Текст книги "Тихая гавань"

Автор книги: Патриция Коллиндж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

«Не будь глупышкой, Сьюзен. У тебя слишком богатое воображение». Когда она снова поднесла к глазам бинокль, его уже не было.

Но он появился и на следующий день, и через день.

Сьюзен, как только могла, старалась не замечать его. Каждый раз, когда она смотрела на «Красу островов», знакомый отблеск резал ей глаза.

Наконец у нее уже не оставалось сомнений.

За ней следили.

Глава 7

Сьюзен смотрела не веря своим глазам. Человек стоял на обычном месте, и его силуэт вырисовывался отчетливее, чем когда-либо. Испытывая болезненное ощущение страха, она опустила бинокль. К горлу подступила тошнота.

Она задернула шторы и съежилась.

– Нет, – прошептала Сьюзен, обхватив себя руками. – Они не могли меня найти. Я была так осторожна, так…

Вдруг ее осенило. Джудит Барроу! Каждый раз, когда они разговаривали, неизменно затрагивалась тема, что Сьюзен живет одна на отдаленном острове.

Огромный груз свалился с плеч Сьюзен.

Стало быть, Джудит выследила ее и пытается убедиться, что она в целости и сохранности.

Сьюзен едва не рассмеялась. Вскочив на ноги, она поспешила к телефону и быстро набрала номер Джудит.

– Все в порядке? – поинтересовалась та, услышав голос Сьюзен.

– Ты же знаешь, что да, – недовольно ответила Сьюзен.

Последовала пауза.

– Что ты хочешь сказать?

Сьюзен вздохнула.

– Отзови своих шпионов, Джудит. Со мной все в порядке. Я в целости и сохранности. Я не нуждаюсь в твоем присмотре.

На этот раз пауза была длиннее.

– О чем ты говоришь?

Уверенность Сьюзен пошатнулась.

– О твоем болване на «Красе островов». Каждый раз как я туда смотрю, он… – Она услышала резкий вздох на другом конце провода. – Джудит, ты ведь подослала кого-то, ведь правда? – Сьюзен не смогла унять дрожь в голосе.

Опять последовала пауза.

– Я даже не знаю точно, где ты. Забыла? – тихо напомнила Джудит.

Комната поплыла у Сьюзен перед глазами.

– О Боже, – прошептала она, опускаясь на диван. – Что же мне делать?

– Успокойся, Сьюзен. – Голос Джудит звучал твердо. – Я уверена, что ты напрасно беспокоишься. На самом деле… – Из телефонной трубки донеслось шуршание листов бумаги. – Я только что получила отчет о поведении Эда Бака в тюрьме. Кроме его адвоката и женщины, которая назвалась его женой, к нему никто не приходил. И письма ему не приходили, за исключением деловых и одного от жены.

Она услышала постукивание в телефонной трубке и вспомнила привычку Джудит барабанить пальцами по столу во время глубоких раздумий. Она ждала с сильно бьющимся сердцем.

– Я не хотела говорить тебе ничего об этом, но… мы предложили ему сделку, чтобы он сказал нам, где находятся его головорезы. Он с удовольствием назвал нам их имена, уверенный, что они поделили между собой деньги, а его бросили расхлебывать кашу, – наконец снова раздался голос Джудит.

До Сьюзен не сразу дошел смысл сказанного.

– Сделку? Вы заключили сделку с человеком, убившим моего мужа?

– Не горячись, Сьюзен. Я сказала, что мы предложили ему сделку. Но он не сказал нам, где они, поэтому со сделкой ничего не получилось. – Джудит сделала паузу. – Просто я хочу сказать, что им нет никакого смысла гоняться за тобой. Эд отбывает свое, а остальные трясутся за свою шкуру.

Негодование Сьюзен растаяло.

– И ты считаешь, что мне нечего волноваться? – озабоченно спросила она. Ее пальцы болели от того, что она изо всех сил сжимала телефонную трубку.

– Сьюзен, мне кажется, что сейчас меньше всего они думают о тебе. – Голос в трубке звучал уверенно. – И ты надежно укрылась.

Напряжение в теле Сьюзен внезапно исчезло. Ей захотелось расхохотаться.

– О, Джудит, я себя чувствую абсолютной дурой. Мне не следовало беспокоить тебя.

– Глупости, – перебила Джудит. – После всего пережитого тебя трудно винить за подозрительность. – Она коротко засмеялась. – И все же я хочу, чтобы ты перебралась поближе к людям.

Но как только Сьюзен повесила трубку, тревога навалилась на нее с новой силой. Если это не компания Эда Бака, то кто же тогда следит за ней? И почему он там?

Ник!

Эта мысль обрушилась на нее с оглушающей очевидностью. «Краса» принадлежит Нику, и люди, находящиеся на борту, работают на него.

Он шпионит за ней!

Сьюзен почувствовала, что комната поплыла. Гнев переполнил ее.

Он не имеет права. Она доверяла ему!

Подавив ярость, она подошла к окну и украдкой бросила взгляд сквозь щель между шторами. Фигура находилась на прежнем месте.

Доброжелательностью и обаянием он пытался усыпить ее бдительность, а она вела себя как послушная маленькая овечка. Но довольно. Теперь она перестроит свою оборону и будет следить за каждым его шагом. Одно неверное движение – и она тут же покинет остров.

Ник оставил машину под деревьями за коттеджем Сьюзен. Он только что отослал рукопись своей книги и теперь чувствовал себя превосходно.

Обуздав порыв пуститься бегом, он пошел вдоль тропинки. Прошло всего несколько дней, с тех пор как он встречался с Энни, но ему уже не терпелось снова увидеть ее лицо.

Сегодня он поведет ее на ужин в «Прибрежный отель», самый изысканный ресторан на острове. Ему очень хотелось отпраздновать начало пути своей книжки.

Конечно, об этом он ей не скажет, а выдумает какой-нибудь предлог.

Выходя из-за деревьев, он бросил взгляд на «Красу островов», стоящую на якоре. Старая посудина выглядела пока без изменений, но работа спорилась.

Насвистывая, он одним махом одолел ступеньки крыльца и громко постучал в дверь. Отклика не последовало, и он снова постучал.

Наконец он услышал звук ключа, поворачиваемого в замке. Его пульс участился, он улыбнулся в предвкушении. Когда дверь открылась, он удивленно отпрянул, увидев хмурое лицо хозяйки дома.

Ник почувствовал, как улыбка сползает с его лица.

– Энни, как дела? – спросил он после небольшой паузы.

– Привет, Ник. – Она поколебалась, а потом отступила в сторону с суровым выражением на лице. – Может быть, зайдешь?

Пройдя за ней на кухню, он молча стоял, а она направилась к холодильнику.

– Тебе холодного чаю или колы? – От ее взгляда по-прежнему веяло холодом.

– Хорошо бы холодного чаю. – Ник наблюдал, как она ставит на стол кувшин и берет кубики льда. В полной тишине Сьюзен достала два стакана и наполнила их.

Приглашающе кивнув ему, она прислонилась к столу и принялась пить чай.

Ник поставил свой стакан.

– Что произошло, Энни? Ты злишься на меня?

Она замялась.

– Ну что ты. Все замечательно.

Ник нахмурился.

– А почему ты стоишь?

Она покраснела и с натянутой улыбкой уселась на стул напротив.

– Уже лучше, – примирительно улыбнулся он. – Ну так чем же ты занималась?

Через открытую дверь он видел раздвинутые шторы, но жалюзи на окне закрывали обзор. Он перевел взгляд на Сьюзен.

На ее лице застыло настороженное выражение.

– Я работала над набросками интерьера «Красы», – отозвалась она. – Хочешь взглянуть? – Вскочив, она направилась в гостиную.

Ник поймал ее за руку.

– Энни, что случилось? – мягко спросил он.

– Ничего не случилось, – прошептала Сьюзен, отводя глаза. Она почувствовала, что ее сомнения начали таять.

Она попыталась выдернуть руку, но он не отпускал ее. В его глазах посверкивала досада, он поднялся и приблизил к ней лицо.

– Черт побери, Энни. Я чувствую, что-то случилось. Что?

– Пусти меня, Ник.

Она попыталась увернуться от него, но он сжал ее руку еще крепче.

– Нет. Не отпущу, пока не узнаю, почему ты так себя ведешь. – Его взгляд требовал ответа.

Сьюзен сжала губы и пристально посмотрела на него.

– Почему ты установил за мной слежку?

Он удивленно уставился на нее:

– Что ты имеешь в виду?

Сьюзен иронически рассмеялась.

– Ты знаешь, что я имею в виду. Твоего шпиона на «Красе». – Резким движением она высвободилась. – Я ничего не понимаю, Ник. Я приехала сюда в поисках уединения, и…

– Энни, поверь мне, – перебил он. – Никто не шпионит за тобой.

– Не лги.

Мозг Ника судорожно работал. Вдруг его осенило. Стив что-то говорил о детях, шаливших на борту судна, пока бригада работала в трюме. Может быть, он установил наблюдение, чтобы не подпускать их?

– …И каждый раз, когда я смотрю туда, он… – Ее голос сделался хриплым и злым.

– Послушай минуту, Энни. Это не то, что ты думаешь.

– Вот как? Ты можешь объяснить? – язвительно усмехнулась Сьюзен.

Ник вздохнул.

– Никто за тобой не следит. Просто на палубе «Красы» баловались дети, пока рабочие работали в машинном отделении. – Он заметил, что взгляд Энни смягчился. – Они прокрадывались на борт, и Стив боялся, что они покалечатся. Он поставил человека наблюдать за ними.

Ее глаза наполнились слезами. Ему вдруг все стало ясно. Сьюзен боится. Поэтому она такая колючая и раздражительная.

Он привлек ее к себе и крепко обнял. Нежно покачивая ее, он шептал утешительные слова, поглаживал ей спину медленными успокаивающими движениями.

Сьюзен почувствовала, как напряжение постепенно оставляет ее тело. Так приятно было ощущать руки Ника, сомкнутые вокруг нее, такие надежные и теплые. Она никак не могла оторваться от него.

Он слегка отстранился и посмотрел ей в глаза. Их взгляды встретились. Он медленно наклонил к ней голову. Она зачарованно смотрела, как приближаются его губы.

Это опасно. Она должна вырваться и убежать. Но тело отказывалось повиноваться.

Ее сердце трепетало. Его настойчивые губы соприкоснулись с ее ртом. Она пыталась побороть свой невольный отклик, старалась унять волну жара.

Но тщетно… Прикосновение Ника обожгло ее, разлетевшись искорками наслаждения по всему телу.

Со вздохом она отдала себя во власть его губ, его объятий.

Боже, что она делает? Она не может позволить себе близости с Ником. Это будет угрозой ее безопасности – и его. Они будут преследовать и его тоже.

Она изо всех сил уперлась руками Нику в грудь, пытаясь оттолкнуть его. Не успел он опомниться от удивления, как она метнулась от него и забилась за стол, плотно скрестив на груди руки.

– Я хочу, чтобы ты ушел, Ник, – пробормотала она, не в силах поднять на него глаза.

В два часа ночи она внезапно проснулась от сильного сердцебиения. Она лежала в постели, тревожно прислушиваясь.

Тусклый свет от лампы на ее туалетном столике отбрасывал длинные тени на потолок. Одна из них была похожа на руку, тянущуюся ней. Вздрогнув, она перевернулась на бок и повыше натянула на себя одеяло.

«Успокойся, Сьюзен». Она заставила себя закрыть глаза и расслабиться. Она уже стала погружаться в дрему, когда раздался глухой стук за окном, такой тихий, что она скорее почувствовала его, чем услышала.

Все ее чувства обострились. Осторожно, стараясь не шуметь, она откинула одеяло и соскользнула с постели.

Подойдя на цыпочках к шкафу, она открыла дверцу и протянула руку к верхней полке. Сердце гулко билось, пока она шарила между коробок над головой. Где-то здесь находилось ружье Грега.

Теперь она слышала еле различимый скребущий звук по оконной раме.

Наконец ее пальцы сомкнулись вокруг холодного металла. Она знала, что ружье заряжено. Она позаботилась об этом два года назад, сразу же после гибели Грега.

Когда Грег купил ружье, за несколько месяцев до своей смерти, он повел ее на полигон и показал, как стрелять. Целиться она не умела. Что, если она выстрелит и не попадет?

Скребущий звук усилился. Сьюзен почувствовала, как ее легкая рубашка становится мокрой от пота. Набрав побольше воздуху в легкие, она повернулась и скользнула через комнату, держась поближе к стене.

В дверях она остановилась и прислушалась. Есть ли кто-нибудь в доме? На мгновение ее сковал страх, но она подавила его.

Все было тихо. Сьюзен с облегчением вздохнула.

Держа ружье наготове, она скользнула за угол к выключателю в коридоре.

Слава Богу, она заставила мастера установить в доме выключатель для наружного освещения. Если бы она догадалась установить еще и сигнализацию.

Сзади дома послышался едва уловимый скрип. Сьюзен почувствовала, как волосы у нее на затылке встают дыбом. Прижимаясь спиной к стене, она продвигалась к рубильнику, ее слух настороженно ловил каждый шорох. Оставалось всего несколько шагов.

Внезапно она задела плечом гравюру, висевшую в раме на стене. Сьюзен попыталась поймать ее, но она грохнулась на пол. Сьюзен застыла. В тишине стук ее сердца отдавался, как стук молота о наковальню. Снаружи снова раздался скрип, на этот раз громче.

Ее охватил ужас.

Уже не заботясь о том, чтобы передвигаться бесшумно, она заспешила к выключателю. Она обтерла влажную руку о ночную рубашку и нащупала рубильник. Скрип внезапно оборвался, и Сьюзен услышала звуки шагов, быстро удаляющихся по лужайке в направлении воды. Девушка метнулась в переднюю комнату и отдернула шторы.

Вокруг дома было светло как днем. Но дальше сгущалась чернота безлунной ночи. Три темные фигуры метнулись к пирсу. До нее еле слышно донеслось шуршание лодки по гравию. Через несколько секунд она различила темные контуры, скользящие над водой.

Кто были эти люди? Что они здесь делали? Она снова тревожным взглядом окинула воду, но тщетно. Лодка исчезла.

Спотыкаясь, Сьюзен добрела до дивана и опустилась на мягкие подушки. Она осторожно наклонилась вперед и трясущимися руками положила оружие на стол. Оно загремело о деревянную поверхность, разразившись зловещим грохотом в тишине комнаты.

Сьюзен метнула затравленный взгляд в темноту и откинулась на спинку. Неужели все начинается сначала? Она этого не вынесет. Всхлипнув, она подтянула колени к груди и плотно обхватила их руками. Что ей теперь делать? Откуда ждать помощи?

Шериф. Она позвонит ему. Она решительно поднялась с дивана, но тут же остановилась.

Сможет ли он оказать необходимую помощь? В Сан-Франциско полиция могла предложить ей сочувствие, но не помощь. Разве можно рассчитывать на лучшее здесь, в глухом, пустынном месте?

Если Сьюзен позвонит шерифу, то сразу же возникнет масса вопросов, которые ей не хотелось затрагивать.

Она снова опустилась на подушки. Страх начал окутывать ее. Ей необходимо поговорить с кем-нибудь, услышать человеческий голос.

Ник?

Она старалась изгладить из памяти ощущения, которые он в ней пробудил. Но она так нуждалась в утешении и поддержке, которые мог дать только он.

Подняв трубку, она немного помедлила. Потом, не давая себе времени на долгие размышления, набрала его номер.

Ник нажал на тормоз «ягуара», и его круто занесло у самой гавани. Отсюда уже рукой подать до поворота к дому Энни. Он сдержал желание посильнее надавить на газ.

Все ли у нее в порядке? Ее голос дрожал, когда она рассказывала ему о том, что произошло. Какая удача, что его редактор позвонил днем с просьбой внести кое-какие изменения. Иначе он провел бы эту ночь в Сиэтле, далеко за пределами острова.

Он взглянул на часы с подсветкой на приборном щитке. Почти четыре. Два дня прошло с тех пор, как видел ее. Несмотря на тревогу, его переполняла радость.

Даже издалека он видел сияние огней вокруг коттеджа. Припарковавшись возле ее автомобиля, он выхватил ключи от зажигания и побежал вдоль дорожки.

Возле двери он остановился. В глаза бросилась содранная облицовка. Крыльцо было усеяно обломками дерева и щепками. Кто-то пытался взломать дверь.

У Ника пересохло во рту. Он постучал. В такой глуши Энни оказалась бы беспомощной, если бы им удалось проникнуть в дом. У него внутри все сжалось.

Он снова постучал, стараясь успокоиться. Ни у кого не могло быть причин охотиться за Энни. Вероятно, это хулиганили подростки. Увидев зашторенные окна, они, наверное, подумали, что никого нет дома.

Эта мысль слегка успокоила его. Теперь, узнав, что в доме живут, они будут держаться от него подальше.

– Кто там? – По ее голосу чувствовалось, что она на грани истерики.

– Ник, – поспешил отозваться он. – Впусти меня, Энни.

Он услышал скрежет ключа в замке, потом дверь слегка приоткрылась.

– Слава Богу, ты здесь. – Она облегченно вздохнула.

Он протиснулся в узкую щель и закрыл дверь, повернув ключ в замке. Потом внимательно посмотрел на нее.

Она стояла перед ним, с большими испуганными глазами и растрепанными волосами, словно только что поднялась с постели. На ней была тонкая хлопчатобумажная рубашка, едва достававшая до колен, с надписью впереди: «Мое сердечко в Сан-Франциско».

Заметив эти слова, Ник удивился, но тут же забыл о них. Ее вид породил в нем невероятное волнение. Он поборол свое желание.

– Энни, с тобой все в порядке? – Ему хотелось подхватить ее на руки.

– О, Ник, я так боюсь. – У нее на глаза навернулись слезы.

Все его самообладание исчезло. Одним движением он прижал ее к себе.

– Ах, милая моя, я знаю, знаю. – Он откинул назад ее волосы и большим пальцем нежно вытер слезы, льющиеся из глаз. – Все в порядке. Я здесь.

К его неописуемому удовольствию, она прильнула к нему, положив голову на грудь. Он ощутил в себе желание защитить ее.

На мгновение они замерли. Она обхватила его руками, его рука медленно поглаживала ей спину. Он шептал ей слова утешения. Потом поднял ее и понес в гостиную.

Там царил полумрак. Только наружный свет, пробиваясь сквозь щели в занавесках, освещал комнату. Ник осторожно усадил ее на диван.

– Не уходи. Пожалуйста. – Она прижалась к нему, не желая отпускать его от себя.

– Все в порядке, милая, я не оставлю тебя. – Протянув руку, он включил напольную лампу возле дивана. Комнату озарил мягкий свет.

На кофейном столике лежало ружье. Его вид успокоил его. По крайней мере у нее имелась хоть какая-то защита.

Наклонившись к ней, он откинул волосы с ее лица. Ее губы слегка приоткрылись в такой близости, что он едва мог сопротивляться их бессознательному призыву.

– Ну а теперь расскажи мне, что произошло, – нежно прошептал он.

Она закусила губу.

– Они охотятся за мной. Я знаю. – В глазах у нее стояло безумие.

Ник пристально посмотрел на нее. О чем она говорит? Может быть, она психически нездорова? Он постарался скрыть озабоченность.

– Милая моя, никто за тобой не охотится. Не волнуйся.

Она попыталась высвободиться из его объятий.

– Ник, ты не понимаешь. – Ее лицо исказилось от ужаса. Она отвернулась.

Ник почувствовал себя беспомощным.

– Энни, о чем ты говоришь? – Он протянул к ней руку, но она оттолкнула ее. – Энни, не надо! – Он схватил ее за руки и с силой сжал их. – Успокойся, любовь моя. Тебе нечего бояться.

Неожиданно ее стала бить крупная дрожь. Боже, что случилось? Он обхватил ее руками и стал раскачиваться. Эта дрожь говорила об обуявшем ее ужасе красноречивее всяких слов.

– Скажи мне, Энни. Я хочу понять, что с тобой случилось. Пожалуйста, любовь моя. Не держи это в себе.

– Я не могу, – всхлипнула она. – Это слишком опасно.

– Но я могу помочь тебе, – настаивал Ник.

Вдруг ее сопротивление сломалось. Она обессиленно упала ему на руки и закрыла глаза.

– Что, Энни?

– Они хотят убить меня, Ник. – Ее голос звучал ровно и бесцветно. – И если я скажу тебе почему, они убьют и тебя.

Глава 8

Ник смотрел на нее недоверчиво.

– Это правда, – зашептала она. Заметив недоверие на его лице, она закрыла глаза и отвернулась. – Я знала, что ты мне не поверишь.

– Нет, нет, милая. Я знаю, что ты сегодня очень расстроена. – Он еще крепче сжал ее в объятиях, все-таки сомневаясь в ее словах. Да, он не поверил ей. – Кто-то хочет убить тебя? Но почему ты так думаешь?

Она не ответила. Слезы тихо катились по ее щекам.

Ник нежно смахнул их.

– Скажи мне, Энни. Я позабочусь о твоей безопасности.

– Ты не сможешь. Никто не сможет. – Она отстранилась от него, передвинулась на другой конец дивана и съежилась в углу. Ее плечи сотрясались от беззвучных рыданий. – Я жалею, что позвала тебя. Уходи, пожалуйста.

– Не глупи. Я тебе нужен. – Он положил ей руку на плечо. – И я не уйду, пока не узнаю правду.

Сьюзен подняла голову и увидела на его лице беспокойство и решимость.

– О, Ник, я так боюсь, – выдохнула она. – Эти люди… – Она помолчала и продолжила: – Пару лет назад мы с Грегом, моим мужем…

По лицу Ника скользнуло удивление. Сьюзен почувствовала, как сжались его пальцы.

– Да, я была замужем. Более трех лет. – Она сделала паузу. – Мы шли по улице, когда… когда… – Ей сдавило грудь от развернувшейся перед глазами сцены.

Ник слушал в ошеломленном безмолвии, желая утешить, но понимая, что сейчас не время для этого. Запинаясь, она описывала ужас того дня и боль, что пришла после. Месяцы, проведенные в больнице, ее горе из-за того, что она не смогла быть на похоронах двух дорогих ей людей.

Сцепив пальцы так, что они побелели, она рассказала о процессе и тех ужасных угрозах, которые выкрикивал Эд Бак, когда его уводили из зала.

– Я думала, если он в тюрьме, я смогу жить спокойно. Но я не смогла. Я все время боялась, все время оглядывалась, – всхлипывала она. – Поэтому я сменила имя и бежала.

Она застыла в молчании.

– А теперь они меня нашли.

Отчаяние в ее голосе тронуло его до глубины души.

В голове у Ника крутились вопросы. Откуда она приехала? Знает ли кто-нибудь, что она здесь? Нашли ли остальных преступников? Но он отбросил эти мысли.

– Мне так жаль, Энни, – мягко произнес он. – Ты прошла через такие ужасные страдания.

– О Боже! – Вырвавшись от него, она вскочила. – Что я наделала! – Она металась взглядом по комнате, словно в поисках выхода.

– Энни, успокойся! – Ник вскочил на ноги и крепко обнял ее за плечи. – Все в порядке, дорогая. С тобой не случится ничего плохого. Ты в безопасности. Я позабочусь об этом.

Она отрицательно помотала головой.

– Как ты не понимаешь, Ник. Они знают, где я нахожусь. Они не успокоятся, пока я не буду мертва. – Ее глаза наполнились слезами. – А теперь, когда я тебе обо всем рассказала, ты тоже в опасности.

Прежде чем она успела ускользнуть от него, он обвил ее руками и прижал ее голову к своему плечу.

– Тебе не о чем бояться, милая. Я с тобой, – прошептал он в аромат ее волос. Он поглаживал ее спину медленными успокаивающими движениями. – Вот так. Просто расслабься, – бормотал он, стараясь не замечать гладкой кожи под тонкой тканью и не дать воли рукам ласкать ее хрупкое тело.

Какое-то время они стояли в молчании. Наконец Энни отстранилась.

– Ник, я сейчас уже в порядке. – Она улыбалась, но Ник видел, как нелегко ей это дается. В ее глазах затаилась тень страха.

– Уверена?

Она кивнула, но он не очень-то ей поверил.

– Я уже успокоилась и смогу заснуть, так что ты возвращайся к себе. – Она отвела взгляд.

Неужели она в самом деле считает, что он сможет оставить ее одну? Ник вздохнул.

– Я никуда не уйду.

– Но, Ник…

– Энни, не спорь. Я останусь здесь просто на тот случай…

Она вскинула голову.

– Уж не думаешь ли ты, что они вернутся?

– Милая, я уверен, что это подростки. Может быть, те же самые, что слоняются возле «Красы». – Увидев сомнение на ее лице, Ник ободряюще улыбнулся. – Между прочим, человек, которого ты видела, действительно следил за детьми.

Тревога в ее глазах уменьшилась, но сомнение все-таки осталось. Прежде чем она успела что-либо возразить, Ник подошел поближе и поднял ее на руки.

– Где у тебя тут спальня?

Она, поколебавшись, кивнула в сторону темного коридора.

– Отлично. – Он направился туда. – Я собираюсь тебя сейчас уложить. А утром мы подробно обо всем поговорим.

Сьюзен пробудилась со стоном на устах. Они гнались за ней – темные бесформенные фигуры, приближаясь все ближе и ближе. Ее сердце неистово колотилось, и она никак не могла справиться с дыханием.

Постанывая от ужаса, она попыталась выбраться из постели, но ноги ее не слушались.

Она перекатилась на другой бок, отчаянно пытаясь выбраться. От этого движения простыни закрутились вокруг нее.

Вдруг над ней замаячила чья-то фигура. Боже правый, они уже здесь!

В отчаянии, набрав полные легкие воздуха, она закричала.

– Энни, это я, Ник.

– Нет! Нет! Уходи! – Она неистово пыталась отстраниться.

– Все в порядке, Энни! – Сильные руки сжали ее так, что она не могла шелохнуться. – Успокойся, любовь моя. Ты в безопасности.

– Ник? Это в самом деле ты? – прошептала она. Ее сердце продолжало бешено колотиться, но парализующий страх начал отступать.

– Я здесь, дорогая. Тебе приснился плохой сон.

– Я не вижу тебя. – Она попыталась сесть в постели.

– Погоди минуту.

На комоде зажглась лампа, озарив комнату спасительным светом.

Чувство огромного облегчения охватило Сьюзен. Ник стоял всего лишь в двух шагах, оглядывая ее встревоженным взглядом.

– Так лучше? – Он подошел к кровати и протянул руку.

Она никак не могла встать, и Ник понял, в чем дело.

– Успокойся, милая. – Он распутал простыни, замотавшиеся вокруг ее тела. – Ну вот. Так лучше.

Сьюзен села. От холодного воздуха по ее рукам и ногам забегали мурашки.

– Спасибо, Ник, я… – Слова застряли у нее в горле под его пристальным взглядом. Она нервно одернула рубашку, натянув ее как можно ниже на ноги.

Ник отвернулся и принялся поправлять постель.

– Я сама! – воскликнула Сьюзен, вскочив на ноги.

– Оставь, Сьюзен, – резко остановил он ее.

Сьюзен смотрела на него. Тусклый свет подчеркивал мужественность его черт и скрадывал выражение глаз. Атмосфера в комнате наэлектризовалась.

Ее охватило долго подавляемое желание, которое пересилило даже сумрачный страх, затаившийся в глубине души.

Повисла гнетущая тишина. Метнувшись в ванную, она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, хватая ртом воздух.

Чувства к Нику, которые она так старательно прятала, готовы были вырваться из-под контроля. Малейший шаг с его стороны – и она знала, что не сможет удержать себя.

Ник в это время старательно заправлял постель. Простыни еще хранили аромат девушки. Он поднимался к Нику дурманящим облаком. Дуглас еле сдерживал желание погрузиться в них лицом и вдыхать в себя этот сводящий с ума запах.

В ванной стояла тишина. Тяжело опустившись на стул возле окна, он ждал ее. Долго ждал.

Цифры на часах сменялись с мучительной медлительностью, действуя на Ника усыпляюще. Подушки на кресле были такими мягкими и удобными. Ник зевнул. Потом еще раз. Его веки отяжелели. Он заснул.

Сьюзен сидела на краю ванны, прислушиваясь к шорохам за дверью. Сначала она слышала, как Ник расхаживал по комнате, потом наступила тишина. Станет ли он дожидаться, когда она выйдет? При этой мысли у нее во рту пересохло.

Но не могла же она прятаться в ванной весь остаток ночи. Поднявшись, она еще минуту прислушивалась. Тихо. Он, вероятно, ушел в гостиную.

Сьюзен потянулась к большому белому махровому халату и набросила его, затянув потуже пояс. Затем повернула ручку и открыла дверь. Она увидела застеленную постель, но Ника не обнаружила.

Подавив необъяснимое чувство разочарования, она выключила свет в ванной. Остановившись возле кровати, развязала пояс на халате и начала снимать его. И тут ее взгляд упал на Ника, спящего в кресле.

Охнув, она плотно запахнула халат. Ей лучше разбудить его. Подойдя к креслу, она протянула руку.

Нет! Одно прикосновение – и от ее стойкости не останется и следа. Она отдернула руку и засунула ее в карман халата. Уж лучше оставить его так.

Подойдя на цыпочках к шкафу, она открыла дверцу, стянула с полки одеяло и, осторожно развернув его, укрыла Ника.

Нику снился горячий песчаный пляж и Энни, сидящая рядом с ним и натирающая его лосьоном для загара. Это солнечное тепло и ощущение ее рук пробудили в нем почти болезненное желание.

Он со стоном потянулся к ней.

– Ник, не надо!

Пляж исчез, и Ник открыл глаза.

Ее лицо находилось всего в нескольких дюймах от него. О Боже, его сон воплотился в реальность! Эти губы, слегка приоткрытые, будто ожидали поцелуя. Она сделала тщетную попытку отстраниться.

Он припал к ее губам в глубоком, страстном поцелуе. Мгновение она сопротивлялась, а потом с тихим стоном отдалась его объятиям.

Спустив одеяло, а потом и вовсе отбросив его, Ник прижал ее к себе. Он проник языком глубоко ей в рот, и она втянула его еще глубже сильными жадными глотками.

Он дотронулся до ее груди. Ее соски напряглись и стали тугими. Он ласкал их, легонько сжимая двумя пальцами сквозь тонкую ткань.

Сьюзен испустила вздох наслаждения, ощущая, как руки Ника скользят по ее телу. Они были нежными, но уверенными, безошибочно находя каждое чувствительное местечко и рассыпая искорки наслаждения по всему телу.

– Ах, милая моя, – прошептал Ник, – милая, милая. – Его рука спустилась ей на бедро, потом поднялась выше и откинула ночную рубашку.

Она вздрогнула, когда его руки отыскали ее грудь, потом сосок. Он приподнял Сьюзен, комкая в руках ночную рубашку. Она подняла руки, давая ему снять ее.

Его губы припали к ее соску, руки гладили ей живот, потом сползли вниз, к ложбине между ног.

Она затаила дыхание в предвкушении ощущения, когда его пальцы, пробравшись сквозь шелковистые темные завитки, найдут крошечную налитую шишечку, трепетно ждущую его прикосновения.

Он поднял голову от ее груди.

– Боже мой, Энни, как я хочу тебя.

Она тоже хотела его, и это желание было столь велико, что все мысли о сопротивлении вылетели у нее из головы.

– Да, Ник. О да, – выдохнула она. Она приподняла голову и заглянула в зеленую глубину его глаз.

В едином порыве они поднялись с кресла и пошли к кровати, целуясь и гладя друг друга, останавливаясь, чтобы сорвать с Ника рубашку, джинсы, белье.

– Ах Энни, – проговорил он, прижимая ее к себе.

Ощущение его теплого тела, ощущение жесткого бугра, вдавившегося в основание живота, вызывало в ней нестерпимое возбуждение. Она провела ногой по его ноге.

Он судорожно сглотнул и приподнял ее с пола, жадно отыскивая ртом ее груди. Сьюзен обхватила его ногами вокруг талии и почувствовала, как его тугая плоть скользит по ее лону.

– О Боже, Энни, ты сводишь меня с ума, – выдохнул он.

Она придвинулась к нему, и он снова охнул. Они упали на постель в беспорядочном сплетении рук и ног. Дрожащими руками Ник пытался отыскать влажную жаркую расщелину между ее ног.

Слепящие вспышки наслаждения начали сотрясать ее тело.

– Сейчас, Ник, пожалуйста, – умоляла она. Ее мольбы сменились стонами удовольствия, когда он погрузился в нее, переполняя собой.

На секунду они остановились, наслаждаясь полным слиянием. Потом начали движение, все убыстряя и убыстряя темп, пока на них не обрушился сотрясающий взрыв наслаждения, возносящий их на вершину блаженства.

– Энни! – вскрикнул Ник.

– Ник, о-о… – задохнулась она.

Они тяжело дышали, не в силах пошевелиться от усталости.

Наконец Ник нежно поцеловал ее и перекатился на бок.

– Не уходи, – еле слышно пробормотала Сьюзен, протягивая к нему руку.

Он коротко засмеялся и поймал ее руку, подняв ее, чтобы поцеловать каждый пальчик.

– Я не ухожу, любовь моя. – Он водил языком по ее ладони.

Она лежала расслабленная и сонная, с легкой улыбкой на губах.

Ник облокотился на руку и смотрел на нее. С выражением нежности на лице он отвел локон с ее лица и поцеловал.

– Я мечтал об этом, Энни, – обнимать тебя, любить тебя. Надеюсь, ты счастлива так же, как и я.

Она провела пальцем вдоль его бровей, потом губ.