Текст книги "Кукловод"

Автор книги: Ольга Готина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Я уткнулась в кровать и пошатнулась, упав на нее. Впервые я была перед настолько разъяренным мужчиной и не знала, как себя вести. Туман в голове совершенно не помогал. Гален наклонился надо мной и неожиданно задрал подол моего платья, грубо скользнув по обнаженным ногам. Вот теперь я по-настоящему испугалась.

– Гален, ты все не так понял, – я уцепилась за его руку, но нависнув сверху он подавлял меня своей силой, добравшись уже до внутренней стороны бедра, – Гален, – отчаянно взмолилась я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, – мы же договорились. Ты обещал, что не тронешь меня и пальцем.

Рука парня замерла, а затем снова двинулась вверх. Наклонившись, он поцеловал меня в плотно сжатые губы, а затем спустился ниже, по линии декольте. Трудно было узнать в нем принца, прежде настолько равнодушного ко мне, даже когда я стояла перед ним обнаженной. Отбиваться было бесполезно, он мой муж, а я его жена. Да и сила не на моей стороне. Я отвернулась от его лица, не желая отвечать на поцелуи, но когда почувствовала прикосновение его тела и то, как он проник в меня, вскрикнула от боли и слезы снова полились из глаз. Его язык прошелся по моей мочке уха.

– Хотя бы в одном я ошибся, – прошептал он мне на ухо, обдавая его сбившимся дыханием.

– Ты ошибся во всем, – подавляя в себе всхлип, ответила я, мечтая, чтобы все это поскорее закончилось.

Лорд Берт был прав, все будет именно так, как он захочет. И хотя я чувствовала на шее грубые поцелуи Галена, я ненавидела их обоих.

То ли из-за выпитого, то ли от усталости, но когда Гален отстранился от меня, я чувствовала себя словно во сне. Повернув голову, я увидела, как принц поправляет свою одежду стоя перед кроватью. Я не сомневалась, он не останется на ночь, и была этому рада.

– Убирайся, – глухо произнесла я, сама толком не расслышав своих слов. Он осмелился поднять на меня свои глаза. На секунду мне показалось, что в них появилось сомнение, но мне было все равно. Дотянувшись до первого что попалось под руку, а именно небольшой подушки, я села на кровати и метнула ее в него.

– Убирайся! – повторила я, срываясь на крик. Теперь он не мог меня не услышать. Ничего не сказав, принц развернулся и покинул спальню. Как только дверь за ним захлопнулась, я сползла с кровати и уселась на пол, зарыдав. Наконец-то я не сдерживалась и мои судорожные всхлипы, должно быть, были слышны даже в коридоре. Я долго не могла успокоиться, чувствуя себя раздавленной, и даже когда Дина появилась на пороге, продолжала плакать сидя на полу. Женщина прикрыла за собой дверь и засуетилась. Сначала она подошла ко мне, что-то спрашивая. Я почувствовала ее теплую руку на своем плече, но слов разобрать не могла. Потом на какое-то время она оставила меня в покое и занялась кроватью, начиная сдирать постельное белье. Достаточно быстро служанка избавилась от него, а после так же проворно и быстро заменила на чистое.

– Леди Алис, – она вновь склонилась надо мной, – позвольте я помогу вам раздеться.

Мои всхлипы уже становились тише, а глаза суше.

– Нет, – я приняла ее руку, которая помогла мне подняться.

– Вам надо отдохнуть, – я видела в ее глазах тревогу.

– Ты ведь знаешь, где лорд Берт?

– Лорд Берт, миледи?

– Он ведь часто остается во дворце. Где он проводит ночь?

– Он… – служанка замялась, – вроде бы он должен быть в комнате для гостей на четвертом этаже, прямо рядом с лестницей для слуг.

Отпустив руку служанки, я направилась к двери. Слезы уже высохли, но сосущая пустота внутри осталась. Я вышла в коридор и свернула к лестнице для слуг. На пути мне никто не встретился. Я быстро достигла указанного служанкой места и заколотила в дверь. Была возможность, что его там нет, скорее всего, они вместе с королевой праздновали свою победу. Но дверь распахнулась, и на пороге появился лорд Берт в полу расстегнутой рубашке. Судя по его лицу, он не ожидал подобного визита. Я могла представить что он видел. Потекшая косметика, опухшие глаза и растрепанные волосы, из которых выпали последние шпильки уже в постели. Во мне билось множество слов, но вместо этого я шагнула вперед, переступая порог гостевой комнаты, чем удивила мужчину еще больше, а затем замахнулась.

Мою руку обожгло огнем. Никогда не думала, что давать пощечины может быть так болезненно, но вместе с тем я ощутила ни с чем не сравнимое удовлетворение. На щеке лорда Берта остался красный след от моей ладони.

– Что ж, – он вновь посмотрел на меня, – похоже я все же получил то, что мне требовалось.

Лучше бы он молчал. От этих циничных слов мне стало еще хуже. Сжав кулаки, я снова набросилась на мужчину, но вместо пощечины, я молотила его по груди со всей силы.

– Ненавижу! Ненавижу тебя, чертов манипулятор!

Он сделал шаг назад, сдаваясь под моим напором. Я почувствовала, как он схватил мои руки, но по-прежнему пыталась его ударить, хоть теперь удары и уходили вскользь. Несмотря на то, что давно пора было прекратить, руки не слушались. Слезы, которых казалось просто не осталось, снова выступили на глазах. Я поняла, что вновь на грани истерики и, приложив неимоверные усилия, взяла себя в руки, отпрянув назад и вырвавшись из захвата советника. Мы застыли друг напротив друга. К счастью, мужчина больше не собирался ничего говорить, лишь смотрел на меня внимательным взглядом. Вероятно оценивал, не наброшусь ли я на него вновь.

– Я провожу вас… – начал было он, делая шаг ко мне, но я резко отпрянула, оказавшись за порогом гостевой комнаты.

– Держитесь от меня подальше, – охрипшим от рыданий голосом сказала я, – иначе, клянусь всеми богами, я выцарапаю вам глаза.

Вместо того, чтобы съязвить, что было в его манере, лорд Берт оставался на месте, продолжая на меня смотреть. Закусив губу, чтобы вновь не разрыдаться в голос, я развернулась и направилась в сторону лестницы для слуг. Быстро сбежав по ступеням вниз, я добралась до своего этажа, и лишь оказавшись в спальне, позволила себе прислониться к двери и осесть на пол. Комната была пуста, вероятно, служанка ушла, решив, что ее помощь мне больше не требуется. Кровать была застелена чистым бельем. Я поднялась на ноги и начала расстегивать свое платье. В дверь позади меня тихо постучались. Я испуганно обернулась, но это была всего лишь Дина. Она плотно закрыла за собой дверь, а затем подошла ко мне и протянула маленький пузырек.

– Что это? – устало спросила я. – Успокоительные капли?

– Нет, ваше высочество, – потупив глаза, она тихо продолжила, – это дают лорды своим любовницам. Чтобы они не… ну…

Секунду я растерянно стояла на месте, не сразу осознав, что она мне предлагает, а затем забрала у нее пузырек.

– Нужно выпить все, – пояснила служанка.

Я мгновенно осушила небольшой пузырек, не обратив внимания на горьковатый привкус. Сейчас он даже казался приятным, учитывая обстоятельства.

– Ты сможешь достать еще? – спросила я, возвращая пустой пузырек.

Служанка кивнула и помогла мне снять платье. Я приняла ванную, чувствуя, как на меня наваливается усталость, но когда оказалась на свежих простынях, еще долго не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок. Тело и душу разрывало от боли. Я помнила, как лорд Берт сказал мне, что королеве требуется не только наш брак, но и наследник. Наследник, которого я ей ни за что не дам.

Глава восьмая

Пробуждение утром не доставило никакого удовольствия. Поначалу я хотела остаться в комнате и позавтракать в кровати, но вместе с бодростью нахлынули и воспоминания. Испытывая отвращение, я тут же вылезла из постели. Я старалась не думать о прошлой ночи, но в голове, то и дело всплывали смутные картины. К счастью, выпитое на приеме принесло не только головную боль, но и притупило воспоминания, к сожалению – не стерло их полностью. Я понимала, что спрятавшись ото всех, только покажу свою слабость. От ярости, охватившей меня вчера, не осталось и следа. Теперь ее место заняла ноющая боль в груди, но ведь никто не обязан этого знать. Вспоминая сейчас свои угрозы лорду Берту, я не могла поверить в собственную смелость. И пусть теперь она исчезла, если я опущу руки, то вконец сломаюсь.

Утренние сборы заняли не так много времени, на самом деле я торопилась позавтракать до того, как остальные проснутся. Когда я спустилась в столовую, слуги еще только накрывали на стол. При виде меня они заторопились, попутно извиняясь, и поспешно покинули комнату. Я присела за стол, потянувшись к воде. Пить хотелось неимоверно. Я решила съесть лишь совсем немного и поскорее убраться из столовой, пока сюда не пришли остальные члены семьи. Но оказалось, не только я оказалась ранней пташкой. Дверь приоткрылась и в комнату шагнула Фрейя.

– Алис, дорогая, – своим притворно ласковым голосом произнесла она, присаживаясь напротив меня.

– Доброе утро, – мой нож застыл в руке.

– Ты сегодня рано, – женщина, как ни в чем не бывало, приступила к завтраку, судя по всему, ее аппетит был куда лучше моего.

Я смотрела на свою свекровь, пытаясь угадать, что ей известно. Наверняка лорд Берт поторопился порадовать ее тем, что произошло вчера ночь. Но на первый взгляд она выглядела такой же, как и обычно, не бросала никаких намеков и не смотрела на меня пристальным взглядом. Возможно, он приберег это новость до сегодняшнего дня.

– Как-то так вышло, – невразумительно ответила я.

Дальнейших расспросов не последовало.

Прежде чем я успела расправиться с несчастной булочкой, чтобы сбежать из столовой, дверь вновь распахнулась. Теперь кусок точно не полезет мне в горло. На пороге стоял Гален, немного сонный, с всклокоченными волосами и одетый по-домашнему, в брюки и рубашку. И тут мою смелость смело напрочь. Пожалуй, стоило вообще пропустить завтрак. Подняв взгляд от пола, он увидел меня и свою мать.

– Гален? – королева удивилась больше меня. – Ты рано встал.

– Не спалось, – хмуро бросил принц, огибая стол и садясь рядом со мной.

Я поспешно доедала свой завтрак, чтобы мой уход из – а стола не выглядел как бегство, чем на самом деле и являлся. Невероятно, но после всего, что случилось прошлой ночью, Гален мог так спокойно сидеть рядом и завтракать как ни в чем не бывало. К счастью, за столом хотя бы не было лорда Берта. Не знаю, сумела бы я тогда сдержаться. Фрейя, кажется, не заметила напряжения между нами. Не удивительно, Гален вел себя как обычно. Я уже собиралась покинуть стол, как вдруг королева обратилась к нам обоим.

– Гален, Алис, что если вам перебраться в более просторную комнату на верхнем этаже?

Я осталась на месте, сжимая в руке салфетку, которую собиралась положить на стол, прежде чем уйти.

– Зачем, мама? – Гален потянулся к воде. Принц все еще не смотрел на меня, а я не решалась посмотреть на него.

– Ты постоянно остаешься в покоях Алис, думаю, они малы для вас двоих, – пояснила королева и посмотрела на меня, – не правда ли, дорогая?

В этот раз Гален молчал, поглощая завтрак, и я поняла, что ответить придется мне. Но что сказать? Все что я думала, это то, что вообще не желаю видеть мужа в своей постели. Но Фрейе я этого сказать не могла.

Мое молчание затягивалось. Я понимала, что нужно что-то сказать, чтобы это не выглядело странным. Преодолев себя, произнесла:

– На самом деле, нам вполне уютно.

Заметила, как Гален повернул свою голову, и ощутила на себе его взгляд. Конечно же, он должен был понять, что я лгала. Я надеялась, что принц не поддержит свою мать, поскольку жить вместе с ним выше моих сил. Не после того, как он грубо предал мое доверие.

– Меня тоже все устраивает, – отозвался Гален, все еще буравя меня взглядом.

Я наконец-то положила салфетку и поднялась из-за стола. Покидая столовую, старалась идти как можно медленней, чтобы это не выглядела как побег. Лишь оказавшись по ту сторону, облегченно выдохнула. Но когда я поднималась по лестнице, послышались торопливые шаги. Обернувшись, я увидела Галена, который шел следом. Он остановился на пару ступеней ниже, молча изучая меня взглядом. Я замерла, до боли ухватившись за перила и не зная, уйти или остаться. Даже если он и хотел мне что-то сказать, слушать это не было никакого желания. Но смотря на него, я вспомнила вчерашнюю ночь и его гнев. Собрав в себе все силы, которые остались, холодно произнесла пока он искал слова:

– Не смей приходить ко мне ночью.

Мои слова сбили его с мысли, и что бы Гален ни собирался сказать, он это проглотил. Вместо этого глаза его блеснули как у хищника, напоминая взгляд, который я уже видела.

– А то что? Пожалуешься лорду Берту?

Я выдохнула, стараясь перебороть подступавшие слезы.

– Какой же ты… идиот, – я не повышала голос, боясь, что мои слова разнесутся слишком далеко, хотя мне и хотелось кричать, – не удивительно, что они так легко вертят тобой, в то время как ты продолжаешь считать, что все еще что-то решаешь.

Я знала, что мои слова ранят его и разозлят еще сильней. Поэтому тут же развернулась и быстро пошла наверх. Теперь, когда столовая оказалась позади я действительно бежала, но оказавшись в своих покоях не почувствовала себя в безопасности. Как ни крути, эти стены были клеткой. Какое-то время я сидела у зеркала, все больше погружаясь в мрачные мысли. Больше всего мне хотелось оказаться отсюда подальше, и хотя меня никто не держал, я все равно была прикована ко дворцу. Эти простые мысли не уходили из моей головы, пока я, посмотрев на себя в зеркало, не решилась. Позвонив служанке, я стала вытаскивать из своих волос шпильки. К моменту, когда я почти растрепала свои уложенные волосы, она появилась на пороге. Взглянув на выбившиеся пряди, она спросила:

– Вам сделано новую прическу, миледи?

– Нет, – я избавилась от последних шпилек, посмотрев на свои растрепанные волосы, – принеси мне свое платье, самое простое, и плащ, сегодня вроде холодно.

Она замерла, растерявшись от такого указания.

– И постарайся, чтобы никто не заметил, куда ты несешь эти вещи, – добавила я. – Не бойся, я всего лишь хочу выбраться в город так, чтобы не привлекать внимания простых людей.

Она колебалась. Даже я понимала, что это не лучшая затея, но она пленила меня, захватив настолько, что я уже не могла от нее отказаться. Вероятно, это было написано на моем лице, потому что женщина вышла из комнаты. Я надеялась, что она выполнит мою просьбу, потому что кроме нее мне было не на кого положиться. Любой другой во дворце гарантированно расскажет об этом Фрейе.

Спустя минут двадцать передо мной было простое платье и плащ из грубой и не совсем приятной к телу ткани. Я избавилась от своей прически и вместо нее заплела простую косу. Коса получилась чуть кривая, но с другой стороны это было не важно. Без макияжа я выглядела достаточно блекло. Когда я переоделась, то убедилась, что узнать меня в таком виде практически невозможно. Никто даже не сможет предположить, что принцесса может так выглядеть. Дина заметно нервничала и, хотя она беспрекословно выполняла мои приказы, было ясно, что моя затея ей не по нутру.

– Спустишься вниз и скажешь, что у меня болит голова, и я легла спать. Когда будет ужин, скажешь, что я велела подать его в мою комнату. Оставишь еду на столе, я поем, когда вернусь.

Накинув капюшон, я еще раз взглянула на себя в зеркало, изучая непривычный образ.

– А вы вернетесь? – тихо переспросила у меня служанка.

– Да, – ответила я, хотя на самом деле не была в этом уверенна.

Соблазн уйти и не вернуться был велик, но я понимала, что при этом мне совершенно некуда идти. Так был ли у меня выбор? Чтобы уйти и не вернуться нужен план, я же просто бежала куда глаза глядят.

– Если я спущусь по лестнице для слуг, как мне найти выход?

– Нужно свернуть направо и пройти немного вперед, потом налево и снова вперед, этот коридор ведет к черному входу.

– Проверь коридор, – попросила я женщину, убедившись, что готова.

Все еще волнуясь, она выглянула наружу, а затем приоткрыла дверь.

– Никого, – шепнула она мне, и я выскользнула из своих покоев.

Оказавшись на темной лестнице, я надвинула капюшон на глаза, торопливо спускаясь вниз. Мое сердце колотилось в такт торопливым шагам.

К счастью, на пути мне никто не встретился. Сомневаюсь, что тогда мое предприятие увенчалось бы успехом. Следуя указаниям, я действительно добралась до черного хода. Ступив за порог дворца, я старалась идти медленней, чтобы не привлечь к себе внимания, случайно взглянувшего в окно. Одно дело, когда из дворца вышла простолюдинка, другое – когда она практически убегает. До тех пор, пока я не покинула ворот, ниже опустив лицо, мое сердце все еще билось вскачь. Охрана лишь скользнули по мне взглядом, о них-то я поначалу и не подумала. Куда сложней будет пройти обратно, чем выйти. Почему-то я всегда считала, что охраняют лишь парадный вход, но теперь я осознала, что это не так. До чего же я глупа. Но сейчас, оказавшись за пределами своей клетки, мне меньше всего хотелось думать о том, что я буду делать потом. Как только я удалилась достаточно далеко, чтобы мое волнение немного утихло, я подняла голову выше, оглядываясь вокруг. До города, вероятно, было немало пути пешком, но это меня не пугало. Я была готова идти пешком хоть весь день, лишь бы не возвращаться обратно. Чувство свободы слегка опьяняло, а собственная смелость пугала. Спустя десять минут, когда дворец был уже далеко, со мной поравнялась повозка. Я посторонилась на обочину дороги, ожидая, когда она проедет, но вместо этого лошадь остановился.

– Внучка, тебя подвезти?

Я не сразу поняла, что обратились ко мне, и остановилась, развернувшись. На телеге сидел старик, его волосы, как и бородка, были белыми, выдавая уже немалый возраст. Я не знала что ответить, но судя по тому, как он на меня смотрел, принцессы во мне он не узнавал. Да и как простолюдин может меня опознать? Это знать видела меня, в то время как простые люди лишь слышали рассказы, передаваемые из уст в уста.

– Вы едете в город? – решила уточнить я.

– Туда, туда, – он хлопнул по мешку, который лежал рядом с ним, – везу товар.

– Благодарю вас, – я неумело залезла на повозку и когда подняла глаза, заметила, как удивленно наблюдает за мной дедок.

– А ты воспитанная, чудно говоришь, – он вновь тронул лошадь, все еще посматривая на меня с интересом, – кто будешь?

Я с запозданием поняла, что мои слова действительно прозвучали слишком высокопарно в этой повозке. Теперь следовало как можно скорее придумать объяснение.

– Работаю гувернанткой, – пояснила я, – поэтому и говорю так.

– Меня Прокоп зовут, – представился старик.

Соблюдая приличия, я тоже представилась, конечно же, переврав свое имя.

– А меня Анна.

– Аннушка, хорошее имя.

К счастью, спутник мне попался не особенно разговорчивый и, обменявшись мнением о погоде, вскоре он стал насвистывать, не докучая мне расспросами. Чуть откинувшись назад и облокотившись на мешки, я смотрела, как мимо меня проплывает поле и чувствовала умиротворение. Совсем скоро стали попадаться редкие домики и наконец, мы въехали в город. Обернувшись еще можно было увидеть дворец, который находился на возвышенности, словно нависая над городом. Моя золотая клетка.

Поблагодарив Прокопа, я слезла с повозки. Вокруг меня была толпа людей, кто-то бежал по своим делам, более богатые люди прогуливались медленно, заглядывая в лавочки. Оказавшись здесь, я поначалу не знала, куда мне пойти, поэтому двинулась вперед по улице, оглядываясь вокруг.

Никогда еще мне не доводилось гулять по городским улицам так запросто, к тому же, не привлекая к себе внимания. Вскоре я окончательно убедилась, что ничем не напоминаю саму себя и сняла капюшон. Забредя на рынок, где продавали фрукты, я купила себе яблоко. Один раз меня задел мужчина и прошел вперед, даже не извинившись. Странно, но это вызвало у меня улыбку. Бродя по улицам, я поняла, что вся моя тревога исчезла. Интересно, как часто я могла бы так делать? Переодеваться и сбегать ото всех и вся? Я зашла в один из магазинов готового платья, решив, что если я буду так делать, то мне понадобится одежда. Воодушевленная этой мыслью, я погрузилась в планирование. Отказавшись от помощи продавца, я перебирала платья. Все они были совершенно не похожи на то, что я привыкла видеть. Магазин делился на три секции, в первой были совсем уж простые платья, скорее напоминающие холщовые мешки, во второй они имели более пристойный вид, больше похожие на то, что было надето на мне сейчас, и, наконец, третья секция была заполнена платьями расшитыми блестками и прочими украшениями. Все они, конечно, не дотягивали до тех, что были у меня во дворце, но я догадывалась, что для остальных покупателей это был верх роскоши, по крайней мере, в магазинах готового платья. Что-то более изысканное уже требовалось шить на заказ. Я была единственной посетительницей магазина, пока колокольчик на двери не звякнул, и в помещении появились еще две дамы. Они тут же двинулись к третьей секции. Поначалу я не обратила на них внимания, продолжая перебирать платья. Завернув за очередную вешалку, я не видела их лиц, только слышала голоса.

– Спасибо, мы сами посмотрим пока что, – отказались они от услуг продавца.

Как только шаги удалились, одна из посетительниц тут же зашептала.

– Может, эта девица не такая уж и тихоня, не пора ли забеспокоиться, принц уже неделю не приезжал к тебе.

Я замерла, стараясь не выдать себя и звуком. Принц? И много ли принцев было в округе? Мне нестерпимо хотелось увидеть лица этих женщин, но я боялась обнаружить себя. Была ли это та, о ком я думаю? И каковы шансы, что мы действительно столкнулись в этом магазинчике?

– Мне не о чем беспокоиться, – послышалось тем временем в ответ.

– Уверена? Она все-таки его жена, Ивет.

Я вся обратилась в слух, совершенно забыв, где нахожусь. Услышав это имя, я уже не сомневалась о том, кто находится по ту сторону вешалок.

– Возможно, сейчас он немного охладел. Но мужчины от меня не уходят, тем более к таким как она. Знаешь почему? – не дожидаясь ответа, она продолжила. – Я даю им то, что они ищут, а такие как она лишь создают им головную боль.

– Ты говорила, что станешь женой, сама знаешь кого, но ты всего лишь любовница. Возможно, ты ошиблась в его потребностях.

Повисшая после этих слов тишина была напряженной. Когда женщина ответила, в ее голосе сквозило недовольство.

– Если я в чем-то и ошиблась, то только в сроках, – ее голос был тих, настолько, чтобы произнесенные слова по-прежнему слышала только подруга, но они не знали, что я была всего в шаге от них, скрытая за одеждой. – Вот увидишь, я стану его женой.

– И что же станет с нынешней? – не без иронии поинтересовалась ее собеседница, продолжая перебирать платья.

– Порой первый брак не всегда единственный. Много что может произойти с человеком, даже в таком защищенном месте. Мой… любовник поддался воле матери один раз, но если подобная ситуация повторится, то он уже не пойдет у них на поводу. Я об этом позабочусь, буду рядом в нужное время и в нужном месте. Донесу до него нужные слова и все, что я сею так долго и тщательно, прорвется наружу.

– Твои амбиции поражают даже меня. Мне кажется, ты замахнулась слишком высоко.

– Чем ценней приз, тем больше усилий стоит приложить. Но не переживай, у меня есть союзники. Те, кто инвестируют в будущее.

– И что же это за инвесторы.

– Очень умные люди, – все еще продолжала туманно изъясняться женщина, похоже, ей доставляло удовольствие говорить загадками, а возможно, это была ее обычная манера общения, позволяющая продемонстрировать свое превосходство над собеседником. – Они понимают, что за каждым мужчиной стоит непреодолимая сила – женщина, а значит с этой силой стоит считаться, более того, заручиться ее поддержкой. Для одних такой женщиной становится мать, для других – любимая жена, которая родила ему наследников. Но такой женщиной никогда не станет простая любовница или нелюбимая жена, не хватает самого главного – безграничной преданности, любви, ради которой мужчина готов сделать все что угодно, лишь бы его женщина была счастлива и твердой уверенности в том, что ее слова единственное, с чем стоит считаться.

Поглощенная разговором я слишком сильно вцепилась в вешалку с платьем и подалась вперед, желая не упустить ни одного слова, сказанного полушепотом. Когда я поняла, что меня не просто не брали в расчет, но еще и замышляли убить, я не удержалась. Моя рука дрогнула, и вешалка внезапно покачнулась. Потеряв опору, я упала вперед, прямо сквозь плотно развешанные платья, оказавшись у ног той, которая метила на мое место. Послышались удивленные и испуганные вскрики, в то время как я, больно ударившись локтем, подумала о том, что пропала. Одно дело идти по улице, смешавшись с толпой, а другое оказаться лицом к лицу с той, кто тебя видел и не раз.

– Что ты здесь делаешь?! – раздался надо мной злой голос. – Подслушиваешь?

Сначала я решила, что она меня все же узнала и посмотрела на актрису, но, только взглянув в ее глаза, поняла, что отсутствие косметики, пышного платья и прически способны обмануть любого, кто не видит дальше напускного лоска.

– Я тебя спрашиваю, – прошипела она, возвышаясь надо мной, – что ты тут делала, замухрышка?

– Может она идиотка? – предположила ее подруга. – Только глаза таращит.

– Знаю я таких идиоток, – Ивет, которую у меня сейчас и язык бы не повернулся назвать леди, наклонилась, хватая меня за ворот плаща и дернула вверх, заставляя подняться перед ней на ноги, – у Берта их чертова дюжина. Я уже где-то тебя видела, следишь за мной? Отвечай!

– Нет, – мой голос был сам на себя не похож, вероятно из-за того, что я действительно поначалу испугалась что буду узнанной, – я платье выбирала, – все тем же дрожащим голосом ответила я.

Она меня отпустила, оттолкнув от себя. Я больно ударилась спиной о вешалки, но стерпела. Внутри меня бушевало негодование. Как она, простая актриса могла так обращаться со мной? Но я понимала, что если проявлю гордость, то буду раскрыта, а потому молчала, прикусывая губу от волнения. Если бы не вторая женщина, перекрывавшая мне дорогу к двери, я уже бы выскочила из этого магазина. Чем дольше они смотрят на меня, тем больше шанс, что вспомнят, где могли видеть мое лицо.

– Дамы, не нужно ссориться, – к нам подскочил продавец, который ошибочно трактовал возникшее в магазине напряжение, – я уверен что если вам понравилось одно и то же платье, я смогу решить эту проблему.

– Вы считаете, что нам может понравиться одно и то же платье? – Ивет развернулась, и ее гнев обрушился на новую цель. Я видела лишь спину женщины, но по выражению лица продавца могла догадаться, что она смерила его самым презрительным взглядом, на который была способна. – Вы считаете, что у такой женщины как я могут совпадать вкусы с этой серой мышкой? Да она обычная прислуга, челядь. Ее платье сделано из самой дешевой материи, а плащ затаскан чуть ли не до дыр. Даже если на нее надеть самое лучшее платье, что найдется в этом магазине, она будет выглядеть в нем смешно, а не изысканно. Пойдем, – она посмотрела на подругу, – думаю здесь мы не найдем ничего приличного, если здесь считают, что я хочу одеться так же как она.

К моему облегчению они обе покинули магазинчик. В отличие от меня продавец был раздосадован потерей своих покупательниц. Чувствуя себя в этом месте не в своей тарелке, я тоже поспешила уйти.

Оказавшись на улице, первым делом осмотрелась, но не увидела в поле зрения женщин и, накинув на голову капюшон, пошла вперед по улице. Сердце все еще колотилось после пережитого и до сих пор не верилось, что эта женщина действительно не узнала меня. Что если это не так и она лишь подыграла мне? Не хотела, чтобы остальные догадались кто перед ней? Но, как ни крути, я не видела для нее в этом никакой выгоды и потому все больше убеждалась, что она действительно не признала во мне соперницу, о которой только что говорила. Мысль о том, что меня не способны в таком виде узнать даже те, кто видел вблизи, опьяняла своими возможностями и внутри меня зародилась смелая мысль о побеге. Какой бы безумной она не была, мечтать никто не запрещал. Все больше мои мечты напоминали планы, пока я не очнулась посреди полупустой улицы с глупой улыбкой на губах.

Оказавшись в тихом месте, я заметила кое-что, что не насторожило меня в плотной толпе. Я ускорила шаг и услышала, как кто-то за моей спиной сделал тоже самое. Холодок пробежал по спине, но я не обернулась. Улица сужалась, и я поняла, что рискую, сворачивая за каждый поворот. Что если там окажется тупик? Я не сомневалась, что за мной шел преступник, намереваясь обокрасть в укромном углу. Лишь почти перейдя на бег, поняла, что красть у меня особенно и нечего, ведь сейчас я была не принцессой, а простой крестьянкой. Я осмелилась обернуться и никого не увидела. Неужели кто-то его спугнул? Вновь переходя на шаг, свернула за угол и застыла, увидев перед собой тупик. Развернувшись – поняла, что единственным выходом было вернуться назад. Но и это оказалось невозможным, потому что из-за угла вышел мой преследователь. Его внешний вид не сильно отличался от моего. Высокий рост и длинный плащ, капюшон которого был накинут на голову, чтобы скрыть лицо. Никогда еще я не чувствовала себя настолько беззащитной, осознав, что меня никто не охранял.

– Не подходите, я закричу, – собрав волю в кулак произнесла я.

– И впустую потратили бы силы, – послышался знакомый голос, – те, кто здесь живут, не обратят на ваш крик внимания. Женщины здесь часто кричат, по большей части фальшиво и по ночам. Скажите, Алис, как из всех улиц вы умудрились выбрать именно квартал шлюх?

Незнакомец откинул капюшон, оказавшись не уличным разбойником, а лордом Бертом.

– Вы снова следили за мной? – мои руки сами сжались в кулаки, что, конечно же, не укрылось от мужчины.

– Вы собираетесь снова меня ударить, Алис?

– Честно скажу, есть искушение, – прямо заявила я, все еще ощущая внутри себя не утихнувший гнев, который не выплеснула прошлой ночью в полной мере.

Мое чувство вновь обретенной свободы с появлением передо мной советника было безжалостно растоптано. Представ передо мной здесь, он словно насмехался над каждой моей попыткой вырваться из-под его контроля.

– Я не следил за вами, – он приблизился, понижая голос, теперь нас вряд ли могли услышать чужие уши, – однако представьте мое удивление, когда я увидел вас в городе. Тогда, признаюсь, я решил понаблюдать. Давайте уйдем отсюда, это не подходящее место для прогулок.

Что я могла на это ответить? Ясно было, что мне придется последовать за ним. Протянутую руку я проигнорировала, обогнув советника, и устремилась вперед. Но пройдя буквально несколько метров, поняла, что совершенно не помню дорогу обратно.

– Прямо, налево, еще раз налево и потом направо, – послышалось услужливая подсказка у меня за спиной.