Текст книги "Дела семейные"

Автор книги: Ольга Табоякова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

– Пока не в каком, – чуть помялся изобретатель.

– Я не понял, у Вас только идея есть? – спросил доктор.

Изобретатель весь напрягся, опустил голову:

– Понимаете, пока идеи нет, я рассматриваю разные варианты. Они все очень сложны в техническом плане, и я пытаюсь их усовершенствовать, может быть даже упростить. Понимаете, как важно для меня выиграть этот конкурс.

Тут уже мы встали в ступор, ЧТО он хочет защитить? Поистине, изобретатели странные люди.

– Уважаемый Самду, Вы стараетесь идти по пути наибольшего технического сопротивления, – начал доктор свой психоанализ.

Изобретатель вскочил на ноги:

– Попрошу меня не обижать, – вспылил он.

– Прошу прощения, уважаемый, – ответил доктор, – я только имел в виду, что в Вашем случае необходимо защитить Вас.

Изобретатель успокоился. Тут влез я:

– Я вот не понимаю, зачем Вы думаете над всякими там штуками.

– Кто бы говорил, – пробормотал мой сын, он думал я не услышу.

Но я, как воспитанный человек, не стал заострять на его высказываниях внимание.

– Будто Вы знаете, как выиграть этот конкурс, – опять вспыхнул Самду на мое замечание.

– А что тут сложного. Я бы на Вашем месте пошел к драконам, договорился с ними о перевозках, создал бы предприятие для привлечения первоначального капитала. И зарабатывал бы монополистом на перевозках драконами всех заинтересованных лиц. Никакого дополнительного производства техники, драконы отличные защитники, постоянный статус, постоянные деньги.

У присутствующих в комнате от моих речей отвисли челюсти. Изобретатель засуетился, обдумывая мое предложение.

– Аа, позвольте спросить, не хотели бы Вы войти в компанию финансовым капиталом. И еще как можно договориться с драконами?

– Ну, финансово я мог бы и войти, – решил я, радуясь, что моя идея принята. – С драконами можно поговорить, у нас знаете есть специальный такой переводчик, не "вавилонские рыбки", но тоже ничего. Но кроме, того я бы хотел получить для членов своей семьи и друзей пятидесятипроцентную скидку на перевозку груза в НАШЕЙ новой компании.

– Само собой, – тут же согласился изобретатель, – А как думаете, у меня все получиться?

У него все получилось. А наша семья имеет такие хорошие перспективы на новом рынке перевозок, благодаря мне.

***

Третья история (рассказ доктора Шалома).

В эту ночь к нам зашел аристократ, высшей пробы, папенькин сыночек. Заказ у него был неопределенный, он хотел стать знаменитым, великим, хотел прославиться. Дауон явно был в плохом настроении:

– Мы вообще не поэты, и не редакторы городской газеты, чем мы можем помочь?

Юнец обиделся:

– Да как Вы смеете!

– Спокойнее молодой человек, Вы не на базаре, – сумрачно обратился к нему Васенька.

– Давайте разберемся, – начал я.

Мои сели поудобнее, они уже знали за мной привычку докапываться до глубинных идей и мотивов наших клиентов.

– Вы хотите стать знаменитым, уважаемым, заметным, но за счет чего?

– Как это за счет чего? За счет моих славных деяний!

– Ага, – я кивнул, ободряя собеседника, – Первое Вы должны совершить деяния. Второе, эти деяния должны быть славными, а не уголовными. Это уже хорошо. Теперь дальше, молодой человек. Что значит славное?

– Ну, это значит спасти жизнь человека.

– Так, интересная трактовка. Знаете, молодой человек, Вы удивляете меня. Я думал, что для Вас "славное" будет означать воинский подвиг, раскрытие заговора, написание поэмы, любовная победа над гордой красавицей.

Юноша покраснел:

– Я хотел бы спасать жизни. Это моя цель.

– Замечательно, молодой человек. Теперь осталось, определиться, как Вы хотите спасать жизни?

– Я не знаю.

– Это не страшно. Я знаю. Но молодой человек, Вам придется сильно изменить свою жизнь. Вас будут сильно обсуждать. И если Вы не добьетесь успеха своими силами, то многое потеряете.

– Я не понимаю, – засмущался юноша.

В его глазах уже светились фанфары.

– Королевская докторская школа. Как врач, Вы будете спасать чужие жизни. Я могу составить для Вас протекцию.

– Мне надо подумать.

– Думайте, думайте, молодой человек, а я буду надеяться на достойную смену.

***

– Приветствую Вас, досточтимый, – обратился я к хозяину каравана, узнав его по волшебной шапке-тюрбану.

Он кивнул в ответ и стал внимательно меня рассматривать:

– Я так понимаю, у Вас ко мне какое-то дело?

– Да, досточтимый, – ответил я.

Бесполезно отрицать очевидное.

– И какое же?

– Я хотел бы присоединиться к каравану.

Он вздернул брови:

– Уважаемый, Вы скачете на хорошей лошади, двигаетесь раза в три быстрее нас. По внешнему виду деньги у Вас тоже есть. Вы молодой, при оружии, с артефактами на защиту. Почему Вы хотите присоединиться к нам?

– Вы все правильно видите, – пришлось согласиться мне с проницательностью донна Имбада, – Но дело в том, что мне нужна дополнительная охрана.

– И решили пожертвовать скоростью ради безопасности?

– Да, досточтимый. Я везу некоторые ценности, а они нуждаются в охране. Мой наниматель предложил мне присоединиться к подходящему каравану. Ваш караван очень большой, охрана надежная. Я убедился на себе. Они все время на страже.

Донн Имбад задумался над моими словами:

– Куда Вы направляетесь?

– Досточтимый, я не хотел бы это обсуждать, но пока по пути с Вами. Кроме того, я как бы затеряюсь в Вашем караване. Возможные похитители не смогут меня обнаружить. С другой стороны, я мог бы считаться временным охранником или еще кем-нибудь. Я достаточно хорошо оснащен оружием и артефактами, чтобы помочь служителям каравана в случае нападения или даже угрозы.

– Интересное предложение, – стал раздумывать донн Имбад.

– Да.

– А если я не дам своего согласия? – поинтересовался он и стал внимательно за мной наблюдать.

Я пожал плечами, сейчас главное, чтобы он не понял, как мне важно ехать с его караваном.

– В этом случае, я предпочел бы дойти с Вами до ближайшего города и подыскать другой караван. Здесь уже начинаются опасные места. Я не буду рисковать.

– Хорошо, мы заключим сделку, платить будите, как все. В охране стоять не надо. Лучше помогите Фею с грузом, у нас погибло двое смотрящих. Помощь ему не помешает.

– С удовольствие принимаю предложение.

– Устроится Вам, поможет Марьяна, она занимается этими вопросами. Вон видите она у тех перевозок.

***

Мне выделили место в перевозках помощника донна Имбада Фею. Это был симпатичный человек, неопределенного возраста. Он очень тихо ходил, говорил, командовал, но его всегда было слышно. Фею служил у донна Имбада почти двадцать лет. Мне он сказал, присматривать за двумя перевозками, везущими бьющееся стекло. По поводу еды Фею велел мне обратиться к Марьяне. В общем, не стану скрывать, меня сильно удивило совпадение имени молодой девушки с тем, что рассказывал мой брат Васенька.

После знакомства с ней удивление не прошло потому, что это оказалось не совпадение. Это была та самая девушка, которую освободили из Башни вместе с дедом. Насколько я помнил по рассказу Васенька, она ушла из города в плаще службы разведки, ее искали на всех путях, но не нашли. Она присоединилась к донну Имбаду и никуда не спешила. Разговор мне с ней завести не удалось. Она односложно отвечала на мои вопросы, смотрела очень насторожено. Пришлось мне отступиться, все-таки моим главным объектом была донна Клара, а не эта девушка.

В тихом спокойствии мы путешествовали три дня.

Марьяна перестала на меня смотреть зверем, даже несколько раз улыбнулась мне.

Донна Клара оказалась общительной, веселой женщиной. Она рассказывала веселые истории из жизни аристократов и прислуги.

***

Все пошло на перекосяк на четвертый день пути. Эту ночь караван провел в степи. Люди спали в перевозках. Утром за завтраком я не увидел донны Клары.

– Марьяна, а где наша хохотушка?

– Треш, о ком ты? О донне Кларе?

– Да, Марьяна, она плохо себя чувствует?

– Не знаю, я ее с утра не видела.

– Марьяна, я волнуюсь, может быть ей нужна помощь. Давай сходим к ней, узнаем.

– Хорошо, я не против. Возьмем воду и еду. Она едет в перевозках донна Имбада. Странно, но я и его сегодня не видела. Все заняты, вон Фею что-то осматривает.

– Да, и я его не видел сегодня утром. Обычно мы приветствуем друг друга.

– Треш, мне кажется, что-то случилось.

Хоть и пишут, что тревожные предчувствия – это удел юных девушек, но мне тоже стало как-то не по себе. Мы кинулись к перевозкам донна Имбада.

– Треш, заглянешь сам?

– Тебе не удобно?

– Да, Треш. Я ведь обещала ему не мешать и вести себя тише воды.

– Ладно, я загляну сам.

Двери пришлось открывать с усилием, они явно были заперты на ночь изнутри. Но и с этим можно справиться, имея под рукой подходящие артефакты или нож. У меня был нож.

В перевозках было темно. Пришлось раздернуть шторы.

– Что там, Треш? – позвала меня Марьяна.

– Сейчас посмотрю. Так одно место у окна пусто.

– Там спала донна Клара.

– А здесь кто-то спит. Донн Имбад проснитесь, проснитесь, – я стал трясти хозяина каравана за плечо.

– Треш, ну что?

– Марьяна, он спит как-то не хорошо, – поделился я своими опасениями, – Марьяна, позови, пожалуйста, Фею.

– Хорошо, я быстро.

Я попал в незавидную ситуацию: донна Клара пропала в степи, ближайший город мы прошли вчера, следующий будет только через два дня. Донн Имбад спит, по-моему, околдованный.

Надо поговорить с Марьяной, может быть она чем-нибудь сможет мне помочь, но с начала надо разобраться со сном донн Имбада.

***

– Господин спит, – прокомментировал поведение хозяина его помощник.

– Фею, мы сами видим, что он спит. Он не просыпается, а караван уже должен идти. В лагере разговоры пойдут. Еще и донна Клара пропала.

– Треш, ты о чем? Донна Клара вчера осталась в городе.

– Фею, как она могла остаться, если мы ее вчера видели?

– Это не ее видели, скорее всего фантом. Она просила хозяина поколдовать немного, чтобы не узнали, что она ушла.

– Да уж, Фею, он доколдовался. Что будем делать?

– Это магически насланный сон. Надо разбираться скорее.

– Согласен, Треш. Но у меня нет никаких идей.

– У меня кое-что может быть, не на этот случай, но можно посмотреть. Подожди меня, я схожу за сумкой. Марьяна поможешь мне?

– Конечно, Треш.

***

Мы медленно шли за сумкой. Я решился поговорить Марьяной.

– Марьяна, знаешь я ведь здесь не просто так.

Она вздрогнула. Неудачное начало, решил я.

– Марьяна, мне нужна донна Клара.

Это признание немного успокоило девушку.

– Марьяна, может, тебе деньги нужны. У меня есть.

– Треш, да ты что?

– Прости, я не так начал. Я должен найти донну Клару. Мне придется вернуться назад. Я уезжаю, а ты сказала..., – тут я сбился с мысли.

– Спасибо, Треш. Но мне ничего не надо. А донна Клара, я слышала, как она спрашивала про улицу Нетяников. Эта улица с темным прошлым, мне показалось, что ее там кто-то ждет.

– Спасибо, Марьяна.

Мы взяли мою сумку, и пошли назад к перевозкам донна Имбада. Марьяна на глазах погрустнела.

***

– В этой сумке два отделения: одно для денег, другое для артефактов. Вот, Марьяна, подержи здесь. Так давайте посмотрим, что у меня есть. Это не то, это тоже, это тоже, вот. Смотрите, можно попробовать это.

– Что это? – подозрительно спросил Фею.

– Это специальный артефакт, он дарует владельцу три дня бессонницы. Очень полезная вещь в поездках. Ты едешь три дня и не чувствуешь усталости, боли, сна. Ты полон сил. Иногда это время бывает решающим.

– Да, – задумчиво согласился Фею, а Марьяна также задумчиво посмотрела на меня.

– Но это очень дорогая вещь, – заметила Марьяна.

– Да, в целом, – не стал я врать.

– Откуда у тебя это? И еще все остальное. Ты не похож на курьера, – совсем уж подозрительно спросил Фею.

– Я говорил, что я не просто курьер, я ценный курьер, – пришлось мне врать, придерживаясь легенды, – Мой хозяин дал мне это и велел не экономить.

Марьяна вздрогнула и даже немного отступила от меня.

– Значит, ты активизируешь артефакт на донна Имбада.

– Да, Фею, – тут я засомневался, – он должен прогнать сон донна Имбада. Но свое действие он сохранить тоже должен. Это значит, что донн Имбад не будет спать три дня. Зато потом он свалиться от перенапряжения.

– Да, он рад не будет, – хмыкнул Фею.

– Так мы делаем?

– Делаем, Треш.

Я осторожно взял медальон, положил на донна Имбада и дернул за цепочку, произнося нужные по формуле слова. Плюх, плюх, плюх, заплюхал воздух. Донн Имбад открыл глаза:

– И что это ВЫ тут делаете? – задал он извечный вопрос.

– Вас ждем, – не менее странно ответил Фею.

– Дождались? – также тихо спросил хозяин.

– Теперь да, – согласился Фею, – уже все готовы, а Вы спите и спите. Не иначе, как та ведьма наслала.

– ЧТО? Ты о чем?

– Посмотрите в окно, хозяин, – посоветовал Фею и выбрался с перевозок.

– Треш, я пойду отнесу твою сумку, приведу лошадку, – предложила Марьяна.

– Спасибо, Марьяна, – мне на душе стало тепло.

Она наклонилась ко мне и поцеловала в щеку.

– Вообще, я Анабелла, – услышал я ее шепот.

– Какого Тшах, здесь происходит? – стал выспрашивать донн Имбад, поспешно пытаясь одеться и привести себя в порядок.

– Мы утром Вас нашли, Вы спали и никак не просыпались. Мы очень все испугались.

– Никому не сообщали?

– Нет, только Фею.

– Это хорошо, и не надо.

– И не будем.

– Донн Имбад, что случилось с донной Кларой? – задал я мучивший меня вопрос.

– Что с ней могло случиться? Эта она меня отравила, тшахска.

– Донн Имбад, может, объясните.

Он кипятился, пылал и сердился одновременно.

– Чего тут рассказывать. Она пришла вчера, заплатила, сказала, что уходит. Еще заплатила за фантом, я и сделал. Еще и подарок оставила, вино с этой отравой. Я выпил немного после ужина и почувствовал, что не могу глаз открыть, уже засыпал. – Он прервался в своих страданиях, положил мне руку на плечо. – Ты за ней приехал?

Я ответил просто, лгать не имело смысла:

– Да.

– Будь осторожнее, мальчик. И спасибо тебе.

***

Путь назад не доставил мне удовольствия. Городок встретил меня неприветливо. Улица Нетяников нашлась достаточно быстро. Она была не очень большая, домов на сто и тянулась с севера на юг. С северной окраины ютились полуразвалившиеся дома. К средине улицы дома становились получше. На южной окраине улицы стояли шикарные дома с участками и охраной. Мне предстояло сделать выбор и найти донну Клару в одном из этих домов, но сначала надо было позавтракать, поэтому я зашел в трактир на этой улице. Над трактиром висела вывеска: "Околесник". Внутри трактир показался не лучше и не хуже других. Трактирщик был толстым и сонным. Столики были в меру чистыми, завсегдатаи в меру пьяными. На меня не обратили особого внимания, занимаясь своими делами.

– Чего изволите заказать?

– Кашу с мясом, чай горячий, мед с лепешкой, – сделал я заказ.

– А вино?

– Не до этого, хозяин, – отказался я.

Хозяин кивнул.

Завтрак оказался не плохим, все было свежее, и мясо не пожалели. Я сидел и думал, как мне найти донну Клару. Первый путь был порасспросить о ней людей, живущих на этой улице. Но по здравому размышлению я отверг этот путь. Кто мог видеть женщину и запомнить ее, если все заняты только собой, а она могла прошмыгнуть в дом и больше не показываться. Расспросы привлекут ко мне внимание. Другим путем найти женщину, было пройти по все домам. Это, конечно, гарантированный путь, но обход этих домов требует много времени и достойной причины, ни того, ни другого у меня нет.

Вопрос о дальнейших действиях крутился у меня в голове и не находил ответа. Самому мне ничего не узнать, это ясно. Значит, остается спрашивать. Но спросить надо у одного человека, который все знает наверняка.

– Хозяин! – позвал я трактирщика.

– Чего изволите? Вина.

– Что ты привязался, нет.

Трактирщик надул губы.

– Ты лучше подумай, кого я могу спросить, чтобы мне ответили о новом человеке на этой улице. Я уж не поскуплюсь и тебе за совет и другу твоему за ответ заплатить.

В трактирщике запылала жадность.

– Чего тут думать, есть такой человек.

– Давай так, он отвечает на мой вопрос, ты получаешь вот эту штучечку, он не отвечает, не получаешь, – предложил я.

– Что это? – пухлые ручки трактирщика потянулись к коробочке.

– Это хорошая такая вещь, называется "банковское обязательство выплатить владельцу доход в виде пятиста монет", но без моей подписи не действительно.

– Аа, – запылал трактирщик, – а ему?

– Кому?

– Тому кто ответит?

– Ему милую штучку, артефактик "громобой" называется, слышал? А отобрать не пытайся, у меня еще кое-что есть лягушечкой станешь, понял?

– Слышал, понял, – сглотнул трактирщик, – спрашивайте.

– Кого?

– Меня. Я все знаю. А если не знаю, то узнаю.

– Похвальная тяга к знаниям. Меня интересует женщина, прибыла вчера вечером. У нее на этой улице должна была быть встреча. Она красивая, выглядит на сорок лет.

– Не продолжайте, я все понял, Вы о той странной даме, которая заселилась в бывший дом Крюзихеттов?

У меня сердце подпрыгнуло от радости. Какая удача.

– Где этот дом? И что еще ты можешь сказать?

– Этот дом в конце южной стороны, такой большой с парком, Дом большой белый с красной черепицей на крыше. Не спутаете. А сказать еще могу о том, что дом этот с приведениями. Еще иногда бывших владельцев видят, а ведь нету уже никого.

***

Единственное решение, которое пришло мне в голову, это тайно пробраться в дом и поискать нужную вещь там.

Это было не самое мое гениальное решение.

Позже я научился вламываться в чужие дома, искать нужные вещи, брать их так, чтобы не оставлять следов, но это "ограбление со взломом" было самым первым в моей жизни, и вследствие плохой подготовки самым неудачным в профессиональной сфере. С другой стороны никогда больше при ограблениях мне так не везло.

До дома я добрался в полной темноте, перелезть через забор не составило труда. Это окрылило меня.

Сад представлял собой рытвины и колдобины вперемешку с кустами и мусорными кучами. Это препятствие удалось одолеть почти без потерь.

Влезть в дом по моим представлениям лучше всего через окно. Окна были старые, как сам дом. Рамы сильно скрипели, и это нервировало меня все время их острожного приоткрывания. С этим я тоже справился. Влезть в комнату было совсем просто, правда я зацепился штанами за какой-то гвоздь и порвал их. Не страшно. Пока глаза привыкли к полумраку, я старался не делать лишних движений. Я оказался в достаточно большой комнате, по ее виду, расположению мебели, камина, стенных шкафов для книг, я решил, что это библиотека или кабинет. Больше похоже на библиотеку, слишком много книжных шкафов, но сейчас, они были пусты.

Я включил потайной воровской фонарь, и стал медленно осматривать комнату. Ничего мельче стула я не увидел. Необходимо было проверить все комнаты.

Коридор был широким и раздваивался, одна часть шла к лестнице, которая вела на второй этаж, другая часть была полна дверей. Я решил пойти на второй этаж. Может быть, найдется донна Клара. Лестница на удивление не скрипела, и возникало ощущение, что ее недавно ремонтировали. Ощущение разрухи, которое появлялась при взгляде на дом с наружи, пропадала, когда ты заходил внутрь. В доме было чисто, сухо и как-то по домашнему, такое ощущение, что здесь жили люди.

Мое решение было правильным потому, что как только я подошел к лестнице со стороны коридора услышал голоса и шаги. Шли двое: человек и не человек. Они разговаривали, и по голосу я узнал донну Клару.

– Да как ты смеешь?

– Сама виновата.

– Когда он узнает...

– Ты все равно умрешь.

– А ты не получишь ничего.

– Кто тебе сказал, что мне это надо?

Они остановились у двери той комнаты, из которой я только выбрался. Мне пришлось тихо и медленно подниматься по ступенькам. Почти на втором этаже я приостановился, лестница вела выше на третий этаж. Спрятаться на втором этаже было не возможно, весь коридор был завален мусором, если я пойду по нему, то подниму шум. Пришлось идти выше.

Двери в дом распахнулись, это мне было видно в лестничный проем, и в дом зашел человек. Высокий и страшный человек. Я его не разглядел, но он вызвал во мне жуткий страх. Этот страх заставлял, меня бежать не оглядываясь, чтобы усмирить себя пришлось медленно и раздельно делать вдох-выдох, вдох-выдох. В это время события стали разворачиваться стремительно.

Человек сказал не человеку:

– Отойди от нее.

Не человек вышел вперед, и мне удалось определить, что это демон из темных.

– Приветствую повелитель.

– Ты меня слышал?

– Да повелитель, прости, – демон отошел от донны Клары.

– Что ты здесь делаешь? – человек обратился к ней.

– Мне сказали, – не очень понятно ответила донна Клара.

– Твой ненаглядный? Вот идиот.

Донна Клара кинулась на человека, но наскочила на демона, вставшего между ними. Демон дрался с ней, а человек отошел в сторону. Но в эту секунду сбоку на него прыгнула тень и ударила. Демон бросил женщину на пол и кинулся к человеку и тени.

Заполыхали молнии, колдуны тшахские дом спалят. В дверь заскочило еще несколько человек, и драка пошла по полной. Она стала стихийно подниматься по лестнице. Мне пришлось подниматься выше. Третий этаж представлял собой еще более печальное зрелище, чем второй. Но шуметь я не боялся, этим господам внизу было не до меня.

Первая и вторая дверь на этаже не поддавались моим усилиям, оставалась третья, и она не подвела. Комната была почти пуста, кровать, стол, шкаф, куча мусора из книг, тряпок и чего-то еще у шкафа, окно со шторами. Я кинулся к окну. Судя по звукам драки, человек и его демон медленно отступали и ссорились между собой. Человек что-то требовал у демона. Другая сторона не отступала. В исходе битвы для меня у меня не было сомнения. Ни одни, ни вторые не будут мне рады. Зачем я пришел сюда я уже забыл, в голове билась мысль о спасении.

Голоса приближались, мне показалось, что они надо мной. Демон меня не пугал, я боялся человека. Мне казалось, что если человек меня заметит, то более страшного со мной в жизни не может случиться ничего. Я стоял за массивными портьерами, голоса были прямо у двери в эту комнату. Внутренние метания не могли мне помочь, но адреналин в крови стимулировал умственные способности. Я открыл окно и залез на подоконник. Перепрыгнуть куда-нибудь не представлялось возможным. В ловушке так себя чувствуют звери. Горло пересохло, все мои героические планы по ограблению пошли прахом, я понял, что грабителем мне точно не быть.

Выход был один – прыгнуть из окна. Третий этаж не смертельно, но опасно.

Я валялся под окнами этого милого дома, пытаясь определить все ли у меня цело. Как меня по руке что-то ударило. Да еще так больно. Вопли из окна свидетельствовали о том, что кто-то кинул в другого этим предметом, тот другой уклонился и это попало в меня, вылетев в окно. Я решил отползти подальше, а то выкинут, что побольше, и в спокойной обстановке проводить инвентаризацию своего тела. Медленно я поднялся на четвереньки, и пополз направо. Мои глаза уперлись в фигурку, одетую в янтарные башмаки. Это этой фигуркой в меня попали. Цукине, да не может такого быть!

Последнее, что я помню, удар по голове магическим мешком и мягкое падение в садовую канаву. Когда я очнулся, то понял, что мне досталось краем так называемого "оглушителя". Меня никто не заметил, не ограбил и пролежал я часа четыре примерно. Кто-то из тех, кто был в доме, применил "оглушитель", вот и я получил. Посмотреть, что творилось в доме, меня не тянуло. Я не любитель нарываться на неприятности. Во всяком случае, дом был темным, тихим. Создавалось впечатление, что все ушли. Самое главное, что в руках у меня была статуэтка. Спасибо, Цукине, за милость твою и содействие. Проваляться четыре часа в канаве не такая уж и большая цена за эту вещь.

***

Пока я валялся в канаве, караван ушел. Меня тянуло догнать караван. Стоя под долгожданным дождем со статуэткой в руках, я хотел догнать караван.

С другой стороны две недели на исходе, и мне надо возвращаться домой. Меня ждет невыполненный контракт, меня ждет брат, отец и доктор Шалом. Мне стало грустно от того, что дома меня не ждала эта странная девушка Марьяна-Анабелла.

Мой дед говорил, что если тебя раздирают страсти, то надо придумать им достойное решение. Видимо это и был случай, когда меня раздирало на двое. С ужасом мне подумалось, как плохо тем людям кого раздирает в три, четыре или больше сторон. Я сделал выбор – мне пора домой. Хотя мне нужна была надежда. Я решил найти загадочного Ната и узнать у него о девушке. Когда я понял свои желания, мне стало не то, что бы легко, но хотя бы возможно жить и думать. Лошадь ждала там, где я ее оставил. Пришлось переодеваться в кустах. Но одежда все равно намокла. Хорошо, еще, что была просто мокрой, а не грязной. Старые вещи пришлось выбросить. Не мог же я их засунуть в дорожную сумку.

В ней нашелся сыр и хлеб. Почти сухие. Спасибо, тебе Марьяна-Анабелла сунула в сумку, пока я не видел. Так, а это уже интересно, из сумки пропали деньги, почти все деньги. Как открыть сумку знала только девушка. Ну, надо же она меня ограбила. В этом деле с картой времени я проявил себя последним простаком, все меня обманывают. Вот жизнь пошла.

Теперь посмотрим артефакты. В сумке все. Это она не взяла. И то хорошо.

Дорога размокла, пыль превратилась в грязь, но лошадка была выносливая, и я ехал, ехал и ехал. Семь дней пути я миновал за четыре, но от этого был словно деревянный или лучше сказать оловянный. Ел я раза четыре. На то, что осталось от денег, я купил воду, хлеб и вяленое мясо. Дождь перестал часа через два. Скоро я весь высох и за последующие дни покрылся красной, желтой, белой и даже местами черной пылью. Статуэтка мирно ехала со мной за пазухой. Она действительно была такая как в описании Буквари.

***

Я две недели не был дома, но соскучился по брату, отцу и доктору Шалому. Я все время переживал за них. Возвращаться домой, туда где тебя ждут, всегда ждут, это новое для меня чувство. Первое, что я сделал, это потребовал у одного из ребят Бородина отвезти мою лошадку к хозяину. И удивительное дело, он ни сказал ни слова, взял лошадку под уздцы и повел. Бородин увидел меня и поприветствовал маханием рук, но подходить не стал, он был слишком занят, распекая подчиненных. Бебешек носился по территории магистратуры, но меня он тоже заметил и помахал рукой.

На улицах было полно народа в форме. Все куда-то спешили, что-то громко говорили, но мне было не до них, я спешил домой.

В дверях дома меня встретил отец. Он стоял на пороге и улыбался:

– Васенька, скорее, Треш приехал, – позвал он брата.

С лестнице послышалось громкое:

– Уу-а! Треш!

Мой брат как дождь пронесся по дому и кинулся обниматься.

– Васенька, аккуратнее, ты. Меня уронишь, – попросил я.

– А и ладно, – решил он.

– Васенька, статуэтку разобьешь.

Брат сразу от меня оторвался и потянул в за руки в дом.

– Ты ее нашел?

– Конечно, нашел, – успокоил я брата.

Васенька весь рассиялся как солнце, выражения блаженства на лице отца стало еще блаженнее.

– А где доктор? – спросил я, очень хотелось подлиться радостью и с ним.

– Ушел по вызову, – заметил отец. – скоро вернется.

Васенька потянул меня на верх:

– Треш, покажи ее.

Я расстегнул куртку и достал статуэтку. Мои уставились на нее во все глаза.

– Мда, – промукал папа, – красивая.

– Такая точно, как в описании, – прошептал Васенька беря ее в руки.

– Я пойду, отмоюсь, а ее надо бы спрятать, мало ли, что, – предложил я.

– Конечно, Треш. Я займусь этим.

– У Вас все хорошо? – спросил я своих.

Они вдвоем заговорщицки друг другу улыбнулись и одновременно кивнули мне головами.

– Мы потом тебе расскажем, Треш. За ужином, – предложил Дауон.

– За праздничным ужином, – дополнил Васенька.

***

Праздничный ужин удался на славу. Мы много говорили, шутили, смеялись. Мне пришлось рассказать обо всех своих приключениях, о первом опыте кражи со взломом, о разговорах с донном Имбадом. Кроме того, мы обсудили различные варианты ответов на возникшие вопросы о Марьяне-Анабеле, о донне Кларе и Крюзихеттах.

В эту ночь мы решили посидеть вдвоем с Васенькой, я был слишком усталым, чтобы ему сопротивляться. И смотря на его нетерпение я чувствовал, что брат мне хочет рассказать что-то важное и очень-очень секретное.

Я принес второе кресло, мы уселись, расставили чай, чашки, мед, кипяток на столике. Васенька смотрел на меня тревожными глазами, но начинать разговор не торопился.

– И что ты смотришь такими глазами? Выкладывай, что случилось, – пришлось мне его подтолкнуть, но боюсь, что это надо делать не с моей тактичностью.

Он глубоко вздохнул:

– Треш, помнишь, я тебе говорил о сестрах в доме церемониймейстера?

– Помню, конечно, – ответил я, – Лью и Шайма, правильно?

– Да, – вздохнул он, – Все дело в свертке.

– В том, который они тебе дали? – уточнил я.

– Да, – согласился он.

– И что с ним случилось?

– С ним ничего. Он у меня.

– Васенька, я знаю, что у тебя. Но что ты о нем вспомнил?

– Треш, ты в город въехал, ничего не видел?

– Васенька, что я должен был видеть?

– Ну, – он стал тянуть.

– Давай я догадаюсь. – Предложил я. – Было очень много людей в форме, все были заняты и Бородин тоже. Ворота закрывали. Похоже на облаву. Кого-то ищут?

– Я думаю, что они ищут сверток.

– Хорошее начало, Васенька. Может пояснишь?

– Треш, я не разобрался с бумагами и порошком. Порошок я пересыпал в другую коробку, а ту выкинул. Так что думаю, он фонить не может. Дело в бумагах.

– В тех, с которыми мы не разобрались, правильно?

– Правильно, они чем-то пропитаны. Расшифровать я не смог. Надо нести специалистам. Но думаю, что мы засветимся. Эта бумага наколдована крепко.

– Ты думаешь, что ищут эти бумаги.

– Да, Треш, ты посмотри, все ходят с ищейками, что называется, ищут след.

– А почему не могут найти?

– Треш, ты как маленький. Я когда их привез, запер в подвале в тот шкаф, в который дед засовывал краденые артефакты. Этот шкафчик все хорошо экранирует.

– Тогда ясно, почему их не могут найти.

– Да, из города никого без досмотра не выпустят. Всех обыскивают. На людей и не смотрят. Ищут какой-то предмет.

– Значит, ищут бумаги.

– Да, Треш.

– И что нам с ними делать?

– Избавиться от них мы не можем, – высказался Васенька.

– Да, единственный выход, оставить их пока в этом шкафу. Интереса к делу не проявлять и ждать, – решил я.

Васенька пожал плечами в ответ:

– Согласен. Отцу и доктору говорить не будем.

– Согласен, а теперь иди спать, а подожду нашего клиента.

– Ладно. Спокойно ночи.

– Спокойной ночи.

***

Буквари в Лавку не пришел. Он должен был быть у нас этой ночью, но не пришел. Я ждал его с особым нетерпением, статуэтка ждала его, но он не пришел.

Когда миновал час с назначенного времени, я пошел в гостиницу, в которой он остановился. Но Буквари там не было. Разбуженный смотритель сказал, что этот клиент ушел почти три часа назад. Как удалось узнать, Буквари ушел с вещами и полностью расплатился в гостинице. Мне не оставалось ничего, как вернуться домой и лечь спать. Поиски я решил отложить на завтра.