Текст книги "Алый бант в твоих волосах. Том 6 (СИ)"
Автор книги: Павел Седов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Глава 22
Монастырь Кровавой Розы
Вдоволь налюбовавшись звёздами и ночным небом, мы с Александрой спустились назад на мансарду.
Лера и Катя уже закончили монтировать видеоролики и, видимо, ушли спать к себе. Они оставили ноутбук открытым прямо на письменном столе посреди россыпи деталей конструктора.
Улыбнувшись пустой миске из-под печенья, я подошёл к столу и разлил остатки сока по стаканам. Один выпил сам, другой протянул Саше.
– Спасибо! Теперь спать? – вытерев пальчиком уголки губ, спросила она. Облизнулась и принялась не спеша раздеваться.
Я кивнул. Тогда Сашка подбежала к двери, закрыла её на замок. Скинула с себя шортики, стянула носки и, оставшись в одной футболке и трусиках, запрыгнула на кровать, где лежала Микаэла. Ожидая нас, та всё ещё читала свою мангу.
– Тём, а она здесь без трусиков! Хочешь посмотреть⁈
– Эй! Это неправда! – возмутилась Мика и резко откинула покрывало. Демонстративно поднялась на коленках, а затем сдёрнула с себя шортики, обнажив белое нижнее бельё с красным бантиком.
– Хи-хи… Я же пошутила! Ну чего ты? – смешливо объяснила Александра, поправляя Микину тонкую маечку. – У тебя всё готово?
– У меня да. Но… Артемис, где амулет?
Я уже погасил верхний свет и, на ходу снимая с себя рубаху, задумался. Так. Я ведь оставлял его под подушкой. Верно? Но кто-то перестилал постель. И раз Мика спросила, то на кровати его, очевидно, больше нет.
Опустив сложенные шорты на комод, я выдвинул верхний ящик и увидел лежащее на вещах серебристое сердце. Хм… Не помню, чтобы убирал его сюда. Впрочем, ладно.
Подхватив амулет, я забрался на кровать, перелез через Сашу, не забыв её потискать, и, наконец, улёгся.
– Напоминаю, ничего во сне не менять! Вам ясно? Особенно тебе, Артемис! – назидательно произнесла Мика и, повошкавшись под покрывалом, осторожно прижала ладошку к моей груди.
Я приобнял Микаэлу, притягивая поближе, пока Сашка пристраивалась с другой стороны. По очереди чмокнул обеих девушек, куда получилось, и уставился в потолок:
– Хорошо, Мика. Я помню. Ты всё продумала. Нам лишь надо следовать твоему сценарию.
– Да. Вы всё поймёте. А где нет – импровизируйте! И ничему не удивляйтесь. Хи-хи… – тихо засмеялась Микаэла. Потёрлась кончиком носа о моё плечо и притихла.
– Весёлых нам всем сновидений! – прошептал я и смежил веки.
Усталость, скопившаяся за целый день, моментально заявила о себе, и я не заметил, как провалился в сон.
А в следующее мгновение…
Услышал мерный стук колёс и чьи-то причмокивания. Мы что, едем в поезде?
Открыв глаза и проморгавшись, я оглядел небольшое уютное купе. На столике уже стоял стакан с горячим чаем в красивом серебряном подстаканнике, рядом с ним – корзинка с аппетитными крендельками и вазочка со свежими яблоками.
Я лежал на мягкой полке, до груди накрытый тонким одеялом, под которым творилось что-то невообразимо приятное, а если точнее, кто-то там делал мне шикарный минет и громко причмокивал.
Схватив одеяло за край, я резко откинул его и увидел на своём члене ротик милой светловолосой девушки. Подняв на меня свои большие, зелёные кошачьи глаза, она с чпокающим звуком выпустила мой ствол изо рта, облизнулась. Дёрнула мохнатым ушком и, наклонив голову набок, мило улыбнулась.
– Мур, хозяин проснулся! Но Фелиция ещё не закончила! С вашего позволения, я, мур, продолжу. Хозяин может смотреть, – проговорила она тонким голоском.
Сильнее обхватила ладошкой мой член у самого основания. Провела длинным шершавым язычком вокруг головки и опять протиснула её сквозь свои пухлые губки. А я чуть не застонал в голос от ощущений. Вот это уровень навыка!
Фелиция, значит. Понятно. А ласково будет просто Филя. Моя бессменная помощница. Ага, но откуда я всё это знаю?
Чёрт возьми, она ещё и кошкодевушка! Ох, Мика, Мика! Что же ты натворила?
Пока Фелиция довольно мурчала и с упоением продолжала своё дело, её хвост вилял из стороны в сторону, будто маятник, лишь изредка опускаясь к промежности. И когда он это делал, Филя на секунду замирала, из неё вырывался сдавленный стон, и по её худенькому тельцу пробегала волна сладкой дрожи.
Не прошло даже минуты, как я почувствовал подступающие волны оргазма. Фелиция тоже это поняла. Создав ротиком вакуум, от которого на её щёчках образовались глубокие ямочки, она шумно освободила рот, подняла голову и спросила:
– Куда, мур, хозяин? В ротик или?..
Не договорив, она зажмурилась. Её саму едва не трясло от перевозбуждения.
Недолго думая, я поднялся и развернул Филю сочной попкой к себе. Встав на четвереньки, она прогнулась в спине и подняла хвост, открывая моему взгляду свои гладкие, пухлые половые губки, между которыми виднелась горячая, пульсирующая неистовым желанием дырочка.
– Котятки… Фелиция хочет от хозяина четверых милых котят! А лучше, мур, пятерых… Мья-ах!
Крепко взявшись рукой за хвост, я поводил багровой головкой промеж мягких, мокрых от смазки губ. Пристроил её к входу и, опустив вторую ладонь на бедро девушки, плавно вошёл. Одним движением, сразу на всю длину.
Филя тоненько пискнула, привыкая к моему внушительному размеру, и чуть позже сама стала двигаться.
Она прогибалась в спине, виляла попкой в разные стороны. Дышала всё громче и всё быстрее покачивалась вперёд и назад.
И уже через пару мгновений затряслась от экстаза, начав волнами сдавливать мой член по всей длине, словно стараясь выжать из него всё моё семя. Тогда я тоже не выдержал.
Горячие струи стали выплёскиваться внутрь нежно стонущей кошечки, заставляя её мяукать и непрерывно дрожать всем телом от мощного, яркого, продолжительного оргазма.
А когда я, наконец, пришёл в себя, пушистый кончик её хвостика игриво хлестал меня по щекам.
Опустив взгляд, я плавно вынул из Фили свой блестящий от спермы и её соков член. Пульсируя, дырочка медленно сжалась и выпустила наружу всего несколько белёсых капелек, надёжно спрятав остальное в себе.
Я не удержался и прижал большой палец к её влажной, скользкой щёлке.
– Мяу! Хозззяин… – застонала вновь девушка, сильнее оттопыривая попку.
И стоило моему пальцу погрузиться в её горячее лоно, как оно плотно обхватило его, а Филя тихонечко запищала. Кончик её хвоста завис перед моим лицом в одном положении и мелко-мелко задрожал. Я дотянулся до него и слегка прикусил зубами.
Фелиция громко мяукнула и снова затряслась от оргазма, заставляя меня шире улыбаться. Вот же похотливая кошка! Хорошо, что она не может от меня залететь. Ведь именно это и делает её такой любвеобильной. Идеальная помощница экзорциста!
Неожиданно в дверь купе постучали, и милый женский голосок с той стороны сообщил:
– Господин Артемиус фон Штайнер, просыпайтесь! Мы почти приехали. Поезд стоит всего одну минуту!
– Благодарю! Я уже собираюсь! – громко ответил я и вынул мокрый палец из пульсирующей вагины Фелиции.
Облизал его, смакуя приятный солоноватый вкус моей помощницы. А та блаженно растянулась на животе, пока её хвост пытался ласково обвить мою ногу.
– Собираемся, Филя! Нас ждут в монастыре, – скомандовал я и шлёпнул девушку по упругой ягодице.
Та опять мяукнула и сразу же подскочила. Смеясь, достала из саквояжа влажное полотенчико, обтёрла им сначала мой ствол, потом себя между ножек. Сняла с полки над головой нашу заранее приготовленную одежду и принялась спешно одеваться.
– Чай, хозяин! Мур, не забудьте. Фелиция приготовила его для вас. И крендельки! Попробуйте! Очень вкусные, мяу! – Кошечка мило облизнулась, ненадолго обнажив остренькие клыки, и, стоя передо мной в одних только трусиках-шортах, поправила непослушную прядку волос.
Я смотрел на её личико и никак не мог понять, на кого же она похожа. Нет, совершенно незнакомые мне черты. Но какие же они, чёрт возьми, милые! А фигурка! Мм…
Стройные ножки. Узкая талия. Попка – прямо орех! И грудь «двоечка» с крохотными, торчащими вперёд сосками.
❖ ❖ ❖
Через пять минут мы с моей помощницей уже стояли в тамбуре. Заскрипев колёсами, поезд остановился, проводница открыла дверь. Я спрыгнул на узкий перрон. Помог Филе быстро спустить наш багаж и, подхватив под мышки саму кошечку, аккуратно поставил её на ноги рядом с собой.
– Надеемся, вам понравилась поездка в купе Чёрной Звезды! Путешествуйте с нами, господин Штайнер. Всего доброго! – попрощалась молоденькая проводница и, помахав нам ручкой, захлопнула железную дверь вагона.
А Филя уже благодарно тёрлась своим личиком о моё плечо.
Раздался оглушительный гудок паровоза, от которого моя помощница смешно прижала ушки к голове и, накрыв их ладошками, уткнулась лицом в мою грудь.
Паровоз выпустил облако густого белого пара, запыхтел и тронулся с места, стремительно набирая скорость. На металле вагона я успел разглядеть красивую позолоченную надпись «L’Étoile Noire», что в переводе, наверное, и означало «Чёрная Звезда». Интересное название. Французский?
Оглядевшись по сторонам, я осознал, что сейчас не день и не утро, а скорее, вечер. Солнце клонилось к горизонту, даря нам свои угасающие лучи тепла.
Когда мимо нас промчался последний вагон, Филя пугливо осмотрелась, и мы уставились на стоящий по другую сторону рельсов экипаж, запряжённый двумя белыми лошадьми. Рядом с изящной каретой ждала молодая монахиня в чёрной рясе и красивом бело-чёрном вимпле на голове. Её грудь украшал амулет в виде круга с витиеватым узором внутри, висящий на тонкой, светлой нити.
Монахиня подняла голову, и я узнал в девушке мою Сашку!
– Приветствую вас, магистр Артемиус! И вас, дорогая Фелиция. Рада, что вы, наконец, добрались до нас. Меня зовут Алессандра де ла Нуит. Я доставлю вас в наш монастырь.
– Приятно познакомиться, Алессандра! – поспешил я ответить и поклонился.
Мы обменялись загадочными улыбками, не выходя из своих ролей.
– Ну что вы, господин! Для вас просто Сандра. Я старшая сестра в монастыре. Прошу, садитесь. – Она открыла дверцу и сделала приглашающий жест. – Вы, должно быть, сильно устали с дороги?
– Совсем нет, – сказал я, едва успев подхватить свой саквояж. А то бы Филя потащила и его. Мелкая, а юркая. И такая сильная!
Моя помощница погрузила два чемодана, я и Фелиция забрались внутрь кареты, а затем Сандра уселась напротив нас. Она дала команду кучеру, и мы не спеша покатились по вымощенной камнем дороге.
– Вина? – тихо предложила монахиня и достала откуда-то из-под скамьи кувшин. – Мы сами готовим. Из собственного винограда. Попробуйте, очень вкусное!
Хм… А почему бы и нет?
Я кивнул, и тогда Сандра вынула из ящичка ещё и стаканы. Наполнила их вином и тут же осушила свой. А потом принялась сверлить меня загадочным взглядом. Я пригубил, наслаждаясь сладковатым вкусом напитка и его великолепным ароматом, и последовал примеру монахини.
– Ньях… И правда, вкусное! Можно ещё? – попросила вдруг Филя. – Не переживайте, хозяин. Я буду в порядке! Вы сами недавно хвалили мой метаболизм.
Сандра усмехнулась и, не дожидаясь моего позволения, налила мне и Фелиции ещё. Та откинулась на спинку скамьи, сбросила лёгкие туфельки и, подобрав ножки под себя, довольно замурчала, потягивая красное вино.
– Так и что произошло в вашем монастыре? – решил я уточнить цель нашего с Филей визита в эту глухомань.
– Libidinous Maleficium, или же инкубова скверна, господин, – сделав паузу, ответила Сандра. – Как видите, нас она тоже не обошла стороной. Одна из послушниц, новенькая, Мелани Лазурит, прибыла к нам, будучи больна. Жаль, мы не смогли понять это сразу. Её жертвой стали двенадцать мужчин в соседнем городке.
– Двенадцать? – удивился я. – И… кхм, что она с ними сделала?
– Занялась с ними любовью и… залюбила до смерти. А-ха-ха! В прямом смысле слова, магистр Артемиус. В ней проснулась животная, демоническая похоть, и теперь она бросается на любого мужчину, что попадается ей на пути. Чего мы только не пробовали! Вся надежда только на вас, господин экзорцист. Вам ведь уже доводилось сталкиваться с инкубовой скверной?
– Разумеется, мадам Сандра, – не моргнув глазом, соврал я и продолжил импровизировать: – Не волнуйтесь, это вполне лечится. Хоть методы, честно говоря, и нетрадиционны. Клин клином вышибают. – Я улыбнулся, намекая на пикантные подробности лечения любых похожих недугов, и бросил взгляд на мою помощницу.
– Это хорошо. – Монахиня улыбнулась в ответ и, наклонившись ко мне ближе, понизила голос до шёпота: – Потому как люди твердят, что эта скверна весьма заразна. В нашем монастыре тридцать одна послушница. Я даже за вас волнуюсь. Хи-хи…
Мика, очевидно, вложила в наши головы разную информацию. И сейчас Сашка делилась со мной своей, стараясь играть роль. Но получалось у неё не всегда. То и дело она добавляла комментарии уже от себя, как только что с этим «я за вас волнуюсь», давилась от смеха, но всё равно умудрялась меня удивлять.
– Кхем… Тридцать одна⁈ – кашлянув, изумлённо повторил я. А не многовато ли?
– Угу… Ещё я, старшая сестра, и настоятельница мадам Аннет, Аннуция де Вилль. Она много общалась с новенькой перед тем, как недуг той проявился. Так что мы все очень переживаем за мадам Аннет. Она так старается ради всех нас!
– Ох! Да что вы⁈ Правда? – переигрывал я, не переставая офигевать.
У меня аж дыхание спёрло от таких вводных! Значит, Аннет? Хм… Неужели это та, о ком я подумал? Да ещё и тридцать с хвостиком других потенциально «больных» девушек? Ну Мика, ну затейница!
Пока ехали, мы с Алессандрой успели ещё поговорить о разной ерунде, порядках этого женского монастыря и истории его названия. Оказалось, что «Роза» – это вовсе не имя, как я подумал вначале. А кровавой её прозвали из-за цвета одноимённого зелья, секретный рецепт которого из поколения в поколение передавали друг другу старшие сёстры этого монастыря.
– Да, Монастырь Кровавой Розы. Именно так, господин. Хотите узнать больше об этом зелье?
– Если изволите мне о нём рассказать, дражайшая Сандра.
– Что ж… – Моя собеседница кокетливо улыбнулась. – Если коротко, оно дарует любой девушке женскую силу. Ох, простите, мы, кажется, приехали, – выглянув в окно, виновато сообщила Алессандра и приготовилась выходить.
Через четверть минуты экипаж остановился у ступеней напротив массивной постройки из камня. Мы высыпали из кареты, и Филя споро стащила на землю багаж.
А когда экипаж отъехал, я увидел улыбчивых послушниц, выстроившихся по бокам от массивных дверей, оббитых железными полосами.
– Добро жаловать в нашу обитель, господин Артемиус! Мы вас очень ждали, – не показывая лица, произнесла бархатным голосом настоятельница, спустилась с бетонных ступеней и протянула мне свою изящную ручку. Я поклонился и, как того требовали традиции, поцеловал тыльную сторону её ладони. Поднял глаза и узнал улыбку Микиной мамы. – Идёмте скорее, я лично покажу вам ваши покои.
Вглядываясь в лица других монахинь, симпатичных как на подбор, я проглотил застрявший в горле комок и отпустил ладонь настоятельницы. Кокетливо подмигнув мне, мадам Аннет развернулась и, эффектно покачивая шикарными бёдрами, пошла вперёд. Я их, конечно, не видел под чёрной рясой. Но вполне мог представить.
– Ну? И как тебе первое впечатление? – на мгновение выпала из роли Сашка и толкнула меня кулачком.
– Кхах! Ну… Я в шоке! – воскликнул я, ловя на себе заинтересованные взгляды трёх десятков монахинь.
– Кажется, наш сон будет длинным.
– Угу. Фелиция, идём! – подхватывая саквояж, сказал я и поспешил за настоятельницей.
Саша в роли Сандры, как и я с Микой в роли новенькой послушницы, имели здесь полную свободу воли. Подчинялись сценарию сновидения и где надо импровизировали. А вот все остальные играли по чётко прописанному плану. И меня распирало от желания узнать, какую именно роль в этом сюжете Мика отвела мадам Аннет.
Глава 23
Праздник урожая
Пока я обменивался своими впечатлениями с Алессандрой, тридцать улыбчивых монахинь медленно нас окружали и ни на миг не сводили с меня глаз. Они будто боялись, что я сбегу.
Ха! У меня же подобных мыслей не было и близко.
Тем временем на улице потихоньку смеркалось. Стало прохладней, а над горизонтом появился тонкий, изящный полумесяц молодой луны.
Подхватив свой саквояж, я кивнул Сандре и широкими шагами направился вглубь монастыря следом за настоятельницей, которая должна была отвести меня и мою помощницу в наши покои.
– Фелиция, идём! – обернувшись, радостно бросил я.
Успел отойти от дверей всего шагов на пять-шесть, и массивные створки за моей спиной захлопнулись с оглушительным грохотом.
Вздрогнув от неожиданности, я притормозил и повернул голову назад. А там облачённые в рясы послушницы в прямом смысле муровали единственный выход из здания, больше похожего теперь на осадную крепость. В этом я убедился по интерьеру в первые же секунды.
– Мадам Аннет! А что это они делают⁈ – спросил я удаляющуюся настоятельницу.
Та остановилась. Не спеша развернулась и с добрейшей улыбкой на губах объяснила.
– Меры безопасности, господин Артемиус. Видите ли, недуг нашей Мелани очень опасен. Мы не хотим, чтобы заболели другие. Идёмте же! Вы наш гость. Вам нечего бояться! – мягко успокоила она.
Ещё с полминуты я смотрел, как монахини вставляют засовы в пазы, навешивают на двери толстые цепи и скрепляют их множеством навесных замков. Мне всё это показалось несколько странным.
Но когда Сандра взяла меня под локоть и одарила ласковой улыбкой, все сомнения тут же развелись, словно дым на ветру.
Значит, так и задумано Микой. Не вопрос! Её сон – её правила. Нет ничего проще, чем следовать увлекательному сценарию.
Послушно двигаясь за мадам Аннет, мы с Фелицией поднялись по лестнице на второй этаж, миновали несколько коридоров и, наконец, оказались у прочной дубовой двери. Настоятельница достала из кармана ключ, вставила его в замочную скважину, дважды провернула. Толкнула дверь. Та негромко скрипнула железными петлями и легко отворилась.
За ней мы увидели роскошную келью с двумя отдельными кроватями для меня и моей помощницы. Помимо них, здесь стоял письменный стол, несколько мягких кресел, шкаф и пара комодов. Комната заканчивалась широким окном с прозрачными стёклами, за которыми виднелась надёжная решётка. На полу лежал ворсистый ковёр. И как везде в этом за́мке, пространство кельи освещали магические светильники, висящие на стенах.
– Располагайтесь! Туалет и душевая за этой дверью, – любезно указала ладонью мадам Аннет на небольшую дверь внутри комнаты.
Кхем… душевая?
У меня никак не укладывалось в голове наличие унитаза и душа в средневековом за́мке. Поэтому я, ведо́мый природным любопытством, приоткрыл-таки дверь и заглянул в комнатушку.
– Ох… И в самом деле душ! И что, даже горячая вода есть⁈ – изумлённо спросил я.
– Ну разумеется, господин Артемиус! Не думаете же вы, что живём здесь, как крестьяне⁈ – Голос настоятельницы прозвучал оскорблённо.
– Простите меня, мадам Аннет. Конечно, не думаю! Отличные покои! Премного благодарю вас за гостеприимство.
– То-то же! – Она вздёрнула носик и протянула ко мне раскрытую ладонь. – Держите ключ от вашей кельи. За той дверью находится келья Мелани. Она пока спит.
Настоятельница указала на вторую, чуть более широкую дверь на противоположной стене. И тогда я понял, что наши с Микаэлой комнаты смежные. Получается, чтобы попасть к ней, мне даже не придётся выходить из своей кельи в общий коридор! Удобно придумано.
Дав мне время бегло осмотреться, мадам Аннет глубоко вздохнула и продолжила монолог.
– Ваш ключ подходит к этой двери. Можете заглянуть туда прямо сейчас, если хотите. Но… я настоятельно советую не опаздывать к ужину. Мхи-хи… Вы ведь не хотите остаться голодными? Ужин через пять минут! Переодевайтесь и спускайтесь в обеденный зал. О! И ещё… – Аннет уже было развернулась, но, вспомнив вдруг что-то важное, подошла на шаг ближе и принялась заботливо стряхивать невидимые пылинки с моих плеч. – Пока не забыла, дорогой мой господин Артемиус. На ночь запирайте двери на ключ. И никому, слышите, никому не отпирайте! Даже мне! Что бы вы ни услышали! – серьёзно предупредила меня настоятельница монастыря. Постучала костяшками пальцев по входной двери и, перед тем, как окончательно уйти, добавила: – За ней вы будете в безопасности. Да. И умоляю, не выходите до утра из своей кельи! Мха-ха-ха! – рассмеявшись, она резко развернулась, обдав меня пряным ароматом незнакомых трав, и удалилась прочь.
Этот странный, загадочный смех промчался эхом по всему коридору. И когда стук каблучков госпожи Аннуции де Вилль стих за ближайшим углом, я, наконец, опомнился.
Не выходить? И почему же? Что тут происходит по ночам? И что я должен буду услышать?
– Хозяин, вам надо умыться! Не стойте как истукан! Вот, держите! Я есть хочу! – Филя протянула мне небольшое полотенце, нервно виляя пушистым хвостом. – Мыло там. Мм… Такое вкусное! Пахнет клубничкой… – Прижав ушки к голове, она поднесла влажные от капелек воды кисти к лицу и мило зажмурилась.
Клубничкой? Ага… Ну, ясно.
❖ ❖ ❖
К счастью, внутри монастырь был устроен весьма незатейливо. На втором этаже находились только кельи послушниц, на первом же – всё остальное: кухня, прачечная, алхимическая лаборатория и прочие вспомогательные помещения. Рядом с каждой дверью и аркой висели понятные таблички, так что заблудиться здесь было попросту невозможно.
Поэтому уже через несколько минут мы с Фелицией вошли в обеденный зал. Почти всё его пространство занимал круглый стол из двух половин, разделённых узким проходом. А по центру в огромной утопленной чаше горел огонь, давая свет и тепло.
Все девушки уже сидели на своих местах и ждали нас. В воздухе витали ароматы еды и напитков. Такие аппетитные, что я невольно сглотнул слюну. А щедро накрытый яствами стол просто ломился от изобилия.
– Мелани не будет. Садитесь! – отчётливо сказала мадам Аннет и поднялась со своего места, что находилось прямо напротив меня на другой стороне стола. Языки алого пламени полностью закрывали низ её рясы, доходя до груди. Настоятельница глубоко вдохнула и торжественно изрекла: – Что ж. Да начнётся великий праздник урожая! Мы хорошо потрудились и теперь хорошо отдохнём! За нас и наше превосходное зелье!
Судя по поднятым всеми бокалам с вином, только что прозвучал первый тост. Мы с Филей тоже подняли свои бокалы и, следуя примеру монахинь, залпом их осушили.
А после начался настоящий пир. Откуда-то из коридора заиграла громкая музыка. Повеселевшие девушки принялись звенеть столовыми приборами и накладывать в свои тарелки еду, чтобы набить животы. Да так рьяно, будто неделю не ели!
И лишь сейчас я увидел, что их одежда выглядит по-другому. Совсем не так, как там на ступенях у входа, когда они нас встречали.
Платья стали короче и теперь едва прикрывали колени. Они были идеально приталены, подчёркивая стройные фигурки послушниц. Вимплы на их головах пропали, обнажив русые, каштановые, чёрные и рыжие волосы. У кого-то они были собраны в хвост, у кого-то в пучок на затылке, а у кого-то – просто распущены, красиво рассыпаясь по открытым плечам.
– Чего тупишь, Тём! Вкуснотища! Ты только попробуй! – радовалась Сашка, подкладывая в мою тарелку разные вкусности, от которых ломился стол.
Мы ели и пили. Настоятельница толкнула ещё несколько тостов. Но я болтал только с Алессандрой, сидевшей рядом. Фелиция лишь изредка отвечала на мои вопросы лаконичными «да», «нет», «мяу» и «вкусно». Другие прелестницы и вовсе общались исключительно друг с другом, но постоянно кидали на меня любопытные взгляды и кокетничали.
Когда же мы все наелись, мадам Аннет вновь поднялась со своего места:
– Господин Артемиус! Вам пора заняться тем, для чего вы сюда прибыли. Мелани ждёт вас! И помните, что я вам говорила. Идите же!
Все взоры устремились на меня, голоса стихли. Лишь огонь потрескивал в чаше между столами. А через несколько мгновений откуда-то сверху раздался бой часов. Сделав ровно девять ударов, звон затих, и настоятельница добавила:
– До полуночи три часа. Поторопитесь, магистр Артемиус!
Вытерев рот салфеткой, я поднялся со стула и покинул обеденный зал под пристальные взгляды тридцати трёх пар обворожительных женских глаз.
Жуть. Просто жуть! Аж мурашки по коже. Мика чокнутая маньячка. Это же надо было такое выдумать!
Зачем Аннуция вообще сказала про полночь? Это, блин, важно? Я что, могу не успеть за три часа? И что тогда будет?
Ладно, сейчас пойду к Мелани, то есть к Микаэле, и мы обо всём с ней поговорим.
❖ ❖ ❖
Вернувшись в покои, я скинул туфли, снял пиджак фрака и расстегнул пуговицу под воротом рубахи. Умылся. Запер келью на ключ изнутри. Затем подошёл ко второй двери, и без промедления сунул ключ в замочную скважину. Повернул его на полный оборот, и механизм дважды звонко щёлкнул.
Скрипя, дверь сама отворилась, и я увидел соседнюю келью. Она почти ничем не отличалась от моей, разве что была раза в три больше, а её окна скрывались за плотными шторами. В центре стояло огромное, высокое ложе, накрытое прозрачным балдахином, под которым струился золотистый свет.
– Мм… Уютненько! – само вырвалось из меня.
Мой голос кого-то напугал, потому что в ту же секунду я услышал встревоженный вздох. А ещё чуть позже передо мной появилась Мелани в красивом, пышном платье, с заплетёнными в светлые волосы алыми цветками роз.
– Артемиус! – воскликнула она и бросилась в мои объятия. – Я так ждала тебя!
– Мик, я, конечно, всё понимаю… Но что здесь, вообще, происходит?
– Не ломай мне сценарий, – тихо фыркнула она мне на ухо и снова как ни в чём не бывало широко улыбнулась. – Они убьют тебя!
– Кхе-кхе… В смысле⁈ – опешил я и едва не закашлялся.
Не такого финала я ждал.
– Нет никакой инкубовой скверны! Понимаешь⁈ Это всё ложь мадам Аннет и её праздник урожая! Они обманом заманили тебя сюда! Никакой это не монастырь. И они не монахини, а члены древнего ордена! – не останавливалась Мика в роли Мелани Лазурит, погружая меня всё глубже в загадочный мир своего сновидения. – Это происходит из года в год. Каждый раз, когда они заканчивают варить новую партию зелья Кровавой Розы, они устраивают ритуальное пиршество! И длится оно ровно один месяц луны. А до тех пор ворота крепости будут надёжно закрыты. Никто не войдёт и не выйдет.
– Кхем… То есть где-то недели четыре? И всё это время я буду здесь⁈ – На моём лице от предвкушения медленно расплывалась широчайшая улыбка.
Даже если меня в конце сна убьют, мне по фигу! Четыре недели, один я и тридцать три женщины, у которых год не было мужчин. А вместе с Филей будет аж тридцать четыре!
Да это же просто праздник какой-то!
– Да, магистр Артемиус! И всё эти ночи они будут пить своё зелье и проверять его качество… На вас.
– Эм… На мне? Это как? Сандра говорила, что оно дарует девушкам женскую силу. Мне-то оно зачем⁈
– А вы его пить и не будете. Будут они! Поэтому им и был нужен такой выносливый экземпляр, как вы, магистр! Но всё это сейчас неважно. У нас мало времени. Если вы не сделаете то, что должны, они убьют нас обоих!
– Та-ак. А должен я, как понимаю… – произнёс я, растягивая слова, и выпустил дрожащую Мелани из объятий.
– Да, хи-хи… А потом я рожу от вас замечательного малыша или малышку! – От этих слов я чуть не поперхнулся, но моя соблазнительная визави сразу же поспешила мне всё объяснить: – Им нужна девственница, которая забеременеет от вашего мужского начала, Артемиус! Поэтому я здесь! Это зелье очень ценится во всём королевстве, и оно должно быть безупречно!
Да, да, идеально, без изъянов, и вообще высшей пробы, я понял! Но при чём тут девственность и ребёнок?
Однако только я попытался открыть рот, чтобы задать этот вопрос, как Мелани приложила указательный палец к моим губам и зашипела.
– Тсс… Мы теряем драгоценное время, дорогой мой Артемиус! Не лучше ли нам просто заняться тем, для чего мы здесь оказались? – ласково проворковала она и начала расстёгивать пуговицы моей рубахи.
Вспомнив, что это всё-таки сон, я сдался без боя. А ещё вспомнил, что здесь можно всё. Улыбнулся, любуясь шикарным платьем и необычной причёской Мелани. Обхватил её тёплые ладошки и по очереди поцеловал их.
– Не молчите же! Скажите мне что-нибудь! Я вам нравлюсь?
– Моя милая Мелани, ты великолепна! Это платье и розы… – Я вдохнул сладкий аромат. – Они сводят меня с ума! Не могу думать ни о чём, кроме тебя!
Мои ладони разжались. Легли на талию девушки и настойчиво притянули её ближе.
– Вот так, да! Я вся горю, Артемиус! Ах! Моё тело трепещет! – постанывая, тепло шептала она мне в лицо. – Я мечтала об этом со дня нашей встречи!
Я чувствовал возбуждающий запах её тела, вдыхал сладкий аромат спелых роз в её волосах, различая в нём нотки других трав и лёгкий, едва уловимый запах её собственного желания.
Когда с пуговицами было покончено, Мелани рванула рубашку вниз, обнажая мои плечи. И та повисла на рукавах. Ладони девушки легли на мою грудь и принялись перебирать волоски, с упоением изучая рельеф моих мышц.
– Ах, какой же ты сильный и крепкий! Умх… – Мелани жадно покусывала свои губы, распалясь всё больше. – Хочу тебя! Хочу. Хочу!
Быстро избавившись от рубахи, я швырнул её в сторону. Опустил руку под подол платья, задрал юбку и сжал пятернёй упругую ягодицу девушки, извлекая из неё очередной томный стон. Она прикрыла глаза, подняла голову, раскрывая влажные, алые губки, и я жадно впился в них поцелуем.
Мелани ответила тем же. Страстно, охотно. Её язычок дерзко ворвался в мой рот и закружился в ярком, диком танце с моим.
Я разорвал наш поцелуй, лишь когда воздух в лёгких Мелани кончился, и она едва не задохнулась.
– Ах! Как же мне с тобой хорошо! – тяжело дыша, прошептала она и уставилась на меня осоловевшим взглядом.
Я ещё раз нежно коснулся губами её горячих уст, а потом резко развернул Мелани на пол-оборота и стал торопливо расшнуровывать корсет её платья, вслушиваясь в её учащённое дыхание.
Закончив, аккуратно стянул ткань с её плеч. Дразня, провёл по ним кончиками пальцев и заставил покрыться мурашками их и изящную, тонкую шею.
Мои губы прижались к ямочке на затылке Мелани. Ладони скользнули вперёд, затем вниз, и через мгновение в них оказалась упругая девичья грудь. Я с наслаждением мял её, задевая набухшие соски подушечками больших пальцев, и всё сильнее возбуждался сам.
А после одна моя рука скользнула ниже под декольте, миновала плоский животик, и пальцы нащупали сердечко из волосков на лобке девушки.
– Мм… Ты без трусиков⁈ – удивлённо прошептал я, осыпая шею Мелани жаркими поцелуями.
– Да… Тебе нравится? А-ах! – со стоном выдохнула она, когда мои пальцы добрались до её влажных губ, разбухших от разгорающегося внизу живота желания. Покружив вокруг чувствительного бугорка, пальцы двинулись ниже, раздвигая нежные, горячие складки, и вскоре уткнулись в упругую преграду. – Мешает? Так скорее же устраните это досадное препятствие, мой милый Артемиус! Сегодня я ваша вся!
