Текст книги "Чародейка на подработке (СИ)"

Автор книги: Олли Лукойя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Глава 23

Глава 23. Взрывы в башне

Но прежде, чем идти к Алхимику, я пошла к королеве Фредегонде.

Конопатая королева кормила белых почтовых голубей в больших золоченых клетках. Голубиная почта располагалась в специальной комнате. Апартаменты королевы занимали сразу шесть комнат на втором этаже. У больших двустворчатых дверей – у входа в апартаменты королевы со стороны замкового коридора – всегда стояла стража. Хотя на королеву никто не покушался. Но так положено.

Голуби курлыкали и клевали зерно.

– За почтовые сообщения у нас в Круазене отвечаю я, – пояснила королева Фредегонда, насыпая птицам еще одну горсть зерна своей аристократичной узкой рукой. – Я шлю голубиной почтой письма родственникам, нашим вассалам, союзникам. Веду дипломатическую переписку. Дагобер мне доверяет. У меня это неплохо получается. И птичек я люблю.

– Королева, у меня хорошие новости. Я к вам от короля Дагобера. Он любит вас. И вы, как мудрая и опытная женщина, сами поймете, как вернуть пожар любви в ваш брак. И получить долгожданное материнство. Нам надо поговорить наедине.

Часа три я беседовала с королевой за закрытыми дверями в ее опочивальне. И на тему здоровья в плане подготовки к беременности и безопасным родам. И на тему веганства и его последствий. И на тему пожеланий по части «королевского удовольствия» Дагобера и его представлений о прекрасном женском теле. И о том, что надо почаще хвалить ум и великодушие короля. Ему это нравится.

Мне удалось выполнить королевское поручение Дагобера без всякого чародейства. Просто я умею правильно подбирать слова.

А потом мы вместе с королевой и фрейлинами прекрасно отобедали в ее большой гостиной и приятно поболтали за вином и пирожными.

Время поджимает. Мне надо столько всего успеть до отъезда. И я сразу от королевы пошла в башню Алхимика.

Я уже поднималась по каменной винтовой лестнице, как услышала первый взрыв в башне. А потом второй.

«У него там все время что-то взрывается», – тут же прозвучал в голове голос Беренгарии. «Как он себе руки-ногиещене поотрывал во время своих алхимическихэкспериментовв башне!», – слова принца. «Башня Алхимика, по преданию, была разрушена взрывом», – слова экскурсовода. И все это промелькнуло у меня в голове меньше, чем за секунду. Ведь скорость мыслей у человека быстрее, чем сверкание молнии.

Я припустила что есть мочи в башню Алхимика. Казалось, у меня сейчас кончится воздух в груди. Перед глазами мелькали темные мушки от быстрого бега на самую верхушку высокой башни.

Рванула на себя дубовую дверь. И в этот момент раздался еще один взрыв. И яркая голубая вспышка света ослепила меня на несколько секунд. В ушах стоял звон и тонкий писк. Я бессильно прислонилась спиной к стенке рядом с входной дверью.

Алхимик был жив-здоров. И даже счастлив. В упоении от своего научного эксперимента.

Он стоял у противоположной от входной двери конструкции. Приглядевшись, когда смогла снова видеть, я поняла, что это беленая известью печь с широкой полкой примерно на уровне пояса. И с двумя топками, закрытыми чугунными заслонками: снизу и сверху этой полки-карниза. Видимо, обычные для средневековых замков камины Алхимика не устраивали. Для его научных экспериментов ему нужна была именно такая печь.

Между мной и Алхимиком в его башне еще стояли продольно три длинных лабораторных стола: два впритык к противоположным стенкам и один посреди комнаты. Они почти упирались торцами в печку и с другой стороны – в дверь. Столы были уставлены всякой алхимической утварью: там стоял медный тигль, куб для перегонки, разного размера стеклянные колбы и пробирки с яркими жидкостями разного цвета, валялись небольшие весы, какие-то минералы, сушеные травы, жестянки с порошками неизвестного мне происхождения и много чего еще… Немного похоже на наш класс Химии в школе, но хаоса и местного средневекового колорита вдвое больше.

– Валерия! – обрадовался мне Алхимик. – Смотри, что за штуки я создал! Пригодится, чтобы напугать и отогнать тролля под мостом и других чудовищ. Только глаза прикрой. Смотри сквозь пальцы или через ресницы.

И Грэй взял еще один туго набитый каким-то порошком мешочек из мешковины размером с апельсин. У горлышка круглый мешочек был прочно завязан кожаными шнурками. На печной полке ближе к высокому стрельчатому окну, из которого лился солнечный свет, громоздилась уже целая горка точно таких же мешочков.

– Гляди! – и Алхимик с силой бросил мешочек о край печного карниза с другой стороны, подальше от себя и от окна.

Раздался шумный взрыв. Снова ослепительная вспышка голубого света. И после слегка пищало в ушах. На этот раз я смотрела сквозь ресницы и еще пальцами прикрыла глаза.

– Эти штуки безопасны. Пока не придумал, как их назвать. Они не убивают, а только на время ослепляют и оглушают. Но если с силой кинуть несколько штук сразу, то будет взрывная волна, и опрокинуть тролля может! – Грэй радовался своему изобретению, как мальчишка-подросток, который только что нашел, что повзрывать.

– Да ты – чертов гений! – искренне восхитилась я. – Ты создал светошумовые гранаты!

На лице Алхимика появилось легкое разочарование:

– Так они уже существуют? Я – не первый?

– Они существуют! – горячо уверила я его. – В моем времени. Через 1300 лет. И не совсем такие. Но принцип действия похож. Так что ты точно —первый! Раньше тебя этого никто не сделал!

И лицо Грэя снова осветилось радостью. Меня всегда поражало, как он умеет так: моментально включаться и выключаться от эмоций, как лампочка.

– Только тебе нужны защитные очки для твоих экспериментов. А то глаза сожжешь, – я подошла поближе к Грэю и печке.

Взяла лежавший на центральном лабораторном столе клочок пергамента и карандаш. И нарисовала круглую рожицу с оттопыренными ушами и в очках, похожих на очки сталевара.

– Смотри, какая конструкция простая, – показала я Грэю. – Дужки очков можно сделать из проволоки. А стекла закоптить или закрасить какой-нибудь прочной краской. И тогда глаза не будут страдать от искр и ярких вспышек.

Грэй внимательно посмотрел на мой рисунок. Сразу все понял. И одобрительно кивнул:

– Сделаю!

– А что у тебя там внутри? – поинтересовалась я, кивнув головой на мешочки-гранаты на печке. – Порох? Нет. Не похоже на порох. Порох не горит при взрыве таким ярким голубым светом…

– Что такое порох? Что в составе? – с живым научным интересом спросил Алхимик.

Глава 24

Глава 24. В лаборатории Алхимика

– Пожалуй, я не буду тебе говорить, что в составе пороха, – подумав, ответила я. – Порох не появится на Континенте еще несколько столетий. Дело в том, что порох используют не только для красивых праздничных фейерверков. Хотя для них он создавался изначально. Потом порох стали использовать для смертоносного и разрушительного оружия. Из-за создания пороха в войнах веками гибли тысячи, даже миллионы людей. Ты же понимаешь, Грэй, что ученым не все свои изобретения стоит показывать королям и тем, кто владеет армиями и имеет власть? Хотя бы из человеколюбия…

Грэй снова взглянул на меня снова с таким же странным выражением лица и уважением, как прежде, когда мы с ним беседовали о научных материях на лавочке у фонтана.

– Я-то понимаю, – медленно проговорил он, любуясь на меня как на чудо-чудное, – Но я рад, что нашел еще одного человека на свете, который думает так же.

Грэй попытался незаметно подвинуть свою ладонь, опиравшуюся на лабораторный стол, к моей ладони, тоже лежавшей на том же столе возле клочка пергамента. Но по пути случайно задел какую-то жестянку. Она опрокинулась. Из банки на пол посыпался серо-голубой порошок и образовал на каменных плитах небольшую горку.

Алхимик присел на корточки и, пока не случилось какой-то неприятной химической реакции, взял небольшой веник и совок у ножки стола и стал заметать порошок на совок. Он поглядел на меня снизу вверх:

– А ты чего влетела такая запыхавшаяся, будто за тобой кто гнался? Случилось что?

– Ха! Ты тут взрываешь все так, что башня дрожит, а потом спрашиваешь: «Случилось что?»! Я думала, вдруг ты ранен или … Мало ли что…

– Ты... Прибежала... Меня спасать? – рука Грэя с веником остановилась на полпути к совку. Брови от изумления на лоб полезли. Он не мог скрыть своей радости. – Значит ли это, что ты больше не считаешь меня своим врагом?

– Ты особо не обольщайся, – опустила я его с небес на землю. – Я бы кинулась на помощь любому человеку в беде. Даже – врагу.

Грэй снова замер. И посмотрел на меня снизу вверх с восхищением, широко распахнув глаза:

– Ты очень добрая девушка, Валерия. Смелая. И абсолютно ненормальная. Обычно люди бегут от взрыва, а не в самый его центр, чтобы оказать помощь врагу. Не знаю, смог бы я сам быть так милосерден и великодушен к врагу.

Он окончательно замел все на совок. И встал передо мной в полный рост.

– А я думал, ты пришла меня поблагодарить за сапожки.

– Да. И это тоже, – я чуть приподняла подол платья. Чтобы показать, что я как раз в подаренных им сапожках. Быстро поставила одну ногу на носок, как в танце, а потом притопнула маленьким низким каблучком. – Сапожки очень удобные. Спасибо. Но как ты угадал мой размер? Где такие достал?

Грэй довольно улыбнулся и указал головой и глазами в угол комнаты за моей спиной, недалеко от двери. Я обернулась: там лежали куски коричневато-рыжей кожи, из которой были сшиты мои сапоги. Шило. И еще другие куски кожи иных цветов. Подошвы. Сапожная дратва.

– Мой дед был сапожником. Тот самый, с которым мы собирали хворост в Бургильонском лесу. Он вырастил меня. За что я вечно буду ему благодарен. Мать так и не сказала мне, кто мой отец. Она умерла, когда мне было семь. Но, судя по всему, у моего отца водились деньги. Кто-то же платил за мое обучение в монастырской школе. А потом в Магическом Университете. Присылал курьером мешочки с монетами деду, отцу матери. А дед меня многому научил. Шить сапоги, вот... Меня это успокаивает. Как медитация. Пока шью сапоги, в голову часто приходят полезные идеи и открытия по алхимии…

– Ты прямо, как Менделеев! – восхитилась я. – Только Менделеев не сапоги шил, а придумывал химические эксперименты, когда ремонтировал старые чемоданы. Его это тоже успокаивало.

– Кто такой Менделеев?

– Самый известный химик всех времен и народов. Мой соотечественник, кстати.

– Алхимик?

– Нет, химик. Алхимия позже, в будущем, даст начало науке Химии. И химики много полезного сделают для людей. А Менделеев создал таблицу всех химических элементов на Земле. Если вернусь домой, покидаю тебе в волшебный колодец школьные учебники по Химии с таблицей Менделеева. Тебе бы пригодились...

– Давай! Не откажусь! – развеселился Грэй. – А с размером ноги я не угадал. Я знал. Я же держал твою ножку в руке там, у фонтана. И твои туфельки тоже. Должен предупредить: я не успевал сшить все куски кожи с подошвой, когда спешил на свидание. Так что твои сапожки держатся не на нитках, а на одном волшебстве. Но если вдруг начнут разваливаться на Большом тракте, я всегда могу починить: или руками, или волшебством.

– А у тебя здесь … интересно, – оглядела я лабораторию Алхимика.

Поскольку почти все пространство занимали лабораторные столы с кучей колб, реторт, пробирок и приборов и большая печка, места для кровати с балдахином в этой башне не осталось. И Грэй, судя по всему, спал на узкой койке, застеленной серым одеялом. Койка была прислонена боком к стенке у входной двери.

– У тебя тут такой великолепный красочный бардак! – улыбнулась я, – «Гений не ищет порядка, гений властвует над хаосом».

– Да-а. Великолепный красочный бардак я могу создать практически в любом месте, – со странной гордостью и самодовольством в шутку заявил Грэй. – Если понадобится – обращайся.

– Спасибо. С этим я и сама отлично справляюсь. Но я тут по другому делу. Вот!

И я протянула Грэю свернутый в трубочку указ с печатью короля, который давал мне доступ к любым книгам магической библиотеки.

Алхимик недоуменно глянул на меня. Развернул свиток. Прочел. И удивленно присвистнул:

– Как тебе это удалось? Как ты получила такое разрешение?

– Ну я же – Чародейка! Оказала услугу королю. Прежде всего мне нужна книга защитных заклинаний. Что-нибудь попроще. И еще, если тебе не сложно Грэй, сними с меня этот кулон. Там что-то случилось с застежкой.

И я подняла рукой свои каштановые волосы к макушке и оголила шею. Затем отошла на всякий случай подальше от кислотно-ярких жидкостей в стеклянных колбах, ретортах и пробирках. Отошла в другой проход между центральным столом и тем, что был дальше всего от окон.

Алхимик последовал за мной.

Глава 25

Глава 25. «Стираю чужие поцелуи»

Грэй легонько, кончиками пальцев провел по моему позвоночнику на шее от завитков у линии волос до самого заметного шейного позвонка – туда, где начинается спина. Я слегка вздрогнула от этого приятного прикосновения. И подумала, что для расстегивания застежки кулона в этом жесте вообще-то не было никакой необходимости. Но Грэй уже возился с застежкой.

– Никак! – Признал он через минуту. – Застежку основательно сломали и заклинили, будто специально. Я боюсь применять заклинание, разбивающее цепи. Тут слишком близко твоя шея, позвоночник. Будет проще кусачками какими-нибудь.

– Да, давай лучше каким-то инструментом. У меня в башне вообще ничего подходящего нет.

Грэй подошел к печке. И взял огромные чугунные закопченные щипцы, которыми он хватал угли и раскаленные куски металла в своей печке.

– У меня здесь только такие. Но можно попробовать.

Щипцы выглядели устрашающе. И я засомневалась в успехе предприятия.

– Нет. Давай я потом. Сама найду что-нибудь получше.

– Съезжу, если перед отъездом успею, на рынок, куплю подходящий инструмент и освобожу тебя от подарка Рэндевальда, – пообещал Грэй.

А затем мрачно глянул на мою шею и плечи и предложил:

– Позволь я хоть избавлю тебя от кровоподтеков на шее. Чтоб не светила так явно перед всем королевским двором милостями и расположением принца.

Грэй бросил свои огромные щипцы на печную полку и поднял правую ладонь. Пальцы на его руке слабо засветились, будто их изнутри подсвечивал солнечный свет.

– Не бойся. Это быстро и совсем не больно.

Я нерешительно кивнула.

Легкое прикосновение светящихся пальцев Грэя было даже приятно. Как теплый солнечный луч, скользящий по коже. Я видела, как на моем плече исчез след поцелуя принца, словно своими «солнечными» пальцами Алхимик стер его резинкой.

В процессе лечения синяков от страстных поцелуев Рэндевальда Грэй зашел мне за спину. Я снова почувствовала на шее «солнечный лучик». Расслабилась. Стояла спокойно. Даже закрыла глаза от удовольствия. Как вдруг…

В том месте, где шея плавно переходит в плечо, я почувствовала осторожный нежный поцелуй.

Меня словно током шарахнуло. Я метнулась от Грэя на несколько шагов, ближе к печке. Развернулась и возмущенно крикнула:

– Да что ты делаешь?!

Грэй слегка наклонил голову, чтобы скрыть свою лукавую улыбку под носом, и шагнул ко мне:

– Стираю чужие поцелуи. Лечу тебя…

– Лжец! И ты туда же! Как ты мог?!

Грэй поднял голову и глянул на меня в упор. Серые глаза его стали темнее грозовой тучи:

– А тебе милее поцелуи принца? Ну, конечно! Он же богат, влиятелен и брат короля!

Это обвинение было так несправедливо! Так обидно слышать от него! Что я не выдержала и выкрикнула Грэю в лицо правду:

– Да я не знаю, как остановить его! Как мне удержать его, хотя бы на расстоянии вытянутой руки! И что мне делать, если он решит принудить меня к тому, чего я не хочу?!

Любому человеку сложнее врать и сдерживаться, когда он на эмоциях. Даже мне.

Мы замерли с Алхимиком друг напротив друга, взволнованно дыша, пораженные нашей внезапной взаимной откровенностью.

– Он тебе противен? – с надеждой, затаив дыхание, спросил Грэй.

– Нет, совсем не противен, – огорчила я Алхимика. – Рэндевальд – красивый, умный и страстный мужчина. Но он порой пугает меня. Принц бывает… слишком настойчив.

– Ну еще бы! Настойчивости принцу не занимать! – зло выплевывал слова Грэй. – Обрюхатил кучу баб. А теперь ему до них и дела нет. Как и до своих бастардов. Потому что на горизонте появилась более красивая и свежая пташка…

– Хватит! Прекрати! – возмутилась я. – Тебе это так не идет, Грэй, – говорить гадости о людях! Ты же совсем не такой! Ты другой…

– А какой я? – с любопытством перебил меня Алхимик. – Мне просто интересно: а какой я в твоих глазах?

– Я думаю, ты хороший человек, Грэй! Я хочу верить, что ты хороший добрый человек! – взволнованно отвечала я. – Ты же талантливый и умный парень, Грэй! И я вижу: ты полон сюрпризов. Но иногда ты так меня бесишь! Вот как сейчас, например, когда так строго судишь людей. Ты же в лице меняешься, когда говоришь о Рэне. Да что ты знаешь обо всех обстоятельствах принца Рэндевальда? Ты просто предвзято к нему относишься! Или ко мне…

– Да, я очень предвзято к тебе отношусь, – подтвердил Грэй, серьезно глядя мне в глаза. – И я не говорю гадости о людях. Только о принце. Я говорю то, что думаю. Я сам – бастард. И знаю, каково это – расти без отца, не знать его вовсе. Как по мне, так принц твой, «Прекрасный», совсем не стоит уважения. Он тебя не достоин, Валерия!

– Вот как?! Сам принц меня не достоин?! Высоко же ты меня ценишь! А кто тогда меня достоин?!

Мы стояли друг перед другом. Оба одинаково упрямые. Выставив лбы слегка вперед. Как собравшиеся бодаться молодые бычки.

– Я не хочу, чтобы он к тебе больше прикасался!

– Но это не тебе решать, мастер Грэй! Я – взрослая свободная женщина. И сама решаю, что мне делать. Буду поступать так, как сочту нужным.

Грэй стиснул зубы так, что губы его превратились в узкую полоску. Но смолчал. Сдержался.

– Лучше помоги мне научить принца держать свои руки при себе! Мне нужно разучить несколько новых фокусов, чтобы слегка его напугать. Найди мне книгу защитных заклинаний!

Глава 26

Глава 26. Книга порталов

– Так тебе для защиты от принца книжка защитных заклинаний понадобилась?– усмехнулся Грэй.

Я молча кивнула.

Грэй снова наклонил голову, чтобы скрыть свою улыбку под носом. А когда поднял на меня глаза, в них так и играли смешинки.

– Ты ведь – не Чародейка, Валерия! Правда? – улыбнулся Алхимик.

Я замерла от страха. В горле у меня все сжалось и пересохло.

«Язык мой—враг мой! Я слишком много ему сейчас наговорилана эмоциях. И полностьювыдала себя. А Грэй ведь работает на злобного Гримлока ».

– Не бойся! Я не скажу Гримлоку. И вообще никому другому, – заверил Грэй, правильно истолковав мое замешательство.

– Это так заметно?

– Мне и Гримлоку заметно. Это все же наша профессия. Остальным, думаю, —не очень.

– Когда ты понял?

– Сразу. Когда беседовали с тобой на лавочке у фонтана. Ты не знаешь и не умеешь абсолютно ничего из того, что должна знать и уметь Чародейка. Ты даже не знала про свойства порталов…

– Почему же ты назвал меня чародейкой перед королем и принцем, перед всеми в тронном зале? Почему ты не рассказал все Гримлоку?

Грэй молча слегка улыбнулся и прямо посмотрел мне в глаза. Он молчал. Хотел, чтоб я сама догадалась. Я поняла.

– Теперь ты мне веришь? Я, правда, не хотел тебе вредить.

Но тут в голову Алхимику пришла тревожная мысль.

– Принц знает? – нахмурился он.

– Он догадался. Когда Гримлок припер меня к стенке с заданием принести слезы единорога. Рэндевальд хорошо читает по лицам. Он догадался по моему лицу, когда я была испугана и растеряна.

Грэй нецензурно выругался и сплюнул вбок. Ого! Студент-ботаник и так умеет?

– Извини. Это плохо. Очень плохо.

– Сама знаю. Но я ни разу прямо не подтвердила Рэндевальду, что я – не чародейка. Еще есть возможность его удивить. Если только этому можно научиться. Ой! А чародейству вообще можно научиться? – испугалась я. – Или это какой-то особый врожденный редкий дар? Талант. Какая-то генетическая суперспособность?

Грэй, улыбаясь, смотрел на меня. Глаза его смеялись.

– Сейчас я тебе открою самый страшный чародейский секрет! – тоном заговорщика сказал Алхимик и ямочки на его щеках заиграли. – Я такой же человек, как и ты. И Гримлок. И все чародеи. Ты думаешь, кто-то рождается чародеем? Или алхимиком? Либо гениальным музыкантом или математиком? Нет. Всему можно научиться. Если очень захотеть. И если мозги нормально работают. Капелька таланта, конечно, тоже не помешает. И воля. И хорошая память. И тренировка силы. Живое яркое воображение. Образное мышление. Но, прежде всего, нужны много упорства и труда. Как и в любом деле, которое требует самоотдачи. Но пусть все вокруг думают, что у нас, магов и чародеев, – особый врожденный дар. Поняла? Так надо. Это – часть профессии. Магия – это не дар. Это – знания и навыки. Тайные знания. Они в магических книгах и свитках. Конечно, не у всех может получиться. Нужна все же какая-то предрасположенность к этому делу. Но если человек талантлив в чем-то одном, то ему проще быть талантливым и в другом. Это – уже не магия. Это – закон природы. А ты чем занималась в своем мире, «Чародейка»? Есть ли у тебя таланты?

– Делала видеоблог о путешествиях на YouTube, разные рекламные коллаборации, фотографировала города, природу, писала статьи в глянцевые журналы, рассказывала о многих интересных местах и достопримечательностях.

– А-а, сказочница-рассказчица! – перевел для себя Грэй. – То-то я смотрю, врешь и не краснеешь. Может, у тебя и получится. Но в данном случае тебе нужна не книга защитных заклинаний. Тут подойдет книга атакующих заклинаний первой ступени, для начинающих. Мы же идем по Большому тракту и в Бургильонский лес. Пригодится. Атакующие заклинания можно использовать и для защиты тоже. Но тебе лучше позаниматься на первых порах с наставником. Заклинания не обязательно говорить вслух. Можно про себя, внутренней речью. Но иногда требуется правильная постановка руки, пальцев, правильные мыслеобразы. Тебе лучше бы сначала потренироваться со мной...

При последней фразе Алхимик снова слегка наклонил голову, чтобы скрыть лукавую полуулыбку у себя под носом. Но я уже знала эту его манеру. И сразу поняла его тайные намерения:

– Ага! А ты, наставник, будешь в это время держать меня за талию и правильно ставить мне руку… Нет уж! Давай-ка я сама сначала попробую. И где же твоя магическая библиотека?

Грэй прошел мимо меня и печки и отдернул длинную тяжелую винно-красную занавеску, которая скрывала нишу в стене. В этой нише, между противоположными белеными известью стенками были закреплены длинные прочные книжные полки. И все они – от пола до потолка – были тесно заставлены старинными магическими фолиантами разного размера, между которыми и над которыми то и дело были натыканы древние пожелтевшие свитки с пророчествами. Вот, собственно, и вся библиотека. Одна стенка в нише с книжными полками.

А я чего хотела? Это же – Темные века. Книг вообще еще очень мало. А магических книг и не может быть очень много. Тем более, в частном собрании одного коллекционера-короля в замке Круазен средних размеров.

Алхимик взял прислоненную сбоку к стенке высокую стремянку, расправил ее и установил в перед полками по центру.

Он быстро и ловко вскарабкался почти до самого верха. И, беспечно болтая о том, что эти атакующие заклинания учат еще в начале первого курса в Магическом Университете, искал мне нужную книжку. Говорил, что эти заклинания не очень сложные. Наконец, он нашел ее где-то на верхней полке: тонкая книжка в кожаном коричневом переплете.

– Вот она! – и продолжая весело болтать о книгах, Университете, степенях сложности заклинаний и первокурсниках, Грэй уже собирался спускаться спиной ко мне – лицом к книжным полкам.

И тут меня будто что-то толкнуло.

Какое-то наитие.

И я таким же беспечным, даже веселым тоном крикнула ему снизу вверх:

– И книгу порталов мне захвати!

Грэй на автомате, продолжая болтать о всякой всячине, вытянул левую руку во всю длину и коснулся третьей книжки с краю со второй полки сверху. Это был высокий и толстый фолиант в обложке из бордовой кожи с золочеными застежками. Почти мгновенно Грэй слегка отдернул руку от этой книжки, как от горячего чайника, словно обжегся. И сразу незаметным жестом постарался задвинуть ее на место. А затем, как ни в чем ни бывало, не меняя своего беспечного тона и продолжая весело болтать о Магическом Университете, стал спускаться со стремянки спиной ко мне с одной тонкой коричневой книжкой в руках.

Грэй спустился на пол и обернулся ко мне со своей невинной мальчишеской улыбкой и книжкой атакующих заклинаний в руке.

И сразу наткнулся на мой мрачный ледяной взгляд...