Текст книги "Лучик в академии (СИ)"

Автор книги: Ольга Стрижова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)

Лучик в академии
Ольга Стрижова

Глава 1. Изгнание

– Пошла вон, приблуда эльфячья! Шоб ноги твоей на пороге не було! – крикнула, швырнув чемодан с собранными вещами та, кого за семнадцать лет я привыкла величать мамой.– Но, мама, – жалобно попыталась возразить я, чтобы донести до одуревшего от постоянного пьянства рассудка мачехи очевидную истину: – Мне некуда идти и у меня совсем нет денег! – За что получила в лицо ворохом документов, рассыпавшимся по земле. Проглотила подступившие слезы: не буду реветь, меня так просто не проймешь! За свою жизнь с этой женщиной, я и не к такому привыкла. Бережно собрав бумаги, убрала их в чемодан и снова постучалась в дверь.

– Ты еще здесь, неблагодарная? – ответила круглая как шар, с опухшими глазами, маман, выкинув во двор еще и груженную спортивную сумку. Боже мой, а ведь когда-то в детстве я сильно переживала, что не похожа на нее! – Вот те сто рублей. Доедешь до Сбербанка, шо у аптеки, там на тебя счет оформлен теткой твоей, шо меня колданула. Снимешь бабки – и езжай на свою Виону, шоб глаза мои тебя не видали, и шоб рожа твоя противная тут не маячила!

Правильно пишут, что обиднее всего слышать оскорбления от близких. Вроде и привыкла уже, и знаю, чего ждать от этой пьяницы, и все равно разревелась. Вся моя жизнь перевернулась на сто восемьдесят градусов за несколько часов, а истина, в которую я верила, оказалась ложью. Расскажу обо всем по порядку.

Сегодня с утра, я, нарвав Забияке, нашей козе-трехлетке сочной травки, собиралась на торжественную линейку в школу, чтобы получить долгожданный аттестат. Натянув белые колготки, парадную школьную форму, поспешила со двора. Не успела выйти за ворота, как меня перехватила местная почтальонка тетя Валя:

– Приветушки, красавица. Далеко ли собралась? Мамка дома? – почтальонша наша приятная женщина, только любопытная через чур.

– Так в школу, аттестат получать. Мамка дома, проходите, – добродушно ответила я и крикнула чуть громче, чтобы в доме услышали: – Ма-ам! Теть Валя пришла! А Вы нам квитанции принесли? Так давайте я распишусь, да пойдете, – решила помочь пожилой женщине.

– А я к Вам с письмом иномирским! – глаза тети Вали стали хитрыми, – Готова сплясать? А то не отдам!

Я и сплясала цыганочку с выходом, отбросив школьный мешок со второй обувью подальше, чтобы не наступить нечаянно. Тетя Валя подбадривала танец аплодисментами в такт моим движениям. На разудалое «ух», означающее конец выступления, в окошке показалась мать, бойко поприветствовав разносчицу писем:

– Как дела Валюш?

– Да потихоньку, – и уже мне: – На, озорница, заслужила. Красиво танцуешь! Душевно! Любовалась бы и любовалась. Не зря столько лет гимнастике своей отдала!

Я выхватила заветное письмецо, закружилась с ним в вальсе и крикнула маме, которая, уже неделю, как завязала со спиртным:

– Мам, а нам весточку с Вионы прислали! Как думаешь, о чем она? – остановившись на секунду, я увидела, как побледнела в оконном проеме родительница, и, покачнувшись, схватилась за сердце.

– Да что же это такое делается-то! Ой-ей! – закудахтала теть Валя как клуша, – Вот до чего эти иностранщики людей доводют!

А я к маме побежала, забыв о всяких посланиях. Через пятнадцать минут, когда маман уже лежала на постели, а почтальонка, поохав, ушла по другим домам новости разносить, я села к ней на кровать и протянула письмо со странными вытянутыми закорючками.

– Хочешь, я тебя ни о чем не спрошу? Ты главное не расстраивайся, ладно? Может тебе чаю ромашкового или мятного заварить? Так я быстренько, ты полежи пока…

– Погоди, поговорить нам надо, – родительница взяла меня за руку. Видно было, как непросто даются ей слова: – Даже не знаю с чего начать, как рассказать-то. Не родная я тебе мамка-то, оказывается, – она посмотрела на мою реакцию, я оказалась в ступоре. Из ее глаз покатились крупные слезы, и стало заметно, что ей уже давно за сорок. – Вспомнила я, все вспомнила! – замотав головой и закрыв лицо руками, она завыла в голос, покачиваясь всем телом.

– Мам, ну не плачь. Какая же ты мне не родная? Даже бабуля рассказывала, что беременность у тебя тяжелая была, как ты в город поехала рожать, не доверяя фельдшеру. – в принципе я понимала, что сейчас она говорит серьезно, просто хваталась за соломинку, пытаясь сохранить в душе прежний уклад жизни, подобно страусу.

– Молчи лучше, не беси меня! – зло посмотрев, прикрикнула маман, а я замерла от неожиданности, – Тетка твоя остроухая внушение мне сделала, якобы ты моя дочь. Я, тогда как раз мертвого мальчика родила, братца твоего по отцу. Она решила, что лучший способ спрятать тебя от вионских властей у любовницы твоего отца на Земле! Подловила меня, когда я из роддома выписалась, тут же оформили удочерение, ихняя магия – страшная сила. Эта, тетка твоя – колдовка та еще! Все чиновники как под диктовку писали, ни у кого вопросов не возникло. В деревне и не удивились, шо я из города с дитем приехала, все ж думали – дитя родное. Да я и сама так думала! А-а-а-а! Сыночек-то мой помер! Уйди! Уйди с глаз долой! Мне нужно выпить! – маман рванула на кухню.

– Ну, мам! Не пей, пожалуйста! Я тебя очень прошу! Мне сегодня аттестат получать! – заканючила я, побежав за ней.

– Вот иди и получай! Шо те мама? Иди, иди, давай! А то опоздаешь! – вытолкала она меня с кухни и закрыла дверь.

Аттестат получила. Все одноклассники лучились счастьем, предвкушая, наверное, как придут домой, а родные им праздник устроят. Мне же было совсем не весело, я знала, что мать снова сейчас напьется и дома меня не ждет ничего хорошего. Радостные лица подруг стали вызывать тошноту, поэтому я пошла на кладбище и до сумерек сидела на могилке бабули, любуясь вечерним солнцем и добрым лицом бабушки на выцветшей фотографии. А потом вспомнила про письмо, которое положила в карман кофты. Вытащив, уставилась на загадочные витиеватые буковки вионского языка. Ну и как его читать? Долго не могла вскрыть конверт: вроде из бумаги, а не рвется! Открылся легко, стоило на него подышать – магия! Тут же буквы сменились на русские. Чудеса! В письме было написано следующее:

«Лученсия вэл Ортенц! (Это кто… я что ли? Всегда считала, что моя фамилия – Кострова) Приглашаем Вас принять участие во вступительных экзаменах Кирамской академии магии и прикладных наук, которые состоятся двадцать пятого июня 2040 года по земному летоисчислению. Накануне, в 14:00 двадцать четвертого июня 2040 года Вас встретит у портала работник таможни. Просьба прибыть вовремя. При себе иметь одежду и деньги для перехода и проживания. С уважением, ректор Кирамской академии магии и прикладных наук, лорд Самьян».

Это же завтра! Во дела! Забыв обо всем, вскочила и побежала домой, так хотелось с мамой новостью поделиться. Но меня встретил чемодан и захлопнутая перед носом дверь. Вот и все, крошка, теперь ты сама за себя!

Посидев полчаса у двери, то и дело вытирая горестные слезы, скатывающиеся с щек на зеленую траву, я давала шанс маме одуматься. Так-то она не злая, просто агрессивная от постоянной выпивки, а когда протрезвеет о многом жалеет. Но не в этот раз. Скоро последний автобус в город, если хочу успеть – нужно поторопиться. С маман хватит дури меня и со двора выставить. Переночую у Светланы Игоревны – бывшей наставницы по художественной гимнастике. Почему бывшей? Так бросила я большой спорт полгода назад, когда на общероссийские соревнования надо было ехать. Маман сказала, что денег у нас на всякую блажь нет и вообще пора думать о будущей профессии, чтобы в университет поступить. Светлана Игоревна тогда хотела за своей счет меня отправить, типа талант и все такое, но маман не позволила. Нечего, сказала, подачки от чужих теток принимать.

Переночевав у тренера, сердечно ее поблагодарив, попрощалась. Рассказала ей, что решила ехать на родину отца и получила огромную кучу наставлений. Странно, эта женщина, совсем чужая, иногда казалась мне ближе мачехи, которую я семнадцать лет считала мамой.

Благополучно сняв огромные для меня деньжищи в указанном маман банке, в назначенное время я стояла в здании меж мирового порта. Думала, что неплохо заживу на новом месте с таким состоянием, но как же я ошибалась! Узнав расценки за переход на Виону, поняла, что по прибытии туда, мне нужно срочно искать работу, так как остатка жалких крох вряд ли хватит надолго. Задумавшись о насущном, улетела в облака, с которых спустил меня голос офицера таможни:

– Цель поездки?

– Туризм, – решила отвечать так.

– Время пребывания?

– Не определилась, возможно, несколько месяцев, – оказывается, если скажешь, что едешь на постоянное место жительства, могут не выпустить или заставят проходить разные комиссии, заполнять огромное количество бумаг. Это мне Светлана Игоревна вчера поведала.

– Всё, можете проходить к порталу, счастливого пути! – таможенник вернул мне Вионские документы, которыми пришлось воспользоваться, и я поспешила в зал ожидания. До открытия врат оставалось пятнадцать минут, а все не верилось, что сегодня я шагну в неизвестность. Как выяснилось, путь в параллельный мир открывается только два раза в день, строго в определенные часы ночью и днем, связано это с большим расходом электричества.

За две минуты до открытия подоспел какой-то важный вельможа с охраной из десяти вионцев. Нас оттеснили в сторонку, крикнув:

– Дорогу Его Высочеству, принцу Хтората!

Отойдя, я пригляделась к аристократу: ну, ничего так, симпатичный для инопланетянина. Космы, правда, длинные отрастил, хотя у них там мода, наверное, такая –  все охранники тоже косматые. Словно почуяв взгляд, Его Высочество резко посмотрел на меня и весь скривился, будто бы увидел что-то отвратительное. Один из охранников недовольно цыкнув, пробурчал себе под нос:

– Лезут тут всякие полукровки, как будто у нас их мало! – остальные закивали дружно своими болванчиками в такт друг другу, принц демонстративно отвернулся.

Меня охватила ярость. Вот за что они так со мной? Посмотрела ещё раз на принца, и чем он мне приглянулся сначала? Лицо какое-то вытянутое, нос мало того, что с горбинкой, так ещё и длинноват, подбородок выпяченный, в общем, так себе оказывается, посмотреть не на что. И сама от себя, не ожидая, выдала громко:

– Ф-фу! – честно, не знаю, что на меня нашло, обычно веду себя скромнее, но я ведь деревенская, что с меня взять – манерам не обучена.

Аристократ резюме, конечно же, услышал, повернулся и прожег звериным взглядом. А глаза-то, какие страшные, как у змеи: желтые, с вертикальным разрезом. Кое-как сдержалась, чтобы не выдать «фу» повторно, сжав зубы. Взбесили. Потом мне стало не до принца, так как прозвенел сигнал об открытии врат, и на Землю повалил поток с Вионы. Я смотрела и не могла насмотреться на сказочных существ, о которых почитывала романтические книжки с четырнадцати лет. Стоявший рядом солидный мужчина лет пятидесяти, заметил:

– Успеете ещё, девушка, насмотреться, – и улыбнулся, так по-доброму.

Я тут же включилась в разговор:

– А Вы не в первый раз собираетесь на Виону?

– Не в первый. Уже десять лет, как там живу, преподаю в университете магии начертательную геометрию. Для колдовства, оказывается очень полезная наука, только специалистов должного уровня не хватает, вот меня и пригласили. А сюда родителей навещать приходил, старые уже совсем стали. Но я им зелье специальное принес, омолаживающее, лет на пять хватит, потом еще принесу, – мужчина оказался довольно-таки словоохотливым. А мне это и на руку, от своего соотечественника проще обо всем вызнать.

– А давайте познакомимся, – поддержала собеседника я, подав для рукопожатия ладонь, – меня Люция зовут, правда отец был с Вионы, Лученсией на самом деле назвал, буду теперь к вионскому имени привыкать. А к вам как можно обращаться?

Вместо пожатия ручку поцеловали и отпустили, меня данное действо чуть из колеи не выбило – ничего себе джентльмен!

– Зовут меня Никита Михайлович. А вы уже знаете где остановитесь в Кираме? – спросил он.

– Нет еще, – ответила нахмурившись, и тяжело вздохнула.

– Как же вы одна решились путешествовать? – встревоженно спросил новый знакомый.

– Письмо мне пришло, из академии, приглашают в экзаменах поучаствовать, – от смущения сморщив нос, ответила я, почесав при этом затылок. Не люблю малознакомым людям о себе рассказывать.

– Тогда помогу вам, как соотечественнице, пораньше в общежитие заселиться, – обрадовал меня мужчина.

– О, это было бы замечательно! А так можно? А если я экзамены не сдам? – подняв бровки домиком от воодушевления, засыпала вопросами учителя академии.

– Думаю, за десять лет преподавания заслужил какие-нибудь поблажки, поэтому если попрошу ректора, мне пойдут навстречу. Но вы уж меня не подведите, Лученсия! Я подожду вас там, – он махнул рукой в сторону врат, – на выходе из здания.

– Спасибо! – радости моей не было предела. Свезло, так свезло, можно сказать впервые в жизни! Или это близость к исторической родине так действует?

Вскоре настала моя очередь проходить через врата. И вдруг стало страшно. Что меня там ждёт? Смогу ли я нормально устроиться? Пока не попаду – не узнаю. И, зажмурившись напоследок, я шагнула в ослепительно белый свет, чтобы очутиться в совершенно незнакомом месте.

Глава 2. Прибытие

Оглянувшись, я заметила, как свернулась за мной ватно-белесая, словно пушистый хлопок, воронка портала. Никаких врат, как в нашем мире, тут не было! К рукам вдруг прилипли какие-то светящиеся цветные нити, я попробовала их отодрать, но лишь намотала еще больше. На стенах также светились неоновые хаотичные линии, интересно, это задумка сумасшедшего дизайнера? А в метрах двух от пола натянута толстая белая веревка, будто здесь решили сушить стиранное белье. Я прыснула от смеха, тут же сделав вид будто закашлялась, так как рядом маячил некий субъект. Хотя, присмотревшись внимательнее я поняла, что это не совсем веревка, а тоже линия, просто толще остальных. Занятно!

Субъектом оказался работник таможни, ждавший моего прибытия – дядька с бакенбардами, куцей бородкой и густыми бровями, одетый в тёмно-зелёный бархатный камзол и светло-бежевые узкие брюки под сапоги из коричневой кожи. На мое приветствие, с пожеланием доброго дня, он буркнул что-то наподобие: «Хайе», – после чего молча двинулся сквозь анфиладу комнат. Вот о том, что тут будет другой язык, я и не подумала. Придется учить! На таможеннике тоже были намотаны какие-то светящие нити. Я дернула за одну, когда он отвернулся и тут же отпустила, та с пружинила словно резинка. Дядька подскочил и сердито развернулся, нахмурив брови, глядя на меня вопросительно. Я со страху сделала доброжелательное лицо и абсолютно невинный взгляд. Он хмыкнул и пошел дальше.

Помещения были светлыми и богато украшенными, после сухого казенного здания меж мирового порта, казалось, будто я очутилась в музее: высокие потолки, изящные декоративные элементы на бордюрах и лепнина у люстр, сказочные картины на стенах, мощные двухстворчатые двери из темного дерева. Только нити эти отвлекают… Я поспешила следом, а мужчина, оглянувшись, одобрительно кивнул. Немного не поспевала, так как везла за собой большой чемодан и тащила набитую тренировочной одеждой спортивную сумку, благо, идти пришлось недолго. Сопровождающий приоткрыл дверь и махнул в приглашающем жесте, пропуская вперед.

Войдя в комнату, я немного растерялась, так как она оказалась просторным залом. Впереди на удобных креслах за столами сидело шестеро вионцев. Наверное, местная таможня. Сопровождающий дал знак, чтобы я прошла вперед. Прошествовав со всем своим скарбом, я предстала перед местной администрацией. Сесть никто не предложил, тут даже стульев для посетителей предусмотрено не было.

– Хайе би аллэ? Супхан та бизара? – спросил, глядя на меня брюнет с хищными бровями и необычно раскосыми глазами, внешние уголки которых были вытянуты к кончикам бровей. Видимо, этот среди них главный. Иностранные слова показались мне чуть-чуть знакомыми, как будто я знала этот язык и забыла. Странно, по словам маман, я была младенцем, когда она меня удочерила.

– Здравствуйте. Меня зовут Лученсия вэл Ортенц. Я прибыла по приглашению, вот оно. Я не говорю на вашем языке, – надеюсь среди них имеется переводчик, а то данная ситуация начинает меня напрягать. К моей радости, переводчик у них имелся, и не забыл тут же перевести мой монолог присутствующим. Брюнет, рассмотрев приглашение, кивнул и вернул обратно.

– Жибалхан туэнде буеларк? Соеркнав, там туле? – продолжил задавать вопросы главный. С каждым произнесенным словом, мне все понятнее становилась его речь.

– Ваш отец с Вионы? И он эльф, не правда ли? – поспешил донести до меня смысл сказанного переводчик.

– Да он Вионец, и действительно эльф, а как Вы это поняли? По мне ведь не заметно, что я полукровка? – по мне действительно не скажешь, что я наполовину эльфийка, единственное отличие – огромные глаза и более изящная фигура, а так человек человеком. Вот у Костюковых в поселке сынок – вылитый эльф, даже уши острые, а у меня нормальные.

– У нас имеются свои методы, – самодовольно улыбнулся брюнет, – К тому же приставка к фамилии «вэл» означает принадлежность к эльфийской аристократии, странно, что Вы об этом не знаете.

Они стали переговариваться между собой на вионском, я же обратилась в слух, но глаза опустила, чтобы не выдать заинтересованного взгляда. Поначалу не могла разобрать их бормотания в полголоса. Но последние слова главного разобрала хорошо:

– Конечно она не из них, тогда ни один младенец не выжил. Из тайной полиции весточку прислали, просили проверить племянницу леди Ортенц тщательней, – он кивнул на меня, – У девчонки странная аура, которая не поддается классификации. А когда такое случается, это вызывает интерес. – Из каких таких «них» я не поняла, поэтому решила не думать о том, чего не понимаю.

– Пройдите в следующий зал, где наш маг проверит вашу ауру, и за соответствующую плату вы получите знание вионского языка, – переводчик все перевел.

Сопровождающий, довел меня до кабинета мага и сразу же ретировался. Дальше видимо я была предоставлена сама себе. Постучав, вошла в кабинет, поприветствовав работника. Дежурный маг оказался на диво юным созданием, и не соответствовал моему представлению о магах. Во многих книжках, прочитанных мною, маги – старики в остроконечных шляпах и мантиях. Этот же оказался натуральным белёсым блондинчиком с белоснежными бровями и ресницами. Единственно темными пятнышками на его лице были темно-карие глаза, притягивающие к себе взгляд.

– Хайе! – поздоровался он со мной.

– Здравствуйте, – ответила я.

– Бурлекес, – сказал он, и показал на кушетку. Я присела. Он стал бормотать на вионском, только я ничего не поняла, так как маг говорил тихо и неразборчиво, задумчиво покусывая карандаш. Посмотрев на меня цепким взглядом, снова углубился в тетрадь, что-то записывая.

– Язык учить будем? – спросил он на русском. Неожиданно.

– Будем. – Незачем к себе лишнее внимание привлекать.

Маг сначала поделал пассы над моей головой, затем минут пятнадцать всматривался в мои глаза, я даже запаниковала от этого пристального рассматривания. Потом почувствовала, как меня всасывает в воронку его взгляда и отключилась. А очнувшись, поняла все, что он сказал, как будто со мной говорили по-русски. А сказал он сколько стоит услуга по изучению языка. Я присвистнула, не вслух, конечно, но пришлось раскошелиться. Эх…потраченные в пустую, деньги!

После маг-осмотра я вышла из здания на улицу, где, как и обещал, меня дожидался профессор.

Через пару секунд возле нас бесшумно зависла в воздухе летающая машина. Выглядела она как платформа с бортиками, ни колес, ни лопастей я не заметила, и как она держалась – не понятно.

– Прошу, проходите, – указал в сторону летательного аппарата Никита Михайлович, а затем обратился к водителю, – К академии, пожалуйста.

Я с опаской забралась внутрь и уселась на мягком кресле. Здесь было восемь пассажирских сидений, оббитых тканью и наполненных мягчайшим наполнителем. Бортики машины оказались выполнены из упругого материала, типа каучука, а возможно это и была его разновидность. Странно, но как только я устроились, сразу же стих шум улицы, машина поднялась выше и плавно полетела вперед.

– Ну как вам? Нравится? – поинтересовался профессор, с любопытством взирая на меня.

– Ощущения такие, словно на каруселях катаемся! А почему звуков улицы не слышно? Ведь стекол тут нет.

– Потому что при взлете автоматически ставится магический полог.

– Ого! А на каком топливе работает двигатель?

– Вам, Лученсия, нужно отвыкать от земных технологий, на Вионе все техническое заменяет магия. Ручаюсь, Вы ни за что не угадаете, как называется данный мобиль!

– Даже не буду пытаться.

– Представляете, это телега! – тихо засмеялся профессор, а я присоединились. И правда, смешно же.

– А как здесь решили проблему с регулировкой движения в воздухе? Ведь при большом количестве таких вот машинок, неизбежны столкновения! Именно поэтому на Земле воздушный транспорт до сих пор не является повседневным, но вертолеты-то у нас давно изобретены!

– Для своего возраста вы очень наблюдательны. Здесь такой проблемы нет! Регуляция воздушных перелетов не нужна. Столкновения не будет, так как на каждой платформе установлен магический щит, работающий как невидимая подушка безопасности. В систему заложено, что при приближении преграды спереди, сзади или сбоку, автоматически сбрасывается скорость. Мобили тихонько разъезжаются и далее скорость набирается снова. Но если вдруг каким-то образом произойдет столкновение, платформы оттолкнутся друг от друга, безо всяких повреждений, а пассажиров слегка потрясет. Проверено, испытано, безопасно.

– Интересно как!

Вскоре мы прибыли на место. Академия магии предстала передо мной как средневековый замок, за двумя высоченными стенами из серого камня, между которыми, как объяснил профессор, находится силовое магическое поле, защищающее город от случайных выбросов силы и заклинаний неуравновешенных студентов. Магическое учреждение занимало обширную территорию в ремесленном квартале города, имело собственный парк с аллейками, полигоны для тренировок, представляя собой «город в городе». Внутри академ-городка процветала пара закусочных и имелось три магазина одежды, лавка артефактчика и ресторан. Само здание состояло из нескольких корпусов, соединенных между собой прозрачными стеклянными коридорами, словно парящими в высоте – идешь по такому, наблюдаешь, что происходит на улице, ну и за тобой могут понаблюдать.

– Никита Михайлович, а что это за узор на здании? – спросила я.

– Какой узор? На каком здании? – оживился профессор.

– Да на всех корпусах академ-городка, светящиеся такие узоры, закручиваются в спиральки на концах. И нити вот, что к рукам липнут.

– Я Вам еще не сказал Лученсия, я ведь абсолютно амагичен. То, что Вы видите, наверняка имеет магическую составляющую. Хотя за десять лет преподавания, впервые слышу об узорах на зданиях. Вам лучше спросить у магов.

Мы вошли в главный корпус и поднялись на третий этаж.

– Так значит я вижу магию? Клево! – все-таки не зря сюда приехала, видимо. – Профессор, а что значит амагичен? На Вас не действует магия?

– Именно. Поэтому меня и приняли на эту должность. Я вижу сквозь иллюзии, мне нельзя запудрить мозги ментальной магией, единственное, что возможно, так это влиять на предметы вокруг меня, да и то, сил для этого нужно прилагать вдвое больше.

– Вам очень повезло! – сказала я, а профессор в ответ лишь усмехнулся и оставил меня ждать в коридоре, около окна, а сам пошел к ректору.

Пришлось прождать без малого два часа, пока Никита Михайлович утрясет все, связанное с моим заселением. И вот, это свершилось! Комнату выделили мне на втором этаже, здесь поселят всех студенток, поступивших в этом году. В комнате осталось еще одно незанятое койко-место, а значит скоро появится соседка. Вдвоем веселее!

Ну что я могу сказать? Тесно тут, скромненько: две кровати, стол между ними, шкаф у двери, большое окно без штор, а рядом, напротив, еще один корпус общежития, вдруг мужской? Шторки нужно добыть во что бы то не стало! Удобства в конце коридора, душевые там же. Из казенного инвентаря вялая тетка-кастелянша выдала мне два полотенца и постельное белье, а форму сказала выдаст после поступления.

Нет, как удачно я с профессором познакомилась! Если бы не он, где бы я сегодня ночевала? Чтобы его не подвести, я обязана поступить, обратного пути нет!

После того как разложила вещи в шкафу, пошла искать людей или нелюдей с кем можно пообщаться и разжиться информацией. Забрела в библиотеку. Никого там не обнаружив, крикнула громко:

– Эге-гей! Здесь есть кто живой?

– Ой-ой-ой! – тихо про шебаршило эхо в ответ.

Вроде крикнула громко, а все равно тихо получилось. Я повторила, еще громче, потом еще.

– Вы что себе позволяете? – гневно спросили сзади. Я от неожиданности вздрогнула и подскочила.

– Простите, я думала тут никого нет, – проблеяла, уставившись на престарелого эльфа, с седыми волосами и морщинистой кожей, сидящего за столом, перебирающего книги, делая пометки в журнале. Я думала эльфы не стареют. В книжках, по крайней мере читала об их вечной юности...

– Уходите, выдача учебников будет производиться после сдачи вступительных экзаменов! – он кивнул мне на дверь, тут же забыв о моем присутствии, видимо нисколько не сомневаясь, что я послушаюсь. А глаза у него ясные, свело-серого цвета и совсем не старые.

– Э-э-э, извините.

– Вы еще здесь? Я же сказал, уходите!

– А у вас не найдется тут подработки для меня? – в читанных книжках про попаданок, героини всегда находили работу в библиотеке.

– Вот нахалка! Поступи сначала! – буркнул эльф, нахмурив брови и покачав головой.

– Обязательно поступлю! Только подскажите пожалуйста, как вступительные экзамены проходят, к чему следует готовиться, – постаралась как можно милее улыбнуться, чтобы ямочки на щечках обозначились. Старик слегка смягчился, на его лице даже появилось подобие улыбки. Может ему понравился мой настрой?

– Каждый раз по-разному проходят. В прошлом году часть поступающих на болото к упырям забросили, кто отбился, те поступили на боевиков, часть экзаменовали тут, спрашивали, что знают, тестировали на способности. В этом году что-нибудь новенькое придумают, – ответил он, и с удовольствием заметил, как я побледнела.

– А может дадите мне книжку про основы магии почитать, а я Вам тут пыль протру? – снова закинула удочку. А что, мы деревенские, к работе с детства приучены. Дома на мне все хозяйство было, а еще и уроки, и гимнастика три раза в неделю. Да и скучно без дела сидеть. Непривычно так.

– Ишь, какая! Пошли уж, дам тебе тряпку, начнешь с дальних стеллажей, да смотри, испортишь хоть одну книгу – на порог больше не пущу!

– Поняла, – ответила смиренно, невинно похлопав ресничками.

Вскоре передо мной из ниоткуда возникло ведро с тряпкой. Как эльф его наколдовал – не знаю, из воздуха, наверное. Какое-то время я беззаботно вытирала на стеллажах пыль, напевая под нос надоедливый попсовый мотивчик. Да, уж, накопили тут грязи. А еще академия магии! Не могут что ли наколдовать чтобы пыль исчезла? Вон, как ведро с тряпкой из ниоткуда, так и пыль бы в никуда! Через час монотонный работы мне надоело, и я решила украдкой почитать. Здесь меня ждало полнейшее разочарование, так как книга оказалась на иностранном языке. У меня закрались жуткие подозрения, поэтому отбросив тряпку подальше, я брала одну книгу за другой с разных стеллажей, а раскрывая их, стояла в ступоре.

– Уважаемый господин, – обратилась к библиотекарю, так как не знала его имени, – Я не представилась, меня зовут Лученсия, а вас?

– А вы, абитуриентка, что уже утомились? Или пыль кончилась? – ехидно спросил он.

– Нет, пыль еще не кончилась, я тут случайно увидела, что все книги в библиотеке написаны на иностранном языке. Что это за язык? – показала ему открытую книгу.

– Так вы Землянка что ли? – хохотнул он.

– Ну да.

– Ой, не повезло же вам…

– Почему? – спросила я, нахмурившись, хотя уже сообразила, и снова захотелось плакать. На глазах выступили слезы, я тут же развернулась, чтобы их скрыть, но видимо не удалось.

– Только не надо здесь разводить сырость! – противным голосом сказал эльф. – Называйте меня лэро Тайгерин. Вы же ничего не знаете о нас, да? Лэро – уважительное обращение к эльфу-мужчине, лэри – к эльфийке – девушке, женщине. Садитесь сюда, я прочитаю над Вами заклинание улучшения памяти, и будем учить азбуку. Потрачу на вас свое драгоценное время, так и быть. Будете должны.

Я села, и с радостью кивнув, приготовилась к магическому воздействию. Библиотекарь провел рукой перед моими глазами, что-то прошептав, и я ощутила в голове изумительную ясность. Огляделась вокруг. И как я не заметила сразу эти добротные столы с рядом стоящими полосатыми креслами, замысловатые люстры на высоченных потолках, величественные книжные шкафы, искусно оформленные узорами резного дерева, способные держать многотомный вес.

– Не советую тратить внимание на просмотр окружения, лучше сразу приступайте к азбуке.

– Ой, а я не подумала об этом.

– Учитесь думать, абитуриентка, учитесь думать! – Вот ведь! До чего вредный человек, то есть эльф!

Через пару часов, когда я прочитала первую главу в «Магия для ленивых», посредственной книжечки, как пояснил лэро Тайгерин, но в ней хорошо объясняется принцип взаимодействия мага и окружающего мира, мы пошли ужинать в столовую. Вообще, я уже давно проголодалась, но не решалась прервать учебу на такое бренное дело, как еда, ведь завтра уже экзамены. А если не поступлю, как мне жить тут, в этом мире, безграмотной? Нет, грамота пока на первом месте! От Лэро Тайгерина я узнала, что календари Земли и Вионы не совпадают, сдвинуты на два месяца: на Земле сейчас конец июня, а тут конец августа. Через несколько дней начинается новый учебный год. Обидно, что летних каникул у меня в этом году не будет, зато дадут стипендию! Правда, сначала нужно сдать экзамен и проучиться месяц…

Так как я пока не студентка, пришлось за ужин платить, вроде не дорого, хотя в местных деньгах разобраться еще не успела. В столовой работали в основном люди, только один зеленый громила разгружал припарковавшуюся «телегу», рядом с балконом, перенося продукты на склад.

– Лэро Тайгерин, вон тот зеленый мужчина – орк? – шепотом спросила я.

– Нет, это пещерный тролль, они редко у нас селятся, живут небольшими общинами у себя на территории, позади Греванских гор. Обладают сильным телом и тяжелым характером, плохо сходятся с другими расами. Но наш Брастерк – исключение, он дружелюбный и общительный. А орки, пожалуй, одна из красивейших рас на Вионе.