Текст книги "Всё имеет свою цену (СИ)"

Автор книги: Оливия Лейк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

Глава 15

– Я уже предупреждал тебя, чтобы ты не ходила с отрядом в лес. Сколько тебе нужно это говорить, чтобы вдолбить это в твою кудрявую голову? Или, может, мне моим солдатам отрубить головы, чтобы ты поняла? – еле сдерживая гнев, обрушился на жену владыка.

– Это и мое королевство, и я хочу помочь отчистить его, а солдаты просто выполняют мои приказы, – спокойно ответила Эсмерленд.

– Я не хотел подвергать сомнению твой авторитет, но ты вынуждаешь меня отдать приказ, чтобы тебе подчинялись только слуги на кухне и горничные!

– Отдавай, – пожала плечами Эсмерленд.

– Я запрещаю тебе заходить в ту часть леса!

– Я не подчиняюсь приказам, которые мне не нравятся. – Королева поднялась и сделала шаг к выходу.

– Я не закончил, – твердо сказал Трандуил.

– Я не служанка, мне не нужно твое разрешение, чтобы уйти.

– Эсмерленд, а ты знаешь, что упрямство – достоинство ослов?

Её щеки вспыхнули от злости, и она опрометью выскочила из кабинета.

Трандуил поднял глаза к потолку и начал произносить про себя замысловатые названия известных созвездий. Все его попытки наладить отношения с женой разбивались о глухую стену непонимания и упрямства. У него было стойкое ощущение, что она испытывает его терпение на прочность. Трандуил считал себя достаточно терпеливым мужчиной, но Эсмерленд сводила его с ума. Подарки она не принимала, застать её одну стало практически невозможно, дверь в её спальню была заперта и даже если бы он захотел воспользоваться своим ключом, открыть эту пресловутую дверь все равно бы не получилось. Или от него, или от самой себя Эсмерленд стала закрывать дверь и на внутренний замок. А идти ночью через две пары стражей королю не позволяла гордость.

– Что ты такой хмурый? – спросил вошедший в кабинет Синголло.

– Мой дворец превратился в поле битвы, – устало ответил Трандуил.

Приезд старого друга хоть немного, но скрашивал его королевские будни. Они часто вспоминали молодость, и владыка в эти моменты отвлекался от мыслей о строптивой жене.

Эсмерленд быстро спускалась по ступенькам в надежде поскорее глотнуть свежего воздуха. Неудачный разговор с мужем окончательно выбил её из колеи. Они абсолютно перестали понимать друг друга. Королева тяжело вздохнула. Если бы Трандуил, приехав к ней тогда в Ривенделл, сказал, что любит её, и она нужна ему, всё было бы по-другому. Даже если бы он сейчас это сказал, даже если бы это было ложью, она бы поверила и кинулась в его объятия. Но он молчал, пытаясь попросту купить её благосклонность: драгоценности, наряды, произведения искусства – он готов был дать ей все кроме своей любви. Это удручало.

Королева Лихолесья пыталась занять себя настолько, насколько это вообще было возможно. Она планировала свой день так, чтобы времени придаваться мыслям о муже не оставалось: когда Эсмерленд была не с дочерью, она занималась обязанностями хозяйки этого дворца, как и несколько лет назад, а также тренировалась с Тауриэль и Леголасом, который отложил свои странствия с Арагорном и осел во дворце. Ну, и вылазки в лес действительно имели место быть, что жутко злило Трандуила. Когда она приходила в свои покои, у неё не было сил на мысли о супруге, и тем более, на действия.

Придворные эльфы тоже чувствовали напряжение в отношениях короля и королевы и старались не попадаться лишний раз на глаза. Хотя при посторонних супруги вели себя сдержано и подчеркнуто вежливо, но владыка стал раздражителен и за любую оплошность строго отчитывал.

Эсмерленд, преодолев последнюю ступеньку, вышла во двор и пошла на звук бьющейся друг о друга стали. Выйдя на место учебной тренировки, она увидела ставших в позицию для ближнего боя Леголаса и Тауриэль. Эльфы уже привыкли часто видеть здесь свою госпожу и при её появлении учтиво кланялись, но от занятий не отвлекались.

Она стала возле высокого ветвистого бука и, облокотившись спиной о ствол, начала наблюдать за поединком. Соперники двигались грациозно, как хищные звери. Эсмерленд только и успевала следить глазами за делающей молниеносные выпады стражницей, волосы которой под тусклым осенним солнцем отливали красным.

Меч её соперника порхал, как бабочка, но жалил не хуже самого смертоносного паука. Эльфийский принц ловко отражал каждый удар, а когда сам шел в стремительную атаку, Тауриэль вынуждена была сдавать позиции. Эти двое представляли собой настоящий убийственный тандем.

Веселый бархатный голос, прозвучавший в нескольких метрах от нее, заставил Эсмерленд обернуться.

– Миледи не хочет составить мне компанию в поединке на мечах? – спросил Синголло.

– Сейчас у меня настроение наблюдать. – Она кивком указала на кружащуюся с клинками пару.

У него загорелись глаза, и он проговорил:

– Я думаю, мне стоит попросить Леголаса уступить мне свою партнершу.

– Я думаю, любой из присутствующих согласится составить тебе компанию, – решила поддразнить его Эсмерленд.

– Сегодня мне хотелось бы, чтобы компанию мне составила дама.

– Ну-ну, – с понимающей улыбкой произнесла королева.

Светловолосый синда поменялся с принцем местами и, достав меч, широко улыбнулся Тауриэль. Та, окинув его холодным взглядом, стала в боевую стойку.

Королева и принц, подошедший к ней, зачарованно смотрели за происходящим на плацу действом. Синголло сражался, будто танцевал! Его движения были настолько точны и изящны, что не получить наслаждения от такого боя было просто невозможно. Но самое главное – там была страсть. Если Леголас и Тауриэль дрались, как хорошо слаженный механизм, то это был поединок воли и характера. Мужчина хотел покорить женщину, но она не соглашалась и яростно сопротивлялась.

Старый друг Трандуила оказывал знаки внимания рыжеволосой эльфийке с самого своего приезда. И Эсмерленд искренне изумлялась холодности Тауриэль. Помимо того, что Синголло был действительно красивым мужчиной, он был остроумен и весел, галантный кавалер и прекрасный рассказчик. И сейчас королева воочию убедилась, что он еще и умелый воин. Неужели его пылкость не тронула даже малую толику души командира стражи Лесного королевства?

«Надеюсь, Тауриэль до сих пор не влюблена в своего короля» – подумала Эсмерленд.

***

С приходом весны долгие морозы сменяются долгожданным теплом, а яркое солнышко понемногу начинает согревать остывший воздух. Хотя снег еще долго будет лежать в лесу, а холодные ветра не раз напомнят о зиме, природа начинает просыпаться от зимней спячки и наполнять жизнью все вокруг. Первые слабые лучи солнца постепенно растопят снег и напитают влагой почву, а сочная молодая трава расстелется мягким зеленым ковром. Почки набухнут на голых ветках, и распустятся прекрасные яркие листья. Лес оживет под напором весны, и птицы озарят его звонкими трелями. Весна – самая долгожданная пора, она обязательно приходит вслед за дождливой осенью и холодной бесконечной зимой, принося радость и вселяя надежду.

Сегодня в Лесном королевстве праздновали Мерет-Эн-Гилит – пир Звездного Света. Во дворце заканчивали последние приготовления, и лесной народ шумел и радовался в преддверии любимого праздника. В ещё по-зимнему холодном воздухе ощущались запахи весны, дурманя и пьяня всех подданных королевства. _Читай на Книгоед.нет_ Но это чудесное время года не тронула сердце самого главного обитателя дворца – короля. Трандуил стоял возле трона и серьезно слушал брата своей жены.

– На протяжении многих лет я искал Голлума по долинам Андуина вплоть до Чёрных Врат и Долины Моргула, – устало говорил Арагорн. – И наконец нашел. Он крался из Мордора по краю Мёртвых Болот, я поймал его и привел к вам в Лихолесье. Я надеюсь, вы подержите его в заключении?

– Конечно, я говорил тебе, что можешь рассчитывать на мою помощь. В моей темнице хватит места для ещё одного постояльца.

– Благодарю, милорд. Я чувствую, что он не сам сбежал из Мордора, его отпустили. И отпустили с определенной целью: он одержим кольцом и может помочь Темному Властелину найти его.

Серьезный разговор был прерван звонким детским смехом. Таурэтари, отпустив руку матери, быстро побежала по ступенькам к трону. Арагорн опустился на одно колено и раскрыл объятия племяннице, которая рухнула к нему на руки, пытаясь отдышаться от стремительного забега.

– Как ты выросла за эти несколько месяцев! Скоро будешь выше своей мамы! – пошутил Странник.

Девочка захихикала и принялась рассказывать, как ей нравится жить во дворце, и что она теперь принцесса.

– Только я иногда скучаю по владыке Элронду и всему Ривенделлу, – взгрустнув, закончила Таурэтари.

– Скучать по тем, кого ты любишь, это нормально. По тебе в Ривенделле тоже все скучают, это я знаю точно, и в твоей комнате тебя ждут подарки от всей семьи Элронда.

Глаза Таурэтари загорелись в предвкушении, и она, повернувшись к отцу, воскликнула:

– Папа, отведи меня в мою комнату!

– Хорошо, – ответил владыка и взял её за руку.

Эсмерленд подошла и, обняв брата, начала расспрашивать обо всех новостях.

– Надеюсь, ты останешься на праздник? – заглядывая ему в глаза, спросила королева.

– Я не могу. Я сейчас же должен уехать, у меня срочная встреча в Эриадоре.

– Такая срочная, что ты даже передохнуть день-два не можешь?

– Это очень важная встреча, – ответил Арагорн и, прочитав в её глазах вопрос, добавил: – Не беспокойся, эта встреча с другом. Кстати, для тебя у меня тоже есть подарок.

Эсмерленд удивленно ждала продолжения.

– Я встретил по дороге сюда Элрохира с братом, и он просил передать тебе это. – Арагорн достал небольшую коробочку и протянул сестре.

Эсмерленд открыла её и посмотрела на покоящуюся на черном бархате брошь. Украшение было очень утонченным, выполнено в форме звезды и украшено редкими розовыми сапфирами.

– Он просил передать, что сожалеет, что не присутствовал на твоей свадьбе и не смог лично поздравить, но искренне желает тебе счастья.

Королева слегка улыбнулась, но, стоило ей взглянуть на мужа, как её улыбка угасла. Трандуил холодно смотрел на жену, не выказывая больше никаких эмоций, но душу его раздирала ревность. Он не желал, чтобы Эсмерленд принимала такие подарки от мужчины, явно к ней не равнодушного, и молча ждал её реакции.

– Брошь великолепна, я напишу ему и поблагодарю, – произнесла она и захлопнула коробочку. – Ты хочешь уехать прямо сейчас?

– Да, – ответил Арагорн.

– Я провожу тебя.

– Папа, пойдем уже, – сказала Таурэтари, дергая отца за руку.

– Пойдем.

– Милорд, – прощаясь, произнес Арагорн. Король кивнул ему и прошел с дочерью мимо.

– Я смотрю, ты еще не простила его? – обратился брат к сестре. Эсмерленд взяла Арагорна под руку, и они начали спускаться.

– Я запуталась, это все так сложно…

– Дорогая, не трать свою жизнь на обиды и ссоры. Я не оправдываю короля, но он хотел всеми способами удержать тебя…

– Мог бы выбрать способ понежнее, – перебила его королева.

– А дала бы ты ему время для нежности? Зная твой характер, я не удивлен его поступком. Ты бы на зло могла сбежать в Валинор, а потом всю свою бесконечную жизнь страдать из-за глупого упрямства.

– Ладно, я как-нибудь разберусь в своей жизни, а ты будь осторожен, – ответила Эсмерленд и поцеловала брата на прощание.

***

Миледи стояла возле зеркала и, в последний раз прикоснувшись щеткой к волосам, осмотривала себя. Мягкий бархат отливал полночной синевой, а низкий лиф, расшитый серебристыми бабочками и крохотными алмазами, открывал грудь и подчеркивал тонкую талию. Юбка платья мерцала в свете свечей маленькими звездочками и, слегка расширяясь книзу, переходила в небольшой шлейф. С помощью заколок Галандиль убрала волосы госпожи назад, открывая лицо и плечи.

Эсмерленд взяла еще одну заколку, собираясь подколоть выбившийся локон, но звук открывшейся двери заставил её повернуться. Трандуил вошел в спальню жены через парадный вход и остановился в нескольких метрах.

– Ты готова? – спросил король, осматривая королеву с ног до головы.

– Почти, – ответила она, закрепляя заколку в волосах.

Её Величество чуть отстранилась от зеркала и повертела головой, осматривая прическу. Волосы струились по спине, но больше не норовили падать на грудь. Эсмерленд, кинув взгляд на столик, остановилась на открытой коробке с ожерельем из темно-синих сапфиров, гармонировавших с её нарядом.

– Я помогу, – услышала она голос за спиной и почувствовала, как пальцы мужа нежно убирают волосы. Трандуил, не прекращая смотреть на жену, ловко застегнул колье на шее и убрал руки.

Его камзол из светло-серебристой парчи буквально источал сияние, а в гармонии с платьем королевы цвета полночного неба казалось, что он рассыпается мириадами звезд по небосклону.

Королева повернулась, оказавшись в нескольких сантиметрах от его груди, и произнесла:

– Я готова.

Владыка отступил от неё, пропуская вперед, но руки не подал. Во-первых, король не был уверен, что она её примет, а ругаться с ней сейчас он не хотел. Во-вторых, предприняв несколько неудачных попыток в примирении с женой, он решил пустить все на самотек, надеясь на время и благоразумие Эсмерленд. Однако возле выхода из покоев Трандуил взял жену за руку, и они вышли, как король и королева.

После праздничного ужина последовали танцы. Милорд кивнул музыкантам и, взяв руку жены, повел в центр зала. На всех праздниках, вне зависимости от их отношений, король и королева танцевали первый танец. Менестрель извлекал из арфы чудесную мелодию, буквально погружая зал в чарующие звуки. Трандуил слегка придерживал талию жены, грациозно кружа её в танце. Голубые глаза бесстрастно смотрели прямо в карие, что немного нервировало Эсмерленд. После того, как она днем приняла подарок Элрохира, муж перестал вообще проявлять к ней хоть какие-то эмоции. В его взгляде не было даже привычной надменности или холодности, одна сверкающая небесно-голубая пустота.

Музыка начала затихать и, сделав последний вздох, арфа замерла. Владыка коснулся губами руки королевы, благодаря за танец, и отвел к столу. Эсмерленд не стала присаживаться, а, взяв бокал, отошла к стоящей у стены Тауриэль.

– Наконец-то ты не несешь службу во время праздника! – пытаясь отвлечься, воскликнула королева.

– Его Величество приказал охранять Голлума Морнэмиру, а мне сказал, что желает видеть меня здесь.

– Ты прекрасно выглядишь! Я вообще в первый раз вижу тебя в платье, – сказала Эсмерленд.

К ним подошел Синголло, приглашая эльфийку на танец. А Эсмерленд закружилась в паре с Нимефелом. Когда девушки снова встретились у стены королева спросила:

– Тауриэль, утоли мое любопытство, неужели все попытки Синголло добиться твоего расположения безрезультатны? Неужели его чувства не нашли отклика в твоей душе?

– Любовь – это призрачное чувство, оно отнимает волю, парализует разум. Любить – это больно. Я больше не хочу страдать. – Последняя фраза была сказана шёпотом.

– Лучше любить и потерять, чем не любить вообще, – посмотрев в глаза Тауриэль, сказала Эсмерленд. – А почему Морнэмир охраняет Голлума? – меняя тему спросила королева.

– Так приказал Его Величество.

– Один из сильнейших эльфов королевства стал простым сторожем при нашем скользком пленнике, – с грустью проговорила она.

Тауриэль замолчала. Они обе понимали откуда такая немилость.

Из-за Эсмерленд Морнэмир лишился должности и доверия владыки. И это до сих пор грызло её, особенно, когда она встречалась с такими спокойными зелеными глазами бывшего начальника личной охраны короля.

Королева увидела направляющегося к ним Синголло с двумя бокалами белого вина и, улыбнувшись Тауриэль, растворилась в зале.

Эсмерленд задумалась. Может, сейчас ей снова завести разговор о Морнэмире и муж пойдет на уступки? А она в ответ пойдет на уступки в их отношениях. Эсмерленд чуть улыбнулась. Ведь сейчас она пыталась найти лазейку не только для впавшего в немилость эльфа, но и для себя. Ей нужно отступить от выбранной линии поведения и примириться с мужем без урона собственного достоинства.

Лесная королева посмотрела в сторону накрытого стола, за которым сидел король, и уверенность в том, что все получится, погасла. Некая эллет, которую Эсмерленд припомнить не могла, буквально заглядывала в рот её мужа, а он непринуждённо кивал в такт её словам.

Трандуил же сидел и делал вид, что слушает назойливую болтовню сидящей рядом эллет, а иногда даже бросал односложные реплики. Взгляд короля скользил по залу, наблюдая за веселящейся женой. Как начались танцы, она ни разу не подошла и не присела рядом, каждый раз кружась в вихре танца с новым партнером. В очередной раз переведя глаза в зал, Трандуил неожиданно заметил идущую к нему Эсмерленд и поднялся.

– Милорд, я устала и хочу покинуть праздник, – приблизившись, проговорила королева. – Не нужно меня провожать, – предугадав его порыв, сказала она. – Без королевы бал продолжится, а вот без короля нет. – Эсмерленд не удержалась и бросила мимолетный взгляд на светловолосую эльфийку, сидящую рядом с мужем. Королева улыбнулась ему и, слегка склонив голову в знак уважения, поспешила к выходу.

Владыка смотрел вслед удаляющейся стройной фигуре жены пока она не исчезла за поворотом. Бросив раздраженный взгляд на эллет, Трандуил тоже решил покинуть праздник.

Глава 16

Эсмерленд устало закрыла за собой дверь и прошла в спальню. Небо за окном становилось светлее, а луна ещё час назад светившая так ярко, поблекла и истончилась. Она присела на кровать и посмотрела в зеркало. Показное веселье, которое она так упорно демонстрировала на этом празднике, вытянуло из неё всё силы.

– Почему же я чувствую такое опустошение? – задала вопрос своему отражению роскошно одетая женщина.

Ответ был очевиден: она скучала по мужу… Эсмерленд повернулась к наглухо запертой двери, соединяющей их спальни, и поднялась. Преодолев несколько метров, отделявшие её от цели, она замерла.

«Вернулся ли Трандуил?» – ответ на вопрос последовал незамедлительно, дверь его комнаты хлопнула, извещая о возвращении короля. Она убрала руку, тянувшуюся к ручке, и поспешила в купальни. Немного остыть ей не помешает!

Когда она вышла, рассвет уже полностью вступил в свои права, окрасив все вокруг багрянцем, а свежее прохладное утро ранней весны заливало комнату мягким светом. Эсмерленд почувствовала, что ей душно в этой комнате, желание глотнуть свежего воздуха стало нестерпимым. Она скинула халат и облачилась в привычный мужской костюм. Красный удлинённый камзол, прекрасно подходящий для этого времени года, завершил картину. Королева посмотрела на ножны, висящие за дверью, и, недолго думая, прицепила их к поясу. Вряд ли ей понадобится меч, но было приятно почувствовать тяжесть изящного клинка.

Эсмерленд подошла к тяжелым каменным воротам, охраняющим вход, и они тут же перед ней распахнулись. Трандуил конечно узнает, что она в этот час решила покинуть дворец. Магическая завеса не позволяла без позволения господина, наложившего её, кому-либо выбраться незамеченным, но госпоже было все равно, пусть знает.

Лес стоял тихий и безмолвный. Прохлада нового дня приятно обожгла лицо, а воздух, наполненный ароматами свежей травы, только начинающей показываться из-под земли, придавал бодрости и сил. Эсмерленд пошла вглубь леса. Тауриэль говорила, что им невыносимо жалко даже такое создание, как Голлум, и они на рассвете выпускают его из темницы, разрешая недолго полазить по деревьям. Она еще не видела его и сейчас решила отправиться к тому самому месту.

Морнэмир услышал шаги и дотронулся до меча. Тусклый солнечный свет осветил фигуру приближающейся королевы, и эльф склонил голову в почтении.

– Доброе утро, миледи, – произнес охранник, и стража последовала его примеру.

Морнэмир был почтителен и вежлив с вновь обретшей корону Эсмерленд. Но чувствовал, что она обращалась к нему только при крайней необходимости. Госпожа до сих пор считала, что он ненавидит её за утрату должности и потерю расположения короля.

– Доброе, – поздоровалась королева и осмотрела ближайшие деревья.

– Ваше Величество, Голлум сейчас на свободе. – Морнэмир показал пальцем на высокое дерево. – Он – существо непредсказуемое, я думаю вам лучше уйти, ради вашей безопасности.

«И этот туда же! Что ж все так любят указывать мне, что делать!» – с зарождающимся гневом подумала Эсмерленд.

Лесная королева уже хотела грубо оборвать его, когда худое скользкое существо стремительно опустилось перед ней. Голлум оскалился и зашипел на стоящую перед ним деву, вызывая оторопь и некую гадливость. Стража тут же подскочила и схватила его, оттаскивая от опешившей госпожи.

Эсмерленд посмотрела на стражника, который спокойно, без тени упрека взирал на неё, и решила последовать его совету. Она пошла по дорожке, ведущей в сторону высоких дубов, погружаясь в собственные переживания.

Ей стало жалко это бедное изнуренное создание, настолько изменившееся под гнетом темной воли и совершившее ужасные деяния под воздействием злого рока. Как все это грустно. И то, что её брак превращается в какую-то пытку, тоже грустно. А кто в этом виноват? Только она… Эсмерленд тяжело вздохнула. В своем бесконечном упрямстве и желании наказать мужа она сама рушила своё счастье. Трандуил больше не предпринимал попыток к сближению, а она не хотела идти на попятную.

Упрямство – достоинство ослов, так он ей недавно сказал. Эсмерленд улыбнулась. Она взрослая женщина, способная признавать ошибки и идти на компромисс. Что ей стоит первой сделать шаг к примирению, она ведь любит его и её любви хватит на них двоих.

«Решено!» – на этой приятной ноте Эсмерленд очнулась от своих мыслей и огляделась.

– Далеко же я забралась, – вслух удивилась она. Это часть леса ей была незнакома, да и местность явно была нехоженой. Подлесок густой, а деревья слишком плотно стоят друг к другу, и в глубине клубится чернота.

«И когда я успела свернуть с тропы?» – промелькнуло у нее в голове.

Еле слышный шорох привлек внимание Эсмерленд, и она затихла, а потом услышала голоса. Королева не понимала этого языка, но кто на нем говорил, ей было прекрасно известно. Грубый, с неким шипением, а иногда даже каркающий – язык орков.

«Орки! Так близко к нашим границам?!» – Эсмерленд начала лихорадочно соображать, что делать, а голоса становились все ближе.

Убежать даже и пытаться не стоит, она не успеет. Выстоять против нескольких орков она не сможет, а умирать от орочьего меча перспектива не из приятных, как и возможный плен.

«Надо спрятаться!» – Эсмерленд еще раз огляделась в поисках хоть какого-нибудь укрытия и заметила старое дерево с глубокой расщелиной в стволе. Она тихо подобралась к нему и залезла внутрь. Через мгновение услышав, как буквально в метре от неё прозвучали голоса. О чём они говорили, королева не понимала, да ей было и не интересно. Страх – единственное чувство, владевшее ей сейчас.

Убежище королевы едва ли можно было назвать надежным, и если злые гости решат хотя бы просто обойти дерево, её тут же заметят. Она напрягла голову в попытках хоть что-нибудь придумать.

Когда они только поженились, Эсмерленд исследовала дворец и особенно библиотеку. Она нашла древнюю книгу на неизвестном языке. Трандуил рассказал, что она написана на квенья, а говорится в ней об эльфийской магии. Он ей прочитал простейшее заклинание защиты, и теперь она силилась его вспомнить. Королева понимала, что оркам даже не обязательно видеть её, они могут просто учуять запах страха, волнами исходивший от дерева.

«Как же там было?» – В памяти начали всплывать слова:

– Я бесплотный дух леса, меня нет, – бескровными губами шептала Эсмерленд.

– Я лишь травинка в этом лесу, меня нет.

– Я птица, пролетевшая над лесом, меня нет.

Эсмерленд, не обладая абсолютно никакой магией, пыталась воспроизвести древнее заклинание. Вся надежда была только на магическую силу мужа. Она надеялась, что магия его леса откликнется и сможет скрыть её от врагов.

За своим занятием королева не сразу услышала, что орки перешли на всеобщий язык. Она открыла глаза, пытаясь понять суть разговора, одновременно продолжала шептать.

– Какие будут приказания? – грубо спросил кто-то.

– Вы нападете на стражу и поможете бежать Голлуму, он нужен нам на свободе.

Эсмерленд напряглась от этого голоса. Он явно принадлежал не оркам. Сильный, властный, привыкший повелевать. Голос оратора и господина. Такой голос не забывается, но она не могла припомнить его и просто продолжала слушать.

– Что еще?

– Орки Дол Гулдура должны постоянно нападать на границы Лесного королевства. Жгите деревни, убивайте лесной народ. Грядет великая битва, народы Средиземья не должны объединиться. Пусть король занимается своими проблемами и не спешит помогать людям.

– Нам убить короля? – последний вопрос задал все тот же орк с грубым каркающим произношением.

Эсмерленд напряглась от нахлынувшего страха за мужа и сжала кулаки.

Послышался неприятный смех, а потом голос незнакомца ответил:

– Если вам это удастся, я не буду против.

Голоса начали затихать, а после и вовсе пропали. Эсмерленд еще какое-то время посидела в своем укрытии, опасаясь выходить. Но время шло, а тишину не нарушал даже шепот листвы. Все замерло.

Королева вылезла из расщелины, только одна мысль билась у нее в голове: бежать к Трандуилу и все рассказать. На секунду она задумалась о голосе.

«Кто же это мог быть?» – но выяснять самой у нее не было никакого желания.

Эсмерленд было направилась туда, откуда пришла, но почувствовала это – прикосновение силы. Она прошла через неё, вызывая дрожь во всем теле, и осела в голове.

Голос, такой ласковый и чарующий, начал шептать, он звал за собой. Обещал раскрыть все секреты, дать ответы на все вопросы и удовлетворить самые тайные желания.

Королева повернулась туда, куда звал её голос, но не решалась идти. В мозгу билась мысль о муже. Надо все рассказать ему!

Хруст веток под ногами отвлек её от голоса, и Эсмерленд повернулась.

Молодая эльфийка собирала хворост. Одета скромно, но добротно, эллет была явно из ближайшей деревни.

– Подойди ко мне, – позвала Эсмерленд, борясь с желанием подчиниться приказу, прозвучавшему в голове.

Эллет какое-то время просто смотрела, а потом повиновалась.

– Знаешь, кто перед тобой? – спросила королева.

Эльфийка внимательно смотрела на Эсмерленд, пытаясь понять, кто эта молодая аданэт. Красивая, одетая в мужской костюм и с мечом, волосы темные и завиваются буйными кудрями… Эллет изумленно расширила глаза и ответила:

– Да, миледи.

– Сейчас ты запомнишь все, что я скажу, – сказала королева, пытаясь не обращать внимание на нежный голос, приказывающий повиноваться.

Эсмерленд повторила все, что услышала и велела:

– Ты слово в слово передашь, что я сказала своему королю и только ему. – Пока она не знала, кому принадлежит голос, доверять она могла только Трандуилу. – А чтобы тебя пропустили… – Королева осмотрела себя. У нее не было с собой ничего, что мог бы узнать владыка, только меч и обручальное кольцо с сапфиром, так напоминающим глаза мужа. Она сняла кольцо с пальца и протянула эллет.

– Покажешь это кольцо страже и скажешь, что оно моё, тебя непременно пропустят к королю. Отдашь ему кольцо, и он тебе поверит. А теперь со всех ног беги и смотри не потеряй его, оно очень дорого мне.

Эсмерленд не стала проверять выполняет ли эльфийка её приказ, а просто развернулась и шагнула во мрак Черного леса.

Молодая эллет колебалась всего секунду, а потом кинулась со всех ног в противоположную сторону.

***

Время перевалило за полдень, когда Трандуил, сидя на троне, слушал доклад Нимефела. Он слегка кивал на слова советника, хотя сам думал о жене. Куда она пошла в такую рань и почему до сих пор не вернулась?

Синголло, лениво облокотившись о каменную колонну, ждал, когда король закончит обсуждать дела и уделит другу несколько часов королевского времени. Владыка оторвался от разговора и посмотрел вниз, на спешащего к трону стражника.

– Ваше Величество, с вами хочет поговорить девушка из деревни, – торопливо проговорил эльф.

Трандуил в изумлении приподнял бровь: с каких это пор он сам решает вопросы с простыми эльфийками?!

Охранник стушевался и произнес:

– Я знаю, владыка, но она показала вот это. – Мужчина протянул руку и раскрыл ладонь.

Страх ледяной рукой сковал сердце владыки, а рука потянулась к обручальному кольцу Эсмерленд. Трандуил сжал в ладони перстень и процедил:

– Веди.

Юная эллет быстро шла по витиеватой лестнице вверх, испуганно озираясь по сторонам. Но королю казалось, что идёт она слишком медленно, постоянно вертит головой, будто её пригласили осмотреть дворец. Одно желание билось у него в голове: схватить её и вытрясти все, что знает. Но он не тронулся с места и с напускным спокойствием наблюдал за приближающейся девушкой.

– Говори, – произнес владыка, когда эльфийка подошла достаточно близко.

– Миледи велела передать вам слово в слово то, что она узнала.

– Говори! – прорычал король.

Эллет заговорила, пытаясь точно воспроизвести все, что услышала от королевы. Глаза Трандуила запылали от гнева, а кулаки непроизвольно смяли ткань мантии.

– Где она? – с тихой яростью спросил король.

– Я-я не знаю, владыка, миледи велела б-бежать к вам со всех ног, а сама развернулась и ушла в с-сумрак Чёрного леса. – Эллет так боялась вызвать гнев милорда на себя, что начала заикаться.

– Это всё, что говорила госпожа? – задал последний вопрос Трандуил.

– Да, милорд, то есть нет! Миледи ещё сказала, что это кольцо ей очень дорого, и чтобы я не потеряла его.

Трандуил резко поднялся и сквозь зубы бросил Нимефелу:

– Ты все слышал, собирай воинов!

Он промчался мимо склонившейся в поклоне эллет, с силой сжимая кольцо. Сейчас ему нужно во что бы то ни стало найти жену и защитить свой народ. А когда он найдет её, то запрёт во дворце и больше не выпустит. Владыка Лихолесья даже мысли не допускал, что может больше никогда не увидеть свою королеву. Последние слова Эсмерленд вселили в него надежду на примирение, главное, чтобы не было слишком поздно…