Текст книги "Крыло дракона (СИ)"

Автор книги: Оксана Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

– Совсем опустилась! Напилась, как тородан!

Зара резко обернулась и спросила:

– Что ты сказал? Не смей оскорблять мою подругу, я тебе за неё позвоночник выгрызу! Все запомните – теперь у Тианы Ноён два защитника, и мы всегда готовы, – располовинила она свои глаза вертикальными зрачками.

А потом они летели на Леоне, свежий вечерний ветерок выдувал из головы Тианы алкоголь, а Зара назойливо, как муха, внушала ей, что вредить себе – не лучший способ доказать свою преданность принцу! Сзади иногда охал принц, но Тиана не желала знать, что заставляет парня так стонать. Это – слишком дружеский жест, а её дружба ему не интересна!

* * *

Король ждал. Вдруг его тело пробила лёгкая дрожь. Силы, поддерживающие морнезога, вернулись к нему. А это значит, что убийца развоплотился, выполнив свой долг. Бедный эльф, туда и дорога этой ошибке магии! Значит, Тэмир значительно ослаб.

И он у Тианы. Ах, Ноён! Разочарован ли король? Да. Зол? Давно уже нет. Повелитель Видар привык к предательству, оно стало частью его жизни. Он просто создал ещё одного морнезога. Давно пора.

И, думается королю, что наступает время призвать армию вампиров, которые засиделись в его темницах. Да, у его нежити есть недостаток – они слабы днём. Зато по ночам нет никого сильнее и свирепее их! И их час настаёт.

Тысячи вампиров за секунду порвут и всадника, и его дракона. Девчонка Ноён ничего не успеет сделать, чтобы помочь своему протеже. Да ей будет и не до этого – король в одну ночь вырвет из душ магов надежду, как занозу из пятки. И будет править этим миром ещё сотни лет!

* * *

Намир гладил дракона. Иногда он приходил в гости к ним, потерявшим своих наездников. Тогда они выходили в поле, дракон обращался под присмотром мага. По возможности принц лечил их своей царственной магией, исправляя то, что драконы не могли сделать сами. А потом садился им на спину и летал, не позволяя крылатым чувствовать себя покинутыми.

Его армия драконов перевалила за сотню. Преданные своему принцу, они были недовольны появлением Истинной крови. Поэтому Намир уговаривал каждого по отдельности принять под свою драконью защиту его царственного кузена. Ведь это не вина Тэмира, что их наездники погибли, защищая свои принципы. А с тем войском неживых, что создал его отец, Истинная Кровь в одиночку не справится. Намир не был уверен, что и его драконы сумеют выстоять. Однако с ними у кузена шансов больше. Ведь сама мысль о том, что тиран останется на троне до конца дней Эльвондии, который неумолимо приближался, приводила в ужас! Тэмир должен победить!

* * *

А Тэмир тем временем лежал на кровати, пока Зара нежно растирала ему плечи и грудь. Девушка уже промассировала принцу спину и поясницу, и теперь снимала напряжение с рук. С непривычки от полётов на драконе у Тэма сильно болела спина. Магия не помогала. Видар кряхтел и стонал, прося:

– Сильнее. Ниже. Резче! Зара, возьми масло, на сухую же уже! Жжёт!

А за дверью стояли протрезвевшая волшебница со своим драконом и не могли сдвинуться с места, обалдевая от услышанного! Наконец Леон отвис, с ноги всёк в дверь и влетел в комнату. Зрелище перед ним предстало – закачаешься! В постели на спине лежал голый принц, а сверху на его бёдрах сидела Рубин и держалась за его плечи. От напряжения оба раскраснелись, драконша пыхтела, принц стонал.

– Ну, ни струя себе – фонтан! Это что тут вообще происходит? – заорала волшебница. – Принц, ты ведь обещал, что оставишь свои привычки в том мире! Не успел сходить туда, как снова накатило?

– Ты обалдела? – еле сдерживая стоны, спросил Тэмир. – Пошла отсюда вон, и дверь закрыла с обратной стороны! Сейчас закончим, я тому, кто нас прервал, лично череп снесу! Зара, аккуратнее! Мне же больно! Вы ещё не свалили? Вон, я сказал!

И волшебница с драконом, рыча и негодуя, согнулись пополам под давлением царственного приказа и почти выползли из комнаты, до последнего не отрывая глаз от ребят. Зара вдруг пропищала почти на ухо принцу:

– Тэмир, они ведь опять подумали, что мы с тобой… Это… – Рубин чуть не прыснула со смеху.

– Ой, вот прямо кристаллически по фигу! – улыбаясь, сообщил принц. – Похоже, по себе нас судят. Ты бы подумала, Рубин, нужен ли тебе в мужья такой извращенец, как Леон?

– Полюбила я его, Тэмир, сама не понимаю – когда и за что? А ты ведь знаешь, что это значит для дракона, – уже серьёзно заговорила Рубин, продолжая поглаживать и простукивать мышцы наезднику.

– Знаю, Зара. Я же шучу. Этот мир такой странный и не однозначный. У людей все просто. А тут… – Тэмир только головой покачал от своей тупости.

– Ты со временем поймёшь и привыкнешь, – пообещала Рубин. – Всё гораздо проще, чем кажется.

– Почему же у короля так долго не было наследников? – задал Тэмир давно волнующий его вопрос, поворачиваясь особенно пострадавшим правым боком.

– Потому что его все ненавидели и боялись. Странно, что у него родился Намир. Наверное, его мама за что-то ему благодарна. Не знаю, правда, за что? – приостановилась девушка, а потом снова начала перебирать мышцы парня нежными пальчиками.

– Ох, спасибо тебе, Зарочка! – прогибаясь в пояснице, поблагодарил принц драконшу. – Волшебные у тебя руки! Я снова чувствую себя человеком!

– Действительно, волшебные, – рассмеялась девушка. – Ты должен чувствовать себя царственным магом, вообще-то!

– Ладно, вставай. Надо этих придурков успокоить! – начал выползать из-под драконши принц.

Но в этот момент:

– Зара Рубин, выходи, нам нужно серьёзно с тобой поговорить! – прорычал из-за двери Леон.

– Хотя… – протянул принц. – Аметист, она мне ещё нужна! Как только она всё закончит, я её отпущу. Жди! Иди сюда, дорогая! – последнюю фразу он сказал потише, но так, чтобы Леон, рвавший на себе волосы за дверью, всё услышал.

Зара, еле сдерживая смех и ничего не понимая, смотрела на друга. А тот, продолжая одеваться в постели, тем самым создавая странные шумы, лепетал, словно захлёбываясь от страсти:

– Ты такая миленькая, мягонькая и маленькая, – подстанывая, хрипел Тэмир, вставая с кровати. – Да, вот так, умничка моя!

Дверь распахнулась, и, топча друг друга, в комнату снова влетели волшебница и дракон! Зара, задыхаясь от смеха, валялась в кресле. Тэмир стоял в другом углу комнаты и поправлял воротник. Он холодно посмотрел на вбежавших и высокомерно спросил:

– Что неясного в словах «не входить без разрешения»? Ноён, я понимаю, что живу в твоём доме! Но элементарные правила вежливости тебя что, седьмой дорогой обошли? Какого лешего вы вламываетесь, когда моя драконша делает мне… массаж? – намеренно сделав паузу, спросил Тэмир.

– Массаж? – с непередаваемым облегчением выдохнул Леон.

Волшебница же засуетилась:

– Почему драконша? Я тоже могу!

– Да, принц, – подтвердил Аметист, усиленно кивая, – она может! Тиана в этом деле просто чародейка, а не волшебница!

– А тебе откуда это знать? – строго спросил Тэмир, еле сдерживая смех.

Но Рубин всерьёз нахмурилась после его вопроса.

– Когда дракон ранен, он быстрее поправляется, если маг прилагает не только магические, но и физические силы. Она делала мне массаж раза два или три… – глядя на Зару вдруг смутился Леон.

– Или тридцать два! Чего ты оправдываешься? Если они попадут в бой до вашей свадьбы, не только твоя драконша будет мять зад принцу. Тому тоже придётся постараться! – процедила Ноён.

– Кстати, о свадьбе, – задумчиво подхватил тему принц. – Леон, чего ты ждёшь? Или ты больше не заинтересован?

– Тэмир, тут такое дело… – замялся Аметист. – После свадьбы Зара уйдёт жить ко мне. – Тэмир кивнул, показывая что понимает. Леон продолжил, глядя в сторону: – Но ты не сможешь пойти с нами. Наши дома для людей не пригодны, – всё ещё смущаясь, продолжал Леон. Тэмир всё так же не видел проблемы. – Если ты останешься тут, с Тианой, один, и кто-то про это узнает, то о вас поползут слухи. У нас не принято жить под одной крышей без свадьбы, особенно если…

– Кхе-кхе! – подавилась вдруг слюнями волшебница. – Я думаю, принц понял.

Тэмир побледнел, затем покраснел и спросил:

– Что за намёки, Леон?

– Какие намёки, принц? Ты слепой? Ноён любит тебя! Даже твой кузен это заметил! Только ты живёшь, как будто в сказку попал, принцесса!

– Чего? – прорычал Тэмир.

– Чего? – пробормотала Тиана.

* * *

«Это было так очевидно!»

Глава 10. Новые хлопоты

Тэмир второй час лежал в кровати, спрятав голову между подушками. Его мысли роились в голове, но одна сияла, как неоновая вывеска ночью в чистом поле: Тиана им очарована, как и все остальные. Он старался, видит небо, не показывать ей… Но эта Царственная кровь работает сама по себе, без его разрешения. Сам он в глубине души давно понял, что наездница Леона его интересует не просто, как часть рассказов пьяного дракона. Аметист ни разу не описал внешность своей всадницы, но именно такой Тэмир видел её в своих мечтах. И сразу понял, кто она такая, как только увидел у себя в баре. А потом всё думал, что ему просто интересно, насколько Леон ошибался, идеализируя свою волшебницу. Но ошибался он – Аметист ни разу не приукрасил девушку: отчаянно смелая и готовая ради своей цели пожертвовать собственной жизнью! Ловкая и сильная настолько, что едва реально не победила его в их поединке! И этого она добилась сама, без присмотра, подталкиваний со стороны старших и достойного учителя, который сразу бы показал ей, как нужно держать меч, чтобы быть более эффективной, поэтому, наверняка, в первое время у девочки нестерпимо болели все суставы, а при спаррингах её тело, Тэр был уверен, покрывалось сплошным слоем синяков. Ведь, как рассказывал Леон, ему помогал дракон отца Тианы, который, иногда столкнувшись с ним где-то, старался быстро проинструктировать юного дракона. Но Ти до всего дошла сама – через силу тренировок, через боль наказаний, через презрение ото всех, в том числе и от брата.

Тэмир восхищался девушкой задолго до их встречи. И сделал всё, чтобы его чувство к ней не превратилось в нечто ненужное, он же – принц, а она – простая волшебница! И дело не в его заносчивости, а именно в том, что в этом мире им просто не позволят быть вместе! Он думал, что при других обстоятельствах он должен бы сейчас скакать от счастья! И его сердце так и делает, глупенькое… Но разум холодно говорит, что нечему тут радоваться, ведь он не сделал ничего стоящего, за что его можно было бы полюбить, а это значит, что Тиана им очарована, как и все остальные…

Рубин, дважды нарвавшись на не слишком вежливую просьбу отвалить, сидела в кресле, не совсем понимая, в чём проблема? Тиана, конечно, та ещё заноза и растяпа, но совсем неплохая девочка. И твёрдая рука принца со временем сделает из неё достойную волшебницу, научит не только жилы рвать, доказывая всем свою силу, но сначала думать, а потом делать. Зара была уверена, что и для них с Аметистом такой исход – самый благоприятный. Ничего страшного ведь не произошло! В этом мире, конечно, Ноён может быть только наложницей Тэмира, но всё лучше, чем вовсе не быть вместе с любимым.

Если только Тэмир не влюблён в кого-то другого. Никто ведь так и не знает до конца, что на сердце у этого скрытного парня? А вдруг он уже нашёл для себя ту, ради кого стоит жить? Тогда да, это проблема, он просто не сможет привести в один гарем любимую девушку и влюблённую в него Ноён, которая, может, ещё и не согласится быть простой наложницей, а будет требовать невозможного… Узнать бы точно, что именно в этой ситуации гложет Тэмира? Но принц, как всегда, молчит. Даже не вздыхает. Просто, как страус, воткнул свою прекрасную голову в подушки и молчит. И молчать вот так он может долго, драконша это уже поняла. Рубин тихо встала и вышла из комнаты.

В гостиной была своя трагикомедия. После того, как принц, выставив ладонь перед собой, удалился в покои, Ноён орала больше часа на своего дракона, не стесняясь в выражениях и доказывая тому, что всё, что она делала, было исключительно в интересах самого принца и мира, которым он будет править. Ничего личного!

– Ты совсем рехнулся, говорить такое? – почти посинев лицом, кричала Тиана. – Я с тобой, как с другом, делилась всем, а ты вон какие выводы сделал? Да, я его защищала, потому что он – Истинная Кровь! И я жизнь отдам, лишь бы он стал королём. Но потом всё! Он пойдёт своим царственным путём, где я буду всего лишь ступенью постамента, что держит его трон! Я не достойна его! Только не в этом мире, Леон! Не в этой реальности, как ты не понимаешь? Он будет королём, которому нужны наследники!

– Не вижу проблемы, Ноён! – старался убедить свою всадницу Аметист. – Будь вы в мире людей, это было бы сложно, да и то: отказаться от магии, и всё будет ровно. А тут вы с ним можете сами создать свою реальность, Ти! Я тебе это уже говорил! Неужели ты испугалась своих чувств? С каких пор ты его любишь? Четыре года ты помнила его!

– Потому что считала, что… Ты не поймёшь! Кому я говорю? Леон, просто отвали от меня с этой любовью! Я – боевая волшебница. Моё дело – война и защита трона, – Тиана тёрла лоб и глаза, пытаясь справиться с обрушившимся на неё осознанием.

– Так почему же ты сейчас идёшь против трона? – попытался вывести подругу на верный путь дракон.

– Король Лэмир – ужасный правитель! Наш мир стоит на грани гибели из-за его злобы. Его место должен занять другой, более достойный!

– К примеру, Намир? – снова намекал Аметист. – Он будет отличным правителем: добрый, справедливый, сильный, знает, что нужно каждому жителю этого мира. А твой принц – та ещё заноза!

– Мой принц – Истинная Кровь! – возмутилась Тиана.

– Твой принц только Истинная Кровь, но ещё непонятно, каким он будет королём! – гнул своё Леон.

– Мой принц станет лучшим королём! – почти с гордостью пёрла Ноён.

– Потому что он твой? – лыбясь во все тридцать два, спросил дракон.

– Заткнись, Аметист! Он не мой. И никогда им не будет, – голос девушки совсем потух. – Ты же видел, как он возмутился, когда услышал, что я в него влюблена. Весь побелел и убежал. И до сих пор прячется. Ему на фиг не впёрлась любовь тупой воительницы. Он и на защиту мою еле согласился, и то с кучей оговорок. Дружбы я его, видишь ли, не достойна! Да мне ни разу не нужна твоя дружба, Твоё будущее Величество! – не скрывая истерики уже орала волшебница, словно боясь, что принц может её не услышать.

Дракон только качал головой. В таком отчаянии он не видел свою наездницу ни разу! А пережили они с ней очень много!

* * *

С самого раннего детства они были неразлучны. Родители Ноён служили при дворе, поэтому почти сразу узнали про рождённого одновременно с девочкой дракона, и когда он нашёл свою наездницу, с радостью приняли его в семью. Леон, ещё не умея обращаться в человека, сразу принялся защищать свою будущую всадницу. Обрадованные родители потакали малышам, позволяя делать то, для чего они ещё были слишком малы: гоняться наперегонки, пытаться создать боевую пару, ловко ловить и поджаривать наглых грызунов, осмелившихся проникнуть в их жилище. За его агрессивную манеру защиты малыша назвали Леоном, а за цвет дали прозвище Аметист.

Да, драконы редко знают, к какой семье они принадлежат, ведь яйцо может появиться за сотни лет до того момента, когда народится всадник этого дракона. А в последнее время вот таких беспризорных яиц становится всё больше: король делает всё, чтобы драконы боялись признавать детей своими. Ведь практически каждый из них является личным врагом монарха, который любит держать в страхе своих подданных и предпочитает бить по особенно больным местам. Именно поэтому многие драконы либо одиноки, либо тщательно прячут тот факт, что в семье могло бы появиться потомство.

Так Аметист и Ноён стали друзьями. Они вместе росли, учились, тренировались и, конечно, строили планы на будущее, как стать лучшей боевой парой. До поры никто не рассказывал детям, в какое опасное время они мечтают добиться славы. И вообще девочка как-то сразу принялась прокачивать именно воинские данные, напрочь забывая о том, что по линии мамы она так же имеет дар. Им в этом активно помогал Астр, дракон отца Тианы. Именно он впервые помог Леону поднять Тиану высоко над землёй, создавая своими крыльями идеальные потоки для перепонок юного дракончика. Потом носил обоих ребят у себя на спине, иногда внезапно сбрасывая их, и тогда Леон с радостным криком бросался за Тианой, обращаясь прямо в воздухе. За такие игры отец Тианы, наверняка, не похвалил бы Астра, но именно эти занятия развили между двумя драконами особую связь, по которой они потом, в дни невзгод, прекрасно общались. Да и Тиану это значительно закалило, иначе, возможно, девочка никогда не добилась бы всего вот этого. Но тогда они ещё не ведали, какие испытания подкинет им жизнь, поэтому резвились и радовались каждому дню, полному неожиданных открытий.

Впервые юная боевая пара заметила дракона с разорванным крылом, когда им было по девять лет. Ребята гонялись за одиноким крылатым часа два, пока летун не утомился и не стал человеком. Тогда юная волшебница пристала к нему с расспросами, но была довольно грубо послана по известному только взрослым девочкам адресу.

С тех пор друзья стали замечать, что таких драконов много, и каждого они пытались расспросить. Драконы начали жаловаться тогда ещё живому отцу Тианы. Тот, сообразив, что девочка стала достаточно взрослой, чтобы правильно его понять, рассказал дочери о злобном короле, о не самых ужасных вещах, которые он творил, имея на это право, данное ему неограниченной властью, и о принце с царственной кровью. О том, что все ждут его возвращения, как единственной возможности избавиться от настоящего короля-тирана. А он, господин Верховный маг Ноён, стоит во главе тех, кто готовит трон для Истинного Короля. И тогда девочка, слушая отца с широко раскрытыми от восхищения глазами, решила, что она тоже будет делать всё ради того, чтобы их миром снова стал править добрый и справедливый король!

Спустя всего лишь месяц чету Ноён арестовали и приговорили к смерти, обвинив их в предательстве и заговоре против короля. Тиану и Холина взяли на воспитание ко двору. Воспитание – громкое слово, которым заменили слово «рабство» – ребята больше полугода просидели в тюрьме, не понимая, что происходит. Потом, когда король решил, что дух детей сломлен достаточно, их отправили на тяжёлые работы, где такие же рабы, как они, гибли десятками в неделю, и никто не смел ничего сказать повелителю, потому что в рабство попадали дети любого, кого король обвинял в предательстве и сразу, не разбираясь, казнил.

Смерти детей, кажется, никого особо не волновали, но Тиана и Леон к тому времени решили, что хотят и будут жить ради того, чтобы продолжить дело господина Верховного мага. Возможность стать чем-то большим была лишь в том случае, если король лично выделял тебя, а для этого нужно было сделать что-то нужное и ценное для жестокого правителя.

Говорят, что мать Намира тоже сначала была рабыней, но однажды на каком-то пиру, где девочка подавала гостям нектар, король увидел её прекрасные глаза и забрал в гарем, избавив от голода, страха и тяжкого труда. Тогда и появился Второй Наследник трона. Правда, потом наложница долго болела и умерла, когда сыну исполнилось всего шесть лет.

Тиана решила, что должна стать лучшим боевым магом, и любое задание она превращала в тренировки для себя и своего дракона. Дети частенько затевали драки, чтобы набраться навыков, разузнать и проанализировать слабые места противников, придумать и отточить собственные приёмы ведения боя. В четырнадцать лет девочка бросила первый вызов. Вначале боевые маги насмехались над дерзкой наездницей, предлагая ей попробовать эту жизнь на вкус, чтобы отбить запах материнского молока. Однако девушка с упорством шестилапа донимала магов, оскорбляла и дразнила до тех пор, пока те не соглашались, дымясь от злости. И один за одним бывалые воины проигрывали наглой «соплячке Ноён». К шестнадцати годам боевая пара Ноён-Аметист была признана лучшей среди своего и двух предыдущих поколений! Тогда король выделил девушку и осыпал своими милостями.

Холин уже жил в доме родителей, так как сумел навести порядок среди драконов без всадников, которые досаждали королю больше всего. Поэтому новой королевской волшебнице-воительнице, как и её дракону, было выделено отдельное жильё.

Как только Тиана Ноён была объявлена сильнейшим боевым магом королевства, отношения между братом и сестрой окончательно разладились. Тиана не понимала своей вины – ведь Холин так же служил королю! Но брат даже не удостоился объясниться. Просто однажды прислал письмо: «Мы больше не семья». И так осталось до сих пор. А она как раз мечтала поделиться с братом своими планами! Только Леон в курсе, как плакала девчонка, вспоминая о том, каким холодом обдавал её Ноён старший при каждой их встрече, и каких усилий ей стоило сдержаться и не разреветься прямо на глазах у всего двора! Лишь когда Тиана пропала, Холин пришёл к Аметисту и велел уходить из этого мира, чтобы не стать очередной проблемой для него. Он же велел искать свою наездницу в мире людей. И просто ушёл, даже не попросив сообщить, если сестра найдётся.

Прибыв в мир людей, Леон сначала растерялся. Он обнаружил, что и тот мир полон магических существ, которые прячутся от людей. Тогда он в одном из баров, где подрабатывал официантом, нашёл пьяного в мат Тонта. А тот, протрезвев в коморке дракона, предложил открыть свой бар, чтобы как-то выжить в новом мире.

Циклопов во всех мирах не любили за их медлительность, а драконов за вспыльчивость. Кажется, у ребят не было ни одного шанса хотя бы чего-то добиться. К тому же Аметист старательно экономил магию, понимая, что возможность пополнить её у него может случиться нескоро, а то и вовсе никогда. И когда два приятеля по несчастью решились открыть своё дело, Леон прошёл все круги ада, что создала бюрократия для таких отчаянных, как он. Однако на каждом этапе ему попадались бывшие земляки, и почти все с удовольствием помогали парню, научившемуся быть милым, памятуя о своих мытарствах. Пару месяцев они с Тонтом буквально выживали, поддерживая друг друга. И всё же Леон не сдался и оформил все бумаги, разузнал, что нужно для того, чтобы владеть баром и даже получил кредит!

Так он стал хозяином в заведении «Кровь дракона», куда с удовольствием потянулись как люди, так и магические существа. Через год к нему прибился принц. Тот пришёл просить работу, хоть какую-нибудь. Аметист недоумевал: безработный и беспризорный юный маг? Что-то новенькое. Принял пацана для начала официантом.

Посещаемость в баре увеличилась в разы. Тут парень приволок эльфа. И вскоре Леон повысил юного мага до бармена. В одно утро, когда все уже ушли, дракон сорвался на юношу. Он орал, что тот только и знает, что заигрывать с посетителями! Кажется, пацан в тот раз разбил бутылку коньяка. Вот тогда принц и показал себя.

Дракон до сих пор помнит, как его гнуло пополам, пока Тэмир ровным голосом объяснял ему, что нельзя срывать своё личное зло на других. Замолчал он лишь когда, изнемогая от царственного давления, Аметист просипел:

– Я понял Вас, Ваше Высочество!

– Что? Откуда ты?..

– Никто, кроме моего наездника и царственной крови не может давить на меня. Других принцев я знаю лично. Значит, ты – пропавший Наследник Истиной крови. Почему ты оказался один?

Тогда Леон узнал, что принцесса крови Тэсса погибла от клыков морнезогов, а принца кто-то спас, но Тэм не помнил, кто именно. С этого началась их дружба. Которая теперь трещит по швам.

Ох, не стоило принцу лезть в этот мир! Но теперь ничего не поделаешь! Не только король следит за передвижениями принца. Многие маги замерли в ожидании. Что будет теперь – неясно. Эльфа больше нет, принц стал уязвимым. Его драконша не набрала полной силы. В бою девочка будет бесполезной, к тому же никто не желал ей такой участи, как и сам наездник – он просто не допустит, чтобы Рубин попала в настоящий бой! Поэтому, как ни крути, Тэмир не сможет победить. Каждый, кто ждал его, как спасителя, начинает разочаровываться. А предсказания твердят, что только он способен свалить старого короля с трона. Но пока что парень внушает лишь жалость.

И Тиана тоже выбывает из строя. Эта любовь, конечно, совсем некстати! Тут нужен холодный разум, а не истерики. Тэмир и так растерян, а эта припадочная орёт на весь город ерунду, от которой даже его драконье сердце обливается кровью! Съездить бы девчонке по роже, чтобы пришла в себя! Но он не мог. Он – парень и её дракон-защитник.

Зато могла Рубин. Она вылетела из покоев принца, подскочила к боевой волшебнице и с размаху залепила той пощёчину! Голова Тианы шмякнулась об спинку кресла, и поток истеричных полупризнаний-полуотказов, наконец, прервался. Зара злобно смотрела на волшебницу и шипела:

– Не смей произносить его имя, если недостойна быть с ним! Не оскорбляй МОЕГО ПРИНЦА! Не можешь принять своих чувств, уйди из его жизни! Я подготовлю свой дом для него и сразу заберу отсюда! Дышать с тобой одним воздухом – уже горе!

– Рубин, не вмешивайся, это дело не твоё! – прорычала Ноён.

– Моё! Принцу плохо, значит, это моё дело – оградить его от проблем! Он больше часа лежит и не шевелится! Тэмир, который даже когда спит, двадцать раз за час переворачивается! Ему плохо, паршивка ты боевая! – хватая волшебницу за грудки, орала маленькая драконша, рискуя получить мощную ответку от воительницы.

Однако Ноён была в полной растерянности, забыв все свои навыки.

– Я не хотела, чтобы он знал о моей любви! Это всё Аметист! – в отчаянии прокричала Тиана.

– Не вали вину на него! Это ты отказываешься от своих чувств так, чтобы Тэм всё слышал! – прилагала все силы Зара, чтобы сделать волшебнице ещё больнее, чем есть сейчас.

– Оставьте нас, – прозвучал сзади низкий хриплый голос. – Мы решим этот вопрос сами.

Аметист схватил в охапку разбушевавшуюся и сопротивляющуюся Зару и вытащил её из комнаты. Тэмир, всё ещё бледный, сел напротив Тианы и посмотрел на её растерянное лицо. Девушка, словно кролик перед удавом, застыла с широко раскрытыми глазами.

Тэмир не спешил. Если честно, он сам не знал, что сказать этой девушке. За свою недолгую жизнь принц понял, что в него влюбляются люди любого пола и возраста. Обычные и магические существа преклонялись перед ним. Вернее, перед его кровью. Это ведь всё она так действует. Когда-то ему нравилась эта особенность, но со временем он понял, что вреда от неё больше, чем пользы. А прямо сейчас ненавидел эту свою особенность!

Слушая почти два часа причитания этой сильной и смелой волшебницы, принц окончательно убедился, что и она попалась на этот же крючок. И всё было бы ничего, если бы её слова так не резали его сердце, ведь сам Тэмир видел в ней что-то большее, чем просто ступеньку к власти.

Ещё там, в баре, когда они столкнулись в дверях, что-то определённо зашевелилось в сердце принца. Словно вот это уже было. Потом он только и пытался вспомнить, где уже видел Ноён. А теперь воительница смотрит на него, как на икону, а Тэмир никак не может начать говорить то, во что сам не желает верить. Принц откашлялся и заговорил, начав с хорошего:

– Тиана Ноён, я благодарен тебе за помощь в спасении моего дракона. За приют, за крышу над головой. За терпение и защиту. Но то, что ты чувствуешь ко мне – в этом нет твоей вины. Царская кровь заставляет любить нас, даже против вашей воли. Пока я не сделал тебе ничего плохого, ты будешь чувствовать ко мне что-то большее, чем просто расположение. Но это не любовь, успокойся. Как только ты встретишь свою настоящую пару, твоё чувство ко мне станет правильным. А пока просто потерпи. Я обещаю, что не буду использовать твою привязанность в своих целях. И, конечно, мне стоит как можно скорее покинуть твой дом.

Волшебница, покорно слушавшая его до этого момента, снова встрепенулась:

– Нет, принц! Этот дом защитит тебя. Я подготовила его для этого! Не уходи отсюда, даже если я противна тебе настолько, что дышать рядом со мной тяжело. Только в этом доме у тебя есть шанс на спасение! И, к сожалению, я должна быть рядом с тобой – мои чары работают только от моих рук. Потерпи, Тэмир, король уже готов напасть. Он знает, что ты слаб, что твой эльф погиб, а дракон не может тебя защитить. Он скоро нападёт. Я обещала себе быть стеной между тобой и любым злом этого мира. Я должна выполнить свою клятву. Больше я не допущу ошибок! Мои чувства – это моя проблема, принц. Ты не должен страдать из-за этого.

Видар, сжав кулаки, кивнул. Снова что-то неуловимое проскользнуло в его голове. Вот это выражение выбора он уже видел. На этом лице. Принц прикрыл глаза ладонью, словно тусклый свет раздражал его. Как это выдержать ему самому? Вдруг он вскинул голову и спросил:

– Но как же Леон и Зара? Они не должны страдать из-за меня. Надо их как-то поженить. И при этом нельзя отпускать их далеко от себя, иначе король может постараться ослабить нас с тобой, приказав уничтожить их.

– У меня были мысли на этот счёт, – словно приходя в себя, заявила Тиана. – Мы устроим свадьбу, и я выделю им летний домик во дворе. Драконам этого хватит. Но для этого придётся разрушить их дома. И сказать всем, что это сделал бывший поклонник Зары.

– Почему её? – возмутился принц.

– Да потому, что у Аметиста никогда не было поклонниц. Только соперники. С самого нашего детства нас все боялись и ненавидели. А Рубин была хорошим, хоть и слабым драконом. Только у неё мог быть поклонник. Так что, придётся Аметисту слегка поревновать.

– Ну, если так, то пусть, – ехидно заулыбался Тэмир. Ему почему-то понравилось дразнить своего друга. – Значит, надо объявить всем об их свадьбе.

Тиана попыталась образумить Видара:

– Принц, ты понимаешь, что на свадьбе о тебе узнают все?

– Да. Поэтому нам нужно готовиться не только к свадьбе, но и к нападению. Как думаешь, это будет до или после?

– Возможно, будет попытка во время. Потому что король ненавидит драконов, а на свадьбу прибудут почти все, ведь в наши дни брак драконов – это такая редкость! И гораздо проще убить сразу всех, когда они соберутся в одном месте.

– Всех? – поражается Тэмир.

– Да, – кивает девушка. – Этот план король вынашивает уже много лет, ещё до того, как я стала ему служить. Он не привёл это в исполнение раньше только потому, что не было случая Собрать их в одном месте, чтобы покончить сразу с большинством, а остальных потом добьют морнезоги.

– Почему он поделился с тобой своими планами? Ты же – всадница!

Тиана опустила голову и почти шёпотом ответила:

– Ради доверия короля я пожертвовала Леоном. Мы вместе так решили, – поднимает она испуганные глаза на Тэмира. – Леону тогда пришлось в одиночестве отращивать себе конечности… А я приходила каждый день и смеялась над ним, говоря, что это для того, чтобы он помнил, от кого зависит, и как ему без меня будет плохо. Я… – всхлипнула Ноён, – я видела, как ему больно, что он ничего не может, потому что он – дракон с наездником, и его сила – это моя сила! Но я ничего не делала несколько месяцев, пока король не убедился, что для меня его расположение дороже дракона. Леон едва не погиб… Но он сам требовал от меня быть сильной и не показывать никому, как мне тяжело на это смотреть…