мика. Это причинит тебе боль!
– Нет, надо! Это ты не понимаешь! – болезненно и чересчур остро отреагировала она.
– Не понимаю? – Я же искренне удивился. Приподнял девушку двумя руками и усадил попой на стол. – Чего я не понимаю?
– Мне не будет больно. Я уже влюблялась. А ты… Ты не обязан. Но если ты хотя бы чуть-чуть меня…
– Чуть-чуть что? – не дождавшись продолжения фразы, спросил я.
– То этого будет достаточно… Ведь ты уже целовал меня. Просто перестань отталкивать!
– Но я не могу! У меня есть мои девушки! Ты осознаёшь, к чему это может привести?
– А к чему могут привести сны⁈ – искренне рассмеялась Микаэла. Она взглянула на меня, и в уголках её глаз появились слезинки.
– Сны? – машинально повторил я и вспомнил про загадочный амулет Дины.
Так вот о чём речь⁈
Сны. Ещё одна особенность Мики. Да, я помню, как мы с ней ели мороженое, гоняли на гидроцикле по морю и строили первый в её жизни замок из песка.
– Я тебе уже говорила, насколько это для меня важно! И нет. Если ты думаешь, что я запутаюсь между ними и реальностью, то можешь не волноваться. Я опытный сновидец, – заверила она. – И я так рада, что мне удалось затащить в мой сон тебя!
Именно в нём у Микаэлы случился первый в жизни настоящий поцелуй. Да, точно!
Во сне, даже осознанном, она не могла делать то, чего никогда не делала в реале. Поэтому у неё ни с кем не получалось заняться в них сексом. Но если с поцелуем у нас получилось, то, значит, выйдет и со всем остальным, что умею я.
Эта внезапное озарение заставило шевелиться волосы на моей голове.
Мало-помалу я всё шире расплывался в улыбке. Покусывая губу, Мика делала то же самое. Интересно, как давно она об этом догадалась?
– То есть я могу… – заговорил я, ощущая, как кровь приливает к лицу и не к нему одному.
– Я буду этому только рада! – не дослушала она. Оттолкнула меня от стола и ловко спрыгнула на пол. Плавно приблизилась и, положив ладонь на моё плечо, почти на ухо тихо уточнила: – Я разрешаю тебе делать со мной всё, что захочешь. Но я должна остаться девочкой в реале, – осторожно предупредила Мика, застенчиво опустила глаза и хихикнула. – Хи-хи. Действуй уже! – А потом рванула с места. Добежала до двери, распахнула её и, громко топоча вниз по ступеням, крикнула: – Никуда не уходи! Я скоро вернусь.
❖ ❖ ❖
Ошарашенный итогом нашей беседы, я сел за стол.
«Делать всё, что захочешь» – эхом прозвучали её слова в моей голове. Во сне? Наяву? Думаю, она имела в виду и то и другое. Ну да. Кто бы сомневался?
Стараясь отвлечься, я разбудил ноутбук. Открыл редактор и заметки по нашим видеороликам из похода. Мы уже загрузили на Катин канал всё смонтированное, включая кулинарный батл. А из самого́ похода осталось часа три отснятых сырых материалов.
Придётся мне сегодня хорошенько напрячься, чтобы успеть всё до завтра. Взглянув на часы, я решил не терять времени и, пока Анна не отпустила моих девчат, закончить монтаж третьего походного ролика.
Меньше, чем через минуту вернулась сияющая от счастья Микаэла. Летящей походкой она приближалась к столу, сжимая что-то в своём кулачке.
– Дай руку! – встав рядом, попросила она. – Да не бойся ты, не укушу! – Улыбнувшись шутке, я оторвал пальцы от клавиатуры и протянул руку девушке. – Хотя… Мм-ням-ням-ням… – Мика резко наклонилась. Игриво выпустила коготки, собираясь вцепиться ими в мою плоть, и я сразу же отдёрнул руку. Не из-за страха, а подыгрывая хулиганке. – А-ха-ха! Ладно, ладно. Я не буду кусать больно!
– Что ты хотела? – произнёс я, внимательно наблюдая за Микаэлой.
Стараясь не показывать своего секрета, она взяла мою ладонь, повернулась ко мне спиной и почти «обняла» себя моей рукой. Разжала свой кулачок и начала примерять что-то к моему правому запястью. Наверное, тот самый браслет из бисера, о котором вчера говорила.
– Не смотри! – предупредила она и дёрнулась, отчего её короткая юбочка заманчиво заколыхалась перед моими глазами.
Я протянул левую руку и приподнял её край. Попку девушки по-прежнему обтягивали те же белые трусики с хулиганской надписью о принадлежности скрытых под ними сладких булочек.
– That’s all yours, – прочитал я вслух две строчки на нижнем белье Микаэлы.
– Угу, три лишних ряда. Ясно, – проговорила она себе под нос, видимо, что-то о длине браслета, и снова спрятала недоделанное украшение в кулачке. – Что ты сказал? – Мика отпустила мою руку. Опять повернулась ко мне лицом, но не отошла ни на миллиметр.
– Да так, ничего. Вспомнил слова… на твоих трусиках.
– Эти? – Приподняв юбку, Мика тут же крутанулась и продемонстрировала мне арт.
– А вот это уже хулиганство! – не выдержал я, глядя на туго обтянутые тканью ягодицы.
– Мама не знает. Но ты же ей не расскажешь? – Микаэла взглянула на меня через плечо, ожидая реакции. – Если узнает, она меня накажет.
Ух, договоришься ты у меня. И тогда я сам тебя накажу!
От этих мыслей мне стало неловко. Даже уши от стыда загорелись. Ложь про маму и её наказание казалась такой глупостью, но от этого волновала ничуть не меньше.
Раньше внутри меня словно стояли барьеры, и я, привыкший упираться в них и впервые внезапно оказавшийся чуточку дальше, замер, не зная, что делать.
Не дождавшись ответа, Мика решила по-своему и вновь повернулась ко мне.
– Ладно. Лучше переодену, пока не спалилась, – тихо сказала она и, украдкой взглянув на открытую дверь, принялась торопливо стягивать с себя трусики.
– Да не здесь же! – воскликнул я. Руки сами потянулась к её бёдрам, а затем натянули бельё на место и заботливо поправили юбку. Взгляд успел выхватить светлые, аккуратно подстриженные в форме сердечка волосики на лобке. – Чокнутая маньячка!
– Мхи-хи… Нравится? – стеснительно спросила меня девушка. Я поднял взгляд. В её голубых глазах искрился огонь разгорающейся похоти. Она точно видела, как я смотрел ей под юбку.
– Маньячки, что ли? Не особенно, – соврал я.
Хотя вообще, меня с ума сводит такое! А то, что всё это происходит втайне, ещё и добавляет масла в огонь.
– Нет, глупый! Ты же сам хотел посмотреть! Ну, помнишь, когда собирался зайти в ванную комнату, а девчонки тебя не пустили. Так что скажешь? – Мика прижала кулачки к низу живота, выставила из них указательные пальцы и стала по-идиотски то соединять их кончики, то разводить в стороны. – Ну, там сердечко. Видел? Или надо показать ещё раз? – Она уже начала нервничать, и через мгновение шаловливые пальчики потянулись к нижнему краю юбки.
Показать? Это слово, будто молот, ударило по мозгам. Слишком заманчиво, но не сто́ит. По крайней мере, не здесь и не сейчас.
Я сглотнул.
– Видел, но разглядеть толком не успел, – намёком ответил я и вдруг позволил себе немного обнаглеть: – Только не говори, что ты это для меня сделала.
– Дурак! – Мика стукнула меня кулачком по голове и усмехнулась. – Это для красоты, вообще-то! Потому что девушка должна быть красивой и без одежды.
На языке завертелись комплименты, которые, впрочем, озвучивать я не стал. Полностью обнажённой я Мику ещё не видел, хотя ни капли не сомневался в естественной красоте её тела.
– Понятно. Но в чём смысл, если эту красоту никто не видит? Она же всегда под бельём.
– Да? – иронично спросила меня Микаэла. – А ты попробуй теперь развидеть! Ха-ха!
– Ладно. Уела, – прыснув смехом, признал я.
Снизу донеслись шаги, и она поспешила ретироваться:
– Ой! Мне пора.
У дверей она увидела Леру, в руке которой была моя рубашка. Показав недоделанный браслет, Микаэла попросила сестру зайти потом к ней. Лерка кивнула и, проводив Мику взглядом, подошла ко мне.
– Я пришла извиниться. Прости за то, что я здесь устроила. Я такая дура!
– Ну-ну, перестань. – Я протянул руки к Валерии. Усадил её себе не коленки и крепко обнял. – Ты ведь понимаешь, что выбор одной из вас обидел бы остальных?
– Угу, понимаю. Переклинило, – пожав плечами, заискивающе сказала она. Помолчала и, заглянув мне в глаза, с волнением в голосе задала вопрос: – А ты меня сильно любишь?
– Конечно! Ничуть не меньше, чем раньше!
Лерка довольно заёрзала. Поудобнее повернулась ко мне. А в следующую секунду наши губы соприкоснулись в тёплом, нежном поцелуе.
– Я тут тебе рубашку принесла. Тётя Аня попросила передать.
– Спасибо! Слушай. Мне сегодня понадобится твоя помощь с монтажом роликов. Ближе к вечеру.
– Правда? С радостью помогу! – обрадовалась Валерия. – Мы там почти закончили. Сейчас приберёмся и можно идти на экскурсию, – сообщила она и поднялась. Ещё раз чмокнула меня в губы, сунула в руки рубаху и умчалась с мансарды прочь, оставив за собой освежающий шлейф дорогих духов.
И что такого Анна им наговорила? Удивительно.
Я повесил чистую рубашку в шкаф и задумался. В последние дни наша жизнь превратилась в какой-то сумасшедший калейдоскоп событий. Секс, намёки и игры девчонок, флирт Анны и Мики. Из-за всего этого я стал меньше думать о том, чего хотят мои девушки.
Катя сейчас отчаянно нуждается во внимании и поддержке. Она наверняка боится, что из-за её месячных, Саша и Лера вытеснят её из моего поля зрения. Потому-то она и старается быть во всём первой.
Лера, как обычно, страдает от недостатка животного секса. А Сашка… Ей, скорее всего, хотелось бы больше романтики. И, кажется, у меня есть для неё одна хорошая идея.
От размышлений меня отвлёк лёгкий стук в дверь. Я повернул голову и увидел на пороге Александру.
– Не занят?
– Для тебя я всегда свободен.
Саша мило улыбнулась. Поправила бретельку сарафана и подошла ко мне. Я тут же обнял её, прижимаясь всем телом и вдыхая едва уловимый цветочный аромат.
– Полегче. Ты меня раздавишь! – жалобно пискнула она и захихикала. Я ослабил давление и продолжил поглаживать Сашку по спине. – А мы с тётей Аней фондан готовим. Сделать тебе кофе? Вкусно будет. Мм…
– Не откажусь. Сейчас слюнки потекут. Кстати, какие у тебя планы на вечер? Могу я рассчитывать на час твоего времени около полуночи?
– Что ты задумал? – Александра вопросительно посмотрела на меня и засияла от предвкушения. – Романтический ужин? Я так поздно не ем.
– Нет. Это сюрприз. Узнаешь всё вечером.
– Ну хорошо. А почему всего час?
– О, ну… Я не буду против, если ты захочешь остаться на всю ночь.
Саша слегка прикусила краешек губы. Часто заморгала, пытаясь справиться с охватившими её эмоциями. А потом изо всех сил прижалась ко мне, и я понял, что оказался прав. Ей не хватало меня и времени, проведённого наедине только со мной одним.
В предвкушении этого вечера, этого часа для нас двоих внутри меня что-то тихо и радостно затрепетало. Простая и ясная романтика без пошлых намёков казалась сейчас не просто приятной, а, я бы сказал, жизненно необходимой.
