355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Патриция Райс » Лорд-мошенник » Текст книги (страница 3)
Лорд-мошенник
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 14:58

Текст книги "Лорд-мошенник"


Автор книги: Патриция Райс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 30 страниц)

Глава 4

Алисия положила только что купленный маленький пистолет с перламутровой рукояткой в сумку и, повернувшись к выходу из магазина, едва не столкнулась с пышной, несколько эксцентрично одетой рыжеволосой дамой.

Женщины остановились, с любопытством разглядывая друг друга.

Алисия слышала о существовании подобных женщин, но в силу своего общественного положения никогда раньше не встречала их. Чувство омерзения, возникшее при мысли о том, чем эта женщина зарабатывала себе на жизнь, сочеталось у Алисии, как ни странно, с непонятным желанием узнать о ней побольше, но она прошла бы мимо, если бы женщина не заговорила с ней сама:

– Однако, скажу я вам, ведь это же маленькая леди, о которой судачат по всей реке! Как поживаете, милочка? Я Молли Мэлоун, или, во всяком случае, меня все так зовут. Встречаетесь с Лоунтри сегодня утром, да? Не возражаете, если я пройдусь немного с вами?

Будучи не в состоянии вежливо отказать Молли, которая уже шла за ней, Алисия промолчала, чтобы скрыть растерянность. Молли с откровенным любопытством разглядывала ее почти лишенными ресниц глазами, но во взгляде ее не было враждебности. Она болтала, не нуждаясь в ответах.

– Хочется немного покоя, не так ли, милочка? Лоунтри – странный тип. Может, он предпочитает таких, как я, но непонятно, как такая порядочная женщина, как вы, может связаться с ним. Не хочу, чтобы вы думали, что я везде сую свой нос, но меня интересуют мои друзья.

Услышав эти слова, Алисия замедлила шаг и остановилась. Медленно повернув голову, она посмотрела на Молли и встретила направленный на нее дерзкий взгляд вульгарной полноватой женщины. Лицо ее свидетельствовало о неумеренном потреблении спиртного и злоупотреблении косметикой, но, похоже, она искренне заботилась о метисе.

– Миссис Мэлоун, я ценю ваш интерес, но не совсем понимаю, что вы имеете в виду. Мистер Лоунтри, или Трэвис, или как там еще его зовут, предложил отвезти меня в Сент-Луис к моему отцу. Это чисто деловое соглашение. Если за этим кроется что-то еще, что мне следовало бы знать, пожалуйста, не стесняйтесь, просветите меня.

Молли усмехнулась и восхищенно оглядела Алисию с головы до ног, как смотрела бы на экзотическое животное в зоопарке.

– Однако, милочка, должна сказать, что вы чуть более сообразительны, чем можно было бы предположить по вашему чопорному наряду. Может быть, Лоунтри знает, что делает. Обычно он знает, это точно. Никогда не видела, чтобы такой мужчина не получал что хочет, если он знает, чего он хочет. Но когда человек красиво одевается и идет в город вместо того, чтобы принять предложение дамы отправиться с ней в постель, это определенно, выглядит, будто мужчина знает, чего хочет. Он чуток диковат, имеет некоторую примесь индейской крови, но он хороший человек. Здесь вы не найдете никого лучше его. Я всегда гадала, что у этого парня на уме, но теперь я вижу, что его интересует. Если вы его не захотите, пришлите его ко мне. Я позабочусь о нем.

Невероятно! Не желая придавать значения оскорбительному смыслу услышанного, Алисия недоверчиво покачала головой.

– Я учту ваши пожелания, миссис Мэлоун. Спасибо за то, что поделились со мной своими мыслями.

– Милочка, для этого мы и живем на благословенной Господом земле. Мне нравятся ваши манеры. Некоторые из этих так называемых леди переходят на другую сторону улицы, увидев меня, и им я ни за что не стала бы помогать.

Но я подумала, что если Лоунтри решил взять вас с собой, то здесь кроется какая-то причина, и я оказалась права. В вас чувствуется класс, но вы, как и я, женщина. Мужчины жестоки с нами, но мы не можем без них жить. Берегите себя, милочка. Думаю, мы не скоро снова увидимся.

Молли Мэлоун пошла своей дорогой, покачивая широкими бедрами, скрытыми под старомодными юбками. Она напомнила Алисии увиденный ею однажды в гавани вспахивавший волны военный крейсер, сильные всплески волн о мощный киль корабля заглушали тогда рокот прибоя. Да поможет Бог всем женщинам, сбившимся с пути!

Несколько обескураженная этой встречей, Алисия без особого энтузиазма направилась к реке. Интересно, что Молли имела в виду, когда говорила, что они обе женщины? Может, она намекала таким образом, что остальные дамы в этом городе не подходят под это определение? Конечно же, она не приняла ее за женщину того же сорта, что и… Алисия в замешательстве потрясла головой. У нее было такое чувство, будто она провалилась в какую-то дыру в земле и, выйдя наружу, оказалась в другом измерении.

Трэвис следил за приближающейся Алисией, видел, как она грациозно обходила попадавшиеся на ее пути глинистые рытвины и каменистые россыпи. Она сменила черную одежду на темно-синюю, но на ней снова была одна из ее ужасных шляпок с прижатыми к лицу полями, так что разглядеть ее можно было, только стоя рядом с ней. Практичное муслиновое платье было лишено, каких-либо оборок или кружев, но его обволакивало облако светло-голубого газа, не оставлявшего даже намека на то, что под ним скрывается нежная кремовая кожа. Несмотря на это, он довольно улыбнулся при виде спускавшейся с холма, плавно покачивавшейся изящной фигурки, которая вырисовывалась под тонкой тканью. Он подозревал, что, если бы она знала, как мало прикрывают эти модные платьица, она давно бы выбила пыль из старых юбок матери, – но с какой стати он должен отказываться от того удовольствия, которое получает сейчас, наблюдая за ней?

Алисия подозрительно покосилась на ухмыляющееся худощавое лицо Трэвиса, когда он спустился с крыши каюты, чтобы поздороваться с ней. Сегодня у него хватило ума надеть рубашку, хотя воротник был расстегнут. Как и обещал, он снова был в своем варварском одеянии, волосы опять были перевязаны банданой, а не заплетены в аккуратную косичку, а в мочке уха вызывающе блестела золотая серьга. Но на его сегодняшний варварский вид накладывался облик истинного джентльмена, в котором он пребывал накануне вечером. Она уже смотрела на него не с цепенящим страхом, а с некоторым любопытством.

– Прекрасный день, миссис Стэнфорд. – На его бронзовом лице сверкнула белозубая улыбка, при этом его впечатляющую внешность не портил даже крючковатый орлиный нос.

– Но вы предпочли бы, чтобы шел дождь, я права? – не желая поддаваться его обаянию, съязвила Алисия.

Трэвис подивился ее проницательности, и, хотя его брови при этом поползли вверх, он утвердительно кивнул:

– Ясно, что в дождь это путешествие было бы намного безопаснее, но ждать дождя можно долго, а там начнется зима, что повлечет за собой другие проблемы. Возможно, мне понадобится больше времени, чем обычно, но я могу пройти вниз по реке и без дождя.

– Хорошо. Мне говорили, что вы опытный лодочник и всегда получаете то, к чему стремитесь, так что я не сомневаюсь, что вы добьетесь намеченной цели.

Трэвис внимательно исподлобья смотрел на Алисию, вслушиваясь в ее пронизанную иронией речь.

– И кто же был этот ваш собеседник, который дал мне столь лестную оценку?

– По-моему, миссис Мэлоун. Она произвела на меня неизгладимое впечатление, но не думаю, что вы станете разъяснять мне смысл сказанного ею. – В ожидании реакции лодочника Алисия пристально смотрела на него из-под капора.

Трэвис открыл было рот, чтобы что-то сказать, но вдруг, посмотрев на Алисию, расхохотался.

– Молли! Боже мой! Что побудило вас разговаривать с ней?

Алисия терпеливо дождалась, пока он успокоится, после чего ответила:

– Говорила не я, а Молли. Я бы предпочла, чтобы мое имя не стало предметом семейных пересудов в городе. Интересно, что такое говорят обо мне, если ей захотелось встретиться со мной?

Трэвис присел, прислонившись к килю лодки, и поднял обрубок ветки с недоконченной резьбой. Вытащив нож, он снизу искоса посмотрел на нее.

– Не знаю, от кого вы прячетесь, миссис Стэнфорд, или почему, но здесь станут судачить о любой женщине, путешествующей в одиночку по этой реке. Если вы не хотели быть узнанной, вам следовало изменить имя, хотя сомневаюсь, чтобы кто-то, находясь в здравом уме, не смог бы узнать вас по описанию.

Встревоженная тем, что Трэвис подобрался к истине ближе, чем ей хотелось бы, Алисия сменила тему:

– Просто я не привыкла, чтобы обо мне судачили. Однако, может быть, мы наконец обсудим условия нашего соглашения?

Трэвис продолжал строгать свою палку, вглядываясь в ту форму, которую дерево приобретало в его искусных руках. Он пообещал себе не присматриваться к недостаткам этой женщины, которая, как в сказке, вышла из воды и практически оказалась в его объятиях, но не мог отбросить некоторые сомнения. Она была немного моложе его, но уже не ребенок. Если бы не ее траур и не настойчивая просьба, чтобы к ней обращались со словом «миссис», он бы решил, что она девушка. Уж слишком она была скромна для женщины, которая познала близость мужчины и супружество. А нежелание быть узнанной добавляло ей еще больше таинственности. Может быть, она убила своего мужа? Или просто сбежала от него? Судя потому, как хорошо она воспитана, по тому, что выглядит она настоящей аристократкой, вероятнее всего второе, но это, к сожалению, серьезно осложняло дело.

Тем не менее он не в том положении, чтобы задавать вопросы, а поскольку он не мог придумать ничего лучшего, то сказал первое, что пришло ему в голову:

– Стоимость лодки сорок пять долларов. Если в Сент-Луисе я продам груз дешевле, чем ожидал получить за него в Новом Орлеане, вы, надеюсь, оплатите мне половину недостающей суммы. Если же я выгадаю больше, мы поделим прибыль. В любом случае лодка ваша, и по прибытии вы сможете распоряжаться ею, как захотите. Но помимо всего этого и прежде всего я жду от вас беспрекословного подчинения моим распоряжениям. Вы умеете стрелять из винтовки, миссис Стэнфорд?

Алисия облегченно вздохнула, услышав, сколько ей придется заплатить. Платить за всю лодку было, конечно, неслыханным делом, но ей было не до споров. Она боялась, что он каким-то образом прознает о том, что у нее совсем немного денег, и потребует с нее всю ее оставшуюся наличность. В сложившихся обстоятельствах сумма в сорок пять долларов была вполне обоснованной, но другие условия не казались ей таковыми. Она с сомнением посмотрела на него:

– Из винтовки, мистер Трэвис? Я даже никогда не держала ее в руках.

Трэвис фыркнул и поднялся на ноги.

– Я догадывался об этом. Придется преподать вам несколько уроков, миссис Стэнфорд. В некоторых ситуациях бывает необходимо задействовать всех, и вы не будете исключением: Связанная вашими дурацкими юбками, вы скорее будете помехой, чем помощницей, но в данном случае штаны, конечно, не решат проблемы. Жаль, что вы не скво[3]3
  Squaw – индейская женщина (англ.).


[Закрыть]
. Они по крайней мере знают, как следует одеваться в подобных случаях.

Слушая его оскорбления, Алисия боролась с желанием ответить ему тем же. Ее воспитание не позволяло ей вступать в вульгарные пререкания, но никогда раньше у нее не было такого сильного искушения сделать это. Возможно, ее положение способствовало тому, что она стала эмоционально неуравновешенной? Если это так, то тем более ей следует воздержаться от высказываний и не говорить этому несносному человеку всего, что она о нем думает. Она не станет опускаться до его уровня, хотя он и провоцирует ее.

– Мистер Трэвис, – проговорила она ледяным тоном, но затем, спохватившись, заставила себя задать вопрос: – Как правильно – Трэвис Лоунтри или Лоунтри Трэвис? Трудно обращаться к вам, поскольку вы до сих пор не представились.

Он восторженно следил за тем, как она сдерживала свой гнев. Любая из тех женщин, которых он знал, уже всадила бы в него нож. Она была леди, но, похоже, с трудом сдерживала себя. Интересно все же посмотреть, как леди будет выполнять ту тяжелую работу, что ожидает ее во время долгого путешествия.

– Никак. Зовите меня просто одним из этих имен, причем желательно без обращения «мистер». Я откликнусь на любое из них. Вы хотели сказать что-то еще?

Алисия высокомерно вздернула подбородок.

– Я хотела только сказать, мистер Трэвис, что вполне смогу носить штаны из оленьей кожи или одеяло, если нужно, лишь бы это помогло быстрее добраться до Сент-Луиса. Скажите мне только, какая нужна одежда, и я приобрету ее.

Этого Трэвис не ожидал, и ему понадобилась целая минута, чтобы сформулировать ответ. Был жуткий соблазн предложить ей нарядиться в бриджи и индюшачьи перья, что носила его мать, но не стоило заходить так далеко в разговоре с ней. Поощряя ее улыбкой, он посоветовал:

– Я считаю, что вы правильно решили не носить ту одежду, которая могла бы действовать чересчур возбуждающе на моих людей. Вместо того, что надето сейчас на вас, я предлагаю использовать что-нибудь удобное при ходьбе, и чтобы оно не цеплялось за каждый колючий куст. Обычно это не имеет значения, но на этот раз нам, вероятно, придется много передвигаться пешком. В мокасинах вам было бы намного удобнее, чем в этих изящных туфельках. – Он ткнул пальцем в легкую обувь с элегантными бантиками на лодыжках.

Алисия покраснела при мысли о том, что его пытливый взгляд не пропустил ни одной детали ее туалета. Она не привыкла к такой дотошности, но не могла позволить ему вывести ее из себя.

– Тогда не могли бы вы порекомендовать мне магазин, где я смогу приобрести мокасины? И назовите дату отправления, чтобы я вовремя доставила багаж.

Трэвис улыбнулся про себя, отметив, с каким смирением она подчиняется его советам. Это доставляло ему удовольствие, хотя он понимал, что такое ее поведение долго не продлится.

– Я позабочусь о мокасинах для вас. Один из моих людей на рассвете подгонит фургон к салуну. Я готов отправиться сразу же, как только вы будете готовы, миссис Стэнфорд.

Изумленная, но довольная тем, что это тяжелое путешествие вот-вот начнется, Алисия утвердительно кивнула. Она не знала, как будет переносить бесконечную череду дней в компании этого дикаря, который лишает ее присутствия духа, но она вынесет все, лишь бы оказаться подальше от того, что оставила позади. Если потребуется, она побежит по лесам босиком.

– Я буду готова к рассвету, мистер Трэвис. Благодарю вас.

Отведя взгляд от его пронзительных черных глаз, она отправилась в город.

Рассвет наступил быстрее, чем предполагала Алисия, но поскольку ночью она почти не спала, то уже была одета и готова к выходу, когда к салуну подкатил старый фургон. Она быстро поправила платок, обтягивавший серый с сизым оттенком муслиновый лиф, и заправила волосы под серый капор. Алисия по опыту знала, что завитки тяжелых волос расправятся еще до окончания дня, но хотела начать путешествие ухоженной. Она считала, что похожа на квакерскую даму и для полного сходства ей не хватает только белого передника.

Стук в дверь всполошил ее, хотя она и ждала его. Алисия быстро открыла дверь. К ее удивлению, там стоял Трэвис в аккуратно застегнутой рубашке и в куртке из оленьей кожи с отороченными бахромой рукавами. Его волосы были подстрижены до приличествующей моде длины и ниспадали на загорелую шею. Она, наверное, засмотрелась на него, потому что, придя в себя, обнаружила, что он жестом показывает ей на собранный багаж.

Алисия кивнула и поспешила за своей мантильей, ридикюлем и небольшой ковровой сумкой. Трэвис без особых усилий поднял самый большой сундук и понес его в холл, кивнув стоявшему снаружи человеку, чтобы он взял остальные вещи. Они молча прошли через салун, по пути не встретив ни одного человека, и вскоре оказались на улице.

По пыльной дороге шла одинокая пара, которая в розоватой прохладной предрассветной полутьме была плохо различима. Они выглядели как респектабельная супружеская чета, возможно, направлявшаяся на работу в одну из местных бакалейных лавок. При виде небольшой группы людей, грузившей багаж в фургон, женщина тут же начала нашептывать что-то на ухо мужчине. Мужчина, в свою очередь, посмотрел на высокого широкоплечего человека, помогавшего женщине забраться на сиденье. Вдруг он плюнул в сторону Трэвиса и пробормотал:

– Проклятые индейцы! – после чего повел свою спутницу на другую сторону улицы.

Алисия сначала ошеломленно смотрела вслед этой паре, не зная, как реагировать, но потом нервное напряжение нашло выход в неожиданном истеричном хихиканье. Трэвис же просто загрузил последний сундук в фургон и забрался на сиденье рядом с ней. В ответ на ее эмоциональный всплеск он только озадаченно приподнял бровь.

– Они, наверное, из тех людей, которые, как говорила Молли, поступали так же, когда она появлялась в городе. Вы что же, как и она, занимаетесь проституцией, мистер Трэвис? – Поскольку раньше Алисия никогда не употребляла такие неприличные выражения, она поспешила прикрыть рот рукой, и вид ее при этом был весьма удивленный. Но сидевшего с ней рядом человека эти слова, казалось, нисколько не задели.

–Нет, миссис Стэнфорд. А вы?

Несуразность вопроса ввергла Алисию в очередной приступ смеха, истеричные взрывы которого сотрясали ее тело. До сих пор она истязала себя, сдерживая свои эмоции, но сегодня дала себе волю. Когда фургон покатился по тихим улицам к реке, Алисия почувствовала себя так, будто сбросила в придорожную пыль огромную тяжесть, давившую на плечи. Дом и семья остались далеко позади, а впереди открывался бескрайний Запад. Ей хотелось крикнуть «Аллилуйя!» и станцевать джигу, но она не умела. Вместо этого она не переставала смеяться, пока в ней звучала музыка, и мужчины в фургоне тоже начали усмехаться.

– Миссис Стэнфорд, если вы способны так смеяться в ответ на каждое нанесенное вам оскорбление, вы проживете долгую, веселую жизнь, – обратился к ней с пророчеством Трэвис.

– Это звучит так, будто вы считаете, что меня будут часто оскорблять, мистер Трэвис, – ответила, хихикая, Алисия, и в это время фургон остановился у реки.

Трэвис соскочил на землю, с ленивой грацией взял Алисию за талию и поставил рядом с собой. С озорным блеском в черных глазах он чуть дольше, чем было нужно, задержал руки на ее талии.

– Если это вызывает у вас такой смех, я постараюсь каждый день оскорблять вас.

Испытывая неловкость из-за ухмылявшейся и жестикулировавшей команды экипажа, которые с интересом наблюдали за этой сценой с борта, Алисия поспешно высвободилась из бесцеремонных рук метиса.

– Вы ведете себя слишком вызывающе, мистер Трэвис. Прошу вас держать руки, при себе.

Уперев руки в бока, он рассмеялся, глядя на выступившие на ее щеках красные пятна гнева.

– Неужели вы не знаете, миссис Стэнфорд? Мы, индейцы, почитаем только луну и солнце. Один бедный поэт назвал нас детьми природы. Чаще же нас называют импульсивными детьми. Берегитесь, миссис Стэнфорд, ведь я могу срезать с ваших красивых волос этот ужасный капор.

Взглянув на ее лицо, он с хохотом взвалил один из сундуков на плечо и направился к лодке. Алисия побрела за ним.

Алисия думала, что сама мысль об этом путешествии была настоящим безумием, но когда увидела деревянную перегородку, отгораживавшую угол каюты, явно установленную для ее удобства, она довольно улыбнулась. Пусть этот Трэвис-Лоунтри – грубый, высокомерный, самонадеянный тип, но из всех мужчин, с которыми она сталкивалась к западу от Аллеганских гор, он больше любого другого походил на джентльмена. И Алисия удовлетворенно положила свои сумки рядом с грубой, сколоченной специально для нее кроватью.

В первый раз после бегства из Филадельфии она поверила в осуществимость своего плана. Хотела бы она видеть лицо Тедди, когда он подъедет к особняку Стэнфордов и увидит заколоченные окна и вывешенное на двери объявление «Продается». Ему так хотелось заполучить этот дом, ну так пусть теперь покупает его. Только так она могла развязаться со своим прошлым.

Глава 5

С наступлением ночи настроение ее было уже не таким веселым, а потом ему на смену пришла озабоченность.

В ушах Алисии все еще звучало эхо ружейных выстрелов, а ее руки и платье пропахли порохом, напоминая о дневном уроке, в процессе которого нужно было заряжать ружье и вставлять запал. Урок был бы не особенно трудным, если бы Трэвис не настоял на том, чтобы держать ее руки, показывая, что и как нужно делать. Его близость нервировала ее, от этого у нее все валилось из рук, так что урок, к удовольствию скалившей зубы команды, продолжался вдвое дольше, чем предполагалось.

Алисия мрачно разглядывала бадью с теплой водой, которую какой-то предусмотрительный человек приготовил для нее, чтобы она могла помыться. А ей хотелось оказаться в огромной ванне, чтобы смыть с себя запах пороха, забыть об уроке, который напоминал о себе болью, и снять раздражение, покрывавшее кожу мурашками. Присутствие на борту полуодетых, очень мускулистых мужчин не способствовало улучшению ее душевного состояния. Если дать волю воображению, то можно потерять контроль над ним.

Алисия вспомнила о спрятанном под подушкой маленьком пистолете и слегка расслабилась. В следующий раз ее не застигнут врасплох. Теперь, когда она знала, чего можно ожидать от мужчины, она будет готова ко всему. Ради этого она терпеливо сносила все замечания Трэвиса на дневном уроке. Наконец-то она поняла, как действует оружие. Озабоченность оказалась сильнее респектабельности. Она не станет вновь жертвой насилия… Никогда!

Расстегнув платье с глухим воротником, Алисия высвободила плечи из лифа и сорочки и с удовольствием умылась горячей водой. В сравнении с первой частью ее путешествия начало этого отрезка пути с Трэвисом было намного приятнее. Если так пойдет и дальше, значит, она не зря заплатила ему большие деньги.

Смыв все следы пороха с помощью лавандового мыла и почувствовав себя чистой и освеженной, Алисия оделась и приготовилась к ужину в компании с членами экипажа лодки. Трэвис заявил, что эта часть реки достаточно безопасна и можно высадиться на берег и поохотиться, чтобы добыть на ужин свежее мясо. И сейчас Алисия ощущала аромат готовящейся на огне добычи:

Она подумывала о том, чтобы оставить в своем уголке платок и в полной мере насладиться вечерней прохладой, но, вспомнив предостережение Трэвиса, решила не искушать судьбу и повязала им плечи. Никто не сможет обвинить ее в том, что она кого-то соблазняла. Собираясь выходить, она на всякий случай прихватила еще и шаль.

Трэвис не стал высказывать недовольство, увидев сходящую с лодки пассажирку, по самую шею завернутую в шаль, с капором на голове, в одежде унылых серого и черного тонов, одетой как дряхлая старушка. Когда он предупреждал ее, он просто не хотел, чтобы его люди досаждали ей, но она слишком буквально восприняла его слова. Он уже дал понять своим людям, что интересуется ею, и никто не стал бы проявлять к ней неуважение. Они знали, что он сдерет живьем кожу с любого, кто попытается посягнуть на то, что он считает своим. Но он не собирался объяснять все это даме.

Трэвис не обращал внимания на Алисию, примостившуюся на бревне, куда не достигал свет от костра. Прежде ему никогда не встречалась женщина, которая так настороженно реагировала бы на его знаки внимания, но Трэвис относил это к ее страху перед людьми его расы. Это должно было казаться ей необычным, и ему не следовало давить на нее, спешить с навязыванием своей дружбы. Она, похоже, быстро обучается всему новому, причем без предрассудков, свойственных людям, ведущим такой образ жизни достаточно долго. Лучше бы ей побыстрее научиться отвечать на его ухаживания, ведь существуют и другие способы убеждения.

Трэвис сидел на корточках и, прихлебывая горячее варево, исподтишка наблюдал за сидевшей на другом конце поляны Алисией. Хорошо, что она уже побывала замужем. Невинные девицы поначалу бывают несколько истеричными. По тому, насколько он узнал Алисию, она должна была бы быть необузданной, но ее воспитание заставляло ее сдерживаться. Впрочем, если ему придется прибегнуть к крайним мерам, она подчинится достаточно быстро.

Эта мысль вызвала нетерпеливое напряжение в паху, и Трэвис улыбнулся. Когда она свыкнется с этой мыслью, он научит ее получать удовольствие, в чем, по всей видимости, не преуспел ее муж. Давно уже ему не доводилось проводить время в постели с настоящей леди, пахнущей мылом и духами, а не лошадиной кожей и потом. Он вспомнил не тронутую загаром гладкую, мягкую кожу, атласные простыни и вкус сладкого вина на губах. Но где он достанет здесь вино и атласные простыни?

Раздосадованный течением своих мыслей, Трэвис встал и отступил в тень деревьев, направляясь к одинокой фигуре, сидевшей на краю поляны. Когда он подошел к бревну, Алисии там не оказалось.

Алисия осторожно ступала по едва заметной тропинке, петлявшей между деревьями. В сложившихся обстоятельствах необходимость облегчиться могла стать настоящей проблемой. Ей претило справлять нужду на открытом воздухе, как этим детям природы, но ей было так же страшно одной возвращаться на лодку. В присутствии Трэвиса она чувствовала себя относительно защищенной. Но она не доверяла тем варварам, которых он называл своей командой. Она предпочитала прятаться под защитой деревьев.

Покончив с естественными надобностями, Алисия оправила свои юбки и огляделась вокруг. Сквозь листву деревьев она видела редкие звезды, из чего можно было заключить, что дождя не предвидится. Из-за лесных шорохов, шелеста в окружавших кустах она запаниковала и решила не задерживаться здесь надолго. Возможно, сейчас люди уже возвращаются на лодку.

Как только она вернулась на тропинку, позади нее раздался дикий визг, и воздух огласился громким барабанным боем и шелестом листвы. Алисия с криком ужаса бросилась к спасительному огню.

И натолкнулась на высокую неподвижную фигуру метиса. Руки Лоунтри моментально обхватили ее и успокаивающе прижали к груди, пока она что-то лепетала о дикарях и диких зверях. Его бесстрашие успокоило ее. Сильные мускулистые руки закрывали ее от неизвестной опасности. А нежное поглаживание по спине привело ее в чувство, и тогда Алисия мгновенно насторожилась и уперлась руками в прижимавшуюся к ней мускулистую грудь, пытаясь отстраниться от него. Трэвис чуть отступил, но не отпустил ее, продолжая в темноте вглядываться в повернутое к нему лицо.

– Что это было, Алисия? Вы что-нибудь видели?

Она чувствовала напряжение в его голосе, но страх перед этим мужчиной переселил испытанный только что ужас. Она изогнулась, стараясь высвободиться из его объятий, не обратив даже внимания на фамильярность его обращения.

– Я слышала только шум… – Алисия, извиваясь, высвободила талию из его рук и вздохнула свободнее. – Ужасный шум. Будто какое-то привидение…

Она почти увидела в темноте его ухмылку.

– Это просто крик филина, прозвучавший только что. Если это все, что вы слышали, то с ним вам было бы безопаснее, чем со мной.

С этим идиотским замечанием он приложил ладони ко рту и издал вопль, который оглушил бы даже черта, окажись он рядом. Алисия зажала уши и с негодованием посмотрела на него.

– Что это вам вздумалось проделывать такое? Мне достаточно было и одного раза.

Трэвис взял ее за плечо и повернул в ту сторону, откуда она пришла.

– Я хочу продемонстрировать вам, насколько глупо гулять одной по лесу.

Из тени деревьев выступила неясная фигура. Даже в темноте Алисия различила почти полную наготу краснокожего человека, находившегося не более чем в трех ярдах от того места, где они стояли. Если бы не крепко удерживавшая ее рука Трэвиса, она бы в панике бросилась бежать.

– Вот ваш филин, – пробормотал он, а потом негромко заговорил на незнакомом языке.

Индеец настороженно приблизился, и Алисия смогла различить пугающие шрамы от покрывавшей его грудь и плечи татуировки. Она отвела взгляд от его штанов из оленьей кожи, прикрывавших его наготу, и порадовалась крепкой руке, обнимавшей ее. Она теснее прильнула к Трэвису, но он, казалось, не обратил на это внимания.

Мужчины обменялись несколькими короткими фразами, после чего индеец обратил свой взгляд на Алисию. В этот момент Трэвис стянул с ее головы капор, открыв взору индейца рассыпавшиеся густые темно-каштановые волосы и испуганные синие глаза.

– Бледнолицая, – насмешливо сказал индеец на чистейшем английском языке. – Ты становишься мягкотелым, Лоунтри.

Осознав вдруг, что они говорят о ней, Алисия высвободилась из-под руки Трэвиса и натянула капор на голову. Смерив негодующим взглядом своего проводника, она повернулась и поспешила к костру.

Вслед ей раздался их веселый смех.

Приблизившись к полдне, она услышала пение, сопровождавшееся игрой на губной гармошке, но, испытывая гнев и досаду, не стала задерживаться там, а, задевая юбками длинную сухую траву, направилась к реке. Теперь она знала, что Лоунтри всегда будет рядом с ней. Ей не следовало бояться членов его команды, но она должна постараться находиться подальше от их капитана.

Закрыв дверь в свой закуток на задвижку, Алисия обхватила себя руками и уставилась на тонкую перегородку, будто ждала, что она вот-вот исчезнет. Она не исчезла, но прошло совсем немного времени, и она услышала шаги на палубе возвратившихся на лодку мужчин.

Она ждала, вжавшись в узкую кровать и вслушиваясь в доносившиеся снаружи голоса и смех. Сердце ее перестало бешено биться в груди, но она все сидела, не в силах сдвинуться с места. Недавнее прикосновение рук метиса заставило ее оцепенеть. Она боялась, что он придет для того, чтобы снова трогать ее.

И вдруг она услышала мягкие шаги за дверью внутри каюты. Других мужчин отличала тяжелая поступь, они громыхали сапогами по палубному настилу. Она узнала эти шаги. Трэвис ростом был выше любого из членов команды, но ступал по-кошачьи мягко, почти неслышно. Алисия затаила дыхание, но, услышав шум передвигаемых бочонков недалеко от ее двери, облегченно вздохнула, поскольку уже знала, что таким образом он устраивается на ночлег.

Наконец расслабившись, Алисия сняла верхнюю одежду и в одной сорочке улеглась в постель. Из небольшого иллюминатора поступал свежий теплый воздух. Изможденная Алисия заснула почти мгновенно.

Она проснулась на рассвете от мягкого покачивания лодки. Мелкий дождь стучал по обшивке, и из иллюминатора тянуло утренней прохладой. У Алисии сильно скрутило живот, и она автоматически потянулась за ночным горшком, чтобы освободиться от позднего ужина.

Тихо постанывая, она завернулась в лоскутное одеяло и легла на узкую койку в ожидании, когда пройдет тошнота. Она думала, что это больше не повторится, но покачивание лодки вызвало у нее новые приступы. Если такие болезненные ощущения будут преследовать ее на всем пути до Сент-Луиса, она не выдержит этого путешествия.

Порыв ветра сильнее качнул лодку, и Алисия наклонилась, отрыгивая последние жгучие остатки ужина в горшок, стараясь не думать о том, какую злую шутку сыграл с ней организм. Думать – значило испытывать большие муки, чем она могла вынести. Так можно сойти с ума. Она должна действовать, заставить себя восстановить контроль над своей жизнью, хотя знала, что утратила возможность управлять ею еще несколько месяцев назад.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю