Текст книги "(Не) моя навсегда (СИ)"

Автор книги: Ольга Лисина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 43

Андрей

Сознание возвращалось медленно. Тело не чувствовал совсем. Ощущение, как будто старый заржавевший механизм пытаются привести в движение. Шестеренки скрипят от нагрузки, местами осыпается хлопьями застаревшая пыль, но с места конструкция не двигается.

А потом будто толкнули с горы. Мысли понеслись с бешенной скоростью, по телу разлилась боль, пульсируя в нервных окончаниях.

Дышать… Не могу дышать… Что-то в горле. Инстинктивно дернул рукой, чтобы убрать удавку, но ничего не вышло. Конечности слишком тяжелые. Любое движение отдает уколом острой боли.

– Тише, тише… – прозвучал мягкий голос прямо над головой, а теплая рука ласково легла на плечо.

Вскинул взгляд. В глазах муть и туман, плохо вижу. Но ее узнаю всегда. Софи. Здесь. Рядом.

Хрип прорвался через удушающее препятствие в горле.

– Не пытайся говорить. – тут же произнесла Софи. – У тебя стоит специальная трубка, чтобы ты мог дышать. Я сейчас позову врача, и он ее уберет. А ты лежи и не пытайся дергаться. Все будет хорошо.

С этими словами Софи выбежала из палаты. А через несколько минут вернулась с хмурым мужчиной.

– Пришел в себя значит. – бодро произнес врач. – Отлично. Софья Викторовна, подождите, пожалуйста в коридоре. Я осмотрю пациента, а потом сможете вернуться.

Софи послушно кивнула и вышла. Я перевел взгляд на доктора. А он тем временем снова заговорил.

– Вы молодец, что быстро очнулись. А то наша Софья не отходит от вас ни на шаг, а ей самой нужен постельный режим.

Мои глаза заметались по сторонам. Что с Софи? Она ранена? Больна?

– Тише, тише! Не нужно так нервничать! – цыкнул на меня мужчина. – Все в порядке с Софьей, просто истощение.

Я немного расслабился. В голове пронеслись последние воспоминания, как она давила на мою рану всем весом. Тогда в агонии нестерпимой боли, казалось, что она хочет меня убить. Но теперь понимаю, что скорее всего Софи меня спасла. Иначе я прямо там истек бы кровью. Я и раньше видел подобные раны. Если не оказать помощь вовремя, то печальный конец наступит слишком быстро.

Только не знаю, что произошло после того, как я отключился. Что с Ромой, Стасом? С Владом?.. Мне срочно нужно с кем-то поговорить. Неизвестность убивала похлеще дурацкой трубки в горле.

– Сейчас вам нужно немного потерпеть… – весело проговорил врач и приступил к неприятным процедурам.

Зато через несколько минут я уже мог дышать самостоятельно. Да датчиков и трубок на теле поубавилось. Доктор предупредил, что мне нельзя даже пытаться вставать. Я кивнул, якобы соглашаясь, но на самом деле не собирался и дальше валяться здесь беспомощным овощем.

Только за ним закрылась дверь, я тут же попытался принять вертикальное положение. Превозмогая боль во всем теле, смог опереться на локти и немного приподняться. За этим занятием меня и застала вернувшаяся Софи.

– Андрей! – воскликнула она. – Ну-ка быстро ляг обратно! Ты с ума сошел?!

– Софи, – хриплым голосом позвал ее, – подойди.

Грозное выражение лица тут же слетело с нее. Софи будто обмякла, как подтаявшее на солнце мороженное. Как будто стержень вытащили. Она подошла ближе и опустилась на стул возле кровати. Рукой заправила за ухо прядь вьющихся волос. Как завороженный наблюдал за этим движением.

Не смог удержаться, и даже волны болезненных ощущений не остановили. Потянулся к ней рукой. Хотел прикоснуться к бархатной щеке, шелковистым волосам. Но не мог дотянуться.

– Ближе, – шепнул пересохшими губами.

Софи склонилась почти к самому лицу, так близко, что я почувствовал ее аромат, ваниль с цитрусовыми нотками. Это лучшее лекарство для меня. Жадно втянул воздух, прикрыв от удовольствия глаза.

– Хочешь пить? – нарушила тишину Софи.

Я медленно кивнул. А она тут же поднесла к моим губам стакан с пластиковой трубочкой. Даже маленький глоток ощущался как жидкая лава, прокатившаяся по пищеводу. Поморщился от неприятных ощущений.

– Это от дыхательной трубки. – пояснила Софи. – Скоро пройдет.

Она отвернулась, чтобы поставить стакан на тумбочку, но сразу же повернулась обратно, внимательно вглядываясь в мое лицо. Я столько всего хотел ей сказать, но слов подобрать не мог. Не сейчас. В голове все еще туманно, мысли немного путаются.

– Я так рада, что ты жив… – прошептала она и дернула рукой, будто хотела прикоснуться.

А я-то как рад! И так хотел ощутить ее пальчики на лице, но она остановила движение и замерла, так и не дотронувшись до меня. Тогда я сам потянулся к ней. Она перехватила мою руку на полпути и переплела наши пальцы.

Сердце забилось с удвоенной скоростью. Как же хорошо, что она рядом, здесь, со мной. Больше никогда не позволю ей уйти.

Потянул наши сплетенные пальцы к лицу. Софи разжала ладонь и погладила меня по щеке, а я мягко ласкал тыльную сторону ее руки. Потом повернулся и поцеловал нежную кожу ладошки. Закрыл глаза и замер.

В этот момент мне не хотелось больше ничего. Только чувствовать Софи рядом. Даже слов не нужно. Просто дышать ее ароматом, прикасаться, видеть.

Тихий всхлип заставил меня открыть глаза и посмотреть на нее. По щекам стекали тонкие дорожки слез. Кончик аккуратного носа покраснел, а пухлые губы скривились в болезненной гримасе.

– Софи… – только и смог прохрипеть.

Она же зарыдала еще громче, сползла со стула на пол и лбом упала на кровать рядом с моим боком. Уже двумя руками сжимала мою руку и что-то бормотала между всхлипами.

– Софи, не плач… – потянул ее за руку, чтобы посмотрела на меня.

Она вскинула на меня огромные янтарные глаза, блестящие от застывших в них слез.

– Я так боялось тебя потерять! Ты не представляешь… – горячо шептала она. – Я бы не пережила, если бы с тобой что-то случилось…

– Я тебя люблю. – перебил поток отчаянных слов.

Софи замолчала на мгновение, а потом улыбнулась сквозь слезы. Для меня это выглядело как рассвет после полярной ночи. Или как первая звезда на ночном небе после шторма. Даже показалось, что в палате стало светлее.

– Я тоже тебя люблю. – наконец тихо произнесла она.

Услышать эти слова я мечтал, наверное, всю свою жизнь. Почувствовал, как защипало в носу от нахлынувших эмоций. Не хватало только опозориться и разрыдаться как девчонка.

Приложил все силы, что еще остались и потянул Софи за руку, чтобы поднялась с пола. Как только она оказалась на ногах, дернул еще раз, слабо, но этого хватило, чтобы она потеряла равновесие и упала на кровать и частично на меня.

Сжал зубы от прострелившей тело боли. Это не важно сейчас. Главное, что я могу обнять свою Софи. Она не секунду застыла, а потом попыталась отползти, но я не позволил.

– Не уходи. – попросил ее. – Обними.

Она заглянула мне в глаза. Столько чувств плескалось в этом взгляде, даже дыхание перехватило. Никто и никогда на меня так не смотрел. Я видел и безграничную любовь, и обожание, доверие и надежду. И даже немного страха.

Я чувствовал то же самое. Потянулся свободной рукой и зарылся пальцами ей в волосы, мягко массируя кожу. Софи положила голову на здоровое плечо, уткнулась носом мне в шею. От правильности этого жеста хотелось кричать. Но сил уже не осталось. Прижал ее к себе как мог сильно, вдыхал аромат ее волос. Хотелось, чтобы мгновение никогда не заканчивалось.

Глава 44

Андрей

После того, как я пришел в сознание, меня продержали в реанимации еще три дня. Софи проводила со мной каждый день, только на ночь уходила. Пытался поговорить с ней про Влада, но она настояла, что разговор нужно перенести на время, когда я буду чувствовать себя лучше.

Меня такое положение дел не устраивало, но настаивать не стал. Главное, что она призналась, что Влад мой сын. А почему молчала столько лет, выясню позже. Вижу же, что ей тяжело об этом говорить.

Честно говоря, я большую часть времени спал. Просто не мог держать глаза открытыми, сил не было вообще. Но каждый раз при пробуждении искал глазами Софи и находил. От того, что она рядом, на душе разливалось тепло, затягивались старые раны, отступали обиды.

Наше прошлое не очень красиво, но гораздо важнее настоящее. В этот раз я не позволю никому и ничему разрушить наши отношения. Мы пока не обсуждали планы на будущее, но это и не нужно. У нас общий ребенок, а Софи скоро станет моей женой. Иной вариант развития событий я даже не рассматривал. А если она против, то придется убедить ее в обратном.

За эти дни я успел привыкнуть к мысли, что у меня есть сын. Это так необычно, но все равно радостно. Вспомнил, как отреагировал, когда впервые его увидел. Даже не рассмотрел толком ребенка, а потом вообще позорно сбежал. Волна стыда опалила жаром шею и затылок. Похоже мне придется сильно постараться, чтобы исправить прошлые ошибки.

– Сегодня тебя переводят в общую палату. – сообщила мне Софи. – Там Стас уже оббил все пороги, так рвется к тебе.

Я коротко хохотнул. Зная друга, он наверняка уже попытался очаровать всю женскую половину персонала госпиталя, чтобы его пропустили. Хорошо, что мой лечащий врач мужчина. А то пришлось бы, находясь в коме, выслушивать Ястреба. А он может быть очень шумным и раздражающим. Явно не лучшее средство для выздоровления. Хотя я все равно хотел его увидеть. Нам о многом надо поговорить. Да и соскучился немного по нему и его неиссякаемой жизненной энергии.

– Софи, а Влада приведешь ко мне?

Она на несколько секунд задумалась, не сводя с меня серьезного взгляда. А потом тихо произнесла:

– Я думаю, нам нужно сначала все обсудить, а потом если захочешь, я скажу сыну, что ты его отец…

– Что значит, если захочу? – возмутился я.

– Андрей, давай не сейчас… – моментально погасила назревающую ссору Софи. – Скоро за тобой придут, чтобы перевести.

Я замолчал, не стал развивать тему дальше, но внутри все кипело. Она думает, что я могу отказать от нее и нашего ребенка? Невысокого же она обо мне мнения. Это бесило. Но Софи права, сейчас не время для подобного разговора. Тем более пришли врач с медсестрой.

Спустя полчаса я пытался поудобнее устроиться на жесткой больничной койке, а Софи помогала. Заботливо взбивала подушку, поддерживала под спину, когда я пытался сесть. Она всегда была очень внимательной и неравнодушной. Но сейчас, когда я почувствовал себя чуть лучше, ее хлопоты надо мной вызывали неотчетливое глухое раздражение. Мне не хотелось, чтобы она видела меня слабым и беспомощным. Мне казалось, что она приравнивает мое физическое состояние к моральному. И поэтому думает, что я могу их с сыном бросить, испугаться и трусливо сбежать.

Мои безрадостные размышления прервал Стас, ворвавшийся в палату. Софи сразу отступила на несколько шагов. Это тоже вызвало приступ раздражения. Она стесняется, что нас могут увидеть вместе? Сам отмахнулся от этой мысли. Какой только бред не лезет в голову.

– Приветствую тебя, моя пташка с перебитым крылом! – громогласно поздоровался Стас.

Я закатил глаза, а Софи тихонько захихикала. Метнул в нее острый взгляд. Со мной она так себя не ведет. Максимум мягко улыбается. А тут аж засмеялась от тупой шутки друга. Внутри шевельнулась ревность. Направил тяжелый взгляд на Стаса.

– О, ты только не убей меня случайно! – весело протянул он, поняв значение моего взора.

– Я оставлю вас… – тихо сказала Софи и скользнула мимо нас к выходу.

Проводил ее глазами, а потом снова уставился на друга.

– Воу-воу! Полегче! – Стас поднял руки, будто сдаваясь. – На надо этой ревности! Между нами ничего нет.

– Ладно, – после тяжелой паузы оборонил я. – Рассказывай, что произошло после моего ранения. Как Рома?

Стас тяжело вздохнул и опустил голову. Я понял все без слов. Сердце сжалось от боли. Он был мои другом, а я сам своими руками его убил. Сожалел ли я об этом? Да, наверное… Но в глубине души понимал, что если выбор стоит между Софи и любым другим человеком, то я не раздумываю принесу кого угодно в жертву ради нее.

Боль от этого не стала менее острой. Ну почему он так поступил? Зачем?

– Софи сказала, что он тебе завидовал. Очень сильно завидовал. И не придумал ничего лучше, чем просто убить тебя. В этом и заключался его план.

Ударил сжатым кулаком по кровати.

– Придурок! – в сердцах воскликнул я.

Глупо злиться на погибшего друга, который оказался предателем, но я не мог иначе. Слишком сильно меня задел его поступок. Он отрекся от своей чести, продав Родину, друзей. И еще посмел поставить под удар мою любимую женщину и ребенка. Я одновременно оплакивал и скорбел по безвременно ушедшему близкому человеку, и ненавидел его всей душой.

Даже дышать больно от раздирающих душу эмоций. Такое пережить и врагу не пожелаешь. Но главное, что моя семья жива, здорова и в безопасности теперь.

По глазам Стаса я видел, что он испытывает схожие эмоции. Эта ситуация еще долго не отпустит нас, будет терзать по ночам кошмарами.

– Я не смог его спасти… – тихо прошептал Стас, пряча глаза. – Он умирал на моих руках. Последнее, что Рома сказал было: «Простите меня…»

Я уронил голову в раскрытые ладони, спрятал лицо и слезы, навернувшиеся на глаза. Как мне с этим жить?..

Мы молчали несколько минут. Отвернулись друг от друга, чтобы скрыть эмоции и боль, плещущуюся в глубине глаз и срывающуюся с ресниц редкими слезами. Даже мужчины иногда плачут…

– Что дальше было? – наконец мне удалось справиться с эмоциями.

Стас тяжело вздохнул, украдкой смахнул влагу с уголка глаза и принялся за рассказ.

Главой наркокартеля оказался местный депутат, птица высокого полета. Но добытые Антоном доказательства и показания Юрия не позволили ему выйти сухим из воды, несмотря на все его связи. Так что товарищ депутат сейчас прекрасно проводит время в СИЗО, а потом отправиться в увлекательное путешествие по местам не столь отдаленным в компании своих подельников. Начальство в восторге, мне пророчат майорскую звездочку. Антону уже поступило предложение работать на правительство. А сам Стас планирует вернуться к боевым вылазкам.

– Мне не за чем здесь оставаться. – поделился он. – У тебя семья, все такое, а я один, меня никто не ждет. Там я принесу больше пользы.

– Решать, конечно, тебе, но поскольку я точно остаюсь, то мне не помешал бы надежный друг и товарищ рядом.

Стас тяжело вздохнул и потер ладонями лицо.

– Не знаю, Беркут, не знаю… Посмотрим… Но обещать ничего не могу.

– Я понял. – ободряюще хлопнул друга по плечу.

– Ты с сыном уже познакомился? – перевел тему Стас.

Я отрицательно покачал головой.

– Надеюсь сделать это в ближайшее время, но сначала надо серьезно поговорить с Софи…

– Удачи, брат! – хохотнул друг и оставил меня одного.

Глава 45

Софи

Я мялась возле двери палаты Андрея. Впереди ждал тяжелый разговор. С одной стороны, хотелось покончить с этим побыстрее, а с другой – я никак не могла решиться сделать последний шаг. Страх перед его реакцией буквально сковал конечности.

Хоть Андрей и знает, что Влад его сын. И даже отнесся к этому нормально. Но мне придется как-то объяснить годы вранья и укрывательства правды. Это меня и страшило. Простит ли?.. Достаточно ли сильно он меня любит, чтобы закрыть глаза на мою глупую детскую выходку, которая привела в таким печальным последствиям?

Вдох-выдох. Откладывать некуда. С уверенностью, которую на самом деле не чувствовала, толкнула дверь палаты. Та послушно распахнулась, и я сделала шаг внутрь. Как будто в клетку со львом заходила.

Андрея меня ждал. Сидел на кровати, облокотившись на подушки. При моем появлении на его лице расцвела широкая открытая улыбка. Сейчас он выглядел совсем мальчишкой. Я облегченно вздохнула. Настроение у него хорошее, будет легче все рассказать.

Мелькнула малодушная мысль отвлечь его, еще немного отложить разговор, но я ее отмела. Нужно просто с этим покончить. Удивительно, как в этой ситуации бесследно испаряется моя уверенность в себе.

– Софи, иди сюда, – позвал Андрей.

В несколько шагов я преодолела расстояние между нами и присела на край койки рядом с его бедром. Андрей взял меня за руку, переплел наши пальца. Я неотрывно следила за его действиями, боясь поднять глаза.

– Нам надо поговорить… – неуверенно начала я.

– Надо. – тихо и уверенно подтвердил он.

– Андрей, я… – вскинула на него взгляд, ища поддержку в его глазах, но они были непроницаемы. – Мне жаль, что так получилось.

– Как так, Софи?

– Я звонила тебе, как только узнала, но ты сказал мне забыть твой номер. – сбивчиво тараторила я. – А потом еще раз звонила, но трубку взяла твоя девушка. Я просто не могла. Мне было очень больно. – из уголка глаза скатилась первая слезинка. – А потом я злилась и обижалась. Заставила родителей поклясться, то они ничего не скажут твоим. Ну и вот…

Моя не очень внятная речь, кажется, не произвела на него никакого впечатления. Я украдкой вытирала выступившие на глазах слезы и искоса поглядывала на Андрея. А он молчал. Смотрел куда-то в сторону и молчал.

– У меня никогда не было девушки. Кроме тебя. – прервал он молчание. Не этих слов я ожидала. Удивленно уставилась на него. – Нет, я не монах, если ты об этом подумала. Но я никогда и ни с кем не заводил никаких отношений. Дольше, чем несколько ночей, я не провел ни с одной женщиной.

Мне было неприятно слушать про его любовниц, но сдержалась, не высказала недовольство.

– Андрей, прости… Я должна была сказать сразу. – вернулась к теме нашего разговора. – Мне правда очень жаль!

Андрей выпустил мою руку и сильно потер ладонями лицо. потом откинулся на подушки, задрав голову к потолку. А я в отчаянии заломила руки. Сейчас прозвучит мой приговор.

Молчание затягивалось. По спине побежали неприятные мурашки, страх клубился в груди. Внезапно Андрей расхохотался.

– Ну теперь ты просто обязана выйти за меня замуж!

Секунду я ошарашенно смотрела на него, а потом тоже расхохоталась.

– Ты не злишься? – спросила я, когда отсмеялась.

– Злюсь, но… – он тяжело вздохнул. – Прошлого не вернуть. Мне жаль все эти годы, что я не был рядом с вами. Но я все равно рад, что так получилось. Теперь буду наверстывать упущенное.

Замолчал и снова взял меня за руку. Мы смотрели друг другу в глаза не отрываясь. Перед мысленным взором пронеслась вся наша история. Непростая, длинная и запутанная. Мне кажется, Андрей тоже вспоминал прошедшие годы, перебирал в памяти запоминающиеся моменты. Нужно что-то сказать, а я слов не могу подобрать. Слишком много эмоций.

– Удивительно! – с тихим смешком произнес он. – Мы с тобой всего два раза были близки, а у нас уже есть ребенок. Пятидесятипроцентное попадание.

Я смотрела на его широкую улыбку, игривый блеск в глазах, а у самой кровь стыла в жилах. Вообще-то у меня есть и вторая новость. И как про нее сказать, я не имела ни малейшего представления. Он хоть и сказал, что рад сыну, но особого счастья я не заметила. А тут еще и второй ребенок…

Не считая шуточного предложения выйти за него, о будущем мы не говорили. Вдруг Андрей хочет просто познакомиться с сыном, иногда забирать его на выходные. Будет ли он рад второму ребенку?

Скрыть пока беременность? Нет, спасибо. Я уже научена горьким опытом. Лучше выложить все как на духу. Но не успела, Андрей перебил меня вопросом:

– Когда у тебя выходной? Ты сможешь привести Влада ко мне познакомиться?

– Эээ… – неуверенно протянула я. – Я вообще-то на больничном…

Я на самом деле сейчас не работала. По идее я должна сохранять постельный режим и не вставать с кровати пару недель. Угроза выкидыша все еще витала над головой. Но я просто не могла не приходить к Андрею. Поэтому все свободное время днем я проводила в его палате, стараясь много не двигаться. А ночью послушно отправлялась в женское отделение госпиталя.

Лейла с Владом иногда приходили меня навестить. Так что можно было бы и познакомить сына с отцом.

– Что с тобой? Почему ты на больничном? – забеспокоился Андрей.

– На сохранении лежу… – едва слышно прошептала я.

Андрей ошарашенно уставился на меня.

– Стопроцентное попадание… – продолжила я.

Смотрела в его округлившиеся от шока глаза, на отвисшую челюсть. И неожиданно для самой себя начала хихикать. Все громче и громче, до тех пор, пока смех не превратился в истерический хохот. Даже слезы на глазах выступили. А Андрей смотрел на меня как на сумасшедшую и с неподдельным изумлением во взгляде.

Мой смех оборвался так же внезапно, как и начался. Накатила тихая истерика. Закрыла и лицо руками и разрыдалась. Это как же так нужно умудриться: два раза в жизни занималась любовью и две беременности. И молчание Андрея угнетает. Мог бы хоть что-нибудь сказать! Мне просто необходимо знать, как он относится ко второму ребенку.

Сильные руки обхватили мои плечи, притянули к горячему телу. Андрей убрал мои руки от лица и заглянул прямо в глаза. В его взгляде читалось столько чувств и эмоций, что я даже не могла их распознать.

Он обхватил ладонями мои щеки, взглядом проникая в самую душу. Вглядывалась в бездонные серые глаза и видела, как в уголках глаз скапливаются слезы. Жалобный всхлип сорвался с моих губ.

– Софи… – его голос прервался, как будто дыхание перехватило.

Андрей рывком притянул меня в удушающие объятия. Зарылся носом мне в волосы, лихорадочно поглаживал по спине. Другой рукой перекинул мои локоны за плечо и прижался губами к шее. От горячего дыхания по коже побежали мурашки. А потом я почувствовала в месте прикосновения влагу. Он плакал?

Обняла его плечи и сильнее прижала к себе. Явственно услышала его глухой всхлип. Мне хотелось взглянуть в его лицо, но он не поднимал голову.

– Я так счастлив… – едва различила горячий шепот.

А у меня будто камень с души свалился. Я безумно люблю этого мужчину. И верю, что все у нас будет хорошо. Только сейчас я позволила себе полностью расслабиться и отпустить прошлые обиды. Он любит меня. Он рад нашим детям. Большего мне для счастья не нужно. Сегодня мы начнем жизнь с чистого листа. Впереди много трудностей, я уверена. Но вместе мы справимся.

Обнимая Андрея, подняла взгляд к потолку. Мысленно благодарила вселенную за все то, что выпало на мою долю: и плохое, и хорошее.