Текст книги "Развод. Ты нас (не) сломал (СИ)"

Автор книги: Панна Мэра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Глава 10

Таня

Я закрываю за нами дверь и только тогда позволяю себе выдохнуть. Квартира встречает привычной тишиной. Тёплой, домашней, спасительной. Здесь всё понятно, и все знакомо. Даже запах пиццы из коробки, оставленной на столе и разбросанные кроссовки у порога – все стало здесь родным.

– Мам, – Ваня снимает куртку и вдруг останавливается. – А почему ты соврала тому дяде?

Я замираю.

Сердце будто делает резкий кульбит и на секунду останавливается. Я знала, что этот вопрос прозвучит. Боялась его. Откладывала. Прятала глубоко внутри, надеясь, что смогу ещё немного пожить в иллюзии, что Ваня просто ничего не заметил.

– В смысле? – тяну время, хотя прекрасно понимаю, о чём он.

– Ну… – он пожимает плечами, – ты сказала, что я не твой сын. И что ты просто меня забираешь. Почему ты так сказала? Дело в этом дяде? Или во мне?

Я медленно снимаю куртку, вешаю её на крючок. Все внутри сжимается.

Как-то в раннем детстве у нас уже был разговор с Ваней. Тогда он только начинал учиться анализировать информацию. Ходил в садик, где дети обсуждали свои семьи: маму, папу, братиков. И тогда Ваня спросил у меня. Один единственный раз. Почему у него нет папы?

И я ответила честно. Настолько, насколько могла. Я сказала, что его отец меня предал. Что мне пришлось уйти. Что мы остались вдвоём.

Он тогда просто кивнул. Маленький, серьёзный, будто сразу всё понял. И больше не спрашивал.

А я… я была благодарна за это молчание.

– Мам? – он подходит ближе. – Ты чего?

Я разворачиваюсь и вижу его лицо. Родное. Открытое. С тем самым упрямым взглядом, который сегодня так резанул меня на стадионе. Больше нельзя.

Я опускаюсь на колени перед ним. Беру его ладони в свои. Они тёплые, шершавые от тренировок.

– Ваня, – начинаю тихо. – Я очень хотела защитить тебя.

– От чего? – он хмурится.

– От боли, от предательства, – слова даются тяжело, будто я вынимаю их из груди по одному. – Когда ты родился, я была одна. Совсем одна. Твой отец… он не дал мне ничего объяснить. Он буквально выставил меня за дверь. В тот момент я поняла, что не могу позволить, чтобы он снова причинил боль. Ни мне. Ни тебе.

Ваня молчит. Смотрит внимательно. Слишком взросло для своих лет.

– Но при чём тут тот дядя? – спрашивает он наконец. – Ты же говоришь про моего отца.

Я закрываю глаза на секунду. Потом открываю.

– Потому что… – голос предательски дрожит, – тот мужчина со стадиона и есть твой отец.

Тишина в квартире становится оглушительной.

– Что? – он моргает. – Тот… в костюме?

Я киваю.

– Его зовут Егор.

Ваня медленно отстраняется, садится на край дивана. Я остаюсь на коленях, будто не имею права подняться.

– Значит… – он подбирает слова. – Он знает про меня?

– Нет, – быстро говорю я. – Он не знает. И я хотела, чтобы так и оставалось.

– Почему?

Ваня смотрит на меня прямо. Без обиды.

Я сглатываю.

– Я боюсь. Боюсь, что он может причинить тебе боль. Или… – запинаюсь, – сделать что-то из злости. Из мести. Я слишком хорошо знаю, каким он может быть, когда уверен, что прав.

Ваня медленно встаёт и подходит ко мне. Делает шаг. Потом ещё один. Я не успеваю ничего сказать, как он обнимает меня за шею. Крепко, по-мужски, не по-детски.

– Всё хорошо, мам, – говорит он спокойно. Уверенно. – Я понял.

Я зарываюсь лицом в его плечо, и только сейчас позволяю себе закрыть глаза.

– Если я ещё раз встречу этого человека, – продолжает Ваня тихо, – я ему ничего не скажу.

Я отстраняюсь и смотрю на него. Он не отводит взгляд.

– Я презираю мужчину, который предал мою маму, – произносит он чётко. – И мне не нужен такой отец.

Глава 11

Егор

Я просыпаюсь раньше будильника.

Сон рвётся резко, будто меня выдернули из воды. Первое, что сразу всплывает в памяти – стадион. Асфальт парковки. Таня. И этот сероглазый пацан с веснушками.

Ваня кажется.

Я некоторое время лежу, глядя в потолок виллы, и прислушиваюсь к себе. По телу расползается странное напряжение, непривычное. Я привык просыпаться с чётким планом, с задачами, которые нужно решить. А сейчас в голове крутится один и тот же образ: серые глаза, веснушки, упрямый взгляд.

Глупо.

Я резко сажусь, откидываю одеяло. Душ. Кофе. Рубашка. Всё делаю на автомате. Но мысли всё равно возвращаются туда, где им быть не положено.

Я еду к стадиону сразу, как выхожу из дома. Всё равно ведь этот стадион по дороге на работу. Сделаю все дела, поговорю с тренером и спокойно поеду на объект своей новой спортивной школы.

Сейчас важно другое. Поставить точку в истории с этим мальчиком. Все прояснить. Без драмы. Просто деловой интерес. Я собираюсь открывать школу, инвестировать в молодых игроков. Логично знать, с кем имеешь дело.

И всё же где-то глубоко внутри сидит вопрос:

а правильно ли я делаю?

Я ловлю себя на этом и усмехаюсь.

Конечно, правильно. Я бизнесмен. Я обязан проверять информацию. Тем более если собираюсь предлагать сотрудничество. А если с мальчиком что-то не так: травмы, семья, документы, характер? Я должен знать всё заранее. Это не про Таню. Это про безопасность. Про расчёт.

Я повторяю это себе, пока машина катит по утренним улицам.

Стадион встречает привычной суетой. Тренеры, дети, родители. Я быстро нахожу нужного человека. Он собирает конусы и явно уже торопиться к следующей группе.

– Доброе утро, – начинаю уверенно. – Я основатель агентства Спорт плюс. Мы виделись с вами вчера. Подскажите, у вас будет еще пара минут?

Он смотрит на часы и кивает.

– Буквально две. Потом тренировка.

– Мне этого хватит, – отвечаю я. – Я вчера был на матче. Хотел уточнить про одного мальчика. Иван. Нападающий. Лет десять.

Лицо тренера сразу меняется. Он улыбается.

– А, Ваня. Конечно, знаю. Выдающийся пацан.

– Чем именно?

– Упёртый, – не задумываясь отвечает он. – Работоспособный. Очень коммуникабельный. Его все любят. И в команде, и тренеры. Не капризный, не звёздный. Голова на месте.

Он делает паузу и добавляет:

– Из него мог бы выйти большой игрок. Правда.

– «Мог бы»? – цепляюсь я.

Тренер вздыхает.

– Деньги. Всё, как обычно. Серьёзный спорт требует вложений. А его воспитывает мать-одиночка. Она старается, видно. Но одна… сами понимаете.

Что-то внутри меня сжимается.

Мать-одиночка.

– А как её зовут? – спрашиваю я как можно спокойнее. – Случайно не Татьяна Орлова?

Тренер качает головой.

– Нет. Точно нет. Фамилия другая. Да и зовут… – он на секунду задумывается, – хотя нет… имя не вспомню. Но Орлова. Точно нет.

Я незаметно выдыхаю.

Значит, Таня не соврала.

Или соврала не до конца.

– Понятно, – говорю после небольшой паузы. – Тогда можно контакт его мамы? Я хотел бы с ней поговорить. О будущем сына.

– Могу дать рабочий, – отвечает тренер, доставая телефон. – Она в онлайн-издательстве работает, вроде. Личный не даю, сами понимаете.

– Конечно, – киваю я.

Он диктует номер, я сохраняю. После этого тренер спешит к детям, а я остаюсь стоять у края поля.

Телефон тяжелеет в руке.

Я смотрю на экран.

На сохранённый контакт.

И думаю о том, что один звонок может расставить всё по местам.

Или перевернуть всё окончательно.

Глава 12

Я стою у машины, опираясь на капот, и смотрю на сохранённый номер. Рабочий телефон. Без имени. Просто цифры.

Почему-то тяну время. Хотя обычно я так не делаю.

Я привык действовать сразу. Звонить, договариваться, закрывать вопросы. Но сейчас внутри появляется странное сопротивление, будто организм предупреждает. Возможно, за этим номером скрывается то, что ты не хочешь знать?

Нет.

Чепуха все это.

Я Егор Орлов. И в бизнесе нет таких вещей, которые бы меня напугали.

Я нажимаю «вызов».

Гудок.

Второй. Третий.

– Алло? – в трубке раздается женский голос.

Я прислушиваюсь внимательнее. По-моему, он мне не знаком.

– Здравствуйте, – говорю я спокойно. – Подскажите, пожалуйста, это Татьяна?

– Нет, – отвечает женщина на другом конце провода. – Таня отошла. Что ей передать?

На секунду я напрягаюсь. Значит, это действительно её номер. Пока все сходится.

– Передайте, пожалуйста, что с ней хотел связаться владелец агентства «Спорт-плюс», – говорю я. – Я собираюсь подъехать лично.

– Кто? – переспрашивает женщина. – Простите, не расслышала. Связь плохая.

Я сжимаю телефон сильнее.

– Агентство «Спорт-плюс», – повторяю чётко. – Мы набираем талантливых молодых игроков для подписания. Хотел бы задать несколько вопросов по поводу её сына.

– По поводу… – она снова заминается. – Каких вопросов?

– Подписание талантливых игроков в агентство, – говорю я уже медленнее. – С высоким шансом попасть в сборную. Это важно.

На том конце провода повисает пауза.

– Поняла, – наконец отвечает женщина. – Хорошо. Я ей передам. Приезжайте.

– Благодарю, – говорю я и отключаюсь.

Экран гаснет.

Убираю телефон в карман и вдруг ловлю себя на том, что улыбаюсь. Всё прошло гладко. Слишком гладко. Без лишних вопросов. Без сопротивления.

Я должен быть доволен. И я доволен.

Бизнес работает, проекты растут, имя на слуху. У меня есть жена, и пусть у нас сейчас непростые времена, но разве у кого-то их нет? Успех, деньги, связи. Всё, ради чего я когда-то шёл напролом, у меня есть.

Так почему меня так торкнуло?

Почему один её взгляд, настороженный, холодный, но до боли знакомый, тогда на стадионе, выбил почву из-под ног? Почему, когда Таня смотрела на меня, я чувствовал не злость и не удовлетворение, а странное сжатие внутри, будто что-то давно забытое вдруг напомнило о себе?

Я ведь давно закрыл эту историю.

Или думал, что закрыл.

А теперь в голове снова и снова возникает не только она, но и этот мальчишка. Иван. Его движения, взгляд, упрямство. Я не должен о нём думать. Не имею причин. Не имею права.

Но думаю.

И это раздражает.

И тревожит.

Потому что, если копнуть глубже, может оказаться, что не всё в моей идеально выстроенной жизни так уж идеально.

И именно этого я боюсь больше всего.

Я хмурюсь и трясу головой. Хватит.

Я не из тех, кто верит в знаки. Я верю в расчёт, опыт и холодную голову. Это просто работа. Очередной город. Очередной талантливый парень. Очередная сделка.

Я не собираюсь играть в детектива. И уж точно не собираюсь капаться в прошлом. Просто делаю то, что делаю всегда.

Я сажусь в машину, захлопываю дверь, завожу двигатель. Мотор отзывается привычным гулом, возвращая меня в реальность.

Плавно выезжаю со стоянки и направляюсь в сторону агентства.

Это всего лишь работа.

Глава 13

Таня

Я сижу за рабочим столом и в третий раз перечитываю один и тот же абзац, не понимая ни слова. Курсор мигает, как будто издевается. В редакции шумно – кто-то смеётся, кто-то спорит по телефону, кофемашина фырчит без перерыва. Обычный день. Почти спокойный.

– Таня! – ко мне почти бегом подлетает ассистентка из соседнего отдела. – Таня, к тебе скоро подъедет мужчина на интервью!

Я поднимаю голову.

– Какое интервью? – моргаю. – У меня сегодня онлайн-созвон. С автором. Про книжную премию.

– Ну… – она мнётся, – мне сказали, что спортивная колонка. Что-то про игроков сборной. Или перспективных спортсменов. Я не совсем поняла.

У меня внутри неприятно ёкает.

– Подожди, – я отодвигаю ноутбук. – У меня в графике вообще другой человек и другая тема. Я спорт сегодня не брала.

– Я знаю, – быстро кивает она. – Но мне только что звонили. Мужчина. Сказал, что у него встреча с тобой назначена. Прямо сегодня. Он уже едет.

Я медленно выдыхаю и откидываюсь на спинку кресла.

– Отлично, – бормочу. – Просто прекрасно.

Ассистентка виновато улыбается и исчезает так же быстро, как появилась. Я поворачиваюсь к Лене – она сидит рядом, печатает с бешеной скоростью и одновременно пьёт чай.

– У нас тут вообще кто-нибудь что-нибудь согласовывает? – спрашиваю я вполголоса. – Постоянно бардак. Меняют темы, гостей, форматы. Я, может, даже не готова.

– А что за тема? – Лена отрывается от экрана.

– Спорт, – морщусь я. – Талантливые игроки. Сборная. Что-то в этом духе. Как будто нарочно.

Слова повисают в воздухе, и мне вдруг становится не по себе. Я сама не понимаю, почему именно сейчас внутри появляется это чувство – тревожное, липкое.

– В чём вообще проблема? – Лена смотрит на меня с лёгким недоумением. – Возьмёшь интервью и всё. Ты же всегда отлично ориентируешься, даже без подготовки.

Я вздыхаю и закрываю ноутбук.

– Дело не только в том, что мне это всё свалилось на голову в последний момент, – говорю тихо. – Просто… в моей жизни в последнее время стало слишком много спорта. И слишком много разговоров про талантливых игроков.

Лена прищуривается.

– Так, – тянет она. – А вот теперь интересно. В чём дело?

Я колеблюсь всего секунду, а потом сдаюсь.

– Я на днях встретила бывшего, – говорю ровно, хотя внутри всё сжимается. – На стадионе. У него своё крупное спортивное агентство. Очень успешное. И он тоже… ищет талантливых игроков.

Лена медленно откидывается на спинку кресла.

– Ну конечно, – усмехается она. – Совпадений в жизни, как известно, не бывает.

Потом становится серьёзной.

– И что ты будешь делать, если он узнает про сына?

Этот вопрос я прокручивала в голове десятки раз.

И каждый раз он отзывался холодом.

– Я надеюсь, что он не узнает, – говорю честно. – И сделаю для этого всё возможное.

Лена смотрит на меня долго, будто хочет что-то сказать, но в этот момент в кабинет снова влетает ассистентка.

– Таня! – почти кричит она. – Мужчина для интервью уже ждёт тебя в холле.

У меня внутри всё обрывается.

– Иду, – отвечаю я и поднимаюсь слишком резко.

Я беру блокнот, телефон, сумку. Делаю вид, что всё в порядке. Лена ловит мой взгляд и едва заметно кивает – мол, держись.

Я выхожу из кабинета, иду по коридору, спускаюсь по лестнице в холл. Каждый шаг отдаётся в груди глухим стуком.

И когда я выхожу в пространство у ресепшена, сердце окончательно замирает.

Потому что там, возле стойки, стоит Егор.

Глава 14

Я выхожу в коридор, и мир резко сужается до одной фигуры.

Егор.

Он стоит у ресепшена. Высокий, уверенный. В тёмном пальто, будто это не редакция онлайн-издательства, а его личный офис. И в тот же миг, когда я его вижу, он видит меня.

Меня накрывает шоком. Настоящим, физическим.

В груди перехватывает дыхание, ладони холодеют, ноги будто наливаются свинцом. Я знала. Где-то глубоко внутри знала, что всё к этому идёт. Но одно дело предчувствовать, и совсем другое снова столкнуться лицом к лицу.

Егор смотрит на меня пристально. Не просто узнаёт, как в тот раз, когда увидел меня на стадионе. В этот раз его взгляд другой. Совсем другой.

Это уже не блеск воспоминаний, это какое-то глубинное, почти физическое понимание. Кусочки пазла, будто формируют в его голове единую картину. Сейчас он точно складывает все на свои места. И это пугает сильнее всего.

Я разворачиваюсь.

Надо уходить.

Прямо сейчас. Пока не поздно.

Я делаю резкий разворот на месте и собираюсь скрыться за колонной, когда меня настигает его голос. Громкий, уверенный, не оставляющий шансов сделать вид, что я не услышала.

– Таня, подожди!

Я останавливаюсь. Медленно выдыхаю. Разворачиваюсь наполовину.

– Я не буду брать у тебя интервью, – говорю сразу.

Сухо, профессионально.

– Я передам его коллегам. Или моя колонка выйдет предвзятой. Это непрофессионально.

Егор хмурится.

– Какое интервью? Какая колонка? – резко спрашивает он. – Я сюда приехал не за этим.

Я моргаю.

– Мне этот номер дал тренер, – продолжает Егор. – Он сказал, что здесь работает мать Вани. Хотя добавил, что фамилия у неё не Орлова.

Внутри всё обрывается.

– Послушай, – я снова делаю шаг в сторону выхода. – Я ничего не знаю. Я не участвую в передачах «Жди меня» и не занимаюсь поиском людей. Тебе точно не ко мне.

Я почти ухожу.

Почти.

Но его рука резко смыкается на моём локте. Жёстко. Уверенно. Он разворачивает меня к себе, и я оказываюсь слишком близко. Настолько, что чувствую его дыхание.

– Отпусти, – шиплю я.

Но он уже смотрит не на меня. Взгляд медленно скользит по мне сверху вниз и вдруг останавливается на моем бейдже.

– Татьяна Никулина… – хмыкает он коротко, почти удовлетворённо.

– Всё логично. Ты вернула девичью фамилию.

– Это всё равно ничего не доказывает, – говорю я, вырывая руку. Сердце колотится так, что, кажется, его слышно всем вокруг. – И мне нужно идти. Если хочешь искать – ищи. Только без меня.

Я делаю шаг назад.

– Таня, – он произносит моё имя тихо, но от этого ещё опаснее. – Я же вижу по твоим глазам.

Я замираю.

– Ты мать Вани, – говорит он строго, не сводя с меня взгляд.

Это уже не вопрос. Утверждение.

Я на секунду замираю, стараясь скорее найти подходящий ответ, но Орлов вдруг продолжает:

– Но вот что я не понимаю… почему ты это скрываешь от меня?

У меня внутри всё сжимается в ледяной узел. Сердце начинает биться так быстро, что я едва успеваю за дыханием. Этот вопрос, как выстрел в упор. Я не готова. Не сейчас. Не здесь. Не при нём.

– Я… – слова застревают в горле.

В этот момент телефон в кармане вибрирует так резко, что я вздрагиваю всем телом.

Воспользовавшись моментом, я вырываюсь из рук Егора, отступаю на шаг, почти спотыкаюсь, судорожно достаю телефон.

– Алло, – голос звучит чужим, надломленным.

– Вы Татьяна Никулина? – раздаётся в трубке незнакомый женский голос. – Мама Вани? В его телефоне вы так записаны.

У меня темнеет в глазах.

– Да… – шепчу я. – А кто это?

– Я врач из школы, где проходят тренировки, – спокойно, но слишком официально отвечает женщина.

– Ваш сын неудачно упал. Сейчас его везут в больницу.

Глава 15

Слова фельдшера будто не доходят до меня сразу.

Неудачно упал.

Везут в больницу.

Это звучит как что-то абстрактное, чужое. Как новость из другой жизни. Не моей. Я стою посреди коридора и не могу поверить, что речь идёт о Ване. О моём сыне, который ещё час назад смеялся на тренировке и забивал голы.

– Что с ним? – спрашиваю я, и собственный голос кажется мне слишком громким, резким. – Что значит «неудачно упал»?

– Женщина, пожалуйста, успокойтесь. Ваш сын сейчас без сознания, но его жизни ничего не угрожает, – спокойно отвечает женщина.

Профессионально. Даже слишком спокойно, чтобы адекватно воспринимать ее слова.

У меня холодеют пальцы.

– Без сознания? – повторяю я, будто не понимаю смысла слов. – Он… он дышит?

– Да, конечно, – тут же отвечает врач. – Дыхание ровное. Пульс в норме.

Я прикрываю глаза. На секунду. Всего на секунду, чтобы не упасть.

– В какую больницу его везут? – спрашиваю я почти шёпотом.

Она называет адрес. Я автоматически повторяю его про себя, как заклинание, боясь забыть хоть цифру.

– Я сейчас приеду, – говорю я. – Я уже еду.

– Мы будем вас ждать, – отвечает фельдшер и кладёт трубку.

Телефон в моей руке вдруг становится тяжёлым, как кирпич. Я опускаю его и понимаю, что вокруг снова появляется мир.

Коридор.

Люди.

И… Егор.

Он стоит рядом. Я не смотрю на него, но чувствую его присутствие кожей. Он всё слышал. Каждое слово. Каждую паузу.

– Таня… – начинает он.

– Не сейчас, – обрываю я и делаю шаг в сторону.

Я иду к выходу, почти бегу. Голова кружится, мысли путаются. Мне нужно к сыну. Срочно. Сейчас же.

Я лезу в сумку, ищу ключи от машины. Пальцы не слушаются. Всё валится из рук. Ключи выскальзывают и с металлическим звоном падают на пол.

Я наклоняюсь, но не сразу могу их поднять. Руки дрожат так сильно, что я сжимаю их в кулаки, пытаясь унять дрожь.

– Таня.

Егор оказывается рядом. Он поднимает ключи и протягивает мне.

– Ты в таком состоянии за руль не сядешь, – говорит он спокойно, но жёстко. – Это опасно.

– Я должна, – выдыхаю я. – Это же Ваня. Он мой…

Егор кивает, словно снимает с языка то слово, которое я никак не решалась сказать.

– Твой сын, да, я знаю, – его голос становится тише. – И именно поэтому я отвезу тебя.

Я поднимаю на него взгляд. Растерянный. Почти дикий.

– Я ничего не буду за это просить, – добавляет он сразу, словно читая мои мысли. – Никаких разговоров. Никаких условий. Просто довезу тебя до больницы.

Я колеблюсь всего секунду.

Потом киваю.

– Хорошо, – говорю я. – Поехали.

Мы идём к выходу. Быстро. Молча. Я почти не чувствую ног, только пустоту в груди и одно-единственное желание, чтобы Ваня был жив. Чтобы смог восстановиться, бегать, радоваться жизни, играть в футбол, как раньше. Всё остальное сейчас не имеет значения.

Мы едем молча.

Город за окном размазывается в дождевых каплях, стекающих по стеклу. Светофоры вспыхивают и гаснут, будто кто-то моргает слишком быстро. Я сжимаю ремень безопасности пальцами так, что ногти впиваются в ладони. Сердце колотится где-то в горле, дыхание сбивается.

Только бы живой. Только бы всё обошлось.

Я думаю лишь об этом. Не о прошлом. Не о том, кто сидит за рулём. Не о том, сколько лет мы не виделись. Сейчас Егор просто человек, который везёт меня к сыну. И этого достаточно.

Странно, но его присутствие не давит. Есть только дорога и цель в конце неё.

Машина резко тормозит у приёмного покоя. Мы буквально вылетаем из неё. Я бегу первой, спотыкаюсь, Егор ловит меня под локоть, не давая упасть.

– Спокойно, – говорит он тихо. – Дыши.

Внутри всё белое, слишком яркое, слишком стерильное. Я подбегаю к стойке, слова путаются.

– Моего сына… Ваню… Его только что привезли… – я задыхаюсь.

Медсестра смотрит в компьютер, потом поднимает глаза.

– Его уже увезли в операционную, – говорит она ровно. – Срочная операция. Вам нужно подождать.

– Что?.. – у меня подкашиваются ноги. – Какая операция?

– Врачи всё объяснят позже. Сейчас необходимо просто ждать.