Текст книги "Горе-волшебник"

Автор книги: Пал Бекеш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

Глава вторая

Жужик Шуршалкин сошел со 101-го автобуса. Автобус, взметнув облако пыли, умчался, а Жужик огляделся вокруг и обомлел. Правда, он догадывался, что не случайно этот район считается самым кошмарным, но увиденная картина превзошла все его наихудшие опасения. Повсюду, куда ни глянь, бесчисленные ряды десятиэтажных домов, линейки окон, балконов, лестничных клеток, подъездов, проходов, входов и выходов. В единственном одноэтажном домишке, прилепившемся у подножья десятиэтажных великанов, размешались коммунальные учреждения. Домик имел форму дуги, вдоль фасада располагались конторы одна другой важнее и магазины, а у входа во фруктовую лавку висела доска искусственного мрамора со следующей надписью:

На месте этого дома находился дом, где с «33-го марта по 1-е апреля жил и творил Фигль-Мигль Олеандровый».

Между местными филиалами специализированной сети «Декоративные рыбки» и «Декоративные птицы» Жужик обнаружил полуоткрытую дверь; густая завеса паутины не позволяла ей распахнуться полностью. Помещению не полагалось ни окна, ни витрины, а над дверью на песчано-сером бетоне надпись полустертыми буквами гласила: «РУВОК», что означало «Районное управление волшебства и колдовства».

В узкой полутемной комнатенке посетителя ждали голый письменный стол со стулом и пустые полки вдоль стен. Все вокруг покрывал толстый слой пыли: сюда явно давно ничья нога не ступала, ни простого смертного, ни волшебника. На столе валялся пожелтевший конверт со словами, наспех накарябанными мелкими каракулями:

«Моему преемнику». Чуть поколебавшись, Жужик вскрыл конверт и обнаружил краткое, однако же берущее за душу послание:

«Мой злополучный Преемник, кем бы ты ни был! Могу дать тебе один-единственный совет: не садись и даже не стой. Бери ноги в руки и беги опрометью! Тут, брат, не до шуток. И никаких тебе фокусов-покусов или чудес! Нет здесь ровным счетом ничегошеньки. Вот я и решил бежать отсюда без оглядки. Осяду где-нибудь в лесозащитной полосе. Не теряй ни минуты! Если застрянешь, тебя разъест плесень и поглотит скука. Спасайся, пока не поздно!

Сочувствующий от всего сердца твой предшественник, некогда подававший надежды Буль Будвайзер».

Глава третья

Жужик Шуршалкин несмотря ни на что решил остаться.

Глава четвертая

Никому и в голову не приходило посетить Жужика в РУВОКе. Не зная, чем заняться, со скуки он старался совершенствоваться в ремесле. Заучивал новые волшебные заклинания, хотя скоро был вынужден признать, что и старые-то не помнит. Из дырявой, как решето, памяти заветные слова проваливались без задержки. Жужик соорудил себе ладный рюкзачок и положил туда «Справочник мага», чтобы был под рукой, когда понадобится. Но справочник не понадобился.

Ни на второй день, ни на третий, ни на четвертый никто даже не заглянул в РУВОК, хотя Жужик на всякий случай оставался там после работы. Более того, он даже ночевал на рабочем месте, а на двери написал:

«Постоянное круглосуточное дежурство.

По желанию клиента могу очутиться, где пожелаю или где меня пожелают».

Но никто никаких пожеланий не высказывал.

С тоски и одиночества Жужик писал длиннющие письма бывшим однокашникам и зеленел от зависти, когда получал ответ. Карьерист-выскочка Квази Мир и обжора Толстопузик жили как рыба в воде, как волшебник из сказки. Перечитывая их письма, Жужик все чаше возвращался мыслями к совету своего предшественника, Буля Будвайзера. Обитать в лесополосе этаким партизаном-волшебником и то было бы лучше. Душу его терзали сомнения.

Как-то вечером он сидел у полуоткрытой двери конторы и тоскливо смотрел перед собой. Взору его открывался фасад высоченного дома напротив. Точнее говоря, из двери конторы и видно было только этот дом, небо в кадр не вмещалось. В окне пятого этажа сидел мальчуган лет семи. Спрашивается, что уж тут такого особенного, если семилетний мальчик решил посидеть на подоконнике? На первый взгляд – ничего. Но если ребенок скучает на подоконнике как раз в тот момент, когда во всем микрорайоне, в каждой квартире звучат позывные вечерней сказки, это событие из ряда вон выходящее. Жужик немедленно принял решение: подняться на пятый этаж и поговорить со странным человечком. А то молчишь да молчишь целыми днями, не с кем словом перемолвиться. Жужик чувствовал – это его первый и последний шанс проявить себя в деле.

Он надел свое волшебное облачение, чтобы предстать перед незнакомым мальчуганом во всеоружии, и тщательно подготовился к полету. Хотя лететь предстояло недалеко, всего лишь на пятый этаж, а за годы ученичества он ух как налетался… Общее впечатление несколько портил рюкзак, но другого выхода не было, пришлось прихватить справочник с собой: кто знает, в какую историю влипнешь, если волшебные заклинания из головы выскочат.

Жужик набрал в грудь побольше воздуху и более-менее точно приземлился на подоконнике возле мальчика. Он ожидал возгласов удивления или восторга, чего мы вправе ожидать от темнокудрого и голубоглазого мальчика, рядом с которым вдруг появился кудесник. Но мальчик только взглянул на него, почесал нос и хмыкнул.

Жужик несколько опешил.

– Как прикажешь тебя понимать? – поинтересовался он.

Мальчик прижался спиной к оконной раме. Его уже переодели в пижамку, явно готовя ко сну. Вопрос Жужика не сделал его разговорчивее, в ответ прозвучало все то же:

– Хм.

Жужик прибег к другому способу. Щелкнул каблуками, склонил голову в легком поклоне и представился. Торжественность момента испортил лишь колпак, при поклоне сползший на глаза. Мальчик засмеялся. Жужик в растерянности сдвинул колпак на лоб и снова представился:

– Жужик Шуршалкин.

Но мальчик по-прежнему заливался смехом.

– А тебя как зовут? – волшебник не оставлял попыток завязать беседу.

Наконец мальчик отсмеялся и заговорил членораздельно.

– Илюша Кирюша, – сказал он и, стиснув зубы, угрожающе прошипел: – И не вздумай дразниться – расквашу нос!

Столь приятная перспектива заставила Жужика попятиться, при этом он совершенно забыл, что стоит на оконном карнизе, и, не зацепись лямка рюкзака за шпингалет, несдобровать бы нашему волшебнику. Потеряв точку опоры, он беспомощно трепыхался между небом и землей, пока мальчик не втащил его на подоконник. Необычность спасательной акции насмешила Илюшу Кирюшу до слез. Жужик почувствовал себя слегка задетым.

– Чем тебе не нравится твое имя? – спросил он, чуть отдышавшись.

– Дразнят меня…

– Почему?

– Говорят, так не бывает. Или Илюша, или Кирюша, что-нибудь одно.

– Что значит «не бывает», если тебя зовут именно так, а не по-другому! Не обращай внимания! Меня тоже в школе дразнили «растяпой», «недотепой», «криворуким». Если хочешь, тоже можешь называть меня каким-нибудь смешным прозвищем.

Илюша Кирюша улыбнулся.

– А ты, собственно, кто такой?

Жужик вытянулся в струнку и с готовностью ответил:

– Я волшебник.

Илюша Кирюша снова улыбнулся, но на сей раз насмешливо.

– Волшебников не бывает.

Жужик даже растерялся. Что за ерунду болтает этот мальчишка с несуразным именем?

– Вот же он, перед тобою! Дипломированный волшебник. Хочешь, диплом покажу?

– Никаких волшебников не бывает! – стоял на своем Илюша Кирюша.

– Про тебя тоже говорят, что так не бывает, но ты же есть! Почему же ты говоришь, что волшебников не бывает, когда я – вот он, перед тобой?

Илюша Кирюша по-прежнему недоверчиво смотрел на него.

– Ну ладно… Если ты и вправду волшебник, – наконец с сомнением произнес он, – тогда наколдуй мне что-нибудь.

– Пожалуйста, – высокомерно бросил Жужик. – Что тебе наколдовать?

– Сказку.

– Пара пустяков! – Жужик сдернул с плеча рюкзачок, извлек оттуда «Справочник для магов» и стал его листать. – Значит, так… – бормотал он. – Сено, сера, сервелат, сервиз, сервис, серп, сетка, сивка, – зачитывал он вслух ключевые слова. – Ага, вот оно, сказка! – и бойко отбарабанил волшебное заклинание:

 
– Фактор, трактор,
сектор, вектор,
гектор, лектор
и прожектор,
фруктор, фрахтор,
шахтер, махтер,
бухтер, бахтер
унд барахтер.
 

И в тот же миг на постели очутилась толстая книга с красивыми картинками – сборник сказок.

– Сказано – сделано! – сделал горделивый жест волшебник.

Илюша Кирюша смотрел на чудо во все глаза. Взял с постели тяжеленный том, полистал.

– Очень красивая книга, – сказал он и положил ее на постель. – Но у меня уже есть такая.

– Не беда! – пожал плечами волшебник. – Наколдую тебе другую, о какой ты и слыхом не слыхивал.

– Но мне нужна совсем другая сказка!

– Какая?

– Настоящая. Взаправдашняя.

– А это чем тебе не сказки? Чего тут только нет: и младший сын, который отправляется удачи искать, и привередливая принцесса, заставляющая женихов пройти самые невообразимые испытания, и бесстрашный рыцарь, готовый сразиться с семиглавым драконом, – все, чему полагается быть в сказках.

– Мура все это, – пренебрежительно отмахнулся Илюша Кирюша.

– Что значит «мура»? – оскорбился Жужик. – Какая же тогда сказка тебе нужна?

– Всамделишная.

– Заладил одно и то же. Объясни толком!

– Всамделишная сказка – то, что происходит на самом деле. Понятно?

Жужик непонимающе развел руками.

– Тогда, значит, никакой ты не волшебник, – насмешливо растянул рот Илюша Кирюша. Разве что фокусник.

Жужик вспыхнул от обиды, а мальчик продолжил:

– Сказка всамделишная, если все, что там делается, происходит со мной. Я хочу свою собственную сказку. Такую, где все обо мне и про меня.

Жужик аж рот раскрыл от удивления. Он заикался, мычал, подыскивая слова, но так и не успел найти, поскольку в комнату вошла высокая светловолосая женщина.

Всем известно, что сказочный персонаж не заметен для окружающих, его видят лишь те, кому он является. Все так. В общем и целом. Но Жужик, естественно, забыл сделать себя невидимкой, прежде чем взлететь на пятый этаж.

Так что женщина, конечно же, сразу увидела его. Она всплеснула руками и закричала:

– Боже мой, откуда ты взялся?!

Жужик тотчас смекнул, в чем дело, и спешно стал рыться в памяти в поисках подходящего заклинания, а женщина не унималась:

– Какой кошмар! Янош! Янош, иди скорей сюда! Здесь, у нас на подоконнике, кто-то посторонний!..

Призывы наверняка относились к ее мужу, отцу Илюши Кирюши, однако тот явно не торопился на помощь. Женщина выскочила из комнаты, а Илюша Кирюша делал отчаянные знаки Жужику – смывайся, мол, да поживее. Жужик наконец-то вспомнил соответствующее заклинание и тотчас стал невидимкой. Когда на пороге появились родители Илюши Кирюши, Жужика не было и в помине. Вернее, он по-прежнему сидел на подоконнике, но… невидимый для всех остальных. И тогда Янош, отец Илюши Кирюши, успокоил жену:

– Ну вот, дорогая, я же говорю, тебе померещилось.

– Клянусь тебе, здесь кто-то был.

– Полно выдумывать! Кто может забраться в окно на пятом этаже?

– Наверное, Мишка спустился по веревке…

– Какой еще Мишка? – насупил брови Янош.

– Мальчишка с верхнего этажа. Сорванец и озорник невозможный, с такого все станется.

– Пусть озорник, но он ведь не воздушный гимнаст, чтобы за окном на веревке болтаться! – пренебрежительно усмехнулся отец и добавил: – Идем, дорогая, детектив начинается!

Белокурая женщина и ее муж чмокнули сына, пожелали ему спокойной ночи, выключили свет и на цыпочках вышли из комнаты.

Мальчик и волшебник остались одни. Они молча ждали, пока родители усядутся у телевизора. В щель под дверью просачивался голубоватый свет экрана и доносилась тревожная дробь – музыкальное сопровождение вечернего триллера.

– Ты здесь, Жужик? – шепотом спросил Илюша Кирюша.

Мальчик впервые назвал нового знакомца по имени, и Жужику было очень приятно. Он доверительно подмигнул Илюше Кирюше, начисто забыв, что он невидимка.

– Ты здесь, Жужик? – повторил голубоглазый мальчик в небесно-голубой пижамке, приподнявшись в постели на локте.

– Конечно. Где же еще мне быть?

– Я тебя не вижу.

– Постой… сейчас… – С грехом пополам ему удалось снова стать видимым.

– Скажи… сказки по правде существуют?

– А как же иначе! – раздраженно оборвал его Жужик. – По-моему, мы это уже обсудили.

– Я не про то. – Илюша Кирюша уселся в постели по-турецки. – Сказки, конечно, есть. Но в других местах. В некотором царстве, в некотором государстве… А здесь, где я живу, они бывают?

Жужика так и подмывало ответить категорически: «Конечно!» Однако Великий Рододендрон учил, что волшебнику позволено врать лишь в том случае, когда это совершенно необходимо, чтобы сбить собеседника с толку. А сейчас был явно не тот случай.

– Знаешь, мне рассказывали много сказок, да и сам я теперь умею читать… правда, по слогам… но ни разу не видел ни принца, ни принцессу, и мама тоже не видела. А папа говорит, будто избушек на курьих ножках не бывает.

Подобные сомнения одолевали и Жужика – правда, лишь с тех пор как он попал в этот спальный район, но ведь Илюша Кирюша не относится к числу волшебников, значит, перед ним следует отстаивать честь мундира. Владея ремеслом с тысячелетними традициями, не заявишь же просто так, голословно, что сказки, мол, встречаются на каждом шагу.

Жужик вздохнул поглубже и приготовился соврать, когда вдруг поймал взгляд круглых небесно-голубых глаз и неожиданно для себя выпалил правду.

– Не знаю, – признался он.

Глаза Илюши Кирюши округлились еще больше.

– Не знаешь? Но ведь ты же волшебник!

– Правда есть правда: с тех пор как заступил на должность районного волшебника, я ни разу не сталкивался со сказками. Что, конечно, ни о чем не говорит! – поспешно добавил он.

Рот Илюши Кирюши горестно искривился. Уголки губ у Жужика тоже поехали вниз. Нет более грустного зрелища, чем малыш-первоклашка, над которым насмехаются из-за его чудного имени, и начинающий волшебник, которого прозвали недотепой! Сидят бок о бок на пятом этаже блочного дома, и обоим невдомек, где бы взять хоть малюсенькую, но взаправдашнюю сказку.

Жужик долго сопел, пыхтел и наконец кашлянул.

– Пошли! – решительно сказал он.

– Куда? – вяло промямлил Илюша Кирюша.

– Будем искать!

– Что?

– Сказку.

– Где?

– Здесь, где ты живешь.

– Но ты же сам сказал, что сказок здесь нет!

– Этого я не говорил. Сказал, что я еще ни разу со сказкой не встречался.

– Где же нам ее искать?

– Понятия не имею.

Илюша Кирюша вскочил на ноги.

– Пошли! – Лицо его сияло.

– Погоди! – остановил мальчика Жужик. – Нельзя знать, какие препятствия нас ожидают, а ты ведь не волшебник. Надо подобрать тебе охранное заклинание – оберег. – Жужик выудил из рюкзачка «Справочник мага» и уткнулся в него.

– Значит, так: обвес, обвод, обгон… пойдем дальше… обдираловка, обед, обезьяна, обелиск… ага, вот оно!

Волшебник ошарашенно умолк. Против слов «оберег от опасностей и бед» стояла обескураживающе короткая рекомендация: «Начинай, а там посмотрим». Жужик озадаченно вертел в руках всеведущую книгу и спрашивал себя: неужели все так просто? Не сказать, чтобы мудрый вопрос, однако же уместный и вполне естественный, в чем он тотчас убедился, поскольку увидел внизу страницы сноску: «Да-да, именно так просто – раз, два и… очертя голову». От удивления у Жужика челюсть отвисла, но затем он послушался указания сей мудрой книги. Начертал над головой Илюши Кирюши магические круги и несколько раз подряд пробормотал:

 
Раз, два… и очертя голову,
Раз, два и очертя голову!
 

Жужик поправил лямки рюкзака и встал рядом с мальчиком.

– Готово дело!

Илюша Кирюша хотел было взобраться на подоконник, чтобы отправиться тем же путем, каким появился волшебник, но Жужик вовсе не был уверен, что от его сомнительных заклинаний мальчик вдруг полетит, поэтому выбрал более надежный путь и подтолкнул его к двери.

– Нас увидят, – забеспокоился мальчик.

– Где им! Ничего они не увидят. Не заметят даже, что тебя нет в постели.

Жужик осторожно отворил дверь в большую комнату, Илюша Кирюша не отставал от него.

Белокурая женщина и Янош сидели перед телевизором, ничего вокруг не слыша и не видя. На экране лысый полицейский инспектор держал леденец на палочке и орал на толстяка подчиненного:

– Меня не касается, где взять, достань хоть из-под земли! Укради, наколдуй – твое дело!

«Наколдуй»… легко сказать! Улыбнувшись наивности инспектора, Жужик проследовал за мальчиком, и через минуту оба были уже за дверью.

– Что теперь? – спросил Илюша Кирюша.

Глава пятая

Осторожно крались они по выстланному линолеумом коридору, куда выходили двери квартир. По правде говоря, осторожничать не было никаких причин, но обоим приятелям так больше нравилось. Словом, они не шли, а прокрадывались. Илюша Кирюша тот даже перестарался – согнулся чуть ли не в три погибели, пока Жужик не велел ему вести себя естественнее: вдруг да встретятся на их пути сказочные приключения и не воспримут притворяшек всерьез. На Илюшу Кирюшу этот довод тотчас подействовал убедительно.

Однако до лестничной клетки они добрались без всяких приключений.

– Теперь куда?

Жужик пребывал в растерянности. Пять этажей сверху, пять этажей снизу – куда же податься?

– Лифт! – воскликнул он торжествующе.

– Что значит «лифт»? – В глазах Илюши Кирюши застыл вопрос.

– Войдем в лифт, а там видно будет, куда двигаться – вверх или вниз.

– Ничего не будет видно. Лифт испорчен.

И действительно, к черной дверце лифта был прикреплен клочок бумаги с надписью:

«ЛИФТ НИ РАБОТАИТ».

– Ага, значит, не работает, – пробормотал Жужик и потянулся к рюкзаку за справочником.

– Ни работаит, – деловито поправил его Илюша Кирюша.

– Да, конечно, – кивнул Жужик. – Это меняет дело.

Однако в справочнике, содержащем советы на все случаи жизни, не нашлось заклинаний применительно к лифту. Устаревшее издание, пора выпускать дополнительный том. А пока пришлось остановиться на волшебной скороговорке, действительной на все времена и случаи:

 
– Этцера, апропо,
антик, бантик, рококо,
бидермайер, ампер, бампер,
трали-вали, иго-го!
 

Дверца лифта тотчас распахнулась, и друзья вошли внутрь. До сих пор все шло как по маслу.

– А теперь? – Илюша Кирюша выжидательно смотрел на Жужика, а тот всякий раз, встречая доверчивый взгляд этих небесно-голубых глаз из-под черного, как вороново крыло, чубчика, чувствовал, что немедленно должен что-то сделать. Он быстренько произнес еще раз вышеупомянутое заклинание и для пущей убедительности добавил про себя, но так, чтобы было ясно, что взывает он к непокорному лифту:

 
– Отворись и затворись,
вези нас вверх, вези нас вниз!
 

Против этого даже лифт не смог устоять: закряхтел, задребезжал и затрясся, грозя вытрясти из пассажиров душу. Волшебника и мальчика швыряло от стенки к стенке, Илюша Кирюша разок даже полетел кувырком, а затем дверца лифта вдруг распахнулась, и приятели, едва держась на ногах, вывалились на лестничную площадку.

– Эх, ты, растяпа! – укоризненно произнес Илюша Кирюша.

Волшебник покраснел и смущенно пожал плечами. Ему подумалось, с каким злорадством высмеял бы его сейчас Рудик Малый, он же Сигизмунд Самозванный, всегдашний его недоброжелатель. Щеки Жужика вспыхнули еще жарче, когда он увидел напротив выхода из лифта крупную цифру «5»: они по-прежнему находились на том же самом этаже.

Волшебник и мальчик снова брели по коридору, но теперь уже у них не было сил таиться.

Вдоль коридора тянулся длинный ряд дверей, выкрашенных в буро-коричневый цвет. И вдруг произошло нечто странное, а точнее, нечто ужасное: одна из дверей неожиданно распахнулась, и какой-то неудержимой силой обоих втянуло внутрь квартиры.

Они очутились лицом к лицу с высоченным седобородым стариком. Не сводя с них мрачного взгляда, старик железной хваткой держал обоих за шиворот, и хорошо делал: ослабь он хватку, и приятели затряслись бы, как студень.

– Хаха-хаха-хаха-хааа… – наконец произнес старик. И повторил еще раз: – Хаха-хаха-хаха-хааа. – Затем воцарилось молчание.

Старик выпустил их, пригладил свою белоснежную бороду, после чего скрестил руки на груди и в третий раз, но уже более спокойным тоном произнес неизменное «хаха-хаха»…

Жужик собрался с духом, однако Илюша Кирюша опередил его. Выступив вперед, он представился:

– Меня зовут Илюша Кирюша. А это мой друг, Жужик Шуршалкин.

– Дипломированный волшебник, – поспешно добавил Жужик.

– Хаха-хааа, – кивнув, кратко высказался старик и сделал приглашающий жест.

Друзья вошли в комнату, почти пустую, а потому казавшуюся просторнее обычных комнат в малогабаритных квартирах. Прямо посредине возвышалось огромное украшенное искусной резьбой кресло, напоминавшее трон. Старик уселся в кресло и расправил бороду, чтобы выглядела пышнее и живописнее. Но тотчас вскочил, опустился на корточки и принялся шарить под креслом. Оттуда выкатилась корона, вся блестящая и переливающаяся. Старик дохнул на нее, потер рукавом, чтобы сверкала еще ярче, и водрузил на голову. С тем снова уселся на трон – король в полном блеске своего величия.

Жужик отвесил ему глубокий поклон, Илюша Кирюша последовал его примеру.

Король удовлетворенно пробормотал: «Хахаха»… Жужик растроганно смотрел на него. Отвернувшись в сторону, он смахнул предательскую слезинку. Кто бы мог подумать: в этой уныло-серой новостройке, и вдруг настоящий король!..

После некоторой торжественной паузы король прочистил горло и внушительно заявил:

– Сумбур Первый.

– Что? – удивился Илюша Кирюша.

– Сумбур Первый – это мы, – величественно прогрохотал король. – А вы кто такие будете?

Илюша Кирюша снова представился.

– Хаха-хааа! – вскричал король. Судя по всему, это было его любимое выражение. – Значит, это вы шныряли у меня под дверью каждое утро ни свет ни заря?

– Нет, мы сегодня в первый раз… – начал было Жужик.

– И подбрасывали мне газеты…

– Нет-нет, ведь мы…

– И ни слова не написали в защиту моего королевства!

– Ваше Величество, но…

– И не поместили объявление, какое мы, Сумбур Первый, вот уже которую неделю шлем в вашу газету, хахахаха-хоха-хааа! – Голос Сумбура Первого звучал по нарастающей, глаза вспыхнули грозным огнем, а все тридцать три зубца короны воинственно ощетинились.

– Но, Ваше Величество… – испуганно пролепетал Жужик. – Не знаем мы никакой газеты!

– Нет?! – рявкнул король.

– Нет, нет и нет!

– А не врете?

– Нам самим подбрасывают газету, – вставил Илюша Кирюша.

– И вам тоже?

– Ну да. Ведь я живу в одном доме с вами.

– И твой приятель тоже?

– Нет-нет, – поспешил вмешаться Жужик. – Я участковый волшебник, а сейчас временно нахожусь у Илюши Кирюши.

Из глаз старого короля внезапно покатились слезы, тотчас впитываемые бородой.

– Хаха-хаха-хаха-хааа, – рыдал Сумбур Первый. Одинокий, как перст, обливающийся горючими слезами, король являл собою столь жалостное зрелище, что оба приятеля наперебой принялись его утешать.

– Не горюйте, Ваше Величество…

– Не расстраивайтесь!

Илюша Кирюша сунулся было за носовым платком, чтобы осушить королевские слезы, но в кармане небесно-голубой пижамы оказалось пусто, так что Жужику пришлось наколдовать платок буквально из ничего. Платок получился великоватым, больше похожим на тряпичный половичок, однако и слезы у короля лились в три ручья.

– Успокойтесь, Ваше Величество! – утешал его Жужик, а Илюша Кирюша возил половичком по лицу короля. – Полно убиваться, расскажите-ка лучше, какая беда у вас приключилась.

Потоки королевских слез постепенно иссякли.

– Хаха-хаа, хоха-хаа, – тяжело вздохнул Сумбур Первый и повел свой рассказ. – Жил-был… – произнес он традиционный зачин, но тут взгляд его прошелся по пустым стенам, затем остановился на радиаторе отопления, и его королевское величество обреченно махнуло рукой. – Словом, когда-то мы жили вовсе не здесь. А главное, не в одиночестве. Не так давно обретались мы во дворце на курьих ножках, на другом берегу реки. Был у нас прославленный на тридевять земель королевский двор, где кишмя кишели рыцари один другого храбрей и мужественнее и придворные дамы одна другой краше. Были у нас повар, гофмейстер, конюший, придворный шут, с карасями пруд, весь в брильянтах золоченый прут – все честь по чести. Было королевство, было богатство, было сокровищ на все королевское братство – отец наш, незабвенной памяти Обормот Первый, оставил нам в наследство. А главное, была у нас замечательная дочка, принцесса Лореаль, всем красавицам красавица, из всех умниц разумница, старости нашей услада. Жили мы не тужили, когда в охотку устраивали себе охоты да рыцарские турниры, а то и просто пировали, есть-пить не забывали, иногда сражались с соседним королем в карты. Время от времени забредал на наш двор чей-нибудь младший сын… пройдет, бывало, три испытания, а мы ему в жены какую-нибудь из наших дочерей, у нас их была целая дюжина, и тут уж закатывали пир на весь мир, как оно и положено. Словом, жили бы себе поживали и добра наживали, пока не померли, кабы… – Сумбур Первый поднес к глазам половичок и обильно оросил его слезами. – …кабы в один черный день не начали строительство на наших королевских землях.

– Вопреки вашей королевской воле?

– Какая там воля, какое согласие! – выговорил сквозь рыдания король. – Нас взяли да снесли.

– Что значит… снесли? – шепотом спросил Илюша Кирюша.

– Значит, их дом сломали, – также шепотом пояснил Жужик.

– Снесли наш замок на курьих ножках, – неутешно рыдал король. – Понаехали бульдозеры, напустились бульдогами, и от веселой, привольной жизни и следа не осталось. На месте дворца построили химический завод, а в охотничьих угодьях разместили цистерны с серной кислотой. Газеты же отделались одной фразой: «Наш город получил новый химический комбинат!» Получил! От кого, спрашивается? А чего лишился?

Сумбур Первый содрогался от рыданий.

– И очутились мы на улице, почитай что в одном исподнем. Наконец, после долгих волокит-проволочек выделили нам несколько квартир, и весь наш двор перебрался сюда, в район новостроек. В последний раз мы видели своих верноподданных, когда прибыли сюда. Распрощались у автобусной остановки и разбрелись в разные стороны, квартиры свои искать. С тех пор ни с кем из них мы не виделись и не разговаривали. Попробуй отыскать человека среди тьмы тьмущей одинаковых дверей, коридоров, лестничных клеток и мусорных контейнеров! Куда девалась наша раскрасавица дочка, услада нашей старости – ума не приложу.

Сумбур Первый снова уткнулся лицом в половичок.

– Пришлось устроиться на работу, чтобы добывать средства на пропитание, но много ли возьмешь с короля, дворец которого снесли, а королевство стерли с лица земли без следа! В денежных вопросах мы худо ль бедно ль разбирались, поскольку в былые времена даже казначея не держали, дабы избежать казнокрадства, и собственноручно улаживали все финансовые дела королевства. А теперь мы, Сумбур Первый, стали служащим в районном Сбербанке! Король, у которого все королевство заключено в малогабаритной квартире! – Неутешный властитель распростер руки, указывая на пустые стены. – Расхаживать по улицам в соответствующем облачении нам теперь нельзя: народ нас не поймет, поднимет на смех, да и только. А для короля нет ничего страшнее, как сделаться посмешищем. Лишь у себя дома осмеливаешься быть королем; не жизнь, а сплошное раздвоение личности.

И придворным, наверное, тоже приходится туго… А уж мы, Сумбур Первый, старались как могли, лишь бы не выделяться из массы; на работе вели себя тише воды ниже травы, со всеми были приветливы, чтобы – упаси Бог! – не попасть в чудаки, а то и вовсе в классово-чуждые элементы. К чему же привели все усилия? К чему, мы вас спрашиваем? Хаха-хаха-хаха-хааа! В результате нас, Сумбура Первого, назначили профуполномоченным!

Потрясенные Илюша Кирюша и Жужик Шуршалкин внимали этой печальной истории.

– Хахахахахаа… – заикаясь выговорил несчастный король, – хоха, – откашлялся он, – самое грустное, однако, заключается в том, что мы, Сумбур Первый, пребываем в полнейшем одиночестве, тогда как мы привыкли к многочисленной свите, к окружению слуг и придворных и к обществу любимой дочери нашей, прекрасной Лореаль. Похоже, над нашей особой тяготеет злое заклятие, от которого нам не избавиться… вот разве что… – И он с надеждой взглянул на приятелей.

– Разве что… – подхватил Жужик и понимающе кивнул, хотя понятия не имел, куда гнет король.

– Что – разве что? – настойчиво допытывался Илюша Кирюша.

– Вот разве что кто-нибудь вызовется отыскать распрекрасную Лореаль.

– И кто это может быть?

– Странствующий рыцарь. Бесстрашный герой. Младший сын бедняка.

– Нет, – решительно махнул рукой Илюша Кирюша. – Таких не сыскать во всем нашем микрорайоне.

Уж можете мне поверить, Ваше Королевское Величество.

– Тогда, пожалуй, достаточно, если у этого человека есть небесно-голубая пижама, – решил схитрить Сумбур Первый. – По мне так и сойдет. Главное, чтобы он отыскал принцессу Лореаль.

– Уж не меня ли вы имеете в виду, Ваше Величество? – вытянулся во весь рост Илюша Кирюша. – В таком случае вверяю вам свою судьбу и обещаю во что бы то ни стало, хотя бы и ценою собственной жизни, отыскать вашу дочь, прекрасную Лореаль.

Опечаленный король взбодрился, поправил сползшую на ухо корону и сказал:

– Храбрый юноша! Сделай все, чтобы найти нашу дочь, а взамен я обещаю тебе руку прекрасной Лореаль и половину королевства! – Произнеся эти горделивые слова, король испуганным взглядом обвел свои владения, прикидывая, какая же часть малогабаритной квартиры тогда останется ему самому.

Однако Илюша Кирюша угадал эту вслух невысказанную мысль и ответил:

– Благодарю, великодушный король, но такие владения есть и у меня самого на пятом этаже. Чужого мне не надо! – и обратился к Жужику: – В путь, мой верный волшебник! За дело!

Жужик ухмыльнулся. «Мой верный волшебник» – это уж, конечно, слишком, но не в этом суть. Главное, что перед ними открылась перспектива, какая участковому волшебнику и во сне не снилась с тех пор, как он обосновался в этом микрорайоне. Он поправил лямки рюкзачка и коротко скомандовал:

– Вперед!

Сумбур Первый, стоя на пороге своей квартиры, растроганно махал половичком вслед волшебнику и мальчику, направлявшимся к лестнице.