Текст книги "Мое любимое проклятие (СИ)"
Автор книги: Оксана Киртог
сообщить о нарушении
Текущая страница: 41 (всего у книги 42 страниц)
Часть 18. «Молитва Божья» и «Кто, как не Бог?»
«Почему я не могу привыкнуть к темноте? Что это такое? Что сделал этот Гавриил?! Он не мог... Он просто не мог лишь одним дуновением уничтожить тех, кого считали одними из самых мощных демонов Ада! Не мог!»
– Вы в ловушке. Не пытайтесь спасти свои гнилые души. Примите кару Божью и исчезните из этого мира.
Голос этого архангела был удивительно спокойный. Это означало только одно: мы действительно попали туда, откуда найти выход было нереально.
В такие моменты на демонов нападает паника. У нас всегда было одно слабое место, которое эти ангелочки хорошо знали. Мы не терпели молитв. Низшие демоны, только услышав их, корчились от боли, а вот такие, как, например, Вельзевул, только бы скривились и зашипели в ответ, но все равно восприняли бы простые слова, как болезненный удар.
– Примите свое наказание! Селафиил, пожалуйста, начинай!
И ужасно зазвенело в ушах. Мне послышался звон церковного колокола.
– Отче наш...
– Только не это! Дайте мне его! Дайте сюда! Я разорву этого архангела на куски! – закричал кто-то рядом со мной в темноте, а я лишь крепче сжал кулаки, лишь бы перетерпеть эту муку.
Селафиил... Вот кто лучше всех умел манипулировать демоническим стадом с более чем десятью легионами. Его имя переводилось как «Молитва Божья», также его называют Суриель, Селафиель или Самуэль. Под властью этого крылатого находится Марс. Сколько уже тысяч икон с ним существует в мире, и на всех этого архангела изображали с опущенной головой и сложенными на груди руками. Он молился, наверное, круглосуточно, помогая грешным людям и придавая им сил, когда они все обращаются к Отцу.
А вот для демонов этот высокий и худощавый архангел был сплошным кошмаром. Зная больше тысячи различных молитв, он бы каждого из нас свел с ума.
– Отче наш, что есть на небесах. Да святится имя Твое...
Кто-то из слабых уже рухнул на землю, не выдержав натиска. У меня уже начал пот выступать на лбу, и я закатил глаза, лишь бы определить, куда бежать.
– Пусть придет Царство Твое...
«Неужели это и будет конец?.. Вот так просто?.. Прожить столько веков и умереть из-за пары слов? Нет, я не опозорю честь своего отца! Он столько надежд возложил на меня! Но...»
– Да будет воля Твоя...
Ноги уже сами подкашиваются. Звон в ушах выбивает из моей головы сознание и любые мысли. Склонив голову и дыша через рот, удивленно остановил дыхание, когда на щеке почувствовал что-то холодное, пронизывающее... Ветер!
И вдруг сияние. Яркое и мощное. Это был он – Глаз Ада! Своим взглядом озарил все легионы, а затем показал нам и архангелов, которые заметили его не сразу.
– Сатана... О, адская лава... Наконец-то! – пропищал демон слева от меня.
Это не был Сатана собственной персоной. Это был только его третий вырванный глаз, который, как помнит каждый, принадлежал...
Огромный дракон взревел так, что всех начало сносить мощным ветром. Пришлось упасть на землю и вцепиться в нее когтями, как кот, чтобы тебя не отбросило на несколько километров.
Никто не ожидал, что легендарный скелет дракона, которого оживил Аластор, придет именно к нам. Это чудовище можно было направить против серафимов или самого Иисуса, но, видно, планы стремительно начали меняться.
Глаз в белом черепе чудовища вновь осмотрел все песчинки под собой, а затем, найдя тех, за кем пришел, погнался за архангелами. А те, как искусные бегуны, побежали к... нам!
– Ой... Бегите! Бегите или сдохнем вместе с ними! – завизжали демоны из легиона Азазеля, и все бросились бежать, понимая, что если архангелы и могли умереть, то они желали затащить с собой побольше демонов.
Тьма еще не отступила, но землю под ногами чувствовал. Да как ее не почувствовать-то, когда раз за разом подскакиваю, как мяч, от каждого шага монстра. «Если есть дракон, значит, должны быть и человеческие скелеты и зомби. Нам всем бы на главный фронт... Я не хочу подыхать в его пасти, не увидев хотя бы раз серафима!»
Тогда начался ад для всех. Дракон этот был, как теперь выяснилось, огнедышащий и, раскрыв свою пасть, вывалил на нас потоки яркого красного огня, осветив им почти весь мир. Это точно было начало Апокалипсиса и для людей, и для ангелов с демонами.
Благодаря этому пламени понял, что мы бежим в какой-то тупик. Дальше была стена, и какой же был шок на моем лице, когда стена эта... задвигалась! Это была ловушка, в которую мы, как последние идиоты, попали!
В воздухе просвистел чей-то огромный хвост. Последнее, что я увидел перед собственной отключкой, была гигантская многозубая пасть Левиафана, который, стремительно наклонив к нам голову, проглотил все легионы вместе с землей и двумя архангелами.
***
– Янелиабар, вставай! Вставай, идиот! Да чтобы тебя еще раз проглотили! Ты все пропустишь!
Меня так сотрясли за плечи, что я просто заставил себя открыть глаза, которые сразу ослепило от яркого сияния. Зашипев, быстро протер их и, наконец, увидел над собой фигуру демона Азима, моего приятеля из элитного легиона.
– Что? Что такое? Мы выиграли?! Проиграли?!
– Закрой свою пасть и смотри туда! Ты такого больше не увидишь нигде! – завизжал тот и ткнул пальцем вверх.
Закинув голову, чуть не закричал, как маленький ребенок от восторга. Мы были в Раю! Тысячу чертей – мы пробрались! А теперь только представьте такую гениальную картину!..
Лежа на пушистом белом облаке, я видел над собой огромный город из белого камня. Все висело в воздухе, а благодаря проходам под зданиями вниз лилась водопадом идеально чистая вода. Несомненно, это был один из главных городов во всем Раю, или даже его столица!
Но забудем о небесной архитектуре. Это был он! Гигантский серафим! По истине легендарное чудовище. Взмахивая своими шестью мощными красными крыльями, оставлял за собой дымный след, летая вокруг города. Особенно поражало то, что крылья эти росли из головы, которая существовала сама по себе без тела. Лицо серафима было детское, и когда он открывал рот и кричал, то даже по спинам демонов бежало стадо мурашек.
– Ну и монстр... Хуже наших подводных чудовищ...
– Ты видишь, как он резко маневрирует? А теперь приглянись внимательнее к тому гигантскому серебристому кресту на самой большой башне, – посоветовал мне Азима.
И действительно, на том кресте что-то было. Что-то маленькое и... желтое?!
– Это... Неужели это?.. – Я так и не смог выдавить из себя очевидный ответ.
– Да! Это Люцифер! Ты проспал его приход! – замахал руками другой демон. – Это было просто феноменально! Нас, короче, проглотил Левиафан для того, чтобы перебросить в Рай. Сатана пробил их барьер! Говорят, он, став чудовищем, так рогами заехал, что сразу ворота снес! А потом нас перевели сюда. А тут вообще дурдом! Не успели еще и порог переступить, как на нас шестикрылое чудовище набросилось. Наш легион чуть в штаны не наделал, честное слово! Все закричали, как маленькие детки, когда серафим заревел первым. А ты бы знал, какой у него голос! Да это просто голос самого Бога! Душа в пятки падает! И он такой, короче, на нас, а мы такие, короче, на землю! А тут бац – и еще один рев! И неизвестно откуда выпрыгивает Люцифер. Его выпустили еще три дня назад. Как замахивается своими длинными цепями на руках и по голове тому шестикрылому! Он сваливается нам под ноги, а мы, находясь просто в конкретном шоке, бежим за ворота, неся всех спящих. Да это не Рай! Это какой-то муравейник! Я столько ангелов за одну секунду еще не убивал! А лошади какие у них! Как вцепятся в тебя, то просто разорвут, как собаки! И...
– В сторону, Азима! – И резко толкнул его с облака.
– У-у-у, ты только посмотри на него! Люцифер за десять минут справился! Больше часа сижу над тобой и не верю, что не сплю!
Мы легко приземлились на соседнее облако, а в этот момент с неба начал падать серафим с тремя оторванными крыльями. Где-то над нашими головами заревел и сам Люцифер, а затем, став гигантской черной птицей с более чем двадцатью головами, поднялся в небо.
– Он точно за Иисусом пошел! Сто процентов даю!
– Нам надо это увидеть! Бежим! – поторопил я его и снова спрыгнул с облака.
Пришлось вызывать лошадей. Азим сел на своего белого скакуна, а я призвал Апалана. Мы двое быстро помчались за призрачной тенью гигантской птицы в небе. Только теперь понял, сколько всего произошло за то время, пока я спал. Шел запах дыма, демоны взрывали ангельские города, а вокруг летало столько народу, что разобраться кто, где и как, было невозможно.
– А Сатана сейчас где?
– Говорят, что поднялся к верхнему ярусу Рая. Хочет взять на себя ангела Метатрона и встретить Бога. А Люцифер берет на себя миссию все-таки достать Иисуса Христа. Я уже, честно говоря, не знаю, где быть! Здесь все легионы перемешались, командиры бросились на высшие ангельские состояния, и теперь каждый делает что хочет! Здесь хаос! У всех есть только одна миссия – уничтожить как можно больше врагов.
– Знаешь, Азим, а теперь даже умереть не жалко! – весело крикнул я ему, завернув коня в правую сторону. – Мы все же побывали на этом конце света! Когда ждать Страшного суда?
– После сигнала Бога. Одна из сторон должна выиграть, а затем победители опустятся на землю и начнут делить грешные души, одни уничтожая, а другие забирая к себе. И нам нужно сделать все, чтобы дали разрешение уничтожать святых!
Я быстро закивал головой и посмотрел влево. Мы как раз промелькнули мимо белоснежного летающего города, где ангелы, увеличивая температуру воды, заливали и сносили ею всех демонов. А черная птица все летела над нашей головой, как неожиданно...
Рай встряхнуло от бешеного рева, а затем всем на голову начала рушиться гигантская черная туша, кожа которой была пронизана сосудами, в которых текла лава. Это существо имело длинные лапы, заканчивающиеся копытами, сильные накачанные руки, три мощных хвоста вдвое больше тела и четыре огромных черных рога. Существо было настолько большим, что по одному кончику хвоста надо было бежать целый день, а вот рога напоминали горы. Это и был он – Сатана. Я видел его настоящее подобие только раз, и то издалека, а теперь снова раскрыл рот, не поняв сразу, что он сейчас свалится на нас.
– О, лютый Цербер, да нашего короля сбросили с верхнего яруса! – начал говорить очевидные вещи Азим, и сам любуясь таким зрелищем.
– И сбросили прямо на города Рая и их жителей! Спасаемся, а то нас как насекомых раздавят!
Мы бросились бежать в сторону, но хвост Короля нас не обошел, все-таки достав и заставив взвыть от переломов костей.
– Ты не пройдешь к Отцу! Нечистым место под землей! Так умри от моего меча, которым я проткну твое каменное сердце!
И война словно остановилась. На долю секунды воцарилась сплошная тишина, а затем все демоны, которые воевали с ангелами, бросились в небо еще выше, чтобы отомстить за своего свергнутого Короля.
– Это тот, о ком я думаю, или мне кажется? – спросил я, морщась от хруста собственных костей.
– Точно, он. Такого рыженького ни с кем не спутаешь!
Значит, это все-таки был он – Архистратиг Михаил, известный еще как Михаэль, под властью которого находится Солнце. Это был главный архангел всего небесного воинства, тот, который когда-то давно скинул из Рая всех высших демонов. О нем знал, без преувеличения, весь мир. У Вельзевула всегда руки тряслись при упоминании Михаила, а грешные люди с древних времен верили и молились ему. Именно его имя означало «Кто, как не Бог?» И это уже говорит о том, насколько он верен Отцу, признавая, что Бог – это самое могущественное божество, что только могло существовать за все время.
Каждый даже самый низший демон знал, что для всех нас является смертельным меч архангела Михаила. Все его войско имеет на себе непробиваемые голубые щиты и мечи, которые загораются синим пламенем. А вот меч Михаила создан из удивительной световой субстанции, природа которой до сих пор неизвестна, но все догадываются, что этот меч был передан архангелу самим Богом для защиты душ от нападений адских существ. Есть легенда, что когда лезвие меча проткнет сердце кого-нибудь из демонов, то мы сразу начнем гнить, как трупы, и впоследствии кроме кучки пепла от нас не останется ничего. Силу самого удара можно было рассчитать по цвету меча. Когда он загорался красным огнем – лучше бежать на край света и больше не возвращаться, чтобы не терпеть ужасных мучений от быстрого гниения и сжигания святым огнем.
Сейчас все демоны поняли, что нельзя позволить Архистратигу добраться до Короля, чтобы наши возможности не сократились на половину. Поднявшись с земли, сразу же закрыл голову руками, когда все вокруг Михаила покраснело, а затем ударная волна снесла более ста демонов, уничтожив их за пару секунд. Лишь потом смог присмотреться и заметить, что и одежда, и волосы у него были красными. Дальше продолжать осмотр было слишком опасно, и мы оба бросились бежать, чтобы обойти этот огонь.
– Плохи дела! К нему даже приблизиться невозможно! – пробовал перекричать гул.
– Нам следует убраться отсюда подальше и оставить это дело Королям! Я хочу пережить эту войну и вернуться домой целым и невредимым!
За нашими спинами шла ужасная драка. Сатана приходил в себя, а я даже предположить не мог, на чьей стороне теперь победа. Но ход событий изменился так неожиданно, что никто из демонов не успел осознать, когда их души оказались под контролем. Под контролем того, кто вылепил их собственными руками...
Сначала я почувствовал вмешательство. Оно было мощным и резким, как пуля, которая пронзает тело насквозь. Барьер на сознание не помог, и только тогда до меня, наконец, дошло, с кем все ангелы и демоны встретились.
Это был он – Бог. Его присутствие ощущалось так сильно, а проклятая черная душа сжималась так больно, что я уже чувствовал свое собственное поражение в борьбе с Отцом. Перед финальным духовным ударом весь высший и низший мир увидел странную огромную тень и... глаза. Эти глаза смотрели с нежностью на одних и с грустью на вторых. Большие глаза, даже цвет которых запомнить не смог. Только понимал, что это пришел конец, которого все мы так ждали. Понял тогда, когда большая рука Бога накрыла нас, позволяя снова стать частью того, из чего мы и родились.
Часть 19. Лебрида и Дункан
Мир рушится. Я это чувствую. Он разделяется на части, как гигантский ледник, который не выдерживает высоких температур. Его огромные части сваливаются в холодный океан, и они уже никогда не воссоединятся. Теперь то, что произошло в настоящем, в последствии станет лишь отзвуком прошлого, а в будущем никто и не вспомнит о том, что было много веков назад. Потому что некому будет вспоминать.
Перестанет существовать земля между высшим и низшим. Перестанут жить и люди. Их судьба – в наших руках, в руках ангелов и демонов. В руках Бога.
Я даже не слышала, когда моя еще живая жертва бросилась бежать и скоро исчезла где-то за поворотом. Мне уже не нужны эти души. Меня может не стать за короткий промежуток времени, потому эти, возможно, последние пару часов я проведу с самым родным для меня человеком – моим сыном.
***
Почему у меня так часто болит сердце? Оно сжимается так больно по ночам, когда пытаюсь заснуть. Мне так одиноко, но я всегда напоминаю себе, что уже большой и могу пробыть весь день один. Могу сесть и нарисовать что-то, вспоминая слова своей слепой матери, а могу походить по замку.
Почему она слепа? Я знаю основную причину, но... Почему именно она? Она так отличается от всех. В ней чувствуется какое-то тепло, словно было еще когда-то время, когда мама полностью не подозревала о существовании других миров. Она никогда не рассказывала мне о своем прошлом. Может, просто забыла, что было тогда? Я помню наш разговор...
– Ма! Ты всегда была такой?
– Всегда.
Неужели всегда? Всегда такой задумчивой и серьезной, переживая за все на свете? Но меня не обманешь. Нет, ты не могла быть такой всегда. Только одно знаю точно: ты всю свою жизнь любила кое-кого так, что боялась огорчить, только признавшись в любви.
А вот папу я представляю героем, мужественным воином, который способен постоять за себя. Я слышал, как все твердят, что я похож на него. Заглядывая в зеркало, вижу только маленького худощавого мальчика с темными непричесанным волосами и голубыми глазами, сияние которых отражается в стекле и слепит меня. Неужели и он был таким?
Я часто рисую нас двоих. Его – большого и улыбающегося, и себя – маленького и счастливого. Интересно, встретимся ли мы хоть когда-нибудь? Я хочу показать тебе этот рисунок и все-таки убедиться, что ты такой же, как и я: бледный, темноволосый и ленивый, что даже собственную рубашку застегнуть на все пуговицы не может. Я хочу показать тебе, как большой черный Ву меня боится. Как я заскакиваю ему на спину и заставляю повалится на землю. Я так хочу...
Наверное, ты все-таки услышал меня, потому что пришел. Пришел во сне. Мне редко снятся сны, потому что я редко сплю. Это так неинтересно, особенно когда еще много незаконченных рисунков лежат на земле. Но ты смог меня заинтересовать настолько, чтобы я не проснулся.
Ты пришел из темноты. Нет – это я тебя нашел. Твоя фигура была так далека, что я очень боялся не успеть встретиться с тобой. Сидя на высокой горе, ты смотрел, как серая вода водопадом льется на землю. Земля вокруг была желтая, как и небо с коричневыми облаками.
Подбежав к тебе, присел рядом, глядя на воду, а затем поднял глаза.
– Папа?
А ты сидел и смотрел на свои руки. Что там было такого интересного в этих длинных пальцах? Нагнувшись, увидел кровь. Темная жидкость медленно стекала по рукам, капая на землю.
Ты был точно таким же, как я и представлял. Высоким, крепким и очень красивым. Даже я был не столь красивым. Что-то детское было в твоей странной печальной улыбке, словно... ты хотел что-то сделать, но не мог. А взгляд глаз прятал от меня в своих черных волосах, которые так красиво переливались тогда, когда по ним стекали капли воды.
– Знаешь, сын ... – начал он, все еще не поднимая головы. – Не повторяй моих ошибок.
– Каких ошибок?
– Не будь слепым, имея глаза. Иногда слепые чувствуют лучше, чем другие.
– Это ты о маме?
Он долго не отвечал. Сжимал руки в кулаки и смотрел, как кровь вытекает из круглой раны.
– Мы связаны с ней струнами собственных душ, – наконец начал отец, осмотрев весь мир голубыми глазами, а потом медленно закрыл их. – Когда ей становилось больно, меня пронизывал электрический ток. Наверное, если бы она убила себя, я бы тоже умер от напряжения.
Я не понимал, что все это значит. Он говорил странными загадками, ответы на которых я не знал.
– Папа, – наконец решил сказать. – Ты только умирать не думай. Как же она без тебя? Она не выдержит. Ты даже не знаешь, как она любит тебя. Хотя молчит, но любит. Ей просто было страшно, что ты уйдешь, поняв, что она – такая как все. Я это чувствую, слушая ее. А ты? А ты любишь?
Он как-то задумчиво хмыкнул, снова грустно улыбнувшись, а затем, открыв глаза, посмотрел на меня и очень тихо сказал:
– Я еще в самом начале хотел сказать ей одну реплику... Передашь?
Энергично закивав головой, уставился на него немигающим взглядом.
– Так вот... Скажи ей эту фразу, и если она поймет ее смысл, то я вернусь. А вот если не поймет и подвергнется боли... Я просто умру от того, что струны между нами оборвутся. Договорились?
– Да! Она умна! Она все поймет!
Но почему-то его глаза излучали такой холод, что мне в один миг стало страшно. Что он может сказать? И папа сказал:
– Добра без зла не существует.
А потом я проснулся...
***
Уже переступив порог, услышала, как кто-то быстро сбегает по лестнице.
– Саймон, не спеши так! Еще упадешь и сломаешь себе что-то!
– Ма! Ты уже вернулась?!
– Как видишь. Иногда нужно и отдыхать от работы.
Я отступила несколько шагов назад, когда мальчик бросился обнимать меня, почти повалив на землю.
– Сай... Ты когда волосы расчесывал в последний раз? Что у тебя на голове делается? – строго спросила, чувствуя под пальцами запутанные пряди. – А ел что? Суп хотя бы за эти дни себе взял? Или только черным шоколадом объедался?
– Ма! Ты себе даже не представляешь, что мне приснилось! – запищал сын, уже таща меня по коридору.
– И что же? – Понимая, что мой строгий тон он не воспринимает вообще, решила послушать рассказ Саймона, но неожиданно повернула голову в левую сторону.
До ушей донесся странный писк, очень знакомый мне. Только поняв, что это было и откуда оно доносилось, чуть не сорвалась на крик:
– Сай! Ты куда Ваську засунул?! Почему он пищит так жалобно?!
– Он спал на кровати и не уступал место!
– Но это не повод закрывать его где-то! Ох, ну что за день... Он уже от голода, наверное, умирает.
И я бросилась бежать, прислушиваясь к громкому мяуканью. Сын сразу побежал за мной, что-то настойчиво пытаясь сказать всю дорогу. Своего древнего кота нашла закрытым в шкафу, который находился в одной из гостиных замка. Шкаф этот закрывался на ключ, искать который не было времени, поэтому я просто с размаху ударила в дверцу ногой. Затем резко схватила своего большого монстра, который с грозным ревом желал наброситься на Саймона.
– Васька, успокойся! Будто тебя впервые в шкаф засунули! Пойдем на кухню, накормлю тебя. Да пошли уже!
Я ели затянула его, а затем приказала чертям нажарить коту двадцать больших отбивных, чтобы он уж точно успокоился и простил всех демонов, которые ему спокойно жить не давали. Тогда бросилась искать собаку Яна, что храпела на весь дом, и которую нашла спящей на нашей кровати. Отпустив ее погулять, теперь решила проверить, все ли нормально с Афродитой.
– Где ты ее видел в последний раз?
– На крыше, кажется. Ма, я тут сон такой...
– Подожди со своим сном. Сейчас еще ее найдем, и тогда ты все мне расскажешь. Афродита умеет находить неприятности там, где их и быть не может. На нее могла даже какая-то каменная фигура рухнуть, или башня упасть.
И я, открыв окно, подхватила сына на руки и выпрыгнула оттуда, впоследствии приземлившись на широкую крышу нижнего яруса.
– Видишь ее где-то?
– Нет... Здесь повсюду темно и какие-то голоса звучат.
– Голоса? Какие голоса? – Я начала крутить головой в разные стороны, ничего не слыша.
– Они где-то дальше. Неужели не чувствуешь? Они шепчутся между собой.
Удивленно хмыкнув, образовала за спиной крылья и взлетела. И только тогда, когда поднялась над домом, действительно услышала какой-то шепот. Это меня просто шокировало, ведь подобные звуки уже слышала когда-то, и воспоминание о них меня испугало.
– Вот она! Я ее вижу! Сидит на четвертой восточной башне!
– С ней все нормально?
– Да. Ест что-то...
Шепот становился все сильнее, из-за него я уже не слышала слов Саймона. Разобрать, откуда он раздавался, не могла.
– Саймон, оглянись вокруг. Ты не видишь, кто шепчет нам?
Сын завозился в моих руках, осматривая округу, а когда вскрикнул, я и сама подскочила.
– Это левее! Там стоит кто-то... Нет! Висит в воздухе! Я вижу кого-то над красными цветами. Он у ворот!
Остановив взмахи, снова приземлилась на крышу и, подбежав к окну в нашу комнату, быстро приказала Саймону лезть внутрь и не высовываться.
– Это может быть опасно. Вот я сейчас все разведаю и вернусь. Ни за что не переживай.
Мой голос дрожал, а руки тряслись от страха. Я и сама не понимала, почему так испугалась. Что-то ужасно знакомое было в этом шепоте... Где же я его слышала раньше?
Опять взлетев, уже собиралась спуститься к цветам, как неожиданно услышала крик:
– Ма! Тебе папа кое-что передал! Он сказал мне, чтобы ты знала, что добра без зла не существует! Ма! Запомни это!
Я замерла в воздухе, почти задохнувшись. Папа сказал?.. Ян говорил с ним во сне?
– Добра без зла не существует... – И развернув голову к окну, крикнула в ответ: – Я запомню! Обязательно запомню!
***
Шепот затих и полностью исчез тогда, когда с неба на землю опустился демон. Незваные гости ждали только этого. Да, их было двое. Двое ужасно знакомых всем существ, которые удивляли своим внешним видом.
Мальчик и девочка. Первый напоминал сломанную старую куклу. Зеленая кожа пугала своей неестественной яркостью, а совершенно белые глаза смотрели так равнодушно, словно это был мертвец. Его короткие волосы были седыми и спутанными. Этому ребенку можно было дать около десяти лет. Худощавое тело и кривые тонкие ноги прикрывала длинная желтая накидка, разодранная по краям. Но больше все-таки ужасала склоненная к правому плечу голова. Он не мог ее поднять, ведь половины шеи не было.
Девочка пугает еще больше. Ей можно дать около двенадцати лет. Бледных губ часто касалась маниакальная улыбка, а свои длинные руки с черными ногтями она любила закладывать себе за спину, словно демонстрируя простое белое платье, заляпанное кровью. Ухоженные черные волосы развевал ветер, еще больше подчеркивая болезненную бледность.
Слишком легко было бы сказать, что они страшные... Эта пара была ужасная. Никто бы не смог даже минуту смотреть в совершенно черные и белые глаза и слушать этот шепот, который словно звучал из могил. Но пришли они к существу, у которого отсутствовали глаза, хотя тот все чувствовал и сейчас трясся, как простой смертный человек.
– Это вы... Я помню вас... – выдавила из себя демонесса, отступив несколько шагов назад.
Да, она помнила их. Эти двое приходили к ней в снах, которые, как теперь стало понятно, были вещими.
– Нам пора, – сказала девочка, и ее голос прокатился по округе зловещим эхом.
– Уже пришел тот час, – продолжил мальчик, первым протянув руку к демону.
Женщина, стоявшая перед ними, перевела дыхание и грубо спросила:
– Зачем вы преследуете меня уже столько времени? Кто вы? Что вам надо?
Тогда дети сами пошли к ней, по пути отвечая на вопросы.
– Лебрида, старшая сестра Дункана, – сказала девочка.
– Дункан, младший брат Лебриды, – повторил за ней мальчик.
И подойдя, они резко схватили слепую демонессу за две руки, при этом вместе выкрикнув:
– Единственные дети Бога Ада Люцифера-Сатаны! И мы здесь, чтобы отвести тебя к ним! Так будь готова вновь увидеть свет, чтобы познать перерождение миров!
