Текст книги "В поисках выхода (СИ)"

Автор книги: Павел Казаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)

– Нет. Ничего из этого не произошло. Искусственный интеллект сделал бы это, если бы был бой. Он у нас тут больше искусственный, чем интеллект. Так что ничего такого он делать не будет.

– Понял. Тогда сейчас сделаем так. Крапива сходит и растолкает Тома, а вы пока подумайте, что вам нужно для подготовки вылета на патрулирование нашего города.

– Как его лучше будить? – поинтересовалась Крапива.

– Пробуйте резко менять положение тела, будто он падает, это быстро будит, – дал совет майор. – Можно также водой побрызгать, можно ущипнуть.

«Ка, как разбудишь Тома, не веди его сюда сразу, а объясни ему ситуацию и попроси придумать, как можно сделать так, чтобы мы могли прослушивать тут всё. Скорее всего, майор попытается о чём-то договориться с Элей, Том должен придумать способ их прослушать».

– Понятно, – ответила девушка мне и майору одновременно.

Крапива ушла, а ко мне обратился майор:

– У тебя странный акцент, Маугли, когда ты говоришь на имперском. У Крапивы его нет. – майор опять пытался переключить мое внимание на меня же.

– Русский акцент. Ходят слухи, что он звучит устрашающе. Не хочу от него отказываться. А может и не могу. Так вы решили, на чём полетите?

– Я думаю, Баранки будет достаточно, – пожал плечами майор. – Но никакого серьёзного противостояния в любом случае не получится.

– Что получится, то получится. Хоть какое-то время выиграешь. Но на Баранке так себе вооружение, ничего серьёзнее нет?

– Баранка баранке рознь. Вы прилетели на десантной. Это, считай, пассажирская версия с небольшими переделками. А на боевой намного больше вооружения. Понятно, что и на неё найдётся управа, но у неё намного больше вооружения, хорошая мобильность и мощный стелс. Если со спутника решат прижечь, то уйти шансов больше, чем на любом другом корабле. У нас же здесь мини-порт. Есть и такой транспорт. Расконсервировать не надо.

– Ты сможешь с этого корабля связаться с другими базами?

– Конечно, смогу. Но ты же Элей в заложники взял, поэтому я не буду.

– Корабль осмотрит наш пилот.

– Он с вами сотрудничает?

– Примерно также, как и вы. Наша харизма перехаризмила харизму его начальства.

– Понятно.

Дальше мы ели в молчании.

Я порядком подустал. Всё время с момента приземления в ангаре этой базы я держал Восприятие задействованным практически непрерывно плюс волновался. Несмотря на внешне миролюбивое отношение сидящих передо мной людей я не обольщался. Передо мной офицеры с огромным опытом. Может, и не боевым, но жизненным точно.

Через полчаса вернулась Крапива.

«Всё объяснила, Том сказал, что ему надо с оборудованием определиться. Тогда точнее скажет».

«Хорошо».

– Приветствую, майор, приветствую, мадам, – спокойно поздоровался Том, зайдя в столовую. Он тут же пошёл к автомату и налил себе кофе. После чего подошёл к человекообразному роботу на раздаче и спросил, что сегодня на обед. Выслушав ответ, заказал себе стандартный набор, получил и с подносом пошёл к нашему столу.

Майор на приветствие только кивнул, Элей тоже.

Пока Том ел, мы посвятили его в наш план. Пилот воспринял всё спокойно. Задал несколько уточняющих вопросов и попросил показать ему место обитания техников, все их мастерские, а также командные пункты управления базой. Я отправил его с Элей на экскурсию. Я посчитал так, что если майор сразу не поднял тревогу, то вряд ли будет пытаться сделать это ещё раз, а Элей тоже вряд ли проявит в этом вопросе инициативу поэтому, конечно, мы рисковали, отправив их вдвоём, но не сильно.

– Майор Сон, судя по вашим ответам, когда пилот упомянул Золотой Ранг Крапиву, вы что-то знаете про этого человека? Расскажите! – попросила Крапива.

– Так вы же Крапива и есть. Что мне рассказывать? – майор не очень понял вопрос.

– Дело в том, что мы с Маугли ещё не всё вспомнили, память понемногу восстанавливается, но не так быстро, как способности. Поэтому мне будет интересно послушать. Тем более не факт, что я и та Крапива – это один и тот же человек. Кем была та Крапива, которую вы знаете?

Майор обдумал слова Крапивы, потом ответил:

– Преступником. Она была преступником. В основном пиратом, то есть занималась грабежом в космосе, но бывало, что проворачивала какие-то дела и на поверхности планет. Больше ничего я не знаю. Не сталкивался лично никогда, даже никогда не видел последствий её действий. Только в новостях слышал о ней. Теперь понятно, почему Крапива исчезла из новостей.

– Романтично-то как! Я пират! – ничуть не расстроилась Крапива неоднозначной информации.

На это майор только зло хмыкнул.

– Что-то не так майор? – спросил я и тут же понял, что злое хмыкание прекрасно контролирующим своими эмоциями человеком – это явная игра.

– Пират – это не романтично. Ничего романтичного в уничтожении городов и пассажирских транспортов нет. Одно из преступлений Крапивы состояло в том, что на планете с ядовитой атмосферой она лишила город защитного купола, после чего примерно сотня тысяч людей в мучениях лишились носителей. Многие так и не добрались до переносок, а это немногим отличается от окончательной смерти. Многие сошли с ума, так как испытали слишком много боли до того, как оказались в переноске. Когда их потом вернули в нормальный носитель, они мало отличались от самых буйных ваших психов. Город восстановлению не подлежал, так как теракт уничтожил не только купол, но и многие важные объекты жизнеобеспечения. Проще было новый построить, чем этот восстанавливать.

– Чёрт… По ходу я здесь за дело, – помрачнела девушка. Она на глазах сильно расстраивалась.

– И это только один эпизод…

– Пока достаточно, – остановил я майора.

– А чего, давайте расскажу. Есть и ещё пара интересных историй, которые я помню… – майор не желал замолкать, поняв, что его слова сильно влияют на Крапиву.

Опустошение!

– АААА!!! – майор заорал, будто из него внезапно вырвали кусок мяса. Впрочем, почему «будто». Опустошение фактически лишило жизни здоровенный кусок его бицепса. Наверное, больно раз крик не сдержал.

– Майор, ты переоценил своё желание помочь. Сейчас эти рассказы нам не нужны. Лучше подумай, чем реально можешь быть полезен, – произнёс я, когда тот оправился от шока, что произошло достаточно быстро. Все-таки тело у него тоже было с нехилыми апгрейдами.

«Я бы не расспрашивал про своё прошлое у человека, который при первой же возможности будет стараться тобой манипулировать. Сама что-то вспомнишь – этому и верь, а пока я бы поставил под сомнение этот рассказ».

«Не думаю, что это неправда».

«Ну так и про меня можно сказать правду, что я расстрелял, напав первым, человека, которого дома ждёт любящая жена и дочь, что я пытал и потом сжёг доктора, который работал с больными людьми. Неполная правда мало отличается от неправды. Ты не знаешь, что там на самом деле происходило и что это был за замес, так что нечего рефлексировать после первой же страшной истории».

«Да, ты прав. Нельзя так резко расстраиваться из-за чужих слов».

Девушка успокоилась – это хорошо, майор тоже – это плохо. Я присмотрелся Восприятием – регенерировал он весьма неплохо, но в любом случае не мгновенный это процесс. Рука не сможет нормально работать ещё сутки или больше. Но вообще он меня начинает выбешивать. Майор не видел во мне серьёзного противника. Опасность осознавал, но уважать меня отказывался, поэтому и отношение такое. Как к мартышке с гранатой. Можно подорваться, но можно дать банан и отобрать гранату. Опасно, но найти способ решить проблему легко. Сейчас майор прикидывал, как бы мне банан подсунуть.

Что ж… Попробую его мысли в более конструктивное русло перенаправить…

Я посмотрел майору в глаза и начал говорить:

– Смотри, майор, такие вещи, как отвлечь от чего-то важного моё внимание, интровертировать, заставить сомневаться, заставить испытать неуверенность, запутать, расстроить, поссорить… Вообще любая попытка манипулирования – это всё для нас очень даже враждебные действия. Ты увидел, что расстроил Крапиву, и не остановился. Мне пришлось тебя остановить. Ты пойми, я с лёгкостью могу пересмотреть план, составленный за полчаса, и в новом плане тебя не будет. И Элей не будет. Она красивая любящая женщина, ничего плохого мне лично не сделала, но мне её не жалко. Знаешь почему? Во многом из-за образования. В истории нашей планеты были концлагеря. Где людей травили газом, морили голодом, сжигали и вообще уничтожали. Если в этих лагерях что-то и концентрировалось, то только боль, ужас и отчаяние. Я документальные кадры как-то посмотрел. Так себе развлечение, но очень мозги на место ставит. Так вот у начальника такого лагеря могла быть жена, собака и творческие наклонности, но это не отменяет того факта, что он тварь. Худший представитель человечества. Но сейчас оказывается, чиликать кто-то хуже. Это те, кто создают таких тварей. Так вот, я знаю, что имперские служащие закладывают нам в головы. Вы своими внушениями делаете из нас, землян, таких начальников концлагерей. Я же знаю, что доктор Ри пытался мне в голову запихать. Если бы сработало, я бы мог стать лучшим другом начальнику любого концлагеря, настолько у меня моральные ценности были бы выжжены. Я понимаю, что человек сам в ответе за то, что он творит, за зло и за добро, но можно так усилить злые импульсы и так подавить добрые, что он превратится в монстра. Вы этим и занимаетесь. Вы превращаете нас в тупых и злых монстров. Ты пойми, майор, я могу вежливо общаться, улыбаться и шутить, но мне постоянно приходится сдерживаться, чтобы не уничтожить тебя и твою сучку окончательно! – Я перешёл уже даже не на крик, а на рык, что с моим прокачанным на стройке голосом получалось прекрасно. – Веди себя так, чтобы у меня не было ни малейшего повода усомниться в твоей надёжности и собачьей преданности, и сохранишь себя в целости. Мы поняли друг друга?!

– Да. Я понял тебя, – майор уже к середине моей речи не мог смотреть мне в глаза, поэтому сидел, глядя в пустую тарелку.

«Даже меня пробрало. Не помню, чтобы ты так злился. Хотя нет, помню. Когда ты тех бандитов мачете шинковал. Все, Маугли, я успокоилась. И ты успокойся. Я сканирую его тело. Если я что-то понимаю в том, как там всё работает, то похоже, что он боится» – Крапива положила руку мне на плечо.

«Да, надо было его на место поставить. Но если честно, то сам жутко нервничаю. Отпускать этого придурка защищать наш город – как-то я всё меньше в этом уверен. Он не выглядит, как человек, который подчинился обстоятельствам. Хорошо ещё, он это не очень скрывает».

«Сейчас Том вернётся и расскажет новости».

«Этот ещё более скользкий, чем майор. Ему тоже доверять нельзя». Оказывается, моя паранойя успела серьёзно прокачаться за последние часы.

«Послушаем в любом случае. Вот они уже возвращаются».

Глава 24

Я быстро взял себя в руки. Всё-таки надо будет отдохнуть. Тяжело непрерывно держать Восприятие работающим на полную мощность, но что-то мне подсказывало, что рано расслабляться.

Элей с Томом возвращались и молчали, ни по мимике, ни по жестам не было видно, чтобы они как-то общались. Просто молча подошли к двери и зашли в столовую.

– Я увидел, что мне необходимо, нам нужно пообщаться.

– Тогда надо наших пленных развести по безопасным местам и пойдём пообщаемся.

– Сначала майор передаст мне коды управления базой. Стоит нам от него отдалиться, и все дроны базы смогут нас атаковать. У него есть такая возможность. Он должен снять с себя полномочия и передать их мне.

Не зря я всегда держался поблизости от этих двоих. Получается, всё это время они могли нас атаковать, и не делали этого, опасаясь, что я успею применить свои способности палача. Но вот если бы я их запер и отдалился, они бы могли приказать дронам меня ранить и оттащить подальше. И уж точно дроны бы их вытащили из-за любой закрытой двери.

Мы сходили к терминалу, относительно долго вводили всякие ответы на вопросы и пароли. Забрали у майора и Элей все электронные устройства. В итоге мы стали частью персонала базы. Том, получив админский доступ, тут же заблокировал голосовое управление базой, чтобы майор не мог отдать приказ голосом. Оказывается, из любого места на территории базы майор мог голосом управлять центральным компьютером, например, объявлять тревогу, изолировать отсеки, натравливать дронов, пускать газ и так далее. Майор несколько раз не сдержался и злобно посмотрел на Тома. Майор всё ещё оставался командующим базой, но, чтобы командовать, ему надо было бы работать с терминалом, а без него он никаких указаний механизмам управления подать не сможет.

Мы отвели Элей и майора в комнату с прочной на вид дверью, сковали им руки и ноги наручниками, хотя в случае с Элей я сомневался, что она не сможет освободиться, вдруг она как телекинетик сможет разорвать тросик или открыть замок наручников. Но вот и проверим.

Как только мы вышли в коридор, оставив майора запертым в его комнате, Том быстро повёл нас куда-то по коридорам, ничего не объясняя. Через минуту мы зашли в какую-то комнату, где тоже стоял терминал управления, после чего Том начал химичить, махая руками по голограммам и стуча по экрану. Спустя ещё минуту мы увидели сидящих на стульях майора и Элей, а также услышали, о чём они говорят. Прямо на самом интересном месте застали их беседу.

– Так что ты предлагаешь? – спросила Элей.

– Так всё просто, перед посадкой ты им сворачиваешь своим телекинезом шеи, мы прыгаем в Баранку и улетаем. Крапива ничего собой сейчас не представляет. Ей до Золотого Ранга восстанавливаться и восстанавливаться. Палач опасен, но, потеряв носитель, он какое-то время будет в замешательстве, а нам больше десяти секунд не надо. Вряд ли он сориентируется быстрее. Он же вообще не помнит, что значит потерять носитель. Так что вряд ли он нас догонит мгновенно, а потом он уже точно нас не догонит.

– А если они посадят меня в камеру, а тебя поведут к кораблю.

– Так тебя же здесь ни одна дверь не остановит. Просто дождёшься от меня сигнала, выберешься и побежишь им головы откручивать. Ещё быстрее получится, я уже внутри корабля буду.

– Что думаешь по поводу их пилота?

– Умный парень, но ничего собой не представляет.

– Я тоже так думаю. Пока мы с ним ходили, мы немного пообщались, он панически боится Чёрного Ранга. Сказал, что они реально маньяки, любят мучать перед тем, как убить. Что на самом деле тонгеров в переносках было намного больше, но он многих уничтожил просто так. Честно говоря, впервые вижу, чтобы была такая способность – уничтожить тонгера в переноске. Причём сама переноска полностью остаётся работоспособной, но уже пустая.

Мы с Крапивой покосились на Тома, тот лишь усмехнулся.

– На ваш имидж работал.

Парочка тем временем продолжила строить свои коварные планы, но ничего особо нового мы не услышали кроме того, что «пилота лучше не щадить, так как с ним ничего не ясно, а если что, он сам доберётся до переноски». Том на это лишь хмыкнул.

– Том, а как майор подаст ей сигнал? – поинтересовался я. – Мы же их средств связи лишили.

– Они могли позаботиться заранее и вшить себе индивидуальные переговорные устройства. Супруги это иногда делают. Не часто, но такое бывает. Не обнаружишь, не отключишь.

«У нас с этим проще», – прокомментировала Крапива.

«Надо как-нибудь расстояние проверить, а то не факт, что мы издалека друг друга услышим».

– Они действительно любят друг друга, – неожиданно произнесла Крапива.

– Друг друга и Империю, – добавил я. – Спасибо, что помог, Том. План меняется. Майор полетит вместе с супругой.

– Как с супругой? – синхронно спросили Том и Крапива.

– Полетит вместе с супругой сначала на Луну, потом на Землю, но увы без носителей. Другими словами, я пойду их убивать, но не окончательно.

Я внимательно смотрел то на Крапиву, то на Тома.

– Мы не превращаемся в чудовищ, Маугли? – вслух поинтересовалась девушка.

– Конечно, превращаемся! Когда надо. Главное – не забывать превращаться снова в человека. Здесь и сейчас у нас друзей нет. А враги есть. Чудовища лучше справляются с врагами. Майор и Элей свой выбор сделали, я тоже. Их цель – вернуть нас в мозгопромывочную машину доктора Ри. Плевать, какие они люди. Сейчас они враги.

– Чудовища лучше справляются с врагами… – Крапива задумчиво повторила мои слова. – Ты прав. Игры давно кончились. Они враги.

– Пошли решим этот вопрос, а потом уже подумаем, что дальше делать. Том, я подойду к двери, где они сидят, а ты с Крапивой идите дальше по коридору, будто вам куда-то надо.

– Хорошо.

«Ты через дверь их убивать будешь?»

«Да, не хочу рисковать. Эта Элей нас щадит, пока верит, что мы без тела можем ей отомстить. Я её возможностей не знаю, поэтому она будет первая. Судя по тому, как легко майор обсуждал, что она свернёт нам шеи, вряд ли у неё с этим раньше возникали трудности.»

«Ладно. Только осторожно!»

«Конечно».

Выглядело всё просто: подойти к двери и проделать тоже самое, что я проделывал с Лотором и Акинаком. Опустошением уничтожить их тела, а тонгеров послать на Луну. Будем надеяться, что всё сработает, как надо. При этом надо учитывать способность майора сканировать пространство. Возможно, он всего лишь ощущает присутствие живого организма, а возможно, он сканирует не хуже, чем я Восприятием. Поэтому будем играть в коридоре так, будто нас слышат и видят. Я поделился своими мыслями с Томом и Крапивой, те всё поняли.

Мы двинулись обратно по коридору к месту, где были заперты наши несломленные духом пленники.

Подходя к комнате, я немного отстал, чтобы Крапива отошла подальше, и встал перед кодовым замком слева от двери. Чтобы открыть дверь, нужно было набрать код из четырёх цифр. Я стал медленно набирать, при этом сосредоточиваясь на Элей. Хорошо, что она сидела и не двигалась. Я концентрируюсь на её спинном мозге, замираю.

Опустошение!

– ААААА!!!

Женский вопль, переполненный страданием, резанул по ушам даже через дверь. Элей неожиданно немного двинулась за долю секунды до того, как я направил импульс, и тот попал ей в плечо. Тем самым я убил часть её тела, но не самую важную.

– Он за дверью! – это крик майора.

В ту же секунду дверь пробивает будто тараном. Дверь не металлическая, просто что-то типа пластика. Крепится она не на петлях, а отъезжает в сторону, поэтому телекинетический удар Элей её проламывает, пробивая дыру, но недостаточную, чтобы пролез человек. Мне повезло, что я стоял немного сбоку, меня не задело.

Гланда тут же информирует об атаке сном, но я не уделяю этом много времени, вытаскиваю пистолеты и начинаю стрелять через пробой в двери в комнату. Времени сосредоточиться для атаки Опустошением у меня нет, эти двое двигаются очень быстро.

Я наблюдаю Восприятием, как рвутся наручники майора и Элей, а также вижу, что пули не влетают в комнату, а остаются висеть в воздухе прямо за дверью. Чёрт! Огнестрел бесполезен.

Крапива разворачивается и бежит ко мне с пистолетом в руках, но мне некогда кричать ей и объяснять, что её пистолет тут не поможет. Я стараюсь сосредоточиться ещё раз, но не получается из-за Элей.

Если бы ситуация не была такой стрессовой, я бы с удовольствием поисследовал, как ощущается мощный телекинез Восприятием. Я не вижу глазами, но каким-то чувством ощущаю жгуты силы, которые проламывают дверь, расширяя отверстие и устремляются ко мне. Я пытаюсь противопоставить им свою силу, но увы я совершенно никчёмен в телекинезе по сравнению с Элей. Моего воздействия хватает лишь, чтобы чуть ослабить «щупальце», сжавшее меня в районе груди, но всерьёз помешать второму щупальцу, которое прямо сейчас пытается оторвать мне голову, я не могу. Силе Элей противостоит только моя укреплённая Гландой шея. Но противостоит – это очень завышенная оценка происходящего. Мне банально отрывают голову. И всё, на что меня хватает, это исключительно на то, чтобы немного замедлить этот процесс. Если я как-то не вырулю ситуацию, то моя смерть обещает быть эффектной – мне оторвут голову. Я успеваю подумать об этом и представить фонтан крови, который выплеснется из моей шеи, когда оторвётся голова, но потом отбрасываю все ненужные мыслиу. У меня есть всего несколько секунд. Это немало!

«Гланда держись!»

Подав эту команду, я забываю о теле и несмотря на всю свою боль и опасное положение сосредоточиваюсь на Элей.

Опустошение!

Срабатывает! Попал прямо в центр головы. Элей молча валится с ног.

Тиски разжимаются, я лечу на пол. Блин, я даже не заметил, что меня в воздух подняло. Шея болит. Я почти теряю сознание, но тут передо мной появляется что-то невидимое, но очень живое. О! Да это тонгер-Элей! Сейчас, тварь, ты получишь!

Элей, потеряв носитель, взбешена, но не пребывает в таком замешательстве, как прочие тонгеры, потерявшие тело. Ей требуется всего несколько секунд, чтобы прийти в себя. Я эти секунды трачу на тоже самое. Фух… Голова на месте, теперь можно и послать эту дамочку подальше.

Но происходит то, чего я никак не ждал: только что исчезнувшие щупальца телекинеза снова появляются и продолжают начатое! Я реально офигеваю от происходящего! Меня атакует, сука, призрак! Ведь тело, по которому можно ударить Опустошением, уже валяется тут мёртвое. Да как так-то?! Привидение ты чёртово!!! А ну Вали на Луну! Но Элей даже не думает подчиняться мне, как остальные выбитые мной из носителя тонгеры. Как-то всё не очень хорошо.

Краем сознания отмечаю, что Крапива всё-таки подстрелила майора. Хоть у кого-то дела идут неплохо.

Щупальца силы, созданные бестелесной Элей, жмут и тянут, правда не так сильно, как раньше. Силы без носителя у неё меньше! Но это только продлит мою агонию. Воздействие всё равно очень мощное. Я пару раз бью Опустошением туда, где я ощущаю Элей, это её ослабляет, но недостаточно, чтобы можно было сказать, что я побеждаю. Значит, Опустошение работает даже на бестелесном тонгере, но далеко не так эффективно. Времени мало прошло, и я ещё не потерял сознание от боли или от отсутствия воздуха, но это вопрос ближайшего будущего. Очень, сука, ближайшего. Шея-то у меня снова пережата, а голова медленно но верно отдаляется от плеч. Лихорадочно ищу решение. Что можно сделать?! Но как-то же я управлял другими тонгерами?

Собираюсь с силой и пускаю мысленный импульс в сторону Элей.

«УХОДИ! ЗДЕСЬ Я ГЛАВНЫЙ!» Почему именно такие слова, я сам сказать не могу, но это кажется правильным. Я чувствую, как Элей теряет уверенность, а вместе с тем и силу. Я посылаю мысленный импульс угрозы смерти, если она сейчас же не окажется на Луне. Моё Восприятие заполняет и – по-другому не сказать – насыщает всё свободное пространство в этой части коридора. Я как как бы уплотняю пространство вокруг себя. Уплотняю его собой. Я не тело. Я и есть это пространство. Здесь всё моё или здесь всё я. Элей становится всё тяжелее удерживаться над своим телом, её держит только желание поквитаться со мной. Я поднимаю руку с пистолетом, который я каким-то чудом не выронил, и стреляю в её тело несколько раз. Это, бессмысленно, но это показывает Элей, что она навсегда потеряла этот носитель. «ТЫ МЕРТВА! ЛЕТИ НА ЛУНУ!» Я затопляю ненавистью то место пространства, в котором находимся Элей и я одновременно. Я знаю, что эта сука умрёт, если не подчинится мне. Я давлю своей волей её волю, и это совсем не мысленный процесс. Если тонгер и состоит из чего-то, то моё «что-то» сильнее Элей, она начинает терять уверенность и силы. Без тел у нас есть только воля против воли. И тут я оказываюсь сильнее. Намного сильнее! Мы занимаем как тонгеры одно пространство, и в этом пространстве хозяин я. Элей осознаёт это очень быстро, её яростный гнев почти мгновенно сменяется ужасом, а потом она исчезает. Раз! И её нет. Моё тело, которое снова успело зависнуть в воздухе, второй раз шлёпается на пол.

Внезапно понимаю, что эта борьба на уровне воли далась мне намного тяжелее, чем я думал. Накатывает слабость. Я еле соображаю. Пытаюсь оценить ситуацию. Неподалёку валяется спящий Том, рядом со мной стоит Крапива, направив пистолет в комнату, где рядом с трупом Элей лежит раненый майор. Я сам стою на четвереньках. Из носа хлещет кровь.

Своим тухло работающим разумом понимаю, что если с майором в бестелесной форме мне придётся потратить столько же сил, то дело дрянь. Сил уже нет. Майора убивать нельзя.

– Ка, не убивай его пока. Важно, чтобы он не умер! Скрутите его с Томом и перенесите в соседнюю комнату, заприте и пусть валяется.

Восприятие показывает, что у майора пуля в животе и раздроблен локоть. Для его тела это совсем не страшные раны. Надеюсь, быстро он с силами не соберётся, а мне надо отдохнуть и прийти в себя. Я свои тонгерские способности сегодня переоценил. Кстати, спать рядом с майором опасно.

– Ты нормально? – обеспокоенно смотрит на меня Крапива.

– Нет… Мне надо… отойти и отдохнуть, – я стараюсь говорить нормально, но едва удерживаю себя в сознании, язык заплетается. Из последних сил я кое-как встаю и бегу по коридору в запомнившуюся мне комнату, откуда мы подслушивали. Это достаточно далеко от майора, чтобы его способность усыплять меня достала. Не факт, что я смогу ему противостоять сейчас.

Всё. Мысли путаются. Отрубаюсь прямо на полу.

Пришёл в себя резко. Последнее моё пожелание Гланде перед тем, как отрубиться, было разбудить меня сразу, как я чуть-чуть восстановлюсь. Видимо, время настало.

«Ка, ты где?» – первым делом спросил я.

«Присматриваю за майором. Тебе полегчало?»

«Более-менее. Иду к тебе».

Я тяжело поднялся с пола, потряс головой, некая рассеянность всё ещё присутствовала, но в целом я был в норме. Хотелось кофе.

Я двинулся обратно по коридору. Стресс, который я пережил, оставшись один на один с могущественным бестелесным существом, ещё не до конца выветрился из меня. Я ощутимо напрягся, приближаясь к комнате, где должно было лежать тело Элей. Тела не было.

«Вы тут прибрались?»

«Да, Том обещал в какой-то утилизатор её тело оттащить. Иди в столовую, я здесь. Майор в соседней комнате».

Я добрался до столовой и налил себе кофе.

– Слушай, что-то меня прям основательно она приложила.

– Я видела! Ты висел в воздухе, а голова совершенно отчётливо удалялась от плеч, но потом ты её вырубил, сам свалился, а дальше я не поняла, что происходит. Ты снова взлетел, и голова опять стала отрываться, а потом я почувствовала твой какой-то очень сильно сконцентрированный гнев, успела выстрелить в майора, и всё кончилось.

– Элей оказалась во много раз более мощным тонгером, чем все остальные. Оставшись без тела, она только ещё больше взбесилась и продолжила начатое. Телекинез – это её тонгерская способность. А я ничего поделать не мог… Кстати, а где Том? – я не хотел вслух рассказывать, как я справился с Элей при Томе. А то, что его нет рядом, не означало, что он не слушает нас также, как недавно мы слушали майора с женой.

– Он только недавно проснулся и продолжает осматривать базу. Пошёл в технические помещения.

«Ну и как ты с ней справился?» – Крапива поняла всё правильно.

– Хорошо, понял. Насчёт как я справился… Сейчас… Дай немного с мыслями собраться, – вслух произнёс я, чтобы не создавать нелогичной паузы в разговоре. Светить нашу телепатию перед Томом мне не хотелось.

«Слушай, она же сто процентов какой-то Ранг имеет. Так вот без тела она ненамного слабее, чем в теле. Она бы и тебя и меня на части порвала».

«И что ты сделал? Опустошением её приложил?»

«Опустошение не сработало. Вернее, сработало, но как-то слабо. Я получается воздух опустошал. Оно же просто жизнь отделяет от материи. А Тонгер – это чистая жизнь и, получается, чистая сила. Её Опустошение только немного сбивало, но вреда не приносило. Я в итоге занял с ней одно пространство и сильно на неё разозлился, стал давить волей, она испугалась и удрала. На Луну она смылась или нет – не знаю».

«Как испугалась? Чего?»

«Не знаю. Выходит, что меня. Я направил на неё такой поток ненависти и угрозы, что она куда-то свалила. Надеюсь, всё-таки на Луну. Я передавил её своей волей. Если бы она не испугалась и не убежала, то превратилась бы в марионетку, как мы под воздействием фонариков. Мне так кажется».

«Я чувствовала, что ты разозлился, а это, оказывается, у тебя теперь такая суперспособность».

«В том-то и дело, что я еле выжил. Если бы ты убила майора, и мне пришлось бы иметь дело ещё и с ним, то я бы не справился. Сейчас я более-менее готов. Так что пошли закончим с этим».

«Прямо сейчас?»

«Я восстановился, времени у нас немного. Пока с майором вопрос не закрыт, мы ничего другого делать не можем».

– С Элей я справился также, как со всеми остальными тонгерами, только пришлось напрячься раз в десять сильнее. Пришлось выложиться на сто процентов. Пошли к майору. Закончим с ним, – проговорил я вслух для потенциально подслушивающего Тома.

– Идём. Надо так надо. От меня что-то потребуется, какая-то помощь?

– Просто будь рядом. Страхуй. Если что-то пойдёт не так, оттаскивай меня подальше, – сказал я и продолжил уже телепатически. – «Как я успел заметить, тонгер без тела не такой уж подвижный и висит рядом с телом. Можно будет убежать.»

– Пошли. Он недалеко.

Майор лежал на диване в уютной комнате с креслами и низкими столиками. Обстановка располагала, скорее, к неспешным разговорам под хорошие сигары и крепкие дорогие напитки. Ну, мне так показалось, хотя я сигар вообще не видел, а крепкие напитки чаще видел, чем пил, и чаще крепкие, чем дорогие. Это первое помещение на базе имперцев, где я увидел висящие на стенах картины. В основном на космическую тематику. И посреди этого уюта и эстетики лежал майор. Ему было больно. Пятна пота на одежде, выступившие несмотря на хорошо сохнущую ткань, бледное лицо, стиснутые зубы – майору было больно. А вот если смотреть в глаза, то становилось понятно, что физическая боль всего лишь отвлекает майора от душевных страданий. Глаза. Насколько же эта часть тела хорошо передаёт эмоции. Сейчас, глядя в голубые глаза страдающего человека, я не нуждался ни в каких особых способностях, чтобы понять, что он чувствует. Горе. Отчаяние. Бессилие. И, конечно, ненависть. Смотреть в глаза ему было тяжело, но надо.

– Майор Сон. Мы подслушали твой разговор с Элей. Вы искали способ не подчиниться и нарушить наши планы. И вы его почти нашли. Но, на нашу удачу и вашу неудачу, вы не успели ничего сделать. Я хочу, чтобы ты знал, почему вдруг всё так пошло, – я стоял в метре от майора и говорил, глядя на него сверху.

– Это предатель пилот вам помог?

– Да.

– Где он сейчас.

– Неважно. Элей отправилась на Луну. Чего и тебе желаю. Я не знаю, какие у вас шансы встретиться снова, но я её не уничтожил. Так что, если хочешь, догоняй её.

Я выстрелил майору в голову. Восприятие уже работало на полную катушку. Я старался как можно внимательнее смотреть на то, что происходит и что я чувствую.